Хранитель, почти ангел

Глава 1

Исчади-Ё

Исчадие — средний род, сын или дочь, детеныш, племя, рожденный; в укоризненном смысле: чадо из ряду вон.

Толковый словарь Даля.

-Это же не ребенок, это просто исчади-ё! И за что только мне энто наказание, тяжкое, на старости лет?

То и дело на всю деревню разносится старческий дребезжащий голосок. И столько в этом голосе печали и безнадеги, тоски по безоблачному прошлому, бесшабашной юности, утраченной молодости и спокойных зрелых лет – не описать.

Вся деревня вздрагивает. Вздрагивает и жалеет бедную старушку, жалеет несчастных родителей, да и себя заодно, ибо есть за что.

Как только мягкой, но уверенной поступью приближается лето, в одном крошечном населенном пункте, коего и на карте не сыскать, окруженном хвойными лесами, опоясанном приветливой шустрой речушкой, наступают смутные времена.

Вдруг, посреди ясного, безмятежного дня, небо затягивает свинцовыми тучами, вдалеке слышатся первые раскаты грома, воздух становится тяжелым, пропитанным электричеством, сердце перехватывает от предчувствия беды. И не зря. Вот-вот это случится. Последние мгновения спокойствия и тишины.

Небо прорезает молния, гром уже совсем рядом. Первые холодные капли долетают до земли…

Все замирает. Вдали появляется громыхающая сумеречная повозка.

Четыре всадника апокалипсиса: Чума на коне белом, Война на рыжем, Голод на вороном и Смерть на бледном не сопровождают его, но момент все равно трагичный. И вот почему: в деревню, в клубах дыма и пыли, въезжает оно - «исчади-Ё», грустно глядя в тонированноеокошко с заднего сидения отцовой машины.

Конечно же вы, мой милый читатель, сейчас представляете нечто ужасное, с рогами и копытами, изрыгающее из плохо пахнущей, не чищенной ни утром, ни вечером, ни после конфет и кофе, пасти, снопы огня, как минимум с тремя жуткими, бородавчатыми и шипастыми головами и огромным чешуйчатым хвостом…

Но, увы и ах, это вовсе не портрет нашего героя.

Миша - обычный среднестатистический мальчишка. Каштановые волосы, длинная челка, серые глаза, долговязый и худой, в вечном движении, «перпетуум мобиле» в человеческом обличье.

Перпетуум мобиле — Ве́чный дви́гатель (лат. Perpetuum Mobile) — воображаемое устройство, позволяющее получать полезную работу, большую, чем количество сообщённой ему энергии (КПД больше 100 %).

Даже сидя на уроках.

Рука правая вертит карандаш, левая изображает танцевальные па, новая идея посещает отчаянную голову и вот уже сюжет готов. И, до первого замечания строгого учителя, мальчишка успевает разрисовать несколько страниц учебника сказочными созданиями - чудесными нимфами, длинноухими эльфами или упитанными гномами.

А кто не смотрел сагу о «Властелине колец»? И не восхищался эпическими сражениями, и не хотел тоже вот так взять и стать героем? Конечно любой мальчишка!

А если ты еще талантлив от природы, и можешь все это нарисовать, да к тому же придумать новые, еще более захватывающие приключения? Тогда скучная физика превращается в увлекательный комикс.

Сделают замечание и отберут карандаши, можно под партой собирать кубик-рубика на ощупь, или отстукивать левой пяткой еще не освоенную на гитаре мелодию, или представить, что парта – это пианино и сыграть что-нибудь из классики, или потренироваться в карточных фокусах.

С детства родители пытались занять гиперактивного ребенка чем-нибудь полезным и нужным. Танцы, школа музыкальная: пианино, скрипка, хор, школа художественная: рисование, лепка, вышивка, школа спортивная -футбол, борьба, ориентирование. И получилось как у Пушкина:

Мы всеучилисьпонемногу

Чему-нибудьикак-нибудь…

Сейчас у Миши было новое увлечение. Он осваивал гитару.

Но, конечно же, и компьютер ни разу не скучал, и не пылился, накрытый кружевной салфеточкой. Почему не отвлечься и не поиграть с друзьями в какую-нибудь новую игру, когда интернет высокоскоростной и игр новых – громадье!

А еще паренек обожал путешествия. И любовь к ним ему привил, как ни странно, бомж, живущий почти полгода, в подвале многоэтажного дома Миши.

Борода, так звали дядьку без определенного места жительства, был интеллигентным малым, несмотря на запущенный вид. Маленького роста, щуплый, с длинной бородой, заплетенной косичкой, в старомодных очках с толстыми стеклами, похожий на профессора. Запястья его украшены фенечками.

Фе́нечка (предположительно, от англ. thing — «вещь, штука») — браслет ручной работы из бисера, кожи, шнурков, лент или ниток

Речь его нетороплива и правильна, четко выдержаны фразы. И только, выпив «огненной воды», он начинает вплетать в канву рассказа матерные выражения и вспоминать всех див, с коими был близко знаком. В трезвом виде любит хвастать. Частенько вспоминает, что когда-то выучился на переводчика, освоив кучу языков, и лет десять прожил за границей. В основном работал в Африке. Но и остальной мир тоже немного посмотрел. Как-то год «ходил» на корабле. И столько знал морских баек, что мальчишки со всего двора не резались в «танчики - онлайн», не перекидывались в картишки у подъезда, а вечера просиживали в подвале, слушая бродягу.

Это лето обещало стать самым счастливым. В кои- то веки родители оставили любимое чадо в городе, а не отправили, как декабриста в ссылку, к бабке на три месяца.

Хоть, почти все пацаны, разъехались кто куда, но Ромка, закадычный дружок, обитающий в соседнем подъезде, был дома. Правда ему частенько приходилось нянчиться с годовалой сестренкой, но все же он находился в городе и вечером обычно был свободен.

Лето плавно катилось к середине. Было жарко на улице и душно дома. Градусник неизменно показывал плюс тридцать, и каждый день Миша уходил до вечера на речку купаться. Конечно же не один. Кто бы его туда отпустил без присмотра? Вместе с Ромкой и его папой можно. Ведь папа Ромы, ни много ни мало – спасатель на городском пляже.

Настроение у нашего героя последние две недели было, скажем так – не очень. Он был частично наказан. Остался без новенького крутого телефона и планшета, а компьютер разрешали включать только вечером и только для просмотра любимых передач про путешествия. Игры были под запретом, и телефоном приходилось теперь пользоваться старым, маминым. Древней «Нокией», на которой из игр был только тетрис.

И все произошло из-за совершеннейшего пустяка, яйца выеденного не стоящего. Родители, если подумать, сами виноваты. Купили шустрому, непоседливому дитяти велосипед. Не просто так, а для поездок в лес.

Папа Миши обожал походы и хотел к этому делу привлечь сынулю. Грезились ему вылазки на природу всем семейством. Они с мамой всю юность провели в походах, о чем частенько вспоминали. Теперь оставалось привить любовь к походной жизни наследнику – палатка, костер, рыбалка. Кто же откажется от такой романтики?

Вот и купили велосипед. И даже разрешили погонять на нем на стадионе. Благо стадион рядом, ухоженный и безопасный. Катайся сколько влезет. Миша, конечно же, крутил педали без устали. Неделю целую, даже трюки разные научился проделывать, а потом загрустил, заскучал. Ромка тоже скучал на стадионе вместе с другом, а потом в его светлую голову пришла гениальная идея: покататься во дворе. Вот где аттракцион мужественности! Сплошной квест с несколькими уровнями сложности. Куча преград, опасность частично лишиться здоровья, стоянка с дорогими иномарками, активные бабки, следящие за дисциплиной не хуже любого модератора игрового сайта. А еще отличный бонус – покрасоваться перед глазами девчонок с соседнего класса, добавив очки для «кармы».

И вот, зачем откладывать в долгий ящик новое развлечение? Вперед к подвигам!

Они с дружком по очереди проделывали разные трюки, фактически жизнью рисковали, девчонки сидели на лавочке и восхищенно ахали. Очки призовые росли. Бабки разбрелись по домам и не мешали воплями и нравоученьями. Красота и раздолье!

Все изменилось, когда появилась Люда, девчонка с длинной рыжей косой. Отличница, спортсменка и просто красавица жила в соседнем доме и часто приходила в их двор к подружкам. Она уже пол года нравилась Мише, и Ромка любил его поддеть по этому поводу.

Увидев свою обоже, мальчишка совсем выключил здравый смысл.

Обоже - объект увлечения, близкой дружбы (малоупотребительное, ироническое), имитация французского слова

Проделывая новый финт, он отпустил руль, засмотрелся на рыжую и налетел колесом на камень. Через мгновенье раздался грохот столкновения велосипеда и старого ржавого авто – древнего «Запорожца», который лет десять пылился во дворе без движения. Минус сто очков «здоровья».

И звание примерного ребенка, так тяжко завоеванное хорошими оценками и похвалами учительницы по литературе, было потеряно навсегда. А все потому, что сосед, жадный дядя Петя, хозяин машины, раздумывающий несколько лет, как лучше продать свою рухлядь – в виде раритета или металлолома, решил заработать на невезучих родителях Миши. И стрясти с них на ремонт «чудесной, почти новой машины».

Папа как раз собирался купить старинный фотоаппарат для своей коллекции. Он лет десять их собирал. Коллекция располагалась в специальном шкафу с полочками, оббитыми красным бархатом.

Очередной раритет стоил дорого, как старый «Запорожец». Папа пошипел как вскипевший чайник, наказал наследника, остыл, подумал, поменял приоритеты, выкупил вместо фотоаппарата ржавый «драндулет» у соседа и начал грезить, как они с сынишкой вместе будут чинить его. Вся энергия ребенка будет уходить на хорошее полезное дело. Сын станет великим автомехаником и в итоге продаст этого «монстра машиностроительной индустрии», восстановленного собственноручно. Станет богатым, славу приобретет...

Любил, в общем, папа мечтать, да и чадо хотелось чем-то занять. Потому и наказание было несерьезным, хотя обещание отвезти активное, не в меру, дитя в деревню, все же прозвучало.

А тут еще не вовремя Борода заболел. Как только умудрился простыть в такую жару? Может мороженным объелся или пива ледяного где раздобыл?

Лежал теперь в подвале весь в испарине и бредил, и не ел ничего, только воды просил. Мальчишки испугались, вызвали «скорую». Только она не приехала. Диспетчер, узнав кому плохо, просто положила трубку. Борода дрожал под легким покрывалом, принесённым кем-то из сострадательных мальчишек из дому.

Миша вышел во двор в раздумьях. Надо что-то делать. Маму, излишне впечатлительную, беспокоить не стал. Позвонил отцу по старому, еще кнопочному телефону. Тот был занят и звонок сбросил. И тогда глаза мальчишки наткнулись на чудо-выставку древних пальто, развешанных во дворе на перекладинах для ковров и бельевых веревках. Одежды было много, парнишка даже знал, кому она принадлежит.

Бабка Клава – дородная женщина преклонных лет, каждое лето проветривала эти вещи. И весь двор над событием таким потешался и спрашивал, почему она не выбросит это старье, ведь ходит в новой каракулевой шубе, внуком подаренной. А как потомок её подарил, и в какой день, и какие слова говорил, знал весь двор, в мельчайших подробностях от самой обладательницы шубы. Даже Миша историю эту слышал лично раза три.

И все же зачем бабке этот древний гардероб? Может, на случай атомной войны хранит, или нашествие зомби собирается тряпками остановить, или в ледниковый период будет красоваться? Всем было интересно. Но Клавдия Федосеевна только отмалчивалась, таинственно улыбаясь, как Джоконда с картины Леонардо да Винчи.

- Столько барахла, она даже не заметит, если я одно одолжу ненадолго. Как только Борода поправится, я верну его с благодарностью…

И, может, коробку конфет ей даже куплю за спасение человеческой души.

Миша выбрал самое неказистое теплое пальто. Длинное, с меховым облезлым воротником. Оно было тяжелое и пахло нафталином – толстыми белыми таблетками, совсем как у бабки в деревне. Старушка так с молью боролась.

Борода сразу согрелся под ним и заснул и Миша вспомнил про Романа Андреевича, врача на пенсии. Лекарь жил в его подъезде на первом этаже, был очень отзывчивым и добрым, частенько лечил соседей, мерял у бабок давление и давал советы по поводу таблеток. Как-то наложил Мише тугую повязку, когда тот неудачно свалился со стула в воскресенье и сломал руку. Рука посинела и опухла, и очень болела. Мама тогда с лица спала и суматошно носилась по квартире.

Папа вначале позвонил в «скорую», но диспетчер предложил с таким случаем приходить завтра на прием к хирургу в ближайшую поликлинику. Тогда отец побежал к соседу, а мама упала в обморок. Сосед прибежал и стал приводить в чувство сначала маму, а потом заниматься мальчишкой.

Роман Андреевич был дома, неторопливо обедал и читал газету. Выслушав Мишу, взял свой потертый кожаный чемоданчик и сразу отправился в подвал, даже дверь квартиры забыл закрыть- так торопился.

Осмотрев больного, написал на листке названия лекарства, рассказал, как принимать, где купить и приблизительно, сколько это стоит. Кому-то позвонил по своему древнему телефону, размером с кирпич, и спросил, есть ли места в отделении. Потом предложил Бороде койку в приюте для бездомных, но больной отказался.

А вечером Мишу дома ждала невиданная взбучка. Пришла баба Клава и стала требовать своё чудесное, «почти новое» пальто обратно. Папа пообещал разобраться во всем и вернуть дорогую сердцу соседки вещь.

Миша, как только услышал взволнованный голос старушки, затаился в своей комнате с томиком Майн Рида. Как только соседка ушла, дверь в его комнату распахнулась. Отец был страшно зол. Щеки покраснели, кулаки сжимались, он даже заикаться стал.

- Все, дорогой наследник, ты заслужил отдых в деревне, но прежде скажи мне на кой тебе это старое пальто? Я о тебе чего-то не знаю?

- Это не мне, а Бороде. Он болеет и его лихорадит, а укрыться нечем, вот я и решил взять одну из бабкиных ненужных тряпок.

-Ненужных? Нет, ну за что мне это? Только после машины в себя пришел, перестал видеть кошмары по ночам и вздрагивать от резких звуков и пожалуйста, новая напасть. Вот не зря тебя бабуля «исчадием» называет. Есть в тебе что-то такое, темное, потустороннее.

- Ну, протупил, каюсь. Надо было домой идти, свое одеяло взять и проблем бы не было. Все равно жарко и сплю под простыней. Дело дырки от бублика не стоит.

Отец в расстроенных чувствах чуть не сел мимо стула. Мать стояла на пороге комнаты и печально качала головой:

- Миша, расскажи толком все.

-Борода - мой товарищ… Ну или хороший знакомый, назовите, как хотите, он в подвале живет, бомж, короче. Но он классный дядька, веселый и умный очень. Он много путешествовал раньше, столько всего знает…

Все мальчишки с нашего двора вечером собираются у него послушать увлекательные истории. Он и песни всякие поет под гитару на разных языках, грустные в основном.

Миша помолчал, собираясь с мыслями.

- А сейчас у него простуда, организм ослаблен. Так Роман Андреевич сказал. И бороться не может. Лекарства надо пить, чтобы на ноги встать. Но мы уже купили все. И дежурство установили.

- Его сосед смотрел? А почему ты мне ничего не сказал?

-Я звонил днем, а ты все время сбрасывал.

Мать сощурилась, глядя на мужа, тот сразу стал оправдываться.

-Я был занят тогда, забегался, забыл перезвонить.

- Вот я и побежал к соседу. Он предлагал Бороду в больницу устроить или в приют.

- И?

- Борода не захотел. Его душа свободу любит. Рамки и правила его душат.

- Понятно. Приятно слышать, что ты отзывчивый мальчик. Грустно на душе, что бестолковый. Думать о последствиях своих безрассудств не желаешь. Не хотел я этого, но все же собирайся, к бабуле поедем!

- Пап, ну не надо! Мама, я буду самым лучшим, послушным! Все каникулы дома просижу. Даже вышивать буду и книги по программе все прочту…

- Нет. Поедешь, старушке поможешь. Надеюсь на твое благоразумие… А соседке придется деньгами компенсировать… Эх, ты нас скоро по миру пустишь!

- Пап, я слышал, у неё кот копыта отбросил, то есть лапы протянул… может котенка ей купить или в подвале поискать? Там разных блохастых полно, любого окраса и комплекции. Только они все дикие, в руки не даются никому….

Мама встрепенулась.

- Не надо покупать и в подвале ловить не стоит. У моей приятельницы как раз есть котенок, причем породистый… наполовину, полубританец. На плюшевого мишку похож. Купили ребенку, а у него аллергия оказалась на шерсть. Они лысого, сфинкса теперь хотят, в интернете присматривают. Сейчас я позвоню, спрошу не отдали ли еще.

За полчаса дело с пропажей пальто уладили, фактически поменяв его на котенка. Баба Клава была очень рада такой замене и даже прослезилась, так ей понравился полубританец.

Миша до последнего момента надеялся, что буря пройдет стороной, раз все так чудесно разрешилось, но, увы, отец не передумал и пришлось собираться в деревню. Из развлечений ему позволили взять связку книг, гитару, и набор для рисования.

- Ощущаю себя пещерным человеком. Может, хоть телефон отдадите. Согласен даже на старый…

Но отец только удивленно поднял левую бровь.

Миша с ужасом осознавал, как сам себе испортил каникулы. Да и бабуля вряд ли обрадуется такому неожиданному «счастью».

В деревню приехали уже ночью. Местные жители счастливо спали в своих постелях после трудового дня и даже помыслить не могли о свалившейся на них беде.

Бабуля обрадовалась, но как-то не очень бурно. Все вздыхала и спрашивала, сколько осталось до конца каникул. Отец посидел немного, выпил компота с пряником и засобирался домой. Мише даже показалось, что бабка тоже хочет с ним уехать.

Она весь год с содроганием вспоминала прошлое лето, очень насыщенное печальными событиями. Еле успокоилась.

Самым ярким и трагичным был случай со свиньей. Бабушка поехала в город, оставив правнука на хозяйстве. Ему нужно было покормить кур и насыпать кашу поросенку, заранее приготовленную старушкой. С первым пунктом программы мальчик успешно справился, насыпав зерно в кормушку. Когда дошло дело до свиньи, к Мише заявились дружки и пригласили его на рыбалку. Нужно было быстро собраться, взять еду и еще червей накопать за сараем.

Паренек заторопился. Насыпав в корытце кашу, помчался доставать удочки. При этом дверцу сарая забыл закрыть на щеколду, просто прикрыл, оставив небольшую щель. Кто же знал, что животное захочет устроить сначала прогулку по своему двору, а потом скачки на чужих огородах?

Перетоптав всю картошку у соседей, свин получил палкой по хребтине от рассерженной хозяйки огорода, естественно, очень испугался и помчался, куда глаза глядят. И попал под колеса проезжавшего мимо трактора, где и закончил свое короткое свинское существование.

Тракторист с утра был пьян, крутил баранку, как попало и песни орал похабные, а на дорогу вообще не смотрел. Даже слона бы не заметил.

Мало того, что старушка лишилась поросенка, ей еще пришлось выплачивать соседям кучу денег за уничтоженный урожай и нанимать мастера чинить их забор, а кроме того, испортились взаимоотношения с такими замечательными людьми.

А случай в лесу? Пошли они как-то с правнуком по грибы. Мальчик, по шалости, вздумал напугать бабку и убежал далеко от неё в чащу, и заблудился. Сорванца всем селом потом до вечера искали, еле нашли. Три дня старушка отходила от того похода. Пила таблетки да настойки успокоительные, весь дом пропах валерьянкой и мятой. И только пришла в себя, как шебутной малец сжег стог прекрасного сена, заготовленного с такими трудностями.

Захотелось юному исследователю и почитателю Жюля Верна посмотреть, загорится ли высушенная трава при помощи линзы. Он и чихнуть не успел, как от будущего коровьего корма осталась лишь кучка пепла…

Машина отца затихла вдалеке и они остались одни.

Бабуля сидела на лавке и печально вздыхала, глядя в темноту ночи.

- Я спать хочу, ба…

- Сейчас-сейчас, - очнулась старушка.

Миша отнес свои вещи в дальнюю комнату, где обычно жил летом, разложил одежду в шкафу, а книги бросил в угол.

- Давай постелю.

- Ба, не надо, я сам, отдыхай.

- О-хо-хо, грехи мои тяжкие, - снова завздыхала старушка, - вытянулся как картошка в погребе. Уже большой совсем, поумнел, небось, - бросила пробный шар бабуля.

- А то! Столько всего знаю. Про разные страны могу часами рассказывать. Могу бомбу атомную из керосинки собрать…

Бабуля побледнела и за сердце схватилась.

Мальчик подбежал к ней, обнял.

- Я же пошутил про бомбу. Извини. Захотелось поумничать, - примирительно сказал, а сам подумал: «Да и керосинки подходящей нет».

Старушка посидела еще, держась за сердце, но потом все же ответила:

- Хорошо, коли так. Пойдем завтра за ягодой. Как раз лесная малина поспела. Ложись, отдыхай. Спокойной ночи, правнучек.

На самом деле бабушка Вера была двоюродной бабкой Мишиному папе, и Миша, повторяя за папой, с детства звал её бабой Верой или бабулей. Она привыкла и не поправляла.

В деревне спалось замечательно. Вставал Миша здесь, обычно, рано. Около шести. Будили, в основном, неугомонные сельские петухи и умопомрачительные запахи из кухни.

Простая деревенская еда. Что может быть лучше? Картошка, жаренная на сале, яичница из восьми яиц, домашний хлеб только из печи. И, заключительным штрихом, холодное домашнее молоко.

Миша позавтракал и пошел во двор размяться. Вспомнил про друзей деревенских. Обежал всю деревню, заодно оповестив местных о своем приезде, оглашая просторы деревни, криком легендарного Чингачгука - вождя краснокожих. Навестил всех своих приятелей и выяснил грустную новость: из дружков в наличии имелся лишь малолетний Костик. Хотя, если честно, никаким дружком он не был, а был прилипалой, хвостиком, бегающим за старшими мальчишками.

- Чего орешь, людей пугаешь? – вышла из сарая бабуля.

- С друзьями поздороваться хотел.

- И что? Поздоровался? У меня от твоих криков кот икать начал и Бобик в будку спрятался. Боюсь, ждет меня веселое лето.

- Ба, все будет хорошо, не переживай. Я уже большой и разумный.

- Эх, дитятко, твои бы слова и богу в уши,- перекрестилась старушка, - позавтракал?

- Ага, и даже посуду помыл. Когда за ягодами пойдем?

Бабка покачала головой и пошла в дом, за корзинками.

Вскоре они уже направлялись к лесу.

Сложно было мальчишке перестроиться на тихий деревенский быт, после шумного города и благ цивилизации. У бабули даже телевизора не было, только древнее радио и такой же древний проигрыватель с десятком пластинок.

Мишка грустил, скучал, а со временем втянулся. Ему даже понравилось воевать с сорняками, пасти корову и ходить с бабулей в лес за ягодами и грибами. Вечерами он, вместе с Костиком, играл в шахматы или разгадывал кроссворды, которые в большом количестве продавались в местном сельмаге.

И все было тихо – спокойно, пока как-то в лесу, во время очередного похода с бабушкой за грибами, мальчик не обратил внимание на длинные узкие ямы, похожие на ходы огромных насекомых из фантастических фильмов.

-Бабуля, а что это?

-Так война же была! Такие здесь бои шли… Столько народу полегло…

Старушка вздохнула и перекрестилась.

-Это старые окопы.

-А оружие здесь находят? – оживленно спросил парнишка, и уже начал прикидывать как будет его искать и что для этого надо.

-А кто же его знает? Приезжают разные личности темные, неизвестные никому, из города, на здоровых машинах, роют что-то, весь лес перекопали. А находят ли чего, то мне неведомо. А для чего ты спрашиваешь?

-Историей края интересуюсь, бабуль. А ты помнишь ту войну?

-Как не помнить? Я девчонкой была, двенадцать годочков всего. Меня, с маманей, в Германию угнали, как только четырнадцать стукнуло, на работы. А папаню расстреляли, как партизана. Хоть он и не был партизаном. Его в армию не взяли по здоровью. Он в деревне остался, женщинам помогал, старикам.

- И что вы делали в Германии?

- В лагере концентрационном работу всякую выполняли, еще на руднике руду добывали. Холодно было и голодно…и очень страшно.

В бабулиных глазах появились слезы, и Миша понял, что пора переводить разговор на другую тему. А про войну потом в книжках прочесть или папу расспросить. Он про бабу Веру все знает. Расскажет с удовольствием, еще и похвалит за любознательность.

- А осенью в лесу грибы растут?

- А как же! И белые, и рыжики, и сыроежек полно. Если осень дождливая и теплая, их хоть косой коси. Деревенские мальчишки собирают и в город возят или к трассе выносят. Можно здорово заработать.

И старушка переключилась и успокоилась. А в голове сорванца уже созрел план.

На следующий день мальчишка засобирался в лес.

- Куда это? – поинтересовалась встревоженная бабка, помня его былые похождения.

- Да задание нам по биологии дали, на лето. Надо растения луговые и лесные вместе с корнем выкопать и засушить на гербарий, - сочинял на ходу подросток.

- С корнем? – не поверила бабушка.

- Ну, да. Мы будем строение растений изучать - корневую систему, стебель, цветы и семена, на уроках биологии. А у кого самый лучший гербарий будет, училка обещала грамоту дать и «отлично» поставить.

-Надо же. С корнем им подавай, чего выдумали.

-А то! Сам поверить не мог! Сейчас, думаю, самое время для того, чтобы сделать заготовки для гербария.

-Иди, конечно. Я тебе поесть приготовлю, чая в термос налью и лопатку небольшую дам. Только ты недолго, а то сам знаешь, волноваться стану. Лес поди, не проспект городской, заблудиться можно легко.

-Да, бабуля, я недолго. Часика два краешком похожу и вернусь. Тут, рядышком, возле дороги. У меня и компас есть.

Так и повелось. Теперь каждый день парнишка отправлялся в лес и копал, копал, копал.

На руках появились огромные кровавые мозоли, но ему патологически не везло. Кроме ржавых консервных банок ничего не попадалось. Но он не отчаивался, веря, что уж завтра точно повезет.

И повезло…

Когда мальчик очнулся, ощутил, что все тело превратилось в одну сплошную боль, каждая косточка жаловалась на свою несчастную жизнь, каждая мышца рыдала о незавидной судьбе. Миша медленно открыл глаза.

-Мамочка, как же все болит.

В лесу была странная тишина, ни птичьего пения, ни шороха травы, ни шелеста листьев. И вдруг чей – то хрипловатый голос произнес:

-Радуйся, что жив остался.

-Кто здесь? Где я?

Парнишка попробовал скосить глаза, это удалось с трудом. Голова гудела и соображала со скрипом. Все казалось нереальным.

На пеньке, как на троне, с видом независимым и торжественным, сидел взлохмаченный тип лет тридцати, в очень рваной закопченной одежде. Глаза небесной голубизны метали молнии, черные длинные волосы стояли дыбом. Все тело тоже было закопчено и покрыто мелкими царапинами.

-Ты кто? – забыв про вежливость и манеры, спросил Миша.

Тип хмыкнул, поискал что-то в кармане рубашки, посмотрел на небо, поковырял ногой землю и тяжело вздохнул.

-Ты кто? – снова спросил мальчик.

-Конь в пальто. Не, какие же все тупые!- незнакомец почесал смуглую коленку, выглядывающую из огромной дырки в штанине, рывком поднялся и начал ходить туда-сюда, напевая про красоток кабаре, то и дело роясь поочереди во всех карманах.

-Чего это я тупой? – парнишка обиделся и попробовал сесть, но тело не слушалось, и он кулем свалился на землю, пребольно ударившись спиной. Перед глазами все поплыло.

Тип на минуту замер, потом махнул на мальчика руками, будто отгоняя пчел. Сорванца затрясло, но боль стала стихать.

-Спрашивает у меня кто я! Ту-по-й-й-й!

-Сам такой, - продолжал хамить Миша,- и вообще, сейчас как заору, что ко мне пристаешь – тебя сразу в каталажку заберут до выяснения подробностей твоей никчемной жизни, - несло подростка.

С чего его тянуло разговаривать со взрослым дядькой, как со сверстником? Он ведь всегда считал себя воспитанным человеком. И вот на тебе! Чудеса, да и только! И странное чувство, что типа этого он знает всю жизнь и церемониться с ним не нужно.

«Все страньше и страньше!» – как говорила маленькая девочка Алиса из книги Льюиса Кэрролла, придумавшего целый сказочный мир.

-По-о-о-ри, потренируй легкие. Все равно никого тут, кроме нас, нет.

-Ладно… орать не буду… пока. Так кто ты?

Тип приосанился и, слегка поклонившись, торжественно произнес:

-Твой ангел – хранитель.

Подросток подумал, что ослышался и даже сел. Слабости в теле уже не было, но голова опять закружилась.

-Чего? Хранитель?

-Тебя, дурака, охраняю. Нет, ну как же мне не везет! Другие живут в свое удовольствие, отдыхают, жизнью наслаждаются со спокойными питомцами-людишками, у меня же работка – врагу не пожелаешь. За какие, спрашивается промахи и ошибки? Я ведь самый лучший! Высшая категория профпригодности! Восьмидесятый уровень профессионализма! Ох, жизнь моя горькая, беспросветная! Это же сплошное испытание уставших нервов и больного сердца! Яду мне, яду!

Ни на минуту не расслабишься. Все время на стороже. Все двенадцать лет, как проклятый, круглосуточно стою на посту и никакой благодарности, одни упреки. Нет, пора с этим заканчивать. Вот пристрою тебя куда-нибудь, и на курорт, к красивым феминам, морю, солнцу… и покою. А ты выкручивайся сам, как знаешь. Требую молоко за вредность и отпуск года на три!

-Не особо ты и напрягаешься, ангел – хранитель. Я уже сто раз мог погибнуть, только моя реакция меня спасает.

-Ага. Особо в последний раз.

-А че?

-Ни-чё! Если бы не я, моя сноровка и ловкость, сейчас бы твои кусочки по всему лесу валялись! Собиратель гербариев, блин горелый. Исчади-ё! Пятый всадник апокалипсиса!

-Ты меня от взрыва защитил? – посерьезнел на миг мальчик.

-А ты как думал? Сам на сто метров прыгнул?

-Спасибо. Я думал мне конец пришел. Каким же я был дураком. Так рисковать! Мог умереть и никто бы меня здесь не нашел…

-Не нашел бы. Видишь, к чему приводят твои необдуманные поступки.

Мальчишка снова «оброс колючками»:

-И чего? Зато жить так намного интереснее.

-Зачем рисковать, если можно реализовать себя … в спорте, например.

- Скука. Пройденный этап. Постоянные занятия, тренировки. Ты еще марки предложи собирать, вот где мышцы можно натренировать.

Ангел моргнул сразу двумя глазами. Такого пренебрежения он не ожидал. Это была его самая сложная работа и он с ней справлялся блестяще. Мальчишка ни разу не пострадал, даже в недавней аварии ни одного перелома не получил, лишь маленький синяк на лбу от встречи с капотом машины. И сколько сил было на это потрачено, не сосчитать.

Стоит задать сорванцу порку, хотя нет, есть отличная идея!

Зрачки хранителя вспыхнули на мгновение алым и тут же погасли.

-Скучно, говоришь, без экстрима? А ты знаешь историю этого леса? Почему здесь постоянно находят снаряды, мины, оружие разное?

-Война какая–то была.

-Какая–то…У вас история в школе есть… Великая Отечественная война, трагическое событие для огромной тогда страны. Пятнадцать республик, объединённых в великую державу. И только эта держава смогла дать отпор фашистской нечисти.

-А-а-а, помню что-то. На ней прадед погиб и прапрадед, как оказалось… Слушай, хватит мне нотации читать! Предки все время учат, бабуля тоже бухтит, учителя на мозги капают, еще и ангел-хранитель нервы портит. Достали.

-Что ж. Я свое дело сделал, могу и исчезнуть.

Мальчишка хмыкнул.

-Исчезай. Какая от тебя польза?

-Ты меня отпускаешь? Прекрасно. Желаю приятно провести время! И самое главное - остаться живым.

Ангел хлопнул в ладоши и исчез.

-Типы тут всякие в жизнь вмешиваются. Спас он, видите ли, меня. А может я и сам бы не пострадал.

Не-е-е, врет он, что ангел – хранитель. Ангелы, они с крыльями и в блестящих одеждах, а этот на бродягу больше похож. Да, придумал он все. Хотя, может и не врет. Вон как быстро смылся, прям испарился.

Как – то странно в лесу этом… никаких звуков не слышно. Надо отсюда выбираться.

Мальчик поглядел по сторонам, кряхтя, как старичок поднялся, провел рукой по пню, на котором совсем недавно сидел его собеседник. Дерево было шершавым и теплым. И озабоченно оглянулся вокруг. Липкий ужас вдруг охватил ребенка. Ему показалось, что все люди исчезли, он остался совсем один на всей планете.

-Эй! Где ты? Хватит! Вылезай. Стремно тут как – то. Эй –й-й-й!

Никто не ответил подростку. Он еще постоял, вертя во все стороны головой, отряхнул шорты от хвои, вытянул из волос сухой лист и, насвистывая, чтобы хоть как-то взбодриться, пошел по едва заметной тропинке.

События последнего часа стали медленно всплывать в его памяти, тело охватила дрожь. Он вспомнил, как нашел непонятную ржавую железяку, долго ее осматривал, а потом начал ковырять её прутом. И, как эта железка плеснула огнем ему в лицо.

Небытие, всполохи, ощущение полета к звездам… Фрагменты жизни пронесшиеся перед глазами… Яркий свет и вновь ощущение полета…

А потом он очнулся в компании странного дядьки, назвавшегося ангелом - хранителем.

По идее он должен был умереть от такого сильного взрыва, или, по крайней мере, остаться без рук, которые до последнего момента сжимали найденноеустройство.

А может он и умер? И теперь его неприкаянная душа блуждает в этом лесу, и будет бродить до бесконечности, и никто не найдет его тело. Родители будут рыдать над пустой могилкой, а бабуля сляжет с сердечным приступом. Катастрофа …

Нет, он не будет об этом думать, иначе просто сойдет с ума. Он жив хотя бы потому, что ощущает боль во всем теле и еще жутко хочется есть.

Неожиданно тропинка закончилась. Мальчик ступил на лесную дорогу, и тут же мир наполнился звуками.

Вдали послышались крики, плач, автоматная очередь…

Автоматная очередь? Где же он блуждает? Наверное, поблизости стрельбы военного гарнизона. Почему же тогда так отчаянно кричат? И речь немецкая слышна…

Мальчик затаился и прислушался. Крики стихли. Затарахтел древний драндулет. Миша потихоньку, крадучись двигался в сторону шума, вышел на дорогу и стал медленно, оглядываясь по сторонам, идти вперед. Дорога вильнула влево. Вдали послышался то ли плачь, то ли мяуканье, такое жалобное, что мальчик поспешил на выручку. После недавних событий он уже ничему не удивлялся.

Опять тишина. Возле дороги, раскинув руки, в траве лежала молодая женщина. Лицо залито кровью, длинное коричневое платье испачкано глиной, подол изорван, грязные, босые ноги все в каких-то болячках.

- Что делать? - отстраненно подумал Миша.

Ощущение нереальности событий никак его не покидало. Но делать что-то все же нужно. Он не привык быть сторонним наблюдателем.

Мальчик начал вспоминать, что в таком случае делают герои фильмов. Вдруг он тоже попал в фильм или в игру?

Ничего конкретного не приходило в голову. Мысли застыли, как мухи в меду, а сердце испуганно стучало. И было невыносимо тоскливо и тягостно от надвигающейся невесть откуда беды.

Надо помочь ей, сделать что–то, только вот что? Думай, Чапай, думай!

Эх, легендарного бы героя в помощь, можно даже Терминатора, на крайний случай…

И вдруг его озарило! В первую очередь надо проверить пульс и еще поднести к губам или носу зеркальце. Нет, не подходит. Где посреди леса раздобыть зеркальце? Подошел бы и мобильник…

А вдруг это суровая реальность, а не сон и не фильм, и не игры воспаленного воображения? И тогда опасность грозит и ему?

Парнишка испуганно притих. Он осознал, что те, кто это сделал, могут вернуться и тогда…

Что произойдет тогда, думать не хотелось.

- Какие звери! Они её убили! И это по-настоящему! Или нет?

Мальчик взял руку женщины, она была еще теплой, но пульс не прощупывался. Он попробовал найти жилку на шее, но и там пульса не было. Приложил ухо к груди – сердце молчало.

- Она мертва! Кто мог убить её и за что? И откуда здесь немцы?

Из большой плетеной корзины, стоящей неподалеку донеслось кряхтение. Странные звуки. Какое же существо там находится? Надо глянуть.

Миша приблизился к корзине. В ней лежал настоящий маленький ребенок, завернутый в белую тряпку. Он кривил крошечные губки, вращал глазами, маленькие кулачки сжимались. Личико покраснело, малыш на секунду замер, а потом, открыв беззубый ротик, заорал.

Миша сел на траву и схватился за голову.

Ужас, какой ужас! Что же делать? Стоп. Прочь паника! Выдыхаем и здраво рассуждаем.

Надо позвонить в милицию, они приедут и разберутся во всем. Они большие и знают, что делать и с мертвой женщиной. и с её ребенком. А он тут вовсе не при чем. Просто мимо проходил.

Позвонить… Легко сказать - позвонить, телефона ведь нет. Родители опять отобрали. За последнюю выходку.

Они совсем выдохлись и стали повторятся. Ведь за предпоследнюю придумку с дневником, еще два месяца назад, его тоже лишали средства коммуникации.

А какая была отличная идея завести сразу два дневника! Один для хороших оценок, а другой для двоек и замечаний. Как радовалась мама его успехам и гордился отец…Эх, нужно было второй тогда лучше прятать.

Ладно, не время отвлекаться на мелочи, надо что–то решать с ребенком, ведь женщине уже не помочь. Место тут, видать, глухое – ни одна машина этой дорогой не рискнет проехать, глубокие колеи заросли травой.

Вот тебе и приключение!

Мальчик взял в руки корзину. Тяжелая и неудобная. Вначале шел и озирался, прислушивался.

Не вернулись ли эти монстры?

Но со временем успокоился и расслабился.

Было тихо и спокойно. Лес жил своей обычной, размеренной жизнью. Стрекотали кузнечики, далеко-далеко кукушка отмеряла чью-то жизнь, поскрипывали старые деревья. Ребенок от покачивания плакать перестал и только сопел. Вскоре дорога вывела к деревне. Все в ней было странным. В первую очередь не было слышно лая собак, кудахтанья кур. Не мычали, как обычно, коровы, да и, как ни странно, людей не видать. О том, что деревня не пуста, говорили только дымки, вьющиеся из дымоходов. И это летом. У них газа нет и электричества? Может это коммуна сектантов? Сейчас его начнут в веру свою обращать! Может уйти потихоньку? Но корзина такая тяжелая и малыш явно голодный…

Миша постоял, прикидывая куда направиться. И пошел к ближайшей избе. Дверь открылась, и на порог вышла толстая тетка в длинном темном платье и черном платке.

Точно сектантка! Они всегда в платках ходят!

-Ты кто?

-У вас мобильный есть или вам вера не позволяет? Позвонить надо. Там на дороге женщина мертвая лежит, её застрелили какие-то типы. Я не видел сам, только слышал издалека немецкую речь, тарахтение мотоцикла, явно древнего, крики и выстрелы…

-О, боже! Надьку нехристи убили! - тетка завопила так, что из соседних домов выбежали женщины и дети, - А ты сынок, откуда взялся? Из партизан? Давай сюда сиротку. Щас покормим малого.

Она проворно выхватила у него корзину и быстро скрылась к своей избе. Парнишка проводил её взглядом и продолжил:

-Так позвонить можно? В милицию надо сообщить… - все никак мог понять Миша, куда попал и при чем здесь партизаны.

-Чудной какой. Контузило тебя малой что ли?

Мальчишка постарше нашего героя начал щупать его шорты.

-Одежка чудная и парень чудной. Ты не шпиён, случаем? Фашистский провокатор?

Люди замерли и уставились на чужака. Выглядели они испуганными, смотрели настороженно. И их одежда была больше похожа на обноски, потрепанная и старая, да и расцветки не радовали глаз.

Не сектанты. Про мою веру ни разу не спросили и не предложили свою...

Это или ролевая игра, или…

Я сошел с ума? Ладно, пусть будет ролевка. Что же, поиграем. Я и так ничего не теряю. Главное правильно себя вести и говорить подходящие слова.

Хотя… Смущает меня тетка мертвая… Она явно не притворялась… Ладно, меньше думай, больше действуй!

Миша на секунду задумался, вспоминая военные фильмы. Их обожал смотреть папа.

-Я из города, под бомбежку попал и решил в партизаны идти, да вот заблудился, видать. Не там повернул. Компас плохой попался или батарейки сели, - выдал на одном дыхании мальчишка, глядя на зрителей.

Люди все так же смотрели с недоверием, но напряжение потихоньку спало.

-Шел неделю, не спал, не ел. Устал ужасно, - продолжал вещать Миша, - голова плохо с голодухи соображает, слова путаются, язык заплетается…

Бабулька, похожая на злую ведьму из детских сказок, с крючковатым длинным носом и выпирающими нижними клыками, во всем черном, маленькая, сгорбленная, опирающаяся на толстую палку, взяла Мишу за руку.

-Пойдем, сынок, я тебя картохой покормлю, хлеба дам, а ты мне поможешь, дров нарубишь да воды натаскаешь. Переночевать у меня можно на печке. Одна я осталась, - старушка тяжко вздохнула и задумалась, - сына убили, муж еще в голодовку умер, а дочку на работы угнали, фашисты проклятые.

Народ, неторопливо переговариваясь и оглядываясь на пришельца, разошелся по своим делам, мальчик направился за старушкой.

В большом доме была одна комната с печью, широкими лавками вдоль стен и столом из широких гладких досок. Мальчик с удовольствием поел, выпил какого–то отвара, называемого хозяйкой чаем и задремал, положив голову на стол. Ему даже сон начал сниться.

Вдруг на улице стало оживленно, подъехали грузовики, мотоциклы, закричали женщины, послышалась немецкая речь.

В дом торопливо вошла старушка, лицо её было испуганным.

-Давай, сынок, в подпол спускайся, кажись, тебя ищут.

-Меня?

-Кто–то доложил старосте, он в соседней деревне живет. Лютый, как зверь. Многих, по его указке истребили фашисты. Он наших, как огня, теперь боится. Ему и нашептали, что у нас партизан прячется… Приехали сволочи, с дитем воевать. Ты спускайся, не бойся, не найдут тебя. Там, за большой бочкой, лаз есть, по нему дойдешь до конца и в лесу окажешься. Только когда выйдешь, снова дырку ветками закидай.

На улице послышалась автоматная очередь, кто-то жалобно вскрикнул.

-Началось, - с болью сказала старушка, - не мешкай, давай быстрей.

Мальчик спустился в подпол, ему было страшно до одури. Перед глазами стояло лицо мертвой женщины. Руки его тряслись, пальцы не слушались. Он никак не мог сдвинуть с места тяжелую бочку.

Скорей, скорей!

Наконец получилось, он ее сдвинул. Дрожащими пальцами нащупал лаз и согнувшись, начал продвигаться вперед. Ему казалось, что прошла вечность, пока он добрался до выхода.

Мир темным одеялом укутала ночь. Небо было черным – ни луны, ни звезд. Темнота и тишина. Жуть…

Он на ощупь забросал лаз ветками и в изнеможении растянулся на земле. Было холодно, сыро и жестко. В спину впивались камни и ветки, но Мише было все равно. События прошедшего дня так его вымотали, что он бы улегся и в жерле действующего вулкана. Спину ломило, ноги болели и казалось кощунством, заставлять свое тело шевелиться.

Вот это приключение! Вот это порция адреналина!

Каким же он был глупцом, когда искал острых ощущений. Он закрывал глаза и тут же видел лицо мертвой женщины, которую убили просто так, ради забавы, а ребенок теперь остался сиротой и выживет ли он, неизвестно.

Все, пора завязывать с глупостями. Выберусь отсюда - никогда больше не буду испытывать судьбу.

Мальчик свернулся калачиком на земле и уснул.

Солнечный луч оказался очень упорным. Он светил в глаза, щекотал ухо, прыгал по щеке, но парнишка упорно делал вид, что спит. И вдруг раздалась автоматная очередь.

-Немцы! Фрицы!

Миша подскочил в кровати и открыл глаза.

-Оглашенный! Да сделай тише свою чертову машину, видишь, дитя испугал!

В комнату вошла бабуля. Вся такая румяная, домашняя и бесконечно родная.

-Вставай, малой. Котлетки стынут.

-Бабуля!

Мальчик подбежал к старушке и обнял её в порыве нежности. И срывающимся тревожным голосом спросил:

-А войны нету?

-Чего? Детка, зря тебе папка телевизор привез. Нельзя детям его смотреть. Видишь, совсем свихнешься от этих фильмов.

Прошел месяц. Ссылка в деревню закончилась.

Мальчик постепенно успокоился и уже не вздрагивал от телевизионной стрельбы. И лицо той мертвой женщины почти стерлось из памяти.

Стало вновь скучно. Ни книги, ни компьютер не радовали сорванца. Даже бесконечные байки Бороды про черных кладоискателей уже не увлекали. Пятый день он продумывал новую аферу, для которой нужно три человека. Осталось узнать, кто еще в городе, а для этого мобильный – первый помощник.

-Ромка, что делаешь? А-а-а…И мне скучно.

Телефон вдруг замолчал, а потом взорвался в руках.

-Кхе-кхе.

Мальчик испугано обернулся. На его диване, положив ногу на ногу, в строгом сером костюме, при галстуке, в начищенных до блеска туфлях, сидел на диване, покачивая ногой, ангел–хранитель и грозно хмурил брови.

-Скучно, говоришь? А ты про Октябрьскую революцию что–то знаешь?

-Не надооооооо!

Глава 2

Глава 2

Беспризорник

Миша крепко зажмурился, задержал дыхание, медленно вдохнул и зашептал:

-Ты мне снишься, я просто сплю и вижу страшный сон…

-Ага… спишь,… конечно… Помечтай!

Мальчик досчитал до десяти, потом от десяти до одного и, наконец открыл глаза. Тип, называющий себя ангелом–хранителем, все так же сидел на диване и ухмылялся.

-Слушай, тебе нечем заняться? Пойди, поохраняй кого другого. Ну чего ты ко мне пристал? А? Найди себе девчонку, какую-нибудь, и охраняй, а меня забудь.

-Нет. Не получится. Я тебя покину только в одном случае…

Тип промурлыкал похоронный марш.

Такая задумка срывается! Принесла нелегкая. Как же его выпроводить? Если сегодня все не подготовить, придется разрабатывать новый план.

-Ладно, у меня дела образовались, надо поучаствовать… в одном событии. Я вижу, ты понял, что испытывать судьбу не стоит, а не то…

-Да понял я все! Ты будешь следить за мной и попутно морали читать!

-Ну что ты?! А что, есть повод не доверять такому смирному, молодому человеку?

Миша добавил во взор смирения.

- Нет. Откуда?

Ангел покачал головой, соглашаясь.

- Кстати, что ты собираешься делать? - поинтересовался тихо.

Глаза мальчишки забегали.

-Киношку хотел посмотреть… про Гарри Поттера… все равно заняться нечем. Такая скука…

-Ага, киношку. Ну, ладно. Пошел я.

-Прощай, белокрылый.

-До скорой встречи.

-Да не дай Великий Космос, информационное поле и скоростной интернет! Лучше тебя вовсе не видеть, - пронеслось у сорванца в голове.

Ангел растаял в воздухе, Мишка подождал для верности пять минут и бросился к стационарному телефону, поднял трубку. Тишина. Вот гадство, и этот не работает.

- Кхе-кхе…

Спина мальчишки покрылась потом.

Неужели вернулся? Вот неуемный типчик… Но нет. Всего лишь показалось. В комнате, кроме Миши никого не было.

Так, не отвлекаться. Первым делом надо метнуться к Ромке. Жалко, что позвонить нельзя. Что же, придется ножками поработать, в соседний подъезд слетать!

Мальчик надел любимые длинные шорты с бахромой, футболку с черепами, поискал кепку и вспомнил, что оставил её возле входной двери, сунул ноги в комнатные тапки и открыл дверь своей комнаты.

Сердце резко ухнуло. На миг закружилась голова. Парнишка, еще не веря своим глазам, машинально переступил порог, дверь за ним резко захлопнулась.

Он оказался… в обшарпанном, грязном коридоре чужой квартиры. Кругом стояли деревянные ящики, большие сундуки, поломанные стулья. На стенах висели мятые металлические тазы и деревянное корыто. В конце коридора, возле двери, на длинном шнуре, покачивалась грязная лампа, скупо освещавшая все это великолепие. Пахло чем-то прокисшим. Где-то в глубине квартиры слышались громкие голоса, но о чем говорят было не разобрать.

Миша повернулся и попробовал открыть свою дверь.

Но, увы. Она была… заколочена крест-накрест нестрогаными черными досками.

-Чего тут шаришься?! Кот помоечный!

Парень оглянулся. В конце коридора застыла высокая худая тетка в синем бесформенном платье и белом платке. Воинственно подбоченившись, она медленно приближалась.

-Откуда взялся, побирушка чертов? Вон пошел!

Миша, как в тумане, медленно перебирая ногами, побрел к выходу, открыл дверь и оказался в незнакомом подъезде, на широкой площадке. Вниз вела длинная грязная лестница. Этажом ниже, возле огромного грязного окна, прямо на полу сидели какие–то люди, одетые в странные одежды, больше похожие на обноски. На тряпке рядом были разложены большие луковицы и хлебные корки.

А какой стоял запах! Не лучше благоухал вокзальный туалет.

Дядьки, заросшие бородой как йети, не обращая на мальчика никакого внимания, грызли лук, хрустели засохшим хлебом и, не переставая чесались. Мишка тихонько, на цыпочках, обошел их и со всех ног пустился на улицу.

Зря он так торопился.Лучше бы подольше оставался в неведении…

То, что он увидел - не порадовало, а ввергло паренька в панику.

-Ни фига себе, за хлебушком сходил! – только и смог сказать Миша фразу из старого анекдота.

Город выглядел совсем другим. Грязные запущенные здания с выбитыми стеклами и заколоченными дверьми и, грязные запущенные люди. Ни одного яркого пятна. Ни реклам, ни светофоров, ни сверкающих витрин.

На улице моросил мелкий противный дождик. Возле подъезда лежала большая куча серого снега. Посреди дороги, по рельсам, жизнерадостно громыхал трамвай и выглядел он архаическим музейным экспонатом. Дверей у транспортного средства не было, а прямо на подножках висели люди. Слева и справа от трамвая двигались телеги, запряженные низкорослыми мохнатыми лошадками.

По тротуарам спешили люди, в основном одетые в истрепанные ношеные тулупы, шапки-ушанки, но встречались и нарядно одетые дамочки в шубах и шляпках.

Мальчишка начал замерзать. Тело покрылось гусиной кожей, летняя одежка совсем не согревала.

Надо вернуться в квартиру! Может, я попаду к себе?

Мальчик побежал наверх, мужички на площадке все также неспешно обедали, они опять не обратили на него никакого внимания. Подойдя к входной двери, Миша увидел множество звонков, каждый из которых имел свою табличку. На миг задумавшись, он смело нажал на тот, который был подписан: «Иванова – 2 раза». Раздалась противная трель.

В коридоре послышались шаги и дверь распахнулась. Перед мальчиком стояла красивая молодая женщина в длинном шелковом халате, расписанном большими красными маками. Женщина улыбнулась краешком губ.

-Вам кого? Вы ко мне?

-Я здесь живу.

-Но я вас раньше не видела, в какой же комнате вы обитаете?

Мальчик неопределенно махнул в конец коридора.

-Что же, проходите, посмотрим.

Он нерешительно ступил за порог и остановился, ноги онемели.

-Смелей, юноша!

Мальчик медленно пошел по грязному полу и остановился возле заколоченной двери.

-Здесь.

-Не может быть. Там уже месяц никто не живет. Прежний хозяин повесился, прямо посреди комнаты, на люстре, то есть на шнуре, привязанном к крюку, к которому подвешивается люстра. Еле из петли достали! Висел, а язык синий изо рта свисал, ужасный ужас!

-Повесился?

-Да, его жену в переулке зарезали. Кошмар просто! Страшно одной теперь ходить. Так вот, он и не смог этого пережить. А я теперь не хожу одна, боюсь. Изольду Францевну прошу составить мне компанию. Боевая старушка! Ходит с толстой палкой и палкой этой кого хочешь отгонит! Она ведь из прежних…

-Мариночка, ну, сколько можно болтать? Не будьте такой доверчивой. Пускаете в дом, кого попало, а потом расстраиваетесь, что вас опять обнесли. Я уже этого оборванца выгоняла, а он опять здесь.

-Вера Ивановна, нужно быть добрее к людям.

- Не хочу быть ограбленной. Пошел вон, побирушка!

Мальчик предпочел не спорить и понуро поплелся к выходу. Домой, видать, так просто не попасть. Хранитель опять придумал какой-то квест.

Квест (англ. quest), или приключенческая игра (англ. adventure game) — один из основных жанров компьютерных игр, представляющий собой интерактивную историю с главным героем, управляемым игроком.

Википедия.

Придется осваивать новые правила.

-Подождите в подъезде, - шепнула ему на ухо Марина.

Он опять стоял на площадке и проклинал свой авантюрный характер, из-за которого вновь попал в переделку.

Но ангел–хранитель тоже хорош! Забросить его сюда, да еще в такой холод!

Что он там бубнил про революцию? Но в памяти, кроме французского восстания, где перевешали кучу народу, ничего не всплывало.

Дверь открылась, и Миша снова увидел молодую женщину, которая его пожалела. Кажись, её зовут Марина.

-Возьмите, Вы слишком легко одеты для нынешней погоды. Все это, конечно, не новое. Но, увы... Ничего другого, мужского у меня нет. Это вещи моего брата. Он в прошлом году умер. А я все не решалась их продать. Да и какая из меня торговка. Лучше вам отдам. Время сейчас страшное.

Девушка всхлипнула, по щеке пробежала слеза.

-Я буду рада, если они вам пригодятся.

-Спасибо.

-Обуви только нет, но можно вот это намотать и перевязать, будет теплее. Я видела, так крестьяне делают. В общем разберетесь. Удачи!

Миша, как в тумане взял ворох вещей и, не оглядываясь, побрел вниз. Мужики все так же сидели на площадке и жевали лук. Один вытянул ногу и мальчик заметил, что у того нет обуви. Нога была перемотана тряпкой, а к подошве привязана косматой веревкой деревянная дощечка.

Спустившись вниз, подросток расположился под лестницей.

- Посмотрим, чем меня одарили.

Среди вещей оказались: довольно приличные шерстяные брюки, пиджак, мужское длинное пальто и какие-то тряпки. Жалко, ботинок нет. Все-таки на улице не лето.

Одевшись, Мишка наконец-то перестал дрожать, но ногам все равно было холодно. Придется мастерить обувку. Благо, что выскочил в тапках и не придется прилаживать к подошвам деревяшки, как у мужичка в подъезде. Надо взять, обмотать ноги и сунуть их в тапки.

Мальчик брел по улице. Одежда едва согревала, тапки намокли, уши мерзли, и их приходилось все время растирать.

- Па-а-дайте на пропитание!

Миша увидел сидящего на земле мальчишку лет шести. Тот был неимоверно чумаз, одет в лохмотья, грязные и вонючие. Снующий мимо народ не обращал на ребенка никакого внимания. Протянутая ручонка, сложенная ковшиком, подрагивала, но никто не спешил бросать в нее монетки.

- Чего уставился, я здесь работаю, ищи себе другое место. Пошел вон.

На крик побирушки, прибежали два мальчика постарше и стали толкать Мишу.

- Вы чего, сдурели? Я же вас не трогаю!

- Вали отсюдова, это наше место!

Парнишка быстро зашагал дальше. Приближалось время ужина, а он и не обедал даже. Под ложечкой сосало, и желудок начал высказывать свое недовольство отсутствием обильного и регулярного питания.

Где бы поесть? И денег нет, и знакомых нет. Не стоять же с протянутой рукой?

Вспомнилось красивое лицо недавней знакомой.

Вот она бы меня покормила, жаль, что кроме нее в той ужасной квартире больше отзывчивых людей не оказалось. Надо что-то придумать.

Но, увы. Чем больше Мишка слонялся по улицам, тем больше убеждался, что сегодня поесть точно не получится. И вдруг его осенило. Он вспомнил музыкантов из метро, которые пиликали в переходах и неплохо зарабатывали. Он с мальчишками тоже иногда устраивал представление, чтобы заработать на чипсы и колу. Заболевшие ЗОЖем родители отказывались спонсировать фастфуд.

Здорóвый óбраз жи́зни (ЗОЖ) — образ жизни человека, помогающий сохранить здоровье, улучшить самочувствие и уберечься от излишнего стресса путём контроля над собственным поведением, питанием и привычками.

Дойдя до ресторана, он стал возле двери и запел любимую мамину песню «Ой, то не вечер, то не вечер…».

Через несколько минут, дверь резко распахнулась, на порог вышел здоровый широколицый дядька. Одет толстяк был в пальто с блестящими золотыми пуговицами и высокий цилиндр. На руках белые перчатки. Швейцар, похоже.

- На минуту нельзя отойти! Уже кто-то стоит. Вон отсюда, паршивец! Ты мне всю публику распугаешь.

-Дяденька, есть хочется, может, вы впустите меня, а я на пианино поиграю душевно и спою чего хотите. А?

-Перебьешься, у нас свои музыканты есть, хотя…

-Да, дяденька?

-Вон видишь, через улицу – ресторация? «Звезда» называется. Наши конкуренты. У них певичка славно поет, недавно появилась. Столько народу к ним ходит посмотреть на нее. Все наши постоянные клиенты туда переметнулись. Возле их двери становись и пой. Их за три версты станут обходить. У них и швейцара нет сейчас.

-А как оплата? – обрадовался такому предложению мальчик, - я могу всем говорить, что у них еда вчерашняя… сколько заплатите?

-Не обижу, если стараться будешь. Обедом накормлю и с собой дам.

-Тогда я пошел.

Миша вприпрыжку поскакал через дорогу.

Мальчик старательно выводил романсы, а когда к ресторану приближались посетители, начинал рассказывать, как отвратительно там кормят, описывая блюда из школьной столовой с такой живостью, что никто не рисковал отведать «звёздного» угощения.

Стало темнеть. Нестерпимо болел желудок, подламывались замерзшие ноги. Только мысль, что скоро он поест и согреется, придавала бодрости. Юный предприниматель держался из последних сил.

Ну, все, хватит. Поток посетителей иссяк и можно пойти получить заслуженную с такими трудами еду.

Швейцара на посту не было. С недоумением Миша попробовал зайти через главный вход, но его вытолкали, науськанные недавним работодателем здоровые, бородатые громилы. Еще и пинка отвесили.

Мальчик сидел на огромном деревянном ящике, возле черного входа и сдерживал рыдания из последних сил, но слезы все равно текли по щекам.

-Гад какой, жлоб паршивый! Ему что, жалко куска хлеба для голодного ребенка?! Сам вон какую морду наел! Как же хочется есть.

В ящике завозились и мальчик в испуге подскочил. Крышка поднялась и перед глазами изумленного подростка предстала девчушка лет пяти. Впалые серые щеки, серые губы и внимательные голубые глаза. Одето небесное создание было в кучу непонятного тряпья, сверху подпоясанного измочаленной веревкой, на голове - драная ушанка, сползающая на глаза, а на ногах - настоящие лапти. Такие Миша видел в краеведческом музее.

-Чего ревешь? Такой большой, а ревешь. Мамка померла?

-У кого?

-У тебя, у кого еще?

-Есть хочется, я работал, работал, честно трудился. А этот боров меня вышвырнул, подлюка, и куска хлеба не дал.

-Наверно Колька, он настоящая подлюка. Не одного тебя обманул.

-А что ты, такая маленькая тут делаешь?

Девочка вздохнула.

-Живу я тут.

-Живешь? – не поверил мальчик, - как живешь? В этом ящике?

-Ага. Хорошо придумала, правда? Сюда несъеденное выкидывают, так я еще и ем хорошо.

Мальчик взялся за голову. Что же это за время, где дети живут в помойках и совсем никому не нужны?!

-На, коржик пожуй, у меня со вчера в кармане лежит. Берегла на черный день.

Малышка сунула руку за пазуху и радостно улыбаясь, достала нечто, похожее на камень, обкусанный с одного бока.

-Спасибо, я как-нибудь потом!

Миша хоть и зверски голоден был, но вид такой еды его не привлекал.

-Как хочешь! - Девочка пожала плечами и впилась в коржик зубами.

Миша проглотил слюну, но решил ни в коем случае не притрагиваться к угощению.

На улице давно стемнело, тело ломило от усталости. Пришло время позаботиться о ночлеге, раз с едой не повезло.

- Пойдем к «Звезде», там сегодня Дуняша убирается, она всегда меня кормит, такая хорошая, добрая. Может и жить к себе возьмет, когда-нибудь, - мечтательно протянула малышка.

Дети перешли дорогу, девочка решительно направилась к незаметной двери в торце здания и постучала. Послышались тяжелые шаркающие шаги, надрывный кашель.

Тут же дверь распахнулась, Миша удивленно уставился на тетку. Она была очень похожа на его мать, тоже лицо, только лет на тридцать старше. Худая, серьезная, уставшая женщина.

Но только она увидела девочку, как её лицо осветилось улыбкой.

-Аннушка, детка, а это кто?

-Мой друг.

-А как зовут друга?

-Миша, - Поторопился ответить паренёк. Голос у него был осипшим и надтреснутым.

-Его Колька обманул. Он работал, работал, а этот гад не заплатил!

-Сейчас вынесу, подождите. Я бы вас во внутрь пустила, да, боюсь, хозяин увидит. Он чего-то сегодня задержался.

Женщина вынесла им в платочке еду – вареные яйца, хлеб и селедочные хвосты.

-Вкуснота какая! - Прошептала Аня, блаженно закрывая глаза. Она брала еду грязными пальцами и. откусывая по чуть-чуть, медленно жевала.

Миша взял горсть снега, обтер руки и тоже начал есть. Он попытался не торопиться, но не получалось и он глотал всё, не жуя.

Вышла Дуняша. Подперев щеку, она смотрела на девочку с жалостью.

-Уехал хозяин. Сегодня должны продукты привезти, а разгружать некому, вчера грузчик сбежал, курицу украл и сбежал. Буду я за грузчика.

Миша подскочил.

-Я помогу! Нет! Сам все перенесу.

Женщина вздохнула.

-Тяжело одному таскать, вместе разгрузим.

Вскоре приехала телега, нагруженная мешками. Возница, здоровый дядька, когда увидал грузчиков, расхохотался, но помогать не стал, а только подгонял, чтобы быстрее шевелились, да дымил самокруткой.

Когда последний мешок был перенесен, Мишка в изнеможении повалился на снег. Подниматься не было сил. Дуняша, тяжело отдуваясь, поплелась на кухню.

-Вставай, простудишься, ну, Миша!

Малышка тянула паренька своими маленькими грязными ручками. Он медленно поднялся, ноги дрожали. Вышла Дуняша с небольшим мешочком.

-Вот, детки, собрала, что смогла. Спасибо тебе Миша! У тебя доброе сердце.

-Пойдем со мной, я место одно знаю, там поспать можно всласть и никто не обидит. Привидения только, но ты их прогонишь?

Мальчик так сильно устал, что даже не обратил внимания, куда они направились и что бубнит малышка. Вскоре дети обустраивались на чистом теплом чердаке трехэтажного особняка.

В углу лежала большая куча соломы, непонятно как тут оказавшаяся. Наверное, прежние жильцы притащили. Из нее получилась отличная постель. Миша уже засыпал, а девочка все рассказывала про призраков, которые ходят по этому чердаку ночами и жалобно воют. Но парнишке было абсолютно все равно, кто там ходит, лишь бы выспаться и отдохнуть.

В лицо светил яркий луч.

Паренек в недоумении сел. Рядом тихонько посапывала Аня, а посреди чердака стоял высокий стул, на котором восседал ангел-хранитель в блестящей одежде. За спиной виднелись сложенные крылья. В руках ангела был огромный фонарь.

-Я умер?

-Вот еще, не дождешься!

-Тогда почему ты выглядишь так необычно?

-Я тут подумал… И решил, показаться в парадной одежде. Вдруг достучусь до твоих упрямых мозгов?

-Ага.

-Как я понимаю, здесь тебе нравится?

-Нравится, а что? Думал меня этим испугать? Я себе уже и подружку завел.

-Вижу, ну что же, прощай!

Порождение то ли света, то ли тьмы медленно растаяло, а с ним и последняя надежда на возвращение домой…

-Вот, дурак! Зачем я так с ним? Эй, хранитель, я передумал, возвращай меня назад!

Аня подхватилась и села, испуганно озираясь:

-Чего орешь? Они пришли уже?

-Кто?

-Так мертвецы, ты не их увидел?

- Никого я не увидел. А чего тут мертвецам делать?

-Они живут здесь. Пацаны, в прошлом годе, зимой, насмерть замерзли, вот и ходят теперь, свой чердак охраняют, никто чтобы не селился здесь.

-Выдумываешь ты все.

-Не-а. Зима лютая была, вот они и того... померли. Я тут рядом, в соседнем доме жила, тогда… мамка моя еще жива была… и папка…

-Твои родители умерли?

-Ага, зимой. Папку расстреляли, а мамка плакала-плакала и померла. Тогда тетка Стася говорит: «Иди, Нюська, родню ищи, а комнату вашу мне отдадут, так что, ос-во-бо-ждай. И выгнала меня, одёжу мою забрала, лохмотья энти отдала и выгнала».

-И никто не заступился?

-Не-а. Соседи рады были, что комната пустая появилась, все поделить не могли, кто в ней жить будет. Я им не нужна – лишний рот.

Девочка горестно вздохнула.

- Вот я и подалась на этот чердак. А в первую ночь ко мне мальчик пришел, прозрачный. Злой, как черт. Сказал, чтобы проваливала, и еще много разных слов говорил, я не все разобрала от страха. И руками махал и глаза выкатывал, и язык свешивал, как собака… Я убежала, так кричала, что охрипла и долго говорить не могла. А мы теперь вместе будем? Ты меня не оставишь?

-А те дети, что здесь умерли, у них тоже родителей не было?

Аня удивленно посмотрела на собеседника.

-Не было. У кого сами умерли, у кого - большевики убили, а кого и бандиты порешили. А ты чего спрашиваешь? Не знаешь, что ли, что сейчас делается?

-Знаю, знаю, - поспешил ответить Мишка, - я тебя проверить хотел.

-Проверяльщик! Больно надо было! Не хочешь со мной быть - так и скажи. Сама справлюсь. Я уже почти большая.

-Дети дома должны жить, а не в помойных ящиках, - только и смог ответить Миша.

Утром мальчишка проснулся от холода. Солнце уже встало и ярко светило. Аня сидела возле окошка и смотрела на улицу.

-Лежебока, подымайся, есть будем. Дуняша такого вкусного наложила!

На белой тряпочке красовались два пирожка, четыре яйца, вареная картошка и маленькая куриная ножка. Анюта осторожно взяла мясо в руки и медленно стала вдыхать аромат дорогого угощения. Потом повторила ту же процедуру, но уже с пирожком.

Миша съел один пирожок и яйцо, а остальное пододвинул ближе к Ане. Она сделала удивленные глаза.

-Этой еды хватит на несколько дней, если есть по чуть- чуть. Много есть сразу нельзя, можно умереть.

Мише было бесконечно жаль эту маленькую, но не по годам мудрую девочку.

Что с ней будет? Разве выживет ребенок один на улице? Да еще такой маленький. Но как ей помочь? Надо поговорить с Дуняшей, вдруг что посоветует?

-Ты куда? Убежать от меня хочешь?

-Нет, у меня дела. Оставайся, приберись пока здесь, а я пойду, вдруг одежду раздобуду?

-А ты не убежишь от меня? – девчонка выглядела испуганной, держалась из последних сил, чтобы не заплакать.

Миша подошел к ней, наклонился и поцеловал в прохладную щечку.

-Ну что ты, сестренка, разве я могу? К тому же, здесь остается еда. Будешь ее охранять?

-Буду, и ни кусочка не съем, пока ты не придешь, обещаю!

-Скоро буду.

Миша направился к ресторану «Звезда», спросил у выбежавшего покурить повара про уборщицу, но тот только плечами пожал.

-Она вечером только приходит, где живет – не знаю.

-А работники вам не нужны?

-Ты, что ли работник? А что умеешь?

-На пианино играю, пою, танцевать могу, еще на гитаре немного.

-Я у хозяина спрошу, подожди пока.

Не было его долго, мальчик успел продрогнуть, когда дверь отворилась и повар поманил его пальцем.

-Пойдем к хозяину, он послушает, как играешь на гитаре и что поешь.

-Но у меня нет гитары с собой.

- Вижу, что нет. У хозяина есть.

Мишку провели по длинному коридору и втолкнули в помещение. Комната была небольшой, светлой. Возле окна стоял большой стол, стул с высокой спинкой. Слева расположился огромный кожаный диван, на котором сидел невысокий красивый мужчина и курил трубку.

-Вот он, - проговорил повар, развернулся и быстро вышел, тихонько прикрыв дверь.

Мужчина улыбнулся и кивнул на гитару, лежащую рядом.

-Бери стул, садись и покажи, что умеешь.

Парень спел «Солнышко лесное», аккомпанируя себе на гитаре. Потом - пару романсов.

-Неплохо. Приходи вечером, часиков в шесть. Только переоденься во что–то другое.

Миша нахмурился.

-Ладно, что-то подберем в гримерке. А пока можешь пойти на кухню, Прохор накормит.

Его действительно накормили картошкой с хлебом и соленым огурцом, а когда мальчик заикнулся о голодной сестренке, повар нахмурился, но все же насыпал картошки в миску, добавил пару кусков жареной рыбы и щедро отрезал хлеба, потом хихикнул и добавил кусок сала.

Назад паренек мчался как на крыльях. По лицу блуждала счастливая улыбка. Аня сидела на соломе и горько плакала.

-У тебя что-то болит? Ты ударилась? Испугалась? Тебя кто–то обидел?

Девчушка отворачивала распухшее от слез лицо и продолжала рыдать.

-Да что случилось, в конце концов?! Сейчас обижусь и уйду!

-Если скажу, все равно уйдешь.

-Обещаю, не уйду.

-Я все съела.

-Приятного аппетита!

-Ты не понимаешь… я все съела… одна. Я крепилась – крепилась, но все так вкусно пахло, и я не выдержала. Думала, понюхаю, попробую чуточку, краешек и все. Потом …. Очнулась, а ничего уже нету.

-Живот не болит?

-Нет.

-А я еще еды принес. Меня на работу взяли.

Девочка разом перестала плакать и непонимающе уставилась на Мишку.

-Ты не ругаешься, что я все съела сама? И не уйдешь? И бить не будешь?

-Да нет же! На здоровье. Я вот еще принес, ешь, пока теплое.

Девочка бросилась перед Мишей на колени и стала целовать ему руки.

-Сдурела что ли?! Прекрати, а то рассержусь! Тебе надо много есть, чтобы расти и не болеть. Обещаю, ты больше не будешь голодать.

-Так ты меня не выгонишь? Честно-честно?

-Да. Не выгоню. Все хорошо, сестренка. Ты убралась?

-Да, я веник нашла в углу, старый, лысый почти, и вымела мусор.

- К шести надо быть на работе, а у меня часов нет, как же я время узнаю?

-Пойдем-кось, покажу.

Они подошли к чердачному окошку и мальчик, буквально напротив увидел башню с часами. Они показывали полдень.

-У нас в запасе куча времени. Пойдем, погуляем?

-Не-а. Я тут останусь, у меня в обувке дырка, какие гулялки могут быть? Я лучше посплю. По сытости такие сны сказочные! И мамка моя родненькая снится будет! Только сон загадать надо.

-Как хочешь. А я пойду. Сегодня тепло, солнышко светит. Вдруг где одежку раздобуду?

Мальчишка шел по улице и напевал себе что-то под нос. Теперь он разглядывал окружающий пейзаж с интересом. Он был сыт и уверен в своем будущем, все теперь казалось не таким уж страшным. Вдруг, проходя мимо одного из дворов, он услышал отчаянные вопли.

Спрятавшись за сарайчиком, осторожно выглянул. Посреди двора стояли мальчишки, одетые в лохмотья, человек семь с одной стороны и один с другой.

-Ну, что крыса? Вкусный был хлебушек?

-Пацаны, вы чего? Ну, съел, так ведь есть хотелось! На всех бы все равно не хватило!

-Ты, гад, всех голодными оставил. Из–за тебя Пашка ночью помер. Вали его, братва! Крыса!

Орава накинулась на худенького паренька в длинной телогрейке и началась кровавая бойня. Мальчишки скопом, остервенело, избивали одного, который сопротивлялся лишь вначале. Вдруг раздался резкий свист. Драчуны бросились врассыпную. Только один остался лежать на земле. Миша, увидев, что улица опустела, крадучись направился к нему. Голова мальчика была разбита, глаза неподвижно смотрели в небо. Он был мертв.

Миша судорожно сглотнул и закрыл глаза ладонями.

Какое страшное время! Время, когда тебя могут убить… Из- за куска хлеба. Как же возможно довести людей до такого?!

Нет, надо учить историю! Он об этом времени абсолютно ничего не знает. Хотя как–то читал книгу о чем-то подобном. Точно, читал. Перед глазами всплыла обложка Макаренко «Педагогическая поэма». На этот фолиант он наткнулся, когда отбывал очередное наказание летом у бабули.

Старушка попросила снести деревянный сундук с чердака. Когда Миша начал его разыскивать среди ящиков со старой одеждой, больших бидонов с зерном, наткнулся на связку книжек. В основном они были посвящены биологии, среди них и оказался роман о беспризорниках.

Он его прочитал полностью и еще удивлялся фантазии незнакомого мужика, который сумел выдумать такую муть про бездомных детей. А оказалось, что это всё - правда.

Мальчик очнулся. Пора отправляться на работу, нельзя опаздывать в первый же день!

Чтобы срезать путь, Мишка решил идти через парк. Территория выглядела запущенной и безлюдной. Кругом - заросли кустарников, дорожки в снегу. Ноги проваливались по колено в сугробы, мальчик уже пожалел, что решил так необдуманно сократить путь, когда увидел сидящего под деревом человека.

-Дяденька, подымайтесь, простудитесь. Вон на лавочку сядьте.

Он подошел поближе и увидел, что вряд ли этому человеку нужен его совет. Тот был безнадежно мертв и уже не первый день. Лицо наполовину выклевано птицами…

-Мамочки! Какой кошмар! Ну, зачем я сюда пошел?!

Он опрометью кинулся вон и вскоре наткнулся на человека с красной повязкой.

-Там, дядька мертвый, давно, наверное.

-Знаю я, что мертвый. Третий день жду, когда увезут. А эти подлецы говорят, что мертвяков много, а телега одна. Не успевают. А сами днями сивуху хлещут. Да… С такой работой как не пить? Вот давеча нашли двоих беспризорных, под елкой. Замерзли бедолаги, насмерть. Что за время такое? Когда дите о себе само заботиться должно? Страшное время. При царе такого не было…

-При каком царе?

-При Николашке, при каком еще? А ты чего спрашиваешь? Не знаешь? Аль забыл? А? Блаженный?

-Мне пора домой, мамка заругает. До свидания, дяденька.

-Это правильно, что заругает. Это порядок. Нечего тут шастать!

Мальчишка бежал к ресторану, стараясь не думать обо всем этом. Но все равно на душе было тяжело.

Нет, я все-таки помогу, хоть одного ребенка, но спасу. Анечка, я тебя спасу, найду тебе теплый дом и заботливую маму!

Подойдя к чёрному входу, Миша увидел добродушно жмурящегося Прохора.

-Прибежал? А чего смурной такой? От мамки влетело?

Повар спрашивал с таким участием, что мальчик не захотел его огорчать печальными событиями и только кивнул.

-Небось, нахулиганил где? Ох, парень, на одной ноге крученый. Наверняка, не один раз заставил мамку волноваться? У меня таких, как ты, трое. Не родные, правда, но люблю шельмецов, безмерно. Соседка по коммуналке померла, а детки остались. Чего же им в приюте делать, коли я могу их поднять?

-Я пойду, дядя Прохор, мне уже выступать надо.

-Пойдет он. Вначале поешь: на столе миска стоит с картохой, потом переоденься, а уж после и выступать можно. Кто же тебя в солидное заведение в таком виде пустит?

После разговора с добродушным толстяком, на душе у сорванца потеплело. Он даже успокоился. Все будет хорошо, когда такие люди рядом.

Одели мальчишку в чудной куцый пиджачок с манжетами и манишкой. Брюки, после долгих дискуссий, Люся, исполнявшая роль певицы и гардеробщицы, оставила старые, только прошлась по ним щеткой. На голову подобрали кепку, благодаря которой у парнишки вид сделался босяцкий. Но ему было все равно, главное хорошо выступить и заработать еды для Анечки.

В зале все места были заняты. За накрытыми красным бархатом столиками ужинала разодетая публика. Миша впервые увидел такое количество диковинных женских шляпок. Все дамы щеголяли в головных уборах, украшенных перьями, искусственными цветами и мехом. На многих были украшения. А колье дамы, в открытом, черном платье с глубоким декольте, так и притягивало взгляд мальчика. Неужели это настоящие бриллианты?

Посреди небольшой сцены стоял стул с деревянным сидением. В зале царил полумрак. Народ неторопливо переговаривался, было относительно тихо.

Миша набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул и шагнул на сцену. Послышались жидкие аплодисменты. Перебирая струны, мальчик прикрыл глаза и запел старинный романс о любви. Его очень часто пел папа, когда подвыпившие гости требовали песен. В зале стало очень тихо, все внимательно слушали. Воодушевленный мальчишка все пел и пел. А когда последняя песня закончилась, посетители захлопали и кто-то выкрикнул «Браво!». Ему даже подарили цветок. Женщина с колье.

Мальчик спрятался в какой–то каморке. Его переполняли эмоции, хотелось то куда-то бежать, то послать все к черту. Руки дрожали.

За один день он пережил столько, что многим бы хватило впечатлений на всю жизнь.

Сидя тихо в подсобке, Миша стал невольным свидетелем разговора.

-А она что?

-Плачет. А у меня сердце разрывается. Она так их любила. И в один момент потеряла. Представляешь? Похоронить двоих детей сразу! Это ведь все, что ей осталось от мужа.

-Может еще все образуется?

-Шутишь? Я её вчера из петли достала, вовремя успела. Как чувствовала! Вернулась за перчатками, а она со стола с петлей на шее! Бабах! Благо, сосед дома был - прибежал, помог. Сегодня у нее мама ночует. Не могу. Сердце на части рвется! Чем ей помочь?

-Пусть сироту возьмет. А там, глядишь, сердце успокоится.

-Где же взять эту сироту?

-На улице давно была?

-Ты про этих? Уличных? Страшно такого ребенка брать… Они ведь больные все, а по нынешним временам как их вылечить? Да и злые все какие – то. Не захочет она…

Порой идешь мимо их стаи, а взгляды у них как у волков. Мороз по коже у меня от них.

-А в приюте?

-Там такие же. Они все озлобленные. К ним подход особый нужен. Нет, я думаю это не выход. Не сможет она.

«Анечка ей точно подойдет. Какая отличная идея! Но как все это прокрутить?»

Миша тихонько вышел и пошел в сторону беседующих. Дамы сразу оживились, та, что помоложе, сказала:

-Как чудно вы поете, может, еще чего нам исполните?

-К сожалению, не могу, мне домой надо торопиться.

-Чем же такой молодой человек может быть занят по вечерам?

-Да вот, остались с сестренкой без родителей. Приходится, крутиться. А она, бедняжка, дома одна. Боится, ждет меня. Как это тяжело: без родителей печься о малютке.

-Вы сами остались? – в голосе женщины прозвучал интерес.

-Совсем одни. Из дома нас выгоняют, вот-вот вышвырнут на улицу. Будем жить на чердаке, я уже присмотрел подходящий. Никому мы не нужны! Эх, кто заступится за сирот?

-Я... я готова вам помочь, если Вы, конечно, не врете. На самом ли деле есть сестренка?

Миша хмыкнул, сделал вид что обиделся и, развернувшись, направился к гардеробной.

-Да постойте вы!- женщина побежала за ним, схватила за руку и рывком развернула к себе.

В её глазах стояли слезы, а взгляд был таким умоляющим, что Мише стало стыдно. Переиграл.

-То, что вы говорили - правда? Вы нуждаетесь в крове?

-Моя сестренка нуждается в родительской ласке и внимании. Ну и в крыше над головой.

-А как же вы?

-Я взрослый и могу позаботиться о себе. Но заботиться о двоих, у меня получается очень плохо. Сестренке еды не хватает… она почти не растет. Совсем крошечная.

-А лет ей сколько?

-Шесть всего, но она очень умная и самостоятельная.

-Давайте договоримся на завтра, я дам адрес и назначу время.

-Завтра может быть поздно.

Женщина вздохнула, надолго задумалась, а потом, встрепенувшись, выдохнула.

-Я еще буду здесь некоторое время. Вы далеко живете?

-Рядом.

-Приводите малышку.

-Но я Вас совсем не знаю, как можно отдать родную сестренку неизвестному человеку?

-Меня зовут Вера. Вера Васильева. Мой муж известный врач. Хирург. Я тоже работаю по медицинской части. Меня здесь все знают.

-Я переоденусь и пойду за сестрой.

-Я буду ждать.

Но прежде чем идти за Аней, подросток зашел к хозяину.

-Можно?

-Заходи. Очень рад. Хочу тебя поблагодарить за песни. Душевно!

-Спасибо. Можно у вас спросить?

-Давай.

-Вы знаете Веру Васильеву?

-Кто же её не знает. А что у тебя, кто болеет? Обращайся к ней смело. У нее золотые руки и золотое сердце. И муж её - знатный доктор, стольких спас.

-Спасибо.

-Так, что случилось-то?

Миша таинственно улыбнулся.

-Надо помочь одному хорошему человеку.

-Понятно. Обращайся к ней смело!

На чердак Миша забрался танцующей походкой.

-Анька, собирай платья и шляпки, чемоданы грузи – мы переезжаем!

Чердак был пуст. Миша переворошил всю солому, понимая бесполезность своих действий, но остановиться не мог.

Где же она? Куда подевалась? Вот чертова кукла! Неужели сбежала? Но зачем? Может я её обидел? Так вроде нет. Куда же могла подеваться маленькая девочка?

Послышались тяжелые шаги, мат и на чердак ввалился тощий пьяный мужик немаленького роста.

-Кыш отсюда тля подзаборная! Это мое место. Пошел вон!

-А вы здесь девочку маленькую не видели?

-Нищенку свою ищешь? Шуганул. Еще днем. Она заревела и помелась куда-то, даже жрачку не взяла. Ох, и хороша была шамка! Давно так не жрал. Знатно пузо набил.

Мальчик медленно спускался по ступенькам, а в голове стучала только одна мысль.

Какие же сволочи!

Выгнать на холод маленького ребенка, да еще еду отобрать. И это взрослые, которые всегда ставят себя в пример. Чему же можно хорошему научиться у таких отбросов?

Мальчик бросился к известному ему ящику, поднял крышку и увидел спящую Анюту.

-Анька, подъем!

Девочка в страхе подскочила.

-Мишенька, а меня прогнал дядька! Страшный! Длинный, как жердь! Я убежать хотела, куда глаза глядят, да про тебя вспомнила. До вечера на ступеньках в подъезде просидела, а потом меня тетка прогнала, еще и обещала собаку свою спустить. А собака страшнючая! Пасть огромная, слюна бежит, глазищи сверкают. Вот я и спряталась. Подумала, ты меня всегда здесь найдешь.

-Я тебе дом нашел! Будешь у тети хорошей жить. У нее детишки умерли, она о тебе позаботиться.

-А как же ты? Без тебя не пойду! Ты же мой родненький!

-Я не могу…у меня дела.

- Ага-ага! Я понимаю. Ты не человек вовсе!

-А кто же я?

-Ты ангел! Мой родненький ангел! Ангел-хранитель!

Миша расхохотался.

-Почти. Только с рогами и копытами.

-Правда? А покажи! Такие бывают?

-Шучу я. Ладно, пошли.

Миша зашел в ресторан, Вера сидела за столом одна.

-Где сестренка?

-На улице ждет. Вы не передумали?

-Нет. Пойдем.

Когда они вышли на улицу, Вера увидела девочку и ахнула.

-Как же так? Как ты мог её так запустить?

- Так сложились обстоятельства… Виноват, исправлюсь!

Но не объяснять же тетке, что девчушка прожила долго на улице. Вдруг её это отпугнет, и Аня останется без семьи?

К новому жилью они добрались на автомобиле. Оказалось, что Вера прекрасно водит машину. Женщина с мужем и сестрой проживала в огромной квартире, которая до революции принадлежала их семье целиком, а теперь была превращена в коммуналку. И прежним жильцам достались лишь две маленькие комнаты.

Перед сестрой пришлось разыгрывать целый спектакль, заранее отрепетированный.

-Добрый вечер, Наденька! А я тебе гостей привела. Моя знакомая из Киева, помнишь, я тебе рассказывала, умерла.

-Конечно, но ты не говорила, что у нее остались дети?

-Я не знала, а Ната велела детишкам меня найти, адрес дала наш. Как же замечательно, что нас не выселили. Представляешь, Анюта даже потерялась, несколько дней на улице жила, Миша её еле нашел! Ты видишь, как она выглядит? Давай, воду грей и одежду доставай, будем её отмывать. А у тебя дусту не осталось?

-Дусту полно.

Пока дамы возились с девочкой, Миша задремал, а когда открыл глаза, чуть не закричал. Перед ним стояла девочка как две капли воды, похожая на малышку с черно-белого фото, висящего у бабули на стене. То же клетчатое платье с рюшами, те же льняные локоны и огромный бант на голове. И прабабушку тоже звали Аней.

-Чего же смотришь так, будто призрака увидал?

-Просто, давно сестренку чистой не видел – отшутился мальчик.

-Иди, на диване ложись, а завтра поговорим.

Но, поговорить, им было не суждено, потому что на следующее утро, мальчик проснулся дома, в своей постели. В руке было зажато старинное фото девочки с льняными волосами.

Глава 3

Глава 3

ХРАНИТЕЛЬ

Миша медленно открыл глаза и выдохнул с облегчением. Его окружали родные стены собственной комнаты.

Я дома! Все невзгоды позади! Как все-таки хорошо в своем времени! Благодать! Никаких продуктовых проблем, голода и разрухи. И замерзших намертво детей.

За окном устало стучал дождь, ветер, завывая, прижимал тонкие деревья к земле.

Хотелось побыть в своей тепленькой, уютной постельке как можно дольше, вспоминать приятные события, мечтать о будущем.

Да и о произошедшем с ним накануне, не мешало бы подумать.

Чертов ангел-хранитель! Зачем издевается над ребенком? Такой щелчок в прошлое осуществил и ради чего? Показать, как жили чумазые беспризорники? Конечно же их жаль. Но что поделать? Все эти события остались в далеком прошлом, и его уже не изменить…

Хотя и сейчас бездомных детей… да и взрослых хватает. Вот Борода к примеру. Живет в подвале. Летом умудрился заболеть. Все из-за сырости и сквозняков. Благо, что вовремя лекаря нашли, а то некому было бы байки разные пацанам рассказывать.

А какой сегодня день? Из-за последних событий все в голове перепуталось.

Он глянул на часы – девять. Значит выходной. Родители разве дали бы столько валяться?

Деятельная натура юного искателя приключений не давала долго находиться на одном месте.

И правда! Чего вылеживаться, если можно провести время с пользой! Например, приготовить родителям завтрак. Так, на всякий случай. Он ведь любящий сын.

Мальчик вышел из комнаты и уже направился к кухне, как услышал разговор предков.

-Не бери много вещей, мы едем всего-то на пару дней, а ты уже полную сумку напихала.

-Саша, видишь какая непостоянная погода, осень на дворе. Вдруг похолодает?

-А ты не забыла, куда мы едем и главное - зачем? Нам придется еще и Димкины вещи тащить. Обратно эту сумку повезешь ты.

-Ладно, ладно, не кипятись, сейчас выложу. Действительно, зачем я столько вещей набрала?

-Доброе утро, родители!

-Мишенька, а почему ты не в школе?

-Так меня не разбудили, чего–то.

-Глупенькая, сегодня же суббота.

Папа посмотрел на маму с улыбкой. Она хмыкнула, примерилась и сунула в сумку толстый синий свитер, вытащенный пять минут назад. Но он отчаянно сопротивлялся, папа тихонько хихикал в кулак, но все же не выдержал и применил силу к упрямцу. Мама счастливо выдохнула: все поместилось.

- Точно! Новые проблемы выбили из колеи.

-А куда вы собираетесь?

-За Димой едем. Бабушка Неонила с ним не справляется, заберем к себе, пока Маша не приедет.

Бабушка Неонила, папина мама, жила в Киеве с младшей дочерью Машей и её сыном Димой. Мишина тетка вечно была в поисках работы. Перепробовала кучу профессий, но нигде не могла продержаться больше нескольких месяцев. Все искала себя. Потом наступила черная полоса. И полгода Маша сидела дома, без работы, но все равно не сдавалась, бегала на собеседования. Родственники даже ставки стали делать, кем в следующий раз устроится неунывающая особа. И играли, пока молодая женщина не устроилась по контракту сиделкой к одной старушке. И все бы хорошо. Подопечная попалась не вредная, и зарплата хорошая, и щедрые подарки, но один маленький минус все-таки был. Старушка проживала в солнечной Италии.

И вот уже около года мама зарабатывала деньги, а сынок вил из бабушки веревки. И доигрался! Терпение у Неонилы лопнуло. Она попросила старшего сына забрать неугомонного ребенка.

-А чего она его с собой в Италию не забрала?

Мама, вдруг что-то вспомнив, побежала в ванную. Тут же оттуда раздался грохот. Очередной раз обвалилась полочка с косметикой. Папа хотел отправиться на помощь, но передумал и стал потихоньку вытаскивать свои вещи из дорожной сумки.

-Ну, скажи, зачем мне шесть пар носков, да еще две пары теплых. А эта розовая рубашка?

Миша хмыкнул. Отец, счастливо улыбался, совал вещи обратно в шкаф, поминутно озираясь на дверь.

-Она туда деньги зарабатывать поехала. А с Димкой разве заработаешь?

-И он у нас теперь всегда будет?

-Не думаю. Месяца два до конца контракта осталось, так что…

-Я тоже еду?

В комнату стремительно ворвалась мама. Глаза её горели.

-Опять полка свалилась и мой французский крем разбился! Осколки по всей ванной разлетелись!

-Мам, не расстраивайся. Я все уберу. А папа тебе новый купит. Так можно мне с вами?

-Нет. Вначале я хотела тебя к прабабушке отправить, но передумала. Останешься здесь.

-Сам? – с придыханием, не веря своему счастью, спросил паренек. Перед глазами уже мелькали радужные перспективы вынужденного одиночества.

-Нет, конечно. Я ведь не сумасшедшая. За тобой Ирочка приглядит.

Ноги паренька, еще секунду назад, радостно притоптывающие, замерли и он, печально вздыхая, сел в кресло.

-Я не останусь с этой фашисткой.

Ира была их соседкой и маминой подругой. Она часто выручала родителей, когда надо было приглядеть за Мишей в детстве, но методы воспитания у неё были своеобразные.

-Детка, не время капризничать. Мое сердце будет спокойно, если Ира будет рядом.

Мальчик судорожно сглотнул, вспоминая, как няньку неожиданно вызвали на работу и она, недолго думая, пристегнула его наручниками к батарее. Где только их раздобыла? Наверное, ухажер-гаишник подарил. И он, к своему стыду, просидел весь вечер, как дворняжка на привязи. Освободиться самостоятельно мальчишке не удалось. А когда потом рассказал родителям, они просто ему не поверили. Не говоря уже о том, что любую его аферу она просчитывала заранее и рубила все на корню.

И с этим монстром придется жить? Она ведь его в покое не оставит, будет контролировать каждый шаг.

Хотя есть еще школа, в которую ходить вовсе не обязательно, вот тебе и куча свободного безнадзорного времени.

Но Мише не повезло. Ирка все просчитала заранее, договорилась с учителями, чтобы оповещали её, если в расписании произойдут какие-то изменения.

И наступила каторга. В школу его водили чуть ли не за ручку, как первоклашку. И одноклассники с удовольствием наблюдали эту печальную картину, кто в окно, а кто и в школьном дворе поджидал, чтобы насладиться редким зрелищем. После уроков все повторялось. Только шли они не домой, а к Ире на работу, где она изображала из себя ветеринара.

Незаметно, в вечном противоборстве с коварной соседкой, пролетела неделя, вернулись родители. С ними приехал ненавистный братец.

Миша считал его избалованным свинтусом. Мальчишка любил устроить на ровном месте истерику, виновником которой потом незаслуженно считали Мишу.

-Мальчики, надеюсь, вы будете мирно сосуществовать в одной комнате, и нам не придется кое-кого наказывать.

-Я не хочу с ним в одной комнате жить, – заныл Дима, - он меня будет мучить и унижать.

-Я тоже не горю желанием жить с тобой, жалкий червяк.

-Прекратите. Это не обсуждается. Миша, научись мириться со своим братом. И не смей его обзывать!

Подросток горестно вздохнул. Еще ничего не случилось, а его уже в чем – то обвиняют. Что будет дальше и загадывать страшно! Лучше бы он остался с Анечкой, вот где он чувствовал себя нужным.

С прибытием братца, места в комнате совсем не стало. Родители одолжили у соседки кресло – кровать. И теперь по комнате приходилось передвигаться боком. Да еще Димкины игрушки и одежда стали валятся всюду, хоть парню и выделили половину шкафа для вещей и ящик для игрушек.

Время шло, а отношения между братьями только ухудшались. И вот случилось чудо. Всю неделю мальчишки держали вооруженный нейтралитет и ни разу не подрались. Счастливые родители вздохнули с облегчение. Ну, наконец-то наступил мир. А в пятницу позвонила прабабушка и пригласила родителей к себе. Они вначале хотели взять братьев, но передумали и оставили их дома.

Наступила суббота! Наконец-то можно отдохнуть от школы и надоевших уроков. Два дня свободы! Родители встали рано, тихо оделись и только щелкнувший замок радостно известил об их отбытии.

Миша лежал с закрытыми глазами и пытался заснуть, но в голову лезла всякая ерунда. Промучившись полчаса, он решительно поднялся и направился к двери, но споткнувшись о Димкин рюкзак, растянулся на полу, пребольно ударившись коленом.

-Черт побери! Ты, червяк, когда свое барахло уберешь?

-Сам червяк! Ты на мой трансформер свалился и сломал его, я тебе сейчас…

-Ну, что ты мне сделаешь, червяк?

Димка вскочил с постели. В глазах стояли слезы. Он подбежал к брату и треснул того учебником. Книга упала, развалившись на две части.

-Моя химия! Да я тебя сейчас! Ты, червяк, сейчас будешь все мои учебники клеить!

-Это тебе за дело!

Зазвонил телефон. Миша пошлепал в гостиную снимать трубку. Звонила бабушка Неонила. Интересовалась, как поживают мальчики. Пришлось несколько минут уверять, что у них все хорошо. Потом подросток направился в кухню, инспектировать холодильник, сделал себе три бутерброда, попил компот, и только потом вспомнил про брата.

-Червяк, есть будешь? Тут колбаса есть.

Все- таки он старший и должен смотреть за братом. Но ответом ему была тишина.

-Вот гаденыш! Мнит из себя, не пойми кого! Сейчас ты у меня попляшешь!

Мальчишка ворвался в свою комнату – никого. Обежал всю квартиру. Брата нигде не было. Хотя теплилась слабая надежда, что тот прячется где-нибудь в кладовой. Но она не оправдалась. Исчез так же рюкзак – предмет утренней ссоры, трансформера тоже не было.

Ничего. Побродит по двору и вернется. Друзей у него нет. Идти некуда.

Миша с удовольствием выдохнул и улыбнулся. Такое счастье! Родителей нет и братец ускакал. Разве о таком можно мечтать? Он степенно позавтракал, выпил собственноручно сваренный кофе, посмотрел передачу про животных и заскучал. А потом и загрустил. Придется отправляться искать упрямого братца.

Возле подъезда на лавочке сидела старушка, соседка, выгуливающая внука.

-Добрый день!

-Здравствуй Мишенька!

-Вы моего брата не видели?

-Мы только вышли гулять, десять минут сижу. Не видела. Может раньше проскочил?

-Да, намного раньше. Если увидите, скажете, чтобы домой шел, хорошо?

-Скажу Миша. Поругались?

-Ага.

Миша походил по двору, заглянул на детскую площадку и даже залез в деревянный домик, где разложили кукол две мелкие девчушки. Димы нигде не было.

Вдруг подросток отчетливо вспомнил, как пугал братца домом с привидением и тот весьма заинтересовался заброшенным строением.

Ну, точно! Рванул обследовать руины и рюкзак захватил с едой.

Волосы на голове паренька зашевелились. Если с ним что-то случится, родители его живьем съедят, да и он сам себе не простит этого.

Недалеко от их дома стояла недостроенная многоэтажка. Семь этажей возвели нерадивые строители и вот уже больше десяти лет махина пугала своим видом родителей со всей окрестности. Дом стоял, немного накренившись, ступеньки внутри кое-где провалились, в полах зияли дыры. Сооружение находилось в аварийном состоянии. И поэтому было очень любимо детворой. Как-то туда забрались двое мальчишек, поиграть в «войнушку». Один расшибся насмерть, упав с пятого этажа, другой сломал ногу.

Периодически к зданию наведывалась милиция, гоняла малышню, но постоянно развалину никто не охранял. Хотя ходили слухи, что поселился там один старик, живет тем, что отпугивает детишек от развалин, за что негласно получает от милиции подачки. Да и родители озорных мальчишек частенько благодарят невольного сторожа и деньгами, и едой.

Миша добежал до забора, окружающего многоэтажку, остановился, тяжело дыша и начал смотреть по сторонам. Возле дырки в заборе сидел бродяга в затрепанных серых джинсах и синем пуховике на голое тело, рядом лежал почти новый школьный рюкзак, уткнувшись в который спала рыжая колли.

-Дяденька, вы тут мальчишку не видели с зеленым рюкзаком? Мелкого, с веснушками.

Собака повернула голову и сладко зевнула, поднялась, подбежала к мальчику и преданно посмотрела в глаза. Миша достал из кармана недоеденную шоколадку и бросил псине.

-Не было с утра еще никого.

Собака глотнула подачку и вновь посмотрела в глаза парнишке.

-А вы тут все время были?

-Да я тут живу… А мимо Анфиски никто не пройдет незамеченным. Она хоть на вид добродушная, но никого не пропустит. Хороший сторож.

Миша достал телефон, нашел фото брата.

-Вот, посмотрите, пожалуйста.

Бродяга внимательно рассмотрел изображение.

-Вчера крутился с белобрысым мальком, все выпытывал у меня, правда ли тут привидения водятся. Я ему про призрак с ремнем рассказал и показал в лицах, так они так ахали и дрожали, что видать передумали туда соваться, поверили.

-Спасибо вам.

-Не за что. Обращайся, если нужно. Меня Иванычем зовут.

Миша порылся в карманах и вытащил мелочь.

-Возьмите вот.

-Спасибо паренек. Желаю тебе удачи в поисках.

Миша поплелся домой, размышляя о том, кто этот таинственный второй мальчишка, с которым разгуливает братец. И чуть не разминулся с одноклассником, проживающим в соседнем подъезде.

-Привет!

-Привет Серега! Димку не видел?

-Неа! Они с Радиком на пикник собирались, картошку печь. Вроде в посадке. Вчера хвастались.

-Спасибо Серега. А Радик – это Светкин брат?

-Он самый. А Светка - красотка!

Серега задумчиво вздохнул, а Миша повел в недоумении плечами. Обычная девчонка, что в ней такого… Вот Люда из параллельного класса, это да! Такие формы! Ладно, не отвлекаться! Дело-прежде всего. Надо найти этого червяка.

Пришлось идти к Светке, узнавать про братца. Барышня долго гремела замками, переспрашивала, кто пожаловал. И Миша уже отчаялся дождаться, когда дверь наконец-то распахнулась. Парнишка кивнул и внимательно посмотрел на соседку, оценивая внешние данные. Девичьи щеки заалели, она поправила челку, одернула кофточку и, растягивая слова, задумчиво протянула:

-Да, они в посадку рванули. А ты чего как ревнивая мамаша бегаешь? Никуда не денется твой Димка. Картошку испекут и назад припрутся. Делов то!

Миша сразу успокоился. Действительно, с чего переживать? Не маленький ведь, что с ним случится? Зря только переполошился. Он пошел домой, попил чаю, побродил по игровым сайтам и даже в какую-то стрелялку поиграл, но тяжкие мысли все не давали покоя.

-Что? Попал на мое место?

Паренек вздрогнул и обернулся. В дверном проеме стоял… ангел–хранитель.

-Вижу, рад мне!

Миша чертыхнулся, добавил тихонько крепкое словцо, характеризующее ближайших родственников гостя и растянув губы, в подобии улыбки прошипел:

-Очень. Где ты, там и проблемы.

Ангел хмыкнул, прошел в комнату и уселся на диване.

-Но-но! Коней придержи!

-Чего явился? Опять будешь воспитывать своими зверскими методами?

-Зачем? Хотел посмотреть на коллегу.

-С чего это я коллега?

-Вот побегаешь за мальцом и поймешь, как мне было тяжело с тобой справляться! Хранитель!

И издевательски захихикал.

-Самое главное ни на минуту не отвлекаться и все будет хорошо. А ты питомца на два часа без присмотру оставил. Нехорошо…Смотри, останутся от козлика рожки да ножки, - и запел песенку про серенького козлика.

-Ты что-то знаешь?

-А что тут знать? Три ключевых слова: мальчишки, спички, костер.

Миша подскочил и, не прощаясь с ангелом-хранителем, побежал к двери. Конечно же, ключ затерялся, и пришлось потратить десять минут на его поиски. Потом заел замок и еще десять минут упражнений с закрыванием двери. И напоследок, зазвонил телефон. И снова поединок с замком. Пришлось срочно открывать запертую с такими усилиями дверь. Звонила мама.

Медленный вдох, медленный выдох, еще раз. Улыбка и спокойствие. Безмятежный голос.

-Привет мам!

-Как вы?

-Все хорошо мам! – бодро ответил мальчик.

-Покушали?

-Да и кофе пили.

-Молодцы! Что делает Дима?

Все. Конец. Сейчас мама попросит его к телефону и начнется...

Думай, Чапай, думай! Ах! Ну, да! Только правда! То есть её часть.

-Он к Радику в гости пошел.

-Ты его не обижал?

-Нет, мама. Все хорошо.

-Я вот по какому поводу звоню. Зайди к Ире и попроси, чтобы за вами приглядела, пока нас нет. Я до нее дозвониться не могу! Все набираю и набираю, а она трубку не берет! Вчера забыла попросить, забегалась. Только вспомнила.

-Да мама, я сейчас зайду и скажу.

-Будьте молодцами. Мы завтра приедем.

-Да мама. Не волнуйся.

Миша положил трубку, трясущимися руками пригладил волосы. Что может быть еще хуже? Братец пропал - это раз, за ними будет приглядывать фашистка – это два.

-А я просто не пойду к ней, а матери потом скажу, что её дома не было. Вот и все. Пусть лучше влетит от родителей, чем опека сумасшедшей няни с садистскими наклонностями.

Миша долго провозился с дверью и только ступил к лестнице, как дверь соседней квартиры открылась, на площадку вышла Ира.

-Привет малек! Говорят, за вами присмотреть нужно.

-Зачем это? Не надо за нами смотреть.

-Мать звонила … и не зря. По глазам вижу, что уже накосячил. Колись!

-Эх, тяжела жизнь современного подростка. Никто не верит. Следят, все кому не лень. И как в таких условиях вырасти настоящим человеком и полноценным гражданином?

-Хватить лапшу вешать! Не все гладко в Датском королевстве?

-Нет, это просто невозможно. Подозревать меня во всех смертных грехах. Такого чудесного примерного ребенка.

-Сейчас тресну!

Глаза Ирины налились злостью. Мальчишка, помня о взрывном характере соседки, тут же прекратил паясничать и стал серьезен.

-Димку иду искать.

-Теперь все понятно. А то я на миг поверила, что ты изменился, но… Увы, чудес не бывает. Чуяло мое сердце с самого утра, что день предстоит насыщенный интересными делами.

-Да может еще ничего не случилось…

-Сколько его нет?

-Часа два или три. Но это же не о чем не говорит!

-Ага. Еще одна бомба замедленного действия на свободе. Чудес не бывает. Вот только не пойму, это у вас семейное – вляпываться в истории?

-Не знаю… Может генетический сбой? Загрязнение атмосферы, взрыв в Хиросиме, магнитные бури на Венере, захват заложников в Ираке...

-Во намешал! Ты еще пятна на солнце приплети, умник! Ну и винегрет у тебя в голове!

-Читаю много.

Скромно потупился подросток. Женщина прищурилась.

-В интернете много сидишь, вот и смешалось все. Хватит меня отвлекать. Куда направлялся?

-В посадке, вроде, они.

-С ним еще кто-то пошел?

-Светкин братан.

Они спустились и еще раз позвонили в дверь Радика. Никто не открыл.

-Наверное, искать пошли.

-Это вряд ли. Они по этому поводу вообще не волнуются, я с сеструхой его говорил. Это вы все время панику на пустом месте разводите. Пошли мальчишки в посадку и что теперь? Конец света?

-А сам-то не испугался? Чего тогда голосок дрожит и коленки подгибаются?

-Вам показалось.

-Ладно. Пошли быстрей, времени нет. А ты ему звонил?

-Свин трубку не берет!

Когда-то, вместо микрорайона, здесь шумел лес. Но время бежит, численность народонаселения увеличивается, дома растут, как грибы после дождя. И от величественного леса осталась лишь кучка деревьев, которую почему-то нарекли в народе посадкой. Летом там частенько устраивали пикники взрослые и играли в казаки-разбойники детишки. Место было очень популярным, пока не начали новую стройку. Вот там и отвисала ныне окрестная детвора, иногда отправляясь в посадку испечь в углях картошку.

-Давайте разделимся. Я пойду направо, а вы налево.

Ирина прищурила левый глаз и ухмыльнулась.

-Решил смыться, пока я буду здесь бегать?

-Нет, как можно такое подумать про честного подростка?

«Надо же такая идея провалилась!»- мальчишка посмотрел на соседку с уважением. Настоящая ведьма, догадалась! Но стоило попробовать.

Не вышло смыться, придется околачиваться весь день здесь. Вот тебе и выходной.

Ну, червяк, только попадись и получишь такую трепку – мало не покажется!

Они бродили вот уже больше двух часов, пообщались с двумя компаниями взрослых, расспросили группку мальчишек, запекающих на костре сосиски, но все безуспешно. Начинало темнеть.

Миша умудрился упасть в старый костер, испачкать джинсы и руки, подвернуть ногу и, невесело хромая, плелся за энергичной соседкой.

-Они, наверное, уже дома отдыхают. А мы, как дворняги бездомные бродим, лешего пугаем.

-Не ной, еще вон там посмотрим и пойдем домой. Позвоним родителям, пусть поднимают милицию на поиски.

-Не надо родителям, я буду искать.

Ирина усмехнулась.

Вдалеке послышались встревоженные детские голоса, один очень похожий на голосок братца.

Посреди небольшой полянки находился провал. Дима лежал на краю, и, свесив голову, переговаривался с другом.

-Я позову кого-нибудь, мы тебя вытащим!

-Сруби деревце и брось мне, я сам выкарабкаюсь!

-Ты не сможешь, да и чем я его срублю, ногтем что-ли?

- Что здесь происходит?

От грозного женского окрика мальчишка подскочил. Испуганный взгляд, перепачканное сажей лицо, ноги готовы к побегу.

-Тетя Ира! Как вы нас нашли? Это хорошо, что вы здесь! Поможете?

-Что случилось? Кратко и по существу!

-Да мы тут картошку хотели испечь, ямку для костра по всем правилам выкопали и вот… Короче, Радик провалился.

-А тут какой-то ход, но я боюсь туда идти, там что-то шуршит.

-Понятно, что. Медведь. Видать, в берлоге отдыхает и гостей вкусных ждет…- спокойно сказал Миша.

-А-а-а-а-а-а! Вытащите меня! Он меня съест!

-Да не съест, ты слишком костлявый, маслами подавится и зубы сломает.

-Мишка, прекрати, а то сейчас хворостину вырежу! Радик, нет там никого, разве что мышки… - сердито сказала Ира и так посмотрела на подростка, что тот стушевался и захотел спрятаться за деревом.

-А-а-а-а-а! Мыши! Они меня съедят! – напрягал легкие Радик.

-Что же вы тетя Ира? Ребенка испугали…

Тихий вкрадчивый голос Миши был полон сарказма, соседка только хмыкнула и повела бровями, мол, потом поговорим.

-Малыш, успокойся, нет там никого, сейчас мы тебя достанем. Только вот как?

Девушка попробовала заглянуть в яму, стала на край и провалилась.

-Тетя Ира, мягкой посадки!

-Веревка есть?

Голос соседки дрожал.

-Откуда? - поиграл бровями Миша и серьезно добавил, - я сейчас милицию вызову или пожарных…

-Брось мне телефон, я сама позвоню, а то еще наговоришь всякой ерунды.

-Малек дай свой телефон.

-Чего это? Тебя попросили – ты и давай!

-Щас как врежу!

-Прекратите, мальчики! Скоро стемнеет и станет не до шуток.

Миша отобрал у брата телефон и бросил в яму.

Ирина куда-то звонила, с кем-то ругалась, опять набирала номер и все начиналось по новой.

Братья вначале прислушивались к разговору, а потом устало присели на поваленное дерево и даже задремали, прижавшись друг к дружке. Становилось холодно.

Когда стемнело, на поляне появилось множество людей в милицейской одежде. Одни опрашивали мальчишек, другие спускались в яму, чтобы вытащить пострадавших и обследовать найденный ход.

В результате Ирину с Радиком вытащили, вызвали «скорую», чтобы отвезти их в больницу, нашли два давних скелета и большой кованый сундук.

Увидев находки, ребята обрадовались.

-Мы нашли клад! Как делить будем? – затаив дыхание тихонько спросил Дима.

-Кто же тебе его теперь отдаст? Разве что причитающиеся десять процентов.

-Чего это десять? Я слышал: пятьдесят…

-Я себе ноут, как у бати куплю и айфон… - мечтательно протянул Миша.

-А я квартиру отдельную, чтобы твою рожу не видеть.

-Ну, у тебя и аппетит!А чем тебе моя рожа не понравилась? Девчонки засматриваются, а ему не нравится.

-Всем. И характер еще у тебя гадкий.

-Мальчики, а что вы здесь делаете так поздно? – спросил пожилой милиционер.

-Ждем, когда наш клад отдадут.

-Какой клад? Старые газеты?

Братья подхватились и побежали к сундуку. Он весь был полон какими-то темными бумажками, местами грязными и истлевшими.

-А где же сокровища?

По Димкиному лицу бежали слезы.

-Так иногда бывает, открываешь сундук, а там старый мусор, - вздохнул толстый дядька в милицейской форме.

Миша, не теряя надежды, перебирал бумажки, и вдруг увидел старое фото. Потянул за край покореженной картонки, посветил телефоном. Протер рукой запыленный снимок. Девочка лет семи в пышном белом платьице, сидела в кресле. На губах едва заметная улыбка.

-Анечка!