Эксперимент.

Глава 1

Многие годы, лучшие умы мира пытаются понять, что движет людьми в общении, взаимоотношениях и поступках…

………………………………………………………………………………………

Он стоял перед членами комиссии, гордо расправив плечи, вскинув голову и небрежно опираясь на тяжёлое охотничье копьё с острым наконечником из обсидиана. Этот молодой человек мало походил на того подростка, который семь лет назад был отправлен вместе с группой сверстников в тот странный, дикий мир. Его вид и одежда резко контрастировали с обстановкой зала и видом сидевших напротив людей.

Кожаные штаны, такая же безрукавка, на ногах короткие сапоги из толстой кожи и такой же ремень, стягивавший узкую талию. На ремне, в деревянных, ножнах каменный нож справа и каменный же меч слева.

За плечами лук, а в руках, покрытых шрамами и загаром, ясеневое копьё с каменным наконечником. Длинные волосы, неровно обрезанные спереди, были подхвачены кожаным ремешком и затянуты в хвост на затылке. На шее

ожерелье из клыков самых разных хищников, среди которых выделялись клыки саблезубого тигра.

-И так. Вы прожили там дольше всех, но так и остались одиночкой, - подал голос председатель. В его фразе прозвучало больше утверждения, чем вопроса.

-Каждый решает это сам. Я решил так, - ответил молодой человек, не отрывая тяжёлого взгляда от говорившего. Под прицелом этих чёрных, как агат глаз, председатель поёжился и отвёл взгляд.

-Такое впечатление, что не его, а моя судьба решается, - пробурчал он, оглядывая присутствующих. В напряжённой тишине его слова прозвучали неестественно громко.

-Может быть, вы не до конца понимаете смысл происходящего ?- Прозвучал звучный, глубокий голос сидевшей с краю женщины.

-Я не страдаю амнезией и прекрасно помню, что после прохождения теста, комиссия решит мою дальнейшую судьбу.

-И вам не страшно ?-

-Нет. -

-Но вы практически антисоциальны. Вы не живёте в команде.

-Да. Я не хочу подчиняться. Я хочу жить так, как мне нравится, а не оглядываться на других. Не хочу жить в стаде.

-Значит, для вас жить в обществе, означает жить в стаде ?- переспросила женщина, удивлённо оглянувшись на сидящих рядом.

-Общество, в котором каждый живёт с оглядкой на соседа – стадо. Побежал один, следом бросились все. Не понравился одному, и против тебя тут же ополчатся все. Стадо, -твёрдо и чуть презрительно ответил охотник и в ответ, вся комиссия дружно зашевелилась. Такой ответ их не устраивал, и они уже, готовы были вынести свой приговор, когда двери зала распахнулись, и на пороге показался высокий широкоплечий мужчина в форме звёздного рейнджера.

-Командор Слейт, вы опоздали, - отреагировал на появление рейнджера председатель.

-Да, пришлось задержаться, навести порядок на трассе перемещения. Молодёжная банда в очередной раз принялась крушить посадочную станцию и избивать прохожих. Но я всё слышал, - он показал пальцем на крохотный прибор в ухе.

-Но это закрытое заседание…!- воскликнул председатель.

-А никто и не транслировал его по планетарному коммуникатору. Но вернёмся к делу. Похоже, вы уже пришли к единому мнению, и кандидат в закрытую зону готов.

Закрытой зоной называли остров по слухам, в акватории Индийского океана, который контролировался спутником, и с которого не было выхода. Любой объект, пытающийся покинуть остров, уничтожался лазером, управлявшимся со спутника. Туда свозили всех, кто получал ярлык антисоциального.

Остров снабжался всем необходимым, кроме оружия и свободы. Попавший туда, оставался на острове всю жизнь. Обыватели называли этот остров «клоакой » или вселенским мусоросборником.

Председатель неопределённо пожал плечами :

-Решение ещё не вынесено, кроме того, мы не уверены, что юноша опасен. Он антисоциален, но нет уверенности в неконтролируемой агрессии.

-Отлично ! Это то, что мне нужно. Самостоятельность и самообладание.

-Вы хотите забрать его ?

-Да. Из этого парня выйдет отличный рейнджер.

-Но он не работает в команде…

-Вот именно. Из таких одиночек и получаются лучшие волки. Ну что, парень, готов попасти это двуногое стадо ?- громко рассмеялся командор, хлопнув кандидата по плечу.

-Командор !- вмешалась обладательница звучного голоса, - вы не можете решать в одиночку !

-Могу. Я подотчётен только синклиту и имею допуск пси двенадцать. Допуск высшей самостоятельности. Я забираю его. Кто-то хочет возразить ?- круто развернулся он к комиссии. В ответ прозвучала полная тишина. Спорить с допуском двенадцатого уровня было, по меньшей мере, глупо.

-Посиди пока в соседней комнате, парень. Кибер обеспечит тебя всем, что пожелаешь. С этой минуты ты под моим эдиктом. Об остальном поговорим позже.

Коротко кивнув, юноша вскинул копьё на плечо и бесшумной походкой охотника покинул зал. Никто из членов комиссии даже не попытался возразить.

Председатель прокашлялся и, нажав кнопку, негромко произнёс :

-Следующий…

Это началось задолго до описанного дня. Общество не могло противостоять эскалации агрессии и насилия. Подростки сбивались в банды и жили по своим правилам. По закону кулака. Правили сильные, а слабые подчинялись. Правила человеческого общежития презирались. Ценились только сила и жестокость.

Полиция и спецподразделения не справлялись с волной преступности. Смягчение законов привело к полному презрению института власти и юриспруденции. Власть и силовые структуры открыто презирали и старались унизить при первой же возможности.

Именно тогда и возникла идея воссоздания уголка первобытной природы со всеми её опасностями: хищниками, кровососами и прочими прелестями. Идея заключалась в том, что подростков, окончивших школу, направляли в эти дебри, где они должны были выжить. Экстремальная обстановка очень скоро заставляла раскрываться всех, проявляя все черты характера, словно лакмусовая бумага.

Вся территория заповедника контролировалась камерами и компьютерами. Каждый из испытуемых был под неусыпным контролем, и компьютер фиксировал каждое движение. Составить определённое мнение о каждом не составляло труда. На каждого был свой файл. И окончательное решение выносила огромная комиссия, которую невозможно было ни запугать, ни подкупить. Их было слишком много.

Несмотря на возражения многих демагогов об опасности и риске, связанными с экспериментом, яйцеголовые смогли доказать, что риск погибнуть от наркотиков или случайной пули в уличной перестрелке у подростков намного выше. Подростки действительно гибли.

Гибли от передозировки наркотиков, от ножей и случайных пуль, от цепей и бейсбольных бит, которыми забивали друг друга в уличных разборках. Гибли, совершая дурацкие поступки чтобы доказать свою крутизну другим. И погибали просто так, случайно.

Как и у любого начинания, у эксперимента были свои приверженцы и свои враги, но Верховный синклит, устав от бесконечных споров поставил точку, одним махом вынеся однозначный вердикт :

- ПРИНЯТЬ,и эксперимент был принят.

С этого момента, выпускники школ проходили трёхнедельную подготовку, и отправлялись в заповедник. Ради чистоты эксперимента им не давалось ничего, кроме одинаковых комбинезонов и ручных часов. Всё остальное они должны были добывать себе сами. В случае крайней необходимости они могли получить информацию в определённых точках заповедника.

Бесспорно, условия были более чем жёсткие, но иного выхода не было. Слишком велика была угроза анархии и вселенского хаоса. Исключение составляли только больные и те, кто с самого детства был нацелен на определённый вид деятельности - то есть, юные дарования. Ими занимались отдельно.

Он родился на юге России и, окончив школу, был перевезён родителями на северо-запад страны. Родители считали, что здесь он сможет получить лучшее образование и устроить своё будущее. На момент принятия эксперимента, он уже поступил на первый курс одного из колледжей, расположенных на периферии.

Несмотря на свободное владение русским языком, его лёгкий южный акцент, смуглая загорелая кожа, чёрные, как смоль волосы, и агатовые миндалевидные глаза выделяли его из общей толпы, и подростки, недолго думая, прилепили ему презрительное прозвище « чурка ».

Этим словом в России называли всех, кто приехал из других регионов. Он моментально стал объектом насмешек и злых розыгрышей. Не помогли ни кулаки, ни разряд по борьбе. Болтуну не вырвешь язык.

Очень быстро он стал замыкаться в себе, не ища дружбы или общения с однокурсниками. Его друзьями стали книги. Юношеский разум впитывал информацию о приключениях и подвигах, рыцарях и разбойниках. Обладая великолепной памятью, он легко запоминал целые главы и при необходимости мог легко вспомнить подходящую случаю цитату.

Благодаря книгам, его познания в самых разных областях были достаточно глубоки, а тяга к различной технике позволяла придумывать самые неожиданные выходы при решении учебных задач. Он с удовольствием изучал то, что было ему интересно, пропуская мимо ушей то, что было ему не интересно.

Решение Синклита о принятии эксперимента грянуло, как гром. Испугались даже самые отпетые из сорвиголов колледжа. Следом грянуло направление. В целях безопасности место проведения эксперимента держалось в строжайшей тайне. Ходили слухи, что под это дело освободили от жителей целый континент, что создали искусственную планету, что… Но правды не знал никто. В курсе истинного положения дел были только посвящённые.

Как и многие новшества, эксперимент сопровождался неприятием, злостью, ненавистью. Родители прятали подростков, пускаясь на самые разные авантюры, пытаясь избавить своих чад от этой беды, но жёсткая постановка требований, медкомиссия, собранная из известных светил и использование самой современной техники сводили все попытки на нет.

В один из таких не самых радостных дней он и ещё несколько десятков подростков были свезены на спецбазу для проверки, осмотра, инструктажа и, наконец, отправки. Ребят сразу переодели и, разведя по отдельным помещениям, оставили.

Комиссию проходили раздельно по, полам. Девочек сразу уводили за глухую стену, парней отправляли в длинное одноэтажное здание, напоминавшее казарму. Неизвестность и отсутствие информации создавали нервозную обстановку и нагоняли тоску.

Как ни странно, но первыми не выдерживали самые отпетые заводилы. То и дело вспыхивали ссоры, моментально перераставшие в драки и поножовщину, но охрана базы успевала отреагировать, и зачинщиков уводили под конвоем.

Куда, не знал никто, но они больше не появлялись. То, что рейнджеры ни разу не ошиблись, говорило о постоянном наблюдении за новичками. К вечеру ажиотаж стих, и ребята, устав от бесплотных гаданий и ожидания, разбрелись по койкам.

Скоро в казарме наступила тишина. Сон сморил всех. Только дежурный свет над входными дверями позволял разглядеть эту странную картину. Десятки подростков, спящие на узких, солдатских койках. Утро началось с новостей.

Их поднял неприятный звук зуммера, прозвучавший, едва солнце встало над горизонтом. Зевая, ругаясь и поёживаясь, парни потянулись в туалетные комнаты. Кое-как управившись с умыванием, они снова приготовились ждать, но учредители решили по-своему.

Во дворе появились несколько яйцеголовых в сопровождении рейнджеров, ребят разбили на группы и развели по кабинетам. Начался инструктаж.

Внимательно прослушав вводную часть и сообразив, что во время эксперимента могут потребоваться самые разные знания, он, не задумываясь, принялся записывать информацию на подкорку головного мозга прямо с гипнофона.

Хотя использование этого аппарата вызывало головную боль, он упрямо продолжал пользоваться им, не обращая внимания на насмешки сокурсников. Все новички инстинктивно продолжали держаться знакомыми группами, стараясь не смешиваться с другими.

Основная масса новичков не верила в то, что их отправят в первобытный мир, считая это просто блефом, и что при первой же угрозе жизни их начнут спасать и вернут обратно. Ведь основным принципом в общественной жизни считался принцип бесценности человеческой жизни.

Применить гипнофон решилась ещё пара ребят, остальные отмахивались и продолжали подтрунивать друг над другом. Время обучения пролетело незаметно и вскоре их, переодетых в комбинезоны, усадили в самолёт и погрузили в сон.

Очнулись они на лесной поляне. С трудом, разлепив сонные веки, и стряхивая остаточную одурь от транквилизатора, подростки кое-как поднялись на ноги и принялись осматриваться. На сухом суку висел толстый цилиндр серого металла. Вскрыв его, подростки получили несколько листов машинописного текста.

-Последнее пояснение…- гласило письмо. Тон и слова письма не оставляли подросткам надежды на быстрое завершение эксперимента. С этой минуты, они должны были заботиться о себе сами. Им предлагалось первым делом добыть огонь и найти оружие. Всё остальное было тоже их заботой.

Внимательно выслушав текст письма, он, не оглядываясь на остальных, направился в лес.

-Тебя куда понесло ? – тут же раздался вопрос.

-Ты письмо читал ?- ответил он вопросом на вопрос.

-Ну ?!

-Баранки гну ! Огонь добывать надо, - резко ответил он и отправился дальше. Внимательно осмотрев ближайшие деревья, он отломил подходящую ветку, кусок лианы и сухой сук. Приладив лиану к ветке, он получил что-то вроде лука и тут услышал голос одного из подростков.

-Тимка ! Тим ! Куда тебя чёрт унёс ?!- вздохнув, он собрал свои инструменты и направился обратно.

-Что ты орёшь, как ишак отвязанный ? – спросил он звавшего его парня.

-Где болтаешься ? Добыл чего ? – набросился на него с вопросами самый наглый из заводил.

-Добудешь с вами, - проворчал Тимур в ответ, - орёте на весь лес.

-А это, что ? – продолжался допрос, - лук, что ли ? Ещё скажи, что стрелять умеешь !

-Научусь, - негромко ответил он и направился к двум валунам на краю поляны.

Отломив от сушняка кусок поровнее, он пристроил его между камней, обернул лианой второй кусок и, уперев его торцом в первый, прижал сверху третьим. Взявшись за конец своеобразной пилы, он принялся водить смычком туда-сюда, постепенно усиливая нажим.

Очень скоро, из под сверла показалась струйка дыма, а ещё через минуту вспыхнул крохотный язычок пламени. Осторожно лизнув сухие листья, он затрепетал, но окрепнув, заплясал веселее, и вот, бросив смычёк, Тимур осторожно поднёс тонкую веточку, потом ещё и ещё, громко рявкнув стоящим с открытыми ртами сокурсникам :

-Хворост тащите, чего раззявились !?- несколько человек метнулось в сторону, и посредине поляны выросла куча дров. Ещё несколько минут, и вся компания сидела у костра.

- Ну, и что дальше ?- задумчиво спросила одна из девушек.

-Воду искать надо, – то ли отвечая ей, то ли думая вслух, проговорил Тимур.

-Где ? – последовал вопрос.

-Пока не знаю, - мотнул он головой в ответ.

-А, что ты знаешь ? – с издёвкой произнёс заводила.

-Мы в тропиках. Точнее в субтропиках. Климат достаточно сухой, но, похоже, бывают сезоны дождей. Это минус.

-А что плюс ? – спросила девушка.

-Плюс то, что это тёплые леса, а значит много всякой живности. Если здесь всё, как у нас, значит сейчас начало лета - птицы на гнезде, а у плотоядных и копытных беременные самки.

-Хочешь сказать, что сможешь добыть еду ? – продолжала допытываться классная красотка.

-Посмотрим, - неопределённо ответил Тимур и, поднявшись, направился к лесу. Облазив ближайшие кусты, он нашёл место кормёжки крупных птиц и, согнув молодое деревце, насторожил силки. Проболтавшись ещё около двух часов, он наткнулся на ручей и, с наслаждением напившись, осмотрелся, запоминая место. Шагах в двадцати начинались заросли бамбука, что очень его обрадовало.

Вырвав молодой ствол с корнем, он вставил его в развилку дерева и с трудом переломил у коленца. Наполнив полый ствол водой, он пошёл обратно, помечая путь. Ещё полчаса и он вышел на знакомую поляну.

-Чего нашёл ? – потребовал отчёта заводила. Молча отдав воду девушкам, Тимур обернулся и, оглядев всех, спросил :

-Вы так и будете сидеть ?

-А что ?

-А то ! Дрова нужны ? Вода нужна ? Жрать чего будете ? Я всех не прокормлю.

-И что ты предлагаешь ?

-Всем шевелиться.

-Ну, и какой с меня толк в этих джунглях ?- манерно выставив наманикюренные ногти, протянула красотка.

Заводила внёс довольно любопытное предложение, которое все принялись обсуждать. Всё было довольно просто. Парней и девчонок в группе было приблизительно поровну, оставалось только разбиться на пары, и каждый начинает заботиться о каждой.

Девушки согласились, оставив за собой право выбора, для чего отошли в сторону и принялись горячо обсуждать свои симпатии и антипатии. Подсознательно не ожидая от этих выборов ничего хорошего, Тимур снова исчез в лесу. Подобрав подходящее деревце, он камнем перебил его у комля и, очистив от веток, вернулся обратно. Девушки продолжали совещаться.

Сунув тонкий конец дерева в костёр, Тимур принялся делать копьё. Он давно чувствовал на спине внимательный взгляд нечеловеческих глаз. За стоянкой наблюдали. Кто ? Он этого не знал, но не сомневался в своих ощущениях.

Как только его организм избавился от остатков транквилизатора, он словно

резко научился видеть сразу всё вокруг. Все органы чувств, включились разом, обеспечивая юношу огромным количеством информации.

Наконец девушки пришли к единому мнению и направились к костру. Тихо и без суеты они присоединились к своим избранникам, решив все проблемы споров и ссор. Без пары остались только двое. Близорукий очкарик Сашка и Тимур.

Это послужило новой темой для шуток и издёвок. Многие советовали Сашке пойти и сразу повеситься, утверждая, что ночью Тимур использует его вместо женщины. Не обращая внимания на шутников, Тимур ободряюще подмигнул Сашке:

-Не дрейфь. Нам же легче. Самого себя всегда прокормишь.

Это замечание заметно поубавило энтузиазма шутникам. Быстро взглянув на небо, Тимур поднялся и, прихватив копьё, ушёл в лес. Расчёт оказался верен. В силках повисла птица, отдалённо напоминавшая глухаря.

-Теперь моя очередь смеяться, - усмехнулся он и отправился обратно.

После разделения на поляне произошли заметные изменения. Парни отправились на поиски съестного, а девушки развели костры каждой паре индивидуально. Увидев его добычу, девочки заметно приободрились, надеясь на удачу своих избранников.

Разделав птицу при помощи заострённой палки, он подвесил её над углями и над поляной разнёсся упоительный аромат жарёхи. Из парней на поляне остался один Сашка. Приготовив птицу, Тимур, молча, разорвал её пополам и жестом подозвал очкарика.

-Ешь. С твоим зрением только по лесу шастать, - проворчал он и вцепился зубами в свою половину.

-Спасибо. Я…

-Заткнись и ешь, – оборвал его излияния Тимур. Парни прикончили добычу и, напившись воды, растянулись у костра.

-Эх, сигаретку бы…- мечтательно протянул Сашка.

-Табак притупляет обоняние, а в лесу оно необходимо. Хотя… Это тропики, значит, табак может расти в джунглях, а трубку можно сделать из глины, - небрежно заметил Тимур.

-Ну, ты даёшь ! Прямо генератор идей, - удивлённо покрутил головой Сашка.

-Слушать надо было, когда рассказывали, вот и всё, – отмахнулся Тимур и задумчиво уставился в просвет между деревьями.

-Нужно уходить отсюда, - тихо проговорил он, - вверх, по ручью. К горам. Это самое простое решение. В горах есть и гроты, и пещеры – значит, будет жильё.

-А если вниз ? Ручей впадает в какое-нибудь озеро или море - значит проще найти еду, - ответил Сашка.

- Нет. В период дождей не будет ни еды, ни огня. А если задуют муссоны, тогда вообще хана.

-А в горах ? То обвалы, то оползни…- начал спорить Сашка.

-Идите хоть к чёрту ! А я пойду в горы, - отрезал Тимур и обернулся. В кустах раздался треск и ругань. Вернулась основная масса добытчиков. Несколько бананов, кокосы и плоды хлебного дерева венчали первую вылазку забияк в лес. Весть о добытой Тимуром птице взбесила их, и они решили отыграться. Четверо самых здоровых направились к их костру.

-Эй, ты, чурка ! Говорят ты птицу добыл ?

-Ну и ?- прозвучало в ответ. Тимур не встал, но крепко сжал самодельное копьё.

-Где она ?

-Съели. Не вас же ждать.

-А остальные должны голодными сидеть ?

-Вы сами решили, что каждый кормит себя и свою бабу сам. Какие

вопросы ?

-Теперь половину добычи будешь отдавать нам.

-Может ещё и рожу вареньем намазать ? – последовал незамедлительный ответ.

Этого они и добивались, дружно бросившись в драку. Тимур был готов к такому повороту дела и сходу ударил первого по колену, опрокинув в костёр. Перекатившись назад, через голову, он моментально вскочил на ноги и второй нападавший поймал пинок в живот, третий схватился за голову, четвёртый сжал ушибленную руку.

Отскочив на середину поляны, Тимур выставил заострённый конец копья и прошипел сквозь сжатые зубы:

-Следующего убью. Можете жить, как хотите; жрите лягушек, друг друга - это ваше дело. Я ухожу.

Отступив к лесу, он развернулся и моментально скрылся в кустах. Вся группа временно обратилась в соляные столбы. Первой очнулась красотка, Лариса :

-Ну и чёрт с ним, пусть катиться. Воздух чище будет.

-Боюсь, мы об этом ещё не раз пожалеем, – высказался Сашка и тут же упал, получив кулаком в челюсть от одного из пытавшихся избить Тимура. С трудом нашарив в траве свои очки, он встал на ноги и, посмотрев на обидчика, произнёс :

-Жаль, что он тебя не проткнул. – Отступив в сторону, он сел к костру и, обхватив руками колени, сжался в комок, глотая слёзы.

Произошедшее произвело тяжкое впечатление на всю компанию, и, подростки разошлись к своим кострам, обсуждая всё увиденное. Одна из девушек попыталась остудить пыл Ларисы, взывая к её совести, но тут же получила уверенный ответ.

-Скоро ночь, к костру всё равно приползёт. В лесу-то ночевать страшновато.

-Дура ты. Огонь, кстати, он и добыл, - отрезала девушка и направилась к своему костру. Она была, пожалуй, единственной, кто не пытался высмеять или унизить Тимура, предпочитая нейтралитет.

Желание уйти из группы возникло неожиданно и очень остро. В цивилизованном мире ему некуда было деться. Расовые предрассудки глубоко укоренились во всех жителях разных стран и, несмотря на все усилия политиков, продолжали жить в самых разных слоях общества.

Основная масса обывателей, замкнутая в своих недалёких мечтах, отказывалась воспринимать людей, не похожих на них самих. Это было в средневековье, и это осталось и поныне. Любое, внешнее или моральное, отклонение от их норм воспринималось как уродство. Исключение составляла только небольшая прослойка интеллигенции, способной понимать чужие мысли, и образ жизни не обращая внимания на внешность.

Здесь, в лесу, в Тимуре проснулись все инстинкты предков. Он словно очутился в родной стихии, воспринимая лес как составляющую самого себя и ощущая себя частицей леса. Не отделяя себя от окружающей его среды, а наоборот, стараясь быть её составляющей.

Сориентировавшись по ручью, он смело двинулся к истоку, бесшумной тенью скользя среди деревьев. Внутренний компас вёл его к горам. Ночь застала его в пути. Забравшись на дерево, он быстро наломал веток и, устроив гнездо, улёгся спать.

Утренняя прохлада заставила его проснуться с первыми лучами солнца. Непривычные к долгим переходам, ноги ныли, а тело не хотело подчиняться, но усилием воли, взяв себя в руки, он слез с дерева и, умывшись в ручье, двинулся дальше, рассчитывая найти съестное по дороге.

Его расчёты оправдались: банановая пальма накормила его спелыми бананами, а куст лещины выдал целую горсть орехов. Спустя три дня, он вышел к подножию горного хребта.

В солнечный, погожий день он сумел разглядеть перевал среди острых уступов. Понимая, что его одежда не годится для похода через перевал, а запасы съестного на скалах отсутствуют, он устроил охоту на звериной тропе, обзаведясь парой оленьих шкур и кучей вяленого мяса.

Нужда заставила его обколоть кусок кремня, придав ему форму топора, и вот, кроме копья, он вооружился ещё и дубиной, в расщеплённый конец которой был вставлен заострённый камень.

Шкуры пришлось высушить и сшить накидку мехом внутрь, одеваемую через голову. Жёсткость и запах этого одеяния не приводили его в восторг, но выбирать не приходилось. Спустя неделю, он был готов к переходу. По его расчетам, поход через горы должен был занять неделю, но на перевале он оказался через два дня.

Узкая звериная тропа вывела его на вершину. Обогнув очередной валун, он оказался перед спуском в долину, цветущим садом раскинувшуюся насколько хватало глаз. Картина была захватывающая, но любование ею чуть не стоило ему жизни.

Семейство ирбисов ревниво охраняло свою территорию, собирая дань со всех, пересекающих перевал. Это был естественный переход, которым пользовались и люди и звери.

Сильно обострившееся чувство опасности заставило его присесть и обернуться. Прыжок барса чуть не оказался смертельным. Именно то, что подросток успел присесть, спасло ему жизнь. Барс промахнулся, пролетев над головой юноши. Моментально развернувшись, огромная кошка снова атаковала.

Он сделал единственное, что было возможно. Упал на спину и выставил вперёд копьё, зажав другой конец подмышкой. Бросок был так силён, что остриё вышло между лопаток барса. В агонии зверь ударил лапой, распоров шкуру на груди и добравшись до тела. Оттолкнув застрявшее копьё, Тимур вскочил, но тут же упал на колени, ослеплённый резкой болью.

На рёв смертельно раненого самца отозвалась самка, и Тимур кинулся к брошенному топору. Эта схватка была более тяжёлой. Самка не бросилась напролом, а закружила вокруг, выбирая момент для броска. Долго эта пляска продолжаться не могла, из разорванной груди парня текла кровь, а вместе с нею уходили силы.

Сообразив это, Тимур поднял своё первобытное оружие и кинулся в атаку. Самка отскочила в сторону и на счастье человека оказалась между скалой и валуном. Теперь она могла двигаться только вперёд. Ярость выжгла страх, и она приготовилась к прыжку. Не давая ей времени, он занёс топор, и бросился в атаку.

Удар встретил кошку в воздухе, отбросив её назад. Из рваной раны на голове хлынула кровь, заливая морду и глаза. Встряхнув головой, барс, взревел и шагнул вперёд. Но это был шаг обречённого, смертельно раненого зверя.

Следующий её бросок оказался не точным и Тимур, уйдя в сторону, ударил снова. Каменное лезвие вонзилось в основание черепа, и самка умерла, едва коснувшись земли.

Топор выпал из ослабевших пальцев, и Тимур опустился на снег, зажимая кровоточащую рану. От потери крови кружилась голова, в ушах стоял звон, но он улыбался улыбкой победителя. Он победил. Победил в смертельной схватке двух опаснейших хищников, и сознание этого наполняло его душу восторгом.

Кое-как остановив кровь, и перетянув грудь кусками оторванной от комбинезона ткани, он занялся своими трофеями. Вскоре шкуры, клыки и когти перекочевали в его нехитрый скарб, и он присел отдохнуть. Постепенно всё тело охватила дрожь - сказывался избыток адреналина.

Передохнув, Тимур начал спуск в долину. Спустя трое суток он оказался у подножия скал и двинулся вдоль хребта, выискивая удобную пещеру. Пора было устраивать быт и обзаводиться хозяйством.

Ещё через двое суток, он наткнулся на озеро, окружённое с трёх сторон скалами. С четвёртой к самому берегу подступал лес. Небольшой водопад сбегал со скалы, а узкая речушка, выбегая из озера, исчезала за стволами деревьев.

Осмотревшись, Тимур подошёл к берегу и, сбросив свою ношу, с удовольствием умылся. Усевшись на поросший мхом валун, он принялся жевать полоску вяленины. По телу то и дело пробегала дрожь. Прислушавшись к своим ощущениям, Тимур озабоченно покачал головой:

-Только этого не хватало. Похоже, лихорадка.

Он был прав: озноб, жар, сухость во рту, были первыми признаками болезни. Нужно было срочно искать травы, пока болезнь не отняла последние силы. Ему повезло. На берегу реки он наткнулся на малинник и, набрав ягод, принялся разводить костёр.

Несмотря на болезнь, шестое чувство подсказывало, что с этим озером не всё гладко. Он забрался в чужие владения, и хозяин не замедлит заявить о своих правах. Наткнувшись на небольшой грот, Тимур перенёс туда свой лагерь, торопясь обустроиться раньше, чем болезнь свалит его с ног.

Натаскав хвороста, веток и ягод, он устроил себе постель, свернул из древесной коры подобие кастрюли и, замазав края смолой, принялся кипятить воду, опуская в сосуд раскалённые камешки. Приготовив отвар, он завалил вход камнями и прилёг на шкуры.

Почти неделю он, то бредил от жара, то трясся от озноба, укрываясь шкурами. Сил хватало только на то, чтобы подбросить веток в костёр и глотнуть отвара.

Почувствовав, что болезнь отступила, он с трудом отвалил, камни и выглянул наружу. Когда глаза привыкли к свету, он внимательно осмотрелся и охнул от неожиданности. В одно мгновение ему стало понятно, в чьи владения он попал.

На мягкой земле, как печать зиял отпечаток медвежьей лапы. Все сомнения рассеивал запах, клочья серебристой шерсти и следы огромных когтей, содравших мох со скалы науровне около двух с половиной метров. Это было явное предложение убраться подобру-поздорову.

-Из огня да в полымя, – проворчал Тимур, осматривая медвежьи метки. Непроизвольно коснувшись шрамов на груди, он зло оскалился.

-Ну, нет, дядя. Хоть ты и силён, но я умнее. Мне здесь нравится. Посмотрим, кто кого.

Жизнь в одиночестве приучила его говорить с самим собой. Тихо, в полголоса, но этого хватало, чтобы не отвыкнуть от звуков человеческой речи.

Вернувшись в грот, он собрал своё оружие и направился в лес. Выбрав подходящее дерево, он срубил его, то и дело, присаживаясь отдохнуть. Работа медленно, но верно продвигалась. Собрав всё необходимое, он вернулся в грот.

Пожевав мяса и запив его отваром, он принялся за дело. Продолбив жёлоб в куске ствола, он закрепил на одном конце другой кусок, получив Т –образную конструкцию. Сплетя вместе несколько лиан, он согнул поперечину и натянул верёвку. Получился грубый, но достаточно тугой арбалет.

Выбрав из нескольких кусков обсидиана подходящий, Тимур принялся оббивать его, стараясь придать форму ивового листа. Испортив два куска и разбив в кровь пальцы, он добился своего. Расщепив ветку, приготовленную под древко, он вставил наконечник и примотал его лианой.

Теперь, имея определённый опыт, он изготовил ещё две стрелы, хотя по размеру они больше напоминали копья. Оставалось только заставить зверя сунуться в грот.

Ночь прошла достаточно спокойно. Усталость свалила его, заставив уснуть, едва он коснулся головой валика из шкуры, заменявшего подушку. Ему даже не снились сны.

Утро поведало о новом посещении хозяина. Следов прибавилось. На этот раз зверь подошёл к самому входу в грот. Сунуться внутрь он не посмел. Испугал запах дыма от крошечного костра.

Убедившись, что вокруг достаточно безопасно, Тимур направился к ручью. Ещё в первое своё появление в долине он приметил звериную тропу. Настала пора устроить засаду. Ожидание окупилось с лихвой.

По тропе неспешно протрусило семейство кабанов. Пропустив секача и взрослых свиней, Тимур выбрал молоденького поросёнка и, примерившись, метнул своё новое оружие. Стрела не подвела, пробив шкуру, наконечник пронзил сердце, и поросёнок умер моментально. Стоило только промахнуться, и взрослые животные, не задумываясь, бросились бы в атаку.

Подождав, пока стадо удалится, Тимур вылез из кустов и, взвалив добычу на плечи, отправился домой. Он не стал даже вынимать стрелу, чтобы не оставлять следов крови. Внутренности, кровь и шкуру, он хотел использовать для приманки.

Добравшись до грота, Тимур освежевал тушу и, спрятав мясо, принялся устраивать ловушку. Завалив вход самым большим валуном, который мог сдвинуть, он выложил приманку, установив за ней свой арбалет. С трудом, натянув тетиву, он наложил стрелу и приготовился ждать. Главное было не подпустить падальщиков, иначе все усилия пойдут прахом.

В том, что медведь придёт, Тимур не сомневался. Он был хозяином в этих местах и не мог допустить, чтобы кто-то осмелился хозяйничать на его территории. Запах крови ясно давал понять, что пришелец охотился, и охота была удачной.

Темнота упала разом, заставив умолкнуть дневных обитателей леса и разбудив ночных. Снова кроны деревьев отразили лёгкие шаги, шорох и попискивание. Постепенно напряжение ожидания отступило, и навалилась усталость.

Глаза закрывались сами собой, а голова клонилась на грудь. Прислонившись к стене, Тимур с трудом заставил себя смотреть в крохотное отверстие для стрельбы, ожидая появления зверя.

Он практически не спал. Глаза закрылись сами собой, буквально на секунду и словно, что-то подтолкнуло его. Глянув исподлобья в отверстие, юноша замер, боясь шевельнуться.

Снаружи на него в упор смотрели холодные глаза хищника. Заставив себя замереть, Тимур не отвёл взгляда и не шелохнулся. Никто не засекал, сколько длился этот безмолвный поединок.

Наконец, не усмотрев ничего особенного, медведь поднял громадную башку и начал принюхиваться. Он проснулся голодным, а запах свежей крови был так близко. К нему примешивался ненавистный запах человека, но он недаром дожил до седой морды. Как расправляться с отвратительными безволосыми обезьянами ему было хорошо известно.

Шаг за шагом, подбираясь, всё ближе к желанной добыче, он почти уткнулся носом в отверстие, и широкие ноздри раскрылись, втягивая запах свежатины, а из огромной пасти, усаженной зубами в палец длиной, полилась вязкая слюна.

Чуть подправив арбалет, Тимур выдернул стопорный клинышек. Махина лука с усилием разогнулась, выталкивая стрелу. В гроте, словно кто-то ударил по басовой струне. Сила удара была так велика, что стрела пробила башку зверя и вышла ниже затылка.

От яростного рёва у юноши заложило уши. Время бросилось вскачь. Поднявшись на задние лапы, медведь ревел во всю медвежью глотку. Уперевшись ногами в основание ложа, Тимур ухватился за тетиву и, выпрямляя колени, снова зарядил оружие.

Выбрав удачный момент, он всадил вторую стрелу в грудь зверю. После чего, тот медленно опустился на землю и замер. Третьего выстрела ему было не суждено сделать. Тетива лопнула, порезав ладонь. Оставалось только одно, выйти и добить зверя.

Откатив валун, юноша вышел из грота, сжимая в руках копьё и топор. Огромная туша лежала перед входом. Бока зверя мелко подрагивали, а из пасти вырывалось хриплое дыхание, сопровождавшееся тихим бульканьем.

Медленно подойдя, Тимур отложил копьё и покрепче перехватил топор, намереваясь разбить зверю затылочную кость. Но недаром медведя называют хозяином. Юноша взмахнул топором, но в ту же секунду, огромное тело молнией взметнулось навстречу. Сильный удар, предназначенный голове, пришёлся по лапе. Топорище не выдержало, и каменный наконечник, отскочив от скулы зверя, глухо упал в траву.

Тимур прыжком кинулся к копью и, перекатившись на спину, еле успел выставить его остриём вперёд. Бросившись на врага, медведь с размаху насадил себя на копьё, придавив охотника к земле. Агонизирующее тело дёрнулось, когти рванули дёрн, и медведь затих.

Робкие лучи позолотили кроны деревьев. Огромный старый ворон, мирно проведший ночь на верхушке кривой сосны, встряхнулся и расправил крылья. Роса, осевшая на иссиня-чёрных перьях, блестела, словно настоящие бриллианты.

Повертев головой, ворон сорвался с ветки, и плавно взмахивая широкими крыльями начал набирать высоту. Пора было перекусить. Ночью старый медведь орал на весь лес, распугав всех травоедов. Не иначе столкнулся с молодым лосем. Одним из тех, кто уже набрался сил, но не добрал ума, чтобы уступить дорогу хозяину. Значит, будет пожива.

После охоты старого ворчуна всегда есть, чем поживиться. Правда, в последнее время стали появляться люди, а они ещё более безалаберны. Оставляют такие куски, что можно пировать целый день. Странные они, эти люди.

Внезапно, плавное парение ворона сменилось суматошным хлопаньем крыльев. Он увидел то, что искал. На поляне у замшелого грота лежал старый ворчун с торчащими из спины и шеи палками. Неужели огромный зверь нарвался на кого-то круче себя ? Значит, его рёв был не просто вызовом. Это был его последний бой, и старик его проиграл.

Ворон осторожно спланировал на серый валун и уставился на тушу своего старого знакомца, наклоняя клювастую голову из стороны в сторону. Убедившись, что медведь уже не сможет огрызнуться, ворон мягко спрыгнул на траву и вразвалку направился к туше.

Тихий стон заставил его остановиться и отступить назад. Огромная туша зашевелилась и из под неё с трудом начал выползать человек. Упираясь в землю локтями и ладонями, человек вытащил ноги и упал на траву. Полежав несколько минут, он сел и со стоном коснулся ладонью затылка. Волосы слиплись и покрылись коркой засохшей крови.

-Чёрт ! Как я умудрился башку себе раскроить ?!- удивился человек и, обернувшись, посмотрел на лежащего зверя.

-М-да. Похоже, мне здорово повезло. Знал бы, что он такой огромный, свалил бы отсюда к чертям. Ладно. Всё хорошо, что хорошо кончается. Надо делом заняться, - с этими словами человек встал и, пошатываясь, побрёл к озеру.

Сбросив с себя лохмотья, он плюхнулся в воду и, ахнув, стал натирать себя песком. Смыв кровь и грязь, парень вылез на берег и, скривившись, посмотрел на свою одежду.

-Ну и лохмотья. Но делать пока нечего, - фыркая и брезгливо морща нос, он оделся и вернулся к гроту. Ворон сидел на валуне, с интересом наблюдая за человеком.

Пройдя в грот, парень вышел с куском вяленого мяса и, усевшись на траву, принялся с аппетитом жевать, изредка морщась от боли в затылке. Увидев наблюдателя, парень усмехнулся :

-Ждёшь, носатый ? Ну, жди, жди. Только учти, ежели что, я и тебя самого слопаю. - Словно поняв смысл сказанного, ворон возмущённо каркнул и взлетел.

Отыскав обломок своего топора, Тимур принялся за дело. Несколько часов грязной работы и разделанная туша лежала на аккуратно разрезанной по брюшине шкуре. Клыки пополнили коллекцию. Перетаскав мясо в грот, юноша завалил вход, и, прихватив оружие, отправился по следам своего противника. Клочья шерсти, содранный мох, и следы когтей привели его к узкому карнизу, круто уходящему вверх по скале.

Осторожно поднимаясь по этой естественной тропе, он добрался до круглого отверстия. Дальше требовался свет, но, судя по резкому запаху, он был на месте. Спустившись обратно, Тимур соорудил несколько факелов и отправился осматривать пещеру. Похоже было, что медведь обитал в этом логове очень давно. Высохшие кости, обрывки старых шкур, клочья шерсти и огромная куча старого мха в углу. Здесь, по-видимому, он и отсыпался.

Осмотревшись, юноша приметил в дальнем конце пещеры небольшое отверстие, и кое-как протиснувшись в него, вспугнул стаю летучих мышей, с писком вылетевших в небольшую отдушину под потолком.

Это был целый каскад пещер, соединявшихся между собой узкими проходами. Одна подходила очень близко к вершине, и стены её были просто ледяными. Другая, образовывала подземное озеро с небольшим водопадом внутри. Стены её были тёплыми. Очевидно, под землёй происходили вулканические процессы.

Вернувшись в медвежью пещеру, Тимур вышел на карниз и, вздохнув полной грудью, усмехнулся:

-Ну, вот и дом. Есть и холодильник, и водопровод. Осталось соорудить очаг, кровать и можно жить.

Следующие два месяца он занимался только обустройством дома. Используя бамбуковые стволы, он отвёл воду в пещеру, соорудил камин, туалет и даже ванну, укрепив огромные камни глиной и разведя огонь, заставивший эту глину затвердеть.

В одной из пещер, он устроил дубильную мастерскую, выкопав в земле несколько ям и обмазав их глиной. Разведя в ямах костры, он высушил глину, получив дубильные чаны. Вскоре в его распоряжении оказалось несколько прекрасно выделанных кож и шкур, из которых он, недолго думая сшил себе новую одежду для лета и для зимы.

Огромное ложе, сооружённое из бамбуковых стволов, он покрыл шкурой медведя, а вместо одеяла использовал шкуры ирбисов, подшив их оленьими шкурами.

Знание техники позволило ему обустроиться с максимальным комфортом. Теперь он мог принять горячую ванну, поесть супа и справить нужду, не выходя из пещеры. Вместо труб - стволы бамбука, печи и посуда - из глины и камня. Огромное колесо, установленное под водопадом, вращало гончарный круг при помощи самодельных шестерёнок, а каменный уголь позволял нагреть пещеру до температуры сауны.

Надвигалась зима, и пора было запастись провизией. Покончив с домашними заботами, Тимур устроил большую охоту. Различные ловушки, силки и ямы позволили ему обзавестись запасом мяса и шкур, но этого было мало. Зимой требовались витамины, а собирать ягоды было некогда. Всё время отнимали охота, заготовка мяса и выделка шкур.

Несколько раз в своих вылазках он натыкался на следы людей, но избегал встреч. Ещё свежи были в памяти обиды и издевательства, перенесённые до эксперимента. Но они же и навели его на мысль об обмене. Ему было, что преложить в обмен на ягоды.

Поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, он взял новый лук, нож, копьё и отправился искать стоянку новых соседей. Найти их не составляло труда. Похоже, они с трудом справлялись с жизнью в лесу.

Появление нового человека вызвало бурный ажиотаж. Подростки сбились в кучу, ощетинившись палками и подобием копий. По сравнению с ними, Тимур выглядел просто франтом. Кожаные штаны, безрукавка, короткие сапоги и оружие, намного совершеннее их дубин, ставило его на ступень выше поселенцев.

Подняв правую руку в знак мирных намерений, Тимур остановился и громко спросил:

-Привет, кто-нибудь говорит по русски ?

Из толпы выделился парень и, медленно подойдя, ответил:

-Я немного говорить. Кто вы ?

-Вольный охотник. Я пришёл по делу. Мне нужны ягоды и я готов обменять их на что-то другое, по вашему выбору .

Обернувшись, парень перевёл сказанное соплеменникам. Услышав перевод, они заметно оживились. Тимур автоматически отметил, что в этом племени было больше девушек, а сами поселенцы были очень разными.

Белые, смуглые, чёрные стояли вперемешку, и это никого не смущало. Услышав отрывок разговора, Тимур понял, откуда эта группа. Французы. Потому и состав такой разношёрстный. Но на данный момент его интересовало совсем другое. Наконец, совещание подошло к концу, и парень, говоривший по-русски, обернулся:

-Хорошо, мы согласны. Моё имя, Жан, а вы ?

-Я уже сказал, вольный охотник .

-Вы живёшь один ?- изумлённо переспросил Жан и, обернувшись, быстро заговорил. Услышав, что Тимур живёт один, французы оживлённо заговорили, переглядываясь между собой. Тимуру надоели пустые разговоры, и он окликнул переводчика:

-Жан ! Что вы хотите за ягоды ?

-Мясо ! У нас плохой охота. Мы мало есть мясо .

-Хорошо. Как будем менять ?

Жан недоумённо пожал плечами.

-Не знаю. Мы собирать ягода в лист.

Усмехнувшись, Тимур ответил :

-Я принесу тару. Менять будем по весу. Сколько ягод, столько и мяса. О* кей ?

-Да, да о*кей !- Быстро сориентировался парень.

Развернувшись, Тимур скрылся в лесу. Срезать кору с дерева похожего на берёзу, свернуть подобие ведра и приладить днище, для него стало делом нескольких минут. Прошло не более получаса, когда посёлку пришлось пережить ещё один шок.

Пришелец объявился снова, неся в руках три полых цилиндра, свёрнутых из древесной коры. Поставив тару у костра, он окинул быстрым взглядом всех собравшихся и, заметив переводчика, громко сказал:

-Вот это завтра должно быть полным.

Подойдя к рассыпанным у костра на просушку ягодам, он взял по одной каждого сорта и разложил по корзинам. Яснее было не сказать. Жан быстро кивнул головой, и Тимур снова скрылся в лесу. День клонился к закату, и он решил не тратить время на возвращение домой.

Выбрав дерево, потолще юноша быстро соорудил гнездо и отправился на охоту. Меткий выстрел из лука обеспечил его дичью к ужину, а пальма добавила бананы на десерт. Тимур постоянно поражался странности местного климата. Стоило спуститься в долину и попадаешь в джунгли, с их зарослями лиан и банановых пальм, поднимешься выше в предгорье - и оказываешься в средней полосе, с её соснами и малинниками.

Проснувшись с первыми лучами солнца, Тимур позавтракал холодной дичиной и, подхватив оружие, отправился добывать мясо. Не мудрствуя лукаво, он вышел к реке и, дождавшись оленя, пришедшего на водопой, легко обеспечил заказ. Подвесив тушу на высокий сук, он отправился к посёлку.

Его появления в такую рань явно не ожидали. Посёлок ещё спал, только у костра, на страже, клевали носом двое парней. Бесшумно выросший перед ними охотник, поверг их в состояние шока. Суеверно перекрестившись, один из охранников, смахивавший на араба, бросился будить Жана. Нещадно зевая и почёсываясь, переводчик приплёлся к костру, и уставился на пришельца.

-Я готов к мене, а вы ?- приступил к делу Тимур.

-О, нет. Мы ещё не ходить.

-Понятно. Поэтому вы и не едите мяса. Днём звери спят. Охотиться надо рано утром или поздно вечером. Когда вы будете готовы ?- Жан неопределённо пожал плечами.

-Не знаю. Вам надо остаться и ждать. Мы пойти и принести ягода.

Мрачно кивнув, Тимур уселся к костру и подбросил веток. Паника, вызванная его появлением, постепенно улеглась, и обитатели посёлка начали выползать из своих шалашей. Один из парней, очевидно старший, раздал указания, и большая часть населения разбрелась по лесу. То и дело, кто-то подходил к корзинам и высыпал из кульком свёрнутых листьев собранные ягоды.

Старший подсел к костру и жестом подозвал Жана.

-Я, Пьер Тери. – перевёл его слова Жан. - У меня есть несколько вопросов.

-Спрашивайте, – кивнул головой Тимур.

-Откуда вы ?

-Из России.

-Нет. Я спрашиваю, откуда вы пришли сюда ?

-С гор. Я прошёл через перевал.

-Мы были там, но в тех местах живёт огромный медведь.

-Уже нет. Теперь там живу я. Но от этого ничего не изменилось. Я так же прогоню любого пришельца.

-Вы правда добыли что-то ?

-Да. Оленя.

-У меня есть предложение. В нашей группе много девушек, а парней не хватает. Хотя мы и разделились, но пятеро всё равно остались одни. Мы, конечно, делимся едой, но этого мало. Нам нужен такой охотник как вы. Оставайтесь. Вы понравились многим девушкам, так что без внимания не останетесь, – лукаво подмигнул старший.

Чуть усмехнувшись, Тимур ответил:

-Нет. Я ушёл из своей группы не для того, что бы вешать себе на шею других бездельников. У меня есть всё, что нужно. Если потребуется женщина, придумаю что-нибудь.

-Жаль, – разочарованно протянул Пьер и, поднявшись, ушёл в свой шалаш. Неожиданно к костру подошла стройная, невысокая девушка, одетая в немыслимые лохмотья. Присев, она с интересом посмотрела на пришельца и что-то спросила.

-Она говорит, кто шить вам одежда ?- перевёл Жан.

-Я сам.

-А кожа ?

-Всё, что вы видите на мне, сделал я сам.

Выслушав ответ, девушка восхищённо прищёлкнула языком и заговорила.

-Мари говорить, что вы очень умный и умелый человек.

-Я просто внимательно слушал инструктаж. В лесу есть всё. Растения дают всё необходимое для выделки кожи. Животные, нитки и иголки. Нужно только брать, но делать это с умом. Тогда не будет проблем.

Девушка грустно кивнула и отошла, задумавшись о чём-то своём. Наконец, корзины были наполнены, и все выжидательно уставились на охотника. Приладив к корзинам ремни, Тимур закинул одну за спину, а две взял в руки.

-Жан, возьми пару парней, и идите за мной, – скомандовал он и двинулся к реке. Парни догнали его и, выстроившись в цепочку, пошли следом. Тимур вывел их к дереву и, поставив корзины, выдохнул:

-Пришли.

Осмотревшись, Жан удивлённо спросил:

-А где олень ?

-Подними голову, – снова усмехнулся Тимур.

Невнимательность и бестолковость этих парней заставляла его усмехаться чаще обычного. Задрав голову, Жан тихо охнул. Туша висела прямо у него над головой. Тимур, молча, указал на лиану, удерживавшую добычу на ветке и, подняв корзины, двинулся дальше.

Несмотря на поклажу, двигался он достаточно быстро, изредка останавливаясь передохнуть. В последний из таких перекуров, его насторожил хруст сломанной ветки. Так неловко мог идти только человек. Быстро сняв с плеч поклажу, Тимур демонстративно отошёл к кустам, делая вид, что собирается снять штаны.

Но, зайдя за куст, он моментально распластался на земле и бесшумно скользнул в сторону. Быстро обойдя место, откуда послышался хруст, он подобрался поближе и выглянул на тропу.

Под деревом сидела та самая Мари, что подробно расспрашивала его об одежде, вытягивая шею и тщетно пытаясь разглядеть его за кустами.

Она родилась в пригороде Парижа, от брака араба и француженки. Унаследовав от отца экзотическую внешность и темперамент, а от матери – стриптизёрки мораль уличной кошки, Мари с двенадцати лет ошивалась с местной бандой. С тринадцати стала любовницей главаря, а в четырнадцать узнала горечь потери.

Её любовника подстрелили в облаве. Всю банду посадили в каталажку за разбой, отправив затем в пункт сбора эксперимента. Её познания о лесе ограничивались городским парком, а животных она видела только по телевизору.

Зато в свои неполные пятнадцать, она прекрасно знала все прелести наркотиков, спиртного и группового секса. Быстро осознав, что красива и может нравиться, она стала пользоваться этим в полную силу, добиваясь своего любой ценой.

Оказавшись участницей эксперимента, она и тут попыталась диктовать свои условия, но её пыл быстро охладили. При разделе группы на пары, она попыталась заарканить Пьера Тери, крупного сильного умницу, но тот предпочёл ей Жанну, девчонку, с которой общался уже больше года.

Все авансы Мари, направленные Пьеру, пропали впустую. Она предпочла остаться одна, чем быть одной из многих. После жизни в банде, где она была некоронованной королевой, вторая роль её не устраивала.

Те несколько месяцев, что они провели в этом проклятом лесу, заставили её пересмотреть свои взгляды, но она не оставляла надежды, что однажды сумеет устроиться гораздо лучше, чем сейчас.

Ей до смерти надоели обноски и постоянное чувство голода, когда в их посёлке появился этот парень. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это именно тот, кто ей нужен.

Среднего роста, жилистый, поджарый, с быстрыми и точными, как укус змеи, движениями. Чёрные волосы и такие же глаза, в которые трудно было смотреть. Он напоминал ей пантеру. Глядя на его движения, она вспоминала старый фильм, который надолго врезался ей в память. Люди-леопарды.

Этот парень казался ей таким же опасным и непредсказуемым. Именно такие качества она больше всего ценила в парнях. Именно такие люди возбуждали её, заставляя терять голову.

Быстро пошептавшись с подругой, она посвятила её в свои планы и кинулась следом за охотником. Её не остановило даже чувство голода. Небрежно глянув на парней, радостно тащивших тушу оленя, она обошла их стороной и понеслась дальше.

Языковой барьер тоже не беспокоил её. Язык желания и секса был универсален, и она владела им мастерски. Предположения подруги о том, что он может оказаться голубым, она отмела сразу. Слишком откровенным был его взгляд, скользнувший по её фигуре и обнажённым ногам.

Спасибо мамаше, заставлявшей её танцевать с раннего детства. Ноги были стройные и рельефно-сильные. Длинные, вьющиеся волосы, доставшиеся от отца, красивой волной покрывали плечи и заставляли многих парней оборачиваться ей вслед.

Погоня длилась уже часа два и, несмотря на поклажу, он останавливался всего дважды. Его выносливость поражала её. В третий раз он остановился у подножия горы. Похоже, его припёрло и он, сняв оружие, отошёл к кустам. Она присела за деревом, вытягивая шею и стараясь не упустить момент, когда он пойдёт дальше.

Тяжёлая рука, упавшая ей на плечо, заставила её тихо вскрикнуть от неожиданности и сжаться в комок, ожидая удара. Обернувшись, она сходу наткнулась на жёсткий, гипнотизирующий взгляд его чёрных глаз, а шею неприятно холодил острый каменный нож.

Он что-то спросил, и она поняла, что должна как-то оправдаться, иначе упустит шанс, которого так долго ждала. Облизнув пересохшие от страха губы, она быстро заговорила.

-Мне нужна другая одежда. Ты умеешь шить, а я скоро буду ходить голая. За это я буду с тобой спать.

Он сунул нож в ножны и проворчал в ответ:

-Из того, что ты протарахтела, я не понял ни одного слова, – и демонстративно пожал плечами, отрицательно мотая головой. Прикусив губу, она ненадолго задумалась. Он выжидательно посмотрел на неё, а потом ловко изобразил, что ей надо отправляться домой.

В ответ, она изобразила целую пантомиму, пытаясь объяснить ему, чего хочет. Он так же, жестами, спросил, есть ли у неё охотник, так девчонки между собой называли своих парней. Получив отрицательный ответ, он ненадолго задумался, потом, кивнув, сделал приглашающий жест.

Едва сдерживая радостный смех, она двинулась вперёд раскованной походкой, при которой бёдра выписывали очень соблазнительную амплитуду. Он быстро закинул на плечи свою ношу и, указав головой направление, двинулся дальше.

Мари ожидала многого, но то, что она увидела в пещере, повергло её в шок. Этот пареньбыл настоящей находкой. Он оказался не только охотником, но и каменщиком, гончаром, портным, водопроводчиком, скорняком и поваром. Обстановка пещеры была необычной и неожиданной.

Чего только стоили камин и огромное ложе, покрытое медвежьей шкурой, поверх которой лежали сшитые вместе шкуры барсов. Увидев это великолепие, она медленно подошла поближе и, погладив шелковистый мех, оглянулась на хозяина. Теперь она поняла, чьи клыки висели у него на шее. Это заставило её заново оценить его силу и смелость. Задумчиво глядя на его украшения, она тихо произнесла:

-Да, парень ! Похоже, ты покруче моего Серджио.

Так звали главаря их банды. Он был отчаянный, сильный парень, верховодивший бандой. Его авторитет поддерживался силой и жестокостью. Его боялись, но этот охотник, похоже, в одиночку стоил десятка таких, как Серджио.

Пока она осматривалась и ахала, Тимур успел развести огонь в камине и странном сооружении, отдалённо напоминавшем ванну. Это уже было из области фантастики. Все девчонки просто бредили горячей ванной, устав плескаться в холодной реке.

Не обращая внимания на гостью, он продолжал заниматься своим делом. Быстро рассыпав ягоды на просушку, он скрылся в каком-то закутке и выволок на свет кучу готовых шкур и мехов. Развернув целую оленью шкуру, он жестом велел ей раздеться и завернуться в мех.

Сочтя за лучшее не спорить, она покорно сбросила свои тряпки и не спеша, потянулась за шкурой, придирчиво рассматривая её со всех сторон и давая ему возможность по достоинству оценить свою фигуру. На лице парня не отразилось практически ничего.

Собрав её лохмотья, он небрежно швырнул их в огонь. Подойдя к своему резервуару, он повернул какой-то рычаг, и из него полилась вода. Быстро раздевшись, он перешагнул через край и уселся вовнутрь.

Отложив предложенную шкуру, Мари, медленно подошла к резервуару и как завороженная протянула руку к льющейся воде. Вода была горячей ! Изумлённо уставившись на хозяина, она с трудом проговорила:

-Ты волшебник ? Это с ума сойти можно !

Он покачал головой и жестом предложил ей присоединиться. Гибко изогнувшись, и соблазнительно качнув бёдрами, она переступила вовнутрь и медленно опустилась в воду, тихо застонав от почти забытого наслаждения.

В бассейне были сделаны, невысоки сидения. Усевшись на свободное, она оказалась лицом к лицу с охотником и с интересом принялась рассматривать своего избранника. Он словно нарочно откинулся на край, запрокинув голову, и закрыл глаза, позволив себе расслабиться.

Резкие черты лица расслабились, став мягче, мышцы, натруженные за день, сбрасывали напряжение, и Мари по достоинству смогла оценить его широкие плечи, крепкую шею и мускулистую грудь, украшенную шрамами.

Её внимание привлекли четыре параллельных следа, оставленные явно не человеческим оружием. Следы от пуль и ножей были ей хорошо известны, подобного же ей видеть не приходилось. Когда он приподнялся, доставая с полки небольшую плошку, её глазам предстали ещё три полосы, тянувшиеся по правому боку.

В плошке оказалось настоящее жидкое мыло. Это открытие привело её в полный восторг. Забыв на время о своих планах, она с наслаждением плескалась в ванне, ожесточённо оттирая грязь и пот с тела. Оставив её балдеть, Тимур поднялся и, вытершись куском шкуры, принялся хозяйничать.

Очень скоро по пещере разнёсся упоительный аромат жаркого. Нехотя выбравшись из воды, Мари попыталась расчесать отмытые волосы пятернёй но, вздохнув, бросила это занятие. Наблюдавший за ней охотник поднялся, и протянул ей самодельный гребень, деревяшку, усаженную иглами какого-то животного.

Справившись, наконец, с причёской, Мари с вожделением посмотрела на стол. Уголки его губ дрогнули, и он сделал приглашающий жест. Всё происходящее стало казаться ей сном. На столе было всё, что может дать природа. Мясо, птица, рыба, ягоды, плоды хлебного дерева, от такого изобилия у неё закружилась голова.

Плотный ужин, горячая ванна и обстановка спокойствия, уверенности в завтрашнем дне заставили её расслабиться. Она присела на кровать и сонно уставилась на огонь в камине. Тимур уселся в грубо, но крепко сделанное бамбуковое кресло, покрытое волчьей шкурой, и принялся что-то мастерить из куска дерева.

Обернувшись через некоторое время на свою гостью, он с лёгкой улыбкой отметил, что она спит сном младенца, подложив под щёку ладошку и чуть шевеля припухшими ото сна губами. Легко поднявшись, он насторожил у входа арбалет и, накрыв Мари, улёгся сам.