Двое и апокалипсис

Пролог

Подземелье встречало темнотой, холодом и сыростью. Казалось, что во тьме прячется нечто страшное и нечеловеческое, свет от ламп разгоняет мрак, но маленьких огоньков не хватает, чтобы противостоять гнетущему чувству страха. Но двое, идущие по тёмным коридорам, прекрасно знали, что бояться нужно их и никого другого. Первым шёл мужчина в чёрном плаще: тёмные с проседью волосы собраны на затылке в хвост, правильные черты лица, острые скулы и холодные небесно-синие глаза. Он держал лампу небрежно, будто не нуждался в свете и прекрасно мог найти дорогу во тьме. Вторым шёл знатный вельможа: обрюзгшее лицо покрывал слой пудры, парик норовил слететь с головы, а злобные чёрные глаза не сулили никому ничего хорошего. Лампу он держал с небрежной неосторожностью, явно непривычный к необходимости обходиться без толпы слуг, готовых сделать за господина всё что угодно.

— Здесь, — в хриплом голосе человека в чёрном плаще таилось торжество.

Он указал на клетку, и его спутник послушно шагнул вперёд, поднимая лампу выше. Клацнули челюсти, вонзаясь в прутья решётки — она устояла, и тварь отступила в темноту, оставив после себя внушительные следы на металле и пахнущую гнилью и разложением зелёную слюну.

Вельможа с руганью отступил — его трясло, а на слишком дорогих для обычного человека одеждах остались зелёные пятна. Он попытался вытереть слюну пышным платком, но особого результата не добился. Бросив бесполезные попытки, он швырнул лампу в клетку: во вспышке разлившегося и тут же загоревшегося масла можно было разглядеть чудовищное создание: гротескно высокая человекоподобная фигура, хвост, облезлый мех, вместо звериной морды мешанина клыков… Тварь, шипя и плюясь слюной, перебралась на потолок — подальше от страшного пламени.

— Впечатляет, — признал он. — Такое игнорировать не сможет ни Совет, ни король. Если хотя бы десяток таких тварей выпустить в Нижнем Городе, сможем установить военное положение. Или доставить с десяток этих созданий в королевский дворец, то можно будет основать и новую династию. Твой «Повелитель» сможет обойти защиту армейских магов?

Мужчина в чёрном плаще нахмурился, тихо сказал:

— С тех пор как сын вашей светлости покинул город, забрав Ключ, мы не можем слышать Повелителя.

— Его ищут, — огрызнулся аристократ. — Мальчик просто испугался. Скоро артефакт вернётся к тебе.

— Если всё так, мы позаботимся о том, чтобы врата открылись в любом нужном вам месте. Главное, чтобы мы получили от нашего союза желаемое.

— Уж не сомневайся, — расхохотался он. — Каждый получит по заслугам.

Глава 1. Халлас и Гри.

Нижний Город жил особенной жизнью: улочки сплетались в едином лабиринте, старые дома времён эпохи древних королей жались друг к другу, чадили сотни труб, редко можно было заметить экипаж, запряженный парой лошадей, – разбитые мостовые не щадили колеса и копыта, спешили куда-то люди. Раньше это был район заводов и фабрик, но указом его величества Георга Первого всё производство было вынесено за городскую черту, где мгновенно обросло трущобами. Району было далеко до престижа Верхнего Города, где селилась вся знать, но определённое очарование и память об ушедшей эпохе он, несомненно, дарил миру.

Ничем не примечательная лавочка на одной из улочек Нижнего Города пользовалась определённой репутацией: здесь никогда не пытались обсчитать или задрать цену до недоступных высот. Найти же здесь можно было что угодно — начиная от молотка и гвоздей и заканчивая не очень доступными для простого обывателя вещами. Нужно было просто шепнуть хмурому торговцу нужные слова, и из-под прилавка мог появиться желанный товар. Обитали в лавке двое: вечно недовольный, ворчливый и седой как лунь торговец Халлас и ветеран совсем недавно закончившейся войны Гри. Ходили слухи, что всё небольшое двухэтажное здание, так уютно занявшее место между двумя доходными домами, принадлежало ветерану, а торговец лишь платил за аренду — именно он всегда стоял за прилавком, Гри подменял его редко, чаще пропадая где-то в Городе или за его пределами.

Внутри лавка больше всего напоминала склад: бесконечные шкафы и полки с товарами пытались спрятаться в темноте от тусклого света масляных фонарей. Как Халлас находил нужный товар, оставалось загадкой, но по запросу клиента на прилавке из морённого дуба могло появиться что угодно.

Порой заглядывающая с проверкой стража не находила в лавке ничего запрещённого к продаже и уходила с потежелевшим кошельком, а отметка на двери в виде чёрной короны служила лучшей защитой от желания лихих людей проверить, как дорого торговец продал последний товар. Халласу нравилась спокойная размеренная жизнь обычного торговца, поэтому происходящее слегка выбило его из колеи — уж слишком он привык откупаться от стражи и не бояться местного ворья.

— Да ты издеваешься, — пробормотал он, глядя на массивное дуло.

Удивляться было чему, благо этот монструозный дульнозарядный пистоль и небольшой запас пороха и пуль он продал буквально десять минут назад этому же недоумку. Впарить даже не ходовой товар было не сложно – расширившиеся и светящиеся в темноте зрачки выдавали в пареньке в когда-то приличной одежде любителя «сияния», а любители дурманящего зелья умом особо не отличались. Видимо, поэтому гениальная идея ограбить тот же магазин, где только что было куплено оружие, и пришла в пустую голову.

— Я сказал, гони всё, что у тебя есть! — продолжал надрываться бывший покупатель, разбрызгивая слюну во все стороны.

Халлас поискал глазами Гри, но компаньон, как обычно, отсутствовал, а значит, выпутываться из неприятностей предстояло самому. Нет, если бы парень не знал нужных слов, торговец бы и не подумал доставать запрещённую к обороту вещь. И да, он был уверен, что мозгов пареньку не хватит даже чтобы не подорваться в процессе зарядки, но чутьё в этот раз подвело опытного торговца.

— Я хожу под Чёрным, — напомнил он про знак короны на двери. — Все лавки в Нижнем Городе под ним. Пристрелишь меня, и «сияние» тебе больше никто и никогда не продаст.

В глазах паренька натурально вспыхнул свет.

— Гони шмаль! Живо выкладывай всё, что есть!!!

Оставалось только тяжко вздохнуть. Все, кто платил Чёрному за крышу, торговали этой дрянью, и бывший покупатель сделал выводы, причем мгновенные, несмотря на почти превратившийся в кисель мозг. Вот только была одна загвоздка — Халлас «сиянием» никогда не торговал и не собирался. Так что он был бы и рад отдать всё, что есть, но…

— В шкафу, там на полке, слева от тебя, — признался торговец, — Большая железная банка с символом молнии.

Дважды повторять не пришлось: наркоман бросился к шкафу, разбил рукояткой пистоля стеклянную дверцу, схватил банку, взялся за крышку... Халлас успел зажмурить глаза, но яркая вспышка обожгла даже сквозь веки. Бахнуло, что-то разбилось, завоняло порохом и гарью.

Он осторожно открыл глаза. Наркоман лежал на полу, искры разрядов пробегали по одежде и волосам. Банка лежала рядом, всё такая же неприметная и обычная, отстрелянный пистоль улетел в другой конец лавки – молния, видимо, подожгла порох, и он сдетонировал. Кажется, повезло, и паренёк не застрелился, но вот в шкафу добавилось дырок.

— Давай ты не обделался, — пробормотал Халлас. — И единственное, что мне придётся убирать, это твою тушу.

Под подошвами хрустело стекло. Он тщательно обыскал наркомана, но ублюдок был пуст.

— Погоди, ты что, весь порох забил в пистоль? И все пули? Как всё это туда поместилось-то?

Конечно, ему не ответили, зато вот разорванное дуло пистоля говорило само за себя. Халлас от души выругался, схватил паренька за сальный воротник и потащил к чёрному ходу.

Старость уже подкралась к торговцу, выбелила инеем волосы, даже когда-то зелёные глаза растеряли былой цвет, а лицо прорезали грубые морщины, среди которых затерялись старые шрамы. Но силы ещё не покинули его: он без труда вытащил любителя дурманящего зелья на улицу, выкинул в ближайшую канаву, не забыв напоследок пнуть по рёбрам, и вернулся в магазин.

Уборка не заняла много времени: подмёл пол, разряженную банку-артефакт вернул в шкаф, к сожалению, заряд в него вернется только после зарядки дорогими магическими кристаллами. Пистоль выкидывать было жалко, и Халлас решил попробовать заменить дуло, благо время было — в лавку заходили реже, чем ему бы хотелось.

Звякнул дверной колокольчик, будто вселенная услышала жалобу. В помещение скользнула фигура в плаще, из-под капюшона блеснули карие глаза. Среднего роста, худой, одежда висела на нём как на вешалке. Он принюхался, фыркнул, будто кот.

— Я просил продать тебя оружие старого армейского друга, а не палить из него по клиентам, старикашка.

— Твоё дерьмо, если и стреляет, то можно считать это чудом Всевышнего, – огрызнулся Халлас. — Где ты опять пропадал?

— Работал, — Гри вывалил на прилавок несколько ножей, стилет, дубинку и очередной дульнозарядный пистолет.

Халлас мысленно выругался, но наружу вырвался только тяжкий вздох.

— На кой чёрт мне трофеи с твоих похождений? Нам нужен ходовой товар, расходники, то, что нужно людям каждый день. И желательно то, что может храниться годами. А с этим мы можем только попасться страже на очередной облаве. Понимаешь ты это, контуженный ты засранец?

Тонкие губы сжались, на лбу появилась упрямая складка.

— Повтори, — потребовал он клокочущим от злобы голосом.

— Гвозди, молотки, ткань, нитки, да любые инструменты и расходники, понимаешь? Мыло, от запаха которого не хочется сдохнуть. Бритвы, зубной порошок, щётки. Люди хотят есть, но еда не хранится годами. А всё это я рано или поздно продам. Щётка для одежды или обуви будет нужна горожанину всегда, в отличие от оружия или дури… А нет, последнее им будет нужно до самой смерти, но всё равно не смей тащить сюда эту дрянь.

Кажется, к концу проникновенной речи Гри успел если не успокоиться, то точно заскучать.

— На этом мы не заработаем. Чем ты планируешь платить Чёрному в этом месяце?

— Хватит думать о войне как о чём-то прибыльном. Да, это быстрый путь, правда, для большинства в один конец.

— Всё, что здесь есть, обеспечила моя война.

— Я и не спорю. Спасибо, но пора жить мирно. Люди всегда будут приходить за вещами на каждый день, пойми это, пожалуйста.

— Ты как будто не можешь закупить всё это сам.

— Могу. Но необходимость реализовывать твои железки чуть не стоила мне жизни. Пожалуйста, перестань. А ещё лучше сходи к Эльзе и продай ей это, — Халлас положил на прилавок медальон: круглая медная пластина, инкрустированная камнем, искусно сделанная цепочка. — Торгуйся, требуй, и если увидишь её самый безразличный взгляд, то не продавай.

— Потому что тогда эта вещь стоит в десять раз больше, чем она предложит?

— Именно так. Тогда я найду покупателя в Верхнем Городе.

Гри подхватил медальон и ушёл, даже не попрощавшись. Халлас выругался вслед. Это был не первый такой спор и ожидать можно было чего угодно: новой порции отнятых у местных головорезов оружия, продажи медальона за бесценок или грузового паромобиля забитого доверху кусками мыла.

Халлас ещё повозился с пистолем, тяжко вздохнул и выбросил бесполезные железки в мусор – отремонтировать это мог разве что какой-нибудь мастер на Арсенальной улице, а тащиться туда у него не было ни малейшего желания.