Где наша не пропадала

Глава 1

Закладка:

Дария, баронесса Томская

Я бежала со всех ног.

Вот говорила мне бабушка, что ночные купания до добра не доведут. Накаркала. А еще говорила про любопытный нос. Ой-ей, кто же знал!

Ветки хлестали по лицу, кажется, даже расцарапали. Но сзади ломились преследователи и так, что стоял и хруст, и топот.

— Стой, пацан, кому говорят! — доносилось до меня.

«Ага, как же, вот так возьму и остановлюсь, а вы меня, как и того на поляне в лесу, проткнете».

Я бегала к лесному озеру купаться, когда замок затихал. Выбиралась тихонечко за крепостную стену по лазу, а потом овражком, через дорогу и к лесу. По лесу тропинкой пройти было всего ничего, и открывалось озеро. Вода к ночи в нем нагревалась, точно парное молоко.

В воде отражались луна и звезды, и мне казалось, что я падаю в звездное небо, когда прыгала в озеро. Я отплывала от берега, раскинув руки, ложилась на спину и замирала, глядя на звезды. Казалось, что звезды нашептывают мне свои тайны и протягивают звездный свет. В эти мгновения я становилась как будто другим человеком. Ой, в двух словах и не объяснишь.

Вот и сегодня я купалась в звездах. А выйдя на берег, натянув штаны и рубаху (я вылазки делала, переодевшись, на всякий случай, мальчишкой), насторожилась. Послышался в отдалении шум. И мне бы обойти чуть по берегу, да только проклятое мое любопытство. Решила, что я же умею ходить тихонечко, подберусь и посмотрю, кто это забрел в наш лес.

Посмотрела. Как раз на короткий вскрик высунулась, и только и увидела, как один из незнакомцев, а их было трое, оседает. На груди его расплывалось темное пятно. Кровь, наверное. Другой вытирает и прячет шпагу. А третий обернулся и глянул в упор на меня. Вот скажите, что это за закон подлости?

А теперь я несусь со всех ног. Еще немного — и будут развалины, а там лаз в овраг. Успею ли? Пространство уже открытое, могут догнать. Ныряя в лаз, оглянулась: нет, меня преследователь не видит. Вот и хорошо. Пусть теперь гадают, куда я делась.

За крепостной стеной перевела дух. В боку кололо. Да, не просто мне досталась победа. Хотя какая это победа? Я просто сумела скрыться. Ноги теперь еле передвигались, и меня слегка потряхивало от перевозбуждения. Но я благополучно добралась до комнаты и… Ой-ей! В кресле сидела и дожидалась меня бабуля.

— Ну, красава, — встретила она меня, — на озеро бегала?

Я склонила голову.

— В зеркало на себя посмотри, на кого стала похожа! А между тем в замке гости.

— Какие гости?

— А вот надо было на ужин приходить, тогда бы и знала, что к нам приехал граф Басов с другом.

— Ой-ей, — застонала я. Кто ж знал? На лесной поляне наверняка они и были.

— Вот как ты завтра покажешься гостям?

Я глянула на себя в зеркало. Н-да. Мордашка-то была расцарапана какой-то веткой.

— Ничего, замаскируемся. Где наша не пропадала?

Бабуля тяжело вздохнула и пошла за мазью. А я решила для начала умыться.

Через какое-то время бабуля вернулась не только с мазью для заживления, а и с новостями.

— Беда. Что-то случилось с графом, ранен, за доктором послали.

— Бабуля, я тебе скажу, что случилось, только уж ты на меня не ругайся.

— Выкладывай.

И я рассказала. Все рассказала. А в конце пожаловалась:

— Это от них я так бежала. Правда, кажется, за мной бежал все же один, думала, если догонит, то убьет. Я ж свидетель. А свидетелей лучше не оставлять в живых. Хорошо, что они меня за паренька приняли, может, теперь и не догадаются, что это я была. Правда, один из них, меня все же видел. Так что мне надо как-то так замаскироваться, чтобы он меня не узнал.

— Вот и в кого ты такая шебутная уродилась? Стелла, сестра твоя, истинная леди. А ты? Сорви голова, хоть скоро время придет замуж выходить.

— Э, нет. Сначала Стелла должна. А мне торопиться некуда.

— Боюсь, ты не поумнеешь ни через год, ни через два. Горе мне с тобой! Если отец прознает, что ты вытворяешь…

Причитания бабули я знала наизусть. Поэтому отрешилась и стала строить планы на завтра.

Для меня царапина на лице — не проблема. С этим моя магия справится на раз. Замаскирую — и нет ее. Да-да. Вы не ослышались, чего уж скрывать, есть во мне способности к иллюзорной магии. И знает об этом одна бабуля. По мнению родителей, магия у девушки чуть ли не изъян. Зачем она ей? Ее дело — выйти достойно замуж, подарить мужу наследников. Вот мы с бабулей и скрытничали.

Нет, конечно, со своим характером я не могла удержаться и время от времени шалила. Вот и мерещилось не пойми что то кухарке, то стражнику. Бабуля на меня серчала тогда и грозилась, что если дойдет до отца, то тот может принять меры. Какие? А сильный маг может заблокировать магию более слабого. А то, что потом лишенному магии будет очень плохо, кого это волнует?

Для родителей гораздо важнее приличия и статус при дворе. Они спят и видят, как повыгоднее пристроить дочерей. И на Стеллу у них ого какие планы. Она у нас писанная красавица, леди до кончиков ногтей. А я? Я — недоразумение. Глядя на меня, маменька только тяжело вздыхает и, наверное, надеется, что со временем я стану чуть больше походить на достойную дочь. Ну-ну.

Бабуля вдруг замолчала и пристально посмотрела на меня.

— Ты меня не слушаешь? Опять где-то витаешь?

Что тут скажешь? Я обняла старушку.

— Бабушка, я тебя так люблю! Ну прости ты меня бестолковую, — и засмеялась.

Морщинки побежали по лицу бабули, она никогда не могла удержаться при моем смехе и начинала вслед за мной улыбаться.

— Все. Иди спать, негодница. Завтра с тобой разберусь!

Спать не хотелось. Но на сегодня приключений было достаточно. Вздохнув, я отправилась спать.

А утром служанки принесли вместе с завтраком новости.

Я пыталась переварить, но картинка как-то не складывалась.

По словам гостей, они вчера пошли прогуляться. Ночью? Зачем?

На графа неожиданно напал кто-то и ранил. Да откуда у нас чужаки? А чтобы напасть… Я по этому лесочку сколько раз бегала к озеру, но никого ни разу до этого не встречала.

Друг графа, виконт, доставил графа в замок. Потом уже вызвали лекаря из соседнего городка. Теперь графом занимаются лекари. А в замок прибыл дознаватель. Опрашивает всю челядь, кто, может, что видел.

Я призадумалась, стоит ли дознавателю говорить, что я видела? Если скажу, то плакали мои ночные купания. Отец у меня строгий и не потерпит такого поведения от своей дочери, а не скажу… Надо побольше узнать для начала. Торопиться не буду.

Глава 2

Дария, баронесса Томская

Сестрица, у которой я также решила расспросить о новостях, крутилась перед зеркалом, гоняя служанок. На меня глянула с подозрением и тут же успокоилась. Куда мне до нее? Я ей не соперница.

— Я уверена, граф приехал свататься ко мне, а тут такая неприятность.

— Стелла, разве вы знакомы? Почему ты так решила?

— Нет, мы не были представлены, но он, наверняка, услышал, какая я красавица, вот и приехал удостовериться, что я буду для него достойной партией.

— Может, он вообще еще жениться не собирается?

— Дария, вот почему ты такая? Пришла и с утра настроение мне портишь?

И тут же на служанку:

— Убери это! Это никуда не годится!

Я поняла, что у Стеллы сейчас только одно на уме, и ничего нового я от нее не узнаю. Родителям попадаться на глаза нельзя — тут же начнут воспитывать. С кухни новости уже принесли служанки. Остается бабуля. Но она еще в постели. Старенькая стала, и сил у нее не так много.

— Дария! — Ой, я попалась.

По коридору шла маменька. Ну, все, сейчас будет воспитывать.

— Покажись-ка мне!

Я в срочном порядке правлю личико иллюзией.

— Да, маменька. Что Вы хотели?

— У нас в замке гости. Я хочу, чтобы ты выглядела достойно и вела себя как подобает леди.

— Да, маменька. — Скромно опускаю глазки. — А может, не будем показывать меня гостям? Скажем, я заболела.

Закладка:

На какие-то секунды маменька задумалась о том, что это неплохой вариант, но потом:

— Лгать — не достойно леди! Приведи себя в порядок и к обеду чтобы была за общим столом!

Ох. Не получилось.

— Но я действительно себя плохо чувствую и, боюсь, к обеду совсем расклеюсь.

— Я сказала!

— Хорошо, хорошо.

Ладно, будет вам обед со мной вместе, будет вам представление.

И я поспешила в сад. Была у меня одна особенность. Мой организм не переносил запаха цветов аурики. Я начинала чихать, плакать, сопливеть. Зрелище было еще то! Вот и «порадуем» мы всех этим зрелищем. Заодно и замаскируюсь, ну кто в такой страшилке признает вчерашнего мальчишку?

Замотавшись шарфиком, быстро набрала в коробочку цветов и плотно прикрыла ее до времени.

Бабуля как увидела меня, так сразу засуетилась:

— Признавайся, по глазам вижу — очередную пакость задумала!

Обманывать старушку не хотелось, да она всегда так или иначе понимала меня. Я честно призналась в своих планах.

— Да, уж. Чихающую и сопливую леди наши гости точно не видели. Но для родителей это будет шок. Подумай, девочка, о последствиях. Отец твой будет очень недоволен.

— Я маменьке говорила, что плохо себя чувствую.

— Девонька, с огнем играешь. Подумай, стоит ли игра свеч?

Но я только улыбнулась.

***

Спустилась я к обеду, чуть задержавшись, чтобы наверняка все были в сборе. Отец беседовал с гостями. Был и граф, бледный, с синевой, но старался держаться ровно, правда, опирался на подставку с вазой. Ишь, как играет, что ранен. Я же видела его! Все с ним было в порядке!

Маменька с нетерпением посматривала на лестницу, но, когда увидела меня, в шоке раскрыла рот.

А я… я была во всей красе. Царапину замаскировала. Но глаза, нос были красными. Периодически я останавливалась и, поднося салфетку (приличия соблюдаем), чихала и сморкалась.

Немая сцена! Отец, увидев меня, стал наливаться красным (неужто перестаралась?), бабуля, поднеся платочек ко рту, кажется, хихикала.

— Прогтите моге опоззание, гаг видите, я не могу присоединиться г вам за столом, — гнусавя, произнесла я в тишине. И еще раз чихнула.

— Конечно, конечно, деточка, иди к себе, — пыталась спасти ситуацию бабуля.

Виконт смотрел на меня так пристально, что я уже начала опасаться — узнает.

— Это моя вторая дочь — Дария, — упавшим голосом сумел выдавить из себя отец.

Я стояла ни жива, ни мертва.

— Позвольте представиться, — выступил вперед глазастый, — виконт Мирье.

Я изобразила книксен, а когда он обернулся представить графа, (не могла удержаться) на мгновение прицепила ему мордашку нашей собачки Тоби.

Лицо графа вытянулось, он покачнулся и упал бы, если бы его не поддержал виконт.

— Граф! — воскликнула в испуге маменька.

— Прошу прощения, кажется, я рано встал. — Он тряхнул головой. Но его приятель выглядел уже нормально.

Потом глянул на меня:

— Леди Дария, простите за неудачное представление, я — граф Басов.

Виконт стал расшаркиваться и пояснять, что должен провести графа в постель.

От беспокойства за графа, мою выходку как-то забыли, и я быстро откланялась.

Только бабуля просекла, что я опять «поигралась».

— А если бы еще кто-то заметил? — ворчала на меня она потом.

— Да никто ничего не успел бы увидеть, все же хорошо, бабушка. А этого графа, который притворяется раненым, нужно наказать!

— Ты так уверена, что он притворяется? Но ведь его осматривал доктор.

— Не знаю, как он обманул доктора, а может просто подкупил. Да, скорее всего, он сговорился с доктором. Но я его выведу на чистую воду!

— Поостереглась бы!

— Ааа! Где наша не пропадала?

В голове созревал новый план. Правда, весьма и весьма рискованный. Но надо же как-то разобраться с графом, показать всем, что он из себя представляет. Лицо убитого я помнила смутно. Но ничего — напустим тумана. Я долго перед зеркалом сооружала из себя приведение убитого в лесу графом мужчины. Наконец, когда, на мой взгляд, картина вышла довольно таки устрашающей, двинулась по скрытым переходам в комнату, которую занимал граф.

Да-да. Я давно исследовала все секретные ходы в замке. И, конечно, кроме бабули об этом никто и не догадывался. План был простой и, как я потом поняла, идиотский. Я думала, что напугаю графа привидением убитого, и тот во всем сознается. Как же. Когда я приблизилась к постели и только собралась завыть «убийца», граф резко вытянул из-под подушки кинжал, подпрыгнул, и вот кинжал прижат к моему горлу. На букве «У» я и замерла. От испуга иллюзия спала, и я во всей своей красе с поцарапанной щекой, в белом балахоне предстала перед графом.

Наверное, глаза у меня от испуга были как блюдца, но и у графа стали такими же. Правда он опустил кинжал и потряс головой. Я сделала тихонечко шаг назад. Он повторил шаг за мной. Наверное, это все же шок не давал мне быстро сообразить, что делать. Медленно, шаг за шагом — граф за мной, я к двери — стали двигаться по комнате, не отрывая глаз друг от друга.

И только я дала себе команду «беги», как граф сорвался и обхватил меня руками. Я оказалась прижатой к графу и пошевелиться не могла. Ой-ей. А он, паразит, смотрел, смотрел, а потом наклонился и коснулся моих губ. Совсем легонечко. И посмотрел мне в глаза. И, не знаю, что на меня нашло, но мне стало так обидно, что не поцеловал он меня по-настоящему. Ну, конечно, я же не красавица Стелла. И вообще, он — гад! И нисколечко мне его поцелуй не нужен!

Что он рассмотрел в моих глазах — не знаю. Но… На сей раз… Это было феерично. Я перестала быть собой, я погрузилась в ощущения и представила себя самой красивой, нет самой прекрасной, нет воздушной феей! Когда открыла глаза, то поняла, что этот негодяй смотрит в недоумении на меня. Опять? А я его обнимаю за шею? Как это? Ну уж нет. И в графа полетел мой кулак. Ну уж, куда попал, а попал в перебинтованную грудь.

Граф стал оседать, тихо застонав. А я увидела, как на бинтах начинает выступать кровь. Так он на самом деле ранен? Что же я натворила?

В коридоре послышались шаги, и я быстро открыла тайный проход. Закрывая его, слышала, как открывается дверь к графу.

«Ему помогут, — утешала я себя, спеша в свою комнату. — С ним все будет хорошо». Уже в комнате я поняла, почему так удивился граф. Я своими фантазиями натянула на себя очередную иллюзию. Боюсь, после такого, он вообще решит, что тронулся. Хотя с другой стороны, он теперь будет сомневаться, что в его комнате была действительно я. Это же хорошо?

Бабуля знала обо всех моих проделках, ну, почти всех. Но об этой я решила молчать. Вот как я ей расскажу, что граф поцеловал меня? А о том, что мне это очень, ну, просто очень, понравилось? Нет. Я буду молчать.

Глава 3

Иларий, граф Басов

Пожелания канцлера я выслушал со всем смирением. Да, он поблагодарил за службу, отметил, что благодаря мне заговор потерпит неудачу, но… Вот это проклятое «но». Как выяснили дознаватели, ниточки заговора вели в соседнее государство, и замешаны в нем были не только те аристократы, которые на свою голову решили вовлечь в заговор и меня.

— Нам требуется еще несколько дней, чтобы выявить всех участников, чтобы никто не остался сокрытым. А Вам теперь, граф, следует скрыться из столицы под благовидным предлогом, пока все заговорщики не будут выведены на чистую воду. И остерегайтесь их мести. Лица такие засвечиваются, что могут принять меры к Вашему устранению.

Я мог бы уехать в свое поместье, но наверняка меня станут искать там в первую очередь. И, посоветовавшись с приятелем, виконтом Мирье, мы решили двинуться на побережье. По дороге (таверны надоели) решили завернуть к барону Томскому. Приняли нас радушно. Но неприятность нас уже поджидала за воротами замка, и стоило нам выйти прогуляться к озеру…

Нападения я не ожидал, но сработало чутье. Не зря мы тренировались сражаться и с повязкой на глазах. Мне не хватило доли секунды совсем уйти от удара, но все же удар кинжалом прошел по касательной и не достиг сердца. Зато я успел выхватить шпагу и нанести свой удар.

Закладка:

Боль я почувствовал потом, когда противник лежал у моих ног, а виконт сорвался за каким-то мальчишкой, сидевшим в кустах. Он должен был разобраться, сообщник это или случайный свидетель. Увы, парнишка оказался шустрым. Выяснить нам ничего не удалось, хотя и потом мы прикладывали к розыску усилия.

Рана на первый взгляд показалась не страшной, я даже на второй день попытался встать и присоединиться ко всем за столом. Но… Со мной стали происходит непонятные вещи. Их и видениями не назовешь. Но мгновениями я видел то одно, то другое. И объяснения этому не находил.

Вместо лица приятеля увидеть собачью морду? Да об этом я никому сказать не мог. Или, когда ко мне пришла служаночка, явно согреть постель, я видел и привидение, и неземную красавицу. Как это можно трактовать? Только одно. Кинжал убийцы был смазан какой-то отравой. Какой? И что меня ожидает теперь, остается только гадать.

Я попробовал поговорить с лекарем. Тот только развел руками. Не может он сказать, что там был за яд, и предположить не может. Но слышал, что есть яды, которые убивают медленно. Что делать? Может быть, пускать кровь? Вместе с кровью и яд будет выходить.

Виконт далеко не лекарь, но встал на дыбы против такого лечения.

— Он и так столько крови потерял! А Вы еще хотите? А без крови, как он будет жить? Вы свою дадите?

Лекарь ретировался. Сейчас даже за раной некому присмотреть. Правда, барон обещал позвать местную знахарку. Может, она поможет.

Знахарка оказалась пренеприятнейшей старухой, крючковатыми пальцами тыкала меня то туда, то сюда. Я терпел. Но когда она начала жечь вонючие травы, а я задыхаться, то виконт опять не выдержал и выгнал и эту особу.

Что делать, мы не знали. Виконт то порывался ехать разыскивать другого лекаря, то останавливался со словами «без меня ты пропадешь, я не могу тебя оставить».

А потом… Потом пришла баронесса, мать барона — старуха, гордо держащая голову и… предложила сделку.

— Граф, я могу сама вылечить Вас. Да, придется, конечно, постараться, но я Вас подниму на ноги.

— И избавите от яда, который вызывает у меня видения?

Старушка усмехнулась.

— И это могу, но…

— У Вас условия?

— Да. Вы выполните одну мою просьбу. А я за это обещаю Вам не только выздоровление, но, если все сложится так, как я хочу, то и подарок.

— Баронесса, не надо мне подарков. Мне бы справиться с ядом, который в моей крови.

— Не волнуйтесь, все поправимо. Я знаю, что делать. Вы только, если появятся опять какие-то видения, то сразу сообщайте мне.

— Вы знаете как победить этот яд?

— Я избавлю Вас от этого яда. И есть у меня внучка, она мне поможет.

Я видел двух дочерей барона. Одна — недалекая красавица, которая сразу стала строить мне глазки, вторая — невзрачная соплюшка. Ну, и кто ей будет помогать? Впрочем, какая разница? Главное — выбраться из этой ситуации целым и здоровым.

Глава 4

Дария, баронесса Томская

Бабуля точно что-то задумала! Я ее знаю так же хорошо, как и она меня. Это она сейчас просто делает вид серьезный. На самом деле в ее глазах хитринка!

— Даша, ты хоть представляешь, что ты натворила? Граф теперь мается и в полной уверенности, что кинжал, которым его ранили, был отравлен! Бедный, он, наверняка, готовится к смерти.

Нет, ну, вы как хотите, а я не сдержалась и рассмеялась.

— Дария, ему не до смеха! Ему лекарь последнюю кровь предлагал спустить, а знахарка так окуривала от чертовщины, что он чуть не задохнулся.

— Бабуля, я-то тут при чем?

— Выкладывай, когда ты еще ему пакостила?

О, нет. Про ночь мы молчим. Смех сразу пропал.

— Ясно. Признаваться не хочешь. Только ведь я сама расспрошу графа, я теперь берусь за его лечение.

— Зачем?

— А ты хочешь, чтобы у него рана воспалилась, и он тут умер?

— Бабушка, он при мне человека убил!

— Он убил негодяя, убийцу, который напал на него со спины. Он должен был позволить себя убить?

— Откуда ты это взяла?

— Он сам рассказал. А ты что-то увидела, что-то нет, но поторопилась сделать выводы. Граф порядочный человек.

— Не уверена.

— И вообще, может быть, он наш будущий родственник. Вот женится на Стелле…

— Он? На Стелле?

— А что? Очень даже завидный жених. И красавец, и у короля на хорошем счету. Будет наша Стелла красоваться на балах при дворе.

— Ну и пусть. Очень мне это надо!

— А я про тебя и не говорила. Ты-то себя вести не умеешь, с тобой он только опозорится.

Вот обиделась, очень.

— Мне только его вылечить нужно, обещала ведь. Помогать будешь? Или в сторонку отойдешь? Только я тебя предупреждаю, еще одна твоя выходка с иллюзиями в отношении графа, и я все расскажу, открою ему твою тайну.

— Ты меня выдашь?

— А не делай пакостей хорошему человеку! Выдам. И имей ввиду, тогда не только граф, но и все узнают. Так что придержи свои фантазии перед графом. Пусть человек придет в себя и не мучается сомнениями. А я ему еще настоечек успокоительных дам.

— Делай, что хочешь. Я в этом не участвую.

— И не мешаешь!

— Договорились. Я больше к графу не подойду. Но совсем не использовать магию не могу, даже и не проси. Это часть меня. А уж если граф что-то где-то приметит, то я не виновата.

— Но цеплять его ты не будешь! Тогда договорились.

Бабуля собрала все свои мази, настойки и пошла к графу. А я забралась на стену. Подумать надо. И придумать, как быть дальше. И почему-то не могла я графа выкинуть из головы. Мысли все время возвращались к нему. И почему бабуля стала на его сторону? Почему она считает графа порядочным человеком, а мне не верит, говорит, что я ошибаюсь?

Надо побольше разузнать. А где? Почему бы в деревне не навести справки? Может быть, там кто-то что-то видел или знает? Идея неплохая. А уж если я наведаюсь к булочнице Люси… Люси все про всех знала и была кладезем информации. И не мудрено. Ее отец выпекал такой хлеб, такие булочки, что не только вся деревня, к ним ехали и из дальних фермерских хозяйств. А Люси со всеми умела поговорить, расспросить и… поведать последние новости. Подозреваю, что многие кумушки именно поэтому и любили ходить в их маленькую лавку.

Быстро собравшись и захватив с собой свою служанку Лизетту, я вскоре уже выслушивала поток новостей от Люси. Остановить ее было практически невозможно, пока та не выговорится, но мне-то хотелось знать свое, а не выслушивать пустое.

— Люси, — наконец, подвернулся повод прервать ее, — а кроме сватов к фермерской дочке в деревне не появлялись чужаки?

— Как не появлялись? Были. Вон к кузнецу нашему ажно из города приехали. А что й то ты интересуешься? И аккурат как ваш гость спрашиваешь?

— Какой гость и что спрашивал?

— Так высокородные же давеча к вам пожаловали, вон один из них и интересовался чужаками в нашей деревне, да еще мальчишку какова-то разыскивал. А мальчишек-то в деревне у нас сама знаешь скока.

— Да, конечно. Но меня мальчишки не интересуют, да и про посторонних я для слова спросила, а то, может, еще какие новости узнаю.

Расспрашивать дальше было опасно. Если Люси почувствует, что что-то скрываешь, то вцепится мертвой хваткой.

Люси открыла уже было рот, чтобы продолжить грузить меня, но тут появился новый слушатель — бабка Меланья, и я смогла потихонечку ретироваться. Моя служанка уносила с собой пару булочек. Мы ведь не просто так зашли.

Итак. Что же я узнала? Незнакомые люди в деревне были. А вот был ли кто из них причастен к происшествию в лесу, не известно. Н-да. А еще меня разыскивают, ну, не меня, а парнишку, за которого меня приняли. Надо быть поаккуратнее.

Глава 5

Иларий, граф Басов

Старушка не обманула. Вернулась ко мне с какими-то мазями. И действовала она поуверенней, чем прошлый лекаришка. С помощью служанки рану и обработала, и перевязала. Руки у нее были ловкие, но все же рана сильно беспокоила, и когда я чуть застонал, сжимая зубы, она выдала:

Закладка:

— Не стесняйтесь меня, молодой человек. Можете не скрывать свою боль.

— Откуда в Вас это, баронесса?

— Мой покойный муж служил на границе и, поверьте, мне разного пришлось повидать. Жизнь заставила, я прошла и эту науку. Так что смело можете довериться мне.

Я был удивлен и поражен. А когда я уже устало откинулся на подушки, она заставила меня еще и выпить настой из трав.

— Набирайтесь сил, граф. У меня на Вас большие планы, — пошутила она на прощанье.

Виконт Мирье (он находился рядом и помогал баронессе, когда она его просила) был поражен не меньше меня.

— Какая старушка! — восхищался он. — Вот только о каких планах она упоминала? Уж не решила ли она записать тебя в родственники?

Мысль эта ужаснула меня. Только не это! А ведь я, ко всему прочему, еще и пообещал выполнить ее желание. А если она попросит жениться на ее внучке? Только не это!

— Артис, боюсь, я не смогу тогда сдержать своего слова. Я не хочу жениться.

— А придется, — засмеялся этот плут. — Все-таки она жизнь тебе спасает, и ты пообещал.

Я застонал.

И в этот момент постучалась и вошла предполагаемая невеста.

— Ах, граф, — хлопая ресницами и заламывая ручки, заворковала она, — я так беспокоюсь. Скажите скорее, как Вы себя чувствуете?

Я закрыл глаза. А виконт затанцевал вокруг девушки. Это была старшенькая, а виконт был не равнодушен к женской красоте. Он и комплиментами начал сыпать, и к ручке приложился. А я слушал и тихо стонал про себя. Да, она красива. Но… Не такой я представлял себе жену рядом. От такой я сбегу на край света через полчаса общения. Да меня уже тошнить начинает. Наверное, я так страдальчески кривился, что мой друг понял и увел от меня «невесту» в сад.

Что же делать? Под эти нерадостные размышления я и уснул. Не знаю в котором часу, но приходила и будила меня служанка, заставляя опять выпить отвар от баронессы.

Зато утром я проснулся полным сил. Хотелось сразу встать и заняться делом.

Но служанка передала распоряжение баронессы, чтобы я не вставал, сначала, мол, леди осмотрит меня. Пришлось быть послушным пациентом. Единственное, что я попросил виконта, принести мне что-либо почитать из библиотеки. Просто лежать уже не мог.

Дария, баронесса Томская

С виконтом я столкнулась в библиотеке. Тот зашел по просьбе графа, выбрать для него книгу.

— О, я знаю, что предложить почитать графу: это последний роман очень модного в свете автора «Я твой навек, любимая». Уверяю вас, — про себя хихикая, стала убеждать я подозрительно смотревшего на меня виконта, — графу понравится.

Книгу выписала Стелла. Она любила читать охи и ахи, сладкую тошнотворную патоку. Я бы и страницы прочесть этого опуса не смогла бы. А графу… Думаю, что ему очень «понравится».

Забыла я в этот момент, что виконт может узнать во мне мальчишку. Но… Обошлось.

— Я не уверен, леди. Боюсь, граф не любитель романов.

— Не любитель романов? Правда? А как же он жениться тогда собрался?

— Граф не собирается жениться.

— Виконт, право, Вы, наверное, не в курсе просто. Думаю, он услышал, как говорят о красоте Стеллы, и специально заехал к нам для знакомства поближе перед обручением. Берите, берите книгу, виконт. Граф Вам потом спасибо скажет. Это один из любимых романов Стеллы. Пусть познакомится. Если он процитирует хоть строчку из этого романа ей, она будет в восторге.

Что-то в моей фразе зацепило виконта, и он забрал предложенную книгу.

Я была в полной уверенности, что не пройдет и несколько минут, как виконт вернется за другой книгой. Не могла графа заинтересовать эта книженция! Я же просто, чтобы подразнить графа, ее дала. Но время шло, а виконт не возвращался. Я перестала хихикать, представляя себе, как граф возмущенно отбрасывает сей роман. Ой, дура!!! Перед глазами уже стояли картинки, как граф использует роман в качестве учебника, а потом уже и…

Он целует Стеллу? Он заглядывает нашей красавице в глаза и шепчет какие-то там глупости из книжки, а Стелла растекается перед ним лужицей? Как же так? Сердце защемило. Нет. Я не хочу такого! Я должна помешать! Как? Я же сама… Ой-ей! Надо срочно вмешаться, но как? Я же обещала бабуле не приближаться к графу. Но ведь она предлагала мне помогать ей в лечении. Правда, я отказалась. Но, может быть, не поздно еще присоединиться?

Решено! Бегу к бабуле. А там, будь что будет.

Глава 6

Иларий, граф Басов

Вернулся Артис из библиотеки в странном состоянии.

— Знаешь, мой друг, — сообщил он, — меня тут одна девушка, миленькая такая, не знаю кто это, надоумила, как спасти тебя. Ты ведь не собираешься ухаживать за дочерями барона?

— Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Да вот в замке почему-то уверены в обратном. Это я со слов девушки сделал вывод. Она утверждала, что ты приехал жениться на Стелле, старшей из сестер.

— Ооо, — я застонал. — Похоже, я действительно в ловушке. Может, пока не поздно, покинем замок?

— Как ты себе это представляешь? Как только ты сядешь на лошадь, рана может открыться.

— А если в карете? Доедем до города. А там и лекарь найдется.

— Боюсь, и в карете тебя растрясет. Да и последствия яда еще могут быть.

— Я уж и не знаю, что хуже.

— Иларий, ты мой друг, и я принял решение спасти тебя.

— Как?

— Я сам приударю за этой красавицей. Ни одно девичье сердце не устоит, если я приложу усилия.

— Артис, ты же не собираешься просто так разбить сердце девушки? А если она влюбится в тебя?

— Я буду осторожен. Главное, отвлечь ее внимание от тебя, показать ей, что есть на свете мужчины поинтереснее.

— Это ты сейчас про себя? — я заулыбался.

— Да, про себя. Ты — бука, сухарь. Ты не можешь понять девичьих мечтаний, у тебя фантазий даже на комплимент не хватает.

Наш разговор прервала появившаяся баронесса со своими склянками и бинтами. Служанка, следующая за ней, принесла горячую воду и тазик.

— Ну-с, молодой человек, давайте глянем, как обстоят дела с Вашей раной.

Артис помог баронессе снять повязку.

— Заживает неплохо. Сейчас, прежде чем накладывать новую мазь, надо Вас, граф, обмыть. Моя помощница постарается. И, виконт, не сочтите за труд помочь другу. А после мы продолжим.

Пока меня обтирали, старушка приступила к расспросам, не было ли у меня новых видений, как я себя чувствую… А когда я сказал, что все хорошо, и я хочу встать, она замахала руками.

— Рано, граф, рано. Впрочем, потихоньку встать и немного пройтись по комнате, я Вам позволю. Но только один раз. Лежите, набирайтесь сил.

А потом опять нанесла свою мазь, меня перебинтовали, и вручили отвар.

— Баронесса, а ведь Вы говорили, что Вам будет помогать лечить внучка? — встрял Артис, и я его чуть не прожег взглядом. Мне еще этой фифы здесь не хватало!

— Она и помогает, как может. А вот смотреть на перевязки, голую мужскую грудь невинной девушке не стоит.

— Понятно, — разочарованно протянул этот дамский угодник, а я приободрился.

Баронесса ушла, служанка, убрав все вокруг, тоже. Виконт засел в кресле, раскрыл на случайной странице книгу и стал читать.

Мне было тоскливо. Я размышлял, как подшутила надо мной судьба. Сначала заговор, потом распоряжение канцлера, из-за которого я оказался здесь, удар кинжала и вот…

На самой грустной ноте моих размышлений он стал смеяться, нет, не смеяться, он стал ржать!

— Ты чего?

Артис с трудом остановился и, показывая на книгу, попробовал объяснить.

— Я, я, — смех опять прорывался, — я читаю.

— Неужели там так весело?

— Нет, ты не понял. Я сейчас отойду и попробую тебе для примера прочесть пару строчек.

Я заинтриговался и с нетерпением ждал, что же там такое.

И виконт начал читать, заунывным голосом с придыханием:

Она вздрогнула, и бедное ее сердечко забилось, затрепыхалось, когда сильные руки обхватили ее.

— Милорд, я прошу Вас… Пожалейте невинную девушку. Не причиняйте мне зла.

Закладка:

— Я только коснусь твоих коралловых губ, драгоценная. О большем счастье я и мечтать не могу.

Девушка затрепетала в объятьях маркиза, а он склонился и вдохнул ее аромат.

— О, как ты прекрасна! Я не могу сдержаться.

И губы завоевателя накрыли губы девушки. Пламя страсти пробежало по ним.

— Хватит, остановись, — начал просить я.

Но виконт продолжал свою пытку смехом.

— Откуда у тебя ЭТО?

— Да это любимый роман твоей невесты. Мне рекомендовали познакомить тебя с ним. Чтобы ты знал, как обаять ее.

И Артис опять зашелся смехом.

— Если ты не возражаешь, я возьму на заметку фразочки из него для покорения твоей невесты. Думаю, она не устоит.

— Сделай одолжение, поступай как хочешь, только мне не читай таких романов. Неужели ничего более достойного в баронской библиотеке не нашлось? Я же от скуки изведусь.

— Ладно. Сейчас сделаю еще одну попытку. Принесу и тебе что-нибудь почитать. А сам приступлю к покорению вершин.

Глава 7

Дария, баронесса Томская

Бабуля встретила меня приветливо, но от моей помощи отказалась. Я уже и так, и этак пробовала подластиться к ней, но она была неумолима.

— Я звала тебя сразу, а теперь поздно. Граф уже скоро на ноги встанет, и твоя помощь больше не нужна. Просто помни, о чем мы договаривались, и не демонстрируй ему свои иллюзии.

— Понимаешь, я подумала, что нужно познакомиться поближе, самой разобраться, на чьей стороне правда. А как я узнаю, если не буду к нему приближаться?

— За то, что начала думать — хвалю. Но помогать тебе в твоих происках не стану. А сейчас мне пора навестить графа. И без тебя!

Бабуля меня огорчила. Ведь всегда раньше была на моей стороне. А сейчас…

Что ж, этот мой план провалился. Надо придумать новый!

Я уединилась в беседке и стала прикидывать, какие у меня есть варианты. Пожалуй, только один. Нужно переключить внимание Стеллы с графа на виконта. А что? Виконт очень даже не плохой вариант! А раз решила, нужно действовать! Приступим!

Но в мои планы вмешалась реальность. С визитом к нам прибыла соседка леди Солейн с двумя дочерьми.

Ага. Прознали про наших гостей. А девочкам нужно подобрать партию для замужества. Это ж понятно.

Миранда и Луиза были при полном параде. Н-да. Я рядом с ними как замухрышка. Права бабуля, надо все-таки уделять внимание тому, как я выгляжу. Конечно, за Стеллой я не угонюсь, но…

Гостям сообщили, что графа они не увидят — болен, в постели, и мне доставило удовольствие наблюдать, как огорчились эти кумушки. Маменька пригласила леди Солейн в свою гостиную, обсудить новости. А Миранду и Луизу вместе со мной отправили в сад посмотреть на новые розы, которые недавно зацвели.

И почему меня? Вот где Стелла?

— Стелла скоро к вам присоединится. Она сейчас с портнихой.

Н-да. Это тогда надолго. Боюсь, мы ее и не увидим.

— Я прикажу подать вам чай в беседку, — добавила маменька, и я чуть не застонала.

Мы прошлись по саду. Девицы все время щебетали и беспрерывно спрашивали про наших гостей. Каков из себя граф, а виконт?

— Да ничего особенного, абсолютно не интересные.

Надолго ли они к нам?

— Кто ж знает?

Я особо не старалась отвечать. Они сами больше говорили и строили предположения, перебивая друг друга. И вдруг… в отдалении я заприметила виконта. Ему наверняка доложили, что леди прогуливаются в саду, и он разыскивает нас.

Как только эти пираньи завидят виконта, то все. Набросятся, и боюсь, мой план со Стеллой потерпит крах. Они свою добычу просто так не отпустят. Избежать встречи? Не получится. Но ведь у меня есть другое оружие. И никого больше из домочадцев рядом нет, некому мне помешать. Ха! Посмотрим, как вам понравится такой виконт.

Действовала я мгновенно. Мне ведь достаточно было просто представить, и иллюзия тут же накрывала объект. Тэк-с.

Лицо виконта стало рябым (видела на ярмарке мужика с таким личиком, бррр). Нос… нос крючковатый, нависал над верхней губой. Глаза? Глазки — маленькие пуговички — прекрасно смотрелись под лохматыми, кустистыми бровями. Красота! Надо еще оттопырить ушки и, вот только откроет рот, бросить черноты на зубы.

Есть!

Ничего не подозревающий виконт, улыбаясь, спешил нам навстречу. Увидев меня вместе с девицами, на секунду задумался, странно глядя на меня. Он что, забыл мое имя?

— Фу, — не удержалась Миранда.

— Позвольте представиться…

Виконт запел соловьем перед нами.

Я еле сдерживала смех. Девиц знатно перекосило, когда виконт попытался облобызать ручки. Луиза потупила взор и спрятала руки за спину. Миранда дернулась, когда виконт потянулся к ней. Наверное, представила, как крючковатый нос коснется ее кожи, и не выдержала, вырвав руку, тоже спрятала ее за спину. Виконт растерялся. Совсем не такой встречи он ожидал. Дамский угодник не понимал, что происходит.

Обычно все дамы вешались на него, пытались продемонстрировать свои чары. Это же он всегда отбивается от девиц. Почему сейчас?.. Он усилил обаяние, стал шутить, улыбаясь (гнилыми зубами. Ага), но его комплименты произвели обратный эффект. Девицы не знали куда спрятать глаза, чтобы не видеть такого уродца.

Для закрепления эффекта, я еще предложила виконту присоединиться к нам в беседке на чай. Виконт с радостью согласился. А Миранда, поднося ко рту платочек, стала говорить, что ей стало плохо как-то. Луиза поддержала ее, что никакого чая, им пора уже домой. Я про себя хихикала. Виконт недоумевал, сестрички, чуть ли не бегом, бросились в замок, к матери.

А вот мне виконта в таком виде в замок пускать нельзя было. Пришлось задержать его, якобы для имеющегося разговора.

Виконт проводил глазами убегающих леди и стал отвечать на мои вопросы о здоровье графа, но был он задумчив и отвечал невпопад. Пытается понять в чем дело? Почему местные леди так на него реагируют? Но… Это же мелочи.

***

Сделав «доброе дело», я поспешила к Стелле. Надо же свой план приводить в действие. Конечно же, та еще была погружена в обсуждение нарядов с портнихой.

Я сделала скромное заискивающее личико и приступила.

— Стелла, мне твой совет нужен.

Та с неверием глянула на меня.

— Мой?

— Да, да. Только ты можешь мне помочь.

Та махнула портнихе, что может удалиться. Я дождалась, когда мы остались одни, и приступила. Смущаясь, стесняясь, попросила:

— Не могла бы ты мне помочь с нарядами?

— Это еще зачем? Ты же нарядами никогда не интересовалась? — явное подозрение проступало на ее личике.

— Понимаешь, я такая замухрышка рядом с другими девицами, вон той же Мирандой и Лизой, с которыми мы сейчас гуляли. И ОН даже взгляд не подарил мне.

Соображай быстрее кто «он», граф же в постели!

— Кто он?

— Ах, Стелла, я же понимаю, я не могу равняться с такой красавицей как ты. Но тебе же нравится граф. А мне граф вот нисколечко не интересен. Он же вечно хмурый, не улыбнется даже, комплимента не скажет.

— И кто же тогда тебе нравится?

— Виконт Мирье. Согласись, он такой обаятельный, такой…

Я закатила глаза.

— Конечно, ты старше и лучше разбираешься в мужчинах. А я что? Только по книгам могу судить. Но мне хочется романтики, хочется, чтобы мне улыбались, говорили комплименты, красиво ухаживали за мной. Нет, граф на такое не способен. А вот виконт… Да, определенно, если он обратит на меня внимание…

Опять закатываем глаза и мечтательно улыбаемся.

— Ты мне поможешь?

Стелла задумалась. Неужели я до нее не достучалась?

— У меня есть пара новых платьев, их фасон мне разонравился. Я могу их тебе подарить. Но на тебя их все равно нужно будет подгонять.

Конечно. Я же помельче Стеллы.

— Так давай сразу с портнихой и решим все.

Стелла неохотно позвала служанку, и я стала обладательницей двух ее нарядов. Что б я еще в них разбиралась. Но ничего, моя служанка мне поможет.

— Спасибо, сестренка. Выручила. Может, в этих нарядах я и смогу привлечь внимание виконта.

Закладка:

Не знала, сработало или нет. Решила понаблюдать. Если что, можно будет и еще попеть дифирамбы виконту.

Глава 8

Дария, баронесса Томская

Бывают такие дни, когда не по себе. Ты мечешься, пытаешься понять в чем дело и никак. Потом уже понимаешь, что это срабатывала или интуиция, или предчувствие. Как правило, потом понимаешь, когда произошло уже то, чего ты не ожидал.

Сегодня у меня был такой день. С самого утра я стала мысленно метаться, искать ответа и… Не находила. Вроде бы все как обычно. Но тоскливая струна внутри меня натягивалась и начинала вибрировать. За окном моросил дождик, и низкое небо обещало плакать целый день. Но это же не из-за погоды я расклеилась? Я и уныние? Пфф!

И, хотя внутренний голос говорил: «Замри, не дергайся. Что-то будет», я решила действовать наперекор ему. Так. Брюки, рубашка. Курточка и, конечно, кепка. Мои волосы нужно прятать. Они же как флаг — вот она я! Все, я опять выгляжу как мальчишка. Только плащ подлиннее наброшу, чтобы пройти по замку, не вызывая подозрений, и пройти не по центральным лестницам, а по ходам для прислуги. Потом, в стойле у своей Ласки сброшу его, чтобы не мешал.

Моя Ласка, увидев меня, коротко заржала.

— Правильно, девочка, сейчас мы с тобой разгоним всю тоску. И дождик нам ни по чем.

Подбежавший конюх помог одеть сбрую. А седло я предпочитаю мужское, тем более в таком обличье. Конюх уже знал и не удивлялся. Только на всякий случай предложил:

— Может, мой пострел составит Вам компанию? Я его мигом кликну.

Но я отказалась. Мне не нужна сегодня компания. Мелькнула мысль про виконта, не увидит ли меня в окно, не узнает ли? Но я ее быстро отбросила.

В путь! На свободу! К полям, перелескам.

Выскочив за стены замка пустила Ласку в галоп.

— Их-хо!!!

Как же хорошо! Какая тоска? Вот чего мне не хватало! — Простора, движения, ощущения радости жизни! Пусть все остальные в замке смотрят на капли дождя, стекающие по стеклу, и вздыхают. А меня и дождь, и ветерок будут приветствовать и дарить радость.

Сколько я так летала? Ощущение времени потерялось, а солнца не было видно. Я уже вся промокла, и одежда липла к телу. Может, зря я сбросила плащ? Уже шагом я выехала на дорогу. Ого! А неслабо я полетала! Тут до поселка, что рядом с замком, еще прилично добираться. Но я не стала спешить. Все равно промокла. Пусть Ласка немного передохнет и…

Меня догоняла карета, запряженная тройкой лошадей. Неслась на всех парах, только грязь летела в стороны. Ой, это же и меня сейчас окатит. Но лошади стали притормаживать, и карета остановилась. Выскочил бравый такой джентльмен и поманил меня рукой. Да мы не гордые, подъедем. Внутри кареты сидела еще дама. Я охватила ее оценивающим взглядом. Красивая. Наверное, столичная штучка, вон какие наряды.

— Парень, не мог ли бы ты подсказать нам?

Я подправила чуть иллюзией личико. Парень так парень.

— Далеко ли до замка Томских?

Вот это да? Кто же это такие? И зачем к нам едут?

Я решила играть простоватого парня: шмыгнула, рукавом вытерла нос.

— Так это как посмотреть, господа. С такими лошадьми так и недалече. А вы никак в гости к барону, из столицы?

Мужчина поморщился и не ответил. Зато высунулась дама.

— А не знаешь ли ты, гостит ли у барона граф со своим другом виконтом?

— Как не знать, знаю. Я тут все в округе знаю. А вам по что?

Теперь уже дама сморщилась.

— Так да или нет?

Врать бесполезно. Доедут до поселка и все равно все узнают.

— Так есть в замке граф. Только раненый он, лежит. А виконт за ним присматривает. Всех-то докторов разогнал. Недоволен был, что плохо лечат графа.

Мужчина криво ухмыльнулся. Я успела заметить его улыбку, хотя он ее быстро спрятал.

— И что? — продолжила выспрашивать дама, — плох граф?

— Совсем плох. Не встает. Говорят еще, что кинжал, которым его ранили, отравлен был. А лекари и не знают, что это за отрава была, и как с ней справиться. Вы у лекаря в поселке поспрошайте, он вам все доложит.

Вот пусть у лекаря в поселке и узнают, а те с испугу и не такого наговорят.

— А в поселке есть гостиница?

— Есть постоялый двор. Дядька Симон держит. Но у него там все очень прилично. Господа довольны остаются.

Мужчина полез в карман, дать мне монетку. Дама отвернулась, даже не поблагодарив. А я решила, что нужно поспешить в замок. Бросила:

— Прощайте, господа, — и понеслась, не оборачиваясь на карету в замок.

Глава 9

Дария, баронесса Томская

Вот и поселок, и я притормозила. Да, надо заглянуть к дядьке Симону. Проверить, объявятся ли новые постояльцы. А в замок успею, если что.

Бросив поводья подбежавшему мальчишке, я направилась сразу к хозяину. Подошла, подмигнула:

— Не удивляйся так, дядька Симон. Это ж я, Дария. Только не выдавай меня, пожалуйста. Дай лучше чего горячего попить, совсем я промокла, да может, плащ какой с капюшоном не жалко? Я завтра верну.

— Сейчас, сейчас, барышня.

Тут же появился и плащ, а следом и кружка с горячим отваром. Накинув плащ, на голову натянув капюшон, я устроилась у окна, ожидая новых постояльцев. А если мимо проедут, так дорога одна, увижу. Тогда подхвачусь и обгоню их, проехав напрямки, есть тропка, намного короче дороги.

От сырой одежды было зябко, и я покрылась уже мурашками, когда наконец подъехала карета. Дверца открылась, и мужчина помог даме выйти. Она оглянулась по сторонам и фыркнула. Ну да, здесь не дворец вам. А что вы хотели?

Незнакомец подошел к дядьке Симону.

— Нам номер и лучший, что у вас есть, желательно на две-три комнаты.

— Как прикажете. Есть такой.

— И пошлите за вашим лекарем, моя спутница плохо себя чувствует.

Ага. Значит, купились на мои слова. Что ж, лекарь-то не в курсе, как сейчас обстоят дела, он наверняка думает, что граф уже при смерти. Пока можно их оставить, но вот присмотреть за ними не мешает. Я нашла мальчишку, помогающего по хозяйству дядьке Симону. Дала ему мелкую монетку за лошадь, а потом показала золотой.

— Хочешь заработать?

Глаза у пацаненка загорелись. Только смотри, деньги большие, отработать придется на совесть.

— А что делать-то?

— Видел карету, что сейчас прибыла?

— А то! Богатая. И господа важные.

— Вот мне все про них разузнать надо. Кто они, как зовут, откуда и куда едут, зачем. А еще понаблюдать бы: будут ли с кем общаться; может, спрашивать их кто будет; может, в номер к ним кто пожалует. Справишься?

— А если я Леську с собой позову? Вдвоем сподручнее.

— Молодец, я не ошиблась в тебе. Хорошо смекаешь. Я и Леську твою отблагодарю. Довольны будете оба. И да, если что срочное, летите в замок, спросите баронессу Дарию. Я предупрежу.

Мальчишка смотрел шальными глазами то на меня, то на золотой в руке.

— Э, нет. Это еще надо заработать, — я спрятала монету, но достала другую мелкую. — Держи, для вдохновения.

— А не обманите?

— Я? Да ни в жизть.

Мальчишка побежал, а я вспрыгнула на лошадь.

— Давай, Ласка. Домой, девочка.

***

Бабуля, насупив брови, дожидалась меня в кресле.

— Бабушка, не серчай. Я тебе такое расскажу! Вот только сбросить с себя мокрое нужно и согреться.

У бабули все служанки летали. Через несколько минут я была погружена в горячую ванну, а бабуля ворчала и ворчала, что я непутевая, без мозгов, и если заболею, то она со мной возиться не станет. Я молча терпела, только жалостливо вздыхала время от времени. Бабуле надо было дать время выговориться. Потом уже, согревшаяся, укутанная, распивая травяные чаи, я докладывала о своих приключениях.

— И что тебя так насторожило, девочка? Мало ли кто разыскивает графа? Может быть, это его друзья.

— Бабуля, я верю своему внутреннему голосу! Это не друзья. Видела бы ты реакцию этого незнакомца на мои слова о плохом состоянии здоровья графа. Вот честно, я ведь все примечаю, он как обрадовался! А фифа в карете? Граф не может быть дружен с такой фифой!

Закладка:

— Так ты изменила свое мнение о графе?

Ой, попалась.

— Я решила прислушаться к твоим словам.

— Вот и славно. Думаю, мне сейчас стоит наведаться к графу. Вот только смогу ли я, по твоим словам, описать приезжих?

— Если что, позовешь меня. Я попробую.

Бабуля хитро улыбнулась и выплыла из комнаты. А я стала наводить марафет. Ну, должна же я хорошо выглядеть? Я ведь леди.

***

Крутясь перед зеркалом, я представляла: вот бабуля пытает графа. Просто так новую инфу она не выложит, захочет что-нибудь взамен. А что ее интересует? Конечно, почему преследуют графа? Интересно, узнает или нет? Бабуля у меня еще тот разведчик! Так что ставлю на нее!

И только я подумала, что пора уже и меня звать, как заглянула служанка и передала просьбу бабушки подойти к ней в комнату графа. Я и побежала. Перед заходом выдохнула и сделала «личико леди». А что?

Взгляд, которым меня одарил граф, вызвал бурю эмоций: он узнал! Он узнал во мне незнакомку, которая ночью приходила к нему. Я вспомнила, как он поцеловал меня и… краска залила лицо. Если бы не бабуля, я бы сбежала, не выдержала.

— Так вот как выглядит Ваша вторая внучка, а то я при представлении и не рассмотрел из-за платочка.

Виконт хмыкнул. С ним-то мы уже пообщались. А граф глядел во все глаза, и я не могла понять, что же он думал при этом.

— Дария, расскажи, как выглядят люди, пожаловавшие в наш поселок, может быть это знакомые графа.

Я как могла описала. Граф задумался.

— На первый взгляд никто не приходит на ум, но Вы же понимаете баронесса, под такое описание, которое дает слабое представление, могут подойти многие мои знакомые. Надо мне самому на них посмотреть.

— Даже и не думайте! Мало того, что Вам пока рано нагружать себя, так, если Вас узнают, вся наша легенда о том, что Вы тяжело больны, чуть ли не при смерти, прикажет долго жить. Тут надо хитрее. Может быть, виконт глянет?

— Я согласен!

— Но виконта тоже могут узнать, и если это недруги, то сразу поймут, что их рассекретили, — возразил граф.

— Н-да. А если замаскировать виконта? Так, чтобы его не узнали? Дария?

Я дернулась. Вот не хочу я раскрывать свои секреты. Опасно это. Мало ли проговорятся случайно, и все. Родители предпримут свои меры, которых я так тщательно избегаю. Глянула букой на бабушку. Я против!

Бабуля огорчилась. Конечно, проще всего было использовать мои способности. И тут меня осенило!

— Бабуля, а что если виконта переодеть служанкой?

— Что? Нет! Я не буду играть роль служанки!

Но бабуле моя идея пришлась по вкусу. Глаза ее заиграли, и она оценивающим взглядом прошлась по фигуре виконта.

— Да, служанка не пойдет. А вот зажиточная горожанка или фермерша — в самый раз. Мы и шляпу с широкими полями предоставим, которая укроет лицо, и веер, которым дама будет прикрываться, а длинное платье, перчатки — вообще не проблема.

— Нет, нет! Переодеваться женщиной не для меня. И не уговаривайте!

— Виконт, Вы хотите посмотреть на гостей по вашу душу? Подумайте, что Вам важнее? Считайте, что Вы разведчик в стане врага, тогда все методы хороши! Неужели Вы для спасения Вашего друга не пожертвуете ложной гордостью?

— Артис… Я понимаю, это сложно для тебя, но… это вариант. Согласись.

— Я подумаю, — начал сдаваться виконт.

— А сопровождать Вас будет Дар, — бабуля посмотрела на меня.

— Какой еще Дар? Не стоит посвящать еще кого-то в наши дела.

— Дар, это сводный брат Дарии. Проныра еще тот, так что его помощь Вам очень пригодится.

Охотник в виконте сделал стойку: не тот ли это мальчишка, которого он никак не может найти?

— Значит, договорились, — на свой лад истолковала все бабуля. — Сегодня я все подготовлю для преображения виконта, а завтра пойдете с утра в поселок. Думаю, все у нас получится.

Глава 10

Дария, баронесса Томская

Вот где справедливость? На преображение виконта в даму меня бабуля не допустила. Сама, небось, отводит душу, хихикает во всю, а я… Я увижу только конечный продукт. Вот ведь… Хотя… Виконт бы не согласился, чтобы я видела его мучения. Бабуля и мне сказала:

— Появишься, только когда позову, и в облике Дара. И посмей мне только хоть одну усмешку выдать! Если виконт из-за тебя откажется переодеваться — не прощу!

Ладно. Будет и на моей улице праздник. Еще не вечер.

Красотка из виконта получилась — чудо! С широкими плечами. Вот даже не хочу знать, как появилась грудь, а то не выдержу и пырсну. Бедра нарастили подъюбниками. Но размаха плеч скрыть не получилось. Из-под широких полей шляпы выглядывал парик, и виконт постоянно дергался его поправлять, за что бабуля била по рукам веером, давая наставления. Платье сидело… лучше не сравнивать, но было длинным и прикрывало обувь виконта.

— Вполне, — выдала бабуля, но стоит все-таки набросить на плечи шаль.

Да, шаль определенно прикрывала огрехи экипировки. Виконт рвался к зеркалу, посмотреть на себя. Увидел бы, думаю, сразу сбросил бы с себя все. Пришлось мне легонечко так подправить его облик. Ничего. Будем входить в поселок, еще подправлю. Бабуля как будто прочла мои мысли и кивнула согласно головой.

Граф с ужасом смотрел на это преображение и, кажется, сомневался в нашем успехе. Ха! Он еще не понимает с кем связался. Я и бабуля, если заодно, то это страшная сила!

— До поселка доберетесь на повозке, я специально отправляю ее в поселок вроде за необходимым. По дороге старайтесь не кормить чужие ушки. Виконт, имя себе-то выберите, а то…

Виконт застонал.

— Нет, я не выдержу.

— Право, не стоит так переживать. Все будет хорошо. Вы только посмотрите на эту пару и возвращайтесь. Я верю в ваш успех. Мы с графом ждем вас. Удачи!

Виконт шипел, я потихоньку, делая серьезное личико, хихикала. Так и добрались до постоялого двора. Спрыгнув с повозки, быстро добавила в черты виконта женственности. Ну, насколько это было возможно, но, как потом поняла, перестаралась.

Дядька Симон, как только увидел нашу красавицу, сразу сделал стойку и поспешил к нам.

Надо отметить, что он был ну очень крупным мужчиной. Ему и вышибала не нужен был. Если кто начинал безобразничать, то достаточно было выступить вперед дядьке Симону — и все. Видя эту гору мышц, огромные кулаки, буян тут же затихал и становился тише воды ниже травы.

Но вот женщину под свою стать дядька Симон не мог найти. Да, когда-то у него была жена, но вот уже лет пять как он овдовел, а поиски новой супруги не давали плодов.

Я поспешила вернуть с благодарностью плащ. Но хозяин только махнул рукой и, притянув меня поближе, вцепился с вопросами в меня: кого это я сопровождаю, кто эта дама.

Честно, такого эффекта, я не ожидала. Но с другой стороны, все было понятно, такая крупная дама не могла не привлечь внимания дядьки Симона. Кажется, мы влипли. Пришлось выкручиваться и на ходу сочинять:

— Ой, не велено про нее распространяться. Тайно она к нам. Инкогнито.

— Какая дамочка! Она не замужем? Браслета на руке вроде бы нет.

Упс! Мы и этот момент с бабулей не продумали.

— Дядька Симон, ничего не могу тебе сказать. Ты же понимаешь, но словечко за тебя замолвлю. Ты только не напирай, поаккуратнее.

Мужик просиял, приободрился и скрылся у себя. Через несколько минут появился в новом облачении, вот явно сейчас начнет свои ухаживания!

Виконт уже пристроился за столиком в углу и с тоской посматривал по сторонам из-под полей шляпы.

— Иди к даме. Я сейчас сам вас обслужу, — сияя как медный таз, бросил мне хозяин, не отрывая взгляда от виконта.

Уууу. Что будет!

Я поспешила предупредить того, а то мало ли… Но трактирщик оказался проворнее, по дороге к столику, отодвинув меня, вырос перед виконтом:

— Чем смогу порадовать такую интересную даму?

— Горчавки, да покрепче!

Тут уже и у меня, и у дядьки Симона глаза на лоб полезли. Это ж надо так расстроиться, что б с утра запросить эту гадость. Я вообще ни разу в жизни такой крепкий напиток не пробовала, но действие его наблюдала. Ох. Справлюсь ли я потом с виконтом?

Закладка:

— А мне чего-нибудь сладкого и побольше.

Ну, да, я по жизни сластена. А как только начинаю волноваться, то без сладкого никак.

Пара минут — и перед виконтом выросла горчавка с какой-то закуской, а передо мной кружка морса и пирожные. Виконт налил себе стопку и, залпом выпив, налил еще. Дядька Симон смотрел с обожанием на даму. Я двиганула локтем виконта, сейчас спалит нас. Виконт опомнился, отлип от чарки и замахал веером перед носом.

— Может, еще чего дорогие гости пожелают? — слаще голоса я у хозяина постоялого двора еще не слышала. А улыбка… Он еще так умеет?

— Дядька Симон, ты ступай, мы, если что, то позовем.

Пошипев на виконта, чтоб не расслаблялся, я пошла искать мальчишку, надо же узнать, что тот нарыл. Паренек был на конюшне, как увидел меня, так просиял, значит есть, что доложить. Я его позвала с собой к столу. Пусть и виконт сразу слышит, не надо будет пересказывать.

— А Леська возле номера крутится, как встанут господа, сообщит, и я ее сменю, — доложил он.

— Молодцы. Что узнали? — протягивая уже к мальцу тарелку с пирожными, стала расспрашивать я.

В книге дядьки Симона записались как барон Оренски с супругой. Приходил к ним лекарь, дамочка жаловалась, что плохо ей в дороге стало. Потом барон Оренски, если это его имя, спаивал лекаря и все выспрашивал, что с графом в замке. Вроде бы он знает графа и переживает за него.

— А лекарь?

— Лекарь сказал, что граф был очень плох, и что сейчас с ним, он не знает. Друг графа, мол, недостойно себя повел, стал спорить по поводу лечения, и поэтому лекарь покинул их. Он, то бишь лекарь, не желает терпеть неуважительное к себе отношение. А если еще пациент не выполняет его рекомендации, так лучше пусть и помирает без участия лекаря. Зачем, мол, чтобы сделали его виноватым, когда граф умрет.

— Понятно. Что еще?

— Ааа, забыл сказать. Вечером этот господин отправил почтовик. Куда, кому — узнать не получилось.

— Хорошо. Вы молодцы. Поднимись к Леське, узнай, не встают ли господа, что там слышно?

Мальчишка стал подниматься по лестнице к покоям, а я обернулась к виконту. Тот смотрел уже осовелыми глазами.

— Ну ты, пацан, даешь! А я еще в тебе сомневался, решил проверить. Ты думаешь, я тебя не узнал? Узнал, просто молчал, решил посмотреть, что ты за птица. Теперь вижу — свой! Дай руку пожму!

Конечно, моя рука утонула в лапище этого … бррр … виконта.

Вернулся нанятый мальчишка и зашептал:

— Леська постучалась к ним и зашла, спросила, не надо ли чего господам. Они сказали, что сами сейчас спустятся.

— Хорошо, — и я опять протянула мальчишке мелкую монетку. — Беги.

Я встала и пошла к дядьке Симону рассчитываться, а виконт уставился на лестницу. Наши подозреваемые спускались.

Денег с нас хозяин не стал брать. Наоборот, пытался мне еще вкусняшек подсунуть:

— Деточка, ты приведи ко мне еще эту дамочку. Вот слов нет, как по сердцу она мне.

— Я постараюсь, дядька Симон, только ты особо не рассчитывай. Она-то не местная. Глядишь, фьють и нет ее. А ты переживать потом будешь.

— Это-то — да, но ведь сердцу не прикажешь. — Завздыхал он в ответ.

Виконт уже поднялся и, раскачивая бедрами (подсмотрел, наверное, у какой-то дамы), а может просто не мог ровно идти, пошел на выход. Я поспешила за ним.

— Уходим, пока меня не узнали, — буркнул он.

Меня распирало любопытство, но виконт держался.

— Все потом, в замке.

Глава 11

Дария, баронесса Томская

Пока добрались до замка, виконта совсем развезло. Сколько же он выпил? Как только выгрузились из повозки, я поняла, что дойти сам виконт не сможет. И вот, все находившиеся во дворе наблюдают живописную картинку: хлипкий парнишка практически тащит на себе выдающуюся даму в широкополой шляпе, которая несмотря на то, что на голову выше паренька, повисла на нем и еле переставляет ногами, бормоча: «Ты мой настоящий друг».

Хорошо, что на помощь поспешили слуги и помогли дотащить виконта до покоев графа. Я ведь жаждала узнать, кого распознал в приезжих виконт.

Бедолагу сгрузили в кресло, и я отправила слугу за бабулей.

Граф опять был в шоке, и я подумала, что в нашем замке это становится для него обычным состоянием. Вот интересно, к этому можно привыкнуть?

Бабуля, кто б сомневался, оценив состояние виконта, отдала распоряжение слугам перетащить того в ванную. Конечно, она говорила: «Переместите даму в ванную и можете пока быть свободны». Все-таки наши секреты она не выдавала на публику. Как она окатывала нашу красавицу холодной водой, и как верещал виконт, описывать не буду.

Граф дергался, но по команде бабули: «лежать!», опять принял горизонтальное положение. Сильна бабуля! Как она умудряется графом командовать? И что интересно, граф-то ее слушается!

Через какое-то время, когда бабуля решила, что хватит экзекуций для виконта, она бросила тому его одежду и приказала привести себя в нормальный вид и, наконец, доложить результаты поездки.

Виконт выбрался из ванной комнаты взлохмаченный, красный и злой. Глянув на бабулю типа: «я вам еще припомню», виновато посмотрел на графа.

— Да говори скорее, кого ты узнал? — сердился граф. Об остальном я вкратце уже доложила.

— Да, Лия там была с неизвестным мне субъектом. Но он такой же барон Оренски, как я… как я дама. Ее взяли, наверняка, для опознания. Она же хорошо тебя знает. — И виконт ехидненько улыбнулся.

— Так, быстро говорите, кто эта Лия.

— Дама полусвета, — граф.

— Бывшая содержанка графа, — виконт.

Бабуля так и села в кресло, косо глянув на меня. А то я не знаю, кто такие содержанки, не в лесу же живу, сплетни долетают. Но граф-то каков!

— Интересно, что было в почтовике, — помогла я перевести тему, — и кому он был отправлен.

— Н-да. Кому, мы не узнаем. А вот что — это понятно. Докладывали, что граф жив и в нашем замке.

— Вот что-то мне подсказывает, что не удовлетворятся они словами лекаря. Как бы не решили ускорить твою болезнь. А если еще кто-то из слуг проговорится, что не так ты и плох, как они желают, то боюсь, еще одного покушения не избежать.

— Надо мне в твою комнату и на ночь перебираться, — уже абсолютно трезвым голосом сказал виконт.

— Нет. Тут надо тоньше. Я подумаю и попозже скажу, как мы поступим. А сейчас, мы вас покинем. Дар, за мной.

Я с удовольствием приняла свой обычный вид, и мы с бабулей провели малый совет.

— Плохо, что в игру подключилась женщина. А еще бывшая любовница. Женщины… они коварны. И не будет честной драки, клинка. Будет скорее всего яд. А вот как уберечь нам графа от яда, даже не соображу, — рассуждала бабуля.

— А может, нам сымитировать отъезд графа для всех? И я под личиной графа покину замок?

— Дария, это не вариант. Во-первых, ты выдашь себя и поставишь под удар, а во-вторых, в замке столько обслуги, что скрыть графа маловероятно. Кто-нибудь да прознает, и в скором времени будут знать все слуги.

— Что же делать?

— Я пока думаю. А ты… займись-ка пока, девочка, своими делами.

Да, что-то я Стеллу со всеми этими делами выпустила из виду. Чем она там занимается?

***

Стелла красовалась перед зеркалом, рассматривая новые наряды.

— А ты что на музыкальное чаепитие наденешь? — встретила она меня.

— Не поняла? Какое музыкальное чаепитие?

— Да это матушка придумала — пригласить соседей. Все ведь рвутся посмотреть на графа к нам, и если получится, то познакомиться с ним. Вот мы и решили собрать всех. Кто на рояле сыграет, кто романс исполнит. А гости за чаем и пообщаются.

— Но граф же в постели.

— Потом объявим, что граф не может спуститься, но виконт же есть. А виконт тоже завидная партия. Даже не сомневаюсь, все к нам пожалуют.

Я застонала и полетела «обрадовать» бабушку. Вот кто знал, что на ровном месте такая подстава будет?

Но бабуля не огорчилась. Наоборот даже, мне показалось, что у нее тут же блеснули глаза. Неужто новая идея?

Закладка:

— Потом, потом расскажу. Дай пока обдумать все, — и опять отослала меня.

Ладно, я тоже что-нибудь придумаю и вам не скажу!

Но после обеда пожаловал новый сюрприз. Прибежала служанка с сообщением, что у ворот какая-то девчушка настойчиво требует меня позвать.

Леся! Что-то срочное, раз прибежала в замок!

Подхватив юбки, я со всей возможной скоростью, понеслась к девочке.

Да, меня, пританцовывая от нетерпения, ждала Леся.

— Тетечка, меня к Вам Ник послал.

— Да, да, что случилось, рассказывай.

Девочка покосилась на стражников, не услышат ли, и зашептала.

— Я следила за госпожой с постоялого двора.

— Молодец, и что увидела?

— Она ходила по поселку, заглядывала в лавочки и беседовала с разными людьми. А потом…

— Ну.

— Ей попалась служанка из замка. Они долго говорили, даже спорили, и госпожа дала вашей служанке мешочек с деньгами и еще какой-то пакетик.

— Ого! А услышать, ты ничего не услышала?

— Так я боялась близко подходить, чтоб не приметила меня.

— Ты умничка. Идем к моей бабуле. Расскажешь и ей еще раз. А служанку эту ты запомнила, сможешь ее узнать?

— Так я ее знаю, и раньше в поселке видала.

Бабуля приветила девчушку, приказала принести ей разных гостинцев и выдала серебрушку. Та раскраснелась от удовольствия. А бабуля, не откладывая, вызвала экономку и стала узнавать, кого из служанок нет в замке, кто ходил в поселок по каким-то делам или выходной.

По описанию подходили только две. Одна уже вернулась, вторая еще навещала родных в выходной.

Девочка издалека глянула на ту, что была в замке, и сказала: «Нет. Не она». Тогда бабуля отправила в поселок за второй, и мы погрузились в ожидание.

Я уже изнывала от нетерпения, когда доставили вторую. Молодая, миловидная девушка, аккуратненькая. Но, как только увидела суровый взгляд бабули, сразу бросилась в ноги и запричитала.

— Да я бы не посмела. Я бы ничего не сделала. Я только на деньги польстилась, а там, думала, как-то отверчусь.

— Рассказывай по порядку.

Вот так мы и выяснили, что через служанку планировали отравить графа. Чтобы уже наверняка.

— Что же мне с тобой делать? — Раздумывала бабуля, глядя на служанку. — Ты на каких работах у нас?

— Я на скотном дворе, с птицами.

— Ладно. Рассказывай, как ты должна была дать знать той госпоже, что все сделала?

— Я должна была, как подсыплю эту травку в питье графу, так сразу прийти к ней на постоялый двор. Она мне обещала еще такой же мешочек денег тогда дать.

— Иди, работай. В поселок, я распоряжусь, ты пока ни ногой. И смотри молчи обо всем этом. Проговоришься, пеняй на себя, накажу по всей строгости. Ну а так, еще посмотрим. Узнаем, всю ли правду сказала, тогда и решим как с тобой быть.

Оставшись одни, бабуля глянула на меня пытливо:

— Справишься с ролью служанки?

— Запросто. Нужна только ее одежда, чтоб достовернее все выглядело.

— Вот и чудненько!

— Спешить «травить» графа не будем. Пара дней у нас есть. Когда там музыкальное чаепитие?

Глава 12

Иларий, граф Басов

Вокруг меня все крутилось, вертелось, а я лежал. И вот честно, я чувствовал себя здоровым, полным сил. Я изнывал от безделья. Дошло до того, что я даже виконту завидовал с его нелепыми переодеваниями. У него были приключения! А я… я довольствовался только разговорами. Виконт, старушка баронесса, служанки и внучки старушки. Все.

Правда, во мне загорелся огонек, когда я увидел младшую внучку баронессы, мне даже на пару минут показалось, что я видел ее в своих видениях и даже поцеловал. Но я быстро опустился на землю. Этого не могло быть в реальности. Это все игра моего воображения. Ведь вначале я видел призрака, потом девушку, а потом вообще фею. Какая ж это может быть реальность? Но вот как и почему я видел именно эту девушку? Эта загадка терзала меня и не давала покоя. И поговорить об этом было не с кем.

Виконт — мой друг, но… Есть вещи, которые и с друзьями не стоит обсуждать. И это тот фантастический поцелуй. Я снова и снова возвращался в воспоминаниях к нему. И было так жаль, что та острота ощущений, восприятия теряется со временем, затирается воспоминаниями. Я смотрел на Дарию и мечтал об одном — попробовать поцеловать ее. А вдруг… Но потом гнал эти мысли. Дария — невинный ребенок, я не посмею даже прикоснуться к ней. Но в мечтах…

Вот, что может сотворить с человеком долгое ничегонеделание.

А вечером пришла баронесса и сообщила новую новость — меня планируют отравить.

— Вы не волнуйтесь, граф, у нас все под контролем. Служанку, которую подговорили, мы нейтрализовали. А с недоброжелателями разберемся в ближайшие дни.

И я не выдержал, взвыл. Я долго, горячо твердил баронессе, что уже здоров и чувствую себя прекрасно, что не хочу и не могу больше лежать. Что в постели я теряю себя. Я даже подскочил и стал бегать по комнате. А баронесса молчала и только улыбалась, глядя на меня. Потом выдала:

— Да, я все понимаю, граф. А в постели держу Вас больше для Вашей безопасности.

— Я в состоянии себя защитить, постоять за себя.

— Ну-ну, не горячитесь. Но я обещаю прислушаться к Вам, если Вы пройдете мое испытание. Вы согласны?

— Что нужно сделать. Я сделаю.

— Да в общем-то пустяк. Как стемнеет, и замок затихнет, сходите к озеру, зачерпните воды и принесите мне. Из замка я выведу Вас потайным ходом, чтобы ни одна живая душа не видела. Только Вы должны соблюдать на всякий случай осторожность. Не думаю, что Ваши преследовали возле замка, за ними следят и нам бы сразу доложили. Но все равно. Сделаете, не спеша, со всеми мерами предосторожности.

— И тогда Вы позволите мне встать и вести нормальный образ жизни?

— Да, граф. Я тогда поверю, что Вы в форме. Если согласны, то я приду за Вами, когда стемнеет.

Я обрадовался этой маленькой победе, как будто выиграл сражение. Настроение сразу поднялось. Я даже немного размялся. Я докажу, что здоров!

Когда за мной пришла баронесса, я уже сгорал от нетерпения. Мне хотелось на волю, хотелось вздохнуть полной грудью и ощутить ветерок на своем лице. Я был полностью одет, со шпагой и в бодром настроении.

Баронесса вывела меня потайным ходом, показала, как потом зайти, чтоб не тревожить стражу, и удалилась. А я наслаждался. Кто не был долго взаперти, тому меня не понять, какое это счастье — вот так вот выйти на волю. Но долго стоять на одном месте не стоило. По тропинке, которую показала мне старушка, я двинулся к озеру, присматриваясь и прислушиваясь к окружению. Тишина и спокойствие.

Вот пролетела какая-то ночная птица, вот прошелестела трава, возможно мышка пробежала. Ветерок трепал мои волосы, а я всматривался в тропинку. В лесу она была едва различима. А вот и лесное озеро. Слышны всплески рыбы. Я присел на берегу. Картина открылась завораживающая. Водная гладь чернела и сливалась с небом. И где небо переходит в озеро — не разобрать. А звезды купались в озере и… не только звезды.

Кто это?

На водной глади, едва различима, лежала девушка, запрокинув голову к звездам. Время от времени она чуть-чуть шевелилась, чтобы вода поддерживала ее. Лунная дорожка высвечивала рыжие волосы. У русалки рыжие волосы? Не может быть! Неужели это Дария, Даша?

Я отошел в сторону и затаился. Не хочу вспугнуть ее, не хочу потревожить. Но вот издалека наблюдать… Как же она красива! Это просто волшебство какое-то.

Дааашаа.

Как же я благодарен судьбе за встречу с такой девушкой!

Не знаю, сколько я так просидел, с восторгом, трепетом наблюдая за ней. Потом спохватился, старушка же ждет. Надо отнести воду, а потом я опять сюда вернусь. Тихонечко набрал воды и, уже отдаляясь, обернувшись, последний взгляд бросил на девушку и увидел, что она плывет обратно.

Так хотелось посмотреть, как она выходит из воды. Но… нельзя. Я могу не удержаться и…

Всю ночь потом я представлял, что остался и встретил девушку на берегу, и она не испугалась, она улыбнулась и подарила мне опять волшебный поцелуй. Кажется, я сошел с ума.

Закладка:

Глава 13

Дария, баронесса Томская

С утра, переговорив с бабулей, я съездила в поселок за новостями. Ни мальчишки, ни девчонки, ни преследователей на месте не оказалось. И это тревожило. Хотя понятно — детвора увязалась за мнимой супружеской парой. А вдвоем? Может быть, они разделились? Но вот чем занята эта парочка? Как-то тревожно стало.

Спрашивать у дядьки Симона поостереглась. Тот все приставал с расспросами о «своей даме», и я сочиняла, как только могла. Но пришлось пообещать, что встречу им я еще раз организую.

— Дядька Симон, Вы записочку сможете передать Вашей постоялице? Только сказать нужно, что оставила ее служанка из замка.

— Для тебя, Дария, сделаю все, что попросишь.

И из моих рук в руки дядьки Симона перекочевала маленькая записка:

Завтра. На музыкальном вечере в замке будет много гостей. Все получится.

Записка была хорошо запечатана, и надеюсь, дядька Симон не из особо любопытных, не станет вскрывать. А успокоить, уверить преследователей, что все в порядке, необходимо. А то, мало ли, еще что предпримут.

— Через пару дней увидишь свою зазнобу, я постараюсь, дядька Симон. — Уходя, я еще раз пообещала хозяину постоялого двора и поспешила в замок.

***

В замке шли приготовления к музыкальному вечеру. Наши слуги суетились, выполняя распоряжения маменьки. А та сидела в гостиной, читала сообщения от соседей, привезенные курьерами, и писала ответы.

— Дария, — завидев меня, маменька решила взять меня в оборот, — ты почему прохлаждаешься, почему не готовишься к вечеру?

— Сейчас займусь, маменька.

— Смотри, чтобы выглядела достойно, чтобы мне не пришлось краснеть за тебя перед соседями! И еще. Имей в виду: согласуй со Стеллой ваше выступление. Стелла, конечно же, будет играть на пиано, а ты спой.

— Маменька, не надо, — застонала я. — Пусть Стелла одна выступит.

— Нет. И это не обсуждается! Я должна показать, на что способны обе мои дочери. Не хочу, чтобы потом соседи вздыхали и говорили, что ты… уродилась никакой.

— Маменька, да пусть говорят, что хотят.

Маменька схватилась за сердце.

— Не огорчай меня, дочь. Ты должна выступить, вот и споешь.

И я пошла за утешением к бабуле. Но та (вот что за невезуха?!) стала на сторону маменьки.

— Даша, я тоже хочу, чтобы ты была красавицей на приеме и поразила всех гостей своим пением. И имей в виду: графу я позволила встать, он будет вместе с виконтом среди гостей.

Граф Иларий будет на приеме? Среди этих куриц? Среди этих пираний? Да они же набросятся на него и растерзают!

Я застонала.

— Бабуля, ты же понимаешь, я не могу сравниться со всеми этими… Они же такие все будут… А у меня даже наряда достойного нет. И они умеют себя преподнести. А я рядом с ними…

— Они куклы, Дария. А ты живая, ты огонек. Не смей себя даже равнять с ними. Им до тебя, как до луны! И я хочу, чтобы все, и граф в том числе, увидели, какое ты у меня сокровище!

— Ой, бабуля, ты и скажешь…

— Не только скажу! Я и твоей феей поработаю. Ступай к себе, скоро доставят платье, которое я для тебя заказала. Тебе ж не до него было. А потом и с прической твоей поработаем.

Все. Я пропала! Бабуля решила заняться моей внешностью. Уууу. Может, сбежать? А граф? Нет, графа на растерзание этим … не оставлю! Где наша не пропадала! Будет им всем из меня красавица!

Но вот что мне исполнять?

Весь день, что бы я ни делала, чем бы ни занималась, я раздумывала над этим вопросом. Не было у меня сильного красивого голоса. Да, я пела для себя, и бабуле, конечно, нравилось.

— Милая, — бабушка видела мои метания, — ты просто пой с душой, можешь даже чуть-чуть магии добавить. Но твое пение должно идти от сердца. Вот что важно, чтобы тебя услышали. И не обращай внимания на всех, пой для графа!

— Бабуля… Ты…

— А то я слепая! А что не вижу, то чувствую. Не хочешь для графа, пой для меня. Но так, чтобы мое сердце вспомнило молодость и дрогнуло. Ты же сделаешь это для меня, девочка?

Я обняла бабушку. Сколько хороших слов вертелось на языке, но… мы почему-то стесняемся говорить от души, быть открытыми. Надеемся, что наши близкие сами поймут, догадаются, как нам дороги?

***

Наряд, приготовленный бабулей для меня, был шикарен. Я даже представить не могла себя в таком! А когда мне еще сделали прическу, неброский макияж, я не узнала себя в зеркале. Я не могла поверить, что это я, что я ВОТ ТАК могу выглядеть. Мне было проще быть незаметной, в простом платье или мальчишеской одежде, мне было проще не представлять из себя леди, а быть самой собой.

Я постоянно говорила себе, что это Стелла у нас красавица, а я так — бледная тень сестры и… избегала красивых нарядов, украшений. А сейчас… Мне так хотелось, чтобы граф, увидев меня, замер и… Да что там, я хотела сразить Илария, чтобы он и не смотрел на других девиц, чтобы я одна была для него в музыкальном зале, да что там зале — в мире.

А выступление? Что, вот что мне петь?

Я побежала к Стелле. Что она собирается играть? Ведь нам, как сказала маменька, выступать вместе.

Стелла высказалась однозначно:

— Я под тебя, сестрица, подстраиваться не собираюсь. Ты как хочешь, а я буду играть на пиано то, что у меня хорошо получается и красиво звучит.

— Мне тогда хотя бы знать, что ты будешь играть.

— Вечером, после ужина, я собираюсь помузицировать, надо же размять пальчики, вспомнить навыки.

— Хорошо, я подойду, послушаю.

***

В музыкальной комнате после ужина собрались не только Стелла и я. Пришла и бабуля, и граф с виконтом. Все устроились поудобнее, Стелла тронула клавиши. И поплыла красивая, трогательная, чуть-чуть грустная мелодия. Виконт встал и пошел к пиано. Красивая они пара. В какой-то момент виконт пристроился рядом и, спросив: «Позволите?», стал вторить на других октавах. Это, конечно, была импровизация. Но у них так здорово получалось. Все пришли в такой восторг!

— Потрясающе! — выдала после завершения бабуля. — Может быть, вам и выступить вместе?

— Нет, нет, — заартачился виконт, — это я так, среди своих посмел. Я не буду встревать в выступление такой одаренной девушки, я могу его только испортить.

Виконт целовал ручку Стеллы и заглядывал той в глаза. А Стелла смущенно улыбалась. Неужели у меня получается?

И, как виконта ни уговаривали, он отказался.

— Но как быть с выступлением Дарии? Ведь она должна была петь, а Стелла играть. Насколько я понимаю, к такой чарующей мелодии нет слов? Это не песня.

Стелла задрала нос и молчала.

— Можно попробовать под эту мелодию рассказывать легенду.

— Но ты должна и петь.

— Я буду время от времени петь. Я буду подавать сигнал рукой, когда Стелле нужно будет останавливаться и когда продолжать. В промежутках я буду петь. Немного. Но, надеюсь, вместе с рассказываемой легендой, этого будет достаточно. Стелла, ты на такой вариант согласна?

— Я попробую. Надеюсь, ты не испортишь мне выступление.

— Я начну не сразу, дам всем послушать твою игру, но когда вступлю, то постарайся играть до конца моего выступления. Договорились?

— Хорошо.

Глава 14

Иларий, граф Басов

Если честно, то я не ожидал, что и мне позволят присутствовать на музыкальном вечере. Думал, что старушка баронесса сошлется на безопасность и скажет, что нельзя высовываться. Но, как это ни странно, мне объявили, что и меня ждут.

Гостей собралось много. И мне с виконтом приходилось знакомиться и приветствовать представляемых мне матрон с дочерьми и сопровождающих их мужей. В глазах уже рябило от разноцветья нарядов, в голове шумело от стрекотни прелестниц. И всем, так или иначе, требовалось мое внимание. Виконт около себя уже собрал цветник. Но ему не привыкать, а мне в какой-то момент захотелось спрятаться. Я бы, может, и ушел, извинившись и сославшись на плохое еще самочувствие, но мне очень хотелось увидеть Дарию, а она все не появлялась.

Закладка:

Гостей уже стали приглашать в другой зал к накрытым с легкими угощениями столам. Открытые окна пропускали свежий ветерок, который играл занавесками. Толпа приглашенных стала рассаживаться, и я почувствовал облегчение: меня провели за столик, вырвав из окружения девиц. Я еще раз посмотрел по сторонам и опять не нашел взглядом Дашу.

— Она спустится попозже, — со мной рядом за столик присаживалась старушка баронесса, строго глянув на девицу, которая пыталась вцепиться в меня.

Музыкальный вечер начался. К пиано подходили, сменяя друг друга, молодые дарования и не очень. Кто-то играл, кто-то пел. Я со скучающим видом смотрел представление. Виконт за соседним столиком что-то нашептывал на ухо Стелле, и та время от времени смеялась.

— Добрый вечер.

Я обернулся и не смог сдержать вздох восхищения. Это Дария? Вслед за мной вздохнул и весь зал, обернувшись на девушку. Я встал на автомате и не мог оторвать глаз. Это было как откровение. Волшебство. Да я такой красавицы никогда в жизни не видел! Она улыбнулась легкой улыбкой, и мое сердце бросилось вскачь.

Я пропал!

А баронесса объявляла уже следующий номер, и сквозь шум в ушах до меня дошло: сейчас будет выступление сестер — Стеллы и Дарии.

Виконт легко поднялся и сопроводил Стеллу к пиано, я протянул руку Даше, и та, легко тронув ее, поспешила к сестре.

Я вернулся на место и замер, не отрывая глаз от феи.

Полились чарующие звуки мелодии. Стелла хорошо играла, мы еще вчера наслаждались ее игрой. Даша стояла рядом, замерев, опустив глаза, а спустя какое-то время тихо заговорила:

— Я расскажу вам грустную историю о любви.

Проникновенный голос вплетался в мелодию.

Когда-то давно в далекой рыбацкой деревушке простая девушка Лилия всем сердцем полюбила парня.

Парень был моряком и, отправляясь в долгое плаванье, признался девушке в своей любви, и на прощание сказал: «Жди меня, нас не разлучат ни моря, ни океаны. Я вернусь к тебе», и надел на палец девушки колечко с камушком. И Лилия ждала. Каждый день поднималась она на утес, смотрела в даль и звала свою любовь.

Звуки пиано замерли, а по залу пронесся звонкий чистый голос Даши. Она пела:

Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Волны и ветер, земля, облака, верните ко мне моего моряка.

Мне показалось, или на самом деле по залу прошел ветер, и почувствовался запах моря?

Стелла продолжила играть свою мелодию. И Даша опять заговорила тихим грустным голосом.

Шли годы. Девушке твердили, что напрасно она ждет. Не вернется ее моряк. Или погиб уже в морской пучине, или нашел себе другую. Но она снова и снова шла на утес и звала любимого:

Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Волны и ветер, земля, облака, верните ко мне моего моряка.

Сейчас уже ветер с запахом моря почувствовали все. Даша тряхнула головой, прическа ее распалась, и ветер развивал ее волосы как флаг. И казалось, что это не Даша, а незнакомая девушка стоит на утесе и плачет, зовет любимого.

Стелла больше не играла, но до нас доносилась чуть слышная мелодия, как плач девушки. За окном дождевые капли зашелестели листвой деревьев.

А Даша подняла руки как будто в мольбе.

Ветер, молю, ты видишь как рвется моя душа к любимому, дай мне крылья полететь к нему, Земля, моя печаль врослась в этот утес и сроднилась с тобой, молю, перемести меня поближе к любимому, Море, мои слезы такие же соленые, как и ты, я частица тебя, помоги мне вернуть мою любовь. Волны с ревом ударили в утес, а чайки закричали.

Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Волны и ветер, земля, облака, верните ко мне моего моряка.

Мгновение. И шторм утих. Но не было видно ни утеса, ни девушки на нем.

Шли годы, и моряки стали рассказывать друг другу об утесе в море, который окружали выступающие острые камни. И далеко-далеко от этого места разносился прекрасный голос сирены, который звал любимого:

Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Волны и ветер, земля, облака, верните ко мне моего моряка.

И не было сил у моряков сопротивляться зову сирены. Они шли на песнь любви и погибали, разбиваясь о камни.

А сирена всматривалась вдаль и звала, звала, звала.

Милый, любимый.

На лапке у нее блестело кольцо с камушком.

Шквальный ветер ворвался в раскрытые окна и накрыл зал с брызгами дождя. Вот только капли были солеными. Часть свечей погасла. Даша опустила протянутые руки.

Стелла рыдала за пиано. Виконт пробовал утешить девушку.

Зал молчал. Все были просто потрясены. Даша стояла поникшая, и бабуля подошла к ней и обняла.

— Спасибо, родная.

Все очнулись. Как будто пелена спала. Стали хлопать. А я растерялся на какие-то мгновения, потом уже подошел и протянул Даше руку.

— Прошу Вас, граф, проведите меня в сад, — тихо попросила она. — Мне здесь простора не хватает.

И мы вышли под дождь и ветер, не замечая ничего.

Глава 15

Дария, баронесса Томская

Как я выступила на музыкальном вечере, запомнилось смутно. Наверное, я переволновалась, но мне так хотелось донесли тоску, боль влюбленной девушки по своему моряку, мне хотелось, чтобы сидящие в том зале почувствовали ее отчаяние, безысходность, то, что привело ее к этому превращению. Перед глазами стояли картинки беснующегося моря, девушки на утесе, которую хлестал ветер. А она, несмотря ни на что, звала своего любимого. В эти минуты я переживала вместе с девушкой, как будто сливалась с ней. И боялась только одного, что не удержу рвущийся из меня поток магии иллюзий, и все окажутся на том утесе.

А потом… Потом пришло опустошение. Я не могла ни о чем думать. Мне хотелось покинуть тот зал и дышать ветром, морем, свободой.

Опомнилась я, когда вымокшая уже до нитки, оказалась с ворчащей бабулей в своей комнате. Меня быстро отправили в ванную. Потом напоили чаем с мелиссой. И я легла спать.

А утром, ни свет ни заря, меня подняли!

— Вставай, соня, сегодня нам предстоят великие дела: надо разобраться с парой лжеОренски.

Вот это по мне! Я сразу подскочила, быстро привела себя в порядок.

— У нас есть план? — спросила я у нашего полководца.

— Да, только вначале я с тобой хотела обсудить. Ведь в нем главная роль отводится тебе!

А я что? Я готова. Где наша не пропадала!

За завтраком мы с бабулей рассматривали то один, то другой вариант. А потом я вспомнила про свое обещание дядьке Симону: привести еще раз к нему его даму сердца. Рассказала бабуле, и та, как девчонка, захлопала в ладоши.

— Отлично! И пусть простит меня этот пройдоха-трактирщик, но мы используем его в своих целях!

Увы, виконт встретил новость, что ему опять переодеваться в даму, совсем не радужно.

— Что хотите со мной делайте, но я больше ни-ни. Я еще от прошлого стресса не отошел. Как вспомню, что вы из меня сотворили, так…

Но вы же понимаете, чем дело закончилось? Конечно, виконт согласился. Хотела бы я посмотреть на того человека, который смог бы противостоять бабуле! Если уж мне это не удается, когда она «видит цель».

Граф, когда выслушал весь план, тоже остался недоволен.

— Это авантюра! Я против. Вы рискуете Дарией! Так нельзя.

— Граф, что Вы предлагаете? Завтра эта парочка, подосланная, чтобы устранить Вас, узнает, что отравление не состоялось, и запустит новый план по Вашему устранению. Как Вы думаете, каковы Ваши шансы при этом уцелеть?

— Я — мужчина, если не справлюсь с противником, то так тому и быть, но прятаться за спину девушки, рисковать ею, это не по мне!

— Все понятно. С Вами или без Вас, но мы план приведем в действие. Возможно, Вы правы, и Вам не стоит принимать в нем участие. Лучше побудьте дома и подождите нас.

Ох, как взвился граф! И что пришлось нам с бабулей выслушать!

Наконец, он выдохся, а бабуля встала, выпрямила спину и свысока глянула на виконта и графа.

Закладка:

— Идем, Дария. Придется для твоей подстраховки найти других мужчин, впрочем, стражники замка подойдут для нашей цели. Желаю здравствовать, граф Басов!

Бабуля развернулась и поплыла на выход. Я растеряно хлопала ресницами. Не получилось? Наш план сорвался?

— Баронесса, постойте, я же согласился. Стражников ваших сразу распознают, и кто знает, какой бедой это может обернуться. Вы правы, даму, присутствующую при разговоре, в расчет не возьмут.

Бабуля милостиво улыбнулась виконту и пригласила его к себе.

Граф вдогонку кричал:

— Вы безумцы! Я не позволю!

Бабуля только хмыкнула.

***

Двоих стражников из замка мы все же захватили. Один из них стал у черного входа постоялого двора, второй прошел и сел вместе с бабулей у окна. Я еще на входе, увидев нашего мальчишку, подала ему сигнал, зайти со мной в зал. Он меня сразу не признал и удивился. Пришлось подойти и прошептать: «Я это, я. Только замаскировалась под ту служанку. Идем доложишь, что тут происходило».

Дядька Симон расцвел, увидев гостей, и засуетился перед нами. Я с виконтом и мальчишкой села за соседний с бабулей стол. Утро. В зале трактира посетителей еще не было. На это мы и рассчитывали.

Мальчишка стал рассказывать. Как интересно! Оказывается, позавчера они гостили у одного из наших соседей — барона Вински. Я не помню, были ли они с женой на нашем вечере? Если были, то расскажут, что граф вполне себе здоров. Да, правильно сказала бабуля, нельзя было откладывать.

— А еще Леська стащила письмо. Этот барон бросил его в камин, да промахнулся, а Леська, когда убирала номер приметила, да и подхватила.

Мальчишка протянул смятый комок. Ого! Молодцы ребятки!

Читать и разбираться с мальчишкой было некогда. Бабуля уже сигналила, что пора.

Я быстро шепнула мальчишке, чтобы пришел потом в замок вместе с Алесей, и поднялась. Виконт встал за мной.

— Виконт, пожалуйста, попросите Вы трактирщика охранять меня. А то я в образе служанки…

А мальчишке сказала:

— Сбегай, постучись в номер этой парочки и скажи, что баронессу просят спуститься вниз по важному делу. Спросят: «Кто?», скажешь: «Служанка из замка».

Мальчишка побежал по лестнице вверх, к номерам. Я заняла позицию возле стойки. Бабуля нахмурилась. А виконт, подозвав к себе трактирщика, стал, показывая на меня, убеждать того в чем-то.

Трактирщик воспрянул, глянул на даму сердца взглядом героя и придвинулся к стойке, поближе ко мне.

По лестнице медленно спускалась наша дама Лия.

Я застыла, испуганно глядя на нее.

— Что ты хотела? — дама глянула по сторонам, но ничего подозрительным ей не показалось.

— Леди, я все сделала вчера, как Вы велели. Теперь боюсь. Как только увидят, что с графом, начнут разбираться. Я хочу прямо сейчас сбежать.

— Мне нужны доказательства, что ты отравила графа. Просто так…

В этот момент хлопнула входная дверь, в зал ворвался граф с криком:

— Я не позволю! — при этом размахивая шпагой.

Вот что он там себе надумал?

Немая сцена. Бывшая любовница сразу узнала своего «отравленного». Я сжалась и стала отступать к дядьке Симону.

— Ай, дураааак, — застонала в голос бабуля.

А на верху лестницы показался сопровождающий мадам Лию лжебарон.

Глава 16

Дария, баронесса Томская

На какие-то мгновения все замерли.

Граф обвел взглядом зал, разыскивая глазами Дашу, то есть меня, потом все пришло в движение.

Эта выдра бросилась с объятиями к графу, крича:

— Граф Басов, как я рада Вас видеть!

Я уткнулась, отступая, в брюхо дядьки Симона. Виконт не мог решить, к кому бросаться на помощь, ко мне или к графу, выбрал графа и попробовал оттащить от него Лию. Но та держала крепко. А в это время лжебарон спустился по лестнице и достал шпагу:

— На ловца и зверь бежит, — ухмылялся он.

Дядька Симон отодвинул меня и выступил наперерез:

— Господа, я вас прошу, только не здесь!

Я забежала за стойку и увидела сковороду с омлетом, который дядька Симон еще не успел нам подать, даже на тарелку не выгрузил.

Примерилась и…

— Держи, гад!

Я была точна, как никогда. Барон — или кто он там — имел глупость повернуться ко мне, но вот выставить руку или наклониться… увы, не успел. Тяжелая сковорода сделала «Бдум» и упала на пол, омлет приземлился рядом. Вслед за ними, как подкошенный, грохнулся и мужик.

— Знай наших!

Виконт стал ржать, глядя на эту композицию, вместо того, чтобы помогать графу. Правда, девицу, которая тоже обернулась к нам, тот уже успел оторвать от себя. Бабуля встала и подала сигнал стражнику, тот быстро скрутил потерявшего сознание лжебарона, на лбу которого стала выползать здоровенная шишка. Как бы не окочурился барон от моего подарочка.

— Доставим в замок, потом разберемся. — Бабуля еще и ножкой в бок ему наподдала.

Лия, видя, что происходит, метнулась к двери, но тут уже виконт пришел немного в себя и, хоть и смеялся, но успел ухватить ее за платье:

— Не торопись, красавица! Мы еще с тобой не разобрались.

— Граф, что от меня хотят эти люди? — мадам стала искать защиты у графа.

Вот если только начнет защищать ее, я ему… и его тоже сковородкой угощу!

— Лия, сейчас разберемся. Успокойся.

И он взял ее за руки и усадил за стол. А эта тварь даже слезу пустила! Вот уж актриса!

Дядька Симон бросился к виконту и, пользуясь случаем, стал его облапывать:

— Дорогая, ты цела, ты не пострадала?

Виконт, с глазами как блюдца, как глянет, как двиганет кулаком в челюсть трактирщика! Тот и осел.

— Это ты у меня пострадаешь, ишь ты, лапы тянет! Не про тебя!

— Какая женщина! — тряся головой, мечтательно причитал дядька Симон.

Бабуля решила, что пора все брать в свои руки.

— Я — баронесса Томская, мой сын — хозяин этих земель. Представьтесь и объясните, что Вы здесь делаете? — обратилась она к Лие.

— По какому праву Вы на нас нападаете? Мы супруги, человек, которого вы вырубили — мой муж, барон Оренски. Вы будете отвечать за этот разбой.

— Дорогая, свидетелей много, это Ваш муж достал шпагу и бросился на графа. А граф шпагу и не доставал, Вы его крепко обнимали. И это при муже. Ай-яй. А может, он и не муж Вам вовсе? А может, и не барон? Мы разберемся. Пошлем сейчас запрос в столицу, доложим все о произошедшем. А то, что он так спешил, что, упав с лестницы, набил себе шишку, так мы здесь не при чем. Так же? — и она обернулась ко всем нам.

— Это даже в донесении и сообщать не стоит. А вот то, что Вы служанку из нашего замка, вот эту, подкупили и подговорили отравить графа, это мы обязательно отразим. Что правосудие решит по поводу отравительницы? Как-то я не помню уже, что там полагается. Какая казнь?

— Вы не докажите. Мое слово против слова служанки! Кому поверят?

— Даша, представься по всей форме.

— Я — баронесса Томская, дочь графа Томского, хозяина этих земель. Макияж творит чудеса, мадам Лия, вам ли не знать.

— Не может быть! — красавица спала с лица.

— Граф, неужели Вы им поверите? Они нагло лгут и оговаривают меня!

— Может быть, я бы и не поверил, Лия, но я-то знаю, какая ты актриса и интриганка. Так что будет лучше, пока лжебарон не очнулся, чтобы ты сама рассказала правду.

— И вы тогда меня отпустите?

— Решает баронесса, но все зависит от того, что мы услышим.

И Лия, всхлипывая, стала быстро рассказывать о том, что ее наняли. Кто? Да вот этот гад, который сейчас в отключке. Денег пообещали много, очень много. А она должна была просто помочь найти графа, как старая знакомая, помочь подобраться к нему (графу) поближе.

— Но Вы же планировали устранить графа? Вы нанимали служанку из замка, чтобы отравить графа. А это не просто «помочь подобраться».

— Меня этот гад заставил. О, граф, если бы Вы знали, как он со мной обращался, — и актриска попробовала упасть на грудь графу.

Но тот ее отодвинул:

Закладка:

— Продолжайте.

— Да, это они хотели убрать графа!

— Кто «они»?

— Я не знаю. Но над этим «бароном» стоял страшный человек, как я поняла. И если бы мы не справились с задачей, то нам самим грозило бы устранение.

— Вы видели другого нанимателя?

— Нет. Точнее видела в окно, когда этот гад выходил к нему, но было темно, и я не смогла рассмотреть, кто это.

— Маловато Вы знаете. Что ж, надо обыскать номер. Может быть, там найдем что-то интересное.

Бабуля со стражником и дядькой Симоном пошли наверх. А мы остались внизу. Вот не доверяла я графу сейчас. Оставь его наедине с этой фифой…

Виконт, наверное, подумал так же.

Все бумаги, найденные в номере, бабуля забрала с собой. Дядьке Симону сказала номер пока никому не сдавать. И мы решили возвращаться в замок. Правда, перед отъездом, бабуля пошепталась о чем-то с виконтом.

Барона загрузили в нашу коляску. Туда же сели я с бабулей и стражник.

А в коляску лжебарона пристроились виконт со вторым стражником и мадам Лия.

Граф прискакал на лошади и возвращался так же.

Приехали, и бабуля позвала стражника из сопровождения мадам помочь выгрузить барона. Виконт тоже поспешил к нам. Граф повел свою лошадь в конюшню. А коляска с мадам вдруг резко развернулась и понеслась из замка. Я дернулась, но бабуля остановила.

— Пусть бежит. Нам это только на руку. Что бы мы с ней делали?

— Но как же, ведь она расскажет, что граф жив?

— Думаешь? Она сейчас забьется в какую-нибудь нору и будет сидеть тише воды, ниже травы, опасаясь, что и ее захотят устранить.

Вот так и закончилось наше сегодняшнее приключение. Да, забыла упомянуть, что бабуля послала дядьке Симону записку, сообщив, что жена барона куда-то сбежала.

Глава 17

Дария, баронесса Томская

Пострадавшего поместили в отведенную ему комнату, определили служанку, которая должна будет присматривать за ним, и выставили стражу. Лжебарон не приходил в себя. Пару раз, правда, пытался открыть глаза, стонал и опять отключался.

— Позовем лекаря, — приняла решение бабуля. — Поможет, не поможет, но хотя бы осмотрит и скажет свое слово.

Лекарь, гордый, что его опять позвали в замок, очень удивился, увидев в добром здравии графа и, в качестве нового больного, барона Оренски. Бабуля пояснила, что тот упал с лестницы, да так неудачно, что стукнулся головой, вот и шишка, посмотрите, выскочила. Жена барона уехала неизвестно куда, а бросать больного человека без помощи — не хорошо. Вот, мол, мы и забрали барона в замок.

Лекарь кивал в согласии головой, осматривая пострадавшего.

— Больше повреждений я не нахожу, — наконец выдал он. — Только ушиб головы. Но это очень и очень печально. Прикладывайте холодные компрессы, а там… Придет в себя, решим, что делать дальше. Очнется, давайте ему настоечку от боли, я оставлю, и зовите опять меня.

Бабуля со всяческим уважением расшаркалась с лекарем и заплатила за визит. Тот ушел довольный и гордый собой.

А через пару часов больной очнулся. Мы с бабулей прибежали на зов служанки. Лжебарон смотрел на нас мутными глазами, постанывал, и было видно, что ему очень плохо. Бабуля, нюхнув настойку от лекаря, подсунула больному попить.

— Пейте, Вам легче станет, это обезболивающее.

— Благодарю. Где я?

— Вы в замке барона Томского. Мы присматриваем за Вами.

— Что со мной?

— Вы упали с лестницы и сильно ударились головой.

— Да. Голова очень сильно болит.

— Тошнит?

— Да.

— Галлюцинации, видения?

— Не знаю. Что-то было.

— Как Вас зовут?

— Я… Кажется, Петер. Да, гер Петер. Впрочем, я не совсем уверен. Почему-то приходит на ум еще и Силантий, и барон Оренски, и еще какие-то имена.

— Ничего. Со временем все вспомните, а пока мы будем называть Вас гер Петер или барон Оренски. Хорошо?

— Да. Простите, мне пока сложно говорить.

— Хорошо, приходите в себя. Мы навестим Вас позже.

Служанка стала опять менять компресс, а мы с бабулей удалились. Бабуля решила заняться бумагами лжебарона, а я вспомнила про добытое Алесей письмо. Достала комочек и постаралась распрямить бумагу.

Дорогой племянник, как обстоят твои дела? Выполнил ли ты поручение? Если еще нет, то поторопись! С сестрицей своей можешь не церемониться. Приближается покупка новых владений, мы должны быть готовы к ней. Не подведи.

Твой дядя.

Я понимала, что письмо зашифровано. Сестрица — это Лия. А вот что имеется ввиду под покупкой новых владений?

Бабуля тоже развела руками.

— Это может быть все, что угодно. Но поручение — это, конечно же, — устранение графа.

— А в бумагах нашлось что-нибудь интересное?

— Как сказать. Документы у нашего болезного сразу аж на трех человек. Правда, интересная личность нам попалась? Не зря он путается в именах. А так… Несколько векселей, купчая на дом в каком-то захолустье. А по нашему делу — ничего. Даже и не знаю, за что зацепиться. Вот как мне не хочется, но придется пообщаться с графом. Только я еще не простила ему его глупости.

— Так, может, для начала разговорить нам гер Петера?

— Наверное, ты права. Подождем до завтра, возможно, станет ему получше, и мы сможем поговорить.

И как же бабуля разозлилась, когда прибежавшая служанка сообщила, что к пострадавшему заявились граф и виконт и допрашивают того.

Картина, открывшаяся нашим глазам, когда мы зашли к больному, завела ее еще больше. Граф, склонившись и ухватив лжебарона за плечи, тряс того, приговаривая:

— Ты мне все скажешь!

А тот уже был опять с мутными глазами и только стонал.

— Что Вы себе позволяете, граф, в моем доме? Кто Вам позволил так обращаться с больным? Немедленно покиньте комнату.

— Я должен разобраться.

— Такими методами Вы не разберетесь, только угробите больного. Или Вы этого и добиваетесь? Подите к себе!

Глаза у бабули метали молнии. Вернувшаяся служанка поправила упавший компресс, и бабуля дала опять пострадавшему настойки. Тот закрыл глаза и успокоился.

На разговор с графом бабуля меня не взяла.

— Прости, внучка. Мне предстоит серьезно с ним поговорить, я уж начала сомневаться, заслуживает ли он нашего внимания.

Глава 18

Иларий, граф Басов

Только что состоялся неприятный разговор со старшей баронессой. И теперь я, чтобы привести мысли в порядок, вышел пройтись в сад, подумать. Я понимаю, в чем-то баронесса права. Но как она не понимает, что я мужчина, граф?! Я должен принимать решения, я должен брать на себя ответственность, а не идти на поводу, не участвовать в авантюрах.

По всей видимости, баронесса привыкла командовать, особо не прислушиваясь к чужому мнению. Я подчинялся, пока лежал в постели, но теперь — все! Хватит. Или она прислушивается ко мне, и мы принимаем вместе решения, или… Я бы и уехал. Вот только Дария, Даша. Как только подумаю, что мы расстанемся, сердце сжимается в тоске. Что же делать?

От лжебарона никакой информации. И я уверен — это хитрая бестия. Голова у него, конечно, болит. Но он играет, притворяется, все он помнит и хорошо соображает. Он быстро понял, что просто так ему не выпутаться, вот и выбрал такую тактику. А баронесса пошла у него на поводу. Эх.

А узнать, кто меня заказал, нужно. Только вот как? И как дальше быть с этим субъектом? В столицу везти, так там сообщники, однозначно, найдутся и освободят его. А здесь? Какое здесь расследование и суд? Я пробовал донести до баронессы, что это не игры, что противники у нас очень опасные. Но… Кажется, баронесса осталась при своем мнении, а вот отношения между нами… увы, теперь оставляют желать лучшего.

Да, нужно уезжать. В конце концов, находясь рядом с ними, я невольно притягиваю неприятности и к ним. Уверен, что на этом преследования меня не закончатся. Пока не выведут на чистую воду всех заговорщиков… Вот только не понятно, почему же все так долго тянется. Канцлер же говорил, что дело осталось за малым. И вот-вот заговор будет раскрыт, что многие уже арестованы.

Закладка:

Да, я в отдалении от столицы, но и сюда долетают все новости. А вот об арестах так ничего и не слышно. И невольно в голову приходят мысли: «А на чьей стороне канцлер? Возможно, меня из столицы отослали, чтобы я еще кому-то не сообщил о заговоре? И покушения на меня дело рук самого канцлера?» Я гнал от себя сомнения. Но они возвращались. И нужно серьезнее отнестись к своим сомнениям.

Как мне быть, если канцлер действительно замешан в заговоре и прикрывает заговорщиков? Сейчас есть одна, очень тонкая ниточка — лжебарон. Но, боюсь, не скажет он ничего. Он и сейчас, когда ему плохо, молчит. А как чуть придет в себя, так его вообще не разговоришь. Ну, не пытать же его, в самом деле? Придется опять говорить с баронессой, не хотел пугать их, но придется высказать ей свои сомнения, может быть, тогда она серьезнее отнесется к происходящему. Терять эту, пусть и маленькую, ниточку от лжебарона нельзя. Не простой он исполнитель при таком-то разнообразии документов.

Дария, баронесса Томская

Ох, и серьезные же разговоры были у бабули с графом! Я пыталась узнать подробности, но бабуля шипела на меня и отмахивалась. Я даже собиралась уже обидеться. Не хочу, чтобы меня использовали в темную. Но вот бабуля пришла ко мне, посмотрела серьезно и начала:

— Дария, — если она так обращается ко мне, то это — внимание! — Я хочу, чтобы ты сыграла Лию, и надеюсь, с тобой наш подопечный проговорится. Нужно хоть что-то выяснить про заговор, про то, почему на графа объявлена охота. И еще, только очень аккуратно, и если придется к слову, замешан ли в заговоре канцлер.

— Бабуля, ты чего? При чем здесь канцлер?

— Внучка, боюсь, граф может быть прав, и все очень серьезно. Даже не знаю, как прояснить ситуацию. Во всяком случае, ты не спеши, просто разговаривай с пострадавшим. Для начала важно понять играет он перед нами, или на самом деле сознание его спутанное. Возможно, с тобой, в образе Лии, он проговорится. Я надеюсь, что у тебя все получится. Сыграть ты должна так, чтобы и подозрений у него не возникло. Мы будем в соседней комнате, если что, сразу придем на помощь.

В общем, она так долго и по-серьезному настраивала меня, что я прониклась.

— Когда приступать?

— Да можно и сейчас, я только стражника подготовлю. Виконту и графу пока выдавать тебя не будем.

И я, постояв перед зеркалом минут пять, воспроизведя по памяти образ Лии и убедившись, что все в точности, пошла «на дело».

Петер, или кто он там, лежал с видом мученика, только глазами следил за служанкой и время от времени постанывал.

— О, милый, — я сделала скорбное личико, — мне так жаль. Я за тебя так переживаю.

Служанка замерла, глядя на меня.

— Вы можете быть свободны, — бросила я ей.

А когда та вышла, спросила уже:

— Ты как? Долго собираешься еще отлеживаться?

Лжебарон молчал.

— Ты же понимаешь: не выполним задания, по головке нас не погладят. Сам знаешь, с кем имеем дело!

Лжебарон молчал. И что мне делать?

— Дорогой, ну скажи, хоть что-нибудь.

— Женщина, Вы кто?

— Не поняла. Ты не мог меня забыть!

— Я Вас не знаю.

— Ты что, совсем-совсем ничего не помнишь?

— Почему, что-то помню. Но не все.

— А про задание в отношении графа помнишь?

— Нет. Какого графа? Какое задание?

— М-да. Придется сообщить нашему другу, что ты не в адеквате. И попросить помощи. В любом случае, я за тебя одна отдуваться не собираюсь.

Вот так ни с чем и пришлось уйти.

— Ничего, — сказала бабуля, — завтра повторим. Пока рано ставить на нем крест.

Глава 19

Иларий, граф Басов

Вот все и решилось. Нашло меня послание из поместья от управляющего. Моя матушка заболела, и он просит срочно приехать домой. Так что я, не взирая на опасность, поеду. Да, возможно баронесса права, и это спланированная ловушка на меня, но не поехать я не могу. Ведь речь идет о моей маменьке. Она у меня осталась одна, и кто о ней позаботится, если не я? Виконт тоже отговаривал и предлагал вначале проверить, правда ли это. Но если это правда, а я не поспешу…

О плохом думать не хотелось. И так посыльный с письмом долго меня разыскивал, и просто удивительно, что нашел. Я стал собираться в дорогу. Жаль, что так ничего и не удалось узнать от лжебарона. Тот вроде бы стал выглядеть нормально, и на головные боли уже так не жаловался, но по-прежнему твердил, что ничего толком не помнит. Держали того хоть и в нормальных условиях, но взаперти. Охрана от дверей не отходила.

С виконтом мы договорились разделиться. Я попросил его все-таки съездить в столицу и на месте разобраться в происходящем. А я уже в поместье буду ждать от него новостей.

Меня мучал один вопрос. Я так и не нашел возможности — а может быть, просто смелости — поговорить с Дашей. Как только я оказывался с ней рядом, на меня нападала какая-то робость, я становился неуверенным в себе мальчишкой, толком двух слов не мог связать и от этого злился. Злился на себя, на обстоятельства, в которых мы находились, и не решался поговорить с девушкой. Все оттягивал. А теперь… Завтра я уезжаю. Да, даст Бог, я вернусь к ним в замок. Но вопрос в том, захотят ли меня еще видеть. Старшая баронесса смотрит на меня косо и всячески выражает неодобрение.

А если мне Даше письмо написать? Хорошая идея. Я сел за листом бумаги, представил Дашу, и все слова сразу испарились. Нет, ничего у меня не получится.

Дария, баронесса Томская

— Бабуля, но как же так? Граф уезжает. А мы? Мы просто его отпускаем, и все?

— Даша, это его решение, я пробовала отговорить, но сердцем я его понимаю. Он переживает, беспокоится о матери. А когда речь идет о наших близких, мы о себе забываем.

И бабуля тяжело вздохнула.

— Но ты ведь сама говорила, что это скорее всего ловушка. Он приедет в поместье к матери, а там его уже будет поджидать убийца. И хоть он и хорошо владеет шпагой, но попробуй защититься от предательского удара ножом в спину, или от стрелы.

— Даша, он считает, что справится, он не просил нас о помощи, более того, он гордый и не захочет принять ее.

— Бабуля, я так за него боюсь, если с ним что-нибудь случится, то я не прощу себе. Я должна помочь ему как могу и чем могу.

— Девочка моя, и когда это граф сумел пробраться в твое сердечко?

— Он не пробирался. И вообще, он на меня и внимания не обращает. Это вон виконт ухаживает за Стеллой, а граф…

Теперь уже я тяжело вздыхала.

— Ну, положим, здесь ты не права. Я уверена, что граф давно обратил на тебя внимание. Какие взгляды он бросает на тебя, когда ты этого не видишь. Поверь мне, граф просто не решается заговорить с тобой о своих чувствах. Это виконт — легкомысленный повеса, легко и просто оказывает внимание девушкам. А граф рядом с тобой теряется, ему сложно открыться. И это говорит о том, что он далеко не равнодушен к тебе.

— Ах, бабушка, мне хотелось бы, чтобы это было так. Но… Он завтра уедет, и может быть, мы больше не увидимся. Понимаешь? Мне даже думать об этом больно. Бабуля, я думаю, а не преобразиться ли мне в мальчишку, который будет сопровождать в дороге графа? Ты же знаешь, я могу. И играть мальчишку мне труда не составит.

— Нет, Дария. Это совсем плохой вариант. Представь себе: вы остановитесь на постоялом дворе, в одной комнате, и придется лечь спать рядом.

Не знаю, что увидела бабуля на моем лице, но разозлилась.

— Нет и нет! Во сне ты можешь не удержать иллюзию и покажешься графу в своем истинном обличье. Как он на это среагирует? Я уже молчу о приличиях. Но что подумает о тебе граф? Ты хочешь, чтобы он решил, что ты легкодоступная дама?

— Бабуля, придумай тогда ты, что лучше сделать.

— Я думаю. В одном ты права — мальчишка-помощник в дороге графу не помешал бы. Нужен шустрый паренек, проныра, чтобы не только мог помочь графу в путешествии, но и приглядывал за окружением. Мальчишки — они такие. Всюду влезут, все узнают.

Закладка:

— И у нас есть такой!!!

— Да. Мы его уже проверили в деле. И оплатой, как я понимаю, он остался более чем доволен. А за его Алеськой мы присмотрим, пока он будет с графом. Так, давай я пошлю за ними в поселок сразу. Времени мало. А вопросов, требующих внимания, очень много.

Бабуля пошла отдавать распоряжения, а я выглянула в окно. По дорожкам сада прогуливался граф. Правда, прогулкой это назвать было сложно: он то быстро вышагивал, размахивая руками, как будто спорил с кем-то, то останавливался, замирал, как будто задумывался.

Я не могла упустить такой случай. Быстро бросив взгляд на себя в зеркало и поправив волосы, бросилась в сад, к графу. Может быть, удастся поговорить? Где наша не пропадала?!

Увы. Графа уже не видно. Куда он мог испариться за те пару минут, что я спускалась? Я бросилась искать.

— Дария?

Граф стоял у беседки. Я вылетела прямо на него, не заметив раньше из-за раскидистой сирени. Упс.

— Дария, как хорошо, что я Вас встретил. Я давно хотел поговорить.

Я решилась и подняла глаза на графа.

— Я завтра утром уеду. Вы знаете. И, возможно, нам не доведется больше свидеться.

Мысленно я застонала. А вслух… Как онемела. Вот и пытаюсь что-то сказать, и не могу.

А граф тоже замолчал. Только взял меня за руку.

— Даша, Вы хотя бы иногда вспомните меня?

— А Вы? — смогла выдавить из себя я.

— А я… Я все время думаю о Вас. Вы для меня… Я не умею говорить красивых слов. Если бы Вы могли заглянуть в мои мысли, мои чувства, Вы бы поняли, что Вы значите для меня.

Граф сжал мои пальцы, и я невольно поморщилась. Со всей ответственностью вам заявляю: все девушки хотят услышать красивые слова, и я не исключение, как оказалось. И мне хотелось услышать, что я единственная и неповторимая.

— Вы для меня… Я для Вас… Если Вы не против, я вернусь к Вам потом.

— Когда?

— Когда все образуется. Я должен сейчас поспешить к маменьке.

— А если это ловушка?

— Я справлюсь.

— Граф, я боюсь за Вас. Если бы я могла Вам помочь… Если бы Вы согласились…

— А я боюсь за Вас. Я сейчас в таком положении. По моим следам пускают убийц. Я не хочу, чтобы Вы пострадали. Это я должен защищать Вас от всех бед и проблем. А я… Так получается, что я только создаю для Вас проблемы. Но я справлюсь и вернусь потом к Вам. Я вернусь и скажу Вам все то, что сейчас не могу выговорить. Вы только не забывайте меня.

«Вот сейчас он, наконец-то, меня поцелует», — размечталась я, но боковое зрение показало бабулю, спешащую к нам.

Вот не могла она еще на пару минут задержаться?!

— Мысленно я буду рядом с Вами.

«И не только мысленно», — приняла я решение.

Глава 20

Иларий, граф Басов

Я злился на себя. Я же не мальчишка, почему же так робею перед Дарией? Почему даже двух слов толком связать не смог, почему не смог объясниться? Вспомнил любовную сцену из романа, которую зачитывал мне виконт. И сейчас, представив себя и Дарию на месте героев романа, я даже застонал, осознавая свое несовершенство. Но потом одернул себя. Надо думать о более серьезных вещах.

Я уезжаю, а в замке остается лжебарон, который способен обвести вокруг пальца доверчивых женщин. Кто их защитит в случае чего? Нет. Так оставлять все нельзя. Когда я смогу вернуться и довести дело с ним до конца? Не известно. Так что придется потратить лишний день, но отвезти лжебарона в город к дознавателям, самому доложить о происходящем, передать найденные документы и показания от служанки (мы их уже записали и заверили) и от баронесс.

Виконт поддержал меня. Старшая баронесса, к моему удивлению, на этот раз тоже не стала спорить со мной.

— Пусть разбираются дознаватели, — согласилась она. — Вы правы, так оставлять в замке то ли хитреца, то ли несчастного, непомнящего себя, нельзя. Более того, я прогуляюсь с Вами в город за покупками, а заодно загляну и к дознавателям, дам свои показания. Решено! Я выезжаю с Вами.

Против этого я не смог возразить. Баронесса вольна была в своих действиях, хотя мысли о том, что та хитрит и что-то задумала, не оставляли меня.

Последняя моя беседа с преступником опять не сложилась, он по-прежнему прикидывался ничего не понимающим. Уходя от него, я в сердцах бросил:

— Что ж, завтра мы передадим тебя правосудию, они не так будут с тобой беседовать. Им ты все расскажешь!

Я и не догадывался, к каким последствиям приведут мои слова.

***

Виконт уговорил Стеллу на последнее свидание той ночью. И романтичная девушка согласилась. Поздно ночью она вышла с сад к поджидающему ее виконту. Скрывшись от посторонних глаз в саду, виконт приступил к отчаянному штурму красавицы. Он говорил красивые слова, объяснялся в любви, и девушка таяла. Казалось, еще чуть-чуть и она сдастся. Но когда виконт произнес:

— Не сойти мне с этого места, если я лгу. — Стелла в ужасе закричала, а рядом с виконтом раздалось «Бдум», и упало тело лжебарона.

Оказалось, он спускался по веревке из окна и от неожиданного крика девушки, приметившей тень, ползущую по стене, сам испугался, ослабил хватку и… Приземление пришлось на кусты роз. Стонал и ругался не только лжебарон, но и все, кто того вытаскивал. Служанка, которая обслуживала барона, заливалась горючими слезами. Увы, она поддалась на льстивые речи негодяя и организовала тому побег. Ведь он обещал ей совместную счастливую жизнь в далеком маленьком домике с кучей ребятишек. А что еще нужно женщине? Но побег не удался, и мечты ее вот-вот рухнут. Не будет ни домика, ни заботливого мужа, ни ребятишек. Ох, как горько было ей.

— Вот глупая, — сокрушалась бабуля, — да наплел он тебе с три короба, сто лет ты ему нужна.

Но служанка не верила. Она рыдала и цеплялась за пострадавшего, пока тот грубо не отпихнул ее. Конечно, больше уже эту служанку лжебарон использовать не сможет. Так чего ему с ней церемониться?

— Исчезни с глаз моих, дура! Видеть тебя не могу. Что за непруха в последнее время! Сглазил меня кто-то, явно.

Я победно глянул на старшую баронессу. Все-таки я был прав! Лжебарон играл, притворялся. Стражники сопроводили того уже в комнату без окон и заверили, что глаз с него не спустят до утра. Отвечать на любые вопросы заключенный отказался. Этого и следовало ожидать. Ничего, дознаватели и не таким развязывали язык.

***

Утром мы с виконтом, в сопровождении уже большой компании, тронулись в путь. Меня баронесса уговорила взять с собой мальчишку, я же, мол, остаюсь один, без виконта, мало ли что, а мальчишка пригодится. Я не возражал, помощь не помешает.

Лжебарона везли в отдельной карете в сопровождении стражников. А старшая баронесса захватила с собой внука и какую-то девчонку-служанку.

Замок остался позади, и я грустил. Дария не вышла меня проводить, даже в окошко не выглянула. А все почему? Потому что я не смог ничего толком сказать ей о своих чувствах. Может быть, она на меня обиделась?

До города нам необходимо было добраться как можно раньше, успеть передать преступника дознавателям до вечера. Еще ночь охранять его не хотелось. Мы торопились и ехали практически без остановок.

Уже подъезжая к городу, я, оставив виконта с дамами, поспешил вперед, согласовать передачу дознавателям задержанного лжебарона. И, когда к управе подъехали наши кареты, дознаватели были уже наготове. Наш «барон» обзавелся наручниками и другой охраной.

Баронесса передала найденные документы, показания служанки и пообещала, что если возникнут вопросы, то она ответит на них завтра. Впрочем, и на следующий день особых вопросов к ней не возникло. И она простилась со мной, пожелав удачи.

— Я должна заняться своими делами, граф. — сказала она. — Жду от Вас вестей. Уверена, мы еще встретимся.

Виконт отбыл в столицу.

А меня попросили немного задержаться. И я, надеясь хоть что-то узнать по своему делу, согласился остаться на пару дней.

Дария, баронесса Томская

Закладка:

Бабулин план был прост и гениален.

Я появлюсь в поместье раньше графа, как невеста, следующая за графом, в образе Лии. Да, Лия не была его невестой, но родные-то об этом не знают. Зато Лию наверняка знают заговорщики и выйдут, если они в поместье, с ней на связь. Бабуля должна была сыграть роль компаньонки Лии, а Алеську мы захватили с собой в качестве служанки. Бабуля в предвкушении потирала ручки и сыпала инструкциями для меня. Я понимала, что моя роль не простая.

Да, я уже с «бароном» играла роль Лии. То, что лжебарон мне не открылся, объяснялось очень просто: он не доверял никому. Более того, он решил, что Лия, раз она свободно перемещается по замку, стала на сторону врагов, и предупреждал свою служанку ни в коем случае не беседовать с ней, то бишь со мной в образе Лии. Вот и в предстоящей ситуации могло возникнуть всякое непредвиденное. Поэтому бабуля все время проигрывала в уме, как может что сложиться. Но всего не предусмотришь. Мы надеялись, что если есть в поместье графа засада, то мы распознаем ее и успеем предупредить графа.

Главное, чтобы времени хватило до его приезда. Дознаватели, конечно, задержат графа, да и мальчишка наш приставленный должен постараться. Он смышленый, придумает как придержать графа. Надеюсь, что пары дней форы нам хватит.

Бабуля ворчала по поводу того, что мы не знаем фамилии «этой проходимки». Но после недолгих колебаний мы решили: раз Лия была баронессой Оренски, пусть ею и представляется. Алеська поклялась, что «вот ни в жисть нашей тайны не выдаст».

— Вы не сомневайтесь, госпожа. Нам столько с братом Николой пришлось крутиться, мы же сироты, а Вы к нам так по-доброму… Я все-все сделаю, как надобно, и никому никогдашеньки Вас не выдам.

Веснушчатое личико со вздорными косичками так серьезно клялось, что мы с бабулей рассмеялись. Девчонка нам нравилась. Была в ней искринка, легкость и задорность, что-то неуловимое, близкое нам с бабулей. Мы ввели ее в курс дела, не скрывая ничего. И я была уверена, помогать она будет, желая помочь, а не из-за обещанной платы, хотя деньги им с братом, конечно же, нужны. А бабуля, пошептавшись с девчонкой, вообще пообещала той, что возьмет их после этого дела под свою опеку.

— Учиться вам с братом нужно, а не думать, как раздобыть на кусок хлеба, — размышляла она. — Я займусь этим.

Ближайшие к поместью деревни мы уже проезжали, сменив облик. Останавливались у трактиров, или около лавочек. Я фыркала, глядя вокруг. А Алеська шептала любопытным, что я невеста графа, баронесса Оренски, и еду в поместье на встречу с женихом. Новости в деревнях разносятся быстро. И если графа ждут заинтересованные лица, то вскоре узнают о нас.

Глава 21

Дария, баронесса Томская

Новость о том, что в поместье едет невеста графа, добралась до поместья раньше нас. Когда я увидела, сколько людей (наверняка все, кто был в поместье) высыпало во двор нас встречать, мне стало нехорошо, и образ Лии, и новый образ бабули стали дергаться, поплыли.

— Ой-ей, — задергалась Алеська.

— Возьми себя в руки, или мы сразу развернемся и поедем обратно, — зашипела на меня бабуля.

«Что это я? Я же не настоящая невеста, почему так разволновалась?»

Дверцу кареты услужливо открыли, и сначала выплыла бабуля. В последний момент я вернула ей ее истинный облик. Надеюсь, она меня не убьет за самоуправство. Бабуля расправила плечи и гордым взглядом окинула всех встречающих. Если бы у кого-то и зародились сомнения в принадлежности бабули к аристократии, то сейчас от одного только ее взгляда, они бы рухнули. Да, что там. Не каждая аристократка способна так себя подать. А у бабули это не просто в крови, это неотъемлемая часть ее духа. Мне еще учиться и учиться так держать себя.

Впрочем, я играю сейчас Лию, не стоит забывать об этом. Я вышла из кареты вслед за бабулей и окинула взглядом само поместье. Дом был большим с колонами на входе, лестницей, ведущей к дому, по бокам которой расположились скульптуры. Нам навстречу спешила, улыбаясь, маленькая сухонькая старушка. Неужели это и есть маменька графа? Чуть в стороне сопровождал ее еще бодрый старик. Управляющий? Дворецкий?

Бабуля, как всегда, взяла все в свои руки. Она выступила вперед и начала объяснения-представления.

Старушка махнула рукой, мол, не церемоньтесь, глаза ее сияли:

— Дождалась. Я несказанно рада. Милая, позволь тебя обнять, — и бросилась ко мне.

А я опять растерялась. Да, я представляла, что так встречают не Лию, а меня. И что это я невеста графа, и мне так рады. Горло перехватил спазм. Мелькнула мысль, что зря мы с бабулей выбрали этот вариант. Но теперь уже поздно отступать. Но от того, что мы обманываем эту милую старушку, мне было не по себе.

— Мы опередили графа Илария? Приехали раньше него? — как ни в чем не бывало, гнула свою линию бабуля.

— И сыночек приедет? Вот радость!

Бабуля глянула на меня говорящим взглядом.

— А разве Вы не посылали за ним? Он сообщал, что от Вас прибыл к нему посыльный.

У старушки было непонимающее лицо.

Понятно. Никто за графом не посылал. Мы правы, это ловушка.

Нас, как дорогих гостей, разместили в прекрасных комнатах.

Бабуля сказала, что нам с дороги необходимо отдохнуть и привести себя в порядок. Алеську отправили «на дело», собирать данные об обстановке. Бабуля, видя, как я огорчилась из-за матушки графа, стала убеждать меня, что все мы делаем правильно, и наша ложь для спасения графа.

— Поверь мне, деточка, и граф, и его матушка поймут нас потом и еще спасибо скажут.

В спасибо от графа мне не верилось. Но в чем-то бабуля права. Мы разузнаем про ловушку и предупредим графа. Так что, надо собраться и не раскисать!

— Ладно, бабуля. Тебе действительно нужно отдохнуть с дороги. А я приму ванну, приведу себя в порядок и пойду осматривать поместье, знакомиться с его обитателями.

— Дария, может не стоит без меня? Все-таки, одни глаза хорошо, а двоих лучше. Да и мало ли какой неудобный вопрос тебе зададут. Дождись меня, я немного полежу и буду в форме.

— Хорошо. Постараюсь дождаться тебя.

Я дожидалась бабулю, когда заметила, что под дверь всунули записку. Я быстро подбежала к двери, выглянула. Увы. Ни в одну, ни в другую сторону коридора никого не наблюдалось.

После ужина у фонтана в парке.

Лаконично. И мы же ожидали этого? Ведь так? Записка жгла руки. Нет, я не могла дожидаться бабулю спокойно, я побежала к ней.

Тревожить ее, будить не пришлось, та уже собиралась ко мне.

— Ого, — заулыбалась бабушка, — быстро они клюнули. Все по плану, даже с опережением! Что ж, девочка, теперь надо продумать наш ход. С одной стороны, ты должна узнать их планы, но с другой стороны, твоя безопасность должна быть на первом месте. До ужина еще время есть, пойдем познакомимся с поместьем, заодно и узнаем, где там этот фонтан, и что можно придумать. к н и г о е д . нет

Но, как только мы спустились вниз, нас сразу пригласили в гостиную к матушке графа. Та, завидев меня, опять просияла, а я отметила, что моя бабуля выглядит не на много старше ее. Сколько же ей лет?

Все выяснилось несколько позже. Графиня сама стала рассказывать, что граф у нее поздний ребенок, долгожданный. Они уже с мужем совсем отчаялись, думали уже, что не доведется им стать родителями, иметь наследника. Потому, когда родился сын, радости родителей, любви к ребенку не было предела.

— Состарилась я уже, а так хочется внуков увидать. Мужу не довелось, умер, я уж думала, что и я не дождусь. А теперь… Я так рада, что сын мой, наконец, нашел свою избранницу, что женится. Он хороший мальчик, он заслуживает счастья. И тебя, деточка, я буду любить всем сердцем.

Я слушала графиню и опять переживала. Если бы я была собой, я бы позволила сейчас себе обнять старушку, сказать ей теплые слова, заверить ее, что я постараюсь сделать ее сына счастливым. А вот как вести себя в качестве лженевесты, не знала.

Бабуля постаралась сгладить ситуацию. Стала задавать вопросы о здоровье графини, о том, как ей живется. Потом высказала желание пройтись по саду перед ужином и — «нет, нет, не нужно нас сопровождать. Мы сами немного пройдемся и посмотрим вокруг».

Закладка:

Во дворе к нам вылетела Алеська, по задору, играющему на ее мордашке, было видно, что время она провела с пользой. Если бы бабуля на нее не шикнула, то та сразу бы начала выкладывать все, что узнала.

— Здесь уши, в саду расскажешь, — наклонившись к ней, сказала я тихонечко. И Алеська махнула головой, что поняла.

Мы степенно прогулялись по дорожкам, заглянули в беседку. Вроде бы за нами никто не наблюдал, но осторожность не помешает. В беседке бабуля присела, я осталась на входе, смотря по сторонам, а бабуля дала знак Алеське, что та может докладывать.

— Графа давно уже ждут в поместье. И соседи постоянно спрашивают, когда он приедет, и наведывались дважды незнакомые люди. Один раз, дней десять назад, приезжали двое и говорили, что граф им нужен по каким-то делам. А недавно, дня два назад, приезжал еще один джентльмен, говорил, что он приятель графа, и что ему непременно нужно встретиться с графом. Но никто не знал, когда того ожидать, и незнакомец уехал ни с чем. Только вот одна кухарка вроде бы видела этого незнакомца в поселке.

— А ты расспросила, как он выглядел?

— А как же! Я прикинулась, что если он приятель, то может, и моя госпожа его знает. Выспросила. Но… По такому описанию узнать сложно. Среднего роста, волосы темные, кучерявые, одет как джентльмен, ходит с тросточкой, лет тридцать-сорок.

— Н-да. Не густо. А имени его не запомнили?

— Нет. Слуги не запомнили. Вот, может, графиню спросить?

— Ладно, Леся, ты молодец. Только смотри, осторожно расспрашивай, никто не должен догадаться, что тебя интересуют определенные вещи, никто не должен понять, что ты для нас собираешь информацию. А теперь беги, нам еще фонтан нужно найти в парке.

— А что его искать? Вон по той дорожке пройти чуток и будет фонтан, а вокруг у деревьев скамеечки.

Мы переглянулись с бабулей, а Алеська поскакала, размахивая руками, в сторону конюшен. Вот ведь неугомонная!

Глава 22

Дария, баронесса Томская

— Бабуля, а у нас есть план?

— Н-да. Есть ли у нас план? — бабуля рассматривала кустики за скамеечками у фонтана. — Под кустик же ты меня не замаскируешь?

— Бабуля, почему кустик? Где ты, и какой из себя кустик?

— Вот и я думаю, что нет. И я думаю, что если присяду за каким-нибудь… Боюсь, если меня кто увидит, то неправильно поймут. А я в таком возрасте, что не хотелось бы…

— Ладно, ладно. Не объясняй. Вот только кто мне придет на помощь, если ситуация выйдет из-под контроля?

— А ты постарайся так сыграть, чтобы не вышла. За кустиками пусть присядет Алеська. Голосок у нее звонкий. Если что, так заверещит, что сюда сбегутся все дворовые, ну и я буду неподалеку.

Бабуля стала нервничать. Конечно, план-то так себе. Я храбрилась, но мысли, что, а вдруг Лия уже стала «лишней», и ее решат устранить, чтоб не мешалась, нет-нет, да и забредали в голову. Что я смогу противопоставить сильному мужчине? Как защититься, если нападет? Холодок пробегал по спине, и я лихорадочно прикидывала варианты. Но отступать, испугавшись первых трудностей? Нет. Это не по-нашему. Так что рискнем! Где наша не пропадала!

За ужином мне было не до разговоров. Но бабуля опять взяла графиню на себя, все время задавала той вопросы, отвлекая от меня. Алеську мы успели до ужина предупредить, и я теперь волновалась, не заметит ли ее незнакомец, когда придет на встречу. А я думала, что придет он раньше меня.

Медленно, поглядывая по сторонам, я шла к фонтану. Но не дошла.

— Стой, куколка! — раздалось из-за кустов около дорожки.

Я обернулась — но никого не было видно.

— Ты зачем сюда притащилась, и почему одна?

— Так напарничка моего словил граф и повез дознавателям в город сдавать. А я сюда направилась, знаю, что вы здесь графа поджидаете. Хорошо, что сразу на связь вышли. Надо придумать, как освободить моего дружка.

— С каких это пор ты Петера в дружки зачислила?

— Так дурное дело не хитрое, — хмыкнула я. А там пусть понимает, как хочет.

— Куда граф решил определить Петера?

— В Зарийск, к дознавателям.

— Ааа. Тогда ничего страшного. Есть там свои люди. Петер и сам справится.

— Оооо. Хорошо. Тогда я могу быть спокойна. Мне ждать графа здесь или уезжать в Зарийск за Петером?

— Подумаем. Завтра утром узнаешь. Все. Иди. А то и так долго на одном месте стоишь.

И я ушла на негнущихся ногах. К фонтану. А куда ж еще? Села на лавочку и обхватила голову руками. Вот как теперь быть?

— Леся, ты здесь? — позвала я.

— Туточки.

И Алеська выползла на площадку перед фонтаном.

— Беги за бабулей.

— Я мигом.

Через несколько минут бабуля устроилась на лавочке рядом, и я ввела ее в курс дела.

— Бабуля, надо делать ноги отсюда. Боюсь, лжебарон, Петер, как его называют сообщники, может опередить графа, и тогда и я стану мишенью. Как-то быть мишенью мне не хочется.

— Да, дело — дрянь! Думаю, ты права, завтра с утра уедем. Постараемся встретить по дороге графа и предупредить его. А за себя ты не переживай, как только выедем за ворота поместья, поменяешь внешность, и пусть разыскивают Лию. Ты-то не она.

— Бабуля, может, сегодня рванем? Как-то мне не спокойно стало, боязно.

— Поздно уже сегодня. А вот завтра рано утром…

— Не прощаясь?

— Да. По-тихому. Кучера я сейчас предупрежу, или Леська сбегает, скажет ему. А на ночь перебирайся ты ко мне. На всякий случай.

— Хорошо. Мне с тобой будет поспокойнее, может даже и уснуть смогу.

— Ничего, девочка, все будет хорошо.

***

Ночью нас разбудил шум — граф приехал.

Ой-ей! Не успели. Как теперь будем выкручиваться?

— Лия, открывай! — услышали мы грохот в соседнюю, мою дверь. — Не откроешь, высажу дверь! И ты мне ответишь, что еще задумала!

Бабуля тихонько попросила меня набросить на нее иллюзию. Раз. И вот уже мерзкая старуха выглядывает из нашей двери.

— Граф? Я правильно понимаю? Лия вечером в спешке покинула поместье. Ее там нет.

— Не может быть! С чего бы эта интриганка вдруг бежала?

Бабуля подошла к моей двери и моим ключом открыла ее.

— Можете сами убедиться.

Граф рванул в комнату. Обежал раз, другой, заглянул в шкаф, под кровать.

— Найду эту стерву — убью! Что за представление она здесь устроила?

— Насколько я знаю, граф, она хотела предупредить Вас об опасности. Говорила что-то про ловушку, которую Вам подготовили. Но подробностей я не знаю. Возможно, она оставила Вам где-то письмо. Утром поищите, а сейчас, позвольте мне лечь спать. Ночь как-никак.

Граф покинул наш коридор, а мы начали в срочном порядке сборы. Увы. Пока граф будет отсыпаться, мы должны успеть покинуть поместье.

Правда, очень хотелось узнать новости. А источник новостей у нас кто? Правильно. Долго ждать Алеську не пришлось. Появилась она через несколько минут и брата привела.

— Рассказывай! — Скомандовала бабуля мальчишке и присела на диван.

— А нечего рассказывать. Ничего не узнал граф, хотя дознаватели усердно допрашивали нашего «барона». Так усердно, что тот прошлой ночью и преставился.

— Не может быть! Граф-то хоть убедился, что тот мертв?

— Да никто не стал ему показывать тело. Вот только бумаги какие-то дали ему подписать и сказали: «Все. Дело закрыто». Мы и поехали в поместье.

— Ой-ей! Как же плохо! Ладно, Алеська, ты все знаешь, расскажи брату наши новости, да ничего не забудь! И решите, как связь между собой держать будете. Мы остановимся в поселке рядом под другими личинами. Выедем, а потом вернемся.

— Бабуля, карета наша приметная. Не получится.

— Да, упустила из виду. О!!! Придумала!!! Убьем сразу всех зайцев! Мы сейчас уедем. А вернется на лошади мой внук Дар и скажет, что я прошу помощи, что Дарию похитили. Граф не откажет, помчится тебя спасать.

— Бабуля, может, просто записку с посыльным?

— Нет, записке теперь граф не поверит.

— А как же я? И ты говорила про ночевки, что нельзя…

Закладка:

— А он нашу карету встретит. Мы где-нибудь подальше от этого поселка остановимся. Вроде бы мы ехали к графу за помощью, да я ведь старенькая, притомилась, вот ты на лошади один и поскакал вперед.

— Так, пожалуй, стыкуется. Может, и нормально будет. А записку от Лии оставлять будем?

— Не стоит. Я подумала, он может знать почерк Лии, и тогда только навредим.

— А что мы потом скажем графу?

— Когда будет «потом», тогда и решим!

Глава 23

Дария, баронесса Томская

Из поместья графа выбирались тихонько, оглядываясь по сторонам. Мне все казалось, что вот сейчас раздастся окрик графа: «Cтоять!». Я даже бабулю предупредила, что если вдруг появится внезапно граф, то наброшу на нее иллюзию старушенции, которая выглядывала к нему, а на себя иллюзию ее служанки. Когда выбрались во двор, и я смогла вздохнуть свежий утренний воздух, то чуть не закашлялась. Оказывается, я от напряжения чуть дышала.

Мы быстро погрузились в карету, и кучер щелкнул кнутом. Но окончательно я успокоилась и поверила, что мы сбежали, только тогда, когда поместье графа скрылось с глаз. Я расслабилась и вдруг услышала от бабули сначала «кх, кх», как будто она сдерживала кашель, а потом и заливистый смех.

— Ой, не могу, — в промежутке между всхлипываниями, пояснила она, — я вспомнила как граф тебя искал в шкафу и под кроватью.

Бабуля смеялась так заразительно, что вскоре и я, и Алеська вторили ей. А вместе со смехом уходило и наше напряжение. Поселок, который рядом с поместьем, мы проскочили, когда только чуть светало. До следующего был почти час езды. Мы воспользовались этим временем, чтобы обсудить что и как будем говорить графу дальше.

Да, я собиралась опять обманывать графа. Но это же для его блага, это не считается? Ведь нельзя ему оставаться в поместье. Мало ли что запланировали заговорщики, мы же даже не знаем, как они собираются убрать графа.

— Бабуля, а что я ему скажу?

— Скажи, что я с тобой, то есть с внуком, вернулась из города, а в замке тебя нет и никто не знает где ты. Что вещи все твои на месте, поэтому мы и решили, что тебя похитили. Барон обратился за помощью к стражникам, но те ничего пока не обнаружили. Вот как-то так.

— И мы не могли придумать ничего лучше, как поехать к графу за помощью?

— Да. Потому что я верю в графа, верю в то, что он откликнется и поможет.

— А если он не согласится? Что тогда?

— Ты сразу возвращайся ко мне на постоялый двор, только обязательно упомяни, где я осталась тебя дожидаться, а еще, что мы возвращаемся обратно. Не жди его решения. Я уверена, он, может, и не сразу, но бросится за нами.

Комната на постоялом дворе нам досталась такая, что хотелось побыстрее покинуть ее. Увы. Ничего лучшего не было. А эта… Маленькая, грязная. Белье на постелях было несвежее, но я так устала, что решила поспать все-таки пару часов, прежде чем возвращаться в поместье. Алеська суетилась и пыталась хоть чуть-чуть вычистить наше временное жилье.

— Ты уж постарайся не задерживаться, — давала напутствие бабуля, когда я отъезжала к графу, — я здесь долго не выдержу. Как вернешься, сразу двинемся в путь до лучшей гостиницы или постоялого двора.

Я мысленно застонала. Ох, и тяжелые у меня пошли времена.

Иларий, граф Басов

Домой я летел на всех парах, злой на дознавателей. Вот как такое возможно? Мало того, что они ничего не узнали, так еще и лжебарона, с виду такого здоровяка, потеряли. Как такое могло произойти? Начальник службы дознаний разводил руками и говорил, что сам не понимает. Но когда утром стражник зашел в камеру, то задержанный был мертв. Лекарь подтвердил, что тот давненько скончался, и ничем уже помочь задержанному он, лекарь, не может. Тело быстро отправили в морг, а дело закрыли. Была у меня мысль сказать покойнику, что я его прощаю, но… На меня замахали руками и сказали: «Граф, не добавляйте нам работы, умер и умер».

А дома меня встретила другая «радостная» новость. Оказывается, Лия, моя бывшая содержанка, набралась наглости и приехала к моей матери, сказав, что она моя невеста. На что рассчитывала эта бестия? Почему мать не признала в ней женщину, скажем так, не очень высоких правил? Хотя матушку можно понять. Она так ждала, что я женюсь, что обрадовалась бы любой девице. А та представила себя баронессой, да еще и компаньонку где-то нашла.

Не откладывая в долгий ящик, я хотел разобраться с этой интриганкой, но и тут не повезло. Та сбежала. Одно меня утешало: есть и хорошая новость — матушка не больна. Хотя, это говорит о том, что баронесса права, и меня ждут подготовленные сюрпризы. Не зря же меня сюда вызвали. И виконта нет, не с кем посоветоваться. Но дальше бегать от проблем я не собираюсь. Пусть попробуют меня достать. А я буду предельно осторожен.

Каково же было мое удивление, когда на пороге поместья появился внук старшей баронессы Дар. А новости меня вообще сразили. Пропала Дария. Неужели ее похитили? Но как заговорщики могли узнать, что она мне стала дороже жизни? Не понимаю. Или причина в чем-то другом? Что могло с ней случиться? Я должен поспешить и разобраться на месте. Хорошо, что баронесса вспомнила про меня и обратилась за помощью.

Мальчишка переговорил со мной и помчался обратно, к баронессе на постоялый двор. Как все-таки он похож на сестру. И голос, и манера держаться. Не о том я думаю. Нужно срочно собираться в дорогу. Печально, что с матушкой толком и не поговорил. Ничего. Вот придет время, и привезу я к ней Дарию. То-то она обрадуется!

Глава 24

Артис, виконт Мирье

Иногда я размышлял, а не сросся ли я с выбранной маской? Уж больно легко мне давалась игра в веселого, легкомысленного повесу. Я становился душой компании, где бы ни появился. Несколько улыбок, пара забавных историй — и все, собеседник уже твой. Я не заводил ни с кем нудных серьезных разговоров, я не жаловался никому на свои проблемы, и все вокруг думали, что у меня все легко и просто, кажется, даже завидовали.

А дамы? Каждой женщине нужно хотя бы немного внимания, обожания, признания. Поверьте, это целая наука, быть дамским угодником. Но, когда я входил в салон, на бал, все дамы вокруг начинали мне улыбаться и искать моего внимания. Ведь рядом со мной они расцветали, я легко дарил им то, чего они так желали. Вот только сердце свое я прочно держал за закрытой дверцей. И как бы ни стучалась к нему какая-нибудь прелестница, не открывал. Хотя мысли о том, какая из них могла бы достучаться, иногда приходили ко мне. Но… Наверное, такая женщина еще не родилась.

Когда граф обратился ко мне за помощью, предложил составить ему компанию в путешествии, я даже обрадовался. Новые места, новые встречи и впечатления. Это же замечательно. Да и будет потом, что рассказать.

В опасность путешествия я не верил. Заговор? Помилуйте, в нашей стране все чинно и благородно. И мне казалось, что граф что-то не так понял, до тех пор, пока на него не напал с ножом незнакомец. А уж когда выяснилось, что графа пытаются отравить…

Мне пришлось посмотреть на историю графа другими глазами. И сейчас, добираясь до столицы, я дал себе слово, что разберусь. Если это какие-то глупые шутки или спектакли… Да не похоже это ни на шутки, ни на спектакли отвергнутых любовниц. Да, про женское коварство я наслышан, женщина может такое сотворить… Но в том-то и дело, что граф не особо общался с женщинами.

Лия? Но она быстро утешилась после графа с другим покровителем и даже всячески показывала это. Каким же ветром ее принесло опять к графу? Нет, на женские игры это мало походило. Скорее уж, все хотели представить в таком свете, поэтому и привлекли Лию.

Я мчался в столицу и строил планы. Как мне быстро разобраться в ситуации?

Если принять на веру, что граф не ошибся, и заговор существует, то в первую очередь нужно понять, на чьей стороне канцлер? В то, что канцлер замышляет что-то против короля, не верилось. Зачем ему? Он и так практически второе лицо у нас. Практически все в стране делается или по указке канцлера, или с его ведома. Он хочет занять место короля? Не верится. Зачем ему? У него и так власть почти полная. Дело в этом «почти»? Я должен разобраться.

Закладка:

Начать я решил с проверки, арестованы ли те джентльмены, которые попытались втянуть в заговор графа. Если да, то канцлер ни при чем, и мы напрасно стали подозревать его. А вот если нет…, если они на свободе…

Что тогда? Тогда следует проследить за ними и увериться в том, что заговор не миф. Но я же так далек от всего этого. Я и проследить? Как-то смутно я для себя это представляю. Обратиться к кому-то за помощью? Но где гарантия, что я не нарвусь на заговорщика?

Приняв, после дорожных размышлений, решение действовать в зависимости от обстоятельств и уже потом решать, что делать, я немного успокоился. В столицу въезжал, уже строя совсем другие планы. Первым делом, приведя себя в порядок, я должен показаться в обществе. А там…

***

Общество встретило меня, можно сказать, с распростертыми объятиями. Мне были рады все, ко мне тянулись, приветствовали и расспрашивали, где я так долго пропадал. А я, я напускал туману: дамам намекал на разбитое сердце, господам — на неотложные дела и успех в них. В общем, всем давал то, что они хотели услышать. Заодно и сам понемногу спрашивал, как у кого здесь дела, что нового в свете. Выискивал глазами тех, кто по словам графа, пытался склонить того к участию в заговоре. И не находил.

Только я решил, что с канцлером мы ошиблись, для подтверждения собрался уже спросить у кого-нибудь, где такие-то и такие-то, почему их не видно, как один из них показался на приеме. Интересно. Как ни в чем не бывало держится. Подойти к нему? Не стоит. Он знает, что я дружен с графом, может заподозрить. Я легко перешел к дамам и стал сыпать комплиментами. Вокруг меня опять привычный цветник. Вот кто заподозрит во мне серьезного человека, пытающегося разобраться в заговоре?

Правильно! Никто. А ближе к концу вечера даже тот подозреваемый подошел ко мне и поприветствовал. Я и с ним раскланялся, спросил, как дела.

А у меня в ответ спросили, давно ли я видел графа, не знаю ли я, где он?

— Да я был занят своими делами, вот только вернулся, к графу еще не заглядывал. На днях, конечно же, навещу его. Что-нибудь передать?

— Да, нет. Просто поинтересовался, давно не видел его в обществе.

Что ж. Все понятно. Спрашивать про его приятеля я не стал. Просто потянулся за очередным бокалом разносимого шампанского. Вот теперь начнется самое интересное. Надо решать, что делать дальше. И к кому обратиться? Оставлять все как есть, у меня даже мысли не возникло.

Но вот кто сможет противостоять канцлеру? Не знаю.

А кто может сообщить королю о готовящемся заговоре? Мне на прием не попасть. Надо думать.

И как бы самому не попасться на заметку к заговорщикам. Но. Кто не рискует… Придется рисковать.

Я и не подозревал, что в это время у меня дома уже лежит записка от Главы тайной канцелярии с просьбой посетить его в самое ближайшее время.

А когда прочел, понял: вот к кому я могу обратиться за помощью. А если и он в стане заговорщиков, то все мои метания бессмысленны. Останется только бежать, присоединившись к графу, чтобы сохранить и его, и свою жизнь.

***

Я, конечно же, с утра поспешил на встречу и… Начались танцы с бубнами. Вот как иначе это назвать? Глава тайной канцелярии прощупывал меня, мою лояльность к королю, а я все не решался открыто высказаться, пока не получил прямой вопрос:

— Виконт Мирье, меня интересует, почему граф так поспешно покинул столицу? Не случилось ли чего-то в его жизни экстраординарного? По долетавшим до меня сведениям, Вы составляли ему компанию?

— Если Вы хотите узнать, в курсе ли я заговора, то — да, в курсе. А Вы, лорд Тисней, на чьей стороне?

— Какой странный вопрос, — ухмыльнулся тот, — но так и быть, отвечу. Я — Глава тайной канцелярии, я служу королю и защищаю интересы короля и всей нашей страны. В конце концов, я давал клятву верности.

— Канцлер ее тоже, я так полагаю, давал, однако же…

— Как интересно! Давайте выкладывайте все, что знаете, и со всеми подробностями, даже незначительными на Ваш взгляд, виконт.

И я выложил. Все! Да, я пытался понять реакцию Главы, но лицо его было непроницаемым. Только когда я останавливался, он подталкивал меня к дальнейшему изложению. Вот когда я выговорился, лорд Тисней предложил мне сигару и стал задавать вопросы. Только исходя из этих вопросов, я уверился, что правильно поступил, открывшись. Глава тайной канцелярии был на стороне короля! Я нашел союзника! Более того, он уже подозревал заговор и искал подтверждения своим наблюдениям. А вот кто стоит во главе заговора? Как мне поступать дальше?

— Вы мне понадобитесь здесь, виконт. Не уезжайте. Ведите привычный образ жизни, но обращайте внимание на мелочи, которые выбиваются из привычного ряда. Мы с Вами встретимся чуть попозже, — на прощание услышал я от лорда Тиснея.

Покинув тайную канцелярию, я отправил записки графу на адрес его поместья и, на всякий случай, в замок барона. Очень хотелось написать и весточку Стелле. Как там моя красавица? Нас с ней застали… неожиданно. Старшая баронесса даже намекала, что теперь я обязан жениться. Но быстрый отъезд графа и его поручение спасли меня от вынужденной женитьбы. Хотя… Так ли я против нее?

Перед глазами возникла моя прелестница Стелла. До чего же красивая девушка! Кажется, я даже скучаю по ней. Ничего, придет время, и я опять навещу замок, мы обязательно встретимся!

Глава 25

Дария, баронесса Томская

Вернулась я от графа на постоялый двор совсем усталой. Все-таки держать иллюзию, да ещё и длительное время — огромная затрата сил. Да, по дороге, когда никого не было рядом, я ее сбрасывала, но в людных местах, даже там, где меня не знают, набрасывала опять. Мало ли граф поинтересуется, проезжал ли мальчишка на лошади и когда. Вот только усталостью и могу объяснить, что, когда перед глазами мелькнуло знакомое лицо лжебарона, я решила, что показалось, и не придала этому большого значения. А зря.

Бабуля меня встретила с нетерпением, напоила чаем и, разузнав, как все прошло, предложила сразу двигаться дальше. Но у меня, казалось, ныли все мышцы. День клонился к вечеру. Предыдущую ночь мы не спали. Я очень устала, и хотелось только одного: рухнуть на кровать и закрыть глаза. Те пару часов, что я поспала, лишь слегка добавили мне сил. Я начала уговаривать бабулю дать мне хоть немного времени отдохнуть. В карете-то какой отдых?

Но бабуля согласилась дать мне только час и это с учетом ужина. А еще после скачки хотелось, пусть не искупаться, но хотя бы обтереться водой. Я двигалась, как пьяная, спала на ходу. За ужином с трудом смогла что-то впихнуть в себя. Вышла из-за стола во двор и, присев на лавку, прикрыла глаза.

Как потом рассказала мне Алеська, а она как раз выносила вещи грузить в карету и видела меня, села я Даром, закрыла глаза и стала Дарией. Даже та небольшая иллюзия, что я набрасывала на себя, когда превращалась в мальчишку, слетела.

Но на меня вроде бы никто не смотрел, и она решила не тревожить, дать мне отдохнуть немного и побежала дальше. А когда спустилась уже с бабулей, меня на лавочке не было. Бабуля даже рассердилась вначале: что за капризы у меня, куда я могла податься? Но Алеська бросилась сразу расспрашивать людей, видел ли кто, куда я подевалась. Вот тогда они и услышали, что двое мужчин, взяв меня под руки, тащили меня в карету, которая сразу и укатила.

Кто-то и хотел спросить, что со мной, но меня так быстро загрузили и увезли, что никто и не спросил. Когда до бабули дошло, что случилось, она враз осела. Леська еще бегала, спрашивала, видел ли кто, куда покатила эта карета, а бабуля не могла и двух слов сказать. Хорошо, что Алеська наша — бойкая девчонка. Вернула и комнату на постоялом дворе, и попросила, чтобы помогли завести и уложить бабулю. Та порывалась ехать, искать карету со мной, но… Алеська здраво рассудила, что с бабулей в таком состоянии двигаться куда-то нельзя. Лучше дождаться графа. Она очень надеялась, что граф приедет. А если не граф, то ее брат примчится. Вот тогда они все вместе и смогут найти меня.

Закладка:

***

Я очнулась в каком-то подвале, не понимая, где я и что со мной. Приглушенный свет падал из маленького отверстия почти у самого потолка. Из него же поступала и струйка свежего воздуха. Пахло сыростью и плесенью. Руки и ноги у меня были связаны, и я валялась на какой-то вонючей дерюжке. Во рту привкус какой-то гадости. Пить хотелось ужасно.

Но я только успела глянуть по сторонам, как услышала скрип ключа в двери. Вошли двое. Прикрыв глаза, пыталась хоть что-то вспомнить и понять.

— Все еще в отключке. Ты не перестарался со своей гадостью?

— Да не подумал, что не взрослый человек, наверное, слегка перебрал.

— И когда она теперь придет в себя?

— А кто ж ее знает.

— Но жива-то хоть будет? А то, если попортили товар, то нам не заплатят.

— Знаешь, давай ее в таком виде передадим, а то еще, действительно, не заплатит. Ты видел его взгляд? Брр. С таким связываться, себе дороже.

— Получим деньги и забудем про него. Сразу рванем подальше.

— Да, это точно. Но знаешь, не пойму я, зачем ему эта пацанка? Ох, недоброе дело, боюсь, он задумал.

— А ты не думай. Наше дело — сторона. Мы заказ выполнили, деньги заберем и поминай, как звали.

Мне было очень страшно. Особенно, когда я поняла, что они знают, что я не мальчишка. Кто заказал им похитить меня? Как узнать? А может, пообещать им денег больше, чем им предложил наниматель? Ведь не душегубы же они. Может, отпустят?

Я сделала вид, что прихожу в себя.

— Пить, воды.

Кто-то из похитителей засуетился, и перед моими губами возникла кружка с водой. Я жадно прильнула. Вода больше разливалась. Рука похитителя, державшая кружку, чуть дрожала.

Я чуть подняла глаза. Надо же рассмотреть, кто передо мной.

— Где я? Что со мной?

— Ты, эта, не переживай. Скоро придет хозяин, и все узнаешь.

— Помогите, я заплачу, много заплачу, — начала я.

Но тут послышался шум за дверью, и я чуть не застонала. Поздно. Не успела. Остается одно: опять прикинуться, что я без сознания.

Мужики поспешили за дверь, к своему нанимателю. Что говорили, я не поняла. А вот вскрик и шум падающего тела услышала. Второй явно бросился бежать, но по скоро наступившей тишине догадалась, что и второму пришел конец. Ужас. Холодный, липкий страх. Как легко и просто он разобрался со своими подельниками. Не пожалел. Значит, и меня не пожалеет. Кто же это такой? Зачем я ему?

Скрипнула дверь. Я лежала с закрытыми глазами.

— Так, так, — послышался голос лжебарона.

Я не могла ошибиться, это был он.

— Не притворяйся, я вижу, что ты меня слышишь, — захихикал мерзко.

Шаги. Ко мне. Вот сейчас.

Спасительная темнота накрыла меня. Я опять потеряла сознание.

Глава 26

Иларий, граф Басов

Сборы были недолгими. Сердце сжимала тревога, и беспокойство за Дашу гнало меня вперед.

Баронессу я нашел там, где Дар и указал. Вот только состояние ее оставляло желать лучшего. Вокруг баронессы суетилась молоденькая девчушка, служанка.

— Граф, на Вас одна надежда, — заплакала баронесса, — помогите. Спасите мою кровиночку.

— Как же Вы в таком состоянии отправились в дорогу? Как Вас теперь довезти домой, в замок?

— Не надо в замок. Здесь нужно искать, кто и зачем похитил Дашу. Ой, как же теперь быть? — Старушка опять залилась слезами, причитая совсем непонятное для меня. — Я виновата, не прощу себе.

Девчушка опять подсунула баронессе какое-то питье и спросила:

— Может, мне рассказать?

— Да. И рассказывай все. Только, граф, выслушайте нас до конца, не кричите сразу.

Что-то мне нехорошо стало от такого вступления. Но то, что прозвучало в первых же фразах, ввело меня в шок.

— Мы это скрываем ото всех, но сейчас придется Вам открыться. Даша — маг иллюзий.

— Как?

— Граф, — встряла старушка — кинжал, которым Вас ранил наемник, не был отравленным.

Я лихорадочно вспоминал те события, свои видения.

— Так, значит, мне ничего не казалось? Это Даша играла?

— Да. Надеюсь, Вы простите ей эти шалости.

А я вспомнил наш поцелуй. Значит, он тоже был на самом деле? Это она под видом привидения приходила ко мне? А потом испугалась, и иллюзия спала? Но почему я потом увидел прекрасную фею?

— Даша может набрасывать на себя иллюзию другого человека?

— Да, граф. В таверне у нас она была служанкой, которую подговорили Вас отравить, в замке она была Лией, пытаясь у лжебарона узнать, вправду ли он потерял память, и Вы видели моего внука Дара. Это тоже Даша.

— Ничего не понимаю. Я же видел Дара совсем недавно.

— Дашу похитили после того, как она вернулась от Вас. А до этого, мы, узнав о ловушке, просто пытались заставить Вас покинуть Ваше поместье.

— Оооо. Я так понимаю, что и в поместье была не настоящая Лия?

— Да. Мы проверяли, вправду ли Ваша маменька больна.

Я уже скрипел зубами. В голове не умещалась безрассудность, рискованное поведение этих дам. Но толку сейчас ругаться? Надо спасать Дашу.

— Граф, Даша очень переживала за Вас, вот и уговорила меня помочь Вам. Если бы я не согласилась, она бросилась бы одна Вам помогать.

— Как ее похитили? Что Вы узнали?

Девчушка стала быстро докладывать. Увы. Не густо. Но хоть что-то.

Я позвал Ника, ввел его в курс дела, и мы начали опрос всех по новой. Кто был, начиная с утра, на постоялом дворе? Были ли чужие? Кто приезжал вчера, уезжал ли кто? Когда подъехала карета? Были ли на ней опознавательные знаки? Вопросов было много. И шаг за шагом кое-что выяснили.

Из интересного: днем в карете приезжал незнакомец, крутился здесь, наливал усердно братьям с хутора и о чем-то с ними торговался. Потом уехал, и братья с ним вместе. По описанию незнакомец был не из простых. И чем больше расписывали его, тем больше бледнела девчушка Алеся, которая крутилась рядом.

— Ты что-то поняла? Узнаешь кого-то?

— Дяденька граф, это, наверное, лжебарон, Петер который.

— Лжебарон умер в камере дознавателей, к которым мы его завезли.

— Ах, нет. Мы не успели Вам рассказать. Даша в облике Лии встречалась с Вашими недругами, и они сказали, что у барона там есть подвязки, и что он справится сам. Его отпустили, скорее всего, просто Вам сказали, что он умер.

— Не может быть! Хотя… Я не видел тела. Если этот негодяй оказался на свободе, то он бросился, конечно же, сюда, к своим дружкам, которые меня поджидали.

Но, не вяжется. Зачем ему Даша, если их послали расправиться со мной? Разве что, меня на живца выманить? Тогда должна быть записка.

Размышлял я недолго. Есть же еще одна ниточка. Братья с хутора. Если незнакомец — барон, то с братьями он и договаривался о похищении Даши, дав им свою карету. Нужно срочно на хутор!

***

От картины на хуторе, открывшейся нам, мороз пошел по коже. На пороге лежал весь в крови один из братьев, а в следующей комнате — другой. Хладнокровно убиты.

Не оставил свидетелей.

Я бросился осматривать дом, когда Ник приметил дверь в погреб.

— Сюда.

Но Даши там не оказалось. На сыром полу валялась только дерюжка, рядом кружка и какие-то веревки. Это Дашу связывали? А сейчас — нет? Что же с ней?

Не могу передать, что чувствовал. Все внутри меня заледенело. Я старался держать себя в руках, не дать отчаянию захлестнуть себя. Нужно действовать. Нужна холодная, трезвая голова. Куда же могли повезти девушку?

Я должен найти и спасти Дашу!

Глава 27

Дария, баронесса Томская

Первый раз я очнулась, когда похититель пристраивал меня в карете, крепив ремнями к лавке, руки и ноги уже были свободны от веревок и неприятно кололи иголками — восстанавливалось кровообращение.

«Это хорошо, может, получится сбежать», — успела подумать я, как лжебарон поднес к моему рту флягу.

— Пей.

Я сделала глоток. Это была не вода, а какая-то гадость. Я попробовала выплюнуть, но похититель нажал на меня:

Закладка:

— Пей, а то хуже будет.

Я сопротивлялась изо всех сил, но что я могла против сильного мужчины? Так или иначе мне пришлось сделать глоток, и не один. Хотя часть зелья пролилась мимо рта, но и я наглоталась, видимо, достаточно, потому что в голове сразу помутилось, и я опять отключилась, на сей раз, сном.

Не знаю, сколько я спала. Очнулась, когда похититель заносил меня в какое-то здание. Все виделось как в тумане, я и пошевелиться толком не могла, но расслышала, как тот потребовал комнату и сказал, что я больна, поэтому комната нужна одна. Он за мной ночью должен ухаживать.

Я пробовала что-нибудь сказать, но из горла вырвался только стон.

В комнате меня небрежно сгрузили на кровать. И я опять от резких движений застонала. Что же мне так плохо? Что со мной?

Лжебарон только ухмылялся, посматривая на меня.

— Думаю, есть ты не хочешь. А вот попить надо тебе опять дать.

И он достал ненавистную фляжку.

— Воды, — как-то смогла выдавить я из себя.

Похититель задумался на мгновение.

— Пожалуй, ты права, немного воды все же не помешает. А то еще не довезу тебя, обидно будет потерять такую пташку.

Я напилась воды, но облегчения это не принесло. Наоборот, меня опять стало клонить в сон. А все тело горело как в огне. Кажется, сквозь сон, меня поили опять гадостью из фляжки. Но не уверена. Даже когда я приходила в себя, сознание было сумеречное. Я с трудом осознавала себя. И мысли были вялыми.

Потом помню осмотр лекарем (не помню где), который вырвал меня из сна и задавал какие-то глупые вопросы. Рядом с лекарем стоял мой похититель и, кажется, был недоволен. А мне было все равно. Я понимала, что больна и, кажется, серьезно. Но даже и об этом думать не хотелось.

Сколько так прошло времени? Не знаю. Но однажды ранним утром я проснулась в чистой постели, прислушалась к себе и поняла: я в порядке, а еще очень хочу есть. Рядом на стуле сидела и спала какая-то женщина. Я решила ее не тревожить и попробовала встать. Увы. Не получилось, и я упала на подушки, а женщина открыла глаза.

— Леди, Вы очнулись? — обрадовалась она. — Я сейчас позову хозяина.

— Не надо, — тихим скрипучим голосом попросила я. — Мне бы поесть.

— Я сейчас, минуточку.

Вокруг меня засуетились, прибежали еще две служанки. Одна принесла поднос с чашкой бульона. О, какой аромат! Другая служанка приподняла меня уже вместе с подушкой, и я с жадностью смотрела на пристраиваемый возле меня поднос. Но тут зашел мой похититель, и аппетит пропал. Я вспомнила, что я пленница.

Мой испуг, ужас был настолько очевиден, что одна из служанок ахнула.

— Все вон! — приказал лжебарон, и служанок как ветром сдуло.

— Барон Оренски, или как вас там, Вы не хотите объясниться, зачем похитили меня? — горло першило, и говорила я с трудом.

— Я все объясню, когда Вы поправитесь. Видите ли, вы были серьезно больны, и мы уже опасались за Вашу жизнь. Я рад, что кризис миновал, теперь Вам нужно восстанавливаться.

Как-то разом силы меня оставили, голова опять закружилась, и я прикрыла глаза. А открывать, как ни тормошили меня прибежавшие опять служанки, не хотелось. Хотелось только, чтобы все оставили меня в покое. Со мною что-то делали, даже накормить пытались. Но я была как кукла в вате. Только краешек сознания еще теплился.

Глава 28

Дария, баронесса Томская

Счет времени я потеряла. Но в какой-то момент опять пришло просветление. На сей раз я не дергалась, лежала тихонечко и прислушивалась к себе. Ничего не болело. И мысли в голове были ясные. Только решила приоткрыть глаза, как услышала голоса — кто-то зашел ко мне в комнату.

— Что ж, давай глянем на твоего мага иллюзий. Где она? — незнакомый голос.

— Да вот же, в постели, лорд Бетлим. Я говорил, болеет она сейчас. — А это уже голос лжебарона.

— Эта девушка? Ты шутишь? В ней нет магии абсолютно, ни сколечко.

— Как нет? Я сам своими глазами видел, как она сбрасывает иллюзию и опять преображается. Я видел ее в образе абсолютно не похожей на нее женщины Лии. Если бы служанка, которая ухаживала за мной в замке, не рассказывала до этого про то, что младшая баронесса любит переодеваться в мальчишку, и я не обратил бы внимание, что манера держаться, говорить другая, не такая как у Лии, хотя внешне она была один в один как Лия! Я бы обманулся, когда она зашла ко мне в замке. Но я старый лис, осторожный. Меня ей не удалось одурачить, хотя иллюзия была полная.

— Не знаю, что ты видел, Петер. Конечно, нам маг иллюзий очень пригодился бы, то же алиби для герцога сделать. Я уже и планы, после твоего сообщения, начал корректировать, но… Увы. Это не маг иллюзий. Она вообще не маг.

— Я не мог ошибиться!

— Тогда возможен другой вариант. Говоришь, она тяжело болеет?

— Да, практически не приходит в себя. Хотя лекарь говорит, что не понимает, что с ней. Вначале была горячка, так я и понял, что она не спит под действием моей настойки, а без сознания.

— Подожди. Воспроизведи все, чем ты ее дурманил.

— Вначале наемнички подсунули ей вдохнуть платок с дурницей. Она и поплыла. А потом уже я поил ее настойкой сорицы.

Незнакомец застонал.

— И ты не знал, что магия и сорица не совместимы? Для магов эта трава — яд. Это обычный человек от нее просто засыпает и то потом головой мучается. А маг… Как она еще только живой осталась? Но магию в ней твоя сорица убила, это точно. Я же вижу ауру. Так что теперь твоя кукла бесполезна. А жаль.

— Не может быть! Ай. Я столько времени и сил на нее потратил. И что мне теперь с ней делать, выкидывать ее? Но она же, наверняка, запомнила кто ее похитил.

— Это твое теперь дело. Но… Свидетелей, малейших подозрений не должно быть. Ты и так накосячил. Еще одна такая ошибка и… Сам знаешь, разговор у меня короткий.

— Простите, лорд Бетлим. Я все исправлю.

Мужчины удалились. Я через пару минут попробовала открыть глаза. В голове молоточком стучала одна мысль: «Это не может быть правдой, я не могла потерять магию!» Постаралась себя успокоить, но не получалось. Я должна была проверить слова незнакомца! Подняла к лицу ладонь и попробовала изменить. Ничего. Пальцы какими были, такими и остались. Нет, не верю!

Я пробовала снова и снова, пока опять не стало плохо. В изнеможении я закрыла глаза и забылась тревожным сном.

Разбудила меня служанка.

— Леди, надо покушать. Я Вас сейчас покормлю.

Я не сопротивлялась и не показывала, что мне уже намного лучше. Вот только очень хотелось помыться. Я задумалась, как мне уговорить служанку.

— Вот и хорошо. Вот мы и поели, — наконец она закончила меня пичкать бульоном.

Я в волнении даже вкуса его не почувствовала. Как же хочется в ванную.

— Вы кто? — просипела я.

Служанка обрадовалась: наконец я хоть как-то себя проявила.

— Я Ваша служанка Мрия. Есть еще сиделка. Она сейчас отдыхает.

— Мрия, можно как-то занести меня в ванную и помыть?

Та задумалась на минуту, потом:

— Я сейчас узнаю. Попробуем. — И убежала.

Через какое-то время (я все пыталась встать и не могла), опять зашел Петер, посмотрел на меня тяжелым взглядом:

— Н-да. Задала ты мне задачу. Вот что мне теперь с тобой делать? Без магии иллюзий ты — ненужная пустышка. Хотя избавиться от тебя я всегда успею. А возможно, и придумаю еще как тебя использовать. Так что живи пока.

Он ушел, а я от холодного липкого страха не могла никак прийти в себя.

Что меня ждет? Сколько времени я проболела? И меня до сих пор не нашли. Магии во мне теперь нет. Как мне спастись?

Артис, виконт Мирье

Граф получил мою записку и приехал, не взирая на грозящую ему опасность, в столицу. Я был с ним согласен: где бы он ни был, за ним охотились, так уж лучше не прятаться, а делая дело, смотреть опасности в глаза.

Новости мой друг привез печальные — похитили Дашу. Зачем, почему? Не известно. Выкуп никто не запросил.

Закладка:

Граф подозревал, что похититель — лжебарон Оренски, но след, на который вначале он вышел, ни к чему не привел. Следы кареты похитителя затерялись. Вроде бы карета направилась в сторону столицы. Но вокруг столицы столько поместий, куда она свернула с главной дороги, кто знает.

Вместе с графом в столицу пожаловала и старшая баронесса в надежде, что граф найдет ее внучку. Я навещал ее, старушка совсем сдала. Смотреть на то, как она убивается, было горько и больно.

Граф просил о помощи и Главу тайной канцелярии, а когда тот отказал, сказав, что не хватало им еще девиц разыскивать в такое время, то Иларий выложил свой главный козырь: Даша — маг иллюзий. Вот тогда лорд Тисней сделал стойку.

— Причина похищения, скорее всего, и кроется в этом! Заговорщикам очень пригодился бы маг иллюзий. Что ж, раз это касается заговора, то мы возьмемся за розыск вашей баронессы.

Нас с графом просили об одном — не вмешиваться.

— Когда вы понадобитесь, мы вас привлечем.

— Лорд Тисней, позвольте нам хотя бы быть в курсе поисков. С лжебароном Оренски, который, как я думаю, замешан в этом, мы уже имели дело. — Просил граф.

— Он наверняка сейчас под другим именем, но мы будем иметь ввиду все, что Вы рассказали.

Но граф не успокоился, правильнее сказать старушка-баронесса не дала ему сидеть и ждать у моря погоды. В ее голове родился новый план поисков, граф, хотя план и был очень сложный в реализации, ее поддержал. И вот сейчас, поздно вечером мы сидели, и я выслушивал графа.

— Понимаешь, карета с похитителем, как мы отследили, двигалась в сторону столицы.

Граф развернул карту.

— Смотри. Вот здесь, на этом постоялом дворе, он ночевал. Нам рассказали, что с ним была совсем больная девушка, без сознания. Похититель внес ее в комнату, завернутую в плащ. Служанок в номер не пускал. И их видели только утром, когда он отъезжал. Дарию, а я уверен, это была она, он внес в карету. Я вместе с помощником Ником объездили все трактиры и постоялые дворы вокруг. Больше он нигде не останавливался. А теперь смотри, что предлагает баронесса.

Граф стал отмечать на карте.

— По этой дороге и до столицы вот такой сектор. Да, это огромная территория. Но баронесса настаивает, а я думаю: она права, что проверить нужно все.

— Тебе и года не хватит, чтобы объездить все поместья и дома в этом радиусе!

— А деньги на что? Мы нанимаем море людей, беспризорников. Каждому отводим для проверки свой участок. Причем взрослые и беспризорники будут дублировать друг друга. Всем выдается часть денег вперед, для скорости на перевозчика. Их задача: поговорить с людьми, узнать нет ли в этом месте по описанию человека, похожего на нашего барона, не приезжал ли кто в это время с девушкой. Возможно, девушка больна, поэтому стоит опросить всех лекарей.

— Ого! Масштабные действия.

— Да. С беспризорниками будет работать баронесса и Алеся, а со взрослыми — ты. Все отмечаете и записываете. Рассчитываетесь. Ник на связи со мной, он хорошо держится на лошади. А я буду выезжать на места, где что-то вызовет подозрение, где мелькнет ниточка. Тому, кто действительно найдет Дашу, я пообещал хорошую награду. Так что стараться будут все. Дня за два-три мы прочешем весь этот район и найдем Дашу!

— Ох, я начинаю верить в успех. Одно скажу: главе тайной канцелярии такая операция и не снилась.

— У главы тайной канцелярии нет в советниках старушки-баронессы. Это такая движущая сила! Горы свернет, а своего добьется!

Глава 29

Дария, баронесса Томская

Какое же это блаженство погрузиться в ванную с водой! Все мои волнения, тревоги, страхи отступили. Здесь и сейчас я просто наслаждалась. Несмотря на то, что служанки обтирали меня постоянно, у меня все равно было ощущение, что я нахожусь в липком коконе выступающей из меня болезни.

А сейчас, когда меня помыли, и я просто лежала в воде, не желая вылезать, мне казалось, что я снова стала сама собой. И расставаться с этим ощущением я не желала. В ванную комнату заглянула уже и сиделка, не понимая, почему я так долго не желаю выходить. Попыталась, вторя служанке, тоже уговорить меня покинуть воду. А я обратила внимание, что она вся в слезах. Но спросила в чем дело не я, а служанка. А та, поднеся платочек к глазам, стала рассказывать:

— Девочка-сиротка до слез всех довела своей историей. Ее кухарка, пока хозяин отлучился, завела на кухню хоть немного подкормить, а та, мало того, что бросилась помогать, так такую историю рассказывала. Вот все и ревут. Не только я и кухарка, все, кто слушали, а нас там собралось, считай, половина прислуги. А как она пела! А голосочек такой звонкий, жалостливый. И выводит так:

Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Волны и ветер, земля, облака, верните ко мне моего моряка.

Я от шока ушла под воду и, конечно же, наглоталась воды.

Не может быть! Это же моя песня! Это же я ее написала к музыкальному вечеру! Неужели…

Но меня быстро подхватили и теперь уже всерьез стали вытягивать из ванной.

— А где та девочка, может, можно и мне послушать?

— Леди, никак нет. К Вам-то никого не велено пускать.

Я глянула на решетки на окнах и тяжело вздохнула. Да, ко мне заходят немногие и, наверняка, за дверью еще кто-то охраняет.

— Жаль. — Только и смогла выдавить я. — Я, кажется, знаю эту песню и эту историю. Но может быть, это какая-то другая.

На удивление, сил у меня прибавилось. И я поняла, что даже сама могу перемещаться. А еще во мне вспыхнул азарт. Что, если эта девочка-сиротка — Алеська? Если это меня ищут, а может быть, даже нашли? Может быть, просто хотят убедиться, что я — это я, и что я здесь? Как мне дать знать?

Я присела на постель и попросила Мрию открыть окно, вроде бы мне воздуха мало. А сама стала рассказывать:

— Моя история грустная, о любви, о простой девушке Лилии, которая всем сердцем полюбила парня. Парень был моряком и, отправляясь в долгое плаванье, признался девушке в своей любви, сказав: «Жди меня, нас не разлучат ни моря, ни океаны. Я вернусь к тебе», и надел на палец девушки колечко с камушком. И девушка ждала. Каждый день поднималась она на утес, смотрела в даль и звала свою любовь.

Рассказывая (а и служанка, и сиделка, как завороженные, слушали меня), я подошла поближе к окну и… запела. Запела насколько хватало голоса. Хоть после болезни сил было не очень много, но мгновения — и голос зазвучал, рванулся за окно:

— Милый, любимый, услышь меня. Пусть моя песнь долетит до тебя. Где бы ты ни был в далеком краю, голос услышь мой, то как зову. Волны и ветер, земля, облака верните ко мне моего моряка.

Кажется, приоткрывалась дверь, и заглядывал охранник, но никто не стал останавливать меня. А я продолжала свою историю. Под окнами уже стал собираться народ и смотреть вверх, на мое окно. Сиделка забеспокоилась:

— Леди, не пойте, хозяин узнает, и нас выгонят за то, что мы за Вами не досмотрели.

Но пришло время зова, припева, и я опять пела! А про себя молилась, только бы Алеська (а я так надеялась, что это она) услышала меня. Я высматривала среди людей ее головку, но… Взгляд зацепился за мальчишку. Это же Ник! Да, да! Я не ошиблась. Это мои ребятки! Значит, и бабуля где-то рядом, и возможно, граф. Меня нашли! Нашли! Все будет хорошо.

Я дала отвести себя от окна и уложить, и теперь уже со счастливой улыбкой прикрыла глаза.

Служанка просила рассказать, что же было дальше.

— Завтра. Завтра дорасскажу.

Алеся

Думаете, если бы не я с бабулей (она разрешила мне ее так называть), они бы нашли Дашу? Нет! Вот потеряли на постоялом дворе след и что? Ах, ох, не видел больше никто похитителя и Дашу. Порыскали вокруг, но ни в трактир, ни еще на какой постоялый двор больше похититель не заезжал. И что? Приехали в столицу и сидим переживаем? А Даша как же? Вот я и стала возмущаться с бабулей на пару, вот и предложила, что сама побегу (ну, можно и Ника захватить) по ближайшим поселкам людей расспрашивать, не видел ли кто, не приезжал ли кто. А бабуля и говорит:

Закладка:

— А если еще ребят набрать, да пообещать вознаграждение, так, может, и оббежите всю округу. Найдете помощников с Ником?

— Да, сколько ребят готовы на любую работу, только бы заработать на кусок хлеба. А мы им еще про правое дело расскажем. Наберем столько, что мест, куда бежать, не хватит! Только рассчитаться надо будет.

— Тогда собирайте с Ником ребят, а я с графом переговорю. Под лежачий камень вода не течет, надо действовать!

Вот так у нас и завертелось. Только меня не пустили бегать по участкам. Сказали, что я должна здесь принимать и анализировать сведения от ребят, а вот когда что-то найдут…

Нашли. Мои ребята и доложили, что в одну усадьбу недавно вернулся хозяин. По описанию, точно наш барон. А вот один или с кем-то — не понятно. Ни граф, ни бабуля сунуться туда не могли, их барон мог в лицо знать. А вот к детям кто присматривается? Да, никто. Вот мы с Ником и отправились «на дело», проверять наш ли это барон, с ним ли Даша. А граф наш ждал в соседней деревне, стараясь не попадаться особо на глаза.

Я, когда увидела этого лжебарона, так чуть не заплясала от радости. Нашли! Но граф сказал, что нужно выяснить, там ли Даша. Барона, если сразу задержать, то тот будет молчать, и мы не сможем потом найти Дашу. Может, за бароном нужно проследить, куда он еще ездит, где бывает. Ну, ему виднее.

Прикинулась я сироткой-побирушкой и пошла в усадьбу. Только дождалась, когда лжебарон выедет, как начала просить жалостливо милостыню. Хорошие люди попались, не прогнали сразу. Кухарка даже на кухню завела. А там я уже контакт наладила. И помогла, и Дашину историю рассказала, на жалость и слезы всех вывела. А потом аккуратненько стала про их житье-бытье расспрашивать. Много ли работы? Лютует ли хозяин? Как хозяйка?

Так и выяснила, что хозяин один, без хозяйки, но вот привез подопечную — совсем больную девушку. Думали, что не выживет, но вроде бы пошла теперь на поправку. Я стала предлагать помощь, говорила, что мать моя была знахаркой, что я травки разные знаю, может, и смогу помочь вылечить их больную. Мне бы только посмотреть на нее.

— Ох, нет, — отвечала кухарка, — к девушке той никого не пускают, более того, покои ее охраняют. А зачем и почему — никто не знает.

Тут забежала помощница кухарки и кричит:

— Выгляньте во двор, больная-то наша как поет и твою песню, девонька!

Я выскочила, но народ уже расходился. Опоздала. А Ник знаками стал сигналить, чтобы я к нему шла. Я простилась, поблагодарила сердобольную новую знакомую и побежала к Нику.

— Дария здесь. Я ее видел. Вон то окно, которое с решеткой, посмотри.

— Надо скорее бабулю обрадовать!

Глава 30

Иларий, граф Басов

Первым порывом, как только прибежали Алеся и Ник и сообщили, что видели Дашу, было броситься в усадьбу и вытащить ее. Я не боялся ни барона, ни его охрану. Мне кажется, я бы сейчас горы свернул, не то что справился бы с ними. Но… Я обещал, что горячку порочь не буду, что будем действовать сообща, все взвесив. Сердцем я рвался в усадьбу, к Даше. Но сам мчался в город, к виконту и баронессе. Ребят оставил на всякий случай следить за усадьбой.

Однако виконт охладил мой пыл, напомнив про Главу тайной канцелярии.

— Пойми, — убеждал он, — мы не можем без его ведома что-то предпринимать, мы обещали не вмешиваться. Вот, не теряя времени на споры, наведаться к нему и сообщить, что мы нашли барона и Дашу, это — да.

Что ж, возможно он прав. Но это все… задержки. Ладно, наберусь терпения.

Лорд Тисней нахмурился, увидев нас.

— Вы не вовремя. У меня сейчас очень напряженно со временем. Так что постарайтесь коротко о главном, чему обязан видеть вас?

Виконт сразу выдал:

— Мы нашли барона Оренски и нашу Дарию, баронессу Томскую.

— Надеюсь, сгоряча не натворили дел? Не спугнули мне заговорщика?

— Лорд Тисней, мы к Вам, чтобы согласовать дальнейшие действия.

— Вот и хорошо. Вы мне оба пригодитесь. Сегодня решающий вечер. И лишними ваши шпаги не будут.

Мы с виконтом переглянулись. Виконт сразу подтянулся, и в его глазах зажегся огонек предвкушения.

— Минут пять у нас еще есть, так что введу вас в курс дела. Вы знаете наш закон о престолонаследии: король, если нет наследника, сам назначает, кому переходит корона. А если нет такого указания, то…

— Выбирает дворянское собрание большинством голосов.

— Да. Сегодня большой прием у лорда Бетлима, это, как вам известно, один из претендентов на престол. На прием собираются преданные лорду дворяне, канцлер, ну, и «группа поддержки». Как вы думаете, зачем? Все это масштабное действие имеет одну цель: заставить короля отречься от престола в пользу лорда Бетлима.

— Наглый план. Король откажется, и все. А охрана не позволит его убить.

— В том-то и проблема, преимущество в силе на стороне лорда Бетлима. А наличие в зале большого количества дворян, даже канцлера, должно будет убедить короля, что в случае его отказа подписывать отречение, его просто устранят, и власть перейдет к лорду Бетлиму уже благодаря дворянскому собранию.

— Это сомнительно. Не так уж много дворян сможет предъявить королю лорд.

— Да. Но сомнения посеет. А на кону жизнь. Так что вариант, что король дрогнет, возможен. В любом случае, короля не собираются выпускать из замка.

— Не проще ли королю просто не появляться в замке?

— И ждать, когда и где опять проявятся заговорщики? Нет, ядовитую траву нужно вырывать с корнем. Конечно, я отговаривал Его величество появляться у предателя на приеме. Но… Он сам хочет посмотреть на заговорщиков своими глазами. Часть из них мы перехватим по дороге, и их места займут мои люди. Но всех задержать не реально, да и возникнут подозрения, может сорваться вся операция. Пароль на вход сборища я вам скажу. Опознавательный знак тоже покажу. Так что решайте, с нами ли вы?

— Я рад служить королю! — бодро выдал виконт.

— Лорд Тисней, Вы знаете, я на стороне короля, вот только я беспокоюсь о безопасности Дарии, баронессы Томской. Да и некоторые заговорщики знают обо мне, как о не согласившимся, тот же канцлер. Если, почувствовав опасность, лжебарон Оренски сбежит, то он не оставит свидетеля — Дарию, он убьет ее. Позвольте мне вытащить ее из усадьбы, защитить ее.

— В Ваших словах есть резон, граф, и я понимаю Ваши чувства.

Глава тайной канцелярии поморщился и вызвал секретаря.

— Выдайте графу предписание на выдачу баронессы Томской.

А мне:

— Справитесь?

— Да. Благодарю, лорд Тисней.

С выданным документом, сообщив по дороге старшей баронессе, что мчусь за Дашей, я поскакал к усадьбе. Баронесса, легкая на подъем, тут же загрузилась в карету с двумя слугами и выдвинулась за мной.

Ребята на входе сообщили, что барон не возвращался. Отлично! Препятствий нет. Вперед!

Я предъявил на входе бумагу о выдаче Даши и, не слушая возражений по поводу того, что таких здесь нет, рванул вперед, ориентируясь на окно, указанное Ником.

Глава 31

Дария, баронесса Томская

«Скоро, скоро меня вызволят», — твердила себе я, пытаясь успокоиться. Но волнение сложно было унять. Служанка принесла ужин. Но я и есть не могла. Взяла только яблоко. А ужин… Предложила сиделке со служанкой подкрепиться. Кормили меня неплохо: с барского стола. И мои соглядатаи, убедившись, что я не стану есть, решили попробовать. А потом и чай разлили.

Я выглядывала в окно — с одной стороны, ждала, не появятся ли мои спасители, а с другой, не хотела смущать трапезничавших. Вдруг служанка поперхнулась и закашлялась. Я обернулась: та давилась, держась за горло. А сиделка в ужасе смотрела на нее, выронив чашку с чаем.

«Яд?» Я подбежала к девушке, губы у той посинели, и она хрипела. Сиделка опомнилась и стала звать стражу, требовать лекаря.

— Чай?

— Наверное, я не успела хлебнуть, только ко рту поднесла.

Значит, лжебарон все же решил от меня избавиться и тогда, когда его самого в усадьбе не будет. Но как подло! Я представила, что вот сейчас, когда оставалось чуть-чуть до желанной свободы, сделала бы сама этот глоток чая, и меня затрясло. Накрыла истерика, и я стала пытаться вырваться из этой комнаты. На шум стали сбегаться слуги и в ужасе смотреть на служанку. А я кричала, что все они убийцы, раз помогают убийце.

Закладка:

Кто-то все же сбегал за лекарем, и тот стал суетиться около несчастной девушки. Стражники стушевались под напором слуг, и я прорвалась на выход. Вот только не ориентируясь в доме, да еще вся на эмоциях, забрела куда-то не туда.

Алеся

Я рванула вперед графа и… как споткнулась. В коридоре была толпа гомонящих на все лады слуг.

— Отравили.

— Бедная девушка.

Граф остановился вслед за мной. Смотреть на него было страшно.

— Поможет ли лекарь?

Может, Даша еще жива? Я рванула к двери. Стражники стояли понуро. Чувствуют свою вину. Никто меня не задерживал. Я влетела в комнату, глазами ища Дашу. Но на полу лежала незнакомая девушка. Это Даша в такой иллюзии?

— Граф, — бросилась я к графу, который был в ступоре, — раз иллюзия не спала, значит, она жива.

Лекарь вливал в девушку какое-то лекарство и требовал много теплой воды.

— Это Даша? — в какой-то непонятной мольбе, граф взирал на меня.

Потом упал на колени перед девушкой, взяв ее за руку и… заплакал.

Я отвернулась в сторону и… увидела Дашу, бредущую по коридору. Рот открылся, и я смотрела то на нее, то на девушку, которая лежала на полу. А слуги во все глаза смотрели на графа.

— Я так и не успел сказать тебе главного, раньше не нашел слов. Все слова для тебя казались незначительными. Я не мог передать всего того, что чувствую к тебе. Солнце мое, жизнь моя, не уходи. Я не представляю этого мира без тебя. Мне ничего не нужно, только, чтобы ты жила и была счастлива. Не уходи.

Теперь и Даша смотрела широко открытыми глазами на графа, зажав ладошкой рот.

— Граф, — позвала я.

Но тот даже не обратил на мой зов внимания.

— Вы мне все мешаете, — стал возмущаться лекарь. — Нужно вызвать рвоту, а тут вы…

— Иларий, — позвала Даша, и граф обернулся.

Мгновение, не веря своим глазам, он смотрел на Дашу, а потом:

— Ты? — и сорвавшись с места, подхватил ее, прижал к себе. — Я думал, что сейчас умру вместе с тобой. Даааашаааа.

Вы думаете, что было дальше? Правильно! Граф поцеловал Дашу! Да так, что все женщины, да что там женщины, практически все ахнули, заулыбались, кто-то и слезинки стал вытирать, кто-то кхекать, ну, а кто-то и от комментариев не удержался. Только, по-моему, ни Даша, ни граф ничего вокруг себя не видели, и не слышали.

Граф так на руках и понес Дарию на выход. А та обняла его, закрыла глаза и тихо улыбалась.

Глава 32

Дария, баронесса Томская

Граф нес меня на руках, а я просто блаженствовала и думала: «Я счастлива! Вот так бы всю жизнь». Я не видела ничего вокруг, только крепче прижималась к Иларию, как вдруг на меня налетел ураган с криком «Дашенька» — это бабуля попробовала меня обхватить в свои объятия.

— Граф, немедленно верните мне мою внучку!

Объятия разжимать не хотелось, но и по бабуле я соскучилась. Очень!

— Ах, ты негодная девчонка, — стала тормошить меня она, — так меня заставила волноваться. — И заплакала.

— Бабуля, все хорошо. Я цела и невредима. Не плачь.

— Да я от счастья теперь плачу. Благодарю Вас, граф. От всей души благодарю.

— Да я же… Я… — граф опять разучился изъясняться, и я рассмеялась, а потом вспомнила:

— Бабуля, только я магию потеряла.

— Совсем? А ты знаешь из-за чего тебя похитили? Не из-за магии ли?

— Да. Лорд Бетлим говорил, что им бы очень пригодился маг иллюзий, но увы…

— Вот и хорошо, что ты не могла им помочь.

— Да, только, раз я ненужная оказалась, то от меня решили избавиться.

— Даша, все позади. Не стоит вспоминать о плохом, — вступил граф. — Давайте в карету, и возвращаемся в столицу.

Мы не стали задерживаться, и когда усадьба скрылась из глаз, я вздохнула с облегчением. Мои злоключения позади.

Алеська в дороге прижалась ко мне, и я стала гладить ее по непослушным волосам. Надо будет ей подарить красивые бантики и украсить ими заплетенные косички — вот здесь и там.

— Бабуля, правда Алеське красиво с бантиками будет?

— Очень. Да, Алеська? Дать тебе посмотреться в зеркальце?

И тут до меня дошло. Они видят мои бантики? Моя магия вернулась? Я могу опять накладывать иллюзии?

— Ура!!!

Алеська хлопала в ладоши. Бабуля улыбалась во весь рот.

— Графу, я полагаю, пока рассказывать не будем?

— Не-а. Должна же быть во мне какая-то загадка?

Артис, виконт Мирье

Об опасности я не думал. Я был горд тем, что могу послужить короне, и мечтал о подвиге. Может быть, для кого-то это покажется и глупым, но на мой взгляд, мужчину делают его поступки. А защита короля — самый, что ни на есть, геройский поступок. Я уже представлял, что рассказываю Стелле, как заслонил собой короля, а она ахает, восхищаясь мною, и шепчет: «Вы — мой герой».

Увы. Дело не дошло даже до хорошей драки. Все произошло так прозаично. Огромный зал приема был наполнен людьми, но большинство из них были людьми короля. Мы рассредоточились по всему залу небольшими группками. Каждая группка должна была взять в окружение и обезвредить в нужный момент указанных им людей. Организация была четкой.

Противников со шпагами было немного. Очевидно, заговорщики были в уверенности, что король пойдет на попятную и сопротивления не окажет. Охрана при короле была немногочисленной. Ведь это был дружественный прием, и королю, вроде бы, нечего было опасаться.

Герцог Бетлим, разряженный, с горделивой улыбкой величественно приветствовал всех прибывших. На возвышении были приготовлены кресла для короля, самого герцога и между ними для канцлера.

Король улыбался. Он улыбался и когда герцог, склонившись к нему, стал что-то говорить, достав бумаги из кармана камзола. Мы напряглись. Решающий момент. А король вдруг как засмеется. Так, смеясь, и махнул рукой.

И тут же все пришло в движение. Охрана короля выступила вперед. Гвардейцы, выскочившие из двери, окружили герцога и канцлера. А мы, те, кто в зале, предложили сторонникам герцога сложить оружие, конечно, тем, у кого оно было. Все произошло за считанные минуты. Король перестал смеяться и обвел тяжелым взглядом зал.

— Пощады изменникам не будет.

И ушел. А люди из ведомства лорда Тиснея стали надевать наручники задержанным и выводить их из зала. Глава тайной канцелярии подошел ко мне, поблагодарил за участие, помощь и сказал, что я теперь могу быть свободен.

А меня интересовал еще один важный момент: барона Оренски арестовали? Где он? Но в том столпотворении найти ответ на свой вопрос не представлялось возможным. Ничего, потом все узнаю.

Глава 33

Дария, баронесса Томская

Вот наконец мы и дома! Как я соскучилась по своей привычной жизни, по ночным купаниям в озере, скачке по окружающим полям, даже по Стелле!

Граф, конечно, сопровождал меня, он теперь так боялся меня потерять, что бабуля хихикала:

— Ох и тяжело тебе придется с такой опекой, девочка.

— Ничего, думаю, это поначалу, потом перевоспитается.

Виконт с самым серьезным видом сразу нам сообщил, что сопровождать нас считает своим долгом. Я попробовала сказать, что теперь-то никакой опасности нет, и мы благополучно доберемся до замка, но бабуля стукнула меня локтем, а виконту:

— Будем Вам очень признательны, — и хитренько заулыбалась. А мне потом в карете выговор сделала:

— О сестре твоей подумать надо. Чем не партия для нее? Хорош, благороден и мне очень даже нравится. Так что быть Стелле виконтессой Мирье!

— Бабуля, ты же Стеллу не спрашивала, может быть, ей он не по душе.

— Да что ты говоришь? Как ночью в сад к нему пробираться — так по душе, а замуж — так и в кусты? Э, нет! Будет по-моему.

Спорить с бабулей бесполезно. Я и решила поговорить потом с сестрой, узнать, что она думает, чего хочет.

Граф сразу по приезде направился к моему отцу и попросил моей руки. Бабуля, конечно же, контролировала процесс, а то мало ли что. Но родители согласились. Правда, потом я подслушала, что они между собой удивлялись.

Закладка:

— Я была уверена, — говорила маменька, — что Стелла выскочит замуж первой, а с младшенькой будут проблемы. Ведь Стелла затмевает ее и красотой, и манерами.

— Уверен, — отвечал отец, — и Стелла не засидится, вот-вот и ей сделают предложение.

Но виконт молчал. Нет, он оказывал Стелле знаки внимания, говорил комплименты, звал на свидания, но… предложения руки и сердца так и не было.

Граф написал своей маменьке в поместье и послал Ника за ней. Решено было привезти ее в замок для знакомства с будущей родней и подготовки к свадьбе. Со свадьбой решили не затягивать, но без маменьки графа дату не назначали. Однако подготовка началась полным ходом. Все предвкушали скорое празднество, только Стелла была грустной. И я понимала почему. Но вот как ей помочь?

Мы, пошептавшись с бабулей, подговорили Стеллу (а это было очень непросто) и, как только родители уехали в город за покупками, приступили.

За обедом бабуля как бы между делом сообщила последнюю новость:

— А вы знаете, что у нас в округе не одна свадьба планируется? Говорят, приехал домой сын барона Лепского. Он служит в дипкорпусе в одной из соседних стран, не припомню в какой. Так вот отпустили его в отпуск домой жениться.

— А невеста кто? Мы ее знаем? — Помогала я бабуле.

— Никто пока не знает. Он сказал: «дайте мне пару дней на встречу с моей избранницей, я должен вначале получить ее согласие».

— О, как интересно! — это уже заинтересовалась Стелла. — Я помню его, мы же в детстве дружили. Потом он вырос и поступил в военную академию. Приезжал изредка, но всегда наносил нам визиты.

— Не скромничай, Стелла, не нам, а тебе. Он к тебе всегда спешил и всегда смотрел на тебя влюбленными глазами.

Виконт поперхнулся и закашлялся. Как же ему не нравился наш разговор!

«То ли еще будет», — предвкушала я.

Бабуля сменила тему, и виконт начал успокаиваться, а после обеда предложил Стелле пройтись по саду. Граф и мне предложил прогуляться, но я, сославшись на дела с портнихой, сбежала.

Бабуля у нас была координатором. Тайные знаки, которыми мы должны были обмениваться, были понятны только нам. Мы с бабулей следили за парой Артис-Стелла. Все надеялись, вдруг сейчас, после наших намеков, виконт решится. Увы. Стелла подала знак начинать действия и присела на лавочку. Я преобразилась. Бабуля чуть подкорректировала мои внешние данные, и вот к этим двоим вышагивает статный красавец при полном параде, с букетом в руках.

Виконт, наверное, не поверил своим глазам, оценивая соперника. А, что это соперник, сомнений не возникало. А Стелла (вот актриса!) засмущалась и опустила глазки.

— Стелла, дорогая, — не обращая внимания на виконта, бросился к сестре бравый молодец, — я так счастлив, что снова вижу тебя. Сколько раз я представлял в мечтах нашу встречу.

Цветы оказались уже в руках Стеллы, и она, наклонив головку, смотрела через них на молодого человека.

— Вы вспомнили обо мне, Клодий, я рада.

— Я и не смог бы забыть, — красавец встал на колено, — милая, любимая, я приехал за тобой. Только ты можешь составить счастье моей жизни. Выходи за меня замуж, Стелла. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива!

— Позвольте… — не удержался виконт.

— Клодий, это так неожиданно. Я очень рада тебя видеть, но…

— Стелла моя невеста! И выходит замуж за меня! — поспешил виконт.

— Ах, мне нехорошо, — и Стелла изобразила обморок.

Тут же появилась бабуля и стала прогонять мужчин.

— Все вопросы решите потом. Ступайте, не мешайте мне приводить в себя внучку.

Я, то бишь старый друг и новый жених Стеллы, быстро ретировалась. А то еще чего доброго виконт вызовет меня на дуэль.

Виконт бросал взгляды то на меня, то на бабулю со Стеллой. Выбрал Стеллу и остался на месте.

Бабуля чуть сжала руку внучки, и та чудесным образом приоткрыла глаза.

— Что со мной?

— Милая, ты теряла сознание. Как ты сейчас себя чувствуешь?

— Не знаю. Кажется, нормально. О, какие цветы, — обратила она внимание на упавший букет. — Постойте, я помню, приходил…

— Он ушел, — виконт был резок.

— И…

— Да, я сказал ему, что ты моя невеста, что он опоздал.

— Виконт, — вступила бабуля, — Вы просили руки моей внучки? Что-то я не в курсе.

— Как только вернется барон с женой из города, попрошу.

— Ооо.

— А Вы, Стелла, Вы же мне не откажите? Вы согласитесь стать моей женой и идти по жизни со мной рука об руку вместе?

— Не знаю, виконт. Мне нужно подумать. Я не готова так сразу ответить согласием.

— Стелла, я столько раз говорил Вам о своей любви, неужели Вы сомневаетесь?

— Я дам Вам ответ, после одного маленького испытания. Вы согласны, виконт?

— Я готов на все!

Глава 34

Артис, виконт Мирье

Иногда мне кажется, что не я сам управляю своей жизнью, а обстоятельства руководят мной. Я же в ближайшее время не планировал никакой женитьбы! Как я мог вступить в спор за руку Стеллы? Как я мог решиться и сделать предложение? И еще согласиться на какое-то испытание?

Да, я отдаю себе отчет в том, что влюблен в эту девушку, и что она мне очень дорога. Да, я не хочу ее потерять. А если она выйдет замуж за этого красавца… Увы. Надо отдать должное тому, молодой человек произвел на меня впечатление и, наверняка, на Стеллу тоже. Но не поторопился ли я?

Если посмотреть на моего друга графа Илария, то сразу видно, что тот счастлив и ждет не дождется, когда назовет Дашу своей женой. А я? Чего на самом деле хочу я? Хочу ли я Стеллу назвать своей? — Да, хочу! И чтобы никакие там красавцы к ней не подкатывались! Она моя! Я хочу, чтобы только мне она улыбалась, дарила поцелуи, объятия и ласку. Ах, какие необыкновенные ощущения у меня всякий раз, как я прикасаюсь к ней! И я хочу большего!

Так, может быть, все замечательно, и так и должно быть? Ведь прежняя жизнь мне наскучила, и я собирался ее изменить. Я стану серьезным женатым человеком! Родители одобрят мой выбор. А сам я? Если честно, то страшновато так резко менять образ жизни. Женюсь — и все, никаких прелестниц рядом. А нужны ли они мне? По большому счету, нет. Я устал уже быть дамским угодником, устал говорить комплименты всем дамам вокруг себя. Вот для Стеллы… Они сами срываются с губ.

И да, я хочу, чтобы она была счастлива. Хочу видеть ее каждый день, хочу делить с ней радости и тревоги. И, самое главное, я хочу, чтобы она была моей. И не час или день, а навсегда! Это и есть любовь? Кто знает?

Да, а что еще за испытание? Получается, что Стелла может еще мне отказать? И я потеряю ее? Нет! Я не согласен! Стелла — моя, и только моя! Никому ее не уступлю!

***

Я вернулся в замок и, услышав голоса в музыкальной комнате, направился туда.

— А вот и виконт, — встретила меня Стелла.

— Я рада, что Вы присоединились к нам, — услышал я Стеллу номер два.

Вначале я решил, что у меня проблема с глазами, потряс головой. Но две Стеллы стояли рядом, похожие как две капли воды, смотрели на меня и улыбались.

Иллюзия? Так вторая Даша? Но ведь говорили, что она потеряла магию после зелий лжебарона? Магия вернулась, и теперь они испытывают меня, как в какой-то там сказке? Это и есть их испытание?

— Виконт, кого из нас Вы выбираете?

— Меня?

— Или меня?

Как понять кто из них кто? Нет между ними внешних отличий.

— Я скажу свое слово, вот только позволено ли мне прикоснуться?

Девушки переглянулись и протянули руки ко мне. Я взял первую ладошку — пальчики девушки чуть дрогнули, и во мне отозвалось тепло и нежность. Захотелось коснуться губами этих пальчиков, передать им хотя бы немножко тех чувств, что переполняют меня. Это моя Стелла! Но вдруг я ошибаюсь? Надо проверить.

Я взял в руку другую ладошку. Ничего! Никакого внутреннего трепета, никакого отзыва. Да, глаза могут лгать.

Я повернулся к первой девушке, взял опять ее за руку и произнес:

— Стелла, я узнал бы тебя и с закрытыми глазами.

Закладка:

Стелла улыбалась, а вторая девушка превратилась в Дашу.

— Я прошел испытание, теперь ты мне скажешь «да»?

— Да!

Я подхватил ее и закружил. А Даша захлопала в ладоши! Все. Стелла сказала мне: «да». Она будет моей женой!

Дария, баронесса Томская

Родители уговаривали нас на совместную свадьбу. Но Стелла заартачилась.

— Нет! — говорила она. — Невеста на свадьбе должна быть одна! Быть самой красивой и самой любимой. Ко всему прочему, я еще не знакома с родителями Артиса, они должны дать свое согласие и благословение.

А матушка Илария была счастлива. Конечно, вначале она очень удивилась, когда, приехав, увидела совсем другую невесту, но при этом ту же компаньонку, которая оказалась бабушкой невесты. Но мы все объяснили, и нас простили за невольный розыгрыш.

— Главное, чтобы вы были счастливы, дети мои. — Вот ее слова.

И она в подготовке к желанному событию — свадьбе — приняла самое деятельное участие.

Артис со Стеллой и бабулей съездили к родителям виконта, получили одобрение. Конечно, наша Стелла понравилась им. А уж то, что Артис станет женатым человеком, вообще делало родителей виконта счастливыми. Они приняли приглашение на мою свадьбу, решили, что нужно познакомиться с будущими родственниками, да и обговорить с нашими родителями свадьбу их сына со Стеллой.

Накануне свадьбы стали съезжаться многочисленные гости, и когда появился гонец с письмами для графа, виконта и меня от Главы тайной канцелярии, его приняли вначале за очередного гостя. Но тот быстро ликвидировал недоразумение:

— Королевская почта. Послание для баронессы Дарии Томской. И хотелось бы знать, здесь ли сейчас граф Иларий Басов и виконт Артис Мирье? У меня для них тоже послания.

В гостиной, узнав, кто такой вновь прибывший, собрались почти все. Я в волнении взломала королевскую печать и открыла письмо. Пробежала по строчкам, не поверила своим глазам. Пошла, присела на диван и стала перечитывать. Смысл был понятен, но… Такое разве возможно? Глава тайной канцелярии от имени короля благодарил нас троих за помощь в ликвидации заговора против короны. Это-то понятно. Но вот то, что нас троих — и меня!!! в том числе — приглашают на службу королю…

Я подняла глаза. Виконт горделиво сиял, а граф… Пристально посмотрел на меня и выдал:

— Даже не думай! Я против!

— Что в посланиях? — загомонили все вокруг.

И виконт, размахивая письмом, стал рассказывать о высокой оценке короля нашей помощи.

Мои родители и Стелла потрясенно смотрели на нас. Они же были не в курсе.

Я подошла к графу, не хотелось на всеобщее обозрение выставлять наш конфликт, и сообщила:

— Я не буду сидеть взаперти и слушать, что мне можно, а что нельзя. Я — маг с очень редким даром и от службы на благо короны не откажусь. Или принимай меня такой, какая я есть, или… отменяем свадьбу.

Граф застонал.

— Как же мне уберечь тебя?

— Быть рядом!

Подошел виконт:

— Я правильно понимаю, мы все трое принимаем приглашение?

— Да.

— Да.

— Не правильно, — встряла бабуля. — А как же я?

— О, куда же мы без Вас!

— А мы? — запрыгала рядом Алеська.

Ник стоял рядом и выжидательно смотрел на нас.

— И без вас, наших помощников, мы никуда!

— Три плюс три? — бабуля протянула вперед руку, и я первая положила свою наверх. А вслед за мной и все остальные.

— А я? — подошла Стелла, — неужели меня оставите в стороне? Примите меня в свою команду, и я расскажу Вам о своей магии.

— О, нет! — застонал виконт.

— Да, — сказали я с бабулей!

— Мы не против, — Алеська с Ником.

А граф засмеялся.