Джон Хора

Глава 1

15.03.2357

Дорогой дневник, меня зовут Джон Хора, мне 23 года и сегодня я снова решил вспомнить, как упорядочивать свои мысли на бумаге.

Неделю назад я увидел в магазине недешёвый толстый ежедневник с плотными листами и кожаной обложкой. Взяв его в руки, я понял, что хочу его. Я даже готов вспомнить, как это — писать ручкой, чтобы вести свой дневник. Когда-то в юности я уже делал так, но потом забросил.

16.03.2357

Вчера я не решил, что писать дальше. Даже не упомянул о том, что попросил отложить ежедневник на неделю, чтобы купить его, когда придёт оплата за предыдущий контракт. Он мне очень нравится, прямо хочется пользоваться им, но иного применения, кроме как под дневник, я не придумал, поэтому и приходится выжимать из себя слова. Получается не очень. Помнится, в прошлый раз тоже шло туго, но со временем привыкаешь. Посмотрим. Ежедневник крутой!)

17.03.2357

Сегодня третий день как я записываю свои мысли сюда. Скажу, что должность экспоната в «Музее живых людей» — не самая интересная штука, я рассчитывал на прикольный опыт, а в итоге получил ноющее весь день тело. Стоять часами в одной позе — нереально, даже небольшие перерывы на разминку не спасают. Многие ушли после пары дней, так и не отработав контракт. Но я продержусь. Осталась ещё неделя. После этого отдохну дней пять, и попробую найти работу по разгрузке кораблей. Там стабильность, да и форму терять нельзя.

18.03.2357

Сегодня снова был унылый день. Народу почти не было — в понедельник всегда так. Может это и к лучшему: я не люблю толкучку. Надо продержаться до конца недели, чтобы получить полную оплату.

После работы я зашёл в магазин и присмотрел себе хорошие наручные часы. Они мне приглянулись внешне, а продавец заверил, что они способны идти хоть двести лет без смены элемента питания! Не знаю, зачем мне часы, которые переживут меня, но чем меньше мороки — тем лучше. Тем более на них видно не только время, но и дату, так что при написании дневника я всегда смогу быстро сориентироваться, просто взглянув на руку. В общем, я выбрал эти часы как мотивацию, чтобы завершить контракт с музеем, а то пахать без цели угнетает.

20.03.2357

Ух, вчера пришёл домой и просто провалился в сон. Надо точно продержаться до завершения контракта, я хочу эти часы!

И почему люди всё время ко мне липнут?! Коллеги пристают со своими расспросами… Никогда не любил толпы и всегда уставал от долгого общения. Я знаю, что, вероятно, выгляжу очень привлекательно, могу произвести впечатление на людей, когда это нужно. Это умение и позволяет мне работать там, где я хочу, заключая временные контракты. Но это всегда меня утомляло. Даже родители всегда говорили, что я нелюдимый, да и сейчас я общаюсь с ними несколько раз в год, и то очень коротко — скорее по праздникам. Я рад тому, что они не лезут в мою жизнь: так спокойнее.

21.03.2357

Чёрт, судя по новостям — человечеству в ближайшие пару лет придётся отказаться от большинства видов съедобных листьев. Их сложно и невыгодно культивировать, проще выделить это место под клубни (типа картофеля), чем заморачиваться с салатом. А я до сих пор помню, как, читая книги по истории, представлял себя фермером, который выращивает еду прямо в поле под открытым небом! Думаю, мне бы понравилась такая работа. Жалко, что устроиться в теплицы у меня так ни разу и не вышло — там почти нет текучки, персонал работает десятилетиями. Неужели земляне действительно бессильны перед этим похолоданием?.. Если верить подсчётам, население будет сокращаться ещё сильнее — энергетических ресурсов для всеобщего обогрева просто не хватит. А ещё удивляются, почему наше поколение такое депрессивное…

22.03.2357

Вот и отработан ещё один день — осталось всего два. Или целых два.

Сегодня снова зашел заценить часы. Сделаны под старину: со стрелками — такие сейчас сложно отыскать! Мне они очень приглянулись, и я оставил небольшой залог, чтобы их отложили до конца недели.

Вообще считаю, что подобные вещи служат своего рода вдохновением для дальнейшего существования. Какие-то приобретения для хобби или просто заманчивые безделушки — к ним хочется стремиться. Да и удовлетворение от покупки и использования получаешь потом сторицей: когда понимаешь, что долго хотел себе это, а потом честно заработал и сам купил. Не было бы у меня таких мотиваторов, я работал бы только ради пропитания. Разве это не печально?

23.03.2357

Фух, не могу поверить, что завтра последний день по этому контракту! Наконец-то можно будет закончить с этим, я точно заслужил за это награду. Сразу как получу оплату — иду за часами, а потом немедленно свяжусь с портом и узнаю, нужны ли им грузчики. Для работы придётся ехать туда, а потом несколько дней или недель жить прямо там — другого варианта нет, ведь ездить до причала и домой каждый день выйдет слишком дорого.

Но до этого в любом случае надо отработать завтрашний день :(

25.03.2357

Какой отличный день! Вчера я выкупил часы, дошёл до дома и внезапно осознал, как меня утомили эти две недели в статичных позах. В итоге я решил переложить все свои дела на утро, когда хорошенько отдохну. Сперва стандартная утренняя разминка, завтрак, а потом свяжусь с портом. Работа там не из лёгких и оплачивается не супер, но мне интересно, что сейчас завозят через океан, приятно прикоснуться к этим редким продуктам одним из первых. Если мне не суждено растить всё это самому, так буду хоть звеном в доставке! К тому же использование людей для разгрузки в несколько раз удешевляет процесс, как и во всех сферах. Потому что, если эти мелкие функции никто не захочет выполнять, и нас придётся заменить на машины — конечная стоимость всей продукции вырастет. Поэтому я считаю, что делаю хоть и мизерный, но вклад в наше общее благополучие.

Если выражаться культурно — всё очень плохо… В порту сказали, что из-за сокращения поставок у них теперь переизбыток желающих работать, и меня могут поставить в очередь только на следующий год. Печально. Я хотел эту работу именно сейчас. Но это не страшно, ведь у меня ещё достаточно средств. Просто отдохну несколько дней, а заодно придумаю куда податься.

27.03.2357

Два дня я не мог найти себе места и выискивал интересные варианты для заработка. Впервые так сложно подобрать подходящий мне контракт. В итоге мне положительно ответили только из спортивного зала, в котором я месяц был тренером в том году.

Администратор сказала мне:

“— А, Джон Хора! Здравствуйте! Да, конечно мы были бы вам очень рады! Те клиенты, которых вы вели в прошлый раз до сих пор спрашивают, куда же вы пропали. Я считаю, что каждый спортивный зал хотел бы себе такого красивого и накаченного молодого человека! Думала уже, что вы ушли к конкурентам!”

Всё это, конечно, мило и, наверное, должно радовать… Но не вяжется с моими принципами. Я не хотел бы дважды работать в одном месте: это не дает нового интересного опыта, да и пользы человечеству этот контракт не приносит… Поэтому эта работа — только ради оплаты, хоть и существенной.

Буду искать ещё варианты, а этот придержу на крайний случай.

30.03.2357

Несколько дней я просто снова искал контракты, узнавал, что ничего из интересного мне сейчас не доступно, и опять терял желание что-либо делать. Почти все эти дни прошли на диване. Сегодня я посчитал и понял, что после очередного продления квартиры на следующий месяц, мне скоро перестанет хватать даже на нормальную еду. Чувствую себя разбитым и совершенно ничего не хочу.

Видимо, придётся идти в спортивный зал, хоть и не хочется. Соберусь с силами и завтра посещу их лично.

31.03.2357

Прошло не так уж и плохо. Сдал небольшие тесты по анатомии и на знание того, как составляется ежедневный план питания. Ничего нового и удивительного — с прошлого раза я почти ничего не забыл, не зря же так углублялся в изучение этих вопросов. После этого подписал все согласия, и меня обмерили — чтобы в срочном порядке сшить на меня спортивный костюм в их корпоративных цветах. Сказали прийти за ним завтра: как раз сделают в нём свежие фотки для рекламы. Обещали после этого найти мне несколько частных клиентов.

02.04.2357

Сегодня со мной связалась администратор Ирэн из Спортивного зала и сказала, что они нашли трёх клиентов, и завтра я могу провести с ними ознакомительные занятия. По времени вышло идеально — я весь день буду занят и даже смогу сделать себе перерывы между тренировками.

03.04.2357

Утром познакомился с Алисой — девушка была с виду чуть моложе меня, и было заметно, что до этого она точно занималась каким-то спортом. Рассказал ей, как примерно будут проходить занятия, потом провёл стандартную разминку и проверил её результаты на основных тренажёрах. Для её веса девушка была очень хороша: казалось, что Алисе вообще не нужен тренер — она сама держит сбалансированную диету и может рассказать об этом не хуже меня. Да и техника исполнения упражнений такая, что понятно: в спортивном зале она точно не первый год. Можно было бы быть уверенным, что она откажется от занятий, если бы не одно «но»: она всё занятие смотрела на меня так же, как и Ирэн. Оставалось только хвалить все достижения Алисы и аккуратно добавлять комплименты, а в окончании тренировки сказать: “до завтра”. И всё, я был уверен, что мы точно увидимся.

Ближе к середине дня мне представили Катерину — у девушки были заметные проблемы с лишним весом, поэтому физические нагрузки и правильное питание ей было точно нужно. Я вообще не понимаю, как у людей хватает финансов всюду ездить на авто, а после этого покупать себе столько еды. Причём именно по этим причинам им же и приходится оплачивать ещё и дорогостоящие походы в спортивные залы. Ну ладно, пока мне за это платят — это не моя забота.

В плане пробного занятия всё прошло тоже довольно легко. Я понял, что здесь будет много работы, чтобы приучить Катерину держать диету, и прогрессировать в упражнениях мы с ней будем очень постепенно. Но её взгляд подсказывал: она точно готова согласиться со всем только потому, что именно я советовал ей это.

Вечером я уже ждал очередную девушку, которую приведёт сюда моя фотография. Но нет, третьим был мужчина. Возраст Тома было сложно определить. Я уверен, что ему точно за шестьдесят, но выглядел он великолепно. Не знаю, может ему просто очень повезло с генетикой, как и мне, а может это свежие дорогие продукты и средства для ухода, а может и то, и другое. Кроме того, было видно — он понимает, что делает на тренажерах: вероятно, занимался до этого. Я ему доходчиво расписал, что могу сделать для него как личный тренер, он задавал много уточняющих вопросов, а в итоге спросил:

— Джон, скажи мне, а почему ты вообще работаешь здесь?

— Это то, что я умею, и платят неплохо, а деньги мне сейчас лишними точно не будут, — честно сказал я.

— Хорошо, Джон, ты отличный парень, я хочу, чтобы ты меня вёл!

После чего мы пожали друг другу руки.

В конце дня я зашёл к Ирэн и узнал, что все, кого я сегодня впервые встретил, подписали согласие на тренировки. При этом все трое были готовы повысить плату, чтобы их тренером был именно я — по этой причине было решено остановиться на трёх постоянных клиентах. Не знаю, кто они все такие: по правилам клуба я могу знать только рост, вес, чем питаются мои обучаемые и имя, написанное в карточке. Но это точно были люди из крайне богатых семей. В этом контракте оплата выходила ещё больше, чем я получал, за то, что вёл шесть человек в прошлый раз! Я понимаю, что занятия спортом не для выступления могут позволить себе только богачи, но тут точно особый случай.

Коли уж так пошло, я попросил Ирэн согласовать мне небольшую предоплату — всё равно тренировки оплачены наперёд. Администратор сначала отказалась, но я положил ладони на её руку, сказав, что такая прекрасная девушка точно сможет подобрать слова, чтобы договориться с начальством, что она бы этим очень мне помогла, и я был бы ооочень благодарен! Ирэн растаяла, и уже через 20 минут я шел домой с авансом!

21.04.2357

Недели прошли незаметно, даже как-то рутинно. Удивило только одно: все трое моих клиентов просто отправили личных поваров ко мне домой, чтобы я мог согласовать с ними новый режим питания и примерное меню. Блюда там… Большую часть из этого я не могу себе позволить даже с нынешней оплатой. Так же я взял контакты каждого повара, чтобы мы могли менять что-то в диетах без живых встреч.

Катерина делает успехи, поскольку до этого она не занималась спортом и не придерживалась диеты — её прогресс очень заметен даже за неделю. Я вижу, что она соблюдает мои рекомендации и даже стала делать разминку сама по утрам. Это отлично: думаю, что правильная диета и прогресс в тренажерном зале улучшат её самооценку, подтянут тело, и она будет счастлива. Она очень добрая, но, как по мне, немного застенчива. Хотя, может это из-за меня.

Алиса без труда придерживается моего плана занятий, и спокойно могла бы ходить в зал и без тренера. Причина, почему она выбрала моё наставничество, к сожалению, для меня очевидна — она нагло пытается сблизиться со мной. И тут бы радоваться, ведь она очень хорошо выглядит, да ещё и сама лезет ко мне, без моей инициативы. Но ещё раз — я ничего не знаю про Алису, даже не знаю, кто её отец. Не хотелось бы, чтобы одной чудесной ночью меня отправили изучать дно возле местной пристани. Да и вообще, я пришёл сюда работать, поэтому считаю такие отношения неуместными. Приходится выкручиваться и вечно искать середину между полным отстранением, и ответом на её прикосновения и взгляды.

И только Том был лучом света во всей этой ситуации. Как ни странно, но с ним действительно было интересно разговаривать. Кажется, что он может поддержать беседу абсолютно на любую тему, причем так, чтобы собеседнику не было скучно. Видно, что он приходит на тренировки, в том числе, чтобы отдохнуть — видимо, от своей работы. Он искренне интересуется моими делами и даёт какие-то советы. Как-то раз он спросил меня, почему я так часто меняю места работы и предпочитаю короткие контракты постоянству. И я поделился с ним, что не стал получать образование в какой-то одной области, чтобы пойти и попробовать себя в разных, и с тех пор я уже несколько лет ищу себя.

— И что, пока не нашёл? — спросил он, глядя поверх штанги.

— Видимо нет, много чего ещё планирую попробовать.

— Значит, ты и здесь не планируешь задерживаться?

— Не хотелось бы привыкать. Понимаю, что это звучит глупо: ведь я могу заниматься тут бесплатно, и желание есть, у меня относительно свободный график, работа рядом с домом, и платят отлично — но есть ощущение, что это не моё, как будто я не приношу на этом месте пользу человечеству…

— Интересно, но ты же помогаешь мне держать форму и чувствовать себя лучше.

— Я считаю, что должен делать что-то более массовое, что-то полезное для обычных лю… Извините!

— Ха! Ты хотел бы, чтобы твой труд был полезен обычным работягам? И кем ты себя видишь?

— На самом деле я много думал о том, чтобы выращивать продукты, я несколько раз пытался попасть в местные теплицы на любую должность, но ты, наверное, в курсе, что там никогда не бывает свободных мест.

— Ты ведь знаешь, что оклад там ниже, чем здесь?

— Да, но там я бы чувствовал себя более удовлетворённым. Смотреть как ты создаешь жизнь, приносить пользу каждому человеку. Хоть какая-то радость в этом вянущем саду. Есть ощущение, что всё человечество катится к вымиранию и я хочу сделать тщетный рывок к жизни в этом стоящем над пропастью мире!

— Да! Ничего себе ты загнул! Джон, ты Хороший парень, я уже не раз говорил тебе об этом. У тебя очень наивные, но такие по-юношески чистые мечты! Я хожу сюда, потому что вижу в твоих глазах огонек жизни. Большинство людей, с которыми я общаюсь, смотрят на меня как мёртвые рыбы. Уж меня то ты точно вдохновляешь продолжать что-то делать. Скажу тебе так: место в теплицах я тебе не организую — это слишком просто для тебя. Зато у меня есть вариант намного интереснее, но это отдельный долгий разговор.

После тренировки он дал мне свою визитку с контактами и просил согласовать с его ассистенткой время и день, когда у него будет возможность со мной поужинать. Он сказал, что угощает, и приедет с водителем, чтобы мне не ходить через весь город пешком.

На визитке было просто написано «Томас Эвергрин» и контактная информация. Позвоню завтра в обед — сегодня уже поздно.

22.04.2357

Мои часы подсказывают, что сейчас двадцать второе апреля, понедельник. Сегодня у меня не запланированы тренировки, поэтому после разминки и завтрака я могу заняться своими делами. Как раз хотел сходить и сделать тиснение на обложке своего дневника, натуральная мягкая бычья кожа этому способствует.

Теперь он выглядит ещё лучше — белоснежные листы, которые по заявлению продавцов пропитаны каким-то специальным составом, что позволяет ему быть как новому, даже если закопать его в сырую землю на несколько десятков лет… Теперь на чёрной кожаной обложке выдавлено название этого дневника: «Джон Хора», ведь это мой дневник! Смотрится отлично!

ЖЕВАТЬ! Томас Эвергрин — это же основатель компании «Эвергрин»! Она владеет более чем 80% теплиц, выращивающих пищу на нашем материке!!! И понял я это только когда мне сказала об этом ассистентка Тома! Конечно я договорился на сегодняшний вечер, потому что не смог бы спать до нашего разговора. Даже не представляю, что такое мне может предложить этот человек, с которым мы всё время непринуждённо общались как приятели! Подумать только, Томас Эвергрин! И как я сразу не сообразил!

Я откопал свой самый деловой костюм, и в назначенный час вышел ждать машину. Водитель открыл мне дверь, и я сел сзади, рядом с Томасом. Сразу чувствовалось, что это именно роскошное средство передвижения, а не рабочий механизм — сиденья были из натуральной кожи, а гул электромотора был еле уловим.

— Томас, я восхищаюсь вами, — не сдержавшись выпалил я.

— Джон, мы же общались всю дорогу на «ты», и я бы хотел, чтобы ты называл меня Томом, как обычно.

— Да, но как человек… Вы практически единственный, кто с нуля построил свою большую корпорацию со времени основания общего правительства!

— Это знакомства, желание сделать мир чуть лучше и очень много работы.

— Мне нравится то, чем вы… Том, мне нравится то, чем занимается твоя компания! Я бы хотел участвовать в чём-то таком!

— Именно поэтому я и хочу предложить тебе один вариант. Ты не создан для того, чтобы работать в теплице, слишком уж много в тебе авантюризма!

— Значит ты хочешь предложить мне что-то другое?

— Да, но я бы хотел обсудить это за ужином.

По дороге мы говорили на различные отстранённые темы: о том, имеет ли смысл существование общего правительства, когда каждый материк всё равно заботится о личном качестве жизни, о том, на сколько лет землянам ещё хватит ресурсов, чтобы хоть сколько-то просуществовать в комфорте, и о многих других проблемах человечества…

Ресторан был шикарен — это одно из тех мест, куда не пойдёт обычный человек. В меню было много говяжьих стейков на выбор и вообще много роскошных блюд, но больше мне запомнился наш разговор:

— Том, если мы пришли разговаривать не о теплицах, то что же ты хотел мне предложить?

— Я не могу сказать прямо, в том числе, потому что набор участников очень ограничен — и не факт, что ты точно пройдёшь отбор.

— Звучит всё более интригующе! И что нужно делать?

— Для начала скажи мне, если ты так хочешь нести пользу людям, готов ли ты отдаться своему делу настолько, чтобы никогда больше не увидеть своих друзей и близких?

— Это работа смотрителем маяка?! — я рассмеялся, и скорее от нервов: не ожидал такого вопроса.

— А если серьёзно?

— Серьёзно… Я почти не разговариваю даже с родителями, а друзей в итоге я так и не завёл — вечно прыгаю с места на место. Поэтому не думаю, что был бы против работы “на маяке”, если это действительно согласовалось бы с моими принципами.

— Я тебя понял. Не буду объяснять лишнего, скажу просто, что имею много полезных знакомств, а для тебя хочу лучшего, потому что ты и правда живой человек с целью. Возьми: вот приглашение на твоё имя, тут написан адрес, и вот ещё раз моя визитка. Придёшь туда послезавтра в девять утра. Надо будет сдать много анализов, какие-то тесты… В общем, главное: говори там то же самое, что и сейчас — правду, и будь готов оставить там весь день. Я перенесу свою тренировку, чтобы у тебя было время.

— Ничего не понятно, но очень интересно! Спасибо, но главное… Нам же дадут прочитать контракт перед подписью?

— Конечно да! Думаю, что тебе объяснят всё на месте.

И вот всю ночь я размышляю об этом разговоре, и он точно не выйдет у меня из головы ещё до девяти утра, двадцать четвёртого числа.

24.04.2357

Вчера во время тренировки Алиса говорила, что я какой-то грустный и всё пыталась взбодрить меня, но я никак не мог перестать думать о предстоящем собеседовании, поэтому даже не помню, что именно ответил.

Утром я не стал завтракать и сразу пошёл в назначенное место. Это был медицинский центр частной фирмы. Неужели Томас знает владельца лично… На входе я отдал приглашение на имя “Джон Хора”, которое дал Томас, а также его визитку, сказав, что я лично от него. Потом меня проводили до кабинета сдачи крови. Я сдал анализы и несколько тестов на мышечную силу и выносливость, написал какой-то дурацкий тест типа “ваш друг попал в беду, что вы будете делать?”… После чего была беседа с психологом, который мне ничего не рассказал, а только всё время расспрашивал. Потом у меня взяли контакты и сказали, что сообщат результаты через пару дней, а до этого я могу спокойно заниматься своими делами.

29.04.2357

Вчера вечером мне сообщили, что я подхожу! Ура!!! Они сказали собрать любимые личные вещи к пятому числу, и быть готовым, что за мной заедут. Время узнаю позже.

Сплошная конспирация. Но мне уже дико интересно, не могу отказаться, — тем более Том уверен, что я должен быть там, а уж ему точно стоит верить. Думаю, даже, что это единственный человек, который мог бы стать моим другом!.. Ха, смешно звучит, не уверен, что он во мне видит кого-то большего, чем личного тренера. В любом случае сегодня переговорим на тренировке!

Что ж, понятнее не стало. Том лишь сказал, что рад за меня. Он не хотел бы терять меня как тренера и как собеседника, но в то же время хочет, чтобы я развивался как личность. Посоветовал ничего не бояться и подумать над тем, что мне расскажут, прежде чем дать согласие или отказ.

05.05.2357

Поездка была длительной, нас привезли в какое-то здание за городом: оно достаточно масштабное и ограждено забором, похожее на тюрьму, или скорее на какой-то бывший военный объект, который сейчас не используется. Длинные коридоры и большие учебные залы, а также столовая и всё, что нужно для комфортного проживания. Народу много, и никто ничего не знает. После ужина нам сказали, что сегодня уже поздно, надо отдохнуть после дороги. Нас расселили группами по помещениям, сказав быть готовыми к восьми утра, — утром всё объяснят, и мы решим, подходит ли нам этот вариант. Что ж, не хочу уже ничего думать, просто посмотрим завтра, а сейчас — спать.

06.05.2357

В первую очередь мы подписали договор о неразглашении: нам нельзя рассказывать даже близким, что тут происходит, и информация не должна утечь через тех, кто отказался от дальнейшего сотрудничества. Конечно, я уточнил, могу ли я записывать в дневник всё окружающее для себя, если соглашусь остаться. Психолог сказал, что это даже хорошо — чтобы не запутаться в своих ощущениях, но сначала мне надо понять, готов ли я.

Каждая беседа была личной, поэтому на них ушел почти весь день. Наконец мне рассказали, почему такая конспирация, и зачем нас всех здесь собрали. Недавно человечество общими трудами сделало прорыв в двух важных областях: гибернация позволяет сохранять вещи, продукты, семена и даже людей, а выйдя из этого состояния через годы объект потеряет лишь миг. И второе — новые двигатели могут развивать околосветовые скорости, при этом по затратам энергии они стали в разы экономичнее. Всё это вкупе позволяет отправить первые два корабля на ближайшие две изученные экзопланеты земного типа! Причём вся аппаратура уже готова и протестирована, осталось немного подготовки, и самое сложное — подготовить тех, кто полетит.

Мда, и как можно было такое ожидать?! Я, конечно, согласился — ведь это предложение совмещает в себе всё то, что мне хотелось бы нести: это что-то новое и интересное, помогает человечеству, и, чёрт возьми, это единственная подобная возможность в жизни!

Некоторые отказались, но их было немного, — и их должны будут заменить другими кандидатами. Нас было около двухсот человек, но и это ещё не всё: оказывается, что ещё сотни людей обучаются в аналогичных местах, потому что команда каждого корабля будет состоять, по меньшей мере, из семисот человек!

07.05.2357

Нас разбили на группы, объяснив, как будет проходить подготовка: будут обучены пять основных “командующих” миссией, каждый будет знать о самом корабле, должен будет уметь проконтролировать полёт в экстренной ситуации, и эти люди будут выбирать место посадки и следить за порядком в нашем небольшом обществе. Так же будут агрономы, разнорабочие, врачи и кто-то ещё… Мне было не так интересно. Категорию подбирали по психотесту и по прошлым достижениям, поэтому меня сразу рассматривали на роль “принеси-подай”, к тому же медработники сказали, что с такими физическими данными и анализами, вероятно, я самый лучший носитель генетического материала. Правда я так и не понял, обижаться или радоваться этому факту…

10.05.2357

Начались первые занятия. К нашей группе требования были минимальными. Из интересного — нам показали видео того, как корабли выглядят изнутри. Его показывали всем — на крайний случай. Оба корабля были одинаковыми: они представляли собой гигантский шар с несколькими камерами и двигателями снаружи. Внутри был большой модуль, в котором находились капсулы для гибернации, тут же рядом было помещение с экраном и приборной панелью, чтобы можно было совершить посадку даже вручную. Там стояло несколько кресел и небольшой модуль для хранения пищи, которая пригодится командиру на время перед посадкой. Так же была гигантская камера гибернации, в которой до прибытия будут храниться пища и семена основных растений. И, конечно, отдельный ярус-склад со всем необходимым нам оборудованием и вещами, которые можно хранить без гибернации.

Были ещё какие-то скучные лекции... Понравились обязательные для всех были тренировки в специальном спортивном зале. Но в основном было скучно, поэтому, когда я узнал, что для группы земледельцев есть занятия по ботанике и земледелию, я понял — не пропущу ни одного!

11.05.2357

Ни слова не помню из того, о чём она говорила! Как так! Профессор биологии!!! Эта маленькая девушка! “Да не бывает таких профессоров биологии!” — лишь и мог думать я! Мия Дженезис… В следующий раз сяду на первый ряд, чтобы лучше усвоить материал… Мия… Что, если я подойду и скажу ей… А что я ей скажу? Не важно! Следующая лекция по ботанике послезавтра, и я точно там буду!

13.05.2357

Сегодня вечером в графике стоит лекция по ботанике. Ведёт Мия Дженезис. Значит, я снова увижу её! Может, мне подготовиться и прочитать до лекции какие-то её труды, или хоть что-то по ботанике, или по биологии… М-да, не уверен, что это как-то поможет. Единственное, о чём я могу думать — это тот момент, когда начнётся лекция.

14.05.2357

Теперь я совсем растерян: не понимаю, как мне быть дальше!!!

Ладно, по порядку: может это поможет мне разобрать ситуацию, и станет легче. Я сел на первый ряд и любовался Ей всю лекцию, иногда ловя Её взгляд. По окончанию я вышел из аудитории и просто стоял рядом, ожидая неизвестно чего. Но я был не в силах просто так уйти. Мия вышла после всех и подошла сразу ко мне.

— Джон Хора, наслышана. Вас нет в моих списках, но вы всё равно прихо́дите, — я не мог уловить ни интонацию, ни мимику, и совершенно не понимал Её настроя, — Что ж, у меня есть к вам разговор — ждите у комнаты номер сто сорок девять!

Почему-то мне стало страшно, аж руки вспотели. Скорее всего меня теперь исключат из проекта за нарушение дисциплины. Надо придумать что-то вразумительное в своё оправдание. У меня же всегда это хорошо получалось!.. Но не сейчас. Ничего не ответив, я пошёл к указанному помещению и стал ждать неминуемого.

Мия, закончив свои дела, пришла и открыла комнату: внутри был жилой модуль, мне было приказано сесть на стул и ждать.

— Значит, вместо обучения, вы просто ходите на мои лекции и пялитесь на меня, — пока Мия говорила это, я только и думал о том, когда она успела переодеться.

Я пытался промямлить что-то в свою защиту, но Она остановила мои губы страстным поцелуем. Это была лучшая ночь из всех, что я когда-либо проводил. Но утром Она просто ушла пока я спал. И теперь я совершенно не знаю, как всё это понимать, и что делать дальше… Но я уверен, что действительно влюбился!

И теперь я просто сижу в комнате и жду, когда Она вернётся, чтобы сказать самое важное. Да и даже если я хотел бы уйти, то не смог бы. Мне даже нечем закрыть комнату, а оставлять её открытой и уходить просто неподобающе.

Что ж, сегодня ночую у себя. Мия вернулась не в настроении, я сразу полез к Ней с разговорами о том, что всё, что говорилось ночью, было действительно правдой, что я люблю Её и хочу быть с Ней! Но Она просто попросила оставить Её одну. И я даже не знаю, что ещё написать по этому поводу, потому что мысли в моей голове никак не упорядочиваются. Или я просто пытаюсь отогнать скверные, а положительные не складываются в одну картинку… И меня это бесконечно беспокоит.

16.05.2357

Сегодня опять лекция Мии, я не ходил к Ней домой, но сюда я пойду точно, всё же нужно решить ситуацию, и если я не сделаю шаг — точно не смогу себя простить. Пусть даже из этого ничего хорошего не выйдет, но находиться в подвешенном состоянии мне просто не позволяет моя голова — она просто вскипает от бездействия!

После лекции мы снова пошли к Мие, много говорили о случившемся и ещё обо всяком, пока Она не сказала, что Ей нужно “сбросить напряжение”. В итоге сейчас уже почти пять часов утра, Она спит, а я сижу, пишу это, и всё ещё ничего не понимаю. Мия сказала, что надеялась, что мы проведём какое-то время вместе, а потом я улечу и мы забудем друг друга, погрузившись в свои дела. Но, раз уж ситуация так сложилась, Она предложила съехаться в одно помещение. Сначала я подумал, что это не серьёзно: до сих пор не могу понять Её намерений, но, кажется, что Она действительно этого хочет. Насчёт того, чтобы улететь я даже не сомневаюсь: я словно готовился к этому всю жизнь и морально полон решительности! Но вот теперь с каждым днем с Ней мне будет всё сложнее подойти к этому моменту.

17.05.2357

Корзина свежих фруктов — запах Твой,

Объятья — в лето вечное погрузят!

И, если с кем-то быть, то лишь с Тобой.

И снова мысли разум перегрузят.

Хочу запутаться в волнах Твоих волос!

Ты маленький, но твердый остров счастья и надежды.

Я на руках сквозь вечность бы Тебя пронёс!

Но жизни цель держу всего я прежде!

Я так счастлив, что Том предоставил мне возможность быть здесь! Наконец я смогу сделать что-то полезное для всего человечества! Здесь я познакомился с самой чудесной девушкой в мире, даже вдохновился и написал Ей небольшой стих о моих чувствах. Покажу его, когда Мия вернётся!

20.05.2357

Несколько дней ничего не писал: сначала мы с Мией привыкали к проживанию вместе, да и было чем заняться, но сегодня Любимая принесла умопомрачительную новость — Мия решила, что если я не остаюсь, то Она тоже полетит, недавно подала заявку, а сейчас сдала все анализы и тесты. Поскольку у Нее всё же есть связь с коллегами — Ей намекнули, что скорее всего Она проходит, но всё же необходимо дождаться официального согласования. Теперь я и счастлив, и очень взволнован одновременно, на днях узнаем решение и, надеюсь, будем праздновать!

23.05.2357

Мда, если бы я думал, что все события в мире обязаны крутиться именно вокруг меня — подумал бы, что судьба просто издевается! Мия летит, но на другом корабле… Два корабля существуют не просто так. Я лечу на борту «Орфея» — он будет запущен первым, следом за ним полетит «Эвридика». Соль в том, что цели назначения этих кораблей находятся на таком отдалении, что «Эвридика» будет в пути еще несколько лет после посадки «Орфея». Нам сказали, что это две самые лучшие для проживания планеты из ближайших. И конечно, никто не может поменять корабль по своей воле, команда уже составлена и всё рассчитано именно под неё.

Мы даже поссорились, когда Мия начала снова спрашивать, каким образом то, о чём я узнал пару недель назад, могло вдруг стать главной целью в моей жизни. Я ответил, что по такой логике друг друга мы знаем ещё меньше, и я уже сказал, что не собираюсь отказываться от полёта! Полдня мы не разговаривали.

Ну как Она не может понять! Я всю жизнь был уверен, что у меня есть какая-то великая цель, но я не знал какая… Люди… Все мы сейчас живём на медленно остывающем шаре. Большая часть человечества даже не имеет доступа к нормальной пище и вынуждена постоянно мёрзнуть. Все легкодоступные твердые энергоносители были давно добыты, несколько раз перепроданы и использованы, что принесло много денег всем причастным, а бонусом — мощнейший вклад в ухудшение сегодняшней климатической ситуации. Кто-то считает, что земляне сами обрекли себя на то, что испытывают сейчас, но я всё же за то, чтобы обычные люди, которым просто не посчастливилось родиться в эту эпоху, имели хотя бы такую базовую возможность, как есть овощи и фрукты, ведь в давние времена их просто могла дать земля…

Так о чём эти все размышления… Считаю, что если у меня есть шанс сделать так, чтобы в будущем всё человечество жило хоть чуть счастливее, то я не в праве от этого отказываться. Пусть мой вклад и будет мал, но я выложусь по максимуму.

30.05.2357

Дни идут, Мия заставляет меня посещать больше лекций: говорит, что из той ничтожной информации, что нам дают, нужно подчерпнуть хоть часть. Через неделю вылет. Понятно, что никто из команды не успел хоть минимально набрать физическую форму. Курс лекций закончится через несколько дней, чтобы у нас ещё осталось время морально собраться.

03.06.2357

Шестого числа нас отвезут на полигон, откуда будет производиться запуск — значит у нас осталось всего пара дней. Пара дней, чтобы подготовиться, чтобы побыть вместе. До этого я понимал, что расставание будет очень болезненным, но пока оно было где-то на горизонте — не относился к этому серьёзно… А теперь с каждым мигом, с каждым звуком передвижения секундной стрелки моих часов я чувствую, как будто это тиканье забирает у меня мою Любимую. И я знаю, что не откажусь от своей миссии. Но я не думал, что будет так тяжело.

Я пообещал Ей. Пообещал, что мы встретимся! Нам говорили, что пока мы летим на «Орфее», пройдёт порядка семи лет, а на «Эвридике» — примерно тринадцать. С учётом того, что мы будем в стазисе, это время для нас пролетит за миг. На месте мы расставим оборудование и наладим быт, тогда я и свяжусь с Ней! Я поклялся, что непременно встречусь с Ней снова, когда цели экспедиции будут достигнуты! Мы обязательно увидимся, как бы сложно это не было.

“Я сделаю это! Слышишь, мы снова будем рядом, и Ты сможешь прочитать в моём дневнике о всех событиях, произошедших, пока Тебя не было рядом!” — но Она посмотрела на меня странно. До сих пор иногда не понимаю Её взгляд. Кажется, что порой Она думает про меня: “какой же ты наивный”, но я теперь точно знаю, чего хочу. После этого разговора Мия долго плакала.

06.06.2357

Три дня пролетели незаметно. Мы успели многое пережить за этот короткий период времени, но его всё же мало. Всегда хочется ещё. И вот сегодня нас повезут на площадку для запуска. Все напряжены, но чувствуется какая-то решимость. Скоро выезд, но никто не нервничает — все переживания отброшены.

Едем на огромный пустырь. Из окна уже виднеются два гигантских шара — это «Орфей» и «Эвридика». Из-за их размеров кажется, что они рядом, — но на самом деле корабли на значительном расстоянии друг от друга, чтобы запуск происходил безопасно. Мысли роятся в голове, я думаю о Мие, о Земле и о том, что нам предстоит в нашей миссии. Это всё заплетается в комок и давит на мой разум, причиняя боль. Но ничего, по приезде меня разместят в капсулу и погрузят в стазис, после чего — МИГ, и я уже на другой планете. Дальше будет, чем заняться: это разгрузит мозг. Полагаю, следующая моя запись будет уже после посадки.

10.07.2364

Вот уже двое суток, как бортовой компьютер разбудил меня, одного из врачей — Мэй Акестис, и капитана корабля — Кларка Гемонда. Только сегодня я решился что-то написать. Когда я вылезал из капсулы, сразу почувствовал, как тяжело дается каждое движение: меня удивило, что стазис настолько обессиливает. Даже просто встать и идти было тяжело, пришлось помочь Мэй выбраться — она еле могла стоять. После мы вместе вытащили из капсулы Кларка, который скомандовал нам идти в командный пункт и располагаться в креслах.

Оказалось, это не мы так обессилили: Кларк Гемонд объяснил, что корабль просто останавливается с постоянным ускорением в 2g, от этого нас прижимает к полу в два раза сильнее, чем при привычной гравитации. Вообще, компьютер разбудил сначала Гемонда — для того, чтобы он мог привыкнуть к перегрузкам, прийти в себя и проверить все бортовые системы, ведь через несколько дней корабль достигнет места назначения и ему нужно будет выбрать место посадки, что повлияет на всю нашу дальнейшую жизнь. К этому событию он должен подойти с ясной головой. Но он не смог самостоятельно выбраться из капсулы, — всё же его сидячий образ жизни сказывался на физической форме. После этого бортовой компьютер разбудил Мэй: она должна была оценить состояние Кларка. Акестис, хоть и значительно легче и ниже Кларка, и в целом может передвигаться сама, всё равно не смогла выбраться из капсулы своими силами. Тогда, наконец, был разбужен я — как тот, кто должен справиться с перегрузками. По сути я в этой цепочке нужен только для того, чтобы помогать Кларку передвигаться и быть его руками, когда надо что-то сделать. И, как оказалось, корабль специально выходит на пониженные перегрузки только в самом конце полёта. Весь остальной путь был бы почти убийственным для нашей команды, если мы бы не находились в состоянии стазиса в капсулах.

За пару земных суток мы немного адаптировались: Мэй теперь может передвигаться хоть и с усилиями, но сама; Кларк может только лежать в кресле, а когда ему надо что-то сделать — просит меня о помощи.

11.07.2364 (по моим часам)

Я в растерянности: сегодня Кларк постарался объяснить одну вещь, которую я до сих пор до конца не понимаю, но мне приходится её просто принять. Мы должны будем прилететь к объекту примерно через восемьдесят часов, после чего мы будем кружить вокруг планеты, пока Кларк не определит место посадки. Он сказал, что название для планеты после высадки определяем мы сами, как первые ступившие на неё. И он уже определился: сказал, что назовём планету «Орфей» — в честь нашего корабля. После чего я сказал ему, что, получается, мы прибудем примерно 14-15 июля 64-ого года!

— Как ты это посчитал?

— Я ничего не считал, мои часы оставались всё это время вне стазиса, после пробуждения я забрал их, и теперь точно знаю, что сейчас без пяти минут три часа утра 11.07.2364 года!

— Но ты не прав.

— Как это может быть?! Думаешь часы сбились?

— Скорее всего, нет: похоже, что они показывают примерно правильно, учитывая наше время в полёте, но это не означает, что вокруг корабля прошло столько же времени.

— Стоп, как это, по-твоему, работает?! Никто не говорил, что корабль умеет управлять временем!

— Подожди, ты вообще не слушал лекции?!

— Почему, я точно помню, что нам обещали, что наш корабль будет в пути примерно семь лет, а «Эвридика» примерно тринадцать. Значит, что моя Мия всё ещё спит и достигнет цели только через пять лет!

— То есть ты действительно прослушал всё, что рассказывали про релятивистское замедление времени и думаешь, что сейчас шестьдесят четвёртый год?! Я хочу тебя огорчить, но на Земле с нашего вылета минуло больше двухсот лет, потому что часть нашего полёта прошло на околосветовой скорости. На нашей планете уже сменилось несколько поколений, а «Эвридика» прилетит ещё почти через триста лет после нашей посадки, потому что у их корабля есть возможность поддерживать высокую скорость намного дольше.

— Чушь какая, как может в разных местах пройти разное количество времени?! Вот, у меня есть точные часы, они не могут ошибаться!

— Но так и есть, — Мэй решила вмешаться в наш диалог — Джон, понимаешь, нам же так и рассказывали — «Орфей» стартует первым и набирает скорость до максимально возможной, сразу за ним летит «Эвридика» с той же скоростью, и когда «Орфей» разворачивается, чтобы начать остановку — «Эвридика» пролетает мимо на полном ходу и следует дальше. В этот момент корабли навсегда расстаются без возможности увидеться когда-то ещё. Из-за чего люди на нашем корабле, на Земле и на «Эвридике» оказываются в разных временных отрезках — нас теперь отделяют сотни лет!

Мы ещё долго разговаривали об этом, Мэй объяснила мне, почему наши корабли называются именно так, рассказала миф об Орфее и Эвридике. По поводу того, что прошло уже двести с лишним лет, я так ничего и не понял — остаётся только смириться с этим. Мия знала всё, а я не понимал. Получается, я сам согласился на то, чтобы никогда больше не увидеть Её. Я сам не заметил, как у меня забрали мое обещание встретиться, чего бы это ни стоило. Теперь я вижу, что это невыполнимо.

И мне страшно… Да я осознал это только сейчас. Спокойно решившись на этот полёт я даже и не подозревал, каково это на самом деле. Мы летим непонятно где и даже непонятно когда! Полные решимости совершить посадку на планете, на которой никто никогда не был. Кроме того, ещё оказалось, что почти всех, кого я знал, уже наверняка нет в живых, а «Эвридика» достигнет места назначения, когда не станет и нас…

После я ещё несколько часов думал про Орфея (как персонажа), про наше путешествие, и представлял, что Мия — моя Эвридика. В голове всё окончательно перемешалось: корабли, имена, роли… Я представил, что про самого Орфея тоже могли петь песни. Открыв дневник на последней странице, я написал, как по моему мнению это должно выглядеть. Там мои мысли смешались в эмоциональном потоке, но именно это мне и нужно было для их упорядочивания. Всё будет хорошо. Необходимо сосредоточиться на том, почему я вообще согласился на этот полёт. Надо будет сделать всё, чтобы человечество в будущем ни в чём не нуждалось и все жили в достатке. Сейчас это все те люди, что лежат в капсулах на этом корабле. Я лишь часть этого механизма, но от моих усилий зависит очень многое. Мы освоим эту планету и будем сами себе выращивать еду. Разовьем наше общество с нуля!

14.07.2364

Сейчас на моих часах полдень и мы уже идём на посадку, но важны тут обстоятельства происходящего…

Несколько часов назад бортовой монитор вывел нам изображение приближающейся планеты, после чего мы подлетели достаточно, чтобы зависнуть на орбите и кружить, выбирая место приземления. И эта фраза Кларка выбила нас всех из колеи:

— Вы видите эти огни?! Там внизу однозначно город! Огромный развитый город!

Судя по картинке на экране — там внизу была цивилизация, вероятно превосходящая нас в технологическом прогрессе. Мы кружили какое-то время, не понимая, что делать. Связаться с теми, кто находился на планете у нас не получалось. В какой-то момент я сказал:

— Они же видят нас.

— Точно, гениально! — воскликнул Кларк. — Если мы летаем тут который час и наблюдаем за ними, то они точно видели нас ещё при приближении. И, поскольку мы ещё живы, то они не настроены враждебно. Тогда будем искать то, что похоже на специальное место, и будем садиться туда. Всё равно других вариантов у нас нет.

После посадки

Когда наш командир посадил корабль, мы стали дожидаться связи, ничего не предпринимая — чтобы не накалять ситуацию. Мы пока не знали местных обитателей и их намерения.

— Назовитесь! И сообщите свою цель прибытия! — прозвучало прямо из наших динамиков.

— Они говорят на нашем языке!!! — вырвалось у меня.

— Тише, давайте говорить буду я, сейчас это очень важно! — скомандовал Кларк. До этого момента я не видел его таким напряжённым, — это напугало настолько, что я мгновенно прикусил язык. Он просто включил бортовой микрофон и сказал:

— Говорит Кларк Гемонд — командир корабля «Орфей». Мы были отправлены сюда с планеты «Земля» для колонизации. На борту нет оружия, и мы не настроены враждебно. У нас тут семьсот тридцать четыре человека, провизия и оборудование для выживания.

— Сидите на месте и ничего не предпринимайте! Не выходите из корабля и ждите. Мы ответим вам, когда соберём информацию.

Кларк отключил микрофон.

— Зачем ты сказал, что мы безоружны, вдруг они этим воспользуются?! — прошептала сквозь зубы Мэй.

— Ты думаешь, что у нас есть возможность запугать целую планету?! Эти ребята говорят через наши динамики и слышат наш бортовой микрофон. Какие у нас варианты? Полететь назад?! Нас отправили сюда в один конец, если бы внизу были только бурлящие вулканы, когда-то нам пришлось бы совершить посадку прямо в один из них. Даже если нас возьмут в пожизненное рабство, у нас нет других вариантов. Мы все знали на что идём, соглашаясь на полёт! Поэтому я буду вести переговоры максимально лояльно, — прошу, не мешайте мне!

— «Орфей», мы не можем найти информацию о вас. Повторите, когда и откуда вы стартовали?

— Повторяю. Наш корабль был отправлен сюда с планеты под названием «Земля», для освоения. Исходя из имеющихся у нас данных, местные условия точно подходили для проживания нашего вида. Дата отправления экспедиции — шестое июня две тысячи триста пятьдесят седьмого года. По нашему Григорианскому календарю.

— Чушь какая! — голос говорящего был другим. — Это полностью совпадает с информацией в вашем бортовом компьютере, но не имеет никакого смысла! Ладно, поднимите руки и сохраняйте спокойствие. Группа людей осмотрит ваш корабль изнутри. Просьба не делать резких движений.

— Хорошо, я открываю шлюз, — только и успел сказать Кларк под звук открывающегося без его вмешательства шлюза.

Чёрт его знает, когда!

После досмотра всех членов экспедиции вытащили из капсул. Ситуация была очень странной. В сумме у этих людей были технологии, отличающиеся от наших, поэтому интересно было и им, и нам.

Нам сообщили, что через несколько лет после нашего отправления земляне освоили технологию телепортации: спустя годы доработки она была отполирована настолько, что нужда в двигателях для межпланетных полётов почти пропала. Поэтому человечество смогло заселить ближайшие пригодные планеты буквально через 15 лет после нашего отбытия! Это так глупо: мы сотни лет летели на планету, на которой уже спокойно жили люди! Поскольку наш корабль не смогли классифицировать ни как пассажирский, ни как боевой, согласно местным правилам весь наш груз вместе с кораблём приняли как товар, притом очень дорого. Каждый член экипажа получил сумму, достаточную для роскошного проживания до конца дней. Но я не был этому рад. Ведь у меня забрали последний смысл моего путешествия. Я отправился сюда, чтобы помочь человечеству, а в итоге лишь утратил всё, что у меня было до этого!

03.02.2365 на моих часах…

Несчётное количество дней я находился в таком подавленном состоянии, что порой не в силах был даже есть, не говоря уже о том, чтобы что-то писать. Бесполезность моего существования и моих действий загнала меня в глубокую депрессию. У меня забрали мою единственную Мию, а потом забрали и весь смысл жизни — я готов был винить в этом кого угодно: от местных жителей до самого времени! За это время я успел прочитать хоть немного о том, что произошло, пока мы летели.

После освоения телепортации человечество начало заселять ближайшие планеты. В сравнении с перелётом это требовало несоизмеримо меньшие затраты энергии, что сделало ненужными бо́льшую часть технологий, которые мы использовали на своём корабле. Люди путешествовали по космосу так, словно другая планета находится в соседнем доме. Компьютеры рассчитывали всё так, что корабли падали на место назначения с нескольких сантиметров, пока не произошёл инцидент с Землёй. Огромный транспортный корабль по ошибке машины был перемещён прямо внутрь планеты. До этого никто не пробовал так делать, но по расчётам высвободилось столько энергии, что вся планета превратилась в один большой взрыв. С того момента пошёл запрет на использование компьютеров для таких расчётов — они стали проводиться специализированными людьми и отдельно перепроверяться. Так же ввели минимальные расстояния до планеты при перемещении, которое, в том числе, зависело от размера перемещаемого объекта. Так что корабли стали частично летающими, от чего и существуют специальные места для посадки — наподобие того, куда сели мы.

Но все эти изыскания не дали мне ничего. Даже у самых современных учёных нет способа догнать, остановить или хотя бы найти в космосе корабль, летящий чуть медленнее света. Мы даже можем знать примерное местонахождение «Эвридики», но при такой скорости это не имеет никакого значения. Древний трюк с ловлей пули зубами выглядит и то более жизнеспособным, чем эта затея.

В итоге я смирился с невозможностью невозможного, и до сих пор пытаюсь принять, что произошедшее — это следствие лично моих решений и действий. И чтобы что-то изменить я начал искать, что я могу сделать для людей здесь и сейчас.

04.03.2365

Я нашёл хорошего человека! Несколько дней как я связался с необычайной персоной: он скопил немыслимые богатства и не собирается сидеть на них как дракон, а пытается принести что-то интересное и нужное для всего человечества. Наш корабль, например, почти целиком выкупил он. Всё это ради семян и информации из компьютера. Эта идея мне нравится, я готов работать хоть в полях, чтобы восстановить утерянные сейчас экземпляры растений. Поэтому уже завтра я отправляюсь на другую планету для встречи с ним!

Мой второй день на планете «Диру»

Здесь всё совсем иначе — один большой материк окружен со всех сторон водой. Повсюду растут местные деревья, которых я раньше никогда не встречал — судя по обилию растительности, земля здесь очень плодородна.

Антон, человек ради которого я сюда прибыл, уже давно организовал здесь заповедник со множеством животных с Земли. Посетить его в качестве туриста почти невозможно, потому что большинство видов там сейчас на грани исчезновения, но он надеется, что когда-то животные будут свободно ходить по планете. Но кое-что доступно для экскурсии — это «Орфей»: корабль превратили в музей, который стоит прямо на главной площади. Но, что я там не видел… Также Антон каждый день достает новую информацию из бортового компьютера, и уже начал выращивать те семена, которые были у нас на корабле. Есть надежда распространить эти растения сначала в огромном парке, открытом для посещения, а потом и по всей планете. В этом деле я и примусь ему пособничать с завтрашнего дня!

Третья неделя на этой планете

Мия, сегодня Ты снилась мне снова. Мы были вместе на Диру, Ты помогала высаживать растения и рассказывала про особенности ухода за ними. Яркий свет местной звезды, запутываясь в завитках Твоих каштановых волос, делал их ещё более рыжими, чем обычно. Но и этот свет мерк по сравнению с улыбкой на любимом лице.

Проснувшись, я пытался как можно дольше удержать это тёплое ощущение. Сидя на кровати и разглядывая «Орфей» из окна, я думал о том, какой же он все-таки грандиозный, а также о днях, когда мы были вместе. Мия, ты была такой умной и красивой, всегда полно понимала происходящее вокруг. Ты во всём была лучше меня… Но, всё дальше уходя в эти размышления, я начинал понимать, что они стали приносить мне больше тоску, чем радость. Это означало только одно — срочно надо занять делами руки и разгрузить от мыслей голову!

Я провёл здесь уже несколько месяцев

Работы действительно много, нам надо использовать только ту информацию и ресурсы, которые остались на «Орфее», а также то, что я помню из лекций Мии… Мы немного приспособили здешнюю почву для земных растений, а также нам приходилось опылять всё вручную, — только недавно мы смогли развести достаточно насекомых, чтобы процесс шёл без нашего участия. Местные растения тоже лучше растут в такой почве, что очень странно. К счастью, опыление им не нужно, хоть никто мне и не может нормально объяснить, как это работает.

Сегодня Антон сообщил мне кое-что интересное! По его расчётам, согласно информации из «Орфея» — именно на эту планету должна приземлиться Эвридика! И это одновременно радостная и грустная новость, потому что произойдёт это почти через триста земных лет, как когда-то мне и говорил Кларк. Это подтверждается информацией, которую мы откопали.

Что ж, единственное, что я могу — с двойным рвением следовать своей миссии, сделав для этой планеты всё, что в моих силах, чтобы Мия, высадившись сюда через сотни лет, оказалась в лучшем мире, чем оставила, улетая!

На моих часах сейчас 17.08.2366

За последний год мы отлично продвинулись. Спустя годы почву Диру покроет густая растительность — остаётся только ждать. И я, как и хотел, сделал что-то для людей. Для всего человечества: даже для тех, кто прилетит сюда через сотни лет. Моя Мия сейчас спит без снов где-то там в далёком космосе и даже не знает, что я здесь жду Её. И тут я подумал: а что я сделал для себя?

Я стоял и смотрел на «Орфей» — гигантский шар, который возвышался даже над домами. Он был настолько большим, что как огромная гора виднелся с любой точки города. Мне никогда не хотелось войти в него ещё раз — или я просто не думал об этом. Но сегодня, стоя перед этой громадиной, я захотел оплатить билет и пройти внутрь — чтобы вспомнить, как это ощущалось изнутри. В корабле это чувство усилилось — чувство, что я постоянно упускал что-то важное: то, чего я хотел всё это время, было где-то рядом… Технология, утраченная в веках, ставшая бесполезной после изобретения телепортации, то, что мы снова принесли человечеству через года, но никто не смог понять принцип работы этого механизма… то, что позволяет прождать несколько сотен лет, даже не заметив. Передо мной стояла одна капсула для стазиса, которые мы использовали для перелёта. Она была подключена к питанию, и оставалось надеяться, что она сохранила свои функции.

05:33, 20.08.2366 на моих часах

Когда мы вытащили часы из капсулы, они показывали на минуту больше, чем поза-позавчера, когда мы положили их туда и включили механизм. Вместе с часами мы закинули туда крысу, и она тоже в полном порядке. Это всё означает только одно — капсула всё ещё работает, и мы готовы к следующему шагу.

Мы договорились с Антоном о том, что они закроют меня в капсуле до момента, когда останется месяц до прилёта «Эвридики». Корабль должен лететь в определённое место, в котором Диру будет в рассчитанный час, поэтому время прибытия мы знаем точно. Но на крайний случай, конечно, всегда есть возможность отключить капсулу вручную и вытащить меня из стазиса. Сотни лет я буду стоять в капсуле за двойным стеклом как экспонат внутри «Орфея». Антон и его потомки будут следить за мной. К счастью, в этот раз для меня пройдёт всего миг, и я не буду страдать от затёкших мышц, как на том контракте с живыми экспонатами… Так же я хочу взять с собой часы и дневник, который я обещал показать Ей! Один день без сна — и завтра мы воплотим этот план в жизнь! Ничего, успею выспаться за три сотни лет… Мия, уже скоро произойдёт то, на что я даже и не думал надеяться…

Скоро мы с Тобой увидимся!

Сорок третьи сутки после нашей посадки.

Дорогой дневник, меня зовут Мия Дженезис, мне 27 лет и сегодня я, наконец, решилась упорядочить свои мысли на бумаге.

После приземления, когда нас всех разбудили, командир провёл очень краткий брифинг, согласно которому большая площадь планеты покрыта водой, поэтому место для посадки выбиралось на единственном материке. Он густо покрыт растительностью и через его центральную часть проходит гигантская река. Внимание привлёк огромных размеров шар, который находился недалеко от реки, он явно был не природного происхождения, а поскольку рядом с ним было чистое плато, куда можно было совершить посадку, то по совокупности факторов оно и было выбрано как идеальное место.

Выйдя из «Эвридики» я была поражена. Мы все попали словно в какой-то райский сад! Вокруг в обилии росли земные плодовые растения вперемешку с какими-то неизвестными деревьями. Большое количество света и тёплая температура давали понимание о том, почему флора здесь так развита, да и анализы местной почвы позже показали, что под ногами у нас примерно то же, что использовалось в передовых теплицах. Но вот, почему здесь находятся эти растения, было решительно неясно. Тогда мы ещё не нашли ни следов зверей, ни их самих, а также за густой растительностью мы не видели развалины бывшего города.

В первые же дни, когда мы из любопытства подошли к огромному шару, стало сразу же понятно, что это точно такой же корабль, как и «Эвридика». Мы знали только один такой — «Орфей». И тут меня просто прибило к земле таким шквалом эмоций, что я была не в силах шевелиться: в голове крутилось только одно: «что всё это значит, почему корабль здесь?! Джон, это ты?..». Мы не нашли вход в «Орфея»: видимо тот находился под слоем почвы. Несколько дней я собирала заинтересованных, ведь в «Орфее» могла быть полезная информация, а ещё это отличное укрытие от непогоды. За это время мы обследовали окрестности, и нашли то, что осталось от былых строений. Всё было заброшено десятки лет назад, но мы не нашли человеческих останков. Всё это было даже жутко.

В итоге собралась небольшая группа заинтересованных, и мы смогли взять оборудование, чтобы проникнуть в коридоры «Орфея». От предвкушения у меня внутри всё сжималось. Но, когда мы попали внутрь, то увидели, что там не было ничего, кроме безжизненных коридоров. Мы обыскали каждый миллиметр корабля, но не нашли никого. На очередном часу хождения по холодным, сырым коридорам я увидела то, что никак не ожидала: но это точно был он, я узнала даже во тьме при свете фонаря. Это был этот дневник. На кожаной обложке было выдавлено «Джон Хора». Я не решилась даже заглянуть внутрь — просто ходила и обнимала его несколько часов, после чего передала на изучение — вдруг там была полезная информация, или что-то о Твоём местонахождении… Я всё ещё надеялась.

Записи были откопированы и дневник снова вернули мне. Прошли сутки, прежде чем я осмелилась его открыть… Это был твой почерк. Даже сейчас пишу это и слёзы наворачиваются… Я семь раз прочитала каждое слово, написанное тобой, и никак не могла остановиться… Джон, понимаешь, Ты самый добрый и нежный из всех, кого я знала. Ты смотрел на меня глазами, настолько переполненными любовью, что я чувствовала вину за то, что не могу так же. Ты во всём всегда был лучше меня!

Тут нет и строчки о том, что же на самом деле случилось. Ясно только одно — на этой планете не осталось ни одного человека, кроме нашей команды. Событие, которое к этому привело, судя по всему, произошло достаточно давно для того, чтобы строения были частично разрушены и слились с местной растительностью, став для растений скорее подпоркой и дополнительными уровнями, чем преградой. Мы не можем знать, был ли это какой-то катаклизм, который заставил всех в спешке покинуть планету или очередная война за ресурсы уничтожила здесь каждого человека, а животные разобрались с останками. Поэтому приходится признать, что скорее всего Твоё сердце давно остановилось, как и стрелки твоих часов… Мы предположили, что всё человечество постигла эта же участь и, возможно, мы — последние люди во Вселенной. Это тяжело принять, но это заставляет надеяться только нас себя.

Любимый мой Джон, ты сделал то, что обещал. Я читаю твой дневник. Я бы тоже хотела кое-что Тебе сказать. Только никак не могу собраться с силами… Дело в том… Что… Я заметила некоторые изменения в моём организме через несколько недель после посадки. И наше медицинское оборудование подтвердило мои догадки.

Знаю, ты многое пережил, и как все мы — испытывал сомнения, делая каждый новый шаг. Но это был действительно шаг к твоей мечте, ты достиг её! Ты сделал очень многое для человечества: всю информацию о том, что происходило после нашего вылета мы подчерпнули только из твоего дневника, — вы обогатили местную почву удобрениями и создали идеальные условия для растений и животных. Условия, в которых есть место человеку. И мы все запомним Тебя как великого человека! Памятником Тебе будет всё наше окружение и «Орфей». А часть Тебя я всегда буду носить с собой. Я передам этот дневник нашему с Тобой ребёнку, одному из первых детей, который родится здесь — на планете Орфея и Эвридики…

«11.07.2364»

Все песни радости только о Ней,

Поёт вдохновенно и страстно Орфей!

От песен тех рядом оливы цветут,

Те песни мужи своим девам поют.

Он так любит свою Эвридику!

Но счастью их длиться долго не дали,

Забрали его Эвридику, отняли!

Всё так же поет ежеденно Орфей,

Но песни его горче в каждый из дней.

"Верните мою Эвридику!"

И вот собрался в дорогу Орфей.

Сквозь космос и время, как Стикс покоряя,

Чрез все преграды он мчится скорей!

Чтобы рядом стоять Её обнимая!

И встретит снова Орфей свою Эвридику!

Встретит вновь свою Эвридику!

Джон Хора