И последние станут первыми...

Глава 1

1.

Фонари горели только на центральной аллее, на боковых дорожках было темно. А Ей именно туда и надо.

Она остановилась, вытерла пот со лба и упрямо потянула черный пластиковый мешок на узкую тропинку. Через пару десятков метров мешок зацепился за кусты, застрял, пришлось снова останавливаться – выпутывать шуршащий пластик из веток. В тишине, царившей на кладбище, звуки казались неестественно громкими. Она испугалась, что сторож услышит возню и придет выяснять, что Ей понадобилось в таком месте в такой час.

Но никто не пришел. Она высвободила мешок и поволокла его дальше.

Вот, наконец, покосившаяся табличка «участок 113». Тут надо повернуть направо, отсчитать три ряда, на четвертом еще раз повернуть – уже налево, - и добраться до шестой могилы.

Главное, сделать всё, как нужно. Ничего не перепутать. А то хлопот не оберешься.

У шестой могилы – с крестом-растопыркой, ушедшим в землю бордюром и заплесневелой обрезанной канистрой от минералки, - кто-то был.

Высокий темный силуэт с лопатой. Рядом – тачка, на ней – такой же черный пластиковый мешок.

Услышав пыхтение, негромкие матерки и треск ломающихся веток, Он обернулся. Какая-то дурища с растрепанными волосами волокла по узкому проходу между рядов мешок.

Он терпеть не мог плохой работы, поэтому аккуратно прислонил лопату к кресту, подошел к дурище, отодвинул Ее локтем, подхватил мешок и без видимых усилий перетащил к могиле.

- Ссспасибо, - выговорила Она, отдуваясь.

- Ты что, так и тащила по земле? Тачку или тележку прихватить не додумалась?

- Неа... А вы тоже... по тому же делу, да?

- Ну а по какому еще, - Он недовольно пожал плечами. – Сиди уж, раз пришла. Сам все сделаю.

Он снял куртку, закатал рукава рубашки и взялся за лопату.

Глядя, как Он копает, вытаскивая ровные пласты мокрой земли и аккуратно складывая их возле бордюра, Она позавидовала. Похоже, опыт у Него был. Не то что Она – приперлась первый раз. Ладно, тачку, даже лопату прихватить не догадалась! Если бы не Он, плясала бы сейчас вокруг могилы или ковыряла землю веткой до утра.

А до утра никак нельзя. Нужно уложиться за час.

Он справился минут за сорок.

- Так, раз мы тут вдвоем, надо все сделать четко, не нарушать правил.

- А какие правила? Я знаю только про время акции.

Он скривился, недовольно фыркнул, хотел сказать что-то резкое, но сдержался. Спокойно объяснил:

- Во-первых, надо вытащить их из мешков.

- Ой да, чуть не забыла!

- Во-вторых, - продолжал Он, будто не расслышав, - укладываем сначала мужчину, потом женщину. Если у нас два мужчины или две женщины – сначала того, кто старше. У тебя кто, бывший?

- Угу.

- Кто бы сомневался, - Он снова фыркнул.

Она вспомнила анекдот про вечно недовольного котика, но вовремя прикусила язык. Сейчас лучше помолчать и не выпендриваться.

- А у вас – бывшая?

- Мелко плаваешь, подруга. Гендир.

Потом они вытаскивали тела из мешков, снимали одежду (ее надо будет сжечь после того, как закопают могилу), укладывали на крышку очень старого (если верить преданиям и инструкциям), но чистенького, с не попорченной лакировкой гроба своих бывших – директора и любовника, - как полагается, руки вдоль тела, лицом вниз, ногами на восток.

Потом Он велел ей пройтись по соседним рядам («Далеко не уходи, заблудишься еще, ищи тебя потом!»), набрать веток, а сам – все также аккуратно – принялся закапывать могилу, в которой (к то ли тысяче, то ли, если верить рекламным листовкам – десяткам тысяч) прибавилось еще два покойника.

Потом они сожгли одежду и мешки, развеяли пепел и обрывки вонючего пластика по ветру и пошли к выходу с кладбища.

- Ты первый раз, да? – уже без фырканий, скорее, с сочувствием спросил Он.

Она как раз раздумывала: какой же Он внимательный, как умеет продумать все до мелочей, - вслушивалась и не слышала ни скрипа осей, ни скрежета колес по гравию. Наверное, заранее смазал маслом. И лопату после работы отчистил пучками травы – блестит, как новенькая.

- Извините, вы что-то сказали?

Он повторил вопрос.

- Да, первый. Долго не решалась.

- Боялась? - сейчас, при свете фонарей на центральной аллее, его улыбка казалась жутковатой, как у тех, что остались в могиле.

- Ага. Реклама, конечно, хорошая, да и фирме уже много веков. Но вдруг что-то неправильно сделаю – никакие гарантии не сработают.

- Инструкцию надо внимательно читать. Ты, небось, не на одного бывшего зуб точила? Кто-то еще есть?

Она кивнула. Говорить о случившемся было больно.

- Подружка? Заклятая? С которой он тебе изменил?

- Откуда вы...

Она испуганно отпрыгнула в сторону, чуть не свалилась в канаву. Он в последний момент схватил ее за локоть, удержал.

- Осторожнее... Это же очевидно. Раз бывший, значит, обидел. А как можно обидеть влюбленную девицу? Изменить. А чтобы до смерти? С лучшей подругой. Поняла?

- Угу, - Она всхлипнула, вытерла лицо рукавом.

- Что, и платок с собой не взяла... Эххх, молодо-зелено... Кстати, как ты его?

- Подушкой.

- Плохой способ, - Он покачал головой. – С подругой не выйдет. Она с тобой, особенно теперь, когда любовник исчез, в одной комнате спать не ляжет.

- Я уже думала... Ножом – не смогу. Это силу надо, и знать, куда бить. Да и комнату потом отмывать. С высоты тоже не столкнешь. Не полезет она со мной ни на крышу, ни на гору.

- Отравить – проще всего. Или... погоди... У тебя пакет «эконом», что ли?

- Ага.

- Нельзя на важном экономить, - Он снова покачал головой, нарочито пожал плечами, всем своим видом демонстрируя пренебрежение. - Взяла бы «бизнес» – получила бы быстро растворяющийся растительный яд. На выбор из пятидесяти вариантов.

- Я хотела... но...

- Денег не хватило? Ты вообще кто? Чем занимаешься?

- Учусь. В школе. В будущем году заканчиваю.

- Понятно. Совсем молодая, глупая... и безденежная.

- У меня квартира есть. Своя. От родителей. Однокомнатная, правда.

- Небось, в панельках в Северном квартале? Все ясно с тобой, красотка... Значит, так. Сейчас мы выходим из ворот и расходимся в разные стороны. Тебе – ждать первого автобуса, а я, извини, на машине. Запиши адрес, загляну в гости сегодня вечером.

Она шарахнулась, выпучила глаза, испуганно затрясла головой и чуть снова не свалилась в канаву.

- Не истери... Ишь, какая нервная. Не собираюсь я на твою честь девичью покушаться. Тебе яд нужен?

- Нужен... Но вы... Почему?

- Ничто человеческое мне не чуждо. Шучу, шучу, не трясись. У меня остался после гендира, а других кандидатов нет. Пока. Так что просто поделюсь. А взамен ты пообещаешь мне одну вещь.

- Какую?

- Вечером скажу. Если не передумаешь. Ну все, до встречи.

Он развернулся и исчез в предутреннем тумане. Не скрипели колеса тачки, не скрежетал гравий под ногами.

Она постояла, прислушалась. Короткого «дзынь» сигнализации тоже не было слышно.

Может, Он из Компании? Менеджер-помощник начинающим? В рекламе такого не было.

Или Ей все почудилось.

Да какая, к черту, разница. Доедет до дома, посмотрит: явится кто-то вечером или нет.

2.

Странный это был сон.

Черно-белый, без полутонов и теней, в грубо намалеванных на картоне декорациях, с минимумом деталей и звуков.

Картинка глазами девочки-подростка, испуганной, озадаченной, обиженной.

Такой, какой Она была тогда, много лет назад.

Если бы не этот, периодически возвращавшийся сон, Она бы уже забыла о той истории. Истории, с которой все началось.

Он действительно пришел вечером, как обещал. Рассказал, что занимается подбором кадров в Компанию, показал документы («А то я уж понял, какая ты недоверчивая!») и сходу предложил Ей после окончания школы пойти на курсы, а после - работать под Его началом.

- Почему я?

- Видишь ли, нас специально тренируют, учат искать подходящих людей среди первых клиентов.

- И что во мне такого особенного?

- Ты совершила акцию не потому, что испытывала тягу к подобным действиям. Стремление уничтожать чужие жизни не заложено в твоей природе. Тебя обидели, и ты нашла, как тебе казалось, хороший, разрешенный законом способ отомстить. Но ты не такая!

- Нет, такая! Есть еще... эта! И я хочу, чтобы она... чтобы ее не стало!

- Деточка, это эмоции. Нормальные в твоем возрасте и в твоей ситуации. Не беспокойся, если хочешь – сделаешь. Я принес то, что обещал.

Он достал из кармана аккуратно упакованный, запечатанный печатью Компании пакет, положил на стол.

- Подожди. Прежде, чем ты разберешься с подружкой, хочу тебя кое о чем предупредить... Если ты примешь мое предложение, вот с этим... – Он ткнул пальцем в пакет, - придется закончить. Сотрудники Компании имеют право на три акции. Одна у тебя уже есть. Сейчас ты хочешь совершить вторую. Уверена?

- Да!

- Хорошо, решать тебе. Но запомни: у тебя останется только одна, последняя.

- Мне больше не понадобится.

- Откуда ты знаешь?

- Знаю!

- Тогда договорились. Закончишь школу – приходи. Рекомендации я напишу. Но учти: учиться придется всерьез. И инструкции читать внимательно.

Он улыбнулся. На этот раз искренне, не страшно.

- Я справлюсь... А... Можно спросить?

- Попробуй.

- Почему вы решили, что я – не такая? Ну... то есть, я понимаю: у вас опыт, эта, как ее, насмотренность, психология. Но хоть что-то можете сказать?

- Выучишься - узнаешь.

Он поднялся, пошел к выходу. У двери, уже взявшись за ручку, остановился и обернулся.

- Ты не подумала даже о необходимых аксессуарах. Не взяла тачку, лопату, фонарик. Действовала под влиянием минуты. Те, кто совершает акции, испытывая внутреннюю потребность, обычно просчитывают все до мелочей.

С тех прошло пятнадцать лет. Она окончила курсы, устроилась в Компанию. Сначала работала менеджером холодных звонков, потом – старшим менеджером – с постоянными клиентами, потом – руководителем отдела, а последние три года – Его личным помощником и заместителем по административной работе (которой в Компании уделялось большое внимание).

В ту давнюю встречу Он не сказал ей, какую должность на самом деле занимает, и теперь Она понимала, почему. Не хотел пугать девчонку статусом, давить авторитетом.

Может, скажи Он все сразу, Она бы испугалась и отказалась.

И Он тоже это понимал.

У Нее отличная работа, своя, приличная квартира (разумеется, в Центральном, а не в Северном квартале) – с приходящей домработницей и кухаркой. Отпуск Она проводит на элитных курортах. Мужа нет, да и зачем он, когда вокруг полно симпатичных парней, готовых приятно провести время с милой щедрой женщиной. В крайнем случае, можно заказать специалиста по развлечениям.

Она была благодарна Ему за все, что Он сделал и продолжал делать для Нее. Иногда ругал (но только наедине) за невнимательность, пытался объяснить принцип работы той самой могилы, но Она быстро запуталась в квантовых флуктуациях и магических эманациях, исходящих от останков похороненной тысячу лет назад ведьмы и позволяющих (разумеется, при соблюдении правил) бесследно уничтожать результаты акций, - и махнула рукой. Все равно Ей это никогда не понадобится, так зачем мозги забивать.

За последние годы Он сильно постарел, начал сдавать. Иногда Она заходила к Нему в кабинет и видела, что Он дремлет, сидя в кресле, по подбородку стекает тоненькая ниточка слюны, а бумаги рассыпались по полу. Временами у Него так дрожали руки, что Он не мог поставить подпись на важном документе, и Ей приходилось расписываться за Него.

Поначалу Она жалела Его, помогала, чем могла. Но со временем Его бессилие, забывчивость стали раздражать. В конце концов, Она ему не нянька! Шел бы себе на пенсию, не занимал чужое место.

Хотя... Почему чужое? Ее. Ее место!

Если Он сам не понимает, что ему пора подвинуть морщинистую задницу, Она поможет. У Нее еще осталась одна неиспользованная акция.

3.

Ночь был темной и тихой. И, как обычно, фонари горели только на центральной аллее.

Она усмехнулась. Сейчас Она уже не та глупая обиженная девчонка.

Нет. Она грамотный, компетентный специалист, знает наизусть все правила и инструкции, в том числе для внутреннего использования, - и запросто сделает все, как полагается. И, разумеется, у Нее есть и тачка, и фонарик, и лопата, и спички, и топорик, и даже заранее собранные ветки (еще не хватало лазить в потемках по кустам).

Она не была здесь много лет, но, как ни странно, помнила дорогу до мельчайших деталей. Вот здесь – обломанное дерево, которое сторожа так и не собрались спилить. Там – взлетающая к небу мраморная красотка, нежной ручкой указывающая на табличку «участок 113». А вот и старый крест-растопырка, и просевший бордюр, и заплесневелая канистра.

Она вытащила лопату и принялась раскапывать могилу давно истлевшей, но все еще бессмертной ведьмы, волею случая или судеб похороненной в воронке вероятностей.

Земля была тяжелой и мокрой, но это не страшно. Она в отличной форме, не зря три раза в неделю тренируется в спортзале с персональным тренером.

Она вытаскивала ровные пласты мокрой земли и аккуратно складывала их возле бордюра. Так, как Он Ее научил.

Конечно, немного жаль, что больше Он ничему никогда Ее не научит. И их разговоров – обо всем на свете, а не только о работе Компании, - тоже жаль.

Но нужно было выбирать. Она выбрала себя.

Интересно, за сколько минут Она справилась? Он, тогда, давно – минут за сорок.

А Она моложе и сильнее.

Обидно, надо было засечь время, сравнить.

Черт, да что теперь сравнивать! Всю жизнь сравнивала себя с Ним, мечтала если не превзойти, так хотя бы дорасти.

И вот – доросла.

Она сняла с тачки черный пластиковый мешок, развязала, вытащила тело.

Он лежал на мокрой земле и смотрел на нее ясными, живыми глазами.

Как же так: глаза должны быть закрыты!

Она сделала шаг назад, споткнулась о кучу земли и чуть не упала.

- Сколько раз я тебе говорил: внимательнее читай инструкции. В нашем деле мелочей не бывает, - Он встал, потянулся, похрустел пальцами. – Чтобы третья акция сотрудника Компании, примененная к другому сотруднику, прошла успешно, необходимо завершить ее в тот же день и час, в который будет завершена акция клиента, впервые обратившегося в Компанию. А ты, дурочка, даже не посмотрела, записан ли на сегодня кто-то из новеньких.

«У него ничего не выйдет! Раз у меня не вышло, значит, и у него не получится!»

Она сделала еще шаг назад.

- Глупая девчонка, - Он словно читал Ее мысли. – Это у тебя третья акция, а у меня – вторая.

И потянул с шеи удавку.