Это была Она

Глава 1

Это была она.

Глава 1.

-Брысь!

Дверь звонко хлопнула. Ранние лучи летнего солнца с радостью встретили выскочившую фигуру из подъезда. О, как хорош этот мир! Как я люблю эту зеленую траву, это пение птиц! О, это человек! Привет, незнакомец!

-Нельзя! Отойди!

Человек ускорил шаг и ушел. Счастливого пути, человек!

Так начинался почти каждый день моей жизни. Рано утром я уходил гулять и возвращался поздним вечером, когда улицы родного города пустеют и наполняются приятной тоской. Мне нравилось так проводит время. Ведь на дворе лето! Кто не любит лето?

О, смотрите! Там играют дети. Им, наверно, весело! Я подбежал ближе, чтобы познакомиться с ребятами. Одна из сидевших в песке девочек завизжала.

-Собака! Со-ба-ка! Сейчас укусит!

Девочка умолкла, когда на горизонте появился еще один человек. Высокий. На хозяина похож. Я принюхался сначала к кричавшей девочке. От нее приятно пахло кашей. Хвост невольно начал вилять от удовольствия. Высокая фигура человека приближалась, и раздался оглушающий рев.

-Брысь! Кыш отсюда, кыш! – он начал топтать ногами и махать руками. Он хочет со мной поиграть? Да, я люблю играть! Наклонив голову вперед, я начал приветливо махать хвостом. Но лицо человека не выглядело радостным. Он нахмурил брови и зло кричал на меня. Я не уходил. Вы не хотите играть со мной? Но я так люблю играть! Мои ноги сами меня понесли в прыжки, я кружился вокруг стоящего человека. Но он взял что-то с земли и бросил предмет в меня. Это был небольшой камень с песком. Больно! Я взвыл и поджал хвост.

-Пошел отсюда! Кыш! – человек продолжал махать руками и вновь потянулся к земле. Мне пришлось уйти.

Убежав с опасной зоны, я двинулся вдоль улицы. Что я сделал этим людям? Я всего лишь хотел поиграть! Ведь дети, они сидят и играют в песочнице, и никто их не ругает за это. А тут…

Дойдя до конца своего дома, я повернул налево и вышел в центр города. Здесь всегда было полно народу. Машины гудят, люди топают, звуки шумят. Движение! Одно движение!

Продвигаясь все дальше и дальше, я дошел до своей любимой части города. Здесь было намного спокойнее, чем в центре. Народу поменьше, и машин почти нет. Звуки здесь не такие резкие и громкие. Да и люди… Добрее.

-Гав! – радостно поприветствовала меня еще одна дворняжка. Она была на порядок выше и больше меня, но у нас хорошие отношения. Я радостно вильнул хвостом и подбежал к ней. Мы обнюхались. Ну привет, привет! Как ты, как жизнь? Хорошо все, вижу. И еда есть? Здорово! Пойдем, поиграем?

И мы пошли играть. Сначала догонялки. Мои коротенькие ножки не подводили меня, а обтекаемой формы тело помогало ускоряться. Однако и мой друг не отставал. Его длинные и мощные лапы помогали быстрее развить скорость, поэтому догонять друг друга было вдвойне тяжелее и веселее. После десятиминутной пробежки мы явно устали. Недалеко от места, где мы резвились, была огромная лужа. Недавно дождь наплакал ее. Да, а вы как думали, почему дожди идут?В мире грустит кто-то очень-очень сильно, вот и дождик пошел. Он понимает страдающего, мол, вот и мне грустно, а ты не плачь, все у тебя хорошо будет. И человек перестает грустить.

А ты как думаешь, друг, почему дожди идут? Я спрашивал своего товарища, лежа подле него на траве. Не знаешь? Ах…Я так же думал. И вправду, все с природой связано, и неразрывно связано. Нет закона без действия природных сил, нет человека, который не зависел бы от природы. Все до единого связаны с ней нитью, порвать которую может только Смерть.

Ну, пока, друг! Я дальше пойду странствовать, еще встретимся! В ответ мне грустно, но с надеждой, махнули хвостом, и я скрылся за поворотом. За этой провинциальной частью городка был лес. Я туда… боюсь ходить, хоть и интересно, что там. Хозяин часто смотрит странный ящик, который звуки и картинки передает. Я видел, как в этом ящичке что-то черное напало на собаку. И визг, и писк, и крик… Страшно! Хозяин тогда меня на привязи водил гулять. А потом забыл. Но я понял, в лес нельзя!

День тянулся медленно. Я переходил уже все свои знакомые тропки и пути, пересмотрел все мусорные баки в поиске еды. Представьте, ничего! А голод дает о себе знать. Надо вернуться домой.

-Какого черта ты приперся? Голодный что ли? – с такими словами встретил меня на пороге дома хозяин, - ну заходи, заходи, - и открыл дверь.

Хозяин положил целую миску вкусных вареных шеек. Спасибо!

Остальной день прошел так же, как и все другие дни лета. К времени, когда солнце стоит в зените, я снова вышел на прогулку и уже не возвращался домой. Встречал я все те же знакомые лица, те же знакомые мордочки собак-приятелей. Мы игрались с ними, с некоторыми спорили. Но все обходилось хорошо.

На улице начинало темнеть. Яркий свет фонарей освещал потухшие дома. В центре движение никогда не прекращалось. Я сидел на тепловатом тротуаре главной улицы, что вела широкой дорогой к самой высокой постройке. Это был памятник. На пьедестале стоял человек, в одной руке у него была подзорная труба, направленная вверх, а другая прижимала к груди маленькую… собачку. А еще у этого человека был странный костюм. У всех остальных одежда как-то более-менее прилипала к телу, а у этого широкие штаны, широкие рукава. Скафандр, кажется, так его люди называют. Космонавт.

Я гордо и счастливо смотрел в лицо этому космонавту. И его лицо было счастливым, радостным, полным жизни и уверенности. Как жаль, что такое лицо не у всех! Все, эти грустные и печальные люди, наполнили свое лицо злостью и хмуростью. Усложняют они все! Вот их порок.

-Ну и где ты шатался, шавка никчёмная?! – кричал хозяин на меня поздней ночью, когда я долго скребся в его дверь. Неловко… Извини, хозяин! Я больше так не буду, честно…

-П-шел домой! – прорычал хозяин и впустил меня. Я прошел и получил сильный удар под хвост. Не сдержавшись, я заскулил. Ему это точно не понравится, соседи уже спят…

-Молчать! Дурной пес! И к чему ты мне сдался?.. Спустить бы шкуру с тебя… - хозяин присел на корточки и схватил меня за холку. Я виновато смотрел в его заплывшие туманом карие глаза. От него несло спиртом. Кажется, он был не в нормальном состоянии. Икнув, хозяин отпустил меня, встал… Подумал… Снова сел и начал гладить по голове. С чего бы? Но это приятно. Наверно, погорячился, вот теперь тоже извиняется…

-Ау-у-у-у! – завизжал я, когда пьяный хозяин сильно схватил меня за ухо и начал бить по спине. Ну за что?! Я же извинился! Мне пришлось слегка зарычать, чтобы меня отпустили.

-Неблагодарный! – крикнул разъяренный человек и запустил в меня бутылку. Она разбилась. Осколки разлетелись по всему коридору… Кажется, мне конец! Я быстро засеменил в соседнюю комнату. Страшно! Но не успел я и порога переступить, как сильная рука снова схватила меня за загривок и швырнула на место.

-Куда пошел! Неблагодарный чертов пес! Сидеть там! -проговорил он, словно захлебываясь, и быстро ушел в маленькую комнату. Я никогда не видел, что там, но, судя по шуму воды, это была ванная. Упал я прямо на осколки. Один воткнулся мне в заднюю ногу. Я попробовал ступить. Резкая боль пронзила лапу, из-за нее я чуть снова не запищал. Тихо, тихо, терпи. Нельзя злить хозяина. Шум воды прекратился, и из ванной вышел мокрый хозяин. Я, сжавшись, тихо сидел в углу. Прости, хозяин, что разгневал тебя!

-Спи, шавка. Шкуру спущу, еще раз так поздно придешь!

Дверь в его комнату хлопнула. Настала тишина. Как я не люблю этой напряженной тишины. Мне хотелось приласкаться к хозяину, загладить свою вину. Но я знал, что будет хуже, поэтому мне ничего не оставалось, как только сидеть на месте и ждать следующего утра.

Глава 2.

Это начало дня никак не отличалось от всех предыдущих. Меня снова выгнали из дома, я снова радовался всему увиденному на улице, снова пытался поиграть с детьми и снова получил песок в глаза. Но раненная осколком лапа начала болеть сильнее, кажется, она даже опухла. Ну ладно, придется так ходить. Друга своего в тихой части города я не встретил. Он, видимо, ушел на поиски еды. К середине дня я сидел в центре, на том же тротуаре у той же широкой дороги. К удивлению, движения сильного не было, и людей на улице стало гораздо меньше. Куда все делись?

Я заметил, что солнце стояло необыкновенно высоко и светило так ярко, что, даже не смотря на него, глазам было больно. Жара стояла невыносимая. Душно, тяжко. Мне захотелось пить. Поблизости лужи не было, но с другой стороны улицы, откуда-то с переулка, подул свежий ветерок. Наверно, там будет лучше! Я побежал туда. Тень. Хорошо! Но где же вода? Оглядевшись, я ничего не придумал, как пройтись вдоль переулка и дойти до другого квартала. Медленно начав движение, я старался запомнить все, что видел. Боялся потеряться. Дойдя до конца, я вновь вышел на залитую ярким светом улицу. Тут тоже было тихо, безлюдно. Куда дальше? Налево или направо? Свежий ветерок вновь напомнил о себе, и я побежал против его порыва. Через пару домов я увидел, как с водосточной трубы капала вода. Наконец-то! Только я подошел к «источнику», как услышал нервное рычание. Подняв голову, я увидел около себя большую собаку, явно недовольную моим появлением. Легко махнув хвостом, я лишь снова услышал рык. Пора убираться отсюда! Медленно отходя от воды, я оглядывался. С другой стороны улицы, из подворотни выскочила еще одна собака, вся растрепанная и взъерошенная. Холодок пробежал по моей спине. Идти было некуда. С обоих сторон на меня шли два больших пса, настроенных явно недружелюбно. Я подумал рвануть вперед, но это не увенчалось успехом. Погоня! Бежать было трудно, больно. Стекло все глубже и глубже входило в лапу. Они быстро нагнали меня, хотя мне казалось, что я убежал довольно далеко. Один пес ухватился за мой хвост и подтянул к себе. Я запутался в собственных коротеньких лапах и упал под него. Он покатился кубарем, но живо встал. Сзади же другой пес уже успел вцепиться в мою шею и зажать нерв. Мне ничего не оставалось, только как беспомощно визжать. Ну вот и конец! Прощай, яркий мир! Я почувствовал, как вторая собака начала кусать лапы и туловище, а потом накинулась на мою грудь и яростно вцепилась в нее. Она прокусила кожу, кровь пролилась на асфальт… Прощай, хозяин! Я уже не пытался ничего сделать, я чувствовал, как мои конечности онемели, а звуки, издаваемые мной, сделались хриплыми и глухими.

Внезапно… грянул гром. Будто взрыв, грохот прокатился по небу. Тучи мигом заполонили все светлые участки и закрыли солнце. Еще секунда, и молния ударила где-то рядом. Большие собаки, пискнув, быстро отстали от меня и разбежались в разные стороны. Хлынул дождь. Он бил большими каплями по мне, по окнам и крышам, по асфальту. Вода размыла кровь, намочила мою шерсть. Я был похож на волосатую тряпочку. Сидел тихо. Идти не мог, все болело. Слава богу, кровотечение прекратилось. Я приподнял голову и ловил носом капли дождя. Грустно. Еще пару мгновений, и я уже лежал на дороге. До моих ушей доносился звук начинавшегося движения по улице. Люди выходили из домов, открывая зонтики, шли куда-то дальше по своим делам. Машины с визгом тормозили и так же с визгом продолжали путь. Все заторопилось, закрутилось, но ненадолго. Минут через 15 беготня закончилась, и на улице вновь стало безлюдно, бездушно.

Последнее, что я видел и слышал, это девушку на велосипеде. Она торопилась, изо всех сил крутила педали. Ее волосы, длинные и мокрые, как моя шерсть, мешали смотреть на дорогу. Ловким движением она убрала обвисшие локоны и повернула голову в мою сторону. Мы встретились взглядом. Кажется, я вызвал у нее жалость. Она резким движением остановилась напротив меня и долго осматривала. Через пару секунд скрипнула подножка ее транспорта, она подошла ко мне, присела рядом. Ее холодноватые руки отодвинули мою лапу, девушка заметила рану. Я заскулил.

-Бедный… я помогу тебе, не бойся, - она огляделась зачем-то, а после бережно взяла меня на руки. Кое-как добравшись со мной до своего дома, девушка бросила велосипед рядом с дверью и влетела в квартиру. Она ловким движением сделала мне подстилку и уложила меня туда. Дальше – пустота.

Глава 3.

Тепло. Я учуял приятный запах готовившейся еды. Кажется, это было вареное мясо и каша. Я открыл глаза и увидел уютно обставленный коридор с двумя дверьми. Одна была закрыта, а вторая вела в большую и просторную комнату. Запах доносился оттуда. Я с трудом смог подняться и, прихрамывая, прошел вперед. К моему удивлению, я увидел, что комната была соединена с кухней, а за плитой стояла девушка. Ее длинные волосы были все еще мокрые, в то время как я был уже сухой и чистый. Я сел и стал наблюдать. Девушка ловко обходилась с приборами и живо двигалась. Она быстро наложила теплой еды в миску и резко обернулась. Я испугался, она тоже, но страх длился всего лишь секунды.

-Ты проснулся! Я уже начала волноваться. Голодный, наверно? Тут каша и мясо. Кушай.

Она легким движением подставила мне миску. Пахло вкусно. Да и сама еда оказалась весьма прекрасной! Спасибо! Я вильнул хвостом и радостно посмотрел на девушку. Она ответила мне улыбкой и скрылась в коридоре за второй дверью. Я ел с аппетитом. Кажется, и минуты не прошло, как миска опустела. Довольный, я улегся около тарелки и смотрел в коридор. Оттуда в полотенце и замотанными волосами вышла она и прошла в комнату. В другой ее части располагался стол, шкаф и кровать. Большое окно открывало вид на улицу. Там все еще шел дождь и уже начинало темнеть. Хозяин снова будет ругаться, что я поздно приду! Срочно надо домой! Я резко поднялся и побежал к двери. Боль в лапах была нестерпимая, но кое-как я начал скрестись в дверь. Мне надо домой! Я не хочу огорчать хозяина!

-Куда?.. Ты что, уже выздоровел? – девушка убрала с волос полотенце и распустила их. Они доставали до конца спины. Я на секунду остановил взгляд на ней. Она была уже в легкой футболке и шортах. Красивая… я задумался. Слегка вильнув хвостом, я вновь оперся передними лапами на дверь. Поймет?

-Я не могу отпустить тебя в таком состоянии… на улице дождь, а ты уже хочешь гулять? – она подняла одну бровь, что придало милости ее лицу, - извини, я не пущу тебя. А может, у тебя есть хозяин?

-Гав! – да, есть! Помоги мне! Открой дверь!

-Правда? Ну идем… - она вздохнула и быстро оделась. Как здорово, что она меня понимает! Мы вышли с ней на крыльцо. Дождь стал неприятно бить мне по носу, я чихнул и отошел под крышу. Девушку достала зонт, и мы двинулись с ней вместе, идя ногу в лапу. За пару минут мы дошли до моей улицы, до подъезда. Я не запоминал дороги, инстинкты сами за себя все сделали. Подойдя к нужной двери, я начал скрестись в нее. Девушка помогла мне открыть ее и добраться до квартиры хозяина. Я звонко гавкнул на весь подъезд в ожидании. Открылась дверь и оттуда высунулось недовольное лицо. Это был мой хозяин. Взъерошенные волосы и неприятный запах сразу обратили мое внимание. Из квартиры повеяло холодом и страхом. Я невольно опустил уши и поджал хвост. Мне вдруг захотелось вернуться в дом девушки.

-Здравствуйте. Это ваша собака? Она была ранена, я помогла ей, а потом она привела меня сюда. Вы ее хозяин? - спросила девушка с легким, но скрытым отвращением на лице. Я наблюдал за ее эмоциями и выражениями.

-А? Чего? Какая собака? Шавка эта? Да, моя. А что она у тебя делает? Или ты ее забрать хотела? Барсик, домой, несносная ты морда! – рявкнул хозяин и, схватив меня за загривок, затащил домой.

-А ты проваливай! Нечего чужих собак подбирать! – и он захлопнул дверь перед ней. Я видел ее встревоженный и обескураженный взгляд. Она явно дивилась тому, какой у меня хозяин. И вправду, хозяин ли он?

-Неблагодарный! – вдруг накинулся на меня хозяин,- тут его и приютили, и обогрели, а он к другим уходит! П-шел вон от сюда! Тупица! Кусок мяса! К черту! Уходи! – он гонялся за мной по комнатам, пока я силился спрятаться от его пинков и тапок. В конце концов я забрался под кресло и оскалил зубы. Я почувствовал некую злобу к этому человеку. Такого никогда не было. Я любил и лелеял хозяина. Но после встречи с этой девушкой…

Хозяин, к удивлению, быстро успокоился. Он плюхнулся на кровать рядом и захрапел. Только сейчас я почувствовал резкий запах спирта. Снова пьян. Я тихо вылез из своего убежища и отправился в коридор. Никакой подстилки не было. Были лишь холодные половицы. С кухни не доносился приятный запах еды. Кажется, я даже учуял гниль. Оглядываясь вокруг, я все вспоминал ту девушку. Красивая и… добрая. Уродливый и…злой. И последний – это мой хозяин. Я должен быть верен ему несмотря ни на что. С такой мыслью я уснул и просыпаться не очень хотел.

Глава 4.

Проснувшись до восхода солнца, я не обнаружил хозяина дома. Ушел куда-то. Нехотя встав, я обошел квартиру. Тишина. Напрягающая и угнетающая. Мне хотелось на улицу. Я бесцельно бродил из одной комнаты в другую и остановился перед зеркалом. Белая шерстка слегка запачкалась, рыжее пятно на глазе и ухе не выглядело ярким. Конечно, спать на грязном полу! Я встал на задние лапы и покрутился. Хорош! И следа от раны не видно. И осколка в лапе нет… Спасибо, девушка! Я почувствовал грусть и тоску. Мне так хотелось вернуться к ней! Она не такая, как мой хозяин. Он бы ни за что не помог мне. Но я все равно люблю его. Пусть он и кричит, пусть и бьет меня, но это он спас мою жизнь от холодной Смерти. Это он забрал меня к себе в лютый мороз и обогрел. Давно ли это было?..

Пора идти на прогулку! Солнце уже поднялось и заливало каждую серую комнату своим теплом. Я слышал через открытое окно смех детей, слышал разговоры людей и звуки машин. Гулять, гулять! Хочу гулять! Я побежал к двери и начал активно скрестись в нее, гавкать и вилять хвостом. Ах, да, я же один… Кто выпустит меня? Я видел много раз, как хозяин, чтобы открыть дверь, нажимал на ручку. Допрыгну? И раз, и два! Я подскочил на месте и вцепился в дверную ручку. Язык почувствовал вкус металла. Под весом моего тела она скрипнула и медленно опустилась вниз. Что-то внутри щелкнуло и дверь открылась. Свобода! Но как же квартира? Ее хозяин всегда запирал. Интересно, почему он сейчас оставил дверь открытой? Наверно, с похмелья не соображает. Выйдя в подъезд, я наскочил на дверь, и она громко захлопнулась. Первое препятствие преодолено. Осталась входная дверь подъезда. Я кинулся вниз и вовремя успел прошмыгнуть мимо соседа.

Доброе утро тебе, человек! Доброе утро, город! Доброе утро, птички! Я весело гавкал около подъезда, радостно осматривая окружающий меня мир. И первым делом мне захотелось поесть. Поблизости не было мусорных баков или маленькой столовой, откуда мне обычно выносили остатки. Я продумал маршрут и легкой рысцой двинулся против движения дороги.

В паре кварталов от сюда было одно здание, откуда всегда выносили вкусности. И конечно же, они доставались мне. Я перешел на бег и за несколько минут добрался до цели. Как раз в это время отворилась дверь на задний двор, и оттуда вышел человек. Он нес в руке большой чан с остатками еды. Привет, друг! Я прогавкал ему и начал прыгать вокруг на задних лапах.

-Видно, не кормили тебя совсем! Исхудал! На, держи, держи, - человек усмехнулся, поставил чан около двери и скрылся за ней. За секунду я вычистил его и звонко позвал человека. Тот вышел, потрепал меня за ухо и подмигнул. Я гавкнул ему в ответ, и мы разошлись. Как хорошо, что на свете есть добрые люди! Много ли их?

Дальнейший выбор пути я предоставил лапкам. Они сами куда-то несли меня. Я очутился в провинциальной части города. Моего друга не было уже второй день. Что-то случилось, может быть? Но вот дверь небольшого домика открылась, и оттуда радостно, на поводке, выбежал пес. Сначала он подозрительно остановился, осмотрел меня, обнюхал. Дружище! Это я, не узнал? Узнал, узнал, а как же! Мы поздоровались и весело переглядывались. На другом конце поводка стояла пожилая женщина, она куда-то торопилась.

-Шарик, идем! Мне на почту надо, Шарик! Потом, потом погуляешь! – она говорила громко, серьезно, но без злости. Ладно, Шарик, иди, не расстраивай своего хозяина! Мы попрощались, и я двинулся к центру.

Снова шум дорог, снова беспрерывное движение людей. Мне вдруг вновь стало грустно и… одиноко. Я дошел до величественной статуи и сел напротив нее. Космонавт так же уверенно смотрел вдаль, собачка на его руках глядела благодарно ему в лицо. Я даже заметил некую самоотверженность в ее мордочке. Она так наивна и беззащитна. Она доверяет своему космонавту. А он не предаст ее?

С такими мыслями я просидел довольно долго. Движение постепенно уменьшалось и вскоре совсем исчезло. Вновь палящий зной накрыл улицу, я был вынужден искать укрытие от яркого солнца. Идти в ту улицу, где меня чуть не растерзали собаки, мне не очень хотелось. Поэтому я выбрал противоположное направление и легким бегом начал путь вдоль тротуара. Эта часть цента отличалась от другой. Здесь были высокие здания, много высоких зданий. Они словно спицы, тонкие, но прочные, поднимались в высь и гордо смотрели на город. Я бесцельно бродил мимо этих больших «спиц», сам не зная, что ищу. Здесь я не встретил ни одной дворовой собаки, ни одной птички, ни одного кота. Омертвелыми казались дороги, мертвыми казались дома. Ни звука, ни шума, ни скрипа. Ничего.

Я решил остановиться у одного такого здания и посмотреть, что было внутри. За огромными стеклянными дверями находилось большое помещение. По средине стоял стол, около него диваны. Еще я разглядел шкафы с квадратными штуками. Кажется, это были рамки, а в них бумажки с буквами. Читать я не очень хорошо умел, да и зрение не позволяло. Но табличка «Вахта» хорошо выделялась на общем сине-белом фоне. В этой «Вахте» сидел человек пожилых лет, в синей кепочке с небольшой седой бородкой. Он был толстоват. Пухлые пальцы, похожие на сардельки, сжимались в кулак и подпирали пухлую щеку. Он дремал. Сардельки! – пронеслось у меня в голове. Живот предательски заурчал. Я облизнул сухой нос и с сожалением отошел от двери. На вряд ли где здесь будет здание, откуда вынесут еду! Инстинктивно я начал принюхиваться. Чего тут только не было! И бензин, и выхлопные газы, табачный дым, мужской одеколон… Кажется, таким еще хозяин пользовался! Когда был хорошим хозяином…

Я решил не стоять на месте. Полностью отдавшись собачьему чутью, я направился туда, где сильнее пахло табаком. Люди, наверно, выходят покурить, отдохнуть. Может, встречу, может, поделятся чем. Долго я искал живую душу. Наконец, нашел. Человек, нестарый, но и не молодой, стоял под тенью кровли и уже докуривал сигару. Ноги его были широко расставлены, одна рука находилась в кармане. Смотрел он… в никуда. Глаза сосредоточились на одной точке, но нельзя было сказать, на какой. Я шел прямо на него, но он не заметил меня. Практически делая последний выдох и бросая окурок в урну, он наконец краем глаза увидел что-то белое и движущееся. Я приветливо махнул ему хвостом.

-Хей, песик… - его бас тяжело прозвучал в тишине. Я подошел ближе. Человек наклонился и протянул руку, чтобы погладить меня, но тут же отдернул и спрятал. Я насторожился.

-Ты чего тут делаешь? Здесь обычно нет собак… Голодный, наверно, вот и забрел…да? – человек серьезно смотрел на меня, но брови его не были нахмурены. Я не видел злобы в этих светлых карих глазах. Слегка вильнув хвостом и издав звук, похожий на лай, я сел перед человеком. Он утвердительно кивнул и скрылся за железной дверью. «Он работает там», - подумалось мне. Долго работает, потому что нервный. И тон такой официальный. Видно, высокое положение занимает. Нравится ему работа его?

Через пару минут железная дверь туго заскрипела, и из-за нее показался человек. Он не вышел полностью, а только подозвал меня.

-Иди, на! Ешь на здоровье. А мне идти надо. Да и тебе оставаться опасно, заметят, застрелят. Не место тут дворнягам, - он все-таки потрепал меня легонько по голове и скрылся. Передо мной лежал кусок вареного мяса и остатки каши. Здорово! Спасибо!

Съев все до последней крошки и не оставив следа, я решил где-нибудь отдохнуть. Солнце уже не стояло так высоко, хотя жара сохраняла свою силу. Срочно тенек! И воду! Да, вода была сейчас необходима. Я вновь отдался чутью. Оно привело меня к задним дворам другого здания. Большого, широкого, толстого. Сточные трубы выходили в каналы, по которым маленькой струйкой текла вода. Я жадно начал пить. Хорошо! Тень и прохлада! Даже зной не так ощутим. Напившись, я облокотился о стену и сел. Интересно, чем люди заняты в этих домах? Работают, это понятно. А как работают? Трудно им? А тому на «Вахте» хорошо, сладко спится. А другому нет, он всегда в заботах. Хм… Хозяин мой тоже бывал в заботах… Не выдержал, спился. Тот человек тоже сопьется? Тогда зачем работать, если будет одинаковый исход?

-Да уж, ну и дела! – внезапно во двор вышли двое рабочих. Они были в ярко-синих костюмах и белых касках. Руки их были в перчатках.

-И не говори! К черту такую жизнь! Бросить бы все, улететь… - недовольный рабочий сбросил с себя перчатки. Все руки его были в пыли, копоти, в легких порезах и грязи.

-Как, улететь! – неожиданно вскрикивает другой, тоже снимая обмундирование рук, - у тебя же семья! Дети!..

-Да вы все так говорите! Семья, дети. Я только ради них и работают. Жена вечно дома сидит, с малышами нянькается. Тоже работа! Да на меня рычит, мол, вечно на заводе, времени не уделяю, не помогаю. Другие два балбеса в школу ходят, да тоже без пользы, хоть и хорошо учатся. На кандидатов наук вместе решили. Вот бы матери помогли, и то лучше! А то собрались миру всему помогать! – человек недовольно плюнул в сторону и закурил.

-Миру помогать… Тоже хорошо, чего ты! Может, они в будущем станут великими учеными, сделают открытие, которое освободит тебя от работы. И тебе, и братикам, и матери помогли! И вас, и их светлое будущее ждет, – другой человек не курил, а лишь все потирал руки. Они у него были не так покалечены, как у первого, но ссадины были видны.

-А-га…Как же. Сопьются, как дед их. Вот и светлое будущее тебе. Одни мечты. А реальность далеко обманчива…

-Да, обманчива,- внезапно энергичный тон второго сменился на поникший, -у меня же… Жена недавно в больницу попала, не рассказывал?

-Да я по новостям слышал. Ужасное дело! Власти совсем никуда не смотрят…

-Да-м… И люди тоже. Слава богу, детей нет, а то трудно было бы им. Жену оставлять нельзя, жизнь на волоске, как говорится…

-А надо оно тебе это все? -внезапно задал вопрос первый.

-Как! Как «надо»? Она часть моей жизни, а я ее вот так возьму и оставлю? «Улечу»? Да и в таком положении! Нельзя, нельзя.

-Чего нельзя? Все равно не долго осталось. Редко после такого выживают.

-Недолго! Как ты можешь такое говорить?.. Ее жизнь теперь от меня зависит. Я теперь несу ответственность за ее смерть. Выжить смогла, неужели жить не сможет? Я теперь для нее последняя надежда, я теперь ее последнее начало, шанс. А ты говоришь, недолго! Подумай. Ты берешь в жены девушку, красивую, умную. Направляешь ее по единственному пути. А тут вдруг вот… несчастье. Или усталость. Или надоела жизнь. Или еще что. Запросто вот так оставишь свою любимую? Кинешь ее, пусть сама как-нибудь, не маленькая уже. Экзюпери помнишь? В ответе за тех, кого приручил. В ответе за тех, кто стал частью тебя.

Наступило долго молчание. Первый человек ничего не отвечал, не смотрел в сторону второго. Он просто докуривал сигарету, одну за другой. Я насчитал 4. Дальше он обернулся с легкими слезами на глазах, но быстро оттер их, ссылаясь на дым.

-Идем работать. А то начальство премии лишит, – и они вдвоем скрылись за железной дверью.

Глава 5.

Солнце уже начало медленно опускаться. Его лучи заливали стены высоких зданий и цехов, а те отбрасывали причудливые тени на дороги. Тихо. Люди работали. Машин не было. Лишь изредка можно было видеть, как кто-то снова выходит покурить. Осторожно так, молча. Чтобы не заметили. И уходит. Дверь «муравейника» аккуратно закрывается, и больше никого нет. Я уже давно спал. Еще с середины разговора тех двух рабочих. Странные, однако. Похожи друг на друга как две капли воды, а говорят совсем разные вещи. Правдивые? Правда у каждого своя.

Солнце уже почти опустилось до горизонта. Становилось холоднее. Неприятный поток ветра колыхнул мою шерсть, мурашки так и забегали. Я встал и потянулся. Видимо, долго валялся, все костяшки прохрустели. Ну ничего! Пора домой. Заняться все равно нечем, да и хозяина расстраивать не хочется. Рысцой я засеменил по дороге. Она казалась мне бесконечной! А может, это не тот путь? Я заблудился? Только не это. Внезапный страх охватил всю мою душу. Сердце забилось как бешенное, я остановился и трусливо начал оглядываться вокруг. Здания, точно домино, одинаковые, длинные и высокие выстраивали для меня непреодолимый лабиринт. Я не знал, куда податься. Тем временем огненный шар уже давно зашел за горизонт… Мне стало жутко. На ночь оставаться одному, мерзнуть на холодном асфальте. В воспоминаниях сразу промелькнула та самая зима. Нет, не хочу! Надо бежать! А куда? В панике я поддался инстинктам и рванул с места. Да, они меня не подвели. Только здраво мыслить я начал, когда уже очутился на середине проезжей части. Машины гоняли туда-сюда, скрипя, гудя, шумя своими моторами. Я гавкнул от неожиданности. И снова страх волной накатил на меня. Стоя в центре дороги, я не мог перейти на тротуар. И слева и справа, всюду были машины! О, люди, зачем вам столько много этих монстров?! Я решил быстро перебежать на одну строну, когда расстояние между машинами было велико. Но вдруг… Что-то громко пропищало 3 раза. Движение остановилось. Я как статуя стоял перед самым «лицом» одного монстра. Он прямо смотрел на меня своими фарами, недовольный, большой и злой, готовый в считанные секунды сорваться с места и превратить меня в лепешку.

Топот? Люди? Я повернул голову в сторону и увидел, как огромная толпа молниеносно двигалась на меня. Они были страшнее машин. Неаккуратные, жестокие и грубые, люди захватили меня в свой поток. Я только и успел перебирать лапками. Куда идти? Где выход из этого урагана? Снова три сигнала… Значит…

А это означало, что движение машин возобновилось. Люди исчезли с дороги, а монстры с ревом продолжили свой путь. Я оказался на перекрестке. Как меня сюда выбросило?! Но надо спасаться! Под гнетом страха и чувством самосохранения мое белое тело металось с одной стороны дороги на другую. Машины то и дело задевали меня, отбрасывая от тротуара и возможности выжить. Я остановился, чтобы выждать момента, когда монстров будет меньше. Страх все еще наполнял мою грудь, но я не замечал его. Я был полностью сосредоточен на задаче уйти живым с этой «мертвой» зоны.

Гудок. Протяжной и глухой. Он донесся до моих ушей не сразу. Рев моторов заглушал его. Я обернулся и увидел огромный грузовик. Он ехал по прямой и не собирался тормозить. Кажется, водитель просто не видел меня. Прости, хозяин… Я закрыл глаза.

Глава 6

-Сумасшедшая!

-Куда гонишь!? Или слепая?!

-Чего вытворяет! Мало ДТП что ли? Дура!

Послышалось множество гудков, скрип колес. Грузовик с визгом промчался мимо. А я… был воздухе? Летал? На секунду, разве что. Мои лапы почувствовали металл. Я с некоторой опаской открыл глаза. Дорога! Прямо… подо мной? Это как? Я начал судорожно оглядываться. Теплая рука опустилась на мою голову и нежно потрепала ее.

-Все хорошо, не бойся. Я рядом.

Я посмотрел за спину. Это была она. Она, та самая, что спасла меня в дождь. Девушка улыбнулась и на секунду задержала свой внимательный взгляд на моих глазах. Я засмущался. Она тут же перевела его на дорогу и убрала руку. Мы ехали на ее велосипеде. Прямо по дороге! Рядом с машинами! Мне снова стало страшно, вдруг что-то потянуло меня выпрыгнуть с корзинки, в которой я сидел.

-Нет, нет, пожалуйста! – девушка резко повернула, как только я облокотился на край, - сиди на месте!.. А то вместе убьемся, - она вновь успокоила меня своей теплой рукой.

Я смирно сел. А это не опасно? Тебе можно доверять? Смотри, смотри, прямо на машину едем! Я нервно завилял хвостом, а она ловко обогнула «монстра». Молодец! Мне стало спокойнее.

Раньше я такого никогда не видел. Вокруг меня все двигалось, все светилось. Дома медленно уходили назад. Яркие огни фар и светофоров мелькали, как светлячки. Мы выехали на главную дорогу, что вела в центр. А вот и памятник! Такой красивый в ночное время. Огни вокруг него точно звезды сияют. Я никогда здесь не был так поздно. Наслаждаясь окружающим видом, мой язык прямо-таки выпал и болтался на воздухе. Девушка усмехнулась.

Мне… Мне было хорошо. Я бы сказал, даже лучше, чем с хозяином. Несмотря на ночную прохладу, я чувствовал тепло. Это тепло исходило от девушки. Она, такая яркая, улыбчивая и добрая, уже второй раз спасает меня. А дома… Дома хозяин, вечно пьяный, грязный и злой. Жутко смеется и бьет. Иногда забывает кормить. Сердится на пустяки и срывается на меня. Разве это жизнь? Жизнь, вот она! Вся в ярких красках, в ощущениях, а не в заботах. Жизнь сейчас, а не тогда и не потом.

Мне так хочется… Побольше тепла этой девушки. Мне не хочется возвращаться домой на холодный пол без подстилки и к протухшему мясу. Мне хочется быть с ней. Может, это будет предательство, но… Я не выдержу. Я долго терпел, долго любил и лелеял своего человека. Нам, собакам, такое не простительно – оставлять хозяина. Мы должны быть с ним при любых обстоятельствах, в любое время, в любом месте. Но будет ли он считаться мне хорошим хозяином? Достойным хозяином? Я готов умереть за него. Готов жить ради него, только ради него. А он готов?..

Но и готова ли эта девушка? Как я уже заметил, многие из людей будто сами не свои. Будто маски носят. Кажутся злыми и угрюмыми, а за маской самая нежная натура. И наоборот. Добрый и милый может оказаться алчным и жестоким. С этой девушкой так же будет?

Мне захотелось тут же это проверить. Я оглянулся и стал всматриваться в ее глаза. Она… плакала? Что это? Ее выражение лица было серьезно, даже слишком, но на глазах наворачивались слезы. Она не всхлипывала, не издавала звуков. Лишь крупные соленые капли скатывались по ее щекам и падали вниз. Почему она плачет? Она не носит маски? Девушка внезапно посмотрела на меня. Ее взгляд выражал полное рассеянность и грусть. Я заметил некую легкую злобу, но она стушевывалась с общей печалью. Девушка, что с тобой?

Внезапно мы затормозили. Подножка велосипеда скрипнула. Девушка слезла с транспорта и бережно сняла меня с корзины. Этот дом мне был знаком. Это ее дом. Она не отвезла меня к хозяину. Но почему ты плакала, девушка?

Я не сопротивлялся. Меня поставили на порог перед входной дверью. Девушка утерла глаза и посмотрела на меня.

-Это… мой дом. Улица Осколково 3… к…квартира 14. П-пойдешь со мной? – она заикалась и старалась не расплакаться снова.

Я легонько махнул хвостом. Да, пойду. Я хочу к тебе. Девушка открыла дверь и пустила меня вперед. По своей привычке я дальше коридора не прошел. Она же устало зашаркала ногами, стянула с себя обувь, а верхнюю кофту повесила на крючок. Сумка ее упала тут же на тумбочку. Девушка прошла в ванную, вода не шумела. Из-за открытой двери я увидел, как она стоит перед зеркалом и что-то шепчет. С ее глаз снова пошли слезы, но она тут же утерла их и стала мыть руки.

-Иди сюда. Помоем тебя.

Я пошел на призыв девушки и сам залез в ванную. После мытья меня обтерли мягким полотенцем. Я выскочил из душевой комнаты и, оставляя мокрые следы, побежал к зеркалу. Девушка снова усмехнулась. В отражении я видел красивого белого пса с ярким оранжевым пятном на глазе и ухе. Встав на задние лапки, я попрыгал вокруг, любуясь своей чистотой.

-Ну красивый, красивый, - проговорила с улыбкой девушка, - иди, досушимся.

Но я не шел. Мне жутко захотелось, чтобы она сама подошла ко мне. Девушка так и сделала. Она попыталась поймать меня в полотенце, но я ловко увернулся и оказался в большой комнате. Скользя по полу, мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы добраться до конца комнаты. Мои лапки буквально разъезжались, когда я пытался начать бежать. Девушка, смотря на эту картину, залилась смехом, но все еще пыталась догнать меня. Мы сделали пару кругов по ее просторной и уютной комнате, оставляя везде капли воды. Наконец она перехитрила меня, накрыв с головой белым полотенцем.

-Попался! – радостно и задорно сказала она, беря меня на руки.

Попался! Не ускользнуть мне от ее рук. Серые глаза девушки вновь устремились в мои рыжие. Мне стало как-то неловко, я слегка виновато отвернул голову, а она продолжала смотреть прямо мне в душу.

-Ничего, я уберу. Ты, наверно, голодный? Сейчас мы что-нибудь тебе сделаем, - девушка отнесла меня на подстилку (она находилась рядом с дверью в коридор) и оставила вместе с полотенцем. Она ушла в часть комнаты, где находилась кухня. Я попытался укутаться в полотенце и внимательно стал наблюдать за девушкой. Ее легкие движения так завораживали… Вся натура ее была пропитана добротой и лаской. Она больше не плакала. Она улыбалась, готовя кашу. Она была счастлива в этот момент. Будто вся та грусть и злоба, с которой девушка ехала домой, исчезла за секунду, испарилась, как капля росы. Будто ей нужно было только играючи ловить меня и готовить мне кашу.

-Ну вот, приятного аппетита, - девушка улыбнулась, поставив перед моим носом теплую еду. Я облизнулся, хрипло гавкнул и принялся за кушанье. Тем временем она села за стол, и сама начала трапезу. Мы так сидели в течение нескольких минут. Тишина, нарушаемая звоном ложки о тарелку и тиканьем часов, не была нагнетающей. Скорее, она создавала ту атмосферу спокойствия и умиротворенности, когда старые друзья собираются за одним столом и разглядывают друг друга, не говоря ни слова. Тогда все пространство наполняется их любовью, теплым чувством, греющим в самые холодные дни зимы. Так и сейчас, я ощущал тоже самое. И заботу, и ласку, и любовь… Но можно ли так? Испытывать счастье… не с хозяином? А давно ли я был счастлив с ним?..

Незаметно подкралась ночь. Сумерки сгустились, окна наполнились беспросветной тьмой. Я все продолжал лежать на своем месте, сытый, чистый и…снова грустный. Я был в смятении. Я не знал, что мне делать. Только за пару встреч я смог убедиться в коварстве характера человека. Пытаясь кому-то помочь, он предстает добродетели, показывает набор своих положительных качеств. А как только спасенный становится обузой его существования, тут возникает потребность избавиться от груза жизни. Даже по отношению к собаке. Человек греет ее, заботиться некоторое время, а когда она становится ненужной, выбрасывает ее на обочину жизни, и пусть там как-нибудь сама.

Я зажмурился. Мне захотелось плакать. Только теперь я осознал свою участь. Я стал обузой для хозяина, и он на грани избавления от меня. А тут она… Прекрасная девушка, с прекрасным сердцем. Она не носит маски, она умеет плакать и вкусно готовит кашу. Она не имеет добродетель, она сама добродетель. И я хочу остаться с ней. Но я не могу. Моя привязанность к хозяину, благодарность за спасение… я не могу бросить его. Кто попадет под его горячую руку, как не я? Кто станет жертвой очередных криков? Я… Это моя судьба. Я должен принять все эти страдания и быть благодарен за спасение. Должен?..

Я не заметил, как уснул. Все мысли в голове перемешались, увлеклись в ураган и унесли меня в царство Морфия. Девушка на то время лежала в кровати, но не спала. Она мечтала… О счастье? А что такое счастье? Я не знаю, что могло сделать девушку счастливой. Мы виделись с ней два раза. И я не знаю, любит ли она вставать рано или полежать до позднего утра. Но я знаю, девушка любит меня. Всем своим сердцем. Готова спасать мою жизнь, идти на риск и… делать счастливым меня. Может быть, радость других заставляла становиться радостнее и ее?

Но что было счастьем для меня? Что будет счастьем для меня? Жить с хозяином или с девушкой? Веселить ее и дарить улыбку или терпеть выговоры и побои от пьяницы? По своей собачьей натуре я всем нутром чувствовал, что надо вернуться к хозяину. Но разумом я понимал, что там не будет ни любви, ни ласки, ни тепла. И мне не хотелось. Не хотелось расстраивать ни девушку, ни хозяина.

Глава 7.

Наступило долгожданное утро. Как обычно, в самом раннем часу я проснулся, не помня себя. Внутри что-то перевернулось. Девушка тоже уже была на ногах. Она стояла у плиты и готовила завтрак.

-Доброе утро, Барсик, - милое лицо встретило меня зевающим и потягивающимся. Доброе утро, девушка. Так рано встала ты! Не то, что мой хозяин… Я почесал себе за ухом и решил обойти всю квартиру. Она лишь следила за мной искоса. Не кричала и не запрещала ничего. Только когда я подошел к огромному горшку с цветком и решил запрыгнуть, она строго сказала: «Нельзя». Я тут же отошел и вернулся на свое место. Перед моим носом появилась миска с вареным мясом и остатками каши. Вкуснотища!

После всех утренних процедур мы вышли на улицу. Теплый летний ветерок дул навстречу и развивал чистую шерстку. Мне вдруг… Стало так вольно, так легко. Я начал прыгать и резвиться вокруг девушки. В лучах встающего солнца я смог разглядеть ее. Белые волосы, серые большие глаза, внимательно оглядывающие все вокруг, узкие губы, иногда то непроизвольно сжимающиеся, то расплывающиеся в радостной улыбке. Она представляла одну из немногих натур, которые смогли сочетать в себе внутреннюю и внешнюю красоту.

Куда мы идем, девушка? Виляя хвостом, я шел около ног моей… новой хозяйки? Я еще не уверен в этом. Грустные думы снова посетили мою голову. Вспоминая все, что произошло вчера, мне вдруг стало так тоскливо и одиноко. Несмотря на всю впитанную любовь и заботу от девушки, я чувствовал потребность вернуться в родной дом. Хотя бы напоследок, проститься. Но стоил ли это делать вообще? Лучше оборвать канаты сразу и никогда не возвращаться к прошлому или изредка вспоминать о нем с печально-радостной улыбкой? Я не знал, как быть. Мне внезапно захотелось убежать от девушки. Я поднял голову и начал всматриваться в ее лицо. Оно почему-то стало выглядеть таким же печальным, как и вчера, только слез не было. Внезапно девушка остановилась и посмотрела на меня.

-Мы пришли. Посиди здесь, я скоро приду, - она наклонилась ко мне и потрепала по голове, стараясь убрать грусть с лица. Получалось это у нее плохо, глаза выдавали. Хорошо, девушка, я буду послушно ждать тебя здесь. Она поднялась и скрылась за большой черной дверью с вывеской, на которой красовались золотые буквы. Прочитать я их не мог, но разобрал парочку: «П..х..р..нн..е бюр..».

Я сел смирно спиной ко входу и начал осматривать идущих людей. Все они выглядели почти одинаково. У всех было задумчивое лицо, не выражающее каких-либо эмоций. Скучные люди. Серая масса. Нет лучиков у них в глазах, как у девушки. О, что это?.. Неужели… Мой хозяин? Хвост предательски вильнул, но я ни на шаг не сдвинулся. Я впился глазами в до боли знакомую мне фигуру. Это точно был он. Высокий, худощавый, слегка обросший. В своем домашнем. И как ему не стыдно?.. Он подходит к людям и что-то спрашивает. Что? Показывает, объясняет… Не меня ли ищет? Да, вот, показал размер моего тела, указал на глаз… Точно меня описывает! Надо прятаться!

Сам не зная почему, я быстро убежал за угол дома и сел в первую нишу, притаившись. Я ждал, пока выйдет девушка, поэтому навострил уши и максимально пытался унюхать ее приятный запах. Через несколько минут девушка выскочила из-за двери и огляделась. Я хрипло гавкнул. Девушка услышала. Она заглянула за угол дома и увидела мой торчащий нос из-под ниши.

-Что с тобой? Испугался чего-то?.. – девушка присела на корточки и нежно погладила мою голову. Я вылез и схватил ее за штаны, потянул в другую сторону. Нельзя было попадаться на глаза хозяину. Девушка, пойдем! Пойдем отсюда! Не хочу я! Идем! Я тянул ее все сильнее и сильнее, иногда рыча и хрипло гавкая. Наконец, она повиновалась и мы пошли в другую сторону от того места, где хозяин опрашивал людей. Уходя по задворкам, мы оказались в совсем незнакомом мне районе города.

-Что там было, что ты притащил меня сюда? – слегка недовольно спросила девушка, - я тут редко бывала, поэтому будет сложно найти дорогу домой… - нахмурив брови, она оглядывалась, а потом достала телефон и начала быстро щелкать пальцами по нему. Я стоял смирно и тоже оглядывался. Везде были незнакомые запахи. Я не мог ориентироваться. Вся надежда оставалась на девушку.

Пока она стояла и что-то искала, я… все понял. Хозяин любит меня. Он пришел за мной, потому что я не был дома целые сутки. Мой хозяин – второй человек, кто действительно волнуется о моей жизни, о том, где я и что со мной случилось. Бросать его просто так на произвол, оставить ни с того ни с сего – это было выше моих сил. Нутро тянуло вернуться обратно к тому переулку, но рассудок мой не позволял. Я будто почувствовал внутренний раскол. Я знал, что возвращаться нельзя, если я хочу жить нормально, но я чувствовал, что необходимо появиться дома, хотя бы ради того, чтобы хозяин не остался один.

Я больше так не могу. Девушка все еще торчала в телефоне, она слегка хмурилась и поднимала голову, чтобы свериться. Я не стал дожиться, пока она начнет идти. Я встрепенулся и побежал. Куда? Не знаю. Зачем? Тоже не знаю. Бежал по чувству. Принюхиваться я не старался, чтобы на инстинктах не прийти к чему-то знакомому. Будь это дом девушки или старого хозяина. Через пару домов я выбежал на продолжение главной улицы. Это место было более-менее мне знакомо, я уже не чувствовал себя потерянным в мире. Я чувствовал себя обреченным. Я не слышал, как кто-то кричал, как кто-то шикал на меня, я мешал движению пешеходов. Но я бежал. Лапки мои не чувствовали усталости, дыхание не сбивалось. А вот и памятник центра. Высокий. Светлый. Даже в этот хмурый день. Он величественно стоит и устремлен вверх. К жизни. А я? Достоин я жизни теперь? Я бросил хозяина, я оставил девушку. Все еще достоин?..

Оставив памятник за спиной я увидел поворот в зону города, где находились высокие серые здания. Не знаю почему, но я решил свернуть туда. Что я надеялся найти там? Ответ на вопрос? Или свою смерть?

Красный. Перебегу. Пускай судьба сама решает, что со мной делать. Я ступил на проезжую часть, быстро перебирая ногами, перебрался на другую сторону улицы. Мне сигналили, я слышал визг колес, слышал, как кто-то вскрикнул. Легковые «монстры» останавливались прямо передо мной, громко ревели и пыхтели. Но я цел. Я невредим. Не суждено, значит?..

А вот и рабочая зона. Вот тот знакомый переулок, где я пил воду и где на меня напали собаки. Но их нет. Значит, точно? Судьба точно выбирает жизнь? А что выберу я?.. Ведь девушка, как и хозяин, ищет меня, наверно. Спрашивает. В точности так же волнуется. И так же любит?.. Я не могу этого знать. Я запутался окончательно. Предательство непростительно. Непростительна вторая любовь ради предательства. Но я бессилен, я не могу ничего делать, я только терпел и ждал. Чего ждал? Пока хозяин одумается и перестанет издеваться надо мной? Ждал второго прихода спасения? Ждал… истинной любви?

Занятый такими мыслями, я не заметил, как уже подобрался к знакомому выходу, где стояли двое людей. Не заметил, как снова оказался на дороге. Тихо. Слышу только стук ноготков об асфальт. Да и дождик вроде, накапывает. Подул свежий ветер. Я вдруг на секунду почувствовал себя свободным. От всего. Будто мигом решилась проблема, будто и не было никакой девушки и никакого хозяина. Будто я вечно был сам себе хозяин. Медленно замедляя бег, я перешел на рысцу. И не заметил. Не заметил выскочившего из-за угла грузового «монстра». Он налетел так внезапно, так резко и быстро, что я просто не заметил этих двух мигающих грозных желтых глаз. Почувствовать я успел только удар в бок и глухой стук головой об асфальт. Я отлетел. И не вставал. Что-то щелкнуло, и я уже не мог пошевелиться вообще. Даже заскулить. А «монстр» уехал. Это конец?.. Похоже на него. Судьба-злодейка, значит, еще поиграть хотела, помучить. Да куда уж мучиться-то. Пришла она, Смерть. Не ждал я ее, от того и горько. И от горькости у меня выступили слезы. А может, и не только из-за нее. Я просто лежал и плакал. Вместе с каплями дождя капали мои соленые слезы, скатываясь и щекоча кончик носа. Хотелось чихнуть. Чихнул. И почувствовал, как что-то больно кольнуло в груди. Теперь мне нет обратной дороги. Не вернуться ни к кому и не сказать: «Ну, бывай! Спасибо!». Скорее грусть, чем страх, овладевали мной. Я уже ни на что не надеялся. Я лежал и просто встречал подругу Смерть.

Среди столбов серых фонарей валялось неподвижно мое тело. Высокие одинокие здания отбрасывали черные, мрачные, холодные тени на дорогу. Капал ледяной дождь. Это осень давала о себе знать. Она тайком пробиралась в зеленую листву, тайком пускала ветерок в переулках, поднимала листопады и открывала души. Вместе с расцветом желтых берез расцветали люди, оставшиеся в одиночестве. Люди, которые не нашли кого-то, кто будет греть их вечерами, защищая от этого ветра в переулках. Так и девушка, одинокая, не нашедшая защиту, шла сейчас тихо по дороге, в расстегнутом пальто. Грудь ее нервно поднималась, она иногда кашляла. Ветер, этот холодный, северный ветер колыхал ее волосы, шарф, ее спокойствие. Подсознательно она знала, что случилось то, что должно было быть. Белое, безжизненное тело мелькало впереди. Это я, девушка. Ты пришла за мной? Ты бежала. Ты надеялась догнать, но не смогла. Прости, девушка, что подвел и разбил твое сердце второй раз. Но и мое было разбито на две части. Я не смог собрать его воедино и отдать остатки выпитой любви тебе. Прости…

Девушка приблизилась и села на колени. Она не всхлипывала. Ее слезы, такие же горькие и соленые, как и мои, падали вместе с противным дождем. Последним дождем в моей жизни. Еще теплые руки девушки аккуратно уложили меня на колени. Я поднял глаза и исподлобья увидел ее лицо. Бледное, без эмоций, оно тихо плакало и не произносило ни слова. Девушка, это точно ты? Раньше… Раньше я видел в твоем лице счастье и теплоту. Где теперь все это? Я забрал, да. Ты, как и я, хотела отдать остатки внутреннего света тому, кто примет его и будет беречь. А теперь… а что теперь? Мы, оба убитые, здесь, мы вместе, и мы одни, не нашедшие себя, не нашедшие счастья. А ведь оно было так близко…

Я в последний раз взглянул на нее. Это была она.

Глава 8. Заключительная.

24.12.17

«Сегодня ничего особенного не случилось. Дом-работа-подработка. Вечером отправилась на прогулку. Ходила от кафетерия до рабочей зоны города. Все по-старому. Монументальный памятник. Движение на проезжей части. И эти одинокие и неодинокие люди. Шныряют туда-сюда. Тошно.

Настроение грустное. Думать о работе совсем не хочется. Я бы отпуск взяла. Но начальство ругается. Я знаю, почему. Но не хочется мне этого вспоминать. Не хочется…

А места все говорят об одном. О нем и о Барсике. Барсик умер 17 сентября. Жалкая, недостойная его смерть. Он умный был, а сглупил. И жизнью поплатился. Я встретила его хозяина сегодня, тот накинулся на меня с ором, начал права качать. А я ему в лицо сказала, что умерла собака его. И он вместе с ней умер. И я.

Был для нас Барсик чем-то особенным. И мы для него. Только вот, не знал пес, к кому примкнуть. По виду хозяина и не сказать, что жизнь Барси была исполнена нежности и заботы. Я бы наоборот предположила, что он вечно битый и оскорбленный ходил. А жил. И любил. Искренно так, по собачьи.

И я любила. Барсика нельзя не любить. Он понимает, он слушается. И любовь моя была чиста, искренна. Потому что это остатки светлой той любви, которую мы отдаем самым дорогим людям. Я отдавала ее отцу.

Отец тоже умер. Болел. Не справился. И я не справилась. Не сумела помочь. Я слабая. А Барсик сильный. Он выход искал, а я на месте сидела. Досиделась.

Бывает такое, одни приходят, другие уходят. Жизнь течет, так сказать. А ты стоишь. Ты вне этого бурного потока. Ты покинута. За тебя цепляются, тебя тянут, а ты столб-столбом. И не сдвинуть. Так и я. Стояла, ждала чего-то. Чего ждала-то? Конца такого? Глупая, он был очевиден. А Барсик чего ждал?.. тоже конца? Нет, он не его ждал, он озарения ждал. Или свободы. Бедный пес. Затерялся в перепутанных понятиях, переплел нити, которые и трогать не надо, если жить спокойно хочешь. Вот и выход его – болезненный, но верный. И один. Думать дальше не надо.

Хочется спасибо Барсику сказать, да слова в пустоту улетят, не услышит он. От этого еще грустнее. Не услышит, не поймет, что спас почти жизнь одну. А своей жертвовал. Поистине верный друг. Спасибо, Барси.»