Друзья

Глава 1

Иван бежал по лесу, ветки цеплялись за футболку, а в лукошке у него лежала горка земляники — ярко‑алой, будто кто-то нарочно разбросал по корзинке капли заката. Он хотел набрать ещё черники, но друзья просили принести именно землянику, поэтому он с тоской провожал богатые ягодой поля: там, в тени елей, черничники стояли тёмной стеной, и казалось, что стоит только шагнуть — и соберёшь целое ведро. Но он послушно шёл дальше, потому что обещал.

— Ваня, ты где?

— Бегу!

Проскочив очередной вывал, где корни деревьев сплетались в хитрую ловушку, он выскочил на поляну и наконец увидел своих друзей. Виктор, как обычно, крутился около костра и что‑то расставлял на одеяле — делал это с такой серьёзностью, будто раскладывал не тарелки, а раскладывал план наступления. Семён сидел у реки с удочкой, но, судя по его лицу, с клёвом у него были явные проблемы: он хмурился, дёргал леску и вздыхал так тяжело, будто рыба лично его обидела. А Антон бегал вокруг мангала и махал руками — в отличие от Виктора, он вообще не умел готовить, но считал себя большим знатоком шашлыка и потому спорил с воздухом, доказывая невидимому оппоненту, что «надо вот так, иначе вообще не считается».

Увидев Ивана, Семён наконец бросил удочку и пошёл ему навстречу. Он был самым большим любителем земляники, вот только ему никогда не хватало терпения её собирать: уже на третьей ягоде ему становилось скучно, и он начинал придумывать себе новое занятие. Ему вообще ни на что не хватало терпения, особенно на его любимую рыбалку — она требовала тишины, а тишина Семёну не давалась.

— Иван, ну ты где?

— Иду, иду. У вас ещё даже шашлыков нету, зачем торопиться?

— А чё, без шашлыков ты и не пришёл бы?

Иван отдал корзинку Семёну и попытался пнуть Антона — этому вертлявому негоднику, если он этого не хочет, никогда не удаётся даже подзатыльник дать. Хотя все постоянно пытаются.

— Антон, лучше бы научился готовить мясо, хоть какой‑то толк от тебя будет!

— Зачем, если есть Виктор!

Виктор, изображая глубокого старца, поднялся и посмотрел на своих друзей. Иван, только что прибежавший из леса, выглядел запыхавшимся, раскрасневшимся, будто и правда сражался с лесом. Семён уже весь перемазался сладким соком и улыбался во всё лицо, а Антон крутился рядом, как вихрь, не способный ни на секунду замереть.

— Так, клоуны и юмористы, — рявкнул Виктор, и в этом рыке на мгновение проскользнула такая властность, какой не бывает у простых парней на пикнике. — Иван, расставляешь посуду. Антон, на тебе шампуры и мясо. Семён, умывайся и помогаешь Ивану.

Все развернулись и бросились выполнять приказы. Они хоть и были все одногодками, но Виктора все слушали беспрекословно — будто где‑то глубоко внутри у каждого жило знание: если Виктор говорит «надо», значит, надо, и точка.

И в этот момент мир дрогнул.

*****

ИВ‑13‑7X9Q мгновенно развернул разведывательную сеть дронов раннего обнаружения и осмотрел сектор, из которого поступил сигнал. Первое сканирование ничего не показало, но ИВ‑13‑7X9Q не питал иллюзий: его противник, так же, как и он сам, умел прятаться так, что даже пустота начинала казаться ловушкой. И он, как всегда, оказался прав. Переключив несколько режимов сканирования, разведчик обнаружил противника.

Машины, имеющие форму змей, ползли неглубоко под землёй. Каких‑либо средств поражения на них не наблюдалось, а по размеру они не могли быть вместилищем для боевых модулей — но это абсолютно ничего не значило. И внутри у этих устройств, и сами эти устройства — всё могло быть оружием или нести средства поражения. Поэтому он просто пометил все цели и продолжил обзор, сохраняя ту самую холодную сосредоточенность.

СМ‑13‑2R8Z принял данные пометок и, используя каналы ИВ‑13‑7X9Q, подробно рассмотрел категорию и характеристики противника. И только после этого выбрал подходящие средства дальнего поражения. Несколько минут потребовалось СМ‑13‑2R8Z для вывода на позиции необходимых систем и их подготовки. Благодаря эффективной дальней разведке у него было достаточно времени для анализа, подготовки и прицеливания — ровно столько, сколько нужно, чтобы не ошибиться.

За всеми этими действиями внимательно наблюдал ВК‑13‑5P3L. Если где-то произойдёт сбой — будь, то анализ опасности или отсутствие поражения, — весь удар примет на себя именно он. Примет и, если надо, ответит. А если уж совсем всё пойдёт плохо, последний взрыв тоже будет на нём. Не видно было только АН‑13‑4M6T: его время придёт позже.

Как только наступил нужный момент, сразу грохнул слитный залп дальнобойной артиллерии модуля СМ‑13‑2R8Z. Но поразить цели он не смог: почти сразу из‑под земли прозвучал ответный залп, в составе которого были в основном заряды для дезориентации и отвлечения.

При их взрыве всю доступную область затянуло сверкающим, во всех диапазонах, облаком. Дроны‑наблюдатели ослепли, но ИВ‑13‑7X9Q это не остановило: он уже давно разместил большое количество средств разведки вокруг и сейчас получал объёмную картинку всего поля боя. Поэтому он не упустил из вида стремительно приближающиеся под прикрытием этого облака ударные дроны — они неслись вперёд с самой неукротимой энергией, не в силах ни на секунду остановиться.

Среди снарядов, выпущенных модулем СМ‑13‑2R8Z, не менее половины представляли собой контейнеры для ударных дронов. И когда ИВ‑13‑7X9Q определил появление новой цели, эти контейнеры раскрылись и нанесли поражающий удар по этой новой, теперь приоритетной цели.

Но весь этот манёвр оказался отвлекающим. В нескольких километрах в стороне раздался страшной силы взрыв, и из‑под земли, прямо в дымке взрыва, вылетело несколько сот контейнеров. Многие из них несли поражающую начинку, какие‑то — боевые наземные модули, а кто‑то — инженерную технику. Иногда машина, умеющая проникать в стену и несущая на себе мощный заряд, наносит больше вреда, чем обычный боевой монстр.

И вот тут вступил в бой ВК‑13‑5P3L. Он прикрыл наиболее опасные участки силовым полем, там, где ему хватило средств поражения, сбил цели прямо в воздухе и под конец выпустил «псов». Задача этих вёртких и манёвренных модулей состояла не столько в поражении целей, сколько в сковывании их на поле боя и выведении под удар артиллерии ВК‑13‑5P3L. Пока всё это происходило, показалась основная ударная сила: наземные боевые модули, быстрые, ловкие и оснащённые всем спектром вооружения — от когтей до зенитной артиллерии. Но главное, они были многочисленны.

Все средства поражения управляющих модулей развернулись на полную мощность, и началась привычная работа. Сначала волна наступающих продвинулась очень близко к стене, но ненадолго. Справившись с первым нападением, ВК‑13‑5P3L переключил свою артиллерию на основное поле боя, и ситуация ненадолго стабилизировалась. Ряды противника то надвигались, когда нападающим удавалось выбить то или иное орудие, то откатывались, когда оборона наносила особо удачный удар.

Но в какой‑то момент рисунок боя изменился. Сначала несколько простых модулей прикрыли от удара одного из своих, а тот из-за их тел нанёс сокрушительный лазерный удар по стене. То уничтоженный, казалось бы, модуль срывался в самоубийственную атаку, а то отброшенное взрывом тело противника неожиданно запускало из своих недр ракету. Это означало наличие в оперативном поле модуля боевого управления: из-за средств электронного подавления эти модули не могли действовать дистанционно, и им приходилось прорываться прямо в боевые порядки.

Через несколько минут глубокого сканирования этот модуль был обнаружен, и вот тогда настал звёздный час АН‑13‑4M6T. Он кубарем вылетел из стены и, разрубая противников мечами, бросился вперёд. Модуль боевого управления, имеющий странное наименование «черепаха», был приземистым, имел форму полусферы и был закрыт защитным полем. Уничтожить его дистанционно было невозможно, и именно в таких случаях подключался АН‑13‑4M6T. В его арсенале, кроме обычного оружия ближнего боя, имелись два лучевых меча. Они потребляли невероятно много энергии, работали только несколько секунд, да и то в импульсном режиме, но и защиты от них не существовало.

Настигнув обнаруженную «черепаху», АН‑13‑4M6T активировал мечи и нанёс удар. Цель была поражена мгновенно, но в этот момент у него сработал самоликвидатор и отбросил напавшего на него противника далеко в сторону. Если бы никто ничего не предпринял, модуль АН‑13‑4M6T был бы уничтожен. Но это было не так: пока он ещё был в воздухе, на него спикировали несколько инженерных дронов. Задач у них было всего две: защитить от поражения на поле боя и оказать первичную реанимацию. Потеряв больше половины от первоначального состава, они справились со своей задачей. Подоспевшие наземные эвакуаторы выдернули, не разбирая, всю эту кучу и через пятнадцать минут вбили её в ремонтный отсек. К тому моменту, как обнаружили очередной модуль управления, АН‑13‑4M6T был полностью исправен, под завязку заправлен и рвался в новую схватку.

Этот бой продолжался трое суток. К концу первого дня активировались падальщики: они начали выползать на поле боя и утаскивать скопившийся за всё это время металлолом. Инженерные дроны сортировали всю эту кучу и делили её на составляющие: что‑то шло как составные части новых дронов, уцелевшие энергоблоки — на подзарядку и повторное использование, а то, что вообще было никуда непригодно, — в переплавку.

Уже на вторые сутки запустились автоматические заводы по производству дронов и боеприпасов. Чтобы не потерпеть поражения, кровь войны должна постоянно пополняться.

К концу третьего дня поток противников иссяк, и на поле высыпали все виды инженерных машин. Они уберут рассыпанный кругом металлолом, восстановят системы контроля пространства и возведут оборонительные элементы поля боя. Пока всё это происходило, ИВ‑13‑7X9Q делал общий обзор всего пространства. Противник всегда появлялся только из передней полусферы контроля, но и заднюю полусферу он не оставлял без внимания. Иногда и с этого направления тоже появлялись одиночные цели; несколько раз он засекал групповые цели, энергетическая сигнатура оружия там тоже присутствовала, но агрессии эти цели никогда не проявляли, поэтому он только контролировал их проход.

Когда все инженерные работы были закончены, запустилась система самодиагностики. Много лет назад создатели этой зоны обороны под странным названием «друзья» приняли решение: подобные продвинутые ИИ боевого класса должны в не боевое время проходить реабилитацию в специально созданном для этого виртуальном пространстве. Поэтому после окончания самодиагностики программа автоматически включала режим «релакс».

*****

— Антон, блин, ты опять шашлык сжёг.

— Вить, я не нарочно!

— Ага. Небось опять о девках мечтаешь.

Виктор попытался его ударить, но у него опять ничего не получилось: уж больно шустрый был негодяй. Иван с Семёном лежали на одеяле и наблюдали, как два их лучших друга бегают по поляне. Наконец Иван не выдержал и, крикнув «айда купаться», бросился в реку. Друзья с воплями последовали за ним.

Незаметно наступил вечер. В какой‑то момент мир опять мигнул: на мгновение проявилось застывшее поле боя, сигнатуры прочертили кривые, и всё сразу вернулось назад. Друзья в этот раз ничего не заметили. Только Иван на секунду замер, будто услышал далёкий гул, которого не было, но тут же рассмеялся над какой‑то шуткой Антона и побежал дальше, как будто ничего и не случилось.