И к черту правила...

Глава 1

И к черту правила...

К тому моменту, когда всё началось, всё шло как всегда.

Этот день ничем не был хуже предыдущего и вряд ли обещал быть лучше последующего. Мартин, как всегда, сидел за маленьким столиком в собственном кафе, в котором он, как любил себя называть, был "владельцем без прав", и смотрел, как роботы обслуживают посетителей.

В своё время этих двух роботов он взял по дешевке у друга с большой скидкой как помощников в кафе. Кто же знал, что потихоньку законы будут меняться, а муниципалитет превратит роботов в обязательных участников всего ресторанного бизнеса.

Мартин печально смотрел, как Фанк и Джаз — так он в своё время назвал их в честь музыкальных направлений, которые ему нравились, — обслуживают посетителей.

Посетителей в это время дня было немного: парочка туристов и один местный завсегдатай, который всего лишь кивнул Мартину, зато вежливо поздоровался с Фанком.

Мартину было обидно.

Посетитель завязал с Фанком беседу. Туристы-японцы, забрав у Джаза ещё пару их фирменных булочек с прилавка, вышли, широко улыбаясь всем вокруг.

— Фанк! — позвал Мартин, прерывая беседу робота с клиентом.

Это считалось дурным тоном в ресторанном бизнесе, а по мнению самого Мартина, проведшего в нём сорок лет, — вообще огромной ошибкой. Но он всё-таки позвал робота потому что очень хотелось:

— Выйди на улицу, кажется, дождь собирается. Убери заранее под навес столики, которые отодвинули на солнце. Нечего им намокать.

Фанк тут же выскочил на террасу, чтобы исполнить приказание хозяина.

— Этим роботам всё время что-то надо напоминать, — ворчливо сказал себе под нос Мартин.

— А на мой взгляд, они неплохо справляются, — ответил завсегдатай со своего места.

— В общем-то да, — согласился Мартин. — Но всё-таки в пределах хоть и обширной, но программы.

Мартин встал и подошёл к барной стойке. Посетитель заказал напиток, и Джаз как раз его готовил.

— Может быть, добавишь ингредиенты, о которых мы говорили вчера? — тихо сказал Мартин.

Вместо ответа Джаз повернул к нему своё вечно улыбающееся лицо и тихо шепнул ему на ухо:

— Хозяин, отойдите от барной стойки. Вы же знаете, что с пищевыми ингредиентами теперь работают только роботы. Это повышает безопасность продуктов питания и закреплено в законодательстве. Вы же не хотите получить очередной штраф от мэрии? В этом году он уже будет четвёртым.

Мартин вспыхнул.

— Почему я в собственном кафе не могу зайти на кухню или за стойку? Я, который готовил всем клиентам в течение последних тридцати лет! Почему я не могу приготовить какой-то несчастный коктейль клиенту?

— Таковы правила, — спокойно ответил Джаз. — Садитесь обратно на ваше место, а я налью вам кофе. Как вы любите.

— А кто меня застукает? Я что-то не вижу здесь на улице муниципальных роботов, — сказал Мартин, махнув на витрину. - Расскажи ка, а кто это на меня настучит ?

— Хозяин, вы же знаете… — робот неизвестно каким путём придал голосу страдальческое выражение. — Я сам буду вынужден сообщить об этом муниципалитету. Таковы правила, регламент работы. Я получил это обновление уже год назад. Вы всё это прекрасно знаете и всё равно требуете от меня невозможного.

Мартин посмотрел на Джаза.

— Ты невыносим. Стукач конченный.

Робот предпочел не ответить.

К этому времени Джаз приготовил напиток, вынес его гостю и, как до того Фанк, начал любезно шушукаться с завсегдатаем.

Мартин отошёл, сел, по старой памяти вызвал голограмму газеты и стал листать текст, делая вид, что пытается что-то прочесть. На самом деле текст ему совершенно не шёл в голову.

Он вспоминал, как сам бегал по этому же кафе, унаследованному от отца. Только отец тогда был жив, а Мартин разносил гостям напитки и еду. И никаких роботов на улицах и в помине не было. Даже машины приходилось водить самим.

«Интересное же было время», — с ностальгией подумал Мартин, вспоминая ту реальность.

В этот момент зазвенел колокольчик у двери: вернулся Фанк.

— Вы правы, хозяин, собирается дождь, — угодливо сообщил он, пытаясь подлизаться. Видимо, робот заметил, что у Мартина плохое настроение.

— Конечно, я прав, — мрачно ответил Мартин. — И не подлизывайся. Ты так же невыносим, как Джаз.

— Но, хозяин… — протянул Фанк обиженно и не продолжая скользнул на кухню.

Мартин с тоской посмотрел ему вслед. На своей собственной кухне он не был уже четыре года. Таковы были правила санэпидемстанции, муниципалитета, полиции и хрен знает каких еще инстанций.

Стоило вспомнить полицию, как вот она — тут как тут. Подъехавший полицейский электрокар высадил инспектора их района Жерара.

Жерар был приятным человеком, практически ровесником Мартина, но, по мнению Мартина, слишком уж добрым для полицейского.

Мартин вышел к Жерару на улицу, поздоровался и они вдвоём сели за столиком у маленького куста цветущей акации. Мгновенно выскочивший Фанк уже ставил перед Жераром его неизменный заказ и спрашивал, не будет ли он чего-нибудь ещё.

Жерар вяло отказался и с достоинством сделал большой глоток, видимо, своей первой за утро чашки кофе.

— Не слушаются они меня, — Мартин качнул головой в сторону роботов. — И толку от них нет.

— Ну, это ты всё-таки чуточку преувеличиваешь, — добродушно сказал Жерар. Роботы у тебя хорошие.

— Просто понимаешь, — ответил Мартин, — везде эти роботы: немножко там, немножко тут, немножко здесь. И вроде бы да, с ними жить гораздо легче. А понимаешь, они же воспитывают целое поколение бездельников. Молодёжь только и делает, что путешествует, никто не работает.

— Ну вот мы с тобой работаем, — спокойно ответил Жерар. — Правда, за себя я не уверен, но все же.

Мартин удивлённо посмотрел на него.

— Это почему?

— Ну, понимаешь, вообще-то в моём ведомстве десяток робопатрульных, у каждого ещё и дрон для наблюдения за обстановкой сверху. И пара-тройка тысяч камер только на нашем участке. Сам знаешь, таковы распоряжения муниципалитета. Но, знаешь, что-то как-то не вижу я особой нужды во мне. Ты не поверишь: захожу с утра в участок, и всё уже работает. Работает так, как требуется. И не очень понимаю, а что мне там делать?

Мартин удивлённо смотрел на Жерара.

— Как что? Преступников ловить!

— Ну, положим, если кто и объявляется, его выловят. Патрульных-то достаточно. Сетка… Хотя я не помню, когда они в последний раз применяли хотя бы перцовый баллончик, не то что сетку или резиновую пулю. Запишут все его действия на камеры, поймают и приведут — это не проблема. Но вот смотри: я прихожу с утра в офис, мне докладывают обо всех происшествиях и тут же докладывают, как с ними разобрались. Все запротоколировано и в книге происшествий. И я не могу придумать решение лучше, понимаешь? Выхожу, сажусь в патрульную машину, вот как сейчас сел, а она сама знает, куда ехать. Она реагирует на все самые острые моменты быстрее, чем кто-либо успевает подумать. В тех редких случаях, когда действительно что-то случается, роботы бывают на месте чуть ли не раньше, чем совершилось преступление. Район спокойный, это радует, хотя они все сейчас плюс минус спокойные. Вот смотри, время, когда я пью кофе. Моя патрульная машина, даже не спрашивая меня, подвезла меня к твоему кафе и только возле его дверей спросила, желаю ли я выйти или мы продолжим патрулирование. И если бы я сказал, что нет не выйду, то, скорее всего, она бы проехала дальше, до перекрёстка, и свернула бы там налево, к нашему с тобой знакомому Пью.

— Боже, ты сидишь в этой забегаловке у Пью? — возмутился Мартин.

— Ну надо же иногда есть какую-нибудь гадость, не всё же твою шикарную кухню.

Мартину, с одной стороны, было приятно, а с другой — он знал, что и у него, и у Пью одни и те же роботы, которые готовят по одним и тем же заданным стандартам. Так что он промолчал. Разница то по сути в их заведениях была всего в одном — в интерьере.

Он тяжело вздохнул.

Мартин ещё пожаловался на то, что его супруга слишком увлекается своей виртуальной семьёй.

— Ты понимаешь, у меня самого такая же есть, — продолжал Жерар. — Но я не уделяю им столько внимания. Я всё-таки понимаю разницу между реальной семьёй, которая вот она, рядом, и виртуальной, в которую иногда погружаешься, чтобы было веселее жить.

Мартин всего лишь пожал плечами.

Виртуальностью Мартин никогда не увлекался. А время, когда он считался ловеласом среди молоденьких девушек, уже давным-давно прошло.

Жерар допил свой кофе, съел сэндвич и попрощался с Мартином. Неизвестно откуда подкатила его патрульная машина и унесла его дальше по важным полицейским делам.

Мартин проводил его прищуренным взглядом. Едва они свернули за угол, улыбка спала с его лица. Он выдохнул и вытер лоб платком.

В этот раз тоже пронесло.

«Про подполье они всё-таки ничего не знают», — подумал Мартин и хотел было забрать посуду, чтобы отнести её в кафе, но вовремя вспомнил, что делать этого нельзя. По инструкции номер хрен знает какой, с буквенными литерами хрен знает какими.

Поэтому он встал, зашёл в своё кафе и напомнил и без того прекрасно помнящему Фанку:

— Иди убери посуду, бездельник.

Фанк мгновенно выскочил на террасу. Джаз только изобразил осуждающую мину на своём экране-лице и заметил:

— Хозяин, сегодня вы прямо совсем в ударе.

— Угу, — ответил Мартин. — Приготовь мне бутерброд номер пять и напиток номер восемь.

— Ну зачем вы так? — протянул Джаз и пошёл готовить для хозяина.

Через несколько минут он вынес Мартину его еду.

— Ну что, может быть, ты что-то изменил в рецепте? Добавил на одну петрушку больше, в соответствии с разрешённым регламентом минимумом? — спросил Мартин.

— Нет, я подал сегодня красную салфетку, праздничную, чтобы улучшить ваше настроение, — заметил Джаз, биомеханическим пальцем поправляя и без того идеально лежащую салфетку под идеальным углом в сорок пять градусов.

— Боже, за что мне всё это? — простонал Мартин, отворачиваясь от Джаза, отпивая кофе и глядя в окно.

Возвратившийся Фанк не исправил положения, напомнив:

— Хозяин, прошу помнить, что это ваша третья чашка кофе. Больше вам в день не рекомендуется.

Это было омерзительно.

Мартин вздохнул, опрокинул в себя сразу всю чашку и поставил её уже пустой на стол. Наспех доел бутерброд и выскочил из кафе.

Сидеть в собственном заведении было просто невмоготу.

Выйдя из заведения, Мартин направился в сторону своего дома. Свернув за угол, он спокойно выдохнул.

Ну что ж, наверняка у роботов тоже не появилось никаких подозрений. И даже если кто-то спросит про Мартина, скажут, что у него сегодня было особенно плохое настроение и он ушёл домой раньше. Вполне себе неплохое алиби.

Что же теперь как раз можно будет заняться делами подполья.

Домой Мартин, конечно, не пошёл. Вместо этого он проскользнул к старым гаражам, которые в своё время превратили в маленькие склады.

Вечно тупящий робот-складчик очень старой модели проводил ничего не выражающим взглядом окуляров уходящего в глубину гаражей Мартина.

Мартин несколько раз свернул, дошёл до нужного гаража, быстро оглянулся и активировал отпечатком пальца старый замок. Нырнул в гараж и огляделся.

Всё, что здесь лежало, дома держать не стоило. Именно поэтому гараж он в своё время зарегистрировал на чужое имя. Это был его тайник.

Он специально выбрал столь отдалённое место, потому, что здесь никто не заменил робота-складчика. Наверное, это был самый древний прототип из всех роботов складчиков, какие только возможны.

Мартин аккуратно собрал всё необходимое в большую чёрную сумку, переоделся и сел, сверяясь с часами.

Оставалось не так уж долго.

Сегодня подполье в очередной раз покажет, как оно бывает на самом деле, в реальной жизни.

В положенное время он был по нужному адресу. Конспиративная квартира находилась в одном из старых районов города.

Он постучал условным стуком, хотя по домофону его, скорее всего, и так узнали бы в лицо. Грейс на секунду приоткрыла дверь, и он проскользнул внутрь вместе со своей сумкой.

— Шёл пешком, на роботакси не садился, — отчитался он перед Грейс.

— Вот и отличненько, — пробормотала она и кивнула наверх. — Смартфон не забыл оставить в собственном кафе?

— Нет, конечно, — протянул Мартин. — За кого меня держишь? Надёжно спрятан, завтра заберу из кадки с пальмой. Фанк с Джазом туда не заглядывают.

— Вот и отлично, — повторила Грейс и упорхнула куда-то в глубину дома.

Мартин последовал за ней. Ориентировался в доме он прекрасно.

Пока он готовился — начали приходить остальные члены подполья.

В конечном итоге, когда все собрались, включили шумоподавление и опустили тяжёлые роллеты, Грейс переодевшаяся в крикливый ярко алый костюм резко вскочила на диван и закричала:

— И пусть начнётся вечеринка!

Мартин сорвал покрывало с череды бутылок, схватил шейкер и заорал на весь зал:

— Бар работает сегодня до утра!

И тут же вдарило диско.

Мартин смешивал напитки, добавлял новые ингредиенты, лично рукой без перчатки, посыпал щепоткой сахарной пудры каждый второй стакан, закуривал старые запрещённые сигареты, хотя и был всю жизнь некурящим, и пускал дым в бокал, чтобы коктейль был индивидуальнее.

Вместо этих паршивых, ненавистных ему кубиков льда он выстругивал особым ножом похожим на мачете специальные треугольники.

Люди хватали его коктейли, выпивали залпом, танцевали. И даже парочка дам, едва ли младше него, к утру признались ему в вечной любви.

Мартин был счастлив.

Он прекрасно понимал, что рано или поздно подполье накроют, прекрасно знал, что после этого потеряет лицензию и в собственном кафе сможет посидеть разве что на террасе. Он прекрасно представлял, как мрачно Фанк и Джаз сообщат ему, что теперь большая часть прибыли кафе будет уходить только и исключительно на оплату назначенного судом штрафа.

Но Мартину было плевать.

Потому что он хотел только одного — отправить к чёрту все эти правила.