Дуб (литературный этюд №2)

Глава 1

Около небольшого двухэтажного кирпичного дома на несколько квартир гордо возвышался дуб. Он был достаточно молод, ведь ему и сотни лет-то не было. И тем не менее дуб этот был высок, ветвист и по-своему грандиозен.

Как и полагается дубу, он рос в одиночестве, не стесняясь другими деревьями, и тем самым ненавязчиво демонстрируя своё величие. Ствол его не был широк, как у тех дубов, что повидали ещё царскую Россию, но и узким, как у нововысаженных деревьев, он не был. Своим видом он напоминал фигуру статного мужчины тридцати – тридцати пяти лет. Крона же значительно возвышалась над крышей кирпичного дома.

Люди уже успели повесить на него самодельные качели, на которых так радостно раскачивались дети и изредка предавались думам взрослые. Помимо качелей под дубом соорудили небольшую скамеечку и стол, чтобы можно было наслаждаться тенью в знойный безоблачный день. А около скамейки в свою очередь построили будку для собаки. Словом, обживали себе место.

Итак, одним приятным летним днём, когда солнце грело не слишком сильно, а ветер редкими порывами приносил прохладный воздух, играя кронами деревьев, на качелях сидела молодая девушка с книгой в руке. Волны свежего воздуха то и дело растрёпывали пряди её светлых волос, а лес отражался в её серых глазах, обращённых в таинственный мир невидимый для человека постороннего. Она легонько покачивалась в своём летнем платьице, не предавая этому процессу совершенно никакого внимания. Вокруг не было ни души и тишина, стоявшая в этом умиротворённом месте, раздражалась лишь стрекотом сверчков и пением птиц.

Идиллия была нарушена неожиданным событием. Во всяком случае для девушки с книгой событие было действительно неожиданным, ведь она полностью отдалась чтению и, таким образом, серьёзно выпала из реальности. Возвращению же её способствовал такой же молодой парень, который поначалу вызвал у неё сильное отвращение, ведь он не просто нарушил её покой, а даже извиняться перед ней не стал, лишь бросил своё «здравствуй», не глядя ей в лицо, и стремительно стал карабкаться к вершине дуба. Такой поступок вызвал у неё недоумение, в котором она, уже стоя, наблюдала за незваным гостем до тех пор, пока он не взобрался почти на самый верх, где остановился и сел на одну из веток.

Девушка уже собралась заговорить со вторженцем и высказать ему своё недовольство, но решила сначала оглянуться по сторонам, чтобы выяснить нет ли поблизости какого-нибудь наблюдателя, перед которым она бы довольно забавно выглядела, как человек, разговаривающий с деревом, так как скалолаза за пышными букетами листвы видно не было. Такая предосторожность не оказалась бессмысленной, потому что из близкого леса вышел крупный мужчина лет сорока на вид. Он был плечист и высок, с отросшей тёмной бородой и суровыми чёрными глазами, скрытыми густыми бровями. Такой его внешний вид вызвал у девушки, не сказать «страх», скорее тревогу. Причём на инстинктивном уровне, ведь по характеру она была человеком бойким и иногда до глупости храбрым. Когда здоровяк подошёл, девушка уже была в «полной боевой готовности», так как к реальности она уже спустилась, хоть и против своей воли. Мужчина начал разговор первым: - Добрый день! Вы не видели тут одного парня примерно вашего возраста, черноволосого? Он должен был пробегать где-то здесь.

-Добрый день. Я никого здесь не видела, - хоть она и заступилась за вторженца, такой порыв был обусловлен не столько холодным расчётом, сколько простой чертой порядочного русского человека: мы не привыкли выдавать других людей, даже если они нам не особенно-то нравятся.

-Может быть вы не обратили внимания? - настаивал на своём здоровяк.

-Нет, я абсолютно уверена, что никто здесь не пробегал, - в сущности она даже не лгала, здесь в самом деле никто не пробегал, один наглец лишь влез на дерево и сел, но никуда не убегал, поэтому и в её речи не было ни толики сомнения.

-Эхх… всё равно спасибо, - мужчина ещё раз тяжело вздохнул и пошёл дальше в неизвестном направлении, недовольно бормоча себе под нос, а девушка только сказала «не за что» ему в спину.

Когда мужчина окончательно скрылся из поля зрения, скалолаз всё-таки начал спускаться с дерева, одновременно выражая слова благодарности своей «союзнице». Но в ответ вместо вежливости встретил только груду недовольства, что быстро сменило его дружелюбное настроение искренним негодованием, как будто он получил удар оттуда, откуда не ждал. Из-за нарастающего недовольства в душе он потерял долю концентрации, соскользнул с последней ветки и упал на землю, стукнувшись в полёте подбородком. Он упал на траву, что несколько смягчило падение, но тем не менее боль была сильная и он с минуту или того меньше корчился на земле, а потом, вспомнив о своей недовольной собеседнице, выпрямился, закинул ногу на ногу, а руки положил под голову, чтобы его поза выглядела максимально естественно, будто данный манёвр был запланированным, а не импровизированным. И всё же момент был упущен и это выглядело скорее комично и нелепо, чем натурально, и девушка засмеялась, а её боевой настрой, как ветром сдуло. Он увидел её смеющееся лицо и нараставшее недавно недовольство рухнуло также, как и он с дерева. Теперь они молча уставились друг на друга, а потом разразились одновременным смехом. Парень решил первым начать диалог, но для диалога нужно сначала представиться и он назвал своё имя:

-Меня зовут Володя.

-Меня Катя, ты там хоть не ушибся?

-Ушибся.

-Ладно.

-Что значит ладно?!

-Ты потревожил мой покой, это карма.

-Чего-о?!

-Я читала книгу, ты мне помешал, а теперь получил по заслугам. Судя по твоему состоянию, ничего серьёзного с тобой не случилось.

-И что же такое важное ты читала?

-Роман.

-Ты же понимаешь, что это практически ничего не говорит о характере книги?

-Понимаю, - Володя немного запнулся, после чего ответил:

-Кто автор столь важного романа, ради которого не жалко и хорошего человека с дерева уронить?

-Кто сказал, что ты - хороший человек?

-Многие. Так кто автор? - Катя тяжело вздохнула и наконец ответила:

-Ремарк.

-«Три товарища»?

-«Триумфальная арка».

-Тяжеловато.

-Я не спрашивала твоей рецензии, - презрительно бросила девушка, как человек, интерес которого оскорбили, хотя также это недовольство было вызвано непониманием того, что этот, как ей казалось, дуралей уже прочитал книгу, которую она только начала.

-Это не рецензия, это моё мнение.

-Я не спрашивала твоего мнения, - настаивала на своём Катя, - Так от кого ты прятался на дереве?

-Я не прятался, это был такой манёвр. А тот мужчина - мой отец. Он хочет меня наказать за то, что я случайно ударил брата.

-Немного неправдоподобно звучит.

-Я размахивал палкой в поле и не заметил, как этот мелкий балбес подошёл ко мне сзади, ну ему и прилетело по голове. Со лба пошла кровь, он заплакал, я извинился, но он только побежал к отцу. Увидев разъярённую мину бати, я решил, что безопаснее переждать бурю, и вот я здесь.

-Ты размахивал палкой в поле? - этот вопрос заставил Володю слегка покраснеть.

-Ну да.

Тут, как из ниоткуда, появился отец Володи, схватил парнишку за шиворот, грозным и твёрдым голосом сказал: «Нам пора!» и скрылся за горизонтом. Катя, находясь в лёгком смятении от приключения, невольным участником которого она стала, постояла пару минут в задумчивости, после чего села обратно на качели и продолжила читать Ремарка. Так она просидела до вечера, и когда солнце стало садиться, вернулась домой в двухэтажный кирпичный дом.

Дома после трапезы и короткой беседы с семьёй на простые темы села у окна и стала размышлять о сегодняшних событиях под звук телевизора, работающего в соседней комнате. Поначалу Володя действительно раздражал девушку, да и его наглая манера речи её совершенно не привлекала, однако, что важнее, он смог её заинтересовать. Конечно, он мог назвать «Триумфальную арку» тяжеловатой, совсем её не читая, лишь для того, чтобы покрасоваться перед привлекательной девушкой, а Катя была убеждена в своей привлекательности, но интуитивно Катя не чувствовала и тени притворства в речи Володи, что было сильным аргументом в его пользу. Как будто внезапно Катя поняла, что думает о мальчике(!), а такие мысли ей казались глупостью, и она стала готовиться ко сну. Прочитав ещё одну главу книги, чтобы перевести разум в другое направление, девушка легла спать, слушая шелест листвы дуба, как бы посмеивающегося над заботами молодых людей.

Следующим днём девушка проснулась довольно поздно (около полудня): так хорошо ей давно не спалось. Пройдя все утренние процедуры, Катя взяла книжку и собралась занять своё вчерашнее место для чтения, но только она вышла из дома, как увидела, что под дубом полулёжа сидит её вчерашний знакомый. Володя тоже держал в руках книгу, а рядом с ним лежала средних размеров сумка. Несмотря ни на что появление скалолаза внизу дерева, ещё и с книгой в руках, удивило Катю лишь в малой степени, хотя начинать разговор первой она не стала, а только беззаботно подошла, села на качели и хотела уже раскрыть книгу, когда Володя с ней поздоровался:

-Доброе утро.

-Доброе утро, - Катя хотела этим ограничиться, но интерес пересилил и она продолжила, хоть и безразличным голосом, - что с тобой вчера сделали?

-Да так, отправили на краткосрочные исправительные работы: сорняки полоть. А чем ты занималась?

-Читала. А ты тут давно сидишь?

-Пару часов.

Такими постепенными темпами между этими девушкой и юношей нарастали дружеские отношения, а позднее они перерастали и в романтические. Катя заинтересовала Володю с первой встречи и какой-то внутренний голос заставлял его идти к ней. Катя же в свою очередь чувствовала духовную близость к этому человеку, поэтому их сближение шло очень плавно.

И всё же лето подходило к концу, а это значило, что всё ближе становился час расставания. И так получалось, что чем больше приближался момент разлуки, тем сильнее становилась связь между девушкой и юношей, достигнув в своём апогее столь прекрасной и чистой первой влюблённости. Конечно, в большинстве случаев первая любовь остаётся лишь тёплым воспоминанием, но ведь случаются и исключения, которые, как известно, подтверждают правила, а нашим героям очень хотелось верить в то, что их случай и есть то самое заветное исключение.

День расставания был пасмурным. Светло-серые облака уже почти затянули всё небо, а вдали виднелся их грозный чёрный родственник, неминуемо надвигающийся на населённый пункт. Ветви дуба то и дело поворачивало в разные стороны сильными порывами предгрозового ветра, но сам ствол оставался недвижим и дерево, будто капитан корабля, строго взирало на непогоду, готовясь к очередному испытанию.

Прощаясь, Володя и Катя, как это часто бывает у молодых людей, не могли подобрать нужных слов перед долгой разлукой и отводили глаза в смущении. Володя безуспешно поправлял капну чёрных непослушных волос, а Катя легонько теребила кончиками пальцев шнурок у воротника своей кофты. Первым должен был уезжать Володя и, собрав свои вещи, он побежал прощаться с Катей, тоже собирающейся в дорогу.

Юноша с девушкой стояли друг напротив друга пару минут, так и не находя ничего красноречивее простого «прощай», но их молчание прервал звонок володиного телефона: мама звала в дорогу. Из-за этого они спешно простились и разошлись, так и не сказав друг другу заветных слов.

К вечеру, когда уже кончилась гроза, и Катя и Володя к этому времени уже добрались до города. Только дуб одиноко стоял, роняя капли прошедшего дождя на землю. Лёгкий ветерок не был способен качать намокшие ветви, и они свисали тяжёлыми гроздьями, где-то почти качаясь земли. Прошедшая гроза не была первым таким испытанием для статного древа, а ввиду приближающейся осени не была и последним.

Зима сменяла осень и под дубом лишь изредка появлялись две бабушки-подружки, беседующие на свои темы. С наступлением холодов и они прекратили нарушать одиночество великого дерева, а оно несомненно было великим.

Вслед за сезонами сменялись года, а Катя с Володей так и не появлялись под широкими дубовыми ветвями. Молодые люди строили свои жизни в городе. С годами дуб становился всё более прекрасным: его ствол становился чуть шире, а ветви распространялись всё дальше в разные стороны.

Одним жарким летом спустя почти десять лет в тени нашего дуба вновь появился Володя. Но это уже был не тот Володя, это был Владимир Николаевич. В его силуэте появилась стать, отсутствовавшая в юности, плечи стали чуть шире, а лицо, обезображенное высшим образованием, приобрело взрослое выражение, не свойственное юному возрасту. Все изменения в облике Володи были безусловно к лучшему, ведь из симпатичного юноши он превратился в красивого мужчину. Но одна маленькая деталь сделала его совсем другим человеком: из лица пропала та жизнерадостность, что озаряла его в юности, некая искра, придававшая блеск его взгляду. Володя не был страдальцем, он любил свою работу, дело, которым занимается, он не был богат, но это ему и не нужно было вовсе. Дело в том, что, когда его путь разошёлся с Катей, он не забыл первую любовь, как её забывают многие, а впал в тоску такую долгую, что он успел к ней привыкнуть. Он встречался с другими девушками, но всё было не то - ни одна из них не могла вывести его из пучины отчаяния, в которую он несознательно погружался всё глубже и глубже.

Володя вернулся в деревню без какой-либо цели, взял небольшой отпуск и отправился в загородный родительский дом, где активно стал помогать в хозяйстве, ведь труд облагораживает человека, а ручной труд ещё и помогает отвлечься от дурных мыслей. Но как только он стал колоть дрова, воспоминание словно стрелой, выпущенной из засады, вонзилось в его мысли, он вспомнил, как совсем давно занимался тем же самым в том же самом месте и думал о бойкой девушке, встреченной под дубом. Володя знал, что Катя уже давно не приезжает в небольшой кирпичный дом, но какой-то внутренний позыв заставил его пойти к месту былых встреч.

Придя к дубу, Володя впервые заметил, насколько же прекрасно это дерево. Дуб не был самым высоким в округе, ведь до высоты ёлок и сосен ему было далеко, да и сама природа распорядилась так, что дубы не растут в высоту так, как это делают иные деревья. Этот дуб выглядел здесь самым сильным деревом. Он не был старым. В чём-то они с Володей даже были похожи, только Володя не чувствовал в себе такой силы духа, хоть она и была в его душе, только постепенно пряталась всё дальше от взора своего обладателя. Володя долго оглядывал ветви дерева, рассматривая, как листья переливаются на ветру, потом он вдруг отошёл подальше от дома, убедился в том, что вокруг никого нет и сел на траву лицом к дубу. В этот момент он чувствовал себя удивительно спокойно, даже легко. Сейчас его не заботили мирские беды и собственные трудности, он только созерцал красоту природы.

Когда солнце стало сильнее припекать и слепить, Володя решил перебраться на травку под деревом, лёжа на которой, разглядывал небо сквозь тёмно-зелёную дубовую листву. Любуясь проходящими мимо облаками он потихоньку стал дремать, однако совсем уснуть ему не удалось – его насторожили близкие шаги, он перевёл взгляд и увидел девушку с заложенными за спину руками, которая, улыбнувшись, спросила:

-Ты, как я погляжу, всё с деревьев падаешь…