Игристое

Глава 1

День начался обычным ворчанием жены за завтраком. Я сидел на своём месте за кухонным столом, читал новости. Запахи яичницы, жареных сосисок и кофе приятно щекотали нос.

Я глянул в окно и вздрогнул. Ветер хлестнул по стеклу пригоршней капель. Показалось, что попало прямо в лицо, аж захотелось вытереться.

- Ты не забыл? Мы сегодня в гости идём! После работы сразу домой, - жена оторвалась от своей чашки.

- Да помню, помню. Шампанское покупать?

- Конечно! Не с пустыми же руками!

- Ладно, я пошёл.

Выходя из подъезда, замотал потуже шарф. Ветер нешуточно двинул в щёку. Романтически настроенные барышни любят говорить фразы, типа, «ветер коснулся виска лёгким поцелуем». А тут? Приласкал кулаком, не меньше!

Сбежав по ступенькам, я рванул к автобусной остановке. В кармане зазвонил мобильник.

- Слушаю, - рявкнул я, прижимая его к уху.

- Игорь Петрович?

- Да.

- Вам посылка. Когда и куда подъехать?

- Зачем подъехать?

- Посылку вручить! Агентство «Доставим прямо в руки!». Доставляем до адресата, передаём прямо в руки!

- Что это за доставка такая? А как же почта России?

- Посылка отправлена не через почту России, а через наше агентство «Доставим прямо в руки», - терпеливо проговорил голос в мобильнике, - Так, когда и где?

- То есть, вы приедете, куда скажу?

- Точно!

В этот момент я понял, что меня разыгрывают. Не бывает таких агентств, которые доставляют посылку в собственные руки. Сослуживцы мои – все как один, молодые, неженатые всегда были легки на организацию чего-то эдакого.

Прошлой осенью я получил по почте приглашение в Москву на награждение лучшего по профессии в колонном зале дома союзов. На официальном бланке с кучей печатей. Это потом уж разглядел на одной из них слово «Уплочено». Даже начальника подговорили, стервецы! И раскололись только на вокзале, где я чуть не купил билет в Москву.

Вообще-то, я подозревал, что всё не так просто. Но вынужденное решение метнуться в столицу, плюхнулось на благодатную почву. Я представил, как буду гулять по старым улицам, вспоминая беззаботную юность. Возможно, получится навестить институтских друзей, которые так и остались там, в небольшом городке рядом с Москвой. Или случайно столкнуться с той девчонкой с зелёными глазами, с которой так ничего и не вышло.

Не объяснить, какая тоска иногда берёт по ушедшим годам студенчества. Годам, отдающим лёгким безумием вседозволенности и безответственности. Кто их забыл? У всех в памяти на отдельной полочке лежат обветшалые фотографии и небольшие сувениры, вроде шишки, которую я подобрал после того, первого поцелуя. Как и заметил её, когда нёсся в общагу, чтобы успеть вернуться до того, как сердитая вахтёрша захлопнет дверь, чтобы не открывать до утра.

Когда билет всё же не был куплен, накрыла обида на судьбу и жестокое разочарование.

Нужно, нужно, всё-таки, запланировать путешествие в юность. Конечно, многого от него ждать не стоит, но…

- Так куда приехать? И во сколько?

Старая обида на непутёвых сослуживцев поднялась из глубин подсознания.

- На кладбище, - буркнул я.

- А? Куда? А впрочем, - голос сначала опешил, а потом зазвучал деловито, -какое конкретно?

- Старое, - уже уверенно рявкнул в трубку.

- О’кей! В семнадцать ноль-ноль на Старом кладбище. Не забудьте руки!

- Какие руки?

- Свои, в какие вручать посылку буду!

Курьер повесил трубку. А я оглянулся и плюнул в сердцах, глядя как от остановки отходит нужный автобус.

Явившись на работу с опозданием и отговорившись семейными обстоятельствами, погрузился в привычный мир и уже через пятнадцать минут напрочь забыл об утреннем звонке. День бежал своим чередом. Вечером, уже собираясь на выход, я вдруг вспомнил: «Шампанское!»

Толком не застегнувшись, рванул из проходных к ближайшему магазинчику. Табличка «Учёт» меня слегка удивила. Да, печалька!

Чертыхнувшись, побежал к остановке, на ходу застёгивая куртку. В кармане затрезвонил мобильник.

- Слушаю.

- Я подъезжаю, десять минут и я на месте! Готовьте руки!

Говоривший засмеялся и отключился. В очередной раз чертыхнувшись, я развернулся обратно. Дело в том, что от нашей работы до Старого кладбища как раз те самые десять минут, если на машине.

Внезапно я встал, как вкопанный. А зачем, собственно, я бегу, если это розыгрыш? Ну её в баню, эту посылку. Ну чего сослуживцы могли туда напихать? Нужно мне это? Я уже было хотел опять вернуться к автобусной остановке, чтобы купить треклятую бутылку в магазине около дома, как мне навстречу по ступенькам из проходной выскочил первый красавчик нашего бюро Димон.

Это была фигура значительная. К его ногам абсолютно добровольно падали все особи женского пола, невзирая на возраст. Видимо поэтому он до сих пор не был женат. Искал ту, вероятно, которая не упадёт без усилий с его стороны. Вот он как раз был падок на всякие розыгрыши и глупые сюрпризы.

Найдя виноватого в своей ситуации, я прищурил глаза, глядя на него.

- Петрович, подвезти?

Вот! Это точно он! Сам вызвался, чтобы увидеть результат розыгрыша. Значит, он и будет расплачиваться!

- Точно, Дим, подвези!

- Куда едем? – рисуясь, Димон по-хозяйски открыл дверь своей новенькой мицубиси.

- На Старое кладбище, - сказал я, садясь на пассажирское место.

- Игорь Петрович, а вам не рано на кладбище?

Голос прозвучал ехидно.

- Поговори у меня! Поехали, сами виноваты, интриганы!

- Кто интриганы? Мы интриганы? Вы до сих пор на нас обижены за тот розыгрыш что ли? Да будет вам! Посмеялись и ладно, - он смотрел на дорогу, выруливая к кладбищу.

- Ничего я не обижен! Но сегодня ты сам напросился, - я смотрел в окно.

- Да? Ну что ж…

Когда мы подъехали к воротам, там уже стояла аккуратная красная мазда. У машины подкидывал бейсбольную биту на руке спортивный чистенький молодой человек.

- Э… Игорь Петрович, у вас стрелка что ли? Драться будем? Что ж вы не предупредили, мы бы Санька взяли и ещё там…

- Да ладно тебе, Дим, какой драться? Это курьер, сам же знаешь!

- Чего я знаю?

- Вы ж опять меня разыгрываете! Посылку придумали!

- Ничего мы… А почему встреча на кладбище?

- Да я сам предложил!

- Мы ничего не делали, Игорь Петрович! Поклянусь, чем хотите! Пусть меня завтра же женят, если вру!

- Не вы, говоришь? Ладно, пойдём, спросим, что там за посылка и почему её лично в руки вручают, - вздохнул я.

Мы вылезли из машины. Курьер молча смотрел, как мы подходим.

- Игорь Петрович?

- Точно, это я, - сказал я.

- Вам посылка, доставим прямо в руки, - не двигаясь с места, отозвался курьер, - будем усугублять ситуацию?

Он переводил напряжённый взгляд с меня на Димона.

- Нет, не будем, давайте вашу посылку, да пойдём, - я протянул руку.

Курьер посмотрел на меня внимательно и вмиг расслабился. Бита из его рук волшебным образом куда-то исчезла, а на лицо вползла широкая мальчишеская улыбка.

- Другое дело! Всегда бы так! А то, понимаешь, никто не верит поначалу!

Курьер, хлопнув Димона по плечу, полез в багажник мазды, покопался там, достал планшет с одиноким листом и необычную треугольную длинную коробку, разрисованную какими-то знаками.

- Распишитесь, - он протянул мне планшет.

Я всмотрелся в документ. Большой синий штамп в углу страницы. ООО «Доставим прямо в руки!». Дальше таблица с синей галочкой рядом с надписью «Подпись получающего». Я читал документ, и у меня брови ползли на лоб.

- Чего, чего? Место отправления - Таганрог? Что за глупости? Я там ни разу не был! Кто мне может оттуда посылки слать?

Я в замешательстве развёл руками и беспомощно поглядел на Димона. Тот решительно шагнул ко мне.

- Дай-ка, Петрович!

Он склонился над планшетом.

- А что тебя так напрягло? Ну прислали тебе посылку из Таганрога и что?

Димон вертел в руках планшет, заглядывая в листок с обратной стороны.

- Кто? Кто мне оттуда мог посылку прислать?

- Да какая разница? Давай, расписывайся и посмотрим, чего тут такое!

Курьер заинтересованно переводил взгляд с Димона на меня.

- Да, Игорь Петрович, ваш товарищ дело говорит, расписывайтесь и вскрывайте!

- Э, нет! Как мне узнать имя отправителя? – я повернулся к курьеру.

- Да здесь написано, - он шагнул ко мне, посмотрел в планшет и ткнул пальцев графу «отправитель», - смотрите!

- Да не знаю я такой фамилии! Иванова!

- Как не знаешь, Петрович, да у нас только в бухгалтерии две Ивановы работают!

- Вот, Димон, - я ткнул пальцем в планшет, - какая-то Иванова!

- Петрович, - Димон вдруг прищурился и посмотрел на меня как в прицел, - плевать на фамилию, тебе из Таганрога прислала посылку ЖЕНЩИНА!

Я отступил на шаг. Точно! Это ж женская фамилия. Ну и кто это?

- Друзья, давайте не будем задерживать занятого человека, - вмешался курьер.

- Нет, подождите! – хором сказали мы с Димоном.

- Хорошо, я подожду, - покладисто согласился курьер, развернулся к нам спиной, прошёл в ворота кладбища и сел на первый попавшийся надгробный камень, - устал я сегодня. Я тут посижу, вы же не против?

Я машинально пошёл за ним и сел рядом. Камень на удивление был сухой и тёплый. Димон шагнул за нами.

- Игорь Петрович, может быть, не будем проводить следствие? РаспишИтесь, возьмите посылку, - в голосе курьера проскальзывали усталые нотки, словно надоели ему недоверчивые получающие хуже горькой редьки.

- Да что я жене скажу? Мне из Таганрога какая-то женщина посылку прислала!

- Петрович, мы на кладбище, жены тут нет, не надо ничего говорить. Давай посмотрим, что там. Вдруг, ты увидишь, что прислали и всё поймёшь?

Димон сел на камень рядом.

- Ладно, давай планшет, - я взял картонку.

Курьер из воздуха вынул толстую чёрную ручку и протянул мне.

- Какая-то Иванова, - бормотал я, беря ручку и расписываясь.

- Вот и прекрасно, - жизнерадостным тоном завопил курьер, осторожно взял из моих рук планшет и сунул мне коробку, - вскрывать будете?

Его голос внезапно зазвучал в самое ухо проникновенно и завораживающе. Как будто это было очень важно, чтобы я немедленно вскрыл посылку. Димон облизал губы, посмотрел на меня и перевёл взгляд на коробку. А курьер, как фокусник, честное слово, уже протягивал большие ножницы.

Я взял их и посмотрел по сторонам. Меня внезапно накрыло осознанием ситуации. Я сижу на надгробном камне на Старом кладбище в сомнительной компании и вскрываю непонятную коробку. Что дальше?

- Смелее, Игорь Петрович, - шепнул курьер.

Я нерешительно поддел ножницами ленту скотча, распотрошил край треугольной коробки, и мне в ладонь скользнуло толстое донышко. Потихоньку вытянул и зажал в руке тёмно-зелёную, вроде, старинную бутылку с длинным таким горлом и тяжёлым дном. Я таких никогда раньше не видел. Надпись на этикетке гласила: «Цимлянское», а ниже «игристое». И ещё что-то старинным почерком с вензелями и завитушками.

Бутылка была тёплая на ощупь. Я наклонил её и показалось, что жидкость за зелёным стеклом абсолютно чёрная.

В голове закрутилось и как будто пахнуло влажным солёным ветром и водорослями. И прибой зашумел. Я встряхнул головой. Глянул на Димона. Тот вытягивал шею и озадаченно оглядывался. А курьер тянул носом.

- Хо-ро-шо, - шёпотом протянул он, - люблю этот момент…

- Какой момент? – я повернулся к нему.

- Когда клиент вскрывает посылку, - курьер мне улыбнулся как-то очень мягко, - Похоже в Таганроге свежо… Чувствуете? Тянет воздухом того места, где её запечатали!

- Что?

- Слушайте, - Димон ошарашенно посмотрел на нас, - я один это слышу или, и правда, прибой шумит?

- Какой прибой, Димон? Откуда у нас море?

- Ну точно! Прибой… И солью пахнет, - красавчик вгляделся вдаль, - наваждение какое-то. Ездил я прошлым летом на море… Такую женщину встретил! Решил, вот оно! Главное! Не обделило счастьем! А она сбежала…

Курьер посмотрел на меня, потом перевёл заинтересованный взгляд на Димона. А тот продолжил:

- Даже не попрощалась, да и не было толком ничего. Почему сейчас вспомнил, не знаю. Но… Как будто… Тот прибой, и ветер с солью в лицо, и синий горизонт… и белое платье её…

Димон вглядывался куда-то вглубь кладбища. Я посмотрел туда же. Море? Нет, там качался лес. Не те жалкие берёзки вокруг старого кладбища, а настоящий лес. На меня вдруг пахнуло смолой, хвоей, болотом. Как будто окутало воздухом туманного лесного утра. Тайга... Только тонкая нитка реки сквозь это зелёное марево. И вместе с ней неторопливо текут байдарки. Одна, другая, третья… Вспыхивает солнце на кончике весла. И слышно: «Хоп!». И ещё, далёкое: «Хоп! Хоп!».

- Мы же перекликались в лесу так!

- Как перекликались? – непонимающе переспросил Димон.

- Хоп! В тайге! В поход ходили… На байдарках… В лесу, чтобы на заблудиться! И комары были звери. И деревья сплетались над рекой. Плывёшь как в зелёном коридоре… И собака. Одна девчонка её конфетой угостила, так она за нами два дня по берегу бежала, - я повернулся к Димону.

- Петрович, какая собака?

- Собака? Да обычная, Дим. А палатки ставили рядом, и между ними костёр… Да… Молодой был, - я встряхнул головой и глянул на курьера.

На его лице расплывалась довольная улыбка.

- Говоришь, воздух из того места, где запечатали? – и я встряхнул коробкой.

Из неё выскользнул небольшой белый листок и спланировал нам под ноги.

Я смотрел на него и думал: «Вот и отгадка!», но не мог заставить себя наклониться и поднять.

Димон с курьером проводили листок взглядами. Потом посмотрели на меня, потом на листок, потом опять на меня.

- Петрович, ты поднимешь?

- Да, Игорь Петрович, сейчас всё узнаете!

Медленно, очень медленно я наклонился за листком. Не глядя, сложил его и сунул в карман.

Курьер с Димоном переглянулись, и на их лицах отразилось понимание.

Вечером, сидя за столом у друзей, я всё никак не мог отделаться от воспоминаний. Всё прокручивал в голове что было, как было. От похода перешёл к институту. Экзамены, споры, ссоры, радость, юность…

Ребята шутили, смеясь, спрашивали: «Где достали такую редкость – красное шампанское?». Вино пенящейся тёмно-красной тяжёлой струёй лилось в бокалы. Я отвечал: «Не шампанское, а игристое! Смотрите, как играет!».

Я сидел за столом и в то же время шёл рядом с собой молодым знакомыми улицами. Вдыхал свежий, потрясающе вкусный воздух того времени. Там цвели каштаны, пахло машинным маслом и немного горелой изоляцией от меня. Устроили мы тогда на электротехнике… Я был молод и бесшабашно счастлив. Совершал великие глупости, говорил самые важные слова и знал ВСЁ. Как теперь знает ВСЁ мой сын. И его «всё» гораздо больше того, что знаю я. И даже больше того, что я знал тогда.

А спустя неделю я нашёл в кармане сложенную вчетверо бумажку. Совершенно пустую. Пожал плечами и выбросил.