Дружок-Дымок

Глава 1

Маленького котёнка он спас случайно. Когда серо-чёрного окраса малыш, шатаясь в своём младенческом возрасте, вышел к людям и просил обратить на него внимание. Его худосочный силуэт и неуверенное передвижение говорили о двух-трёх неделях от появления на свет. Подтверждали это и ещё чуть мутные, будто подёрнутые дымкой глаза. То, что они встретились – человек и животное – на глухой окраине провинциального городка было первой случайностью.

Второй удачей оказалось наличие мелочи, чтобы купить Дымку – так про себя сразу решил называть нового друга человек – кошачьей еды. Признаться, кроме мелочи у старшего в этой небольшой компании товарища ничего и не было. Взяв топырящегося малыша в руки, человек дошёл до ближайшего ларька и купил пару паУчей. На сейчас и про запас.

– Эх, горемыка, жаль не смогу тебя взять к нам. Родители будут против. Кормить тебя особо будет нечем. Да и опасно у нас – прилетает. Здесь, на окраине, не так, вам везёт.

Пока возвращались обратно – рядом с магазинами был сплошной асфальт, не для живого существа, и там тоже могло прилетать – царапка исполосовал спасителю всю руку. Сопротивляясь, как любое создание, неизвестности. Приходилось терпеть – но это была самая малая боль из ранее испытанных, которая скорее добавляла чувства жизни.

– Вот, здесь, в частной застройке хотя бы травка, может кто тебя сможет приютить. Или мама найдётся.

Человек давно ни с кем не разговаривал – и получалось странное, что от звука собственного голоса ему становилось лучше, он даже пытался запомнить эту речь, её особенности, тембр, интонацию, манеру.

– Главное, чтобы ты уже мог есть взрослую [кошачью] еду. Но жизнь заставит… – уговаривал спаситель и себя, и хвостатого, насильно тыкая найдёныша в найденную по пути плошку, куда первый организовал горку аппетитного мяса в соусе.

Котёнок не сразу понял про еду – наметился убегать к брошенной кладке чурбаков, заготовленных для колки на дрова, но так и оставленных без хозяйского употребления. Неизвестно зачем, просто тому казалось там по-звериному интересно.

«Видимо, разъезжается потихоньку народ – подальше от напасти. А чурбаки добрые, берёза и сосна. Надо приметить, на всякий случай».

Изловленный по какому новому разу, Дымок всё-таки понял про пищу. Через помазанный соусом нос давал о себе знать, обещая ведущие к животному спасению вкус и пользу.

«Наверное, он ещё особенно не знал нематеринского, немолочного питания – по наивности шарашится по округе. Так же, как я».

– Ну, теперь ты не должен пропасть. Оставлю тебя у беседки. Вот, еды ещё пакетик. Должны догадаться, что для малого. Пока, Дымок.

Приближение темноты заставило человека поторопиться к своему дому. Идти минут сорок, а может придётся и пробежаться. «Не беда».

Наутро про Дымка прямо защемило. «Как он там? Или она? Не до этого было, да и сейчас... Как там эта душа, Дружок-Дымок?»

Человек решил ходить к спасённому созданию – если не каждый раз, то хотя бы через день.

Только на том месте спаситель уже не встретил малыша. Показалось, что тот отбежал дальше на окраину, в сторону леса. Человек заспешил в сторону показавшегося силуэта. Только тот всё ускользал.

На опушке леса, переходя от поля в тень деревьев и дальше, располагалось кладбище. Старо-новое: то есть, здесь были в основе давние предки, но от нынешних обстоятельств вынуждено расширили это пространство. На кладбище было людно.

Искатель решил выполнить свою поисковую миссию «на-совЕсть» (это новое слово придумалось для применения именно к сегодняшнему и возможному будущему поиску дружка – человек соединил на бегу «насовсем» и «совесть»; затуманенные глазки Дымка так и стояли перед ним). Углубляясь в чащобу, вчерашний спаситель не обращал внимания на изгибы пути. В итоге он не то, чтобы заблудился, а покинул привычные окрестности, так что оставалось только расположиться на ночлег посреди леса. Зажигалку и ножик товарищ всегда, по-пацанской привычке, носил с собой. «Проживу!»

Дикие опасности не страшили его: он просто про них не думал, а про многие не знал. «Дружок-Дымок, как же я без тебя?»

Со временем человек стал оставаться в лесной глуши на несколько дней, потом недель. От неясной грусти, от неразборчивого будущего, от неизвестной, но ощутимо растущей опасности… Контактировать с другими, общаться – эта потребность растворялась в нём самом, сначала трудно, потом легче.

Однажды как-то само собой решилось, что новый робинзон останется здесь – может и не навсегда, но надолго. Дымка он так больше и не встретил.

А сегодня свежий отшельник позволил себе вылазку в город – купить себе… пирожное (и паУчи). У него был День рождения. «Как говорят взрослые, юбилей!» Всё-таки – десять лет!