Идеальное число

Закладка:

========== ГЛАВА 1. Как все началось ==========

— Что это за запах? — требовательно спросила Гермиона Грейнджер, стукнув винным бокалом о стойку бара с такой силой, что едва не сломала тонкую ножку этого самого бокала.

Вздрогнув, Гарри Поттер дико огляделся в «Белой виверне», пока Гермиона крутилась на табурете, пытаясь уловить восхитительный запах. Он подступал мягкими волнами и воздействовал на нее весь вечер, но, как она ни старалась, не могла определить его источник.

В самом деле, подумала Грейнджер, пока они с Гарри продолжали оглядываться, как вообще можно позволить чему-то так хорошо пахнуть?

Судя по недавно обретенным реакциям своего тела, Гермиона решила, что наиболее вероятной причиной ее отвлечения был неизвестный мужчина-альфа, но ее рациональный мозг решительно отверг эту идею.

Гермиона Грейнджер была сильной и независимой женщиной.

Она не разваливалась на части из-за мужчины, как бы вкусно он ни пах.

Ведь так?

Гермиона фыркнула, постукивая пальцами по кромке стакана, пока новые, вызывающие неловкость мысли пробирались в ее голову. Ее сердце уже бешено колотилось, когда еще одно дуновение неуловимого аромата пощекотало ей ноздри.

Она закрыла глаза, пока горячее возбуждение разливалось по ее венам.

Она крепко сжала бедра и сморщила нос, пытаясь отвергнуть предательскую реакцию своего тела, но все было напрасно.

Этого нельзя было отрицать. Аппетитный запах исходил от альфы.

Просто не было другого объяснения ее внезапному возбуждению.

Гермиона тяжело вздохнула. Может она и раскрылась на целых пять лет позже, чем ее сверстники, но благодаря своей непреодолимой жажде знаний она многое выяснила об отношениях между альфа-, бета-и омега-волшебниками.

Так сильно на нее мог повлиять только очень совместимый с ней и невостребованный альфа.

Кем бы ни был этот альфа, они, вероятно, были идеальной парой, что могло означать только одно.

Счастливые, долгосрочные отношения Гермионы и Гарри находились под серьезной угрозой.

Вдобавок, у самой Гермионы теперь появились крупные неприятности.

Она всегда была отчаянно независимой женщиной и не собиралась терять свою самостоятельность из-за бесполезного гормонального цикла.

Но, казалось, судьба плетет заговор против нее с целью ввергнуть всё ее тщательно продуманное существование в хаос.

Она виновато взглянула на Гарри, когда волна неконтролируемой потребности заполнила ее сущность. Желудок сжался, и несмотря на то, что она чувствовала себя предательницей, она раздула ноздри, закрыла глаза и позволила мягкому потоку аромата успокоить ее измученный разум.

Она глубоко вдохнула, затем открыла глаза и повернула голову, чуть не упав со стула от неожиданности, когда встретилась глазами с Теодором Ноттом.

Гермиона тихонько ахнула, когда Нотт очень явно оглядел ее с ног до головы, а затем снова потрясенно уставился на нее своими поразительно голубыми глазами. Она еще больше соскользнула со стула, когда губы Нотта изогнулись в ленивой ухмылке. Он поднял одну бровь, пристально наблюдая за ней, пока подносил к губам свою кружку.

— Я… Э…. Гарри…. — мозг Гермионы замедлил свою работу, когда Нотт взглянул на Гарри, и его ухмылка превратилась в искреннюю улыбку.

— Что? — спросил Гарри, с любопытством наблюдая за ней. Он повернулся, чтобы проследить за ее взглядом, и прищурил глаза, увидев Нотта. Затем он перевел свой недоверчивый взор обратно на Гермиону.

Нотт отсалютовал им своим стаканом, затем склонил голову, словно задавая безмолвный вопрос. Его ноздри раздулись в связи с отсутствием ответа как со стороны Гермионы, так и Гарри, и он продолжил смотреть на них обоих с явным интересом.

— Что ж, это… неожиданный поворот. Тот запах, который ты почувствовала, это был Тео? — спросил Гарри, убирая спутанные волосы с глаз, при этом выглядел он необъяснимо довольным.

— Я…. Я думаю, что да, — дрожащим голосом ответила Гермиона, — у меня нет такой же реакции, когда я смотрю на Малфоя или Забини, а они оба тоже альфы. Я почти уверена, что это он. Гарри, он абсолютно выбивает меня из равновесия!

— Ну, если вы с ним совместимы, ты легко можешь почувствовать его феромоны. Мне говорили, что альфа-феромоны оказывают подавляющее действие на совместимых омег, — собравшись с силами, сказал Гарри, в то время как Гермиона использовала его руку, чтобы устоять на ногах.

— Но…. Я никогда раньше так на него не реагировала! Я имею в виду, мы ходили с ним в школу, и я… — Гермиона прервалась, чтобы сделать глоток вина, точно зная, что именно Гарри собирается сказать, еще до того, как он открыл рот.

— Гермиона, — голос Гарри приобрел нотку терпеливости, которую он использовал только тогда, когда чувствовал, что она проявляет особенное упрямство, — ты раскрылась поздно из-за тяжелой военной травмы. Ты никак не реагировала на Тео в школе, потому что мы закончили школу еще до того, как ты достигла своего созревания как омега! Ни один альфа не мог повлиять на тебя в Хогвартсе. Ни Тео, ни Драко, ни Блейз, ни даже Невилл, а с ним ты проводила больше всего времени.

Гермиона вздохнула: «Да, хорошо. Я знаю это, Гарри. Я просто… удивлена, вот и все. Я не видела Нотта очень давно. Я не помню, чтобы он выглядел так…» — она неопределенно махнула рукой и глубоко вздохнула, когда кобальтово-голубые глаза Нотта снова нашли ее.

Гарри кивнул.

— Да. Ну, Тео жил в Италии с Блейзом и вернулся только полгода назад, так что до этого момента ты с ним не встречалась. Ты же знаешь, как меняются тела людей, когда они созревают, потому что ты сама уже раскрылась. Альфа-самцы становятся шире, черт возьми, большинство из них даже вырастают еще на пару дюймов. Все их телосложение и манера держаться меняются.

— Да уж, я вижу, — Гермиона закрыла глаза и вдохнула, пытаясь уловить еще одну волну восхитительного запаха Нотта.

— Если это поможет, то я скажу тебе, что Тео в данный момент ни с кем не встречается. А еще он бисексуал и открыто заявил мне, что считает себя полиамором.

— Гарри! — глаза Гермионы оторвались от лица Нотта, чтобы устремить на Гарри свой самый эффектный взгляд. — Как у тебя получается находиться с ними в настолько дружеских отношениях? — она подозрительно прищурилась, а затем посмотрела на стол бывших слизеринцев, — И откуда ты все это знаешь?!

Гарри фыркнул в свой стакан, допил и проглотил с глубокомысленным видом.

— Ну, ты же знаешь, что я работаю с Драко в Аврорате. Он довольно дружен с Блейзом, и с тех пор, как Тео вернулся в Великобританию, с ним мы тоже стали друзьями. К тому же Тео теперь мой новый тату-мастер, и я уже ходил к нему несколько раз, чтобы он закончил тату на спине. Ты ему нравишься, Миона, но и я ему тоже нравлюсь. Он ясно дал понять, что заинтересован в нас двоих, более того, он говорил мне это не раз.

Гермиона поджала губы, ее мозг бешено закружился, пока она обдумывала слова Гарри.

— Оба… мы оба? — спросила она, закрыв глаза и едва решаясь поверить в то, что услышала.

— Да. Мы оба. Между прочим, я не возражаю против открытых отношений, если бы ты хотела включить в них Тео. Это определенно стало бы творческим решением нашей маленькой… проблемы, — настаивал Гарри, скользя своей рукой по ее руке.

Непрошеные мурашки пробежали по телу Гермионы. Она тяжело сглотнула, и ее щеки вспыхнули, когда она посмотрела на Гарри, а затем снова на Нотта.

— Давай, Гермиона, — уговаривал Гарри, — просто подумай над этой идеей, прежде чем с ходу отказываться. Я вижу, что ты заинтересована в нем, и я знаю, что он заинтересован в нас. Еще один раунд, пожалуйста, Том. — сказал Гарри, и Гермиона, моргнув, вернулась в настоящее, наблюдая за тем, как Гарри швыряет горсть монет по древней, покрытой выбоинами стойке бара.

Похожий на вампира бармен кивнул, затем молча вручил Гермионе стакан свежего вина, а Гарри — пинту гоблинского эля. Гермиона задумчиво потягивала мягкий красный сира́, наблюдая, как Гарри кивает в ответ на вопросительный взгляд Нотта. Она нахмурилась, закусив губу, когда Нотт отвернулся с довольным видом.

Закладка:

— Ты специально привел нас в этот паб, не так ли? — выпалила она, внезапно осознав, что сделал Гарри. — Мы никогда не пьем в «Белой виверне»! Ты знал, что он будет здесь! На самом деле, ты сам спровоцировал всю эту ситуацию?! — Гермиона продолжила, и ее глаза расширились, когда она увидела растущую неловкость Гарри. — Гарри Джеймс Поттер! Ты ужасный лжец! Тебе самому он тоже нравится, не так ли?!

— Может быть, — с виноватым видом Гарри провел пальцем по конденсату, образовавшемуся на стенке стакана. — И да, я знал, что он будет здесь сегодня вечером, но на этом все. Успокойся, Гермиона. Ты же знаешь, я бы никогда ничего не сделал без твоего полного согласия…

Успокоившись, Гермиона кивнула и вздохнула.

— Гарри, все в порядке. Я знаю, что ты не стал бы делать ничего, что мне не нравится. Конечно, я это знаю. Я немного удивлена, вот и все. Ты рассказал ему о… ну, знаешь… о нас? Он знает, что… произошло во время моей последней течки?

— Не совсем, — Гарри снял очки, чтобы протереть их футболкой. — Но он мог догадаться. Я имею в виду, он знает, что ты омега, а я бета, так что он, вероятно, понял, что у нас есть… трудности.

— Гарри! — предостерегающе воскликнула Гермиона, повернувшись в кресле и напрягшись при виде пустого места Нотта. — Подожди! Куда он делся?! — взвизгнула она, вздрогнув от нотки паники в своем голосе.

Гарри пожал плечами, пока Гермиона осматривала паб и пыталась подавить необъяснимо сокрушительное осознание того, что Нотт ушел.

— Он, вероятно, все еще здесь, наверное, просто вышел на улицу или что-то в этом роде. Так ты… — Гарри нахмурился с явным недоверием, — ты говоришь, что хочешь рассмотреть этот вариант?

Гермиона заколебалась, подождав, пока ее сердцебиение успокоится, а затем нахмурилась, когда этого не произошло. Желание последовать за Ноттом было ошеломляющим.

— Нет! Да. Может быть. Определенно не сегодня, но… может быть, мы могли бы поговорить об этом немного больше? О, я не знаю, Гарри! Мне надо подумать! Но нельзя отрицать, что моя последняя течка была, ну…

— Полной и безоговорочной катастрофой? — предложил Гарри, самоуничижение было отпечатано на его красивом лице. — Гермиона, все в порядке. Мы можем быть честными друг с другом об этом. Это наша биология. Я не виню себя, что не могу дать тебе то, что нужно. Ни одна бета действительно не может. Ты омега и тебе нужен альфа. Тео альфа, и более того, я думаю, что он чертовски горяч. Просто… просто подумай об этом, ладно?

— Он вышел на улицу, говоришь? — Гермиона скользнула взглядом по переполненному пабу. — Тогда пошли, Гарри. Если вы все это спланировали, тебе нужно познакомить меня с ним сейчас. Вдруг окажется, что я его терпеть не могу, и если он заносчивый, высокомерный чистокровный, то я лучше узнаю об этом раньше, чем позже!

Гермиона закатила глаза, услышав полный любви смех Гарри. Она взяла свой напиток и последовала за ним через оживленный паб на его магически увеличенный балкон.

Она вышла на улицу, глубоко вдохнув успокаивающий прохладный воздух. Гермиона огляделась, глядя на шумную группу мужчин, полный стол пожилых колдунов, которые играли в какой-то магический покер в углу, пару незнакомых ведьм, и, как сказал Гарри, одинокую банши, пока ее взгляд не упал на дальний конец балкона.

Там, прислонившись к перилам и глядя на крыши Лютного переулка, стояли Тео Нотт и Драко Малфой. У Гермионы перехватило дыхание, когда она увидела небрежную элегантность Нотта. Ее бедра сжались, а руки заболели от желания протянуть руку и прикоснуться к нему.

Гарри споткнулся, когда она резко скрылась из виду за колонной.

— Извини. Просто…. просто дай мне минутку, — пробормотала она, наблюдая, как Нотт смеется над чем-то, что сказал Малфой. Он покачал головой, его искусно взлохмаченные кудри развевались, а ямочки на щеках блеснули в мягком верхнем свете.

Нотт повернулся, чтобы посмотреть через барьер в темноту Лютного переулка, явно совершенно не обеспокоенный огромным провалом прямо под ним. Он поднес сигарету к губам, сузил глаза, затянулся, затем выпустил тонкую струйку дыма в звездное ночное небо.

Гермиона облизала губы, в кои-то веки совершенно не находя слов. Она вздрогнула, когда раздраженное фырканье Гарри подсказало ей, что он достиг предела своего терпения.

— Ну давай же. Хватит прятаться в тени. Миона, — заявил он, — пошли поздороваемся.

_____________________________________________

— Итак, насколько ты открыта к тому, чтобы попробовать что-то новое? — спросил Тео позже на следующей неделе.

— Относительно, — призналась Гермиона, пытаясь обуздать свое бушующее воображение. Она и Гарри встречались с Тео уже трижды, и каждый раз после их встречи Гермиона чувствовала, что он ей нравится немного больше, — Я никоим образом не возражаю против ваших предложений. Мне просто немного трудно приспособиться к такому новому образу мышления, — призналась она.

Она оглядела уже знакомый внутренний дворик «Белой Виверны» и хмуро посмотрела на пожилого белобородого чернокнижника, который то и дело поднимал глаза от своей колоды карт, чтобы искоса посмотреть на нее.

— Честно говоря, я все еще приспосабливаюсь к своему созреванию, — продолжила она. — Я имею в виду, можешь ли ты представить, что я чувствовала, наблюдая, как все вокруг меня раскрылись? Естественно, поскольку я этого не сделала, все это время я считала себя обычной бетой. Я приняла это и больше не думала об этом. А потом… бум! Проходит пять лет, и я внезапно просыпаюсь в полном беспорядке из-за моих гормонов, потому что я раскрылась как омега намного позже из-за травмы. Мой гормональный цикл стал настолько сумасшедшим, что в тот же день я оказалась в Святого Мунго! За последние несколько месяцев мне пришлось приспособиться к совершенно новому образу жизни, и мне трудно свыкнуться с идеей зависимости от кого-то другого во время течки.

— Я думаю, Гермиона привыкла все контролировать, так ведь, любовь моя? — ласково спросил Гарри. — Когда мы росли, Гермиона всегда была главной. Я был просто безрассудным, упрямым мальчишкой, который бросался навстречу опасности, ни на кого не обращая внимания, а Рон просто слепо следовал за мной в любой хаос, который был у меня на пути. Гермиона была той, кто сохранила нам обоим жизнь.

Тео кивнул, повернувшись лицом к Гермионе.

— Я понимаю. Полагаю, это мешает тебе переложить ответственность на кого-то другого во время течки? Спасибо. — Он сделал паузу, подождав, пока официантка поставит еду на стол и уйдет, покачивая бедрами и многозначительно подмигивая Гарри через плечо.

— Честно говоря, — усмехнулся Тео, — это уже третий человек, который пялился на тебя сегодня вечером. Это хуже, чем ходить куда-то с Драко! Ты не можешь никуда пойти, не привлекая внимания, Гарри?

— Нет, — Гарри закатил глаза. — Поверь мне, я бы хотел, но не могу. В любом случае, ты не договорил?

— Почему бы тебе не попробовать взглянуть на свою течку под другим углом? — Тео снова принялся намазывать маслом свою булочку, проницательно глядя на Гермиону. — Почему ты не рассматриваешь это как временное изменение темпа? Выходной, если хочешь. Ты заботилась о других каждый день своей жизни, но во время течки тебе будет возвращаться часть этой заботы. Разве не было бы приятно позволить кому-то другому немного взять бразды правления в свои руки? Чтобы альфа построил тебе гнездышко и удовлетворил все твои потребности.

Гермиона издала долгий прерывистый вздох. Идея звучала замечательно, но реальность двух жестоких предыдущих течек заставляла ее относиться к следующей с особым трепетом. Она впилась зубами в нижнюю губу и с тревогой взглянула на Гарри, задаваясь вопросом, возможен ли вообще положительный опыт в этом деле.

— Мои…эээ… мои последние две течки были совсем не такими, — призналась она.

— Конечно, не были! — Гарри закатил глаза. — Потому что ты была со мной, а я не альфа. Твоя первая течка была тяжелой для нас обоих. Никто из нас не знал, что происходит. А второй раз был, ну…. во второй раз все было намного сильнее. Это меня совершенно утомило, а ты даже наполовину не была удовлетворена. Это было ужасно, и это была моя вина.

Закладка:

— Каким образом это была твоя вина? Ты бета, Гарри! — Тео нахмурился. — Ты всегда так строг к себе? — Он взял нож с вилкой и нарезал стейк, затем остановился. — Перестань выглядеть таким неубежденным! Вы ожидаете, что я буду вести себя как бета, когда у меня будет гон?

— Нет, конечно, нет… — начал Гарри, но Тео оборвал его взмахом вилки.

— Тогда не жди от себя невозможного. Я альфа. Ты бета, а Гермиона омега. Посмотрите на нас. Мы идеально подходим друг другу. В прошлом я был с несколькими омегами, и, на мой взгляд, всегда чего-то не хватало. Наличие беты в отношениях, я думаю, уравновесит ситуацию. Когда у омеги течка, а у альфы гон, бета остается начеку и заботится обо всех. Если мы собираемся попробовать, я хочу, чтобы это было правильно и работало для всех нас. Я хочу тебя, Гарри, также сильно, как Гермиону. Так что больше никогда не говори мне эту чушь: «Я всего лишь бета».

Гермиона уставилась на обильно татуированную руку Тео и тяжело сглотнула. Она судорожно вздохнула, поражаясь эффекту, который он на нее производил. Даже Гарри выглядел смягчившимся, а она по собственному опыту знала, как трудно этого добиться.

Она нахмурилась, пытаясь прочесть черные буквы, написанные выше и ниже суставов пальцев Тео. Тео увидел, куда она смотрит, и с ухмылкой повернул к ней руку: «Это послание моему дорогому покойному отцу. К черту Нотта. На случай, если тебе нужно подтверждение, что я не пойду по его стопам».

— Ой! — Гермиона моргнула, чувствуя себя слегка ошеломленной. — Это хорошо. Я… я рада этому. Я как-то не замечала раньше эту татуировку.

Тео усмехнулся.

— Потому что я скрывал ее под чарами гламура. Я не хотел привлекать внимания к своему прошлому, поскольку между нами все шло так хорошо. Но я решил, что пришло время признаться. — Он снова поднял руку, и Гермиона кивнула, уставившись на жирный шрифт.

Какое-то время она молчала, ела и слушала разговор Тео и Гарри. Ее сердце переполняла любовь к Гарри, когда она смотрела, как он смеется. Милый, дорогой Гарри, он был ее лучшим другом с одиннадцати лет. Он был мужчиной, который оставался рядом с ней, несмотря ни на что, и он был мужчиной, которого она любила больше всего на свете. Кроме того, он был потрясающе красив, особенно сейчас, с его смуглой кожей и дико завивающимися волосами, блестевшими в гирляндах над пабом.

Гермиона любила его всем сердцем и знала, что будет счастлива с ним всегда.

Но…

Взгляд Гермионы переместился через стол на Тео, который, по ее мнению, несмотря на ее яростную преданность Гарри, был, возможно, самым привлекательным мужчиной, что она когда-либо встречала.

Тео был таким, над кем обычно посмеивались ее одинокие друзья. Он был высоким, темноволосым, красивым, и, несмотря на склонность Гермионы следовать правилам, она находила его бунтарский характер невероятно привлекательным.

К тому же Тео был альфой.

Высокосовместимым, невероятно доступным альфой, взывающим к каждой частичке ее недавно раскрывшейся сущности.

Тео пробудил в ней основные инстинкты, самую суть того, кем она была, в то время как Гарри представлял для нее всё, что она уже любила в своей жизни.

Она никак не могла выбирать между ними.

Но, рассудила она, ни один из них не просил ее об этом.

Тео предлагал ей то, чего не мог сделать Гарри. Он предложил ей шанс быть с настоящим альфой, и что еще более важно, он хотел быть и с Гарри.

И каким-то чудом Гарри тоже хотел Тео.

Она задавалась вопросом, как это — проходить следующую течку с альфой рядом с ней. Она встречалась с разными мужчинами, прежде чем начала отношения с Гарри, но все они были бетами. Мысль о том, чтобы позволить альфе позаботиться о ней во время течки, была невероятно привлекательной.

В мгновение ока она сделала свой выбор.

Это была слишком ценная возможность, чтобы отказываться от нее.

— Да! — выпалила она, прежде чем успела надумать слишком много и изменить свое мнение. — Да. Если вы оба действительно уверены в этом, то я хочу попробовать.

========== ГЛАВА 2. Как все продолжилось… ==========

Комментарий к ГЛАВА 2. Как все продолжилось…

у меня передоз милоты, надеюсь, что у вас тоже будет

Две недели спустя Гермиона проснулась от сильной головной боли. Она застонала, прижала ладонь ко лбу и зажмурилась, пытаясь отгородиться от ослепительно яркого утреннего солнца.

Изо всех сил пытаясь предотвратить полномасштабную паническую атаку, она провела ментальную инвентаризацию, скрипя зубами, отмечая каждый из своих симптомов:

Раскалывающаяся голова ✓

Учащенное сердцебиение ✓

Болящие конечности ✓

Ощущение огня на коже ✓

Покалывание в пахучих железах ✓

Тянущая, пульсирующая грудь ✓

Непреодолимое желание запрыгнуть на Гарри ✓

Нервный страх и неконтролируемое беспокойство ✓

Гермиона тяжело вздохнула. С ее телом не поспоришь. У нее началась следующая течка, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить ее.

— Гарри, — прохрипела она; внезапно страх заставил ее усомниться во всем, что она, Гарри и Тео ранее обсуждали. — Я знаю, что мы говорили об этом, но пришло время. Вы уверены, что согласны на то, что мы собираемся сделать?

Гарри сонно нахмурился. Он приподнялся на один локоть, затем прижал другую руку к ее лбу.

— Ты горишь, Миона, — сказал он, наклоняясь вперед, чтобы нежно поцеловать ее. — Да, я уверен на сто процентов, и Тео тоже. Мы оба более чем довольны тем, как обстоят дела. Теперь, когда у тебя действительно началась течка, ты стала сомневаться?

— Конечно, я сомневаюсь! — Гермиона взвизгнула, затем сознательно понизила голос до более нормального уровня. — Прости, Гарри, но я боюсь. Я не хочу, чтобы наши отношения испортились из-за того, что мы пригласили в них кого-то другого, но я также не хочу, чтобы все закончилось так, как во время моей последней течки! Это было ужасно, и я чувствовала… Я почувствовала…. я знаю, что, возможно, сейчас слишком остро реагирую, но я не хочу, чтобы вы тоже чувствовали…

— Хватит, — твердо сказал Гарри.— Давай, любовь моя. Дыши, ради меня. Обещаю, эта течка будет сильно отличаться от прошлой.

Гермиона кивнула, заставляя себя дышать медленно, когда Гарри обнял ее. Он крепко обнимал, гладил по волосам и тихо говорил ей что-то на ухо, пока она, наконец, не смогла взять себя в руки.

— Как ты себя сейчас чувствуешь? — он спросил.

— Немного лучше, — призналась она. — Мне просто нужно, чтобы на этот раз все было по-другому.

— Так и будет. — Гарри намотал один из ее локонов на палец и улыбнулся, когда отпустил его, и тот снова превратился в дикую волну. — Мы встречаемся с Тео уже три недели, и все идет отлично. Если по какой-то причине это изменится во время течки, мы порвем с ним, и я обещаю, что наши отношения из-за этого не пострадают.

— Хорошо-хорошо. — Чувствуя себя достаточно уверенно, Гермиона прижалась горящей щекой к освежающе прохладной груди Гарри. — Во сколько он придет?

— Мы договорились сегодня в семь вечера, но я могу попросить его прийти пораньше, если хочешь?

— Нет, в семь нормально. — Внезапно почувствовав неприятный жар, Гермиона вывернулась из объятий Гарри и растянулась на кровати в позе морской звезды. Она нахмурилась, оценивая уровень гормонов, которые теперь свободно струились по ее телу. Сексуальное возбуждение еще не достигло непреодолимого уровня, но кожу уже покалывало, чувства были обескураживающе нестабильными, а температура все еще поднималась.

Вздохнув, она потянулась к телефону и улыбнулась текстовому сообщению, которое прислал Тео.

ТН: Доброе утро, красавица, я скучаю по тебе. Постарайся сегодня отдыхать, есть понемногу и часто. Я приду сегодня вечером, чтобы присмотреть за вами обоими. Т

Закладка:

ГП: Позабочусь. Я с нетерпением жду вечера

Закладка:

Гермиона гордо хмыкнула от его слов. Она открыла глаза и оглядела затемненную комнату, чтобы убедиться, что ее тщательно сконструированная берлога все еще цела.

— Ты пахнешь божественно, — сказал Тео, проводя губами по ее щеке. — Как и ты, Гарри. Мне нравится, что вы уже занимались любовью до моего приезда. Вы сменили постельное белье, и я вижу воду и закуски, которые вы подготовили. Эта комната идеально подходит для нас троих.

Тео поманил Гарри к себе пальцем. Гарри шагнул вперед, и Гермиона захныкала, когда Тео притянул его к себе, а затем медленно поцеловал.

— Видишь? — Тео выдохнул, когда они с Гарри наконец оторвались друг от друга. — Я же говорил тебе, альфе нужна не только омега, но и бета. Спасибо тебе, что ты рядом. Итак. Что тебе нужно от меня, Гермиона?

— Что… — слабо спросила Гермиона, наблюдая, как Тео и Гарри легли рядом с ней. — Что ты имеешь в виду? Мы обсуждали это…

— Да. Но мне нужно перепроверить. Что-то могло измениться, к тому же течка затуманивает чувства. Омега, — голос Тео превратился в низкое рычание, которое воспламенило душу Гермионы, — это важно. Мой гон скоро возьмет надо мной верх, и прежде чем это произойдет, мне нужно, чтобы ты точно сказала мне, чего ты хочешь от меня. Ты все еще хочешь, чтобы я трахнул тебя?

— Да! — Гермиона задыхалась.

— Ты все еще хочешь, чтобы я связал тебя узлом?

— Д… да, — ее голос дрожал, когда маленькие пальчики впились в грудь Тео, нетерпеливо притягивая его ближе.

— Ты все еще хочешь, чтобы я отметил тебя и заявил права на тебя?

— Да! — Она прижалась к нему ближе. — Я хочу, чтобы ты сделал все это, как и обещал. Альфа, ты обещал! Пожалуйста, не заставляй меня умолять…

— Не буду, — заверил ее Тео напряженным голосом. — Мне просто нужно было убедиться. Я сделаю всё это, но, как мы и договорились, я не собираюсь тебя оплодотворять. Во всяком случае, не в эту течку. Ложись.

Недолго думая, Гермиона подчинилась. Она упала на спину на кровать и широко раскрытыми глазами уставилась на Тео и Гарри. Ей хотелось, чтобы ее затуманенное зрение прояснилось, чтобы она могла лучше видеть их обоих. Гарри, конечно, она знала достаточно близко, но не так хорошо знала Тео. Его очертания были четкими, но мелкие детали его внешности и нюансы выражения лица в настоящее время были для нее потеряны. Она почувствовала, как Гарри взял ее за руку, его пальцы крепко сжали ее, пока Тео поспешно снимал с себя одежду.

Мягкий вздох Гарри заставил свежую струю возбуждения скатиться по ее бедрам. Она застонала, покачивая бедрами, отчаянно пытаясь ослабить болезненное давление, которое накапливалось внутри нее. — Полегче, омега, — промурлыкал Тео. Он взял руку Гарри в свою, провел пальцами между ног Гермионы, а затем отступил назад, чтобы скинуть джинсы.

Гермиона застонала, когда Гарри погладил ее. Он ввел в нее два пальца, медленно двигая ими и восхитительно растягивая ее, но далеко не так сильно, как ей нужно. Она извивалась на кровати, корчась от слишком нежного прикосновения Гарри.

Тео погладил ее сосок, и она выгнулась к нему с кровати. — Прекрасная, идеальная омега, — заявил он, расположившись над ней на кровати. — Не уходи, мой бета.

Гарри кивнул, водя пальцами туда-сюда так, что Гермиона ахнула. Гарри подпрыгнул, а Гермиона прищурилась, не разобрав, что происходит. Пока она пыталась разглядеть, Тео одним движением пальцев заставил боксеры Гарри исчезнуть, а затем начал сильно поглаживать его уже напрягающийся член. — Позвольте мне увидеть вас двоих вместе, — сказал Тео, отступая назад, освобождая место для Гарри.

Гермиона приподняла бедра, ожидая, пока Гарри уберет пальцы и заберется на нее сверху. Он двинулся вперед, быстро и беспорядочно пытаясь проникнуть внутрь нее, когда скользкие стенки поддались, открывая ему доступ. Гарри целовал ее, пока трахал, затем взял оба запястья девушки в свои руки и прижал их к подушке над ее головой, как ей больше всего нравилось. Он провел другой рукой по ее телу, целуя ее, когда она подтянула ноги выше, чтобы дать ему более глубокий доступ.

Тео тяжело дышал, и Гермиона видела, как двигалась его татуированная рука, пока он гладил себя, вне видимости ее затуманенного сознания. — Вы двое потрясающе выглядите вместе, — сказал Тео, — я мог бы смотреть на вас весь день. Соси ее пахучие железы, Гарри. Разорви ее кожу. Дай мне посмотреть, как ты ее пометишь.

Гарри согласился, откинув волосы Гермионы набок. Она вскрикнула, когда он поцеловал ее ноющую железу и вызвал новый поток желания, беспорядочно пульсирующего вокруг ее тела. Она извивалась, сильнее прижимаясь к его зубам, затем громко всхлипнула, само предвкушение уже приближало ее к оргазму.

— Сильнее, Гарри. Укуси ее, — приказал Тео.

Гарри сделал, как велел Тео.

Гермиона закричала, непередаваемое удовольствие смешалось с острой болью, и два противоположных ощущения заставили ее неконтролируемо взлететь на орбиту.

Она обвила ногами бедра Гарри, удерживая его на месте и раскачиваясь, пока он не начал отстраняться, и с потрясенным вздохом отпустила его.

— Нет, — прошептала она, мгновенно потеряв ощущение его внутри себя. — Останься. Пожалуйста!

Хотя она испытала оргазм, она не была удовлетворена. Это как раз то, что происходило во время двух ее последних течек, и она вдруг испугалась, что это может произойти снова сейчас. Страх настиг ее в одно мгновение. Она знала, что никогда не будет чувствовать себя сытой. Она никогда не сможет…

— Омега! — Тео зарычал, заставив Гермиону подпрыгнуть. — Перестань беспокоиться.

Она судорожно вздохнула и кивнула, когда Тео занял место, которое только что освободил Гарри. — Красивая, — подтвердил Тео. — Потрясающая, идеальная омега. — Он наклонился и поцеловал ее, властно скользнув языком в ее рот и вырвав бессвязный стон из ее перегруженного мозга.

— Мы не оставим тебя неудовлетворенной. — Пальцы Тео скользнули вниз по ее животу и между ног. Он провел вдоль ее намокших локонов, а затем скользнул внутрь нее. Она заерзала, вскрикнув, когда Тео прижался губами к пахучей железе на ее шее.

— Да или нет? — спросил он.

— Да! — Гермиона всхлипнула. Она закрыла глаза и приподняла бедра, вскрикнув, когда Тео укусил ее гораздо сильнее, чем Гарри. Она почувствовала, как ее кожа разорвалась, а затем Тео успокоил боль медленными движениями вызывающего экстаз языка.

Он отстранился и потерся о ее железу своей пахучей железой, и самое чудесное чувство блаженного спокойствия полностью успокоило ее разум.

Гарри заявил на нее свои права.

Как и Тео.

Наконец-то она была в безопасности.

Ее альфа и бета присмотрят за ней.

Все будет хорошо.

Трение пахучей железы Тео об её собственную вызывало самые сильные чувства, которые Гермиона когда-либо испытывала. Она вскрикнула, когда он наконец откинул голову назад и поцеловал ее. Он вытащил из нее свои пальцы и облизал их дочиста, не сводя с нее глаз, а затем вошел в нее одним медленным движением. — Такая влажная для меня, омега. Такая готовая. Наполненная спермой Гарри. Тебе нравится это? Тебе нравится, что я трахаю тебя?

Гермиона кивнула, тяжело дыша, когда Тео мучительно медленно отодвинулся.

— Ты теперь моя, омега. Я только что отметил тебя, и теперь я собираюсь заявить права на Гарри. Так вы оба будете моими. Что ты думаешь об этом, милая? Мы все будем принадлежать друг другу вечно и навсегда. Вы с Гарри будете моими. Моими — под моей защитой. Моими — чтобы любить вас. Моими — чтобы лелеять вас вечно.

— Твоими! — Гермиона вскрикнула, желая, чтобы он продолжал говорить и трахал ее быстрее.

Он этого не сделал. Он просто продолжал лениво тянуть свой невероятно твердый член вперед и назад, используя разные углы, чтобы поразить каждую ранее неизвестную ей точку наилучшего восприятия, которой она обладала.

— Тео, пожалуйста! — выдохнула она, крепко обхватив его ногами. — Пожалуйста, альфа! Мне необходимо…

— Я знаю. Ты сможешь. — Тео поцеловал ее ключицу, затем наклонил голову, чтобы поцеловать ее грудь. — Всему свое время. Я заставлю тебя чувствовать себя так хорошо, малыш. Я просто хочу убедиться, что ты готова к моему узлу. Узел альфы может показаться ошеломляющим, если ты не принимала его в себе раньше.

Закладка:

— Я готова! — умоляла она, ее затуманенное зрение наполовину сфокусировалось на Тео, который повернул голову, чтобы поцеловать Гарри. — Пожалуйста! О, Боги, я так близко!

Тео усмехнулся, продолжая свое мучительное нападение, вытягивая член почти до конца, а затем медленно скользя обратно внутрь нее, каждый раз погружаясь на всю длину.

— Хорошо, — выдохнул он, его толчки сменились с длинных и медленных на быстрые и сильные в одно великолепное мгновение.

Гермиона закричала, когда Тео оперся на локоть и жестко трахнул ее. Ее голова снова упала на подушку, и все тело напряглось, когда омегу настиг монументальный оргазм. Она услышала, как Гарри задохнулся рядом с ней, затем ее глаза закрылись, а слух стал еще хуже, пока все, что она могла слышать, был голос Тео.

— Расслабься, красавица, — начал он. — Останься со мной. О, черт… Гермиона…. В тебе так хорошо! Я собираюсь кончить!

Его оставшиеся слова были потеряны в глубоких раскатах его голоса, и Гермиона почувствовала, как он шлепнул бедрами, сделав три дополнительных сильных толчка, уткнувшись лицом в ее волосы.

— Расслабься, — сказал он, все еще тяжело дыша. — Посмотри на меня, давай, красавица. Я с тобой.

Неохотно Гермиона приоткрыла глаза, а затем резко распахнула их от неожиданности.

Несмотря на заверения Тео, она напряглась, когда его член начал набухать. Она подпрыгнула, когда пальцы мягко скользнули по ее плечу, и повернулась, чтобы посмотреть в расплывчатые зеленые глаза Гарри.

— Все в порядке, любовь моя. Все в порядке, — напевно произнес Гарри, и она слабо кивнула, позволив бедрам упасть на матрас.

Глаза Тео закрылись, и он прижался лбом к ее, а его узел продолжал раздуваться. Интенсивность чувств охватила все ее естество. Давление было сильным и безжалостным, но Тео просто целовал ее все это время, затем, наконец, дважды дернулся, как будто погружаясь в нее еще глубже, и испустил долгий, удовлетворенный вздох.

Их новое положение заставило Гермиону снова кончить, но на этот раз давление не уменьшилось, как обычно. Ее набухшие стенки продолжали плотно трепетать вокруг узла Тео, и она кончила еще два раза. Ее последний оргазм был мягче, чем первые два, но все же осталось восхитительно тяжелое чувство наполненности.

— Боги! — выдохнула она, когда Тео осторожно перевернул их на бок. — Я…. Думаю, мне это нравится.

— Хорошо, — выдохнул Тео, целуя ее в висок. — Засыпай, красавица. Потребуется некоторое время, чтобы узел ослаб. Гарри, подойди к ней со спины, обними ее сзади.

Гермиона вздохнула, когда Гарри занял позицию позади нее. Она откинула голову назад, уткнувшись носом в его плечо и начала задыхаться от восторга, когда Тео провел языком по ее все еще пульсирующей пахучей железе.

— Мои. Вы оба. Моя омега. Мой бета, — заявил он, поворачиваясь, чтобы поцеловать Гарри.

Гермиона сонно кивнула, засыпая, пока узел Тео все еще мягко пульсировал внутри нее.

___________________________

Глубокий мужской стон разбудил ее, и она открыла глаза; затуманенное жаром зрение смутно сфокусировалось на картине перед ней. Она задохнулась. Гарри стоял на четвереньках рядом с ней на кровати, а Тео погружался в него сзади.

Она смотрела, сколько могла, пока непреодолимая волна похоти полностью не затуманила ее зрение.

— Сюда, Миона, — услышала она приглушенный голос Гарри, и его сильные руки подтянули ее под себя.

Она вздохнула от удовольствия, когда он скользнул внутрь нее. На короткое мгновение она задумалась, трахал ли его Тео до сих пор, и, протянула руки, чтобы ощупать Гарри. К своему удовольствию, она обнаружила, что это так.

Она могла сказать, что Гарри был близок к тому, чтобы кончить, и трепет от осознания, что ее парня трахает другой мужчина, заставил Гермиону кончить почти сразу же после того, как Гарри вошел в нее. Она приподняла бедра, опираясь на руки, чтобы Гарри мог войти в нее еще глубже, затем громко застонала, когда калейдоскоп разноцветных звезд вспыхнул под веками.

Гарри сделал еще один мощный толчок, крепко обнял ее, а затем медленно расслабился на ней сверху.

— Я люблю тебя, Миона, — пробормотал он, в конце концов скользнув на кровать рядом с ней.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она с мягкой улыбкой.

— Готова для меня? — спросил Тео мгновение спустя.

Все еще улыбаясь, Гермиона кивнула. Тео наложил на себя очищающее заклинание и осторожно вошел в нее.

— О боги, — выдохнул он, — я долго не продержусь. В тебе чертовски хорошо, Гермиона, и Гарри, с тобой я чувствовал себя божественно. Это из-за тебя я уже так близко . Я, о….! Блядь…. Прости!

— Не….. извиняйся! — Гермиона выдохнула. Гарри ущипнул ее за сосок, перекатывая его между большим и остальными пальцами, и это, в сочетании с тем, что Тео изливался в нее, снова отправило ее по спирали в бездну.

Теперь она была готова к узлу Тео. Она вбирала в себя ошеломляющее ощущение заполненности, мягко раскачиваясь и скуля, пока член Тео продолжал восхитительно набухать внутри нее. Глубина ощущений была такой же сильной, как и в первый раз. Это было невероятно, но в этот раз не было немедленного облегчения, только безжалостное, нарастающее давление, которое было настолько приятным, что Гермиона расплакалась.

В этот раз она не отключилась, пока Тео продолжал завязывать узел внутри нее. Эндорфины бешено циркулировали по ее телу, в то время как давление нарастало, и она лежала, совершенно расслабленная, в руках Тео. Двадцать минут спустя он начал постепенно смягчаться, и тогда испустил долгий, удовлетворенный вздох; Гермиона шевельнулась, слегка двигая его членом внутри себя, пока внутри не вспыхнул последний, до странного мягкий оргазм.

Когда Тео наконец выскользнул из нее, она почувствовала себя измотанной. Она плюхнулась обратно на кровать, впервые чувствуя себя полностью сытой во время течки. Ее тщательно сооруженное гнездо было почти разрушено, но Гарри усердно восстанавливал его. Он передал ей стакан воды, а затем предложил один Тео, и она благодарно улыбнулась, когда прохладная вода освежила ее пересохшее горло.

— Гарри, ты идеален, — улыбнулся Тео, возвращая свой пустой стакан. — Абсолютное совершенство. Ты тоже, Гермиона.

— И ты, — сказал Гарри, а Гермиона согласно кивнула, чувствуя себя слишком измученной, чтобы отвечать. Она прижалась к груди Тео, ее глаза закрылись, а мысли снова начали ускользать от нее.

___________________________

Как обещали ей Тео и Гарри, эта течка сильно отличалась от предыдущих. К концу первой ночи у них установился удобный для всех ритм.

Тео и Гарри занимались любовью с Гермионой больше раз, чем она могла себе представить, даже несколько часов назад. Они испробовали все позиции и все комбинации, какие только могли придумать, а когда они не трахались, то засыпали, все трое плотно свернувшись калачиком друг вокруг друга, крепко удерживая Гермиону в клубке сплетенных конечностей.

На второй день и после того, как Тео в третий раз зарычал на него по этому поводу, Гарри наконец перестал извиняться за то, что не может поспевать за ними.

— Поттер, ты чертов бета, — сказал Тео, прижимая Гарри к кровати и целуя его прямо в губы. — Теперь перестань извиняться за это и пойми, что нам нужно, чтобы ты был бетой, а не вторым альфой. Однажды мы переживали гон с Блейзом, так в итоге мы чуть не убили друг друга. Два альфы вместе в гоне — это верный рецепт катастрофы.

— Да, но… — возражал Гарри, пока поистине убийственный взгляд Тео не заставил его замолчать. — Мы. Нуждаемся. В. Чертовой. Бете, — сказал Тео, а затем принялся целовать и трахать Гарри так тщательно, что тот больше не стал спорить.

На третий день Гермиону перестали волновать ее притупившиеся органы чувств. Она настолько доверяла Тео и Гарри, что впервые за многие годы смогла по-настоящему расслабиться, и в конце концов это чувство начало приносить ей освобождение. Уже не имело значения, если она мало что могла видеть и то, что единственными звуками, которые она могла нормально слышать, были голоса Тео и Гарри.

Закладка:

Она знала, что была в безопасности, а ее альфа и бета давали все, в чем она могла когда-либо нуждаться.

Гарри кормил и поил всех троих. Он приносил закуски и кормил с рук Гермиону и Тео, когда они были слишком истощены, чтобы есть самостоятельно. Он расчесывал волосы Гермионы каждый день, а затем заплетал их в толстые косы, чтобы их беспорядочные занятия сексом не спутывали их безвозвратно. Он массировал больную спину Тео, уделяя как можно больше внимания его затянувшимся следам от Круциатуса, а в ответ Тео и Гермиона успокаивали его, чтобы избавить его от чувства неуверенности и занимались с ним любовью столько раз, сколько он мог выдержать.

К четвертому дню им стало так комфортно в обществе друг друга, что Гермионе не хотелось, чтобы ее течка или гон Тео заканчивались.

— Ты был прав, — сонно сказала она, чувствуя, как смягчился узел Тео внутри нее, будто это происходило уже тысячу раз. — Ты был нам нужен.

Тео лишь улыбнулся и убрал косу с ее лица.

— Не так сильно, как я нуждался в вас обоих. Я говорил это раньше, и скажу это снова. Три — идеальное число. — Он протянул руку, которую Гарри машинально взял, и оба мужчины заснули, переплетя пальцы.

На пятый день Гермиона проснулась с ясным зрением, острым слухом и телом, мокрым от действительно неприятного холодного пота.

— Фу! — простонала она, поморщившись и выбираясь из отталкивающе липких одеял. Помимо своего ужасно немытого тела, она наконец-то чувствовала себя как обычно. Постоянная всеохватывающая потребность в сексе закончилась, хотя ее тело тревожно болело от всех их предыдущих усилий.

Она перевернулась, содрогнувшись, когда столкнулась с Тео, не желая, чтобы он видел ее в таком растрепанном состоянии.

Она моргнула, поскольку вернувшееся к ней ясное зрение позволило увидеть его должным образом впервые за несколько дней.

Тео был потрясающим. Сильно татуированная оливковая кожа, темно-каштановые, дико вьющиеся волосы и сонно-мягкие, васильково-голубые глаза. Он смотрел, как она смотрит на него, и уголок его рта изогнулся в веселой ухмылке.

— Нравится то, что видишь?

Гермиона почувствовала, как ее щеки залились румянцем.

— Очень сильно. Но я не могу прикоснуться к тебе прямо сейчас. Я чувствую себя отвратительно. Мне нужен душ… я не мылась все это время. Я даже зубы не чистила! Я имею в виду, что я, должно быть, выгляжу ужасно. А пахну еще хуже…— она сделала паузу, засмеявшись, когда почувствовала на себе освежающее заклинание. — Думаю, что это выходит за рамки подростковых освежающих заклинаний, Гарри! — засмеялась она, повернувшись и нежно глядя на своего лучшего друга.

— Нет, не думаю, — заявил он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. — подростковые освежающие заклинания скрывают множество греховных делишек. Как ты думаешь, почему все подростки изучают их? Кроме того, для меня ты всегда вкусно пахнешь. Твоя течка закончилась?

Гермиона кивнула, чувствуя необъяснимую грусть.

— Я думаю, что да. А как насчет твоего гона, Тео?

— Мой гон напрямую зависит от твоей течки. Так что да. На данный момент все закончилось. Во всяком случае, до следующего раза. То есть, — он сделал паузу, выглядя необычайно нерешительным, — если ты захочешь сделать это снова?

Гермиона не могла сдержать широкой улыбки, которая расплывалась по ее лицу.

— Конечно, хочу! Эта течка была прекрасной. Все было так, как вы говорили, и даже лучше. Я уже не верила, что такое возможно. Так что, я хотела бы сделать это снова. Если, конечно, вас обоих это устраивает?

— Только попробуй меня остановить! — Тео улыбнулся, погладил ее по щеке и нежно поцеловал. — Теперь вы оба понимаете, почему альфа и омега нуждаются в бете рядом с собой?

Гермиона повернула голову, чтобы посмотреть на Гарри, и тот кивнул.

— Да, я понимаю, — сказала она, счастливо улыбаясь Гарри.

— Это хорошо, потому что я связал нас всех вместе в первую ночь твоей течки, Гермиона. Мы бы оказались в затруднительном положении, если бы ты передумала. — Тео усмехнулся, наблюдая, как Гарри растянулся на кровати. — Серьезно, Поттер, ты знаешь, какой ты красивый? Иди сюда. — Гермиона взвизгнула, когда Тео проворно перепрыгнул через нее и прижал Гарри к кровати. — Могу я поиметь тебя сейчас, Гарри? Как полагается? Мои гормоны достаточно успокоились, и сейчас нет шанса на случайный узел внутри тебя.

Зрачки Гарри расширились, и он кивнул. Тео откинул свою непослушную челку назад и наклонился, чтобы поцеловать его шрам в виде молнии, на что Гермиона улыбнулась. Эти отношения уже складывались лучше, чем она могла себе представить. Тео потянулся к ее руке, и она переплела свои пальцы с его, а затем улыбнулась, когда Гарри накрыл обе их руки своей.

— Обещаю вам обоим, это только начало, — сказал Тео, глядя на их соединенные руки. — Новое начало для всех нас. После того, что мы делали на этой неделе, я не могу дождаться, когда наши отношения начнут расцветать.

— Новое начало, — повторил Гарри, поднося их сложенные руки к губам, — для всех нас.

Гермиона кивнула, разрываясь между желанием увидеть Тео и Гарри вместе и острой потребностью в долгом горячем душе.

— Поскольку мы только что чудесно пережили мою бурную течку, я согласна с Тео. Не могу дождаться следующего этапа наших отношений.