Древняя психотерапия

Глава 1

Дверь была ничем не примечательна. Просто дверь.

– Тань, может не надо?

Подруга фыркнула!

– Ещё как надо! Толку от этих твоих посиделок в сумерках – ноль! А сегодня как раз можно страховку переместить. Потом снова будешь мяться, а так – бесплатно!

Дверь соседнего подъезда широко распахнулась, выпуская женщину в ярком клетчатом берете. Нос у неё был слегка покрасневший, это выделялось на бледном лице. Подбородок приподнят.

Танька толкнула её в бок и выразительно «сделала глазами»:

– А зашла поди тоже мокрой курицей.

Женщина тем временем села в машину, хлопнула дверцей. Удивительно, но Маша потом, вечером уже, больше ничего не смогла припомнить по её внешность. Только бледное лицо, вздёрнутый подбородок и этот яркий берет. Пальто, вроде бы… Даже звуки – был стук каблуков или нет? Дверцу точно слышала, но как-то…

Машина решительно прошуршала шинами и уехала. Красная какая-то, длинная. Никогда в машинах не разбиралась.

Щёлкнула мысль:

– Тань, так она из другой двери вышла…

– Это специально. Тут вход – там выход. Могут себе позволить.

Маша вздохнула. Ладно.

Лестница была как в старинных домах – большая, из белого мрамора с серыми прожилками. Перила чайного цвета, полированные, на чёрных чугунных решётках. Розетки посредине решёток подкрашены золотом. И совершенно пустой холл с глазком видеокамеры.

– А лифта нет?

– Будет тебе лифт. Но потом. Шагай давай! Я первый раз знаешь как летела – вообще эту лестницу не заметила!

После Танькиных рассказов Маша всё ожидала услышать женский визг или ругань, инстинктивно, в предчувствии, втягивала голову в плечи, но вокруг было тихо, как в подушке.

Второй этаж оказался неожиданно другим. Длинный коридор, широко разбросанные двери с табличками. Над большинством горели красные лампы рядом с надписью «ЗАНЯТО», над тремя – зелёные. «СВОБОДНО». За маленькой конторкой сидела девушка в сером офисном платье.

– Добрый день, дамы! Татьяна Сергеевна? Не ждала вас сегодня.

– Нет, я попозже приду. Вот, подругу привела!

– М-гм. В таком случае, Татьяна Сергеевна – ждём вас в удобное для вас время, – девушка мило улыбнулась, нажала кнопку и стенка позади Маши с Таней разъехалась, оказавшись дверью лифта, – Всегда рады вас видеть!

Танька юкнула в кабинку лифта, толкнув её на прощание в бок – не ссы, мол.

– Вашу страховку, пожалуйста!

Маша почувствовала, что руки стали влажными. Нервы. Протянула пластиковый прямоугольник с фотографией.

– Мария Андреевна, как будем оформлять? Постоянную? Или для начала пробную?

Неловко как-то.

Администратор заметила её неуверенность и предложила:

– Давайте пробную? В конце следующего месяца вам придёт сообщение, нужно будет выбрать: отказ, постоянная или повторно пробная. Похо́дите, посмо́трите. Нам же главное – результат, верно? – она вернула Маше карточку, – Проходи́те в любую комнату с зелёной подсветкой. Всего доброго!

Маша пошла по покрытому толстым ворсистым покрытием коридору. Ноги мягко проваливались. Как в мох – всплыло детское воспоминание. Когда она в лесу была-то?.. Боже, как давно…

Она почти прошла до конца, спохватилась, что нужно выбрать кабинет, вернулась на пару вывесок назад.

В кабинете сидела миловидная девушка. Приятное лицо, мягкие черты, не толстая, не худая, среднего роста, в чём-то бесформенно-просторном успокаивающих натуральных тонов.

– Добрый день! Мария Андреевна, верно?

– Д-да.

– А я Ася. Очень приятно вас видеть. У нас всё просто, я только введу вас в курс дела, а там интуитивно всё будет понятно.

– Скажите, действительно хорошие результаты?

– Великолепные! Очень древняя технология, недавно восстановленная. В какой-то степени исконно традиционная, – девушка многозначительно посмотрела на Машу; традиционное сейчас ценилось очень высоко, – Даже, можно сказать, ритуальная.

– Надо же.

– Да. Глуби́ны подсознания – зря некоторые думают, что предкам это было недоступно. Впрочем, как психотерапевт, я не рекомендую вам вдаваться в подробности. Чем естественнее и искреннее будет процесс – тем лучше будет ваш личный результат, качественнее коррекция, понимаете?

– Да, конечно.

– Пойдёмте, познакомлю вас с залом для снятия эмоционального напряжения, – Ася мягко встала и направилась к двери в задней части кабинета.

Дверь оказалась не столько массивной, сколько толстой.

– Это для полной звукоизоляции, – пояснила психотерапевт, – Видите, мы попадаем сперва в тамбур, потом ещё одна такая же дверь. Полная гарантия того, что вас никто не услышит. Можете себе позволить всё, в чём ограничивали себя в обычной жизни, любые звуки, – она толкнула вторую дверь.

Обе стены – справа и слева, до самого потолка – были заполнены стеллажами с посудой. Кружки, тарелки, блюдечки, супницы… Здесь были даже фарфоровые ложки разных размеров.

– Популярнее всего тарелки, – приветливо пояснила Ася, – Кружки тоже хорошо идут, но я вас ни в коем случае не ограничиваю. Некоторым нравится именно крупная посуда.

– И что… Это всё?..

– Всё это вам, да. Совершенно спокойно. Иногда дамы очень экономно действуют, ну вот – хватило. В таком случае у вас понемногу копятся бонусы. Можно использовать для дополнительного посещения, а можно заказать что-нибудь винтажное.

– Индивидуальный заказ?

– Да. Или можно оплатить, если хотите. Можете даже прийти с макетом, мы сделаем для вас.

– Надо же… – второй раз повторила Маша.

– Государство заинтересовано в сохранении эмоциональной стабильности женщин. Всё для нас, – очень серьёзно ответила Ася, – Альбомы образцов можете полистать прямо тут или посмотреть у нас на сайте. Вот, смотрите, – доктор выдвинула из стеллажа дополнительную площадку, достала из ящика под ней настоящую бумажную книгу в дорогом кожаном переплёте и перелистнула несколько страниц, – Оставлю на столике, вдруг заинтересует, – книга была пристёгнута к своей полке массивной цепочкой, от самых истеричных посетительниц, видимо, – Разгрузочная площадка вот здесь, как вы поняли. Там рядом на полочках как раз самое популярное. Не беспокойтесь, силовой экран не пропустит массу больше двадцати килограмм. На случай большого объёма есть весы, вот здесь, стационарные. Но я не рекомендую, сбивает с настроя. Тут контейнеры – одноразовые салфетки и полотенца, всё стерильное, смело пользуйтесь. Утилизатор стандартный. Если вам что-то непонятно относительно технологии – спрашивайте.

– Да в общем-то…

– Хорошо. Сейчас я уйду, и вы останетесь одни. Позвольте себе любые эмоции. Выплесните их. И вы почувствуете освобождение!

Дверь закрылась. И что, даже не будет привычных психоаналитических вопросов и уговоров?

Видимо, нет.

Маша постояла посреди комнатки. Заглянула в книгу. На развороте была нарисована чайная пара: на кружке устаревшей, модной в ХХ веке формы красовалась бегущая лиса в сарафане, с петушком под мышкой, на блюдце – чёрный кот с ружьём. Подпись гласила: «комплект из кружки с блюдцем «Кот, петух и лиса», ХХ век». Надо же, угадала. На следующей странице одиноко расположилась маленькая красная кружечка в крупный белый горох. Такой крупный, что сбоку помещалось всего три горошины. Ценник был отрезвляющий.

Маша подошла к краю площадки, оперлась на перила. Похоже на балконы со старинных картин, сейчас такие не в моде. С площадки открывался вид на обширную комнату, потолок уходил вверх метров на пять, а вот вниз было все десять. Пол внизу был щедро усыпан фарфоровыми осколками. Маша прислушалась, опасаясь распознать звуки чужой истерики. Ничего, только лёгкий шум вентиляции. Взгляд вдруг выхватил в белой куче красный осколок в крупный белый горох. Она замерла.

Кто-то ведь не пожалел…

Чего?

Денег времени, сил?

К горлу подступила обида.

Кто-то пришёл сюда, заказал кружку ценой в половину её месячного пособия домохозяйки. Просто. Чтобы. Разбить.

Захотелось сразу всего: кричать, плакать, топать ногами, визжать – ну почему всё так? Почему именно с ней? Не тот социальный пакет? Не тот колледж? Не тот муж?

Может, это никогда не ошибающийся социальный компьютер ей выпал не тот?

Положено было радоваться.

Все вокруг говорили: не может быть ошибки. Тебе предложен оптимальный вариант.

Почему – оптимальный? Почему не лучший?!

Маша поняла, что привычно давит слёзы и заревела – впервые за сколько лет – пять?.. десять?.. – а потом закричала – страшно, с хрипом, со всей первобытной яростью, которая скопилась внутри. Она схватила первый попавшийся предмет с боковой полки и запустила его вниз, с наслаждением услышав звон разлетающихся осколков. А потом ещё, и ещё, и ещё…

Она била посуду и орала, пока внутри не запели звенящие, освобождающие колокола…

– Когда я могу прийти снова?

– В любой удобный для вас день, Мария Андреевна. Запись не нужна. Мы работаем круглосуточно. В этом месяце у вас доступно ещё семь посещений.

Она ехала в лифте вниз, когда поступил входящий звонок. Муж.

– Привет, ты где?

– Привет, ездила в город по вопросам социальной страховки.

– Забрать тебя? Я еду домой.

– У центрального парка.

– Буду через десять минут. Стой у главных ворот, чтобы мне тебя не искать.

– Конечно, дорогой.

В мыслях царила эйфория.

Семь посещений. Какое богатство!

Конечно, дорогой, конечно…