Иллюзии ароматов

Irish Ferre

Старая ведьма сидела и смотрела на море. Вокруг расстилался густой лес. Недавний дождь смыл всю нанесенную пыль и ушел дальше, оставив после себя только запах свежести с легкой, едва уловимой ноткой озона.

Она смотрела на море, но видела перед собой картины такого далекого прошлого, что ныне живущие на благословенных берегах Ирландии уже и не вспомнят тех времен. Тогда лес был гуще, и в нем можно было встретить не только доверчивых оленей или осторожных лисиц, но и самый настоящий Малый Народец. Миниатюрные пикси порхали между ветвей, бродили в лесу лепреконы, а хитрые келпи заманивали девиц к быстроводным рекам.

Тогда тоже шел дождь. Мокрые можжевеловые кусты сплетались так густо, что под ними можно было укрыться от падающих с неба капель и остаться абсолютно сухим. Синие, матовые ягоды лопались в пальцах, надолго оставляя на них свой особенный хвойный запах. Так же пах тот, с кем ведьма делила убежище от дождя. Можжевельник, свежесть и едва уловимый пряный аромат, похожий одновременно на ваниль и корицу. Его холодные пальцы касались лица, перебирали пряди волос, сплетая из них причудливую косу. Он исчез, едва ливень закончился. Ведьма долго бродила по лесам, но так больше не смогла найти того, чье лицо ускользало из памяти, словно подернутое туманом. Остался только запах. Терпкий, легкий и невесомый.

Она протянула руку, срывая ягоду можжевельника, и растерла ее между пальцев. Налетевший ветер принёс с собой легкую нотку морской соли, тревожащую так и не успокоившееся сердце… День почти закончился, как и срок ее жизни. Жизни, через которую она пронесла поиск того, кого полюбила без памяти, без надежды на взаимность.

Ветер поднял и бросил в лицо ведьмы пригоршню дождевых капель и вдруг на глаза её опустились прохладные ладони.

— Ты ждала меня.

Он не спрашивал — утверждал. Ведьма подняла руки, касаясь ими мужских, и улыбнулась. По плечам зазмеились яркие рыжие косы, и помолодевшая мгновенно женщина глянула на мир сквозь щелочку в чужих пальцах. Заходящее солнце мигнуло и всего на секунду окрасило весь мир яркой зеленью.

Они уходили вдвоем, оставляя после себя только запах. И маленькую толику общего счастья, способного согреть в самый лютый холод…

Smoky Show

Парижские тайны

На окраине Парижа, среди узких улочек, вымощенных древними камнями, там, куда едва-едва долетал шум от вечно неспящего Монмартра, пряталась маленькая парфюмерная лавочка. Её хозяин, мастер Вильгельм, день и ночь трудился над созданием новых ароматов, мечтая о том, что однажды станет приближённым самого короля.

В один прекрасный, но ветреный и дождливый день, колокольчик над дверью тревожно звякнул, предупреждая о приходе покупателя. Но когда хозяин вышел из чулана, где он творил своё волшебство, то увидел на пороге не разодетую в модное платье девицу, не представительного франта в бантах и кружевах, а обыкновенную бродяжку. С длинного, видавшего многое, плаща посетительницы текла вода, тёмные волосы облепили голову, создавая жалкое и удручающее впечатление.

— Мы не подаём! — Вильгельм был раздосадован. Его отвлекли от работы, да ещё и уборка теперь предстоит. Но бродяжка неожиданно шагнула вперёд.

— Не прогоняйте меня! На улице непогода, мне необходимо передохнуть и согреться…

Бродяжка ёжилась, но видя настроение хозяина, поспешила продолжить:

— Я отплачу вам! — Женщина порылась в складках плаща и преподнесла на ладони резной флакон. Вильгельм протянул руку, снимая крышку. По воздуху поплыл запах, равного которому не было. Тонкий аромат сорванных розовых бутонов мешался с тяжёлым запахом кожи, едва уловимо пахло шафраном и розовым перцем, будоража воображение… И Вильгельм понял, что мир для него изменился. Он даже не заметил, куда пропала бродяжка, а всё крутил и крутил в руках флакон духов, не в силах с ним расстаться. Парфюмер забросил все дела, закрыл лавку и часами просиживал в своём чулане, снова и снова вдыхая аромат, который с каждым вдохом приносил новые и новые ноты.

Молодой художник, Пьер, бродил по улицам Парижа в поисках вдохновения. Ему заказали портрет одной знатной дамы, но Пьер никак не мог приступить. Всё казалось банальным и скучным. И вот, проходя по одной из улочек, художник вдруг замер. Из приоткрытой двери какой-то лавки, до него донёсся дивный аромат. Нотки сандала мешались с запахом незнакомых специй, в него же вплетались лёгкие аккорды цветов, и Пьер, точно зачарованный, шагнул ближе, толкая дверь. На прилавке, покрытом толстым слоем пыли, стоял флакон, отражая гранями свет, падающий из окна. Художник протянул дрожащую руку, беря чудесные духи и замер, как поражённый громом. Вот оно — вдохновение. В ушах звучала незнакомая музыка, а голова кружилась всё сильнее, затягивая его сознание куда-то в темноту…

Ален, писатель, который мечтал о романе века, приехал в Париж за новыми впечатлениями. Сидя в маленьком, уютном кафе, мужчина неторопливо пил кофе из крошечной чашки и смотрел, как причудливо солнечные лучи играют на водах Сены. Вдоль столиков, стоящих прямо на улице, сновали люди. Мимо прошла женщина, и Ален вдруг подался вперёд. К аромату крепкого кофе и горячей выпечки присоединился запах дыма, старого дерева, свежесть дождя… В ушах зазвучал джаз, мир заиграл новыми красками. Писатель оставил на столике недопитый кофе и устремился вперёд, торопясь догнать ускользающий запах, в котором таилось его вдохновение. Ален шагал по улицам, прикрыв глаза — ему казалось, что так обоняние работает лучше, и едва не упёрся носом в старую дверь. Именно за ней запах становился сильнее, от него кружилась голова и мерк рассудок… Писатель толкнул дверь, и та неожиданно легко поддалась. Среди мусора, прогнивших стеллажей и плесени, покрывавшей стены, на полу стоял флакон духов. Ален протянул дрожащую руку, чувствуя волнение…

Древняя ведьма потёрла ладони. Как ловко она придумала однажды, подкинуть одно из своих зелий в лавку неудачливого парфюмера. Каждые несколько лет, кто-то обязательно чувствовал аромат проклятого парфюма и попадался в ловушку собственных иллюзий. Ведьма осторожно погладила тускло светящийся металлический шар, стоящий на столе. Ещё немного, и она обретёт бессмертие!

——-

Рассказ написан по мотивам аромата «Smoky Show» от Vilhelm Parfumerie

Mojave Ghost

Призрак Мохаве

Она стояла на границе. За спиной оставался мир, полный свежести, ласкового солнца, зеленой листвы и людей.

Перед ней раскинулся другой. Ветер неспешно подхватывал светлые песчинки, серебрящиеся в свете луны, перекатывал их невидимыми пальцами, создавая свою собственную музыку, возникающую между полной тишиной и далеким гулом человеческих муравейников. Этот мир был другим. Безжизненным, сухим, но прекрасным в своей безобразности. С вершины высокого бархана перед ней открывалось целое море песка, на котором лунные лучи рисовали свои картины, почти сразу же стираемые нетерпеливым ветром.

Путь к пустыне Мохаве был длинным, но цель его оправдывала. Где-то там, в самом сердце песков, куда никогда не добирался ни один из живущих, в ночь Литы, расцветал на несколько часов цветок, равному которому никто не видел.

Пробившись через песок, что вспыхивал крошечными искрами в свете луны, среди безжизненной равнины просыпался Призрак Мохаве. Многие мечтали завладеть им, многие пытались отыскать дорогу. Никто не вернулся, навеки сгинув среди песков под тоскливую песню ветра. Сегодня была её очередь.

Она сняла обувь, расплела темные косы, позволив воздушным потокам подхватить локоны и растрепать их в приветствии и ступила на раскаленный за день песок, ещё не успевший остыть. Боль обожгла кожу, но она стиснула зубы, делая следующий шаг. И ещё один. Острые песчинки резали кожу острыми ножами, и уже через несколько секунд её путь был отмечен темными следами. Кровь впитывалась в землю. И пустыня принимала эту добровольную жертву, выстилая лунную дорожку, убегающую в темноту все дальше и дальше.

Она потеряла счет времени. Боль в раненых ступнях становилась невыносимой, дыхание сбивалось, а слезы катились из глаз, почти сразу же подхватываемые ветром.

И вот в тот миг, когда сил почти не осталось, а колени почти подогнулись, до нее донесся запах. Непривычный, словно не из этого мира. Сладость меда в нем смешивалась с мускусом, тут же сменялась трогательностью фиалок и тяжестью сандала. Яркость магнолий и нежность экзотических фруктов дурманили сознание, звали вперед, все дальше и дальше. Повеяло вдруг терпкостью кедра, и она все же упала на колени, глядя, как совсем рядом, у самой земли пробивается наружу тонкий росток. Лунные лучи погладили бутон, ласково и осторожно, и цветок, помедлив мгновение, раскрыл свои лепестки. Тонкие, прозрачные, словно крылья стрекозы, они дрожали на ветру, мягко мерцая в темноте.

Всего три шага. Осталась такая малость… Она оперлась ладонью на песок и тут же отдернула руку, уколовшись. Ветер услужливо подобрался сзади, махнул своим призрачным крылом, отдергивая верхний слой песка и показывая тайну, хранимую пустыней. Вокруг цветка лежали старые кости. Печально смотрели пустыми глазницами в небо черепа, тянули костяные пальцы к цветку мертвые руки. Все пропавшие — нашлись. А она… Она упрямо ползла вперед, жадно вдыхая дурманящий аромат. Дотянулась, коснулась лепестка и увидела, как наливается багровым сердцевина цветка… Призрак Мохаве мерцал и переливался, питаясь силой новой жертвы.

———————-

Рассказ написан по мотивам аромата «Mojave Ghost» от Byredo