Фронт. История одной девочки

Глава 1

Утро. Воздушный причал. Три года, как папа, мама, братья и все мои старшие сестры ушли на фронт. За спиной я оставила дом, хозяйство и бабушку с сестрой. Они - это все, что осталось от моей родословной. Если их не защитить, то всему роду придет конец.

Я готова убивать врага любой ценой. Жестоко, подло и беспощадно. Даже стреляя в спину ни один мускул на моем лице не дрогнет. Это я вбила себе в голову с детства.

Солдат в стране осталось совсем немного, поэтому на войну берут даже таких как я. Хилых и слабых. Но плевать… Этим утром мне исполнилось четырнадцать. Поэтому я готова! Я лечу на фронт!

Попрощавшись с почтовой птицей на причале, я ступила на палубу, присланного с фронта, воздушного судна. Ступила одна из всей деревни.

В рюкзаке вареный горох, вода, одежда и маленький, однозарядный, допотопный пистолет прадеда. Но патрон только один, поэтому стрелять в крайнем случае.

Отбывая на встречу ветрам на беспилотном корабле, я не смотрела назад. Только вперед! Только на фронт!

День пути. Два. Три. Неделя. Горох осточертел. Переработанная кораблем из моих испражнений вода была тошнотворна и омерзительна.

Каждый раз, поедая противный горох и глотая воду, я вспоминала папины рассказы о шоколаде. Сладком, молочном и восхитительным на вкус. Мечтая о неизвестном лакомстве в моей голове постоянно всплывала мысль с чуть ли не текущей слюнкой: «Вот бы мне его как-нибудь попробовать».

Следующие сутки пролетели незаметно, с нетерпением представляя то, как я буду стрелять во врагов из винтовки. Но еще через день случилось страшное. Корабль встал. Ни вперед, ни назад. Ни в лево, ни в право. Он намертво встал посреди гигантского ущелья.

Аппаратура работала, но доступа к ней у меня не было. Спустив солнечные и воздушные паруса корабль уперто отказывался сдвигаться с места. Будто сбросил невидимый, неподъемный якорь.

Начиналась паника. Я хотела заплакать, но заложенный в мой характер отцовский стержень не давал этому случиться.

Одна на корабле. Внизу пропасть. Тишина. Даже бордовый флаг на мачте перестал колыхаться из-за воцарившегося штиля.

Прошел еще день, два. Горох кончился. Питалась я только переработанной из продуктов жизнедеятельности горькой водой.

Но вдруг на палубе раздались шаги. Я выбежала под открытое, вечернее небо и увидела мальчика, с виду моего ровесника. Прямая осанка, уверенные плечи, даже шрам на щеке – видно, что фронтовик. Несомненно, я обрадовалась. Но когда мои глаза увидели на его судне синий флаг, волосы встали дыбом. Враг!

Я готова была биться, рвать, впиться зубами в горло.

- Поломалась?

Его одновременно суровый и добродушный тон ввели меня в замешательство.

- У тебя, наверное, конденсаторы полетели раз уж корабль встал. Я таскаю запасные на всякий случай. Давай помогу?

- Д-давай.

Не знаю, почему я согласилась. Может, я на секунду поверила, что он и в правду хочет помочь? Или во мне взыграло что-то другое? Порядочность? Вежливость? Не важно, теперь я втянута в игру.

Пока он думает, что усыпил мою бдительность, моя рука находится в сумке и держит пистолет прадеда с уже заряженным патроном. Осталось дождаться, пока он поверит, что ситуация под его контролем, застрелить и угнать его воздушный катер. Тем более, что пришвартованное судно, судя по модели, не в подчинении программы автопилота.

- Сейчас, подожди здесь, я схожу за деталями и инструментами.

Внимательная слежка за каждым его действием. Его шагом и походкой. Не дай Бог, выхватит пистолет и выстрелит первым.

Мы оказались в компьютерном отсеке. Пока он чинил схему корабля, я вынула пистолет и направила короткое дуло в сторону его затылка. Не смотря на удачное, суетливое молчание, любопытство вынудило меня спросить:

- Почему ты мне помогаешь? Видно же, что флаг на корабле другого цвета.

- Я увидел тебя на палубе в бинокль. Мама учила, что девочкам надо помогать.

- Даже если она враг?

- Даже если она враг.

Один… Два… Три…

Я ощутила, как корабль пошатнулся.

Вспышка… Хлопок…

Кровь на закоротившей микросхеме.

Судно снова замерло.

Выронив пистолет, мои ладони в ужасе зажали рот. Ноги подкосились, и спина рухнула на стену. Сползая вдоль прохладного металла, я упала на колени, и не поверила, что сделала это. Я убила. В Спину! Казалось бы врага. Но был ли он им? Был ли мне врагом человек, который, не смотря на рознь, починил корабль противника и дал мне шанс выбраться из этой глуши?

Я убила того, кто спас меня. Подло, бесчестно выстрелила в спину.

Я рыдала около часа, взяв его труп на руки и умоляя о прощении. Но фронт ждет.

Я оставила спасителя.

Ощущая себя последней тварью, даже не тварью, чудовищем, я забрала пожитки с его тела, сняла флаг с корабля и взошла на катер сменив знамя с синего на красный.

Зайдя в каюту, передо мной предстали порядок и фотография с плиткой шоколада на столике.

На черно-белом фото были женщина с мужчиной, по возрасту напоминавшие моих родителей.

Отломив кусочек сливочного шоколада, я взяла его в рот. Но, увы, он был не сладкий, но горький, горький от вины и раскаяния.

Я снова в пути на фронт. Но теперь я поняла – враг не всегда находится по ту сторону флага.