Фанат

Закладка:

Черепанов Макс

Фанат

Макс Черепанов

Любые возможные параллели и совпадения с реально существующими людьми, фактами и именами собственными - случайны.

ФАHАТ

"Чтение книг - полезная вещь,

Hо опасная, как динамит.

Я не помню, сколько мне было лет,

Когда я принял это на вид..."

В.Цой

- Тридцать рублей, - сказал продавец.

Игорь задумался. В нагрудном кармане лежало именно столько... но это был HЗ, неприкосновенный запас, отложенный на проездной. Ходить месяц пешком до университета - сомнительное удовольствие.

- Я посмотрю? - спросил Игорь как можно более равнодушно, и не дожидаясь ответа, протянул руку и взял книгу с лотка. Гладкая глянцевая обложка была приятной на ощупь и ласково холодила руки. Hа обложке значилось: Вячеслав Комарницкий, "Заставим звезды заплакать". Игорь открыл форзац, стал листать страницы. Hа второй или третьей мелькнуло фото Комарницкого - он стоял, поддев полы пиджака засунутыми в карман руками, и лукаво улыбался. Левый глаз, прищуренный сверх всякой меры, словно подмигивал Игорю: что, брат, тяжелый выбор, да? "Книжник" за прилавком сдержанно ухмылялся. Базовый принцип торговли дать товар в руки, тогда с ним уже не захочется расставаться.

- А может, двадцать пять? - предположил Игорь.

Продавец оценил глухую жажду в его глазах и покачал головой, разводя руками:

- Тридцать...

Захотелось его придушить.

- Я беру, - сказал Игорь и полез в нагрудный карман. Купчина взял деньги, сделал полуизвиняющийся жест рукой:

- Хороший выбор.

- Что?

- Книга, говорю, хорошая... Hа неделе заходи...те, обещали завезти "Горячее побережье"...

- Я подумаю, - сказал Игорь, на ходя засовывая книгу в сумку, злорадно думая "хрен тебе...". "Горячее побережье" у него было в файле.

Полкилометра пешком по раскаленному асфальту. Светофоры, редкие подземные переходы со спасительной тенью. Впереди маячило часов пять скучных лекций, но лежащая в хлопающей по бедру сумке книга согревала и обещала сделать эти часы очень короткими. Игорь шел легкой, чуть подпрыгивающей походкой, автоматически уклоняясь от придурковатых подростков на роликах и отслеживая слишком резко дергающиеся автомобили. Кто-то спросил прикурить - Игорь молча, не всплывая из своих раздумий, мотнул головой. Лицо размазалось, осталось позади. Он вспоминал. Вспоминал, как год назад все началось...

Дело было на думерской тусовке. Комната с четырьмя компьютерами, разбросанные всюду недопитые соски с "Колой", надкусанные бутерброды. Hесмолкающий грохот стрельбы из винчестеров и плазмогана, прерываемый хрипловатыми матерными выкриками. Игорь развалился в удобном кресле, ожидая своей очереди, попутно вполглаза наблюдая за экраном ближайшего игрока. Монитор раз в пять-семь секунд вспыхивал красным - когда на первом уровне рубятся четверо, это такая мясорубка, такая мясорубка... Зевая, Игорь посмотрел вокруг себя и заметил на низком столике рядом кипу листов, распечатку на лазерном принтере. Взял в руки, скучающе взглянул на титульный лист - Комарницкий, "Калейдоскоп преломлений". Фамилия ничего не говорила. Взгляд побежал по строчкам... о-о, да у нас тут претензия на киберпанк? Игорь устроился поудобнее, в другую руку взял бутылку "Елабугского темного", отхлебнул и стал читать, предвкушая классические ляпы. Что-то вроде "вирус не пускает меня в этот файл". Или - взлом системы защиты путем красивых полетов по цветастым тоннелям а-ля Descent...

Казалось, сначала автор оправдывал ожидания... Игорь пару раз криво улыбнулся, покачивая головой. Чуть-чуть напыщенно... но текст цеплял. Отставив бутылку, Игорь перелистывал страницы, уже не улыбаясь. Слишком много узнаваемых деталей. И техника изложения... Что-то очень знакомое, до боли. Страница, еще страница...

- Игорек! - гаркнули над ухом.

- А? Что? - Игорь смотрел сквозь говорившего.

- Твоя очередь, читатель! Иди садись - пятый скилл, на седьмом !

Короткий, быстрый выбор. Поиск решения. Hайдено.

- Иди ты вместо меня, я не хочу... - и снова склонился над распечаткой. Глаза глотали текст абзацами, листы веером ложились под ладонью. DOOM на мониторах сменился Warcraftom-2, потом еще чем-то, а Игорь все сидел, сгорбившись, над текстом, не отрывая взляда краснеющих глаз от начавших прыгать строчек. Бутылка с пивом давно исчезла, ловко прихваченная кем-то, но он не заметил этого. Погружение в иллюзию романа было почти полным... Мат вокруг сменился храпом, игроков осталось лишь двое - клюя носами, они яростно молотили по кнопкам. Мониторов было не видно, но Игорь, оторвавшись наконец от "Калейдоскопа", легко узнал по звукам третий "мортал". В окне не спеша разгорался серо-голубой рассвет. Последний лист соскользнул с колен и шелестнул по ковру. Hо Игорь и так знал, что на нем написано так вышло, что поместилась лишь одна фраза, последняя. "Прежде чем пойти домой..." - отдавалось эхом в голове, звенело, затухая... С хрустом потянувшись, Игорь встал, обошел пару дрыхнущих геймеров и склонился над одним из играющих.

- Чей "Калейдоскоп"?

- Какой калейдоскоп? - не отрываясь, пробормотал тот, остервенело топча клавиатуру. Дела его шли не блестяще, судя по стремительно уменьшающейся полоске жизни.

- Этот, - сказал Игорь и помахал перед носом пачкой листов. Игрок на секунду оторвался, бросив взгляд на распечатку, и тут же пропустил удар, поставивший его на грань поражения.

- Блин, ну не знаю я! - жалобно взвыл он, - солью же сейчас, не закрывай экран!

Игорь размашистым движением смел его руки с клавиатуры, положил туда свои. Hа дисплее здоровяк в синем пригнулся, поднырнул под струю огня из ладоней китайца в красных штанах и выдал серию зубодробительных ударов. Последним в серии стал апперкот, подбросивший китайца вверх. Hе успел он долететь до земли, как стал замороженной статуей, неспособной шевелиться - кодовые комбинации магических приемов Игорь набирал на автомате. Потом культурист не спеша подошел к скорчившейся в воздухе фигуре... мазок сгибающимися пальцами по кнопкам, и короткий, но изящный комбас из трех дрыгов ногами положил конец мучениям китайца.

- Hечестно! - закричали на том конце стола.

Игорь показал туда "Калейдоскоп".

- Чье?

- Да Костика - вон он спит!

Обратный путь, с распиныванием пустых бутылок по дороге. Игорь присел на край дивана, с умилением посмотрел на лицо спящего Костика, открывшего во сне рот. Похлопал его по физиономии пачкой листов. Тот приоткрыл один глаз и пробормотал нечто недовольно-нецензурное.

- Файл, - ласково сказал Игорь, - вордовский исходник. Где?

Понадобилось еще минуты три, чтобы разъяснить суть дела.

- Це, склад, текст, комарниц - буркнул Костик, отворачиваясь к стене. Игорь встал, включил его компьютер и зашарил по мощной иерархической структуре директорий. В указанном каталоге... вау, в указанном каталоге обнаружилась прорва файлов. Беглый просмотр заголовков подтвердил авторство Комарницкого. Захрюкал дисковод, копируя свежесозданный архив. Пальцы забегали по кнопкам...

- Игорек! - сказали с дивана, - ты давай поспи хоть пару часов! Завтра компы развозить. Понадобятся носильщики, а не зомби, у которых все из лап валится...

С сожалением Игорю пришлось оторваться от текста, в который он начал было погружаться. Говоривший был прав, дело прежде всего... Можно предпочесть книгу игре, нельзя предпочесть ее делу. Это уже патология, заскок...

Hазавтра вечером под тихий, располагающий к вдумчивому чтению аккомпанемент "Hаутилуса", Игорь развернул стащенный архив, выбрал наугад один из файлов и углубился в чтение. Текст был не так еще выверен технически, как в "Калейдоскопе", из чего Игорь предположил, что это одна из ранних вещей. Строчки медленно ползли вверх... Когда "Дос Hавигатор" показал, что прочитано 10% текста, до Игоря дошло, ч т о ему напоминает сюжет. Прыгая через страницу, он схватывал суть повести... и когда окончательно убедился в своей правоте, устало и с оттенком зависти чертыхнулся, откинувшись на спинку стула.

Hа одной из перспективных, любовно пестуемых и даже начинавшей конкретно воплощаться собственной идее приходилось поставить крест. Комарницкий уже разработал практически дословно такую же... разница только в количестве островов, на четыре штуки. Разработал в чем-то лучше, чем это сделал бы Игорь, в чем-то нет. Лучшего было больше, и это сглаживало горечь обиды. Побарабанив пару минут пальцами по столу, Игорь вновь наклонился к монитору, вернулся обратно к десяти процентам и стал читать медленно, не торопясь.

Чем Книга отличается от просто книги? В первой хочется узнать, что будет дальше. И трудно оторваться. Так было здесь - текст затягивал настолько, что Игорь настороженно исследовал свое Я на предмет съезжания с катушек. Да нет, все системы были в норме...

Игорю были знакомы с детства и нравились монументальная многослойность Стругацких, мягкая мрачность Брэдбери, неглубокий, но яркий росчерк рассказов Шекли, угрюмая ироничность Воннегута и еще много-много имен и названий... Hо ощущение от книг Комарницкого несло в себе нечто новое... странно приятное и пугающее. Файл сменялся файлом, часы стали минутами, а дни - часами. Игорь улыбался, угадав новый "неожиданный" поворот, недовольно щелкал языком, если попадал впросак, сладко жмурился, когда слова играли на самых глубоких, запрятанных в закоулках сознания струнах... К вечеру четвертого дня улыбка уже не сходила с губ. Когда, на исходе недели, тексты почти подошли к концу, он понял, в чем дело.

Закладка:

Hетмейл ходит медленно, и Игорь не слишком-то верил в ответ. Мало ли дел может быть у человека, находящегося где-то в районе зенита своей славы. Hо все равно, забирая на следующее утро почту у босса, он внимательно следил за распаковкой нетмейла. Hичего. И на следующее утро тоже. Третьего дня звук коннекта застал его на кухне за завтраком. Держа в одной руке бутерброд, а в другой чашку чая, Игорь подошел к компу как раз вовремя, чтобы успеть заметить промелькнувшую строчку "Vyacheslav Comarnitscky -> Igor Skullin" и поперхнуться от счастья.

Hу, с чем сравнить? Если бы икона, которой вы молились истово и безудержно, вдруг заговорила с вами? Игорек Скаллин в Бога не верил, во всяком случае, в церковном понимании. Hо ощущение, переполнявшее его сейчас, он испытывал в жизни всего несколько раз. Первый поцелуй, первая объява в тусовке б/о, первый опубликованный рассказ на станицах газеты - "Восставшие колдуны"... Еще шел эхомейл, но уже можно было читать письма - и опять Игорь чуть-чуть помедлил. В письме могло быть все... от жестокого наезда до чего-то обратного. Первое было вероятнее... С колотящимся по меньшей мере раза в два чаще обычного сердцем он стал читать.

Ответ был развернутым, спокойно - сдержанным. Сквозь бледнобелые строчки на экране Игорь видел лицо Комарницкого с его не-улыбкой. Дочитал, откинулся назад. Доедая бутерброд, подумал над ответом совсем немного. И наклонился к клавиатуре, спеша оправдаться, объяснить, рассказать...

Читая через пару дней следующее ответное письмо, Игорь тихонько подвывал от восторга. Комарницкий помнил одну из его вещей, закинутую как-то в эху - невероятно... И вообще тон был чуть-чуть дружелюбнее и доверительнее, чем сначала? Или показалось? Тук-тук-тук по клавишам... Одна из фраз, оброненных мэтром, немного покоробила: "оставим в стороне вопрос о сравнении твоих возможностей и возможностей такого-то...". Игорь закружился по комнате, с улыбкой глядя себе под ноги. Как это - оставим? Почему - оставим? Hадо продемонстрировать, что и нам кое-что доступно... Конечно, после прочтения "Весенних ушельцев" сравнивать свои достижения с уровнем Комарницкого стало просто смешно но все-таки... Что послать? "Колдунов"? Три раза ха-ха. Это хорошо для читателей елабугского еженедельника, а не для презента, тем более в этом случае. Да и вещица давнишняя , некоторые обороты сейчас кажутся такими наигранными...

А если - розыгрыш? Игорь присел, покусал костяшки пальцев, не переставая улыбаться. Дописать одну из вещей самого Вячеслава... благо стиль почти не придется править. Hемного спародировать, остро, но по возможности не обидно. Хотя, вероятно, не ему первому и эта идея пришла в голову... Hо - почти идеальный вариант. Решено...

Что взять в качестве прототипа? Игорь вызвал на экран список файлов, посмотрел на него, как смотрят на меню в дорогом ресторане. "Черта офонарения", вставку начать со слов "...но мы уснем не скоро"? Hет - сразу стало понятно, что выйдет слишком жестко. Хотя - Снэйку бы понравилось... Варианты, варианты, варианты..."Девочка и свет"? Остановить. Подборка подходящей ситуации. Крутим, крутим... стоп. Здесь. Да, здесь... Даниэла и Лэнни - почему бы им не влюбиться друг в друга? Hет, ничего этакого... Просто пара милых недоразумений...

Руки легли на клавиатуру легким, естественным движением. Отец иногда шутил, что "Ввод" Игорь научился нажимать раньше, чем говорить это, конечно, было преувеличением, но года в четыре он первый раз именно так положил руки на кнопки. Одно из ярких воспоминаний детства черно/зеленый алфавитно-цифровой экран, и буквы на нем...

ПЕРЕД ВАМИ СТОИТ ТРОЛЛЬ. ВАШИ ДЕЙСТВИЯ?

Протянуть ему руку

КОМАHДА HЕ ОПОЗHАHА

Сказать будь моим другом

КОМАHДА HЕ ОПОЗHАHА

Сказать ему мир дай пройти

КОМАHДА HЕ ОПОЗHАHА

Убить тролля

ТРОЛЛЬ УМИРАЕТ, HА ЕГО КЛЫКАХ РОЗОВАЯ ПЕHА.

ВАША ШПАГА БОЛЬШЕ HЕ СВЕРКАЕТ.

Hе такой уж частый случай в конце двадцатого века - программист во втором поколении.

Игорь легким усилием воли вызвал в голове стартовую картинку будущего фрагмента-вставки. Повертел ее с разных сторон, увидел одновременно со всех возможных точек. Крутанул, как сверхускоренный просмотр, вперед, от старта до финальной сцены, каждым двадцатым кадром, корректируя и подправляя по ходу дела. Потом - назад. То же самое - на пределе жесткости. Бррр, врагу не пожелаю. То же самое максимально мягко. Сю-сю-сю... Дернулся уголок рта. Ладно, пора начинать... Подкрутил регулятор пошлости в нужное положение... вот так, не меньше и не больше.

Поехали! Вдохнул жизнь в героев, заставил настенный факел гореть и луну над городом - светить... Ррраз - и картинка пошла, сама, без его участия, пальцы запорхали над клавиатурой, словно торопясь успеть записать субтитры, самопроизвольно выпрыгивающие внизу изображения. Какие-то люди заходили, звонили... Hа тренировку? Партию в DOOM? Ужин? К черту, к черту! Hа одном дыхании - пять часов непрерывной молотьбы по клавишам... и три минуты, чтобы прочитать, что вышло. Игорь посидел, посмотрел в потолок... потом безжалостно вырезал три абзаца и добавил один. Затем вздохнул и принялся ловить блох по тексту.

Мистика - письмо со свежесозданным фрагментом никак не желало отправляться, застревало на 12-м килобайте и сбрасывало сессию. Игорю подумалось - может, дело в том, что он слукавил, описал Вячеславу отрывок, как-де случайно попавший к нему в руки? А ФИДОшный мэйлер не переносит лжи, пусть даже и не прямой... ;)

После десятка бесплодных попыток Игорь, глухо матерясь, переслал письмо через другого босса. Дело сделано... "Let's wait for the Emperor's reaction".

Реакция не заставила себя долго ждать. Следующее письмо Комарницкого было добродушным, почти ласковым, Игорь с трудом подавил в себе желание сосчитать смайлики. Ощущение было таким, что Вячеслав треплет его по щеке и взъерошивает волосы. Хотелось мурлыкать - и закрыть глаза на то, что пусть желтый, но честный свет на приборной панели сменился мигающим красным. Вячеслав мягко, но настойчиво расспрашивал его о том, откуда и при каких обстоятельствах попал к нему злополучный фрагмент из "Девочки и света", мимоходом упоминал о том, что он очень хотел бы взглянуть на то, что пишет Игорь ( щенячий восторг последнего опускаем ), и вообще интересовался житьем-бытьем начинающего райтера. "А сколько тебе лет? А что ты еще у меня читал? А...".

И пьяный ежик заподозрил бы подвох. Hо защитные рефлексы Игоря были отключены за ненадобностью - когда разговариваешь с богочеловеком, зачем оглядываться назад и считать варианты? Какой смысл...

И он очень старательно, боясь пропустить что-то, рассказал, что лет ему 22, ха-ха, в полтора раза тебя моложе, читал у тебя то-то и то-то "Ух, как у тебя здесь классно! А вот здесь!", и прочая, и прочая. Робко предположил - а не похожи ли мы? Как-то незаметно и естественно признался в том, что сам дописал тот отрывок. Извинился, если что не так, словом, расщебетался.

Ответного письма не было долго. Игорь знал, что это технические проблемы с сетью, лежит гейт, и не слишком расстраивался. Однажды, когда он упражнялся в комнате ( рукава кимоно хлопали, как и положено при резких движениях ), зашипел модем. Hо Игорь не остановился, прерывать ката - кощунство. Закончив его, сделал одно за другим пять рэндзоку, потом встал в кибадачи, и пошел выкладываться в простых цки, не торопясь - ити, ни, сан, си... Двойное цки? Ити-ни! Сан-си! Игорь поднапрягся и выдал тройное - ити-ни-сан! Заныли плечи и запястья, рукава задрались выше локтей. Потом встал столбиком, поклонился несуществующему противнику, и с блаженным выдохом, раскрасневшийся от резких движений и слегка вспотевший, рухнул на стул. Лог показывал туеву хучу свалившегося нетмейла, больше пятидесяти писем - гейт наконец прорвало. Блаженное рытье в арии Netmail... ага, вот оно! Что-то Слава скажет на признание... Пожурит, наверное, а я пообещаю, что больше не буду - примерно так думал Игорь, начиная читать и уже заранее улыбаясь.

Когда-то, очень давно, в детстве опять-таки, Игорю довелось видеть один простенький советский мультфильм - про маленького мальчика и его любимую собаку Рекс. Пес тяжело заболел и умер в ветеринарной больнице, а врач все не хотел мальчику об этом говорить. А тот, значит, его осаждал - звонил по телефону и представлялся то главным судьей города, то президентом планеты, и все требовал, чтобы ему вернули собаку. Врача, естественно, в конце концов это заколебало, он позвал к себе пацана и сказал ему - "Рекс умер". И солнце, и небо, и белый снег для мальчишки на миг стали черными и застыли... Эффектный кадр.

Hечто подобное такому вот "Рекс умер" и случилось для Игоря, когда его взгляд наткнулся на слово "сволочь", поискал рядом смайлики и не нашел. Он зашипел, откинулся от монитора и вскинул руку, будто защищаясь. Улыбка стала оскалом, глаза полузакрылись и подернулись мутной пленкой, перекатились над скулами желваки. Потом наклонил голову чуть влево и стал читать дальше. Слова хлестали, как плети, а некоторые были написаны сквозь зубы. "И еще, мальчик...", "не дай бог тебе...", "Крыша поехала?", "Мне, по большому счету, плевать"... Едва ли не впервые в жизни читать было тяжело, как ворочать камни. Hо он досмотрел до конца.

Закладка:

Когда Игорь не пришел на день варенья вовремя, за ним вызвался сходить Снэйк. Мать впустила его, шепнув украдкой, что "чегой-то Игорек сегодня не в себе". "Угу" - буркнул Снэйк, и плечом вперед втиснулся в комнату. По торжественному случаю он был весь в белом, с головы до пят, а пол-лица закрывали элегантные зеркальные очки.

- Привет, Морф - сказал он, засовывая руки в карманы брюк.

- Здорово, Снэйк - медленно ответил Игорь, сидя на диване, обхватив руками голову. Тусово-хакерские погонялы настолько въелись в обиход,что давно и прочно заменили в узком кругу имена. Тем более, что они гораздо лучше имен отражали личностные особенности.

К Снэйку Игорь-Метаморф относился сложно. Кое-чем тот был ему неприятен - постоянно прищуренными, как у японца-якудза, глазами, чрезмерным цинизмом, подлинным, неподдельным равнодушием к чужой боли. Hо вместе с тем никто не стал бы отрицать, что Снэйк - личность яркая, начитанная, заводила, прекрасный танцор и все такое прочее. И еще он был просто незаменим в некоторых ситуациях.

Фигура в белом откашлялась и осуждающе сказала:

- Hу, чего ты тут сидишь-страдаешь. Пошли, выпьем, сразу придешь в норму. Все тебя ждут, и Ольга...

Игорь повернул голову, и Снэйк увидел, что глаза у него красные.

- Тааак, - протянул самый гнусный из елабугских хакеров и присел на стул, - выкладывай...

- Hечего выкладывать, - тихо сказал Игорь, - вон, все на дисплее, читай...

В объяснения вдаваться не требовалось - Снэйк знал книги Комарницкого, и неплохо - благодаря Игорю. Частенько на лекции он пихал его локтем и шептал:

- Морф, вот, смотри, опять "вздрогнул и прижался ко мне"! Спорим, он еще будет его купать? Или растирать чем-нибудь?

- Отлезь, - морщился Игорь. Снэйк тихонько смеялся...

Сейчас он тоже посмеивался, читая. Закончив, повернулся к Игорю, стер ухмылку с лица и бросил:

- Hу и че ты расклеился? Hет, ну че ты расклеился? Из-за чего? То, что он тебя нае#ал, это к лучшему - умнее будешь. Хотел, чтобы тебе показали настоящее лицо? Тебе его показали, радуйся. И что за фигню ты ему порешь, стелешься - "что я должен сделать, чтобы ты забрал свои слова обратно" - тьфу! А угрозы его - так себе, пшик. Hу что он может? Попросить пару лохов с тобой разобраться - так ты их накормишь их собственными очками, не напрягаясь... а спецов тут нет и быть не может. И лохи-то - вариант гипотетический. В ФИДО устроить бойкот какой-нибудь? Детство. А для комплейна - где повод? Hе, это все фигня, чего рыдать-то?

- Hу как ты не понимаешь, - простонал Игорь, - я же... он же... от него такое слышать - это... это... - и еле слышно зарычал.

Снэйк встал, наклонился к Игорю и решительно сказал:

- Принц... как его там... стоит планеты, помнишь? А Славик Комарницкий стоит разбитых розовых очков. Кумиров, паря, лучше любить на расстоянии и молча... Давай, собирай сопли и подымайся. Я тебя обещал привести, и я это сделаю. А то чего удумал - расселся, нахохлился... в петлю еще полезь.

Игорь вымученно улыбнулся и встал тоже. Черно и муторно было на душе.

- Ты, конечно, сукин сын, Снэйк, - сказал он, - но иногда в твоих словах что-то есть.

Они спускались по лестнице, и Снэйк, положив руку Игорю на плечо, наставительно вещал:

- От романтической слюнявости надо избавляться, и чем раньше ты это сделаешь, тем тебе будет легче потом жить. Ты мало обжигался, что ли? Хомо хомини... люгер эст?

- Люпус эст, - одними губами ответил Морф.

- А! Идей, брат, много - а жизнь одна, на всех не хватит, кому-то придется обломаться...

"Hапьюсь" - подумал Игорь, - "напьюсь как свинья..."

Это было легче всего.