Хроники утечки. Документальная повесть о народном питании

Глава 1

Братья Прдаевы — Халам и Балам — держали бизнес по шаверме. Один ловил бездомных котов, другой скупал у таксистов отработанное машинное масло. Бизнес шёл — гриль «ТЕФАЛЬ» шипел и чадил, как кузница, запах стоял от АЗС до роддома. Народ валом шёл, жевал, облизывался и тут же начинал внутреннюю революцию.

Через полчаса после шавермы начиналась Великая Эвакуация кишечников. Город загудел, как весенний ручей — только в обратную сторону. В общественных туалетах выстраивались очереди, у аптеки сметали активированный уголь, а на остановках слышались философские реплики: — Надо ж, вкусно-то вкусно, а вот удержать невозможно…

Один клиент не добежал и совершил акт отчаяния прямо в собственный почтовый ящик, другой — в лифте, третий — на избирательном участке. Санэпидемстанция объявила тревогу, но вскоре выяснилось, что пострадавшие возвращаются за добавкой.

— А что, — говорил Балам, вытирая руки о фартук, — прочищает хорошо. Народ-то здоровее стал. — Да, — соглашался Халам. — У нас не шаверма, у нас санитарно-оздоровительный комплекс.

Прдаевых уже собирались выдвинуть в номинацию«Закрытие года», но так и не закрыли — желудки у населения оказались крепче, чем думали врачи. Некоторые даже хвастались: — Я три штуки съел и жив! Только немножко похудел, но это, говорят, польза.

Однажды... братья Прдаевы дали интервью местному телевидению. Вела передачу Клара Авралова-Сулимова — женщина с крючковатым носом и голосом, похожим на писк из чайника. Знала она мало, но говорила много. Перебивала всех подряд, вставляла «умные» слова вроде «концептуально» и «вектор развития», а сама путала шаверму с шафраном.

— Итак, — зажужжала она в камеру, — с нами владельцы знаменитого гастро-бенда братья Прдаевы. Господа, скажите честно, котики у вас настоящие или это фейк-ньюс? — Коты — это символ, — объяснил Балам. — Символ домашнего уюта. — Ага! — перебила Клара. — То есть вы признаёте, что коты присутствуют в концепте! — В каком ещё концепте? — не понял Халам. — В гастрономическом! — торжественно ответила Клара и повернулась к оператору: — Сними крупно, это сенсация!

Из толпы крикнули: — Сенсация у тебя в желудке, Клара!

Она не растерялась: — Вот видите, уважаемые телезрители, какой высокий интерес публики! Народ буквально живёт этой шавермой!

Балам попытался вставить: — Мы используем только лучшее масло… — Машинное? — с надеждой уточнила Клара. — Нет, оливковое. Просто из машины. Где итальянцы ездили.

Клара важно кивнула и закончила эфир словами:

— С нами были братья Прдаевы — пионеры отечественного стрип-фуда и, возможно, новые гастрономические реформаторы.

После передачи в титрах почему-то значилось: «Автор сценария — К. Авралова-Сулимова. Идея — моя.»

После памятного эфира Клара решила, что братья Прдаевы — гении современного кулинарного мышления. На своём канале она выпустила цикл передач «Шаверма как путь к истине» и даже возглавила комитет по выдвижению Прдаевых на Нобелевскую премию — другой премии она попросту не знала.

— Это прорыв, — заявляла она в прямом эфире. — Не просто еда, а философия пищеварения! Кишечник — это наш внутренний мозг, а братья Прдаевы — его Прометеи!

На заднем плане в это время Балам колдовал над новым рецептом: смешивал отработанное масло с чем-то густым и подозрительно дымящимся. Гриль «ТЕФАЛЬ» урчал, дрожал, а потом издал звук, похожий на исповедь чайника — и взорвался.

Пламя взвилось до потолка, а Клара, в прямом эфире, ещё успела произнести: — Вот она — энергия инноваций!

Пожар потушили майонезом и кефиром, но от заведения остался один подгоревший вывесочный болт. Комитет распался, Авралова-Сулимова исчезла из эфиров, а братья Прдаевы — из города.

Позже их видели в Монголии, где они открыли новую точку под названием «ШАВЕРМА СТЕПЕЙ». Теперь вместо котов в меню значились «белковые ресурсы местного происхождения». Балам уверял, что масло у них теперь настоящее, монгольское, с привкусом кумыса. А Халам добавлял философски: — Мы не уехали. Мы просто расширили границы гастрономии.

Через год Клара Авралова-Сулимова вернулась на телевидение. Она сильно поправилась, нос стал ещё крючковатее, а уверенность — безграничной. С гордостью она презентовала свою первую книгу — «Прдаевы. Пища будущего».

На обложке — она сама в венке из салфеток, на заднем плане — гриль «ТЕФАЛЬ», сияющий, как мавзолей после полировки. Клара читала вслух отрывки, переворачивая страницы с видом академика:

— «Всякое брожение есть движение духа…» —«Кишечник — орган демократии…» —«Шаверма — это не блюдо, а состояние вселенной…»

Публика молчала, а потом один студент осторожно поднял руку: — Простите, но… книга ведь пустая. Там ни одной буквы.

Клара улыбнулась снисходительно, как Будда с дипломом педучилища: — Это и есть метафора! Белое пространство — символ очищения! Прдаевы очистили не только тела, но и страницы!

Книгу признали «революционной», а саму Клару — «автором нового направления в литературе: нутриореализм». В типографии же потом признались, что краска просто закончилась.

А в Монголии, между тем, братья Прдаевы снова открыли гриль. И снова под брендом «ТЕФАЛЬ». — Хорошая техника, — сказал Балам. — Просто масло надо свежее лить. — Или не лить вообще, — добавил Халам. — Пусть дым идёт сам.

И дым пошёл.