Хороший человек

Глава 1

“Проезд перекрыли! Полиция, военные какие-то. Что происходит, зачем они тут?” — сообщение в чате подъезда.

Старик вздохнул, снял плед с колен и тяжело поднялся с кресла. Понятно зачем они тут, долго же до них доходило. Опираясь на трость прошел в прихожую и включил камеру входной двери. Последний этаж, зеленые стены, тяжелый люк на чердак под потолком.

Где-то снизу с тихим щелчком закрыли дверь, слышались тихие быстрые шаги наверх. Успел Петр, ну слава богу. Вдруг лязг распахнутой железной двери подъезда заглушил все звуки, лестничная площадка наполнилась топотом ног, торопливым дыханием, тяжелым стуком оружия. Догоняют.

Чуть выше звонко распахнулась дверь, звякнул велосипедный звонок:

— Все, пока, я кататься поехал! Ого, мужики, вы чего тут?

— Полиция, отойти к стене! Дорогу!

— Щас, щас, погоди, куда ты давишь, видишь раскорячило велосипед поперек!

Это сосед с 4 этажа, молодой, лет 25. Видимо тоже сообщение в чате прочитал. Отец у него тяжелым был, запойным. Сколько раз пацан его на лестнице в луже собственной мочи находил, домой затаскивал, глаза при встрече с соседями прятал.

Рядом с ними как раз поселился Петр. Посмотрел на очередной эпизод, не стал помогать заносить бессознательное тело домой, но позвал потом отца на рыбалку за город. Их не было пару дней, отец вернулся неожиданно трезвым, сидел дома не выходя почти месяц, и три года уже от бомжей собутыльников своих шарахается на улице. Дом на даче строит каждые свободные выходные.

Еще одна дверь открылась, выше. Тяжелый скрип по кафелю, приглушенный мат, гулкий мелодичный звон.

— Что-ж оно тяжеленное такое, Костя, заноси в сторону, толкай давай.

— Дорогу дайте, полиция!

— Да чтоб вас, это пианино тонну весит, куда мы его денем.

О, а это братья, 8 этаж. Их местными дурачками считали. Мать у них одна, отчаялась, в коррекционную школу готовилась отправить. Петр пару лет назад предложил помочь с уроками им, ходят к нему до сих пор. Старший сейчас в техникуме, на сварщика учится.

Он вздрогнул, в камере появился запыхавшийся Петр, успел. Задержали соседи тех, что вломились снизу, сообразили.

Старость и должность главного по подъезду имеют свои плюсы: свободное время, контакт с жильцами и возможность помечтать от скуки. Он давно не мог раскусить Петра: гости к нему не ходят, в магазине его никто никогда не видел, даже мусор не выбрасывает. Поэтому светящийся ярким золотым светом еще один лишний глаз прямо посередине лба его не столько удивил, сколько порадовал — приятно видеть подтверждение своим фантазиям о пришельцах.

Петр добежал до самого верха лестницы, освещая темные углы теплым свечением. Тени от поручней нервно скакали по стенам. Осмотрелся, постучал по стене, подергал люк, сильнее, повис на нем всем телом — бесполезно.

Старик открыл дверь и протянул руку с ключами. Рука тряслась и ключи чуть позвякивали.

— Тебе наверх? Это от чердака, там окно на крышу. — ему пришлось прищурить глаза, свет бил прямо в лицо.

Петр подошел, взял ключи и молча пожал ему руку. Рука у него была твердая и слишком горячая.

— Прощай. — Старик закрыл дверь, оперся на палочку и дошел обратно до кресла.

Сверху раздался громкий хлопок, мигнуло электричество. Он погладил проснувшегося от шума пса.

Когда умерла жена, он рассчитал дозу и начал откладывать рецептурное снотворное. Почти все собрал, но вечером новый сосед пришел к нему с бутылкой вина познакомиться. С Петром они проговорили почти всю ночь, через неделю он пошел в приют за собакой.

Он был хорошим человеком, этот пришелец. Куда лучше многих, и точно лучше него.

Ребенок в квартире снизу опять плачет, хочет гулять. А у матери еще четверо таких же. Старик взял трубку телефона, набрал её номер. С прогулкой он может помочь.