Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора

Пролог

Закладка:

Дарина Ромм, Лесана Мун

Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора

Райвен Грозовой, дракон

С удовольствием наблюдаю, как хорошенькая леди, имени ее, хоть убей не помню, распахивает шелковый пеньюар, демонстрируя отличные формы и явное понимание моих желаний. Чувствую, ночка будет горячей.

Уже делаю шаг в ее сторону, когда в окно прилетает горсть мелких камней. Какого хроля?! Кому там нечего делать?! Игнорирую шум, подхожу к красотке, томно откинувшей голову и подставляющей тонкую шейку для поцелуя. Какая милашка, она и мои вкусы отлично знает, похоже!

В окно прилетает довольно крупный булыжник. Стекло звенит и идет мелкими трещинами! Ну все, убью этого придурка! Распахиваю окно и вылезаю чуть не пояс:

— Какого хроля, кому там жить надоело?!

— Райвен, это я! — доносится откуда-то снизу.

— Кто я?! Чтоб тебя, лысый хвост горгульи!

— Ну я — Георг Туманный!

Наконец, нахожу глазами знакомую фигуру друга детства, одного из сыновей лучшей подруги моей матери.

— Ну и какого тебе тут надо? Под моими окнами, да еще ночью? Иди домой и возвращайся утром, сейчас я занят!

Уже хочу захлопнуть окно, но парень шипит так громко и с таким отчаянием, что я останавливаюсь.

— Поздно будет утром! К тому времени эта балбеска уже и замуж выскочит!

— Какая балбеска? — переспрашиваю непонимающе. Улыбаюсь, чувствуя, как меня со спины обнимают нежные ручки красотки.

— Сестра моя! Мирэль! Чтоб ее!

Мирэль… память услужливо подкидывает воспоминания о светловолосой, с пухлыми губами девчонке, вечно путавшейся под ногами, без конца со мной спорящей и постоянно мешающей. А потом внезапно всплывает один из последних эпизодов с ее участием, после которого мы больше ни разу не виделись.

Лето, поле, голубые девичьи глаза. Мы над чем-то смеемся. И я, полный придурок, видимо получивший солнечный удар, склоняюсь к Мирэль и целую ее.

Девушка пахнет цветами и солнцем, а вкус ее губ оказывается слаще любого десерта и крепче лучших вин. Я совсем теряю голову, жадно и нетерпеливо обнимая Мирэль. Совершенно забыв, что передо мной не одна из моих университетских девиц, а еще очень молоденькая, неопытная девушка.

Наверное, я бы натворил тогда глупостей, но мне повезло — неподалеку раздались голоса наших родителей. Я едва смог отлипнуть от Мирэль. По сей день помню ее затуманенные глаза и припухшие от моих жадных поцелуев губы. Забыть бы… да не могу.

— Ми-и-лый, я жду тебя, — шепчет на ухо мурлыкающий голосок. — Оставь свои дела на потом...

Раздраженно отбрасываю от себя назойливые женские руки, поглаживающие мой пресс — не до тебя сейчас, милочка.

Свешиваюсь с окна:

— Георг, что значит, замуж? У Мирэль появился жених?! — спрашиваю громче, чем собирался, и очень зло.

В каком смысле она замуж собралась?! Совсем что ли, с ума сошла?!

Глава 1

Мирэль

В который раз достаю из ридикюля приглашение на отбор. Золотое тиснение, каллиграфический почерк. Кристобаль Террийский. Красив, как бог. Богат и знатен. Мечта многих не только молодых девушек, но и замужних женщин, венчавшихся договорным браком. Моя прекрасная мечта.

Родители зря говорят, что он мне не подходит, что он игрок, мот и бабник. На самом деле, это неправда! Кристобаль просто играет такую роль, а в действительности он очень мил и галантен. И очень добр!

Я смогла в этом убедиться на прошлогоднем балу дебютанток, когда он помог мне со случайно оторванным кружевным подолом, на который я наступила каблуком и не видела волочащийся за мной кусок ткани. Вот это был бы позор, выйди я так танцевать! А Кристобаль меня остановил, указал на проблему и запросто ее решил, аккуратно оторвав кружево.

Довольно улыбаясь, смотрю в окошко экипажа, везущего меня из нашего удаленного княжества в столицу. Как удачно, что родители уехали отдыхать именно сейчас! Они бы ни за что не пустили меня на отбор. Но теперь у меня развязаны руки! Я сама устрою свое будущее и стану женой того, в кого влюблена!

Ничего, что это отбор и, кроме меня, будет несколько претенденток. Уверена, это просто формальность. Стоит нам с Кристобалем остаться наедине, он выберет меня, а остальных отошлет по домам. Ах, как же я счастлива! И буду еще счастливее, когда пойду к алтарю с любимым!

Радостно ахаю, когда замечаю впереди очертания смотровых башен, сигнализирующие, что мы почти приехали. Чудесно, даже быстрее, чем я думала.

Так даже лучше, надеюсь, братья не успели нажаловаться родителям. Папа и мама могут и прилететь, обогнав меня, так и не сумевшую договориться со своей драконицей, а потому лишенную возможности оборачиваться. Грустно… Но ничего. Переживу.

В конце концов, для девушки не это самое главное в королевстве Лаладар. Куда важнее — хорошая родословная и манеры, а также наличие у семьи связей. Все это у меня есть, так что без ложной скромности можно сказать, что я — очень, очень завидная невеста.

Успокоив себя подобными размышлениями, как-то незаметно обнаруживаю, что уже приехала в столицу. Выйдя на нужной улице, быстрым шагом иду к дому, где будет проходить отбор — в пригласительном на мое имя указан адрес. Едва подхожу к месту назначения, как из-за угла выскакивает один из моих братцев.

— Георг! — от неожиданности, я отскакиваю от него. — Как ты тут оказался!

— А ты думала, я буду спокойно сидеть дома, пока ты портишь себе жизнь? — глаза брата горят праведным огнем.

— Именно так! Не лезь не в свое дело, Георг!

— Это мое дело! Ты моя сестра! Что я скажу родителям, когда они вернутся с отдыха? Что ты, пользуясь случаем, выскочила замуж за этого проходимца?

— Именно так и скажешь! И Кристобаль никакой не проходимец!

Пока брат набирает в легкие воздуха, чтобы спорить, я подныриваю под его руку и несусь к двери, чтобы успеть нажать на звонок. Пусть попробует меня остановить! Я уже в нескольких сантиметрах от ступеней на крыльцо, когда меня кто-то хватает за талию, подбрасывает вверх и перекидывает через плечо, как мешок с картошкой!

— Спокойно, Мирэль, — доносится до меня хорошо знакомый, ужасно наглый голос, — лучше не кричи, если не хочешь, чтобы твой возможный женишок видел, как я несу тебя в крайне пикантной позе. Еще и получишь от меня, если будешь брыкаться!

Захлопываю рот, лязгнув зубами. Райвен, гад чешуйчатый! Только его здесь не хватало! Мне до сих пор иногда стыдно при воспоминании о том, как

Закладка:

— Отпусти меня! — цежу сквозь зубы. — Немедленно!

— И не подумаю. Ты идешь с нами, — мало того, что тащит меня вниз головой, так еще и успокаивающим жестом похлопывает по попе! Что за наглец!

Ла-а-адно! Долг платежом красен! Кажется, так говорит его мама? Открываю пошире рот, сдвигаю камзол Райвена в сторону, чтобы не мешал, и изо всех сил впиваюсь зубами ему в бок!

— Ай! Да что ж ты делаешь-то!

Ага! Ибо нечего носить меня, как мешок с картошкой! Требую уважения!

— Поставь меня на землю! — выдвигаю ультиматум, продолжающему меня нести Райвену.

— Чтобы ты сбежала?

— Никуда я не побегу, — беззастенчиво лгу.

— Ага, я почти поверил, — доносится насмешливое.

— Меня сейчас стошнит, — сообщаю сдавленным голосом, и издаю звук... Противненький такой, намекающий...

Ха! Сработало! Рывок, и я уже стою на собственных ногах. Голова немного кружится, но зато я могу идти.

— Ты куда? — крепкая мужская ладонь хватает мою руку и, переплетя наши пальцы, тянет на себя.

— Отстань! Я сама могу идти! — пытаюсь вырваться.

— Не дергайся, все равно не отпущу, — смеется Райвен и смотрит на меня горящими глазами.

— Ой, хватит вам уже! — прокашливается младший братец. — Как маленькие. Пошли скорее, пока никто не хватился твоего отсутствия, сестрица!

— Куда мы? — спрашиваю у него, игнорируя изучающий взгляд Райвена.

— Сегодня переночуем на постоялом дворе, а завтра с утра, вернемся домой.

— Хорошо, — охотно соглашаюсь, опустив глаза, чтобы не было видно, что я лукавлю. Никуда я не вернусь! Меня ждет счастье с моим Кристобалем!

— Правда? — брат даже сбивается с шага и заглядывает мне в лицо. — Я рад, что ты одумалась, Мирэль. Я даже не скажу родителям, что ты учудила, пока они отдыхали.

— Спасибо, Георг, ты настоящий друг, — притворно вздыхаю, не оставляя попыток вырвать свои пальцы из цепкой клешни Райвена.

Так, бодрой тройкой, мы и заходим в один из лучших постоялых дворов столицы. Богатое убранство, вышколенная обслуга, номера по высшему разряду. Мне досталась миленькая комната в бежево-розовом антураже в конце коридора на втором этаже. Бегло осмотрев помещение, высовываюсь из окна. Чудненько, прямо под ним крепкий, каменный карниз, а чуть левее — балкон. И тут открывается дверь и на этот самый балкон выходит Райвен.

— Обед скоро принесут, — сообщает, довольно усмехаясь.

В ответ фыркаю, разворачиваюсь и демонстративно закрываю окно. Ложусь на кровать и, разглядывая полог, зачем-то вспоминая свое детство, когда была влюблена в этого нахала.

Боги! Как же он мне нравился когда-то! Эти его широченные плечи, красивые руки, темные волосы и нахальная полуулыбка. Я до сих пор помню наш единственный поцелуй и аромат хвои, нагретой солнцем. Губы Райвена, неожиданно мягкие и очень горячие. Такие нежные... Я тогда совсем потеряла голову. Если бы он захотел пойти дальше прямо там, в поле, даже не возражала бы, так он мне нравился.

Фу! Глупая гусыня! Даже вспоминать теперь противно.

Он уехал на следующий же день. Вернулся в академию, чтобы сдать выпускные экзамены и отправиться в другое королевство на несколько лет. И ни разу больше не приезжал к нам! Ни разу!

А теперь явился и думает, что может себя вести со мной подобным образом? А вот не угадал, кошак похотливый!

— Мирэль, ты идешь обедать? — доносится голос брата из-за двери через некоторое время. Отрывает меня от размышлений о свалившихся на мою голову неприятных перспективах в лице младшего родственника и гадского Грозового-младшего.

— Можно принести еду ко мне в комнату, Георг? — говорю умоляющим тоном. — У меня что-то голова разболелась, я бы предпочла поесть у себя.

— Конечно, я прикажу. Может пригласить к тебе лекаря, сестричка? — встревожился брат.

— Нет, нет, не стоит. Я просто устала. Поем, пораньше лягу спать и к утру буду в порядке, — отвечаю торопливо. Лекаря мне еще здесь не хватало, будто вас двоих мало! Но в душе скребнуло стыдом — Георг искренне обеспокоен за меня, а я ему вру...

Но ведь это во благо! Уверена, он поймет и простит меня, как только увидит как я счастлива с Кристобалем.

Брат уходит, я прислушиваюсь к удаляющимся шагам. Отлично! Дожидаюсь, пока мне приносят ужин, с аппетитом его съедаю. Проверив сумку, тихонько открываю входную дверь, высовываю голову, чтобы сразу наткнутся на насмешливый взгляд знакомых светлых глаз.

— Куда-то собралась? — спрашивает Райвен, насмешливо приподняв одну бровь.

У-у-у, гад чешуйчатый! Чтоб тебя жаба поцеловала на виду у всех!

— Эмм… да вот, — протягиваю ему поднос с грязной посудой, — хотела выставить в коридор грязные тарелки, чтобы слуги забрали. Не оставлять же в комнате, до утра вся спальня пропахнет.

Райвен забирает протянутый ему поднос, усмехаясь кривой ухмылкой. И смотрит на меня так пристально и подозрительно, словно пытается мои мысли прочитать. Ну нет, зря стараешься!

— Доброй ночи, — говорю, вздернув нос и, вернувшись в комнату, захлопываю дверь.

Вот же!! В коридоре он уселся! Даже кресло не поленился притащить! Гад! Ла-а-адно! У меня есть запасной план. Не такой простой и приятный, как основной, но тоже ничего.

Открываю окно. Бесшумно сбрасываю на землю конец веревки, связанной из простыни и пододеяльника. Другим концом привязываю ее к ножке огромной двуспальной кровати. Убедившись, что внизу никого, перекидываю сумку через плечо и забираюсь на подоконник. Зажав импровизированную веревку между ног, потихоньку приступаю к спуску.

Идея, казавшаяся мне вначале простой, на самом деле куда сложнее в исполнении, чем я думала. Туфли скользят, руки, держащиеся за веревку, сводит от усталости быстрее, чем я успеваю спуститься. Мгновенно стертая кожа на ладонях уже огнем горит. А сумка, постоянно спадающая с плеча, раздражает сверх всякой меры.

Уже почти возле первого этажа я поскальзываюсь на каменной стене, руки сами разжимаются и я срываюсь вниз.

Лететь не слишком высоко, поэтому успеваю только вскрикнуть, приземлившись на что-то удивительно мягкое.

Ой-й!

Глава 2

— Ой-й, простите, — говорю, слегка смутившись из-за факта, что сижу на руках у совершенно постороннего мужчины. Да еще какого!

Высокий, светловолосый с темными, как безлунное ночное небо глазами. Красив, как драконий бог!

— Ничего страшного, милая леди, — улыбается незнакомец. — Мне еще никогда не падали прямо в руки такие прекрасные девушки.

— Благодарю, — отвечаю, чувствуя, как щеки заливаются краской смущения. — Вы не могли бы меня уже отпустить?

— Очень бы не хотелось выпускать из рук подобный дар небес, — мужчина лукаво сверкает темными глазами. — Но слово леди — закон.

Аккуратно ставит меня на землю. Потом поднимает голову вверх, внимательно рассматривает мою импровизированную веревку и спрашивает:

— Может, вам

Закладка:

— Нет, — стараюсь мило улыбнуться, — благодарю вас. У меня все под контролем. Всего хорошего.

И быстренько удаляюсь, пока меня не подали в розыск.

— До встречи, милая незнакомка, — несется мне вслед, но я не особо обращаю внимание на слова блондина. Как покажут дальнейшие события, совершенно зря.

А пока я бегу, не очень изящно приподняв подол платья, чтобы не путалось под ногами. В столице я бываю часто, поэтому прекрасно знаю, где нахожусь. До здания, где будет проходить отбор, если срезать через дворы, совсем недалеко, три квартала. Спешу, тороплюсь.

На улице темнеет, а порядочным девушкам, даже в ярко освещенной столице, ночью гулять не стоит. Это одинаково опасно и для кошелька, и для репутации. Потом как прилипнет клеймо гулящей — вовек не отмоешься и не вернешь репутацию. А уж о том, чтобы выйти достойно замуж можно и вовсе забыть.

Как же меня раздражают эти старые порядки Лаладара. Я всегда с восхищением слушала рассказы Алекс Грозовой, маминой подруги, о ее жизни на Земле. Вот там у женщин гораздо большая свобода, чем здесь. Они, вообще, равны мужчинам и замуж выходят по своей воле за кого пожелают. А у нас… средневековье какое-то!

Возмущенно пыхтя, несусь через дворы и узенькие улочки прямиком к цели, очень надеясь, что меня не успеют остановить. Сердце беспокойно дергается на каждый шелест или громкий звук. Только бы успеть! Вот этот дом! До него рукой подать. Ускоряюсь еще больше. Перебегаю дорогу и звоню в звонок.

Слышу позади себя крики и мужскую ругань. Оглядываюсь, ахаю, и нетерпеливо сжимаю кулачки — скорее, скорее открывайте!

Наконец дверь распахивается, и я облегченно улыбаюсь дворецкому:

— Добрый вечер. Я приглашена на отбор. Княжна Мирэль Туманная.

Шум усиливается. Поворачиваюсь к источнику ругани. Брат и Райвен несутся на всех парах в мою сторону, уже совсем близко! На лицах обоих желание связать меня, упрятать в чулан и забыть там на пару-тройку лет.

— Да, ваше имя есть в списке, — наконец отмирает дворецкий и распахивает дверь шире.

— Мирэль, нет!! — кричит Георг.

— Не делай глупостей, девочка! — рявкает Райвен, взбесив меня этим своим тоном умудренного жизнью всезнайки.

Улыбаюсь им на все тридцать два зуба и, не удержавшись, показываю язык Райвену. Получи, гад чешуйчатый! Иди, целуйся, с кем хочешь, а меня не трожь! Делаю шаг в дом и дверь за мной закрывается. Прямо перед носами взлетевших на крыльцо Георга и этого гада Райвена.

— Идите за мной, леди. Я провожу вас к распорядительнице отбора, — произносит невозмутимый дворецкий, делая вид, что не слышит грохот за дверью. Это неугомонные Георг и его дружок начали в нее колотить, и выкрикивать что-то угрожающее.

— Да, благодарю вас, — выдыхаю с облегчением. Подхватываю свою сумку и иду за мужчиной, не забывая поглядывать по сторонам — мне же нужно знать, хозяйкой чего я скоро стану. Как только выйду замуж за моего Кристобаля!

О, как же здесь роскошно! Семья Террийских не зря считается одной из самых богатых в королевстве.

На стенах залов, мимо которых мы идем, картины в тяжелых позолоченных рамах. Золотые светильники на потолках и стенах, красивая мебель, тоже позолоченная. Мягкие, очень дорогие ковры устилают паркет из драгоценного розового дерева.

На столиках и пристенных консолях, все в золотых узорах и завитушках, стоят вазы с пышными цветочными композициями. Помнится, у Террийских огромные цветочные оранжереи, в которых выращивают сотни разных сортов. Не удивительно, что весь дворец украшен чудесными, ароматными цветочными композициями.

Ах, как же я буду счастлива жить среди всей этой красоты рядом со своим дорогим Кристобалем!

Тихо радуясь за себя и своего любимого, продолжаю идти за величественным дворецким. Пока не оказываюсь в небольшой комнате перед средних лет дамой в строгом платье.

Дама лениво оглядывает меня. Задерживается с недоумением на моей скромной сумке на плече, и поворачивается к дворецкому:

— Еще одна участница отбора? Сколько же их еще успеет набежать до вечера?

В ответ тот пожимает плечами и, больше не взглянув на меня, уходит из комнаты.

— Так, милочка, я леди Пуансетия, распорядительница отбора, — проводив странным взглядом широкоплечую фигуру дворецкого, дамочка поворачивается ко мне.

— Я Мирэль Ту…, — пытаюсь представиться, но дама небрежно обрывает:

— Мне твое имя ни к чему. Вот если пройдешь первый тур, тогда я, может быть, и постараюсь тебя запомнить. Сейчас отправляйся в свою комнату и готовься к ужину — есть вероятность, что его осчастливит своим присутствием господин Кристобаль.

Не глядя на меня, наглая распорядительница командует стоявшей у двери молоденькой служанке:

— Линда, отведи эту в шестнадцатую комнату, и напомни ее соседкам, что ужин в девять.

После чего уходит из комнаты, оставив меня стоять и возмущенно хлопать глазами — что за невежливость по отношению к будущей хозяйке этого дворца?! К своей будущей госпоже. Ко мне, будущей Мирэль Террийской! Похоже, эта дамочка просто не поняла, кто перед ней…

Из сердитых мыслей меня вырывает служанка. Даже не потрудившись присесть в книксене, открывает дверь:

— Леди, идите за мной.

Чувствуя себя ужасно возмущенной таким небрежным обращением, вслед за ней выхожу из комнаты.

Иду, продолжая кипеть от недовольства — что за прием! Ну ничего, распорядительница быстро поймет, как ошиблась в отношении меня. Извинится и начнет обращаться со мной, как и положено с будущей женой моего дорогого Кристобаля!

Так я размышляю и постепенно успокаиваюсь — сейчас приду в свою комнату и приготовлюсь к ужину. Вот там все и встанет на свои места, когда Кристобаль увидит меня и даст всем понять, что в его сердце только я одна.

К комнате я подхожу уже в чудесном настроении — ну подумаешь, встретили меня не так, как я рассчитывала. Главное, что случится потом!

Но увы, в комнате случилось то, что у меня оказалось две соседки.

— Фу-у, еще одна! — встречает меня возглас одной из них, стоит мне переступить порог.

Высокая, гибкая как лоза, но с роскошными формами брюнетка в дорогом платье кривит пухлые губы и брезгливо рассматривает мой скромный дорожный наряд.

— Все время хочется спросить, для чего эти провинциальные курицы лезут на столичные отборы, если знают, что им тут ничего не светит? — в той ей заявляет вторая. Тоже брюнетка, и тоже красивая, но пониже ростом и не такая пышногрудая. Прямо скажем, совсем плоская. Зато на отсутствующей груди у нее болтается баснословно дорогое колье, ужасно неуместное в такой час и в таком месте.

Решив не отвечать хамкам, я молча прохожу к единственной свободной кровати и сажусь. Оглядываюсь.

Комната небольшая и очень скромно

Закладка:

Оценив обстановку, поворачиваюсь к продолжающим надменно меня рассматривать девицам. Да, с компанией мне не повезло. Чувствую, не сложится у нас дружба, а жаль.

Как было бы хорошо, появись у меня на отборе подруги, как это было у моей мамы. Именно на отборе у Князя Грозового мамочка и познакомилась со своей подругой Александрой.

Иномирянкой Алекс, ставшей женой князя. Мама, Алекс и Эль, их третья подруга, на всю жизнь сдружились на том отборе. Но у меня так точно не будет, судя по выражению лиц этих девиц.

Да и не надо! Все равно уже сегодня вечером на ужине все поймут, кому отдано сердце Кристобаля и начнут собирать свои вещички, готовясь к отъезду из замка Террийских.

Так что, отбор будет недолгим, и уже совсем скоро мы с моим дорогим Кристобалем рука об руку пойдем к алтарю!

Следующий час проходит… смешно. Мои соседки, которых, как оказалось, зовут Люсинья и Тарталетта принимаются наряжаться к балу. На самом деле, просто к ужину, но так, словно на бал собрались.

Сначала, то и дело бросая на меня презрительные взгляды, перемеряют штук по пять платьев каждая.

Затем, сделав наконец мучительный выбор, вызывают двух горничных и усаживаются бок о бок перед единственным в комнате зеркалом.

В итоге ни одна, ни другая себя в нем толком не видит. А горничные, стоя за их спинами не могут даже расчесать волосы красоток, потому что постоянно сталкиваются локтями, выбивая друг у друга из рук то гребень, то заколку.

Наконец, одна горничная не выдерживает и чуть не плача просит:

— Леди, не могли бы вы сесть чуть подальше друг от друга? Мы с Кларой не можем ничего сделать, когда вы так близко.

— Отсядь в сторону, Люсинья, — требует у соперницы полногрудая красотка. — Меня причешут, потом за тебя возьмутся.

— Еще чего! — взвизгивает плоскодонка с колье. — Моя семья богаче, значит меня первой причесывают!

— Зато мой род древнее! — высокомерно цедит Тарталетта с бюстом.

— Я богаче! — упирается Люсинья.

Спор грозит затянуться до бесконечности. Горничные в растерянности переглядываются, не зная, как им быть. Потом одна торопливо выходит из комнаты, а возвращается с небольшим овальным зеркалом в руках.

— Леди, одна из вас может смотреться в зеркало на стене, а второй мы предлагаем вот это.

Спорщицы враждебно переглядываются и начинается второй раунд скандала. Каждая считает только себя достойной большого стенного зеркала, и никто не хочет уступать.

— Киньте жребий. Пусть удача рассудит, кто из вас ее любимица, — предлагаю я когда их вопли окончательно меня утомляют. Все это время я пытаюсь думать о моем Кристобале, но этот шум не дает сосредоточиться.

— Конечно я! — в один голос заявляют Люсинья и Тарталетта, и снова начинают меряться недовольными взглядами.

Не знаю, чем бы все закончилось, но на мое и горничных счастье в комнате появляется распорядительница отбора.

— Что за визги? — рявкает, перекрыв крики отборных брюнеток.

Узнав в чем дело, указывает худым пальцем на пышногрудую:

— Тебе маленькое зеркало.

— Ты садись перед большим, — кивает Люсинье.

— А ты…, — смотрит на меня, безмятежно сидящую на кровати, — ты после них.

Я только фыркаю в ответ — разговаривать с этой невоспитанной хамкой нет никакого желания.

Когда распорядительница уходит, я открываю свою сумку. На самом деле это пространственный карман, который мне подарила мамина подруга Эль. Очень удобная штука — ничего тяжёлого с собой носить не надо, но все, что нужно всегда под рукой.

Через пять минут на кровати уже лежит мое самое красивое платье, сшитое лучшей столичной модисткой на мое девятнадцатилетие, которое состоится через два месяца. К нему нежное колье с сапфирами в цвет глаз, и серьги.

Одна из горничных помогает мне одеться и собрать волосы на макушке в высокий хвост, закрепив его красивой заколкой и выпустив по тонкой, вьющейся прядке у висков.

Эту прическу я подсмотрела у Алекс в журналах мод, которые она принесла из своего мира. Очень красиво и необычно.

В общем, через десять минут я полностью готова, в то время как мои соседки еще сидят с наполовину уложенными волосами.

Но ждать их я не собираюсь. Так что делаю ручкой и под полными злобы взглядами уплываю в сторону большой столовой. Лучше я приду пораньше — наверняка Кристобаль тоже поспешит на встречу со мной!

В столовой я оказываюсь первой. Вернее, думаю, что первой, но на самом деле там уже мой Кристобаль и… нет, не может быть!

Кристобаль стоит возле окна и мило улыбается какой-то красотке в ужасном зеленом платье, подчеркивающем вульгарно-рыжий цвет ее волос.

При моем появлении дракон смотрит на меня, вежливо кивает, и… И все! Отворачивается и продолжает беседовать с этой рыжей, а я, как дура, стою посреди обеденного зала и таращусь на них, не веря своим глазам.

Как это может быть?! Ведь Кристобаль… он так смотрел на меня в ту нашу встречу! Точно так же, как сейчас смотрит на эту рыженькую. Я вспоминаю ее — Селестина, дочка какого-то министра Его Величества. Богатая наследница и единственная девочка в большой, влиятельной семье.

Но… Но как Кристобаль может так поступать? Со мной!

Мне ужасно хочется подойти и оттолкнуть от него эту противную Селестину. Самой оказаться под взглядом прекрасных глаз Кристобаля. Услышать его ласковый голос, которым он со мной тогда разговаривал, и от которого трепетало мое сердце...

Но вместо этого я стою и смотрю, как он точно так же нежно глядит на эту рыжую. Говорит с ней так же томно, как со мной тогда. Поднимает красивую темную бровь и смеется над какой-то шуткой, сверкая белоснежными зубами…

Нет, не может быть, что Кристобаль меня забыл или разлюбил. Он… он просто маскируется. Да, точно! Он скрывает свое чувство ко мне, чтобы никто раньше времени ничего не заподозрил!

Я облегченно выдыхаю и прохожу к столу, куда уже начинают рассаживаться другие подоспевшие участницы отбора. Кристобаль с рыжей Селестиной тоже идут в нашу сторону.

Ее он усаживает прямо напротив меня, и пока задвигает ей стул, бросает на меня внимательный взгляд. Не просто, а полный значения и намекающий, что его чувство ко мне живо и горит в его груди. Я радостно выдыхаю — он все так же любит меня.

Но в этот миг он отворачивается, и точно так же жарко смотрит на девушку, сидящую справа от меня. Та

Закладка:

А он уже смотрит на следующую участницу, вновь внимательно и нежно. Так что и эта девушка начинает розоветь и таять от удовольствия.

Я сижу, ничего не понимая. Снова появляется глупое желание вскочить и броситься к нему. Заглянуть в красивые глаза, чтобы увидеть в них свет его любви.

Но, конечно, ничего такого я не делаю. Гордо сижу и слушаю сообщение распорядительницы.

— Итак, девушки, — объявляет она, усевшись во главе стола, рука об руку с Кристобалем. — Завтра у нас конкурс талантов. Те из вас, кто проявит себя с самой хорошей стороны, пройдут в следующий тур.

Сейчас можете приступать к ужину, и обдумывать, чем завтра поразите воображение своего прекрасного жениха.

Но помните, девушки, господин Кристобаль Террийский очень привередлив и требователен в части развлечений. Поэтому, чтобы ему понравиться, вам придется придумать что-то очень оригинальное!

Чуть подавшись вперед и наклонив голову, я смотрю в лицо Кристобаля. Оно такое красивое! И взгляд, которым он обводит наш стол такой нежный и притягательный, что мое сердце совершает кувырок в груди.

И когда это случается я вдруг придумываю, с каким номером выступлю завтра. О, это будет такое представление, что после него все внимание Кристобаля будет принадлежать мне одной!

— Сейчас со своим номером перед нами выступит леди Тарталетта Пуазини, — торжественно объявляет выход новой участницы леди распорядительница.

Раздаются, прямо скажем, жиденькие аплодисменты. Это, впрочем, ничуть не смущает мою соседку. Гордо неся свою красоту, она шествует к клавикордасу, снисходительно кивает аккомпаниатору, и после недолгого вступления, начинает петь.

— О, мой гордый соловей, твоя пташка летит к тебе...

После первой же строчки я перестаю слышать, что там она завывает, сосредоточившись на наблюдении за моим Кристобалем.

Ах, как же он красив в своем темно-голубом бархатном костюме, отделанном серебряными галунами! Как идет ему улыбка, которой он приветствует каждый новый номер конкурса.

А как он отменно воспитан — даже не поморщился ни разу во время выступлений! Хотя, честно сказать, добрая половина из них были ужасными. Может быть, даже две третьих! Во всяком случае, мне понравилось только три-четыре номера, и то с натяжкой.

Но Кристобаль мужественно все это выносит, хлопает и даже с интересом смотрит на участниц. Вот, как сейчас, например — сидит и внимательно разглядывает эту Тарталетту, делая вид, что ему нравится пение. Хотя, даже глухому понятно, что слушать эти завывания о птичьей любви просто невозможно!

Если бы не декольте почти до пупа, совершенно неприлично открывающее гигантскую грудь этой дамочки, там вообще ничего нет, за что можно глазу зацепиться.

Сама не знаю зачем, кошусь глазами на свой собственный вырез, скромный и приличный, не показывающий совершенно ничего лишнего. Хотя у меня тоже есть что продемонстрировать!

Но я считаю верхом неуважения к себе самой, пытаться привлечь мужчину такой откровенной демонстрацией того, чем одарила тебя природа.

Да и Кристобаль не такой, чтобы купиться на столь дешевые уловки. Смотрит на эту Тарталетту исключительно из вежливости.

Вот так я себя уговариваю все время, пока девица поет, но на душе у меня как-то неспокойно. И взгляды, которые Кристобаль дарит другим участницам отбора заставляют меня нервничать и чувствовать себя ужасно неуютно.

Что-то не так в том, как Кристобаль ведет себя со мной и с другими участницами. Словно… Нет, даже думать об этом не хочу! Уверена, это все мне просто кажется. Это моя необоснованная ревность подтачивает меня, заставляя сомневаться в чувствах моего любимого.

Лучше я сосредоточусь на своем скором выступлении!

Опускаю глаза к коробке, стоящей у моих ног. Наклоняюсь и заглядываю внутрь. Там все тихо и спокойно, а его обитатель сладко спит, совершенно не догадываясь, какие противоречивые чувства раздирают сердце его хозяйки.

Тут звучат еще более вялые хлопки — декольтированная псевдопевица закончила истязать наш слух своим творчеством. Получила одобрительные слова от Кристобаля и довольная собой пошла на место.

Распорядительница подносит к носу список участниц и кислым голосом читает:

— Следующее выступление — Мирэль Туманная и ее… пуфик. Пуфик?

Я беру в руки свою коробку и под десятками недоумевающих взглядов иду к специально установленному для меня столу. Размещаю на нем короб и начинаю по очереди вынимать лежащие там предметы.

Сначала золотистый обруч. Потом длинную ленточку с кисточкой на конце. Небольшую лесенку, затем шест на подставке. Расставляю часть этих предметов на полу перед креслом Кристобаля, часть оставляю на столе.

Снова заныриваю в коробку и достаю…

— Что это?! — летят по залу удивленнные шепотки и охи. Совсем недавно глядящие на меня с недоумением глаза, теперь уставились с огромным любопытством.

Ну еще бы, ведь на руках у меня сидит, сонно щуря зеленые глаза, мой Пуфик. Восхитительный, рыжий в полоску зверь, которых никогда никто не видел на Лаладаре.

— Что это за существо такое? Я никогда не встречал ничего подобного, — раздается заинтересованный голос Кристобаля.

Ну еще бы, это вам не горгулья какая-нибудь, которых в нашем мире как тараканов у неряхи в доме. Это КОТ! Настоящий кот, которого специально мне в подарок принесла из своего мира Алекс.

Мой чудесный Пуфик, который обожает путешествовать со мной везде и всюду, мирно дремля в моей пространственной сумке. Вот и на отбор со мной прибыл, мой пушистик.

— Это кот, существо из другого мира, — объявляю я гордо, поднимая Пуфика на вытянутых руках, чтобы всем было видно. Девицы все как одна повытягивали шеи, чтобы лучше рассмотреть, а Кристобаль даже встал с кресла и сделал несколько шагов в нашу с Пуфиком сторону.

— Эти животные в своем мире почти не поддаются дрессировке, — продолжаю я рассказ, поворачивая пушистика то так, то эдак, чтобы всем было видно. — Но мне удалось научить его множеству трюков, которые мы вам сейчас продемонстрируем.

Спускаю Пуфика на пол и беру в руки обруч — начнем с самого простого, с разминки.

— Пуфик, але-оп! — командую, подставляя обруч. Мой красавец, гордо распушив хвост, одним гибким движением пролетает его насквозь, приземляясь на расстоянии почти два метра.

Зрители дружно ахают, а кто-то даже взвизгивает от восторга.

— Пуфик, потанцуем, — командую и включаю музыкальный артефакт. Из него начинает литься веселая мелодия.

Пуфик встает на задние лапки, чтобы порадовать нас своим танцем, и в этот момент, перекрывая музыку, раздается оглушительное:

— Апчхи!

Следом новый, еще более сочный чих, а затем буквально целая очередь из громогласных чихов, перемежающихся странными всхлипами.

Все застывают и поворачиваются к покрасневшему, как свёкла, с залитым слезами лицом, Кристобалю.

Глядя на приблизившегося к нему Пуфика полными ужаса глазами,

Закладка:

— Уберите! Немедленно уберите от меня это чудовище! Он что-то сделал со мной!!! Чем-то меня заразил! Апчхи!

Ой-й-й, вот это конфуз!

Я замираю с ленточкой в руке, не зная, что делать дальше. А Пуфик поворачивается... эм-м... попой к креслу, в котором чихает Кристобаль. Брезгливо поднимает хвост и…

— Не-е-е-ет! Пуфик, не смей! — воплю я в отчаянии, но уже поздно.

В сторону кресла и его чихающего наполнения летит ужасно ароматное, вернее, вонючее облако, мгновенно превратившее окружающий воздух в отвратительно благоухающую субстанцию.

Надо ли говорить, что больше всех достается Кристобалю? Его ботинки буквально окатывает пахучей взвесью, отчего он даже чихать на миг перестает.

Правда, всего на миг. В следующую секунду он вскакивает на ноги, и продолжая непрерывно апчихать мчится прочь из зала.

Следом за ним рвутся все отборные и неотборные зрители. И через короткое время в зале остаюсь только растерянная я, довольный собой Пуфик и невозмутимая коробка с реквизитом для номера.

Да, ничего не скажешь, мое выступление Кристобаль запомнит надолго!

Остаток дня я сама не своя. Переживаю за здоровье Кристобаля и мучаюсь чувством вины за проделку Пуфика. Я даже его поругала и объяснила, что нельзя так себя вести с моим женихом. В итоге, этот хулиган нагло фыркнул мне в лицо и спрятался в пространственной сумке. Не нравится ему, видите ли, Кристобаль!

После этого я поняла, что просто обязана прямо и откровенно поговорить с моим любимым. Пусть объяснит мне, что происходит, и почему другим участницам отбора достается столько ласковых взглядов и нежных слов, принадлежащих мне?

Так что я отыскала ту славную горничную, что делала мне прическу. Потихоньку сообщила, чего я от нее хочу. Сунула ей в руку прелестную заколку с изумрудом, как раз под цвет ее глаз.

И вуаля, уже стою перед дверью апартаментов, где, как меня уверила милая девушка, живет Кристобаль.

Оглядываюсь, не видит ли меня кто-то, а то потом от слухов не отмоешься. Осторожно открываю дверь и проскальзываю внутрь.

Сердце замирает, потому что я тут же вижу моего Кристобаля. Он сидит на диванчике боком ко мне. В свободной светлой рубашке и домашних брюках. Немного бледный, с красными глазами, но в целом выглядит вполне здоровым. В руке у него лист бумаги, и Кристобаль с улыбкой его изучает.

Стараясь ступать неслышно, я подхожу ближе и мой взгляд случайно падает на написанный изящный бисерным почерком текст на листе.

«Мой милый Кристобаль. Как я соскучилась по тебе. По твоим умелым губам и крепким объятьям…»

— Что?! — ахаю, когда до меня доходит смысл написанного.

Кристобаль при звуках моего голоса вздрагивает. Торопливо прячет письмо и поворачивается ко мне.

— Что вы тут делаете, леди… Простите, не могу припомнить вашего имени?

— Что?! — снова тупо повторяю я. — Кристобаль, это я, твоя Мирэль.

— Мирэль? — повторяет он недоуменно. — Мы… мы разве встречались раньше? И, надеюсь, сюда вы явились без своего ужасного животного? Лекари только-только выпустили меня из своих цепких рук, и я не хотел бы снова расчихаться — у меня, оказывается, страшная аллергия на вид шерсти, покрывающей тело вашего полосатого чудовища. Еще и обвонял меня всего!

— Пуфик не чудовище, он милый, — машинально поправляю Кристобаля. — Неужели ты не помнишь, как мы танцевали на балу у Орнисов? Еще ты приглашал меня на танцы у Лексвиков. А наша прогулка у них в саду?!

— У Орнисов? Лексвиков? — повторяет за мной Кристобаль, а в глазах у него такое недоумение, что мне становится страшно — он забыл меня!

— Моя дорогая… Мирэль, да? Конечно я помню тебя, просто… просто немного забыл. Знаешь, так бывает. Особенно, когда долго не видишь кого-то.

Кристобаль встает со своего дивана и нежно берет меня за руку.

— Ты очень красива, Мирэль, не спорю. И я с удовольствием продолжил бы наше общение, но… Прости, я жду… эм… визитера, и не хотел бы, чтобы вы с ней… с ним повстречались в моей комнате.

Мягким движением тянет меня за руку, вынуждая идти с ним. Я переставляю ноги, не совсем понимая, что происходит.

Мы оказываемся у двери. Кристобаль открывает ее и в следующее мгновение я стою в коридоре, а мой жених машет мне рукой и захлопывает перед моим носом дверь!

Какое-то время я еще стою, таращась на вензеля и узоры, которыми украшено дверное полотно, а потом отступаю в сторону. Медленно бреду по коридору, все еще не до конца веря, что Кристобаль мог забыть меня.

Но… Но я-то люблю его! И он должен стать моим! Как же мне этого добиться, если вокруг столько отборных красоток, готовых из корсетов выпрыгнуть, чтобы привлечь внимание Кристобаля?

— Представляешь, он получил письмо от своей бывшей невесты, и она… — вдруг доносится до меня разговор двух горничных, спешащих по коридору по своим делам. И тут меня озаряет — письмо!

Есть, есть способ сделать так, что внимание Кристобаля будет приковано ко мне одной!

Я подхватываю юбки и мчусь по коридору в сторону своей комнаты — мне нужно придумать, как незаметно ненадолго покинуть дворец Террийских.

Есть у меня адресок одной дамы, которая мне поможет. К ней тайно ходят очень многие девушки. Думаю, она и мне не откажет в просьбе. Ну и что, что метод не совсем разрешенный? На войне все средства хороши, а любовь, как известно, та же война!

Глава 3

— Леди Пуансетия, — жалостливым тоном говорю с распорядительницей отбора, — мне что-то нехорошо. Похоже, мои женские недомогания начались раньше времени. Прошу вас, сжальтесь, позвольте сходить в аптеку за снадобьем?

— За каким? Пишите название, мы отправим слугу, — дама недовольно кривится.

— Ах, нет! Такие деликатные дела нельзя доверять прислуге. Мне нужно сделать специальный настой, если хоть одну траву перепутать — я могу и умереть. Вы хотите на отборе несчастный случай?

— Конечно, нет! Хорошо. Отпущу вас. Но только на два часа. Не вернетесь вовремя — не обессудьте, отправлю вас домой.

— Благодарю, — выхожу, тщательно пряча довольную улыбку. Да! Получилось!

В комнате быстро хватаю сумку, ничего не говоря соседкам и вообще не обращая внимания на их скисшие при виде меня физиономии. Выхожу из дворца, осматриваюсь. Немного страшусь, что где-то здесь меня встретит брат и начнет промывать мозги. А я уже все решила! «Каждый кузнец своего счастья» — так говорит Александра, мамина подруга. Почему я должна терпеть, что мое счастье будет ковать кто угодно, кроме меня? Родители, братья, Райвен

Закладка:

Слегка злясь, добегаю до нужной улицы. Так-с, теперь мне нужна аптека «Дары ночи». Странное название для лавки настоек и притираний. О! Вот оно! Надо же, даже сама удивляюсь, что так быстро нашла, словно мне сопутствует удача и благоволят боги. Окрыленная такими мыслями, вхожу внутрь.

На входе мелодично звякает колокольчик. Возле прилавка стоит средних лет женщина с аккуратно заплетенными волосами в белом переднике. Хм. Не так я себе представляла ведьму.

— Мы уже закрываемся, — говорит мне женщина. — Приходите завтра.

— Я… это… быстро. Мне бы… особый заказ, — не знаю почему, но как-то внезапно робею.

— У меня нет никаких особых заказов на сегодня. Вы что-то путаете, юная леди, — отрезает хозяйка аптеки.

— Нет, то есть, да. Я заранее не заказывала, — подхожу вплотную к прилавку, чтобы не кричать с порога. — Но мне сказали, что здесь... У вас можно купить кое-что, что мне поможет.

— Болеете? Цвет лица у вас какой-то бледноватый. Есть слабительное. Две капли хватит, чтобы все прочистить.

— Ой! Фу! Нет. Со здоровьем у меня все хорошо. Я за другим пришла, — Боги, какая же недогадливая эта аптекарша! — Мне нужна помощь в любовных делах.

— Противозачаточные капли закончились, — прерывает меня аптекарша.

— Да что же вы! — начинаю злиться. — Я — девушка порядочная! Замуж хочу! А моя любовь, мой Кристобаль, последнее время странно себя ведет. То танцевал со мной, ручку целовал, намекал о венчании, а теперь делает вид, что плохо меня помнит! Но я же знаю, что это не так! Мне нужно что-то… что вернет…

— Память? Есть такая настойка, излечивает даже старческое слабоумие, — ведьма, клянусь, ехидно улыбаясь, протягивает мне бутылочку.

— Нет! Не память! Вернет его любовь! — уже почти кричу, покраснев как помидор.

— А она была? — снова став серьезной, говорит аптекарша.

— Конечно, — отвечаю без сомнений, но потом добавляю: — Как мне помнится.

— Так может, это вам дать настойку для памяти?

— Благодарю, у меня с памятью все хорошо. Я просто не понимаю… как можно вот так… говорить девушке такие вещи, а потом… не помнить. Я же ради него из дома сбежала, — сглатываю внезапно образовавшийся в горле комок слез.

— Есть у меня одно средство, которое поможет ему вспомнить, если он был влюблен.

— Да! — улыбаюсь сквозь слезы. — Это именно то, что нужно.

— Но! Если он не любил, то ничего и не вспомнит. Ты уверена, что чувства были? — спрашивает ведьма.

— Д-да, — отвечаю, но задумываюсь.

— Учти, если окажется, что твой Кристобаль не был в тебя влюблен, но попробует приворотное зелье, то навсегда проникнется к тебе отвращением. Возненавидит, — аптекарша впивается в меня острым взглядом. — А вот ты наоборот — полюбишь его еще больше, жить без него не сможешь. Готова пойти на такой риск?

Страшно. Боги, почему мне становится так страшно? Но ведь я уже начала, нельзя отступать.

— Готова, — отвечаю, чувствуя, как в ужасе бешено бьется сердце…

— Насколько вы близки с предметом своих мечтаний? — задает вопрос аптекарша.

— Не очень близки, — отвечаю честно.

— То есть, подлить что-то или подсыпать не сможете?

— Думаю, это будет затруднительно, — соглашаюсь.

— Хорошо. Есть другой способ, — аптекарша ныряет за прилавок. Долго там что-то двигает, шуршит и, наконец, кладет на полированную поверхность самый обычный конверт и лист бумаги. — Пишите на листе признание в любви. Потом положите его в конверт и запечатайте, вот этим воском.

— Хорошо, вернусь к себе и сделаю…

— Сейчас делайте! Не думаете же вы, что я отдам кому-то воск и печать?

— Но я вот так запросто не смогу придумать слова… — отвечаю растерянно, глядя на лист перед собой — в голове ни одной мысли.

— Когда любишь, слова идут из сердца, а не из головы, — говорит ведьма, ехидно улыбаясь.

— Я люблю его! Сейчас, мне нужна минутка, чтобы сосредоточиться.

— Минутка у вас есть, но не больше, — соглашается женщина.

Торопливо соображаю, что написать. Когда вывожу буквы на бумаги, они получаются какими-то корявыми, а само послание — глупым и детским. Впервые задумываюсь о том, что возможно, но только возможно! я не так уж и влюблена в Кристобаля...

— Дописала?

— Да, — складываю бумагу и вкладываю в конверт. Введьма передает мне печать и воск.

— Пока держите воск над свечой, представляйте своего возлюбленного. Потом капайте на конверт, повторяйте мысленно «Как задумано, так тому и быть!»

Киваю и делаю все в точности, как сказала аптекарша. Запечатываю конверт, держу его в руках, не зная, что теперь делать.

— Все. Теперь тебе нужно просто передать это письмо своему возлюбленному. Как только он его откроет и прочтет — приворот подействует. Ну а дальше все будет так, как я говорила раньше. Чем рассчитаешься за мою работу?

— У меня есть серебро. И золото, — показываю монеты аптекарше.

— Нет. Я хочу тот кулон, что висит у тебя на шее, — вдруг говорит ведьма.

Хватаюсь рукой за грудь. Это же кулон, который родители подарили мне на совершеннолетие. Очень редкая, красная жемчужина неправильной, овальной формы. Имеющая для меня большую, но не материальную ценность.

А ведьма смотрит с издевкой, приподняв бровь. Словно ждет, что я откажусь и уйду. Но не для этого я сюда пришла, чтобы вот так…

Снимаю цепочку с кулоном и кладу в протянутую ладонь аптекарши.

— Цена уплачена! — говорит женщина, и мое сердце на мгновение сжимается, словно в тисках. — У тебя есть три дня, чтобы передать письмо. Дальше — приворот развеется.

— Как это? Вы же не предупреждали…, — ахаю я. А вдруг не успею передать письмо за такой короткий срок!

— Это стандартное условие. Ступай, твое время вышло, я закрываюсь, — ведьма указывает мне на дверь.

Прячу письмо в сумку и выхожу. Кстати, насчет времени. Те два часа, что мне выделила распорядительница, тоже подходят к концу, нужно бежать.

Вернуться я успеваю буквально на последних минутах. Запыхавшись, вваливаюсь в комнату. При моем появлении соседки всего на секунду поворачивают головы, а потом продолжают прерванный разговор. Вот и отлично, что никому нет до меня дела.

Приняв душ и переодевшись в домашний халат, краем уха слышу несколько фраз из разговора:

— Вообще не понимаю, почему не сообщили результаты конкурса сегодня? Так бы уже выгнали половину этих дурочек, дышать бы стало легче. Вот например, эту Мирэль. Она же явно провалила испытание. Так почему еще здесь? Нам вдвоем будет гораздо удобнее в этой комнатушке.

— Ой, не говори. Из всех показанных талантов ее был самый плохой. Это же надо, притащить какую-то тварь на конкурс! Ужас, дура какая!

То, что меня постоянно

Закладка:

Выхожу из ванной и швыряю мокрое полотенце прямо в физиономию той, что обозвала моего Пуфика.

— Ты что? Совсем с ума сошла? — орет Люсинья, поправляя испорченную прическу.

— Пуфик — чудесное животное. Тварь — это ты!

— Ах ты, да я тебя сейчас! — девушка подскакивает с места и, выставив перед собой руки-когти, кидается на меня.

Но я-то выросла с двумя братьями, так что эти девчачьи выходки только смешат. Драться я умею куда лучше неё! Поэтому просто отхожу в сторону и делаю Люсинье подножку. Та с грохотом падает на пол, ударившись руками, и тут же начинает выть.

— Я пожалуюсь на тебя распорядительнице! Скажу, что ты напала на меня! Готовься, тебя завтра выгонят с позором!

Пожимаю плечами и, взяв сумку, решаю выйти в коридор. Надо бы Пуфика выгулять, а то целый день сидит в сумке. Да и с письмом что-то решить. Ведь если меня завтра выгонят, отдать его Кристобалю я не успею.

— Пойдем, маленький, я здесь видела зимний сад, там погуляешь немного, — шепотом говорю Пуфику, радуясь, что этот самый сад не очень далеко от наших комнат, а то ходить по чужому особняку в домашнем халате — не самая лучшая затея.

Кот бегает, играясь с лунными лучами, немного поднимая мое настроение и отвлекая от невеселых дум. Похоже, письмо нужно отдать Кристобалю вот прямо сейчас, если завтра уже объявят результаты конкурса. Я не льщу себя надеждой, прекрасно понимая, что наше выступление с Пуфиком окончилось жутким фиаско.

А ведь как хорошо все начиналось! Эх! В какой момент все пошло наперекосяк? И Кристобаль… тот самый, кто говорил мне о любви, теперь ведет себя так, словно я — досадная оплошность…

Задумываюсь. И в моей голове мелькает мысль, что быть может… он и не любил меня никогда? Но тогда зачем говорил все эти красивые слова? Зачем обнимал, приглашал на танцы, шептал на ушко горячие слова? Порядочные лорды так себя не ведут!

Останавливаюсь в задумчивости. Что же делать? Я бы сейчас, в кои-то веки, не отказалась от маминого совета. Всхлипываю, сама удивившись своей реакции.

— Пуфик, маленький, возвращайся в сумку, — кот послушно залезает в свое любимое тайное место, а я все-таки решаю идти к Кристобалю. Раз уже решилась, так тому и быть!

Стараясь держаться тени и потише идти мягкими домашними тапочками, проскальзываю в крыло хозяина дома. Едва успеваю спрятаться за колонну, когда дверь в спальню Кристобаля открывается и оттуда выходит… одна из девушек с нынешнего отбора. Имени ее не помню, но… Что она там делала? Меня охватывает возмущение, но потом я вспоминаю, что вообще-то, тоже планирую нарушить правила, поэтому старательно сжимаюсь и продолжаю наблюдать.

— Ах, дорогой Кристо, — говорит девушка, прижимаясь грудью к вышедшему вслед за ней лорду. — Я так счастлива. Скажи это еще раз, прошу.

— Ох, Розетта, ну что за…

— Скажи, умоляю.

— Да, я влюблен в тебя и завтра отменю отбор, пошлю к твоим родителям письмо с просьбой дать разрешение на наш союз. Рада?

— О, Кристо, любимый! Я просто счастлива.

Парочка сливается в долгом поцелуе, который, к счастью, я уже не вижу из-за слез, бурным потоком хлещущих из глаз. Как он мог?! Он же мне обещал! МНЕ! Гад! Подлый мерзавец! Да я… да мне! Да как он вообще посмел?!

Парочка разлепляется, девушка убегает, а подлый Кристобаль закрывает дверь, прячась в своей комнате. Полная ярости и праведного негодования, я выхожу и устремляюсь к двери. Сейчас он у меня получит, подлец! Сейчас я его… Даже не знаю, что сделаю! Нос разобью! Глаза выцарапаю!

Сжав пальцы в кулаки даже забываю, что у меня в руках уже письмо, делаю широкий шаг в сторону двери и тут же во что-то врезаюсь. Из-за слез, застилающих глаза, я не сразу понимаю, что это так резко появилось передо мной и только когда это «что-то» хватает меня за руку и волочет за собой, приговаривая: «Ну ты вообще обалдела, ходить полуголой по коридорам!», я понимаю, что это Райвен!

— Пусти, Грозовой! — пытаюсь выдернуть руку! — Я закричу! Ты как тут оказался?!

— Тш-ш-ш, — шипит он на меня, заталкивая в какую-то комнату, по виду — кладовую. — Не кричи!

В следующую секунду он закрывает дверь на щеколду и выхватывает у меня из рук письмо.

— О! А это еще что?! Любовная записка? — приподнимает брови, насмешливо ухмыляясь и смерив меня странным долгим взглядом.

Запахиваю халат на груди и, вздернув нос, говорю:

— Отдай немедленно, это не тебе предназначено!

— А кому? Тому слизняку? Кристобалю? Ты совсем ничего не понимаешь? Да у него таких, как ты, в каждом городе по пять штук! Очнись, Мирэль!

— Мне все равно, что ты говоришь! Письмо отдай!

— А вот и нет! Я его твоим родителям отдам. Как думаешь, что они с тобой сделают? О! Я даже знаю ответ. Отправят в закрытый женский пансион. Лет так… на двадцать!

— Ты не сделаешь этого! — вскрикиваю испуганно.

Мои родители действительно могут так сделать, если прочтут, какой ужас я написала в том письме. Драконы — долгожители и двадцать лет для них не такой уж большой срок. Но я все равно не горю желанием свои лучшие годы провести в закрытой школе.

— Еще как сделаю, — ухмыляется Райвен, рождая у меня желание укусить его. — Хотя…

— Хотя? — повторяю с надеждой — может, все-таки, сумею с ним договориться.

— Быть может, мы сможем договориться, — отвечает моим мыслям, глядя на меня уж слишком пристально.

О, Боги! Что он мог задумать?! Может, лучше сразу в закрытый пансион?

Глава 4

Два дня назад. Райвен Грозовой

Тяжелая двустворчатая дверь захлопывается, когда до нее остается буквально три-четыре шага. Мирэль, эта малолетняя нахалка еще и язык успевает нам с братом показать. Ну что за девчонка!

Неужели она, и правда, верит, что Кристобаль Террийский в мужьях — это большая удача? Помчалась к нему на отбор, глупенькая! Разве не понятно, что Крис бабник, ловелас и гуляка номер один в королевстве?!

Хотя… Это мы, мужчины знаем, какой беспутный образ жизни ведет наследник Террийских. Тем более, он частенько сам рассказывает в мужских клубах за картами и бутылкой вина как «оприходовал новую цыпочку».

Но женщины, тем более, невинные девушки могут и не понимать какая гнилая натура скрывается за красивым фасадом этого мерзавца. С дамами он

Закладка:

Однажды я сам был свидетелем, как на спор с моим однокашником Леонардом Лавски младший Террийский за какие-то тридцать минут окрутил леди Кристи Тай. Прожженную, трижды вдовую даму. Красавицу, щелкающую мужские сердца как орешки.

Крис ее окрутил, да так, что она потом год бегала за ним, как собачонка на привязи. А когда он окончательно послал ее в дальние дали, куда-то исчезла. В обществе шептались, что леди попыталась наложить на себя руки, и родственники отправили ее в глухое имение, где она теперь живет под присмотром охраны.

Так что, если даже умудренные опытом леди пачками падают к ногам и в постель Кристобаля Террийского, то что уж говорить про Мирэль. Наивную и такую чистую, ни разу в жизни не столкнувшуюся с настоящей подлостью. Где ей было, с ее жизнью под хрустальным колпаком родительской любви, научиться отличать искусную ложь от искренности?..

— Мы ее упустили! Что я скажу родителям?! — стон Георга отвлекает меня от мыслей о Мирэль.

Друг садится прямо на каменные ступеньки крыльца и в отчаянии вцепляется себе в волосы. Несколько раз с силой их дергает и рычит:

— Они мне поручили присматривать за сестрой, зная ее шебутной характер. А я их подвел! Но я даже предположить не мог, что в этот раз дело выйдет за границы ее обычных шалостей. Был уверен, что и теперь будет что-то вроде ночного набега на сливовый сад соседей, или гонок на вивернах без седла и узды…

— А-а-а! Я пропал! И Мирэль пропала! — Георг в отчаянии машет рукой и замирает, глядя в одну точку.

— Друг, без паники. Еще не все потеряно — отбор, в любом случае, длится не один день, — я успокаивающе хлопаю его по плечу. — Мы успеем вытащить Мирэль оттуда, я тебе обещаю.

— Есть надежда, что через пару дней сестру просто выпнут с отбора за ее выходки, — Георг поднимает на меня взгляд. — Тем более, она взяла с собой своего лохматого любимца, а вдвоем они смертоносная сила, способная смести всех на своем пути.

— Это ты про Пуфика? — я удивленно приподнимаю брови. — Милейший парень, странно, что ты про него так отзываешься.

— Ну да, милейший! — хмыкает Георг. — Просто к тебе он по непонятной причине испытывает симпатию. Но вообще, характерец у него тот еще — если кто-то ему не понравился, то все. Лучше несчастному бежать от милашки Пуфика и Мирэль как можно быстрее и дальше.

— Ладно, без пессимизма! — я еще раз хлопаю Георга по плечу. — Раз ты утверждаешь, что вдвоем Мирэль и Пуфик страшная сила, то уверен, за день-два на отборе с твоей сестрой ничего неприятного не случится. А там я ее вытащу из этого… мероприятия, у меня уже есть мысли, как это сделать.

С трудом, но мне удается уговорить Георга оторваться от крыльца Террийских. Почти не разговаривая, мы возвращаемся на постоялый двор, где сегодня ночевали — мне надо хорошенько подумать и кое-что приготовить для нашего дела.

— Господин Грозовой, милорд, вам письмо! — едва мы переступаем порог заведения навстречу кидается хозяин, невысокий, вертлявый, хитроглазый мэтр Гранж.

— Спасибо, уважаемый, — я даю ему мелкую монетку, а сам быстро пробегаюсь глазами по конверту. Обычный конверт, какой можно купить в любой почтовой конторе. В отправителях числится некий «господин Фуко». Ничего не говорящая, для непосвященных, фамилия.

Но меня она заставляет насторожиться — под этим именем скрывается не кто иной, как глава Тайной Канцелярии. И если он написал мне лично, значит дело серьезное.

* * *

Райвен Грозовой

Забрав у хозяина постоялого двора письмо, ухожу в свою комнату. Только закрыв дверь на замок, вскрываю конверт и читаю короткий текст.

Угу, Глава требует явиться к нему сегодня в шесть вечера.

Смотрю на часы — времени до назначенного часа еще полно. Но тем не менее, собираюсь и осторожно, стараясь никому не попасться на глаза, выхожу из комнаты, а затем и с постоялого двора. Неспешно иду по знакомому адресу, время от времен проверяя нет ли за мной слежки.

Но все чисто, и постепенно я ухожу в свои мысли о том, для чего так срочно мог понадобиться главе нашей службы.

Никто, даже мои родители, не знает, что уже несколько лет, еще со времен учебы в академии, я сотрудничаю с ведомством, занимающимся политической разведкой и безопасностью государства.

В моем послужном списке есть несколько успешных дел, и даже одна награда. Я на отличном счету у Главы…

Но… Всегда есть «но», которое все портит. В моем случае это мой однокашник, выскочка и хитросделанный интриган Леонард Лавски.

Тут я морщусь — Лавски мало того, что без конца меня подсиживает, так он еще и лучший дружок этого Террийского, в которого, как она думает, влюбилась глупышка Мирэль.

Ну ладно, не глупышка! Вообще, голова у сестры моего друга соображает получше многих. Но Мири так верит в то, что все вокруг нее милые и хорошие, что иногда кажется просто наивной дурочкой. Как например в своем стремлении выйти замуж за Кристобаля Террийского. Ну дурость же чистой воды!

Тут я с чего-то вспоминаю то лето, и тот луг, где мы с ней целовались. Перед глазами опять встает ее нежное лицо и пухлые, зацелованные мной губы… Гладкая девичья кожа под моей ладонью. Доверчивый, нежный взгляд…

А, лысый хвост горгульи, нашел, о чем думать в такой момент!

Заставляю себя выкинуть из головы дурацкие мысли и следующие несколько кварталов я иду, размышляя о том, каким способом лучше всего вытащить Мири с отбора.

Желательно так вытащить, чтобы не стать после этого ее личным врагом на всю оставшуюся жизнь. Если учесть, что мы, драконы живем до-олго, то перспектива провести несколько веков враждуя с Мири Туманной — так себе радость.

Хочешь, не хочешь, надо будет как-то хитро извернуться, проворачивая это дело.

Уже на подступах к серому, мрачноватому зданию, где располагается главное управление тайного ведомства мыслями снова возвращаюсь к Леонарду Лавски.

Как ловко он увел у меня из-под носа задание, связанное с людским королевством! Хотя Глава собирался поручить его мне. Но Леонард буквально кинулся к нему в кабинет и принялся убеждать, что то, что моя мама — человек, не позволит мне беспристрастно отнестись к выполнению задания.

Поганец! И так каждый раз, он словно задался целью подкладывать мне свинью, уводя из-под носа самые интересные задания. Несомненно, тот факт, что его дядюшка служит вторым заместителем Главы, очень способствует Лавски в

Закладка:

Ну что же, мне остается только отлично исполнять порученные задания и надеяться, что однажды этот мошенник вместе со своим дядюшкой упадет в им же самим вырытую яму.

— Вам придется немного подождать, лорд Грозовой, — сообщает мне секретарь в приемной. — Глава ждет несколько срочных документов, которые я приготовил. Я закончу и после меня пойдете вы.

С этими словами господин Зольдер забирает со своего стола толстую стопку бумаг и одобрительно кивнув мне, заходит в кабинет начальника.

Оставшись один, я усаживаюсь на стул и некоторое время спокойно дожидаюсь своей очереди. Думаю о Мирэль и моем плане по изъятию ее с отбора. Прокрутив его в голове и так и эдак, не нахожу в нем ни одного изъяна.

Смотрю на висящие над столом секретаря часы — прошло почти полчаса, как он зашел в кабинет. Видимо немало документов потребовало внимания его начальника.

Встаю, чтобы размять ноги, несколько раз прохожусь по приемной из угла в угол. В очередной раз, когда я прохожу мимо двери в кабинет, она вдруг приоткрывается.

До меня доносятся громкие голоса Главы и его секретаря, и то, что я слышу, заставляет меня замереть на месте и превратиться в слух…

— Так вот, Маршалл, у нас появилась прекрасная возможность. Я бы сказал, уникальная возможность…, — голос Главы ведомства слышен так хорошо, словно они с секретарем разговаривают у самой двери в приемную.

Замерев, я стою и не знаю, как мне быть — подслушивать не благородно. Но… Даже если я отойду в самый дальний угол приемной, все равно буду прекрасно слышать через довольно широкую щель в двери.

Единственное, что я могу сделать — это захлопнуть дверь в кабинет Главы Тайной канцелярии. Но… я не имею права делать это. Так что стою неподвижно, и слушаю.

— Что вы имеете в виду? — почтительно интересуется секретарь.

— То, что, мы никак не можем наладить контакт с Вранарионом, людским государством. Их ненависть к драконам просто сверхъестественна. И у меня есть подозрение, что ее кто-то умело разжигает и поддерживает.

— Да, все наши попытки установить дипломатические или дружественные отношения наталкивались на непримиримую агрессию, — соглашается секретарь Маршалл.

— Вот именно! Но! Недавно из Варнариона пришло согласие принять нашу дипмиссию. Она была поспешно сформирована Его Величеством и уже готовилась к отправке. Но тут выяснилось, что лорд Пасификс не имеет возможности возглавить делегацию.

— У него проблемы?

— Еще какие. Он тяжело болен и ближайшие месяцы будет прикован к постели, увы.

— Печально, — бормочет секретарь. — Нужно завтра же отправить лорду письмо поддержки и цветы.

— Обязательно отправьте. Тем более, что его… самочувствие открывает для нашего ведомства широкие перспективы. Я обговорил этот вопрос с королем. Главой миссии в людское государство поедет наш ставленник. И у меня уже есть кандидатура, — в голосе Главы слышно явное довольство.

После этих слов в моей душе вспыхивает радостная надежда — наверняка эта кандидатура я! Иначе, зачем Главе вызывать меня к себе личным письмом, да еще так срочно.

Наконец-то, мне поручают серьезное дело, а не всю ту мелочь, которой мне приходилось довольствоваться до сих пор!

— И кто же он? — интересуется секретарь. — Осмелюсь предположить, что это может быть… эм-м… юный лорд Райвен Грозовой? Лучше его и не найти, мне думается.

Я гордо распрямляю плечи — совершенно согласен с этой точкой зрения.

— Да, молодой Грозовой во всех смыслах был бы лучшей кандидатурой, но…, — в голосе Главы звучит сожаление. — Но он не подходит по одному из самых важных параметров. Поэтому я вынужден выбрать на эту должность Леонарда Лавски. Он почти так же хорош, как Грозовой. Кстати, он еще не прибыл? Я отправлял ему письмо с приказом немедленно явиться.

— Лорд Грозовой уже здесь, ожидает в приемной, — почтительно сообщает секретарь.

— Так пусть заходит.

— Мой Лорд! — оказавшись в кабинете, я отдаю честь Главе. Стараюсь держаться спокойно, но в душе кипит бешенство — опять этот Лавски пытается обойти меня! Что у него есть такого, чего нет у меня?! Что позволяет ему занять должность, по праву принадлежащую мне?!

— Простите, Лорд, я невольно слышал ваш разговор с господином Маршаллом. По поводу делегации в человеческое государство…, — говорю, спокойно глядя в холодные серые глаза Главы.

— Я уверен, что лучше меня нет кандидатуры на должность главы дипмиссии. Моя мама — человек, и я хорошо знаком со многими людскими обычаями. Уверен, мои знания будут способствовать налаживанию дружеских отношений с правителем Варнариона.

Густая седая бровь Главы чуть приподнимается в удивлении, но больше на лице не дрогнул ни один мускул.

— Вы смеете оспаривать решения вашего руководства, Грозовой?

— Никак нет, мой Лорд, — рапортую уверенным тоном. — Я предлагаю принять альтернативное решение, которое будет лучше отвечать целям и задачам готовящейся миссии.

Замолкаю и жду, что скажет лорд Фуко. Понимаю, что совершаю невиданно дерзкий поступок — смею перечить главе ведомства. Понимаю, что это может грозить мне даже отставкой, но молчать не стану!

Неожиданно лорд Фуко произносит:

— Мне нравится твоя дерзость и желание подняться по служебной лестнице, Райвен. Ты абсолютно прав, утверждая, что твоя кандидатура — лучшая. Но… Но у тебя есть серьезный изъян — ты холост, мой мальчик.

У тебя нет жены, и даже невесты нет, поэтому ты не можешь отправиться в людское государство. Ни главой дипмиссии, ни даже рядовым сотрудником. Это требование людей — они не доверяют тем, кто слишком молод или слишком легкомысленнен, чтобы принять на себя ответственность за семью. Поэтому вместо тебя к людям поедет твой однокашник Леонард Лавски.

— Но Лавски тоже не женат!

— Недавно он встретил девушку, которой собирается сделать предложение. К моменту отбытия делегации в людское государство он уже будет женат.

— У меня тоже есть невеста! — вдруг заявляю я. — Совсем скоро состоится наша свадьба.

Серые глаза впиваются в мое лицо, изучая.

— Невеста, говоришь, имеется. И давно она у тебя появилась, Грозовой?

— Мы знакомы много лет, — сам не знаю, почем говорю это. — Ждали, пока моя избранница достигнет совершеннолетия и мы сможем пожениться.

В глазах Главы мелькает интерес. После некоторого раздумья он произносит:

— Если так, то должность главы дипломатического представительства ваша, лорд Грозовой. И не забудьте пригласить меня на свадьбу — хочу лично познакомиться с вашей супругой.

Через десять минут я выхожу из приемной, чуть не шатаясь от восторга — я сделал это! Добился, что мне поручили такое важное дело!

Теперь дело за малым — срочно найти приличную, симпатичную и хорошего рода девушку, которая выйдет за меня замуж.

Долго думать не приходится. Есть одна просто идеальная

Закладка:

При воспоминании о девушке, невольно улыбаюсь. Вот же, хитрюга! Как она нас с Георгом уделала. А ведь я был уверен, что все предусмотрел, уселся в коридоре, дежурил. В свое оправдание могу сказать только то, что даже в самом страшном ночном кошмаре не представлял, что Мирэль полезет в окно второго этажа! И это мое упущение. Мог бы и предположить, зная девчонку с раннего детства и помня, что она творила, когда была совсем мелкой. Бедные Туманные, хлебнули они с такой занозой.

Помню, мы все вместе неслись вдогонку за бродячим цирком, потому что Мирэль решила, что хочет повидать мир и к тому же, имеет талант воздушной акробатки, который просто обязательно нужно показать зрителям. Родители занозы чуть не схватили сердечный приступ, увидев восьмилетнюю дочурку под куполом цирка без страховки. Я сам обалдел! Хорошо, что все обошлось без травм.

Засмеялся своим воспоминаниям. Настроение сегодня — лучше некуда. Пожалуй, Георгу пока не буду говорить о возможности забрать его сестру с отбора, уже когда все сделаю, тогда сообщу. Надо еще как-то так подготовить парня, что мы поженимся. А то устроит… Хотя… кто его винит? Я бы и не такое устроил.

Ближе к ночи у меня уже была договоренность со слугой из имения Кристобаля. За небольшое денежное вознаграждение в виде мелкой серебряной монеты он открыл мне маленькую дверь запасного выхода и сказал, где находятся комнаты девушек, прибывших на отбор.

Без труда вычислив, где живет Мирэль с соседками, стал дожидаться подходящего момента. Хорошего шпиона отличает умение выждать подходящий момент для действий, этим я и занимался.

Увидев, как Мирэль вышла из своей комнаты и пошла по коридору в сопровождении рыжего кота, двинулся следом. Девчонка явно чем-то расстроена. Когда я осознаю, что глупышка идет к комнатам Кристобаля, едва сдерживаюсь, чтобы не схватить ее в охапку и не унести куда-нибудь в укромное место. А потом отшлепать! Это же надо, что придумала?! Предлагать себя мужчине! Совсем ум потеряла?!

Боги! С каким облегчением я вижу, что Кристобаль не изменяет своим скотским привычкам — гадить везде, где можно. Мирэль мне даже жаль. Увидеть, как твой визави провожает другую женщину, с которой его явно связывает не чаепитие со светскими разговорами — это удар. И девчонка воспринимает эту оплеуху судьбы крайне агрессивно. С удивлением вижу, что она намерена ввязаться в драку?! Сумасшедшая!

Хватаю ее за талию и заталкиваю в ближайшую комнатушку, к несчастью, оказавшейся кладовой. Едва не получив ручкой швабры в лоб, отпускаю яростно сопротивляющуюся Мирэль. Под дых дает осознание, до чего же она красива. Очень! Эти разметавшиеся волосы, яркие губы, огонь в глазах. А уж то, что я вижу в декольте ее домашнего халата, заставляет меня сглотнуть внезапно набежавшую слюну и сделать шаг к девушке.

Не знаю, куда бы это зашло, вообще не понимаю, что стукнуло мне в голову, но останавливает меня испуг в глазах Мирэль. Резко останавливаюсь и выхватываю у нее из рук письмо. Просто чтобы как-то оправдать то, зачем я подошел к ней так близко, что даже почувствовал нежный аромат ее тела — запах меда, солнца и каких-то цветов.

— О! А это еще что?! Любовная записка? — подначиваю ее, чтобы она не заметила той мимолетной растерянности, что накрыла меня недавно.

Говорю просто наугад, но когда Мирэль бледнеет, меня накрывает злостью. Серьезно?! Она собиралась признаться Кристобалю?! Этому распутному козлу?! Да я… вообще в бешенстве. Запереть ее, и все!

Для ее же безопасности угрожаю Мирэль, что расскажу ее родителям. И тут… внезапно понимаю, что девчонка сама того не зная, дала мне козырь, благодаря которому я заполучу все, что хочу. А дракон внутри меня довольно урчит. «А может, и больше…».

* * *

Райвен Грозовой. Кладовка во дворце Террийских. Сейчас…

— Ты не сделаешь этого! — вскрикивает Мирэль

— Еще как сделаю, — ухмыляюсь кровожадно. — Хотя…

— Хотя...? — девочка с надеждой смотрит на меня.

— Быть может, мы сможем договориться, — отвечаю.

Так, теперь надо чуток придавить девчонку и в то же время заинтересовать.

— Договориться? — теперь она смотрит испуганными глазами. Правильно, бойся. Мне это только на руку.

— Я ничего не расскажу твоим родителям и брату. И даже помогу удовлетворить твою жажду к перемене мест.

— С чего бы это? — спрашивает с подозрением.

— С того, что у меня есть такая возможность, — довольно улыбаюсь.

— А от меня тебе что будет нужно? В обмен?

Ты смотри, может же, когда хочет! И здоровый прагматизм включается, и подозрительность.

— От тебя мне будет нужно малю-юсенькое одолжение. Крошечное. Сделаешь, и мы поедем в государство людей. Я же знаю, ты хотела посмотреть, как живут другие народы.

— Людей? — в глазах Мири загорается огонек интереса. Давай, милая, соглашайся. Ты не устоишь, я знаю.

— Да. Представляешь, ты собственными глазами увидишь их быт, нравы, обычаи. Их города, села, мастерские и театры…, — шепчу искушающе, наклонившись к ее ушку. Заодно тяну в себя ее запах — свежесть луговых цветов и сладость меда.

В голубых глазах появляется томное предвкушение — Мири явно уже мыслями в людском государстве… Ну, еще немножечко.

— Увидишь такое, чего не видел почти никто, — продолжаю шептать, почти касаясь ее маленького ушка.

— А что за одолжение тебе нужно? — словно очнувшись ото сна, вдруг спрашивает Мирэль. Отодвигается, смотрит с подозрением.

— Совершенно малюсенькое. Я еду в королевство людей с дипломатической миссией. Будут светские рауты, балы, приемы. Но все это станет доступным, только если у меня появится жена. Понимаешь, куда я клоню?

— Нет, — отвечает и на лице ни малейшего признака работы мозга.

Скриплю зубами.

— Мне в жены нужна такая девушка, которая знает меня. При этом понимает, что в голове у меня сейчас только карьера, и о любви не может быть и речи. Которая не влюбится, и не начнет портить мне и себе жизнь. Понимаешь, куда я клоню?

— Нет. Но это уже утомляет, — тянет Мири озадаченно.

Да чтоб тебя! Чертыхнувшись, говорю прямо. Для самых бестолковых девчонок на свете!

— Нам с тобой нужно будет пройти венчальный обряд и стать мужем и женой, — увидев округлившиеся глаза у Мири и ужас в них, спешно добавляю: — Это будет фиктивный союз.

— Все, благодарю, наша беседа была очень… хм… интересной, но я пошла спать, — девчонка отпихивает меня и пытается

Закладка:

— Так, стоп! — говорю громче, чем мне бы хотелось, наверное из-за того, что звенит в голове после удара твердым древком от орудия земледелия. — Ты не хочешь путешествовать? Или, может, я тебе очень неприятен и ты не сможешь стоять со мной рядышком, когда нас будут представлять королю Леонию?

— Леонию? Тому самому Леонию? — неверяще переспрашивает Мири.

Ха! Я знал, что она клюнет. Помню ее увлечение мистическими рассказами о жизни короля.

— Тому самому, — киваю, старательно скрывая удовлетворение. А то с Мири станется делать мне наперекор. Вреднюга!

— И… мы потом сможем развестись? По первому моему требованию? И я стану свободной и смогу делать все, что захочу?

— Если тебя не пугает развод и слава разведенки, то да.

— Не пугают! — Мирель решительно кивает головой. — Хорошо! Договорились. Завтра с утра я закажу платье, думаю, недели через две оно будет готово.

— Не-а! Свадьба будет сегодня ночью. Чего тянуть, раз ты согласна?

— Нет! Ты что, Райвен! Мне нужно платье, массаж, прическа, — девушка перечисляет всякую ерунду, загибая пальцы один за другим.

— Ерунда! Мы уходим! — открываю дверь каморки, подхватываю Мири на плечо и устремляюсь на выход. Она взвизгивает:

— Отпусти меня!!

— Не кричи, если не хочешь, чтобы все видели тебя в домашнем халате, в непристойной позе, и с мужчиной. А если кто-то услышит твои вопли и примчится посмотреть, что происходит, я начну тебя целовать на глазах у изумленной публики, — пугаю, продолжая идти и тащить ее на себе.

— Отпус-с-ссти!! — шипит Мири, вцепившись мне в спину длинными ногтями. Тигрица, а не драконица!

— Ни за что! Мы уходим!

Вот так и идем, под шипение и ругань девчонки. Она даже укусить меня пытается! Какой темперамент, а?! Уверен, я ни дня не пожалею, что взял ее в жены!

Глава 5

Мирэль Туманная

Да что он себе позволяет! Нахал! У меня уже голова кружится!

— Пусти-и-и!! — кричу, потому что мы вышли в парк.

— Мири, не дергайся, совсем немного осталось, сейчас погружу тебя в экипаж и вперед, навстречу счастливой семейной жизни! — доносится до меня веселый голос этого наглеца.

А меня от мысли о «счастливой семейной жизни» даже озноб пробрал. Нет, к этому меня жизнь не готовила!

Начинаю брыкаться еще сильнее. Так увлекаюсь, что не слышу звука подъехавшего экипажа. Резкое движение и я уже сижу в задранном до бедер халате на сиденье кареты. Следом заскакивает Райвен, и мы едем на довольно большой скорости.

— Что за спешка? Я не хочу выходить замуж в халате! И… — смотрю на свои ноги, обутые в удобные тапочки с меховыми помпонами, — И дурацкой обуви!

Тычу под нос Райвену свои ноги в тапках. Он бросает быстрый взгляд, который внезапно не останавливается на моих ступнях. Ползет выше, до колен, обдает жаром бедра и… Вскрикнув, запахиваю халат, очень надеясь, что Райвен не успел увидеть краешек моего «земного» белья, привезенного Алекс для нас с мамой в качестве подарков. Оно такое... не очень пристойное. Незачем его видеть всяким дефективным.... Ой, фиктивным женихам.

А бывший друг детства поднимает взгляд выше и останавливает его на груди. На моей! Бли-и-ин! Покрепче запахиваю ворот.

— Ну вот, видишь! Этот наряд категорически не подходит для свадьбы. Еще голову украсить нужно. Диадему там, тиару. Что-нибудь!

— Мири, нам нужно все сделать быстро, чтобы я мог завтра предъявить начальству нашу бумажку о совершенном обряде и получить инструкции. Будет обидно, если мы с тобой поженимся, а в дипломатическую миссию поедет кто-то другой, правда?

— Да уж… неудачно получится.

— Вот и я об этом. Время на нашей стороне. Глупо разбазаривать такой ценный ресурс на мелочи, которые ты получишь потом, при настоящем обряде с любимым мужчиной, а не другом детства.

— Тем более, ты мне даже не друг! — фыркаю.

— Почему это вдруг? — Райвен удивленно приподнимает темную бровь. — Разве не я выручал тебя из цирка? Или в том дурацком походе, когда ты вознамерилась стать русалкой? Не я ли спас тебя от разбушевавшейся белки, решившей, что ты жадная нахалка, раз не хочешь делиться орехами?

— Но у меня уже не было ничего! Я же ей все отдала! — возмущаюсь, вспомнив как мне было обидно, когда миленькая рыжая белочка вдруг кинулась на меня, громко стрекоча и пытаясь укусить. — У меня после того случая долго была белкобоязнь, между прочим!

— Была? — издевательски переспрашивает, вытягивая длинные ноги в узком пространстве кареты и вынуждая меня отодвинуться к противоположной стороне сидения.

— Да была! Но я переборола страх, хотя мне это стоило очень много сил и нервов!

— Могу себе представить, — усмехается снисходительно. — Вот видишь, я сейчас сходу, навскидку, вспомнил три эпизода, когда был тебе и другом, и спасителем, а ты говоришь — не друг.

Мне кажется, или в голосе Райвена, кроме ехидства слышна и легкая обида?

— У тебя слишком хорошая память, — говорю, поджимая недовольно губы.

— Или у тебя слишком плохая, — отвечает и закрывает глаза, делая вид, что спит.

Едем молча, но недолго. Спустя несколько томительных минут, карета останавливается.

— Пора на выход, молодая новобрачная, — ехидничает Райвен.

— Ты всерьез потащишь меня на обряд в халате? — спрашиваю, все еще надеясь, что он шутит.

— Если захочешь, позже устроим показательный праздник с платьем и прочим. Сейчас не до этого. Или ты передумала? — интересуется Райвен холодно.

— А если передумала?

— Придется тебя силой тащить к алтарю, — отвечает, и я не совсем понимаю, он издевается, или всерьез. — И про письмо не забудь.

— Ты отдашь его мне? После обряда?

— Кончено, нет. Я отдам письмо тебе при разводе. А пока пусть лежит у меня.

— Ты редкий гад, знаешь это? — говорю, оперевшись на его руку и заходя в храм, где возле алтаря нас ждет заспанный и хмурый жрец.

— Знаю. Ты мне часто об этом говорила, — отвечает с какой-то грустью.

Поворачиваю голову на Райвена и ловлю его взгляд. На долю секунды. Какой-то странный… Слишком пристальный... Слишком горячий. Напрягаюсь. Какое-то у меня нехорошее предчувствие!

У нас же фиктивный брак? Правда ведь?!

— Что это за храм? Я здесь никогда не была, — интересуюсь, останавливаясь у входа. Упорно пытаюсь запахнуть халат на груди. Это просто ужас. Выходить замуж в таком виде даже моей, без предрассудков, натуре как-то… грустно.

— Мур-р, — раздается вдруг из сумки, которую держу на плече. Я охаю — мой котик! Как же я забыла про него.

— Пуфик, маленький мой! Какой ты молодец, что не растерялся и сам забрался

Закладка:

Тут Пуфик снова мяукает, но на этот раз как-то странно, очень тихо и придушенно.

— Что с тобой?! — я хватаю его на руки и…

— Ой, Пуфик, что это у тебя во рту?!

— Мяу! — уже во весь голос вопит котик, выплюнув то, что держал в пасти!

— Это же… Мои туфли! Пуфик, ты гений!

Я запускаю руку в свою сумку и одну за другой достаю пару туфель. Белоснежных, из тонкого шелка, отделанных стразами. С крошечными бантиками на задниках! Вернее, уже с одним бантиком — второй побывал у Пуфика в пасти и восстановлению не подлежит. Ну и ладно!

Решительно обрываю второй бантик и торопливо скидываю ужасные тапки. Мгновение, и мои ножки обуты в чудесные свадебные туфельки, которые я приготовила, чтоб именно в них идти к алтарю с Кристобалем.

Вздыхаю — ну вот, к алтарю в них и пойду. Правда, с другим мужчиной, и без бантиков на пятках. Спасибо, мой умница Пуфик! Хоть что-то красивое будет на мне в этот день.

Пока я, чуть погрустнев, рассматриваю свои выглядывающие из-под халата ноги в нарядных туфельках, Райвен внимательно смотрит на мое лицо. Протягивает руку и осторожно гладит по щеке.

— Не расстраивайся, Мири! Даже без нарядного платья ты самая красивая невеста!

— Ну да, в этом храме я вообще единственная невеста, потому и самая красивая, — соглашаюсь уныло.

— Вы собираетесь сегодня жениться? Сколько я могу ждать! — доносится до нас недовольный голос жреца.

— Одну минуту, — делает ему знак Райвен. Жрец возмущенно смотрит, но больше ничего не говорит. Приваливается к алтарю, и продолжает дремать.

А Райвен вдруг спрашивает:

— Что ты хотела, Мири? Диадему на голову?

— Диадему, массаж, прическу…, — перечисляю все радости каждой невесты.

— Ну, с прической я тебе не смогу помочь, а с остальным, — Райвен вдруг лукаво улыбается.

Снимает свой шейный платок и красиво его скручивает. Произносит какое-то заклинание и ткань сворачивается в подобие венка или тиары. После чего Грозовой снимает с шеи цепь с висящим на нем крупным камнем в резной оправе. Ловко вплетает все это в ткань и протягивает мне.

— Ох! Как красиво! — ахаю я, увидев, что он сделал. — Да это же настоящая диадема, такая необычная. Жаль, что я не смогу сделать под нее прическу.

— С распущенными локонами ты будешь прекраснее, чем с любой, самой сложной укладкой, Мири. Давай я помогу тебе закрепить ее на волосах.

Райвен подходит ближе и осторожно надевает диадему мне на волосы. Несколько секунд любуется, потом командует:

— Повернись ко мне спиной.

Уверенная, что он хочет получше закрепить украшение, послушно поворачиваюсь — какой же он молодец! Придумал сделать так просто, и так красиво. Ох, похоже дизайнерский талант пропадает у младшего Грозового!

Пока я так размышляю, на мои плечи ложатся его руки. Начинают мягко их поглаживать. Потом мужские пальцы начинают сжиматься чуть сильнее. Потом еще сильнее. Сдвигаются к лопаткам, прикасаются к шее. Спускаются ниже. И в конце концов оказываются у меня на талии, а потом и на животе, где начинают уж совсем неприлично меня гладить!

— Ты что творишь, Райвен?! Тем более в храме! — я пытаюсь стряхнуть его наглые руки, но он и не думает их убирать! Разворачивается так, чтобы закрыть меня от глаз храмовника, наклоняется и шепчет:

— Массаж, Мири! Ты ведь хотела перед свадьбой массаж… Это он.

— Да… Да ты… Нахал! — верещу я, отпрыгивая от него к дверям храма.

— Не хочешь, не буду пока, — заявляет этот наглец и смотрит на меня так, что мои щеки становятся красными, как солнце на закате. — Тем более, нам уже пора.

Хватает меня за руку и чуть не волоком тащит вперед. Останавливается перед алтарем и рявкает:

— Пора приступать к обряду, жрец!

Возмутительно! Я хотела пройтись до священного камня красивой походкой! А меня как сани по снегу проволокли!

Жрец от грозного рыка Грозового подпрыгивает и торопливо спрашивает:

— Согласен ли ты, Райвен Грозовой взять в жены Мирэль Туманную?

— Да!

— А ты, Мирэль, согласна ли взять в мужья Райвена Грозового?

— Да… я не… — пытаюсь возмутиться, но храмовник меня обрывает:

— Согласие невесты получено, ее «да» на мой вопрос прозвучало. Объявляю вас супругами. Можете поцеловаться!

— Что?! Что тут…, — я пытаюсь сказать, что нет, мы не можем за половину минуты стать мужем и женой!

Да, рот я открыла, чтобы высказать этим двоим все, что думала, но…

Храмовник просто поворачивается к нам спиной и бросив, что через несколько минут принесет документы о браке, уходит.

А этот наглый, беспринципный тип поворачивается ко мне с довольной улыбочкой на все лицо, и заявляет:

— Ну что, дорогая жена, тебе пора поцеловать своего мужа.

Что?! Что!!!

Я начинаю надуваться возмущением. Открываю рот, чтобы сказать все-все-все, что думаю о происходящем. Но тут меня обнимают мужские руки, и я оказываюсь прижатой к широкой, вкусно пахнущей сандалом и хвоей груди.

Райвен наклоняется, и почти касаясь губами уха, мурлычет:

— Сейчас мы получим свидетельства о браке и отправимся в гостиницу, где нас уже ждет номер для новобрачных с широкой и мягкой кроватью…

Что?! Какая еще кровать для гостиницы в новобрачном свидетельстве?! Мы так не договаривались!

* * *

Райвен Грозовой

Какая же Мири смешная! Глаза вытаращила, щеки раздула, того и гляди лопнет от возмущения, услышав про кровать.

Совсем девчонка еще. Всю дорогу до гостиницы пыхтит сердито, и кажется, обмозговывает план борьбы со мной. Верит, что я и правда потащу ее в брачную постель!

Ну нет, я маленькими девочками не интересуюсь, а она еще совсем дитя. Бестолковое, задиристое, нахальное. Вообще не в моем вкусе. Мне нравятся девушки созревшие во всех смыслах, обязательно с покладистым характером, ласковые.

Которые рады, что я обратил на них внимание, а не придумывают, как бы меня утопить, удушить или расчленить на мелкие кусочки.

Не доезжая до гостиницы, снимаю свой сюртук и накидываю Мири на плечи — не хватало еще, чтобы кто-то посторонний глазел на мою жену, одетую лишь в халат! В гостинице беру ключ от приготовленной нам комнаты и обнимаю ее за талию.

Громко произношу:

— Пойдем дорогая, брачная постель ждет нас! — а сам смеюсь в душе над тем, как она возмущенно скрипит зубами.

Но к лестнице на второй этаж идет спокойно, гордо делая вид, что ей нет дела до

Закладка:

Несет себя с таким видом, словно выходить замуж в халате, шелковых туфельках и самодельной диадеме с родовым камнем Грозовых — это не только в порядке вещей, но и особая привилегия для избранных.

Умничка, может держаться с королевским достоинством, не выдавая царящей в душе бури! Отличное качество для жены дипломата.

Надо будет потом похвалить ее за такое поведение. Тем более, что она не подозревает, что я не настоящий глава дипмиссии, а агент под прикрытием. Но и не надо ей этого знать, пусть верит, что она жена обычного посла в другом государстве. Меньше будет знать, лучше будет себя чувствовать.

Лишь когда мы оказываемся у двери нашего номера Мири выдергивает руку из моей и топает ножкой в белоснежной туфельке:

— Ты что себе позволяешь, Грозовой! По какому праву лапаешь меня за талию?!

— По праву мужа, Мирэль Грозовая. По праву законного супру-у-уга! Заходи скорее в номер и давай будем укладываться — завтра нам рано вставать.

— Это еще зачем? — морщит носик. — Я хотела поспать подольше.

— Затем, милая, что ты не можешь и дальше ходить в халате. Тебе нужна одежда, соответствующая твоему статусу супруги посла.

— А, ну да. Согласна, — отвечает неожиданно покладисто.

Тут мы заходим в комнату, и Мири встает столбом, выпучив глаза на огромную, под алым с золотом бархатным балдахином, двуспальную кровать. Обводит взглядом всю комнату и не найдя в ней больше мест, пригодных для сна, тычет пальчиком в сторону этого деревянного монстра:

— Эт-то что?! — взвизгивает. — Почему тут только одна кровать?!

— Мы женаты, милая, — напоминаю ей. — А супруги спят в одной кровати.

— Я не буду спать с тобой рядом! И перестань хватать меня за руки, ни к чему это!

— Мири, мы с тобой муж и жена, и будет странно, если мы будем спать в разных комнатах, или ты будешь шарахаться от моих прикосновений, — объясняю, посмеиваясь про себя. Ну точно, дитя дитем, за ручку с мальчиком стесняется ходить!

Хмурю брови и спрашиваю строгим тоном:

— Думаешь мне хочется возиться с тобой, таким ребёнком несмышленым? Но приходится!

— Ты! Ты! Я уже взрослая! — шипит, возмущенно сверкая глазами.

Недовольно качаю головой:

— Не похоже, что взрослая. Ведешь себя, как избалованная капризуля. Или ты не понимаешь, что никто не должен догадаться, что наш брак фиктивный? Иначе наша дипломатическая миссия в государстве людей будет провалена.

Ты хочешь подвести свою страну, Мирэль? Лишить наше королевство возможности установить дружеские отношения со столь важным соседом?

— Нет, нет конечно, — она, кажется, смущается и выглядит немного виноватой. — Ладно, будем спать в одной комнате. Но ты на полу!

— Ну нет, ты что! У меня заболит спина на жестком, а нам завтра в дорогу. Или ты мне массажик сделаешь, милая женушка? Я же тебе делал.

— Вот еще, — фыркает, и идет к кровати. Удивленно смотрю ей вслед — неужели сдалась?

Но нет, Мири берет подушки с кровати и укладывает их в линию ровно посередине постели. Смотрит довольно и объявляет:

— Вот, ты будешь спать на своей половине, а я на своей! — после чего поворачивается и исчезает в ванной комнате.

Ну да, ну да, конечно буду…

Когда она умытая и пахнущая туалетным мылом выходит из ванной, я уже расположился в кровати, преспокойно изъяв свою подушку из «пограничного» сооружения. Обнял ее и лежу с довольным видом.

— Ты! Грозовой, немедленно верни подушку на место! — требует и опять топает ногой в досаде. Топотунья Мири.

— Тебе нужно от меня отгораживаться, свою подушку и используй. А я на своей законной спать буду. И давай-ка, выключай уже свет, он мешает мне.

Щелкаю пальцами, гася магсветильники, и комната погружается в темноту.

Мири еще стоит у кровати, сопит, словно рваная грелка. Потом не выдерживает и наощупь идет к кровати. Начинает шарить руками, отыскивая одеяло, и тут я пододвигаю свою голую волосатую ногу как раз на то место, куда целится ее ладонь.

Раз, и ее пальчики обхватывают мою щиколотку. Недоуменно замирают, а потом ползут по ноге вверх, явно пытаясь понять, что это такое.

Добираются почти до колена и тут я довольным голосом тяну:

— Ах, милая Мирэль, как ласково твои ручки массируют мою ногу. Продолжай, милая, продолжай…

— Что-о-о!

Взвизг, и ее ладонь исчезает, а я начинаю ржать, довольный своей выходкой.

— Ты… Грозовой! Мерзавец! — она аж задыхается от возмущения. Мне даже в темноте видно, как горят от злости ее глаза. — Я тебя прибью!

— Но-но! Не вздумай пересечь границу, которую сама же и сделала! Иначе я решу, что ты захотела наш брак сделать не фиктивным, а продуктивным, — грожу ей.

Мири еще что-то бухтит в ответ, но я, довольный собой, уже засыпаю. Последнее, что слышу, это ее мстительный шепот:

— Ну, завтра я за все отыграюсь, Грозовой! Готовься!

Буду ждать, малышка Мирэль. Посмотрим, что ты там придумала интересного…

* * *

— Я возьму это платье. К нему, пожалуйста, добавьте ту сумочку, эти туфельки, и во-о-он ту шляпку. Да-да, эту, в виде корзины с гнилыми овощами. Уверена, она произведет фурор в людском королевстве.

Пока продавщица достает с полки жуткую конструкцию, почему-то названную шляпкой, я стою и с невинным видом поглядываю на вытянувшееся лицо Райвена.

Да, милый, я тебе обещала отыграться за все твои гнусности! За свадьбу в халате. За общую кровать. За шуточки твои идиотские. Особенно за твое голое, волосатое копыто, которое ты мне вчера подсунул! За все ответишь!

Расплываюсь в довольной улыбке — по магазинам я его таскаю уже… четыре часа. Да-а, четыре невообразимо прекрасных для меня часа, когда я покупаю и покупаю. Платья, шляпы, обувь, перчатки, плащи, веера… И все жуткого, самого уродливого вида, какой только бывает на свете!

Какое это удовольствие видеть, как с каждой минутой лицо Райвена становится все мрачнее. Как уровень досады в его глазах все растет и растет, грозя вот-вот выплеснуться наружу. Как его разрывает от раздражения. Блаже-енство!

Конечно, носить всю эту пакость я и не подумаю. Потихоньку, когда мой муженек не видит, я добавляю к покупкам нормальные вещи. Постепенно у меня набирается полноценный гардероб, подходящий на все случаи жизни, но этот негодяй о нем не знает.

Для него я обладательница отвратительно вкуса, которая обнесла половину столичных лавок с самыми ужасными нарядами.

Вот пусть и мучается, что взял в жены такую… дамочку. Это он еще не знает, что ждет его в конце моего представления!

— Мири… Э-ээ. Не пора ли тебе закончить с покупками? Нам скоро ехать… Да

Закладка:

— Райвен! Как ты можешь так говорить?! Я твоя супруга, жена посла! Я обязана выглядеть лучше всех в делегации. Должна быть самой яркой, самой нарядной, самой запоминающейся!

— Уверяю тебя, дорогая, в нарядах, что ты выбрала, тебя будет невозможно не запомнить, — он уже почти рычит.

Ага, созрел! Переходим к финальной части моей акции возмездия.

— Ты думаешь, этого хватит? — произношу с сомнением, оглядываясь на ползущую за нами карету, под завязку набитую свертками и пакетами с моими покупками.

— Уверен! Абсолютно!

Тяжело вздыхаю.

— Ну хорошо, раз ты так считаешь. Зайдем тогда в ту лавку — это ателье госпожи Шиньелье, оно самое модное в столице. Купим мне дорожное платье и можем отправляться домой.

— Я хочу примерить этот наряд, — в лавке модной портнихи суета. Десятки столичных модниц расположились в примерочных, а помощницы модистки, все в мыле, подносят им наряды.

Мне быстро находят нужный размер, относят платье в примерочную. Вместе с ним шляпку с широкими полями, которая обязательно должна участвовать в моем представлении.

Служащая помогает мне снять платье и надеть обновку. Кручусь перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Мне кажется, сидит идеально.

— Упакуйте мой старый наряд, а я поеду сразу в новом, — велю служанке. Она кивает, берет платье, которое мне дала хозяйка гостиницы вместо моего халата, и убегает из примерочной.

Я же лезу в свою волшебную сумку и достаю еще один подарок маминой подруги, который она принесла мне из своего мира. Алекс такая милая, даже не верится, что она мама этого отвратительного Райвена! Как у такой замечательно женщины мог вырасти такой… ужас, а не сын!

Натягиваю на голову и лицо нечто похожее на серо-зеленую маску, с прозрачными кругами напротив глаз. С какими-то уродливыми банками со стороны щек и в районе носа. Как Алекс сказала, штука эта называется про-ти-во-газ, и используется для защиты от магии ее мира под названием «газы».

Не знаю, что там за газы, но против одной конкретной заразы, эта штука мне поможет!

Натягиваю, значит, эту прелесть. Надеваю шляпку и опустив голову, чтобы поля прикрывали лицо, выхожу из примерочной. Подхожу к ничего не подозревающему Райвену, мило болтающему с хозяйкой салона. Беру его под ручку и кокетливо произношу:

— Милый, я готова отправляться домой, в наше семейное гнездышко.

Правда, голос мой из-за этой штуки на лице звучит словно хрип простуженной горгульи. Райвен вздрагивает, поворачивает голову и тут я поднимаю к нему лицо.

— Мать его! — совершенно некультурно восклицает мой муженек. Челюсть его отвисает почти до груди. Глаза делаются размером с кулак. Он шумно сглатывает и таращится на меня:

— Ты… вы кто?! — произносит заикаясь.

— Милый, это я, твоя Мирэль! — говорю с упреком. Поворачиваюсь к хозяйке магазина, произношу с достоинством:

— Я Мирэль Грозовая, супруга моего милого Райвена, — и тяну к ней руку, чтобы поздороваться.

Дамочка, почему-то, здороваться со мной не хочет. Взвизгивает и отрыгивает от меня, не хуже лягушки. Ну и не надо, подумаешь!

— Мирэль, это ты?! — звучит у меня над ухом злой шепот.

— Конечно я, дорогой. Как тебе мой новый имидж? Правда, чудесный макияж? Теперь все знают, что великолепный Райвен Грозовой женился на двуногой жабе, потому что никто приличный за него не пошел. Ну что, мы едем домой или еще тут постоим?

Поворачиваюсь и первая иду к двери. Под потрясенными взглядами служащих госпожи Шиньелье выхожу из лавки. Райвен, чуть не пыхая драконьим пламенем вылетает за мной, и тут…

— О, Райвен Грозовой, какая встреча, — слышится мужской голос. Возле нас останавливается средних лет господин в сером сюртуке, с неприметным лицом. Райвен, при виде этого господина, сразу прикрывает меня своей спиной.

— Э-э, добрый день, господин Фуко, — мямлит странным голосом.

А господин строго смотрит на моего супруга и вопрошает:

— Когда же вы представите мне свою супругу? Вы, кажется, уже должны были жениться, Грозовой?

— Я… э-ээ, — начинает мычать этот негодяй, и я понимаю, что пришел мой звездный час.

Выхожу из-за его спины и предстаю перед господином в сером. Щебечу своим загробным басом:

— Здравствуйте, господин Фуко. Я вижу вы знакомы с моим любимым мужем. А я его супруга, Мирэль Грозовая. Мы с моим Райви знакомы с самого детства и влюблены друг в друга много-много лет. Милый Райвен долго ждал, когда я вырасту и моя красота полностью раскроется в своей неповторимой прелести, чтобы сочетаться браком! И вот, наконец, дождался.

— Мы поженились буквально вчера, — добавляю застенчиво и протягиваю мужчине руку — может он будет посмелее, чем хозяйка салона?

— Я… м-м-м… Я счастлив познакомиться с вами… эээ госпожа Грозовая, — мужчина все-таки находит в себе силы посмотреть мне в лицо и даже целует мне ручку. Смелый какой!

— Грозовой, можно вас на пару слов, — Фуко поворачивается к Райвену, хватает его за рукав, и оттаскивает в сторону. Наклоняется к нему и шепчет вроде бы негромко, но мне все слышно.

— Грозовой! Проводишь свою... жаб… жену домой и немедленно ко мне! Будем решать вопрос, кого отправить главой делегации вместо тебя. Потому что твою… эээ… супругу не то, что людям показывать нельзя, ее даже нечисть ведьминская на болотах испугается...

Ой, это что, Райвена хотят лишить должности главы делегации?! Значит я не увижу загадочное государство людей?! Не попаду в таинственный дворец к королю Леонию!

Нееет! Не для этого я замуж выходила!

Стягиваю с головы противогаз, поправляю волосы. Мило улыбаюсь повернувшимся ко мне мужчинам и развожу ручки в стороны:

— Шутка!

Глава 6

— Шутка! — повторяю, поправляя прическу.

— Однако… — начальник Райвена удивленно приподнимает брови, — ваше чувство юмора весьма… неожиданное.

— К сожалению, так и есть, — покаянно киваю, беру господина Фуко под руку и медленно иду с ним по тротуару. — Но Райвен на меня положительно влияет. Со всех сторон.

— Да? Я пока не заметил, — мужчина скептично посматривает на меня.

— О, поверьте. С тех пор как мы с ним вместе, я стала гораздо… спокойнее.

Еще немного поболтав, я, вроде бы, смогла убедить Фуко не пороть горячку. Он хоть и смотрел все так же подозрительно, но когда они с Райвеном отошли поговорить, я услышала, что моему фиктивному муженьку нужно в течение часа приехать за документами. А значит, мы все-таки едем!

— Да уж. Едва все не сорвалось, — говорит дракон, проводив меня в комнату. —

Закладка:

— Ой, да ладно тебе, — легкомысленно махнув рукой, усаживаюсь на кровать. — Все же обошлось. У меня получилось исправить положение.

— Угу. Ты в этом мастерица: сначала все испортить — а потом чинить то, что еще недавно не нуждалось в починке, — зудит Райвен.

— А ты не загоняй меня в угол и не будет таких ситуаций, — даю рекомендацию.

— А ты не веди себя так, что приходится загонять тебя в угол, — Райвен выкатывает и от себя совет.

— Ладно, — соглашаюсь, вызвав на его лице смешное выражение почти изумления, — попробую.

— Хорошо. Я поеду за документами, сможешь побыть здесь и ни во что не вляпаться? — спрашивает, скептически скривившись.

— Рискну попробовать, — отвечаю. — Займусь подготовкой к поездке и обещаю не выходить из номера, если ты не заставишь меня пропустить обед. Есть я уже почти хочу.

— Не волнуйся, меня мама научила, что голодная женщина — страшная женщина, почти склонная к членовредительству, причем не своему. Буду через полтора часа.

— Время пошло, — сообщаю Райвену, со смешком наблюдая, как он быстро выходит из комнаты.

Заперев за ним дверь, принимаюсь распаковывать сегодняшние покупки. Большую часть которых планирую раздать на нужны бедным. Остальное — соберу. Кое-что запихну в мою пространственную сумку. Кстати, как там Пуфик? Я его выпускала гулять и поесть, вчера вечером и сегодня утром. Остальное время кот спал в сумке, даже не думая вылезать. Удивительно ленивое существо.

Почти силой вытащив кота, ложусь на кровать, прижимаю к себе тарахтящее, не хуже новорожденного дракончика, животное и чуток придремываю. Просыпаюсь от того, что замерзли ноги. В комнате серо. Не поняла? Уже вечереет? А где же Райвен. Сажусь, Пуфик недовольно фыркает, переворачиваясь на другой бок.

— Райвен? — может, он в ванной комнате.

Тишина в ответ.

— Райвен? — пробую еще раз.

Но никто не отвечает. Неужели он еще не вернулся? Мы же договаривались. Желудок громко воет. Ну вот. И что теперь делать? Сколько еще ждать?

Сначала я и правда, жду. Но чем темнее становится в комнате, тем громче орет желудок, ничего не жевавший с раннего утра, и тем больше злюсь я, полностью солидарная с желудком.

— Так, все! Больше я ждать не буду!

Включив магсветильник, пытаюсь найти шнурок от звонка, чтобы вызвать кого-нибудь и заказать ужин. Перерыв всю комнату, так и не нахожу нужного. Становится понятно, что мне придется спуститься в таверну на первом этаже. В принципе, это приличная гостиница, не думаю, что мне стоит волноваться.

Расчесавшись и заперев комнату, спускаюсь вниз. К моему удивлению, таверна полна людей. Больше мужчин. Некоторые громко разговаривают, о чем-то спорят. Другие — шумно выпивают. Бочком подхожу к хозяину гостиницы, что-то ищущего под стойкой.

— Добрый вечер, — здороваюсь. — Я ваша постоялица. Мы тут с мужем. Райвеном Грозовым.

— Да, я знаю, вас. Зачем спустились? Тут не место для молодой девушки.

Мне не нравятся ни слова мужчины, ни тон, которым он со мной говорит. Но стараюсь этого не показывать.

— Я с удовольствием вернусь в комнату, если вы соблаговолите доставить мне ужин. Плотный ужин, — вспоминаю, что у меня еще и прожорливый кот на воспитании.

— У меня некому вам его принести! Эта бестолочь, Вельда, сбежала с женихом! Хотите есть — идите на кухню и возьмите все, что найдете!

Как это? Я не умею готовить! Что значит, что найдете?

— Послушайте! Мы вам заплатили за номер и еду, а вы сейчас…

— Ой ты! Смотри, Дугрис, какая цыпочка промышляет в этой таверне!

Меня прерывает чей-то громкий голос и в то же мгновение чужая мужская рука хватается за рукав моего красивого лилового платья, сминая кружево и причиняя мне боль. Резкий рывок, и я прижата к чьей-то груди, а над головой раздается довольный, грубый голос:

— Какая сладкая крошка. Будь ласковой и я щедро с тобой расплачусь. У меня еще не было такой нежной и приятно пахнущей цыпочки.

А в следующее мгновение совершенно посторонний мужчина засовывает пятерню мне в декольте! Да что это вообще такое?!

Он меня до та-а-а-кой степени взбесил!! Вот прямо красное все стало перед глазами! Это что такое?! Порядочную девушку, княжну, и кто-то хватает за… за… самое дорогое!! Ах ты ж!

Отбросив всякое приличное воспитание и любую брезгливость, из всех сил вгрызаюсь в руку нахала!

— Ай! Стерва!

Меня отпихивают с такой силой, что я по инерции пролетаю половину зала и едва не усаживаюсь попой в чужую тарелку.

— Поаккуратнее, девка, — несется мне в спину грубый оклик.

— Ну все, сейчас ты попала, не будь я Лютый!

Мужчина, которого я укусила за руку, движется ко мне с решимостью и яростью раненого животного. Кажется, меня сейчас будут бить. И самое ужасное во всем этом, что НИКТО из присутствующих здесь посетителей не делает попытки успокоить разбушевавшегося или встать на мою защиту. Да хотя бы слово сказать! Никто! Все молчат и с интересом наблюдают.

Даже хозяин таверны, он же владелец этой трижды проклятой гостиницы, меланхолично протирает стаканы, не пытаясь хоть что-то сделать, учитывая, что убивают его платежеспособного клиента! Никакой клиентоориентированности! Мама с Алекс его бы заклевали! Что б ты прогорел, гад!

Схватив вилку со стола за своей спиной, игнорирую возмущенные вопли ужинающих, выставляю ее перед собой.

— И что ты будешь нею делать, глупая? — смеется мужик, на мгновение приостановившись, чтобы посмеяться. — Ткнешь меня нею в грудь? Думаешь проколешь одежду?

— Зачем в грудь? Я в глаз нацелилась, — отвечаю, даже не моргнув. — А если повезет, то успею выковырять оба!

— Ах! — разносится почти с ужасом дружный выдох зрителей этой потасовки.

Ухмылка пропадает с лица агрессивно настроенного мужчины. Мелькает растерянность. Отлично. Надеюсь, он отстанет и даст мне нормально поужинать. Но нет, через секунду он возобновляет движение в мою сторону. Эх. А я так надеялась.

Ладно. Деморализовать врага не получилось. Что там еще советовала Алекс? Бить в бубенцы? О, боги. Надеюсь, у меня получится. Заготавливаю, значит, ногу. Сжимаю зубы. Сейчас ка-а-а-к да-а-ам!

— Ай!

Что-то голос мне кажется знакомым… Странно. Открываю один глаз. Закрываю его. Открываю второй. Зажмуриваю. Хорошо, хоть не по бубенцам, а по ноге. А то бы получила сейчас.

— Что ты здесь делаешь, если я сказал сидеть в номере? — Райвен сверкает на меня огненными глазами с вытянутым драконьим зрачком.

В одной руке он держит какие-то пакеты, а в другой, частично измененной в лапу с когтями, — шею моего агрессивно настроенного дружка.

— Я есть очень хотела, — ною жалобно, сделав несчастные глазки. Мама говорила, что это всегда работает.

Закладка:

Ух ты! И вправду работает!

— Да. Но если бы не ты…

— Не волнуйся, я сейчас все улажу, и мы будем ужинать, — спокойно говорит Райвен, пока мужчина все больше наливается красным цветом от недостатка воздуха. Потому что нечего лезть поперек дороги чистокровному дракону!

— Но хозяин таверны сказал, что есть нечего! — указываю пальчиком на притихшего дяденьку за стойкой.

— Я все улажу, — отвечает Райвен, с силой встряхнув лапавшего меня посетителя таверны. Тот пытается что-то говорить, но получается только невнятное мычание. — Как думаешь, переломать ему шейный позвонок? Он сейчас при свидетелях напал на высокородную княжну, любой суд меня оправдает.

— Я была бы только за, — говорю, замечая, как начинает трястись мужчина, словно заяц в кустах, — Но нам завтра рано вставать, а разбирательство с властями может затянуться на несколько часов. Может, ну его?

— Думаешь? — Райвен скептично смотрит на мужчину, который, не имея возможности говорить, выражением лица показывает, что он раскаялся дальше некуда.

— Я есть хочу, — напоминаю своему фиктивному мужу.

— Да! Хорошо, не будем тратить время на всякий сброд.

Райвен швыряет наглеца, тот врезается в стену и сползает по ней в глубоком обмороке.

— Лучшего вашего вина нам в номер, любезнейший, — не глядя на дрожащего хозяина таверны говорит Райвен, подавая мне руку.

Так мы и поднимаемся наверх, слыша за своими спинами дружный вздох облегчения

— Где ты был? — сразу набрасываюсь на Райвена, едва за нами закрывается дверь комнаты. — Я из-за тебя едва не попала в серьезные проблемы!

— Из-за меня? — удивленно приподнимает бровь. — Правда? А я вот абсолютно уверен, что говорил тебе никуда не выходить и дождаться меня.

— Я что, должна была умереть с голоду, но не выходить?!

— За один день с голоду еще никто не умер, — припечатывает Райвен, поставив принесенные пакеты на кресло возле стола.

— Но это не значит, что я не была бы первой! — уперев руки в бока и выпятив губы, сообщаю деспоту.

Внимательно окинув меня долгим взглядом, мой фиктивный муж начинает смеяться.

— Согласен. Поэтому….

Райвен не договорив замолкает, и начинает выставлять из пакетов на стол еду. От ароматов еще закрытых крышками деликатесов у меня громко рычит желудок, а рот наполняется слюной.

— Присаживайся, принцесса. Твой принц, пока ты спала, раздобыл еду.

Как завороженная плюхаюсь на стул и жадно наблюдаю за руками Райвена, который, как опытный фокусник, достает и достает, кажется бесконечное количество блюд из бездонных пакетов. Рассыпчатый рис с душистыми травами. Цыпленок с какой-то умопомрачительной подливой. Овощи в панировке. Хрустящие луковые колечки, тоненькие кружочки кабачка и баклажана. Я пока дождалась окончания распаковки блюд, истекла слюной.

— Все? Можно приступать? — спрашиваю с нетерпением, уже схватив нож и вилку, чтобы вонзить в тоненький кусочек мяса, красиво свернутый конвертиком на ближайшей ко мне тарелке.

— Секундочку. А теперь самое важное. То, из-за чего я задержался, а ты едва не попала в серьезный переплет.

Привлеченная этими словами, поднимаю глаза на Райвена, а он неспешно и немного торжественно водружает на середину стола блюдо с… пирогом! Огромный, румяный, с сетчатой верхушкой и взбитыми сливками.

— Вишневый? — спрашиваю, не особо веря.

— Вишневый, — кивает с довольной улыбкой.

— Ты помнишь? — вообще не знаю, зачем спрашиваю, неотрывно глядя в его веселые глаза и вспоминая тот летний день и наш поцелуй.

— Что ты любишь вишню? Да, помню.

Наши взгляды встречаются, и мы на какое-то время просто тонем в зрачках друг друга. Мы не здесь, не в комнате. А там, на летнем поле. Даже запах тот же: луговые травы, вишня, солнце. А потом мы одновременно опускаем глаза.

— К-хм… — откашливается Райвен, присаживаясь к столу. — Ну что же? Давай насладимся ужином? Неплохо бы лечь пораньше, завтра еще до рассвета будем отправляться в дорогу. До ущелья полетим, а там уже придется как все, в карете.

— Ты же знаешь, я… — мысль, что придется говорить вслух о том, что я бракованная и до сих пор не умею оборачиваться в драконицу, почти лишает аппетита.

— Знаю, — перебивает Райвен. — Если ты не против, оседлаешь меня.

Заливаюсь краской до самых ушей. Лететь верхом на драконе — это так интимно, лично… Но мы ведь теперь пара, муж и жена. Райвен прав, мне надо привыкать и не дергаться от каждого его прикосновения.

— Не против, — отвечаю негромко.

И приступаю к ужину, который почему-то перестал быть таким уж аппетитным.

Глава 7

Ужин мы заканчиваем в тишине. Райвен о чем-то думает, иногда хмуря брови. Я помаленьку заталкиваю в себя еду, хотя аппетит почти пропал. Все из-за этих дурацких воспоминаний! Вот не вовремя пришло на ум то лето, и тот луг…

— Ладно, давай спать — завтра рано вставать. Дорога будет нелегкой, — Райвен отодвигает пустую тарелку и встает.

— Боишься не выспишься, и не хватит сил нести меня на своей хиленькой спинке? — язвлю в ответ. Сама не знаю, почему мне каждый раз хочется вставить шпильку этому типу в… В общем хочется и все!

— Я велел разбудить нас, так что проспать не должны, — словно не слыша моей колкости, продолжает Райвен. — Кто первый идет умываться?

— Я! — вскакиваю и несусь в ванную. Знаю я его — первым уляжется в кровать, и опять уберет заграждение между нами. Он-то после этого будет преспокойно дрыхнуть, а я… Опять прокручусь без сна половину ночи.

Быстро провожу водные процедуры. Натягиваю ночную сорочку длиной до пят, с длинными рукавами и воротом под горло. Сверху надеваю толстый халат. Крепко подпоясываюсь и выхожу.

— Ты бы еще панцирь защитный надела, женушка, — Райвен окидывает мой наряд насмешливым взглядом. — Расслабься, наш брак исключительно для дела. Никаких романтических штук между нами нет и не будет.

— Вот и отлично! Главное, сам о своих словах помни, муженек! — подхожу к кровати и демонстративно ставлю обе подушки стеной между наших половинок кровати. После чего снимаю свой халат, сворачиваю его и кладу в изголовье.

Заныриваю под одеяло и лежу, закрыв глаза. Надеюсь, когда этот невыносимый тип выйдет из ванной, я уже буду видеть десятый сон!

Райвен почему-то медлит, не идет в ванную.

— Долго ты будешь терять время? Мне свет мешает, — открываю глаза и бросаю на него недовольный взгляд.

Райвен стоит возле стола и не отрываясь смотрит на меня. Лицо какое-то странное, застывшее в непонятной гримасе.

— Эй, отомри! Сам говорил, что нам рано вставать.

— Да… Ты права, — он шумно выдыхает и гигантскими шагами идет к ванной. Скрывается за дверью, а я выключаю магсветильник и

Закладка:

Жду, что Равен вот-вот выйдет и ляжет, но он почему-то медлит. Время идет, а он все не возвращается. Утонул там, что ли?

Я пытаюсь поудобнее устроить голову на своем халате, но он такой твердый, что у меня мгновенно начинает ныть щека и затекает шея.

Как бы хорошо было сейчас лечь на мягкую подушку!

Я еще некоторое время кручусь, пытаясь устроиться получше, и не замечаю, как начинаю засыпать. Сквозь дрему слышу тихий скрип двери ванной.

Потом матрас на соседней половине кровати прогибается. До меня долетает запах туалетной воды, которой пользуется Райвен. Вдыхаю приятный аромат и окончательно уплываю в сон.

Под утро мне снится что-то удивительно приятное. Как будто кто-то ласково меня обнимает. Тихонько шепчет что-то нежное. И мне становится так хорошо и радостно, как не было уже давно.

С трудом заставляю себя открыть глаза. Лежу, приходя в себя и понимаю, что приятные ощущения никуда не девались. Что меня по-прежнему нежно обнимают… руки Райвена!

Ох!

Я лежу в его объятиях, почти уткнувшись носом в широкое плечо. Одна моя рука обнимает его за шею, а вторая… Ой, мамочки!

Вторая рука лежит на его груди. Бесстыдно голой, не укрытой даже одеялом!

Еще не до конца осознавая, что произошло, скольжу глазами ниже и обнаруживаю мужскую руку. Тяжелую и тоже голую. Мускулистую, с темными волосками на предплечье руку, совершенно беспардонно лежащую на моей талии!

Обнаружив это я застываю, не в силах сообразить, как это могло случиться? Где подушки, которые я своими руками укладывала между нами?

Кручу глазами и обнаруживаю одну из них у себя в изголовье, а вторую под головой у Райвена.

В ужасе пытаюсь пошевелиться, чтобы срочно сбежать и не могу. Что-то крепко держит меня в районе коленок. Я медленно, предчувствуя самое ужасное перевожу взгляд туда, где мои ноги придавливает странная тяжесть и холодею.

Поверх моего колена разлеглась длинная, крепкая, волосатая мужская нога. Лежит себе, словно это ее привычное место и она всегда тут была.

Ой, еще раз мамочки!

Я открываю рот, в надежде издать хоть звук и в этот момент грудь под моей рукой со вздохом поднимается. Опадает, снова поднимается, и заспанный мужской голос произносит:

— С добрым утром, красавица.

Словно под чарами ментальной магии я поднимаю к нему лицо, и неожиданно мои губы натыкаются на его мягкие, теплые губы.

Ой, нет…

— Мири…, — шепот возле моих губ и мягкое прикосновение. Нежное, нежное. Такое легкое, что не понятно, было или кажется.

— Райвен…, — пытаюсь что-то сказать и не успеваю. Мой рот оказывается в плену мужских губ. В почти забытом, но таком знакомом. Сладком, приятном…

В памяти снова оживает воспоминание о том нашем поцелуе… Он был таким волшебным… Но сейчас еще лучше!

Но все равно я хочу остановиться — у нас фиктивный брак.

— Райвен, — мычу в его губы.

— Тш-ш-ш, моя сладкая, — он на миг отрывается от меня. Шепчет: — Я просто поцелую тебя. Это ничего не значит. Просто репетиция — вдруг нам потребуется сделать это на людях. Мы должны выглядеть настоящими мужем и женой.

Я вздыхаю, не зная верить, или нет его словам…

— Просто закрой глазки, Мири. Почувствуй мой вкус на своих губах. Попробуй меня и мои прикосновения — ведь они приятны тебе?

Хочется оттолкнуть его. Соврать, что мне противно, но… Я не могу. Это всего второй поцелуй в моей жизни, и он еще чудеснее первого.

— Обещай, что только поцелуешь! — требую хриплым шепотом, потому что горло пересохло.

— Обещаю, моя хорошая. Ты ведь знаешь, что я никогда не обманывал тебя.

— Никогда, — подтверждаю я, и это правда, он всегда был честен со мной.

— Тогда просто чувствуй меня…

Мужские ладони обнимают мое лицо. Подушечки больших пальцев проходятся по скулам, поглаживая. Я вздрагиваю от нежности их чуть шероховатых прикосновений.

— Ты такая красивая, Мири, — шепот в уголок рта и прикосновение к нему.

— Такая нежная, — и его губы скользят по щеке. Доходят до виска и возвращаются нежными поцелуями.

Широкие ладони гладят шею, заставляя меня задрожать от странных ощущений.

— У тебя такая нежная кожа, словно самый изысканный шелк, — губы перетекают к другому виску. Проглаживают, касаются уголка глаза. Ловят мои ресницы, трогают брови.

Снова возвращаются к губам. Властно захватывают их, целуют уже не осторожничая. Горячо, крепко, сладко… Совсем не так, как тем летом. По-другому… Дерзко, решительно. И так невообразимо приятно, что по всему телу растекается истома.

Мои руки тянулся к нему, обнимают. И я вдруг понимаю, что сама касаюсь мужчины. Трогаю жесткие волосы на затылке. Провожу пальцами вниз по крепкой шее к плечам. Глажу твердые ключицы. Перебираюсь выше, пробуя колкость щетины. И чуть дальше, к нежной коже у висков.

Он жесткий, твердый, мускулистый. У него смуглая кожа, такая контрастная с моей белой. Он так не похож на меня. И его губы творят со мной что-то невообразимое. Заставляют таять и млеть от удовольствия. Тяжело дышать и даже постанывать. О, боги! Я такая бесстыдная!

— Райвен, — шепчу, на миг оторвавшись от его прикосновений. Забываю, что хотела сказать. Точно помню, это что-то правильное, обязанное вернуть мне здравомыслие. — Райвен…

И больше ничего не могу произнести, потому что он продолжает наш поцелуй. Целует долго-долго, так что у меня заканчивается воздух в легких.

Потом отпускает мои губы и мягко прикасаясь, спускается по шее вниз. Расстегивает пуговку на вороте моей сорочки и сдвигает, обнажая плечо.

— Райвен!

Его губы смело гуляют по обнажившейся коже. Пальцы забираются в мои распущенные волосы. Мягко поглаживают кожу, рассылая сладкие-сладкие волны по всему телу.

— Ты красавица, Мири. Такая вкусная. Такая сладкая. Я хочу…

Ба-бах! Бах!

И снова:

Бах-бах!!

Оглушающий стук в дверь и громкий голос, зовущий из коридора:

— Молодожены! Утро уже! Вы просили разбудить!

Мы с Райвеном вздрагиваем от этого грохота. Смотрим друг на друга ошалелыми глазами. Потом он чертыхается и отстраняется от меня. А я, словно очнувшись, со стоном натягиваю на голову одеяло.

О, святые крылья! Каким ужасом я только что занималась!

Завтракаем мы в гробовом молчании. Я даже глаза на Райвена поднять не могу, так мне неловко. Сижу, пихаю в себя омлет и пирожки, а мысли все вокруг недавних непотребств ворочаются.

Как же я такое допустила, поцелуи эти с разными поглаживаниями! А с другой стороны, Райвен как обещал, только целовал. Ну подумаешь, ниже лица спустился немного. Плечико мое облобызал, да шею погладил.

Ничего же не было такого, а привыкнуть нам друг к другу действительно нужно.

Закладка:

Тут мы и выдали бы себя с головой, если бы я Райвена по голове той шарахнула чем-нибудь тяжеленьким. А потом сама от него шарахнулась!

Нет, правильно сделала, что позволила себя поцеловать. Но, это в первый и последний раз!

За своими мыслями я не замечаю, как съедаю весь омлет и три пирожка с ягодами в придачу. Потом еще парочкой мясных закусываю. Потом двумя с ливером. Опомнилась только услышав насмешливое:

— Ты бы с пирожками завязывала, женушка. Будешь столько есть, скоро тебя ни один дракон не сможет поднять. Еще и новый гардероб заказывать придется, на три размера больше.

Услышав этакую гадость в свой адрес, я отодвигаю от рта руку с пирожком и интересуюсь:

— Может лучше мне весь путь в карете проделать? Не то, боюсь, твоей перетруженной спине никакой массаж не поможет после того, как я на нее сяду.

— Ты же еще не растолстела. Пока можешь смело садиться на меня. Думаю, где-то через полгодика такого обжорства будешь только в карете передвигаться. Или на своих двоих, если они еще смогут твою тушу носить, — «успокаивает» меня драгоценный муженек.

Тут, сама не знаю, как недоеденный пирожок в моей руке вдруг вылетает из нее. Прямо выпрыгивает! И по странной случайности летит в лицо этому наглому, циничному типу. Впечатывается в лоб и разлетается на мелкие кусочки по столу.

Из сумки выскакивает Пуфик. Увидев рассыпанное ливерное богатство принимается уплетать начинку — любит он ее.

— Умница, котик! Кушай вместо своей хозяйки, не дай ей стать толстой, — хвалит его негодный дракон, пока я пыхчу от возмущения.

— Я пошла собираться, — заявляю, когда кот, наевшись, запрыгивает обратно на свое любимое место. Подхватываю сумку и поворачиваюсь к дракону спиной.

— Десять минут тебе на сборы, — прилетает мне в затылок. — После этого я улетаю один, а ты догоняешь меня в карете.

Ух, кажется, я его ненавижу! Уверена, Кристобаль Террийский так никогда не поступил бы со своей женой!

— «Кристобаль этот еще и не так поступил бы» — вдруг приходит в голову мысль. Я даже останавливаюсь от неожиданности, поняв, что за все это время даже не вспомнила про прекрасного Кристобаля! Как же так? Я же… Я же влюблена в него… была!

Но, с другой стороны, когда мне о нем думать? Этот беспардонный Грозовой своими шуточками и дурацкими выходками вообще времени не оставил на переживания о покинутом отборе и моем Кристобале. Вернее, уже не моем. Уверена, когда я разведусь с Грозовым, Кристобаль уже будет счастливо женат на какой-нибудь… мымре.

Ну и ладно, зато я к тому времени буду свободной, независимой женщиной и смогу заниматься чем захочу. Например…

В этом месте мои мечты застопориваются — а действительно, чем я хочу заниматься?

Покрутив в голове разные занятия, которые любила раньше, вдруг понимаю, что больше они меня не интересуют. Странно, с чего бы это? Старею, что ли?

В комнате я не стала задерживаться — вещи у меня были собраны еще вчера. Так что я просто зову хозяина гостиницы. Показываю ему, какие чемоданы спустить вниз, а какие отправить на адрес благотворительной организации, помогающей бедным.

Из гостиницы выхожу ровно в назначенное время. Райвен уже ждет меня.

— Готова? — спрашивает и я киваю, хотя немного волнуюсь — все-таки, это мой первый полет на спине постороннего мужчины. Вернее, мужа. Но все равно, первый.

— Сейчас я обернусь, и заберешься на меня, — Райвен отходит в сторону и…

Сколько раз я видела, как происходит смена ипостаси, не сосчитать. Мама, папа, бабушка Велветина и ее муж. Мои братья — все они имеют вторую ипостась. Я много раз видела их оборот, но каждый раз для меня это сродни чуду.

Вот только что стоял человек, и р-раз! Дрожание воздуха, короткая вспышка и передо мной стоит…

О, святые крылья! Какой он! Как же он красив, дракон Райвена! Мощный, черный, как безлунная ночь. Чешуя матово переливается. Длинная крепкая шея. А крылья! Гигантские, широкие, со стальными переливами на концах чешуек…

Не в силах устоять, я обхожу дракона вокруг, любуясь. Он… Он восхитителен! Это единственные слова, которые приходят мне в этот момент.

Восхитительно прекрасен!

У меня в груди вдруг теплеет, словно там вспыхивает ласковый огонь, греющий меня изнутри.

Под сердцем что-то торкнулось, шевельнулось, и…

— «Это же моя драконица! — ахаю я, поняв, что со мной происходит. — Моя спящая, никак не желающая показываться драконица!».

Еще какое-то время я стою, прислушиваясь к себе. Но под сердцем снова все тихо и спокойно. Неужели мне показалось, что моя вторая ипостась проснулась?!

Чуть не заплакав от разочарования, я забираюсь по протянутому мне крылу на спину мужа. Удобно устраиваюсь между гребней. Еще миг, и мы взлетаем.

Райвен мощно работает крыльями. Мы несемся с сумасшедшей скоростью, так что я визжу от восторга, ловя лицом ветер. Протягиваю руки, пытаясь ухватить солнечные лучи, играющие на черной матовой чешуе.

И смеюсь от счастья, потому что полет — это чудо. Волшебное чудо, делающее меня счастливой!

Мы летим целый день. Над изрезанными на ровные, разноцветные прямоугольники полями пшеницы, клевера, люцерны. Над синими лавандовыми. Над алыми, засеянными кроваво-красными маками.

Летим над величественными горами с острыми, блестящими от снега вершинами. Пролетаем над извилистыми голубыми лентами рек, и светло-зелеными блюдцами озер.

Над строгими городами и уютными деревеньками, жители которых выходят из своих домов и машут нам руками…

С высоты наш мир кажется таким хрупким, но таким прекрасным, что я едва не плачу от восторга и умиления…

К вечеру мы приземляемся в военном городке, расположившемся на границе с государством людей. Дальше лететь нельзя, только по земле. Вернее, по длинному тоннелю, соединяющему территории королевства драконов и государства людей.

Глава 8

— В смысле, надо бы подождать? — чуть громче, чем нужно, спрашивает Райвен у генерала, который пригласил нас переночевать у себя, когда мы только приземлились. — У нас есть договоренность с королем Леонием. Нас ждут при дворе.

— Депеша у вас при себе? С разрешением проехать?

— Да, вот, — мой фиктивный муж протягивает бумаги генералу, который хмуро и долго что-то там вычитывает, потом возвращает.

— На людских приграничных территориях сейчас неспокойно. Поговаривают, бунт у них там зреет. Может, и революцию устроят. Как бы ваша дипломатическая поездка не закончилась серьезными проблемами.

— Генерал, я вас очень уважаю, но вы — военный и ничего не понимаете в дипломатии. Давайте, каждый будет решать вопросы согласно своей

Закладка:

— Не прекратится это все просто по щелчку пальцев, — возражает генерал. — Вы плохо знаете людей, лорд Грозовой.

— У меня мать — человек, — усмехается Райвен.

— Я слышал об этом, но она иномирянка — это другое. Наши же люди — дикое и тупое племя. Попомните мои слова: любые попытки наладить с ними отношения закончатся для драконов проблемами.

— Генерал, я благодарен вам за предупреждение, но дипломатическая миссия отмене не подлежит. У нас особое распоряжение, если вы понимаете, о чем я. Поэтому прошу не препятствовать нашему проезду, а если сможете проводить, зная местные достопримечательности, буду у вас в долгу.

— Я выделю вам провожатого. Он выведет из туннеля, но дальше — вы сами.

— Благодарю вас, — Райвен кивает, а я облегченно выдыхаю. Если честно, меня эти разговоры об опасностях и прочем жутко нервируют. Даже есть перехотелось, хотя генерал предложил нам очень изысканный и аппетитный ужин.

К счастью, мужчины переключаются на более спокойные темы, я особо не вслушиваюсь, наконец решив отдать должное мастерству генеральского шеф-повара.

Суп-пюре из морепродуктов и сливок просто великолепен, впрочем, как и салат из свежей зелени и овощей. А уж основное блюдо — запеченный с травами лосось и дольки румяного хрустящего картофеля настолько прекрасны, что я вообще ухожу куда-то в астрал, так всегда говорит Алекс, когда ей что-то ужасно нравится.

Ужин заканчивается куда приятнее, чем начался. После кофе с пирожными, оставляю мужчин с их важными разговорами и поднимаюсь на второй этаж, где нам с Райвеном выделили спальню. И опять одну на двоих! Тяжко вздохнув, переодеваюсь в ночную рубашку. Пуфик уже лежит на кровати, довольно жмуря сытые глаза.

— Что? Накормили тебя до отвала? — улыбаясь, поглаживаю рыжую шерсть любимца. — Обжора. Давай, укладывайся поудобнее, может, повезет и Райвен с генералом будут болтать всю ночь, а я хоть раз нормально высплюсь.

— Мр-р-р, — отвечает рыжик, жмуря наглые глаза.

— Да я и без тебя знаю, что слишком размечталась, — улыбаюсь, устраиваясь поудобнее на мягкой подушке. — Но мало ли… Мечтать ведь не вредно.

Засыпаю я быстро — сказываются последние волнительные ночи и длинный перелет. А ночью просыпаюсь от дикого кошачьего ора, потом шипения и ругательства.

— Пшел отсюда! — рычит Райвен, стягивая кота, повисшего на его… хм… белье.

— Аккуратнее с котенком! — выхватываю у него Пуфика и кладу возле себя, но кот зол, не лежится ему, подскакивает, шипит и бьет хвостом.

— Какой это котенок? — Райвен укладывается в кровать. — У него такие когти. Я думал, он меня сейчас лишит наследников! Вцепился в самое… дорогое, гаденыш!

— Ты же его напугал! Мы тут спокойно спали…

— Мири, с тобой рядом могу спать только я, ясно?

Удивленно смотрю на Райвена. Чего это он так расходился? Или шутит? Нет, серьезно говорит. С чего вдруг собственнические замашки в фиктивном браке? Суп-пюре у него забродил что ли, и ударил в голову? Или это уже потом, с генералом грибов интересных наелись?

Между тем, Райвен, все возится, взбивает подушку, тянет одеяло, что-то мычит, ерзает. Хочется выхватить у него подушку и придушить ею!

— Да уляжешься ты сегодня, или нет?! — взрываюсь со злостью.

— Не могу никак место себе найти! Этот запах! Дышать не могу! — почти выкрикнув последнюю фразу, Райвен вдруг берет подушку, одеяло и укладывается на пол.

— А как же твоя спина? — спрашиваю с издевкой, свесившись к нему.

— Сделаешь завтра массаж, — отвечает уже сонным голосом. — Спи, Мири, завтра будет трудный день… лучше… ох… этот аромат… луговые травы… солнце…

— Что? — переспрашиваю в недоумении.

— Так сладко пахнет… — почти шепотом говорит Райвен, а через секунду раздается его ровное дыхание.

Ничего себе! Вот бы мне так засыпать. Ложусь на подушку, рядом опять пристраивается Пуфик, довольно мурча, что прогнал огромного злого мужчину и отвоевал себе половину кровати. Уже засыпая, гоню от себя мысль: о каких луговых травах говорил Райвен?

— О-ох, моя голова, — стонет Райвен на следующее утро, сидя на полу, прикрывшись одеялом ниже пояса и уперевшись спиной в кровать.

— Меньше пить надо было, — не могу удержаться, чтобы не высказаться.

— Угу, — согласно бурчит мой фиктивный муж, прижав руки в голове, демонстрируя мне красивые мышцы под гладкой кожей, к которым хочется дотронуться, чтобы проверить, такие ли они твердые, как кажутся.

Вздрогнув, сбрасываю с себя это неожиданное наваждение. Как раз в этот момент раздается стук в дверь.

— Ваша светлость, хозяин велел прислать вам с супругой завтрак, я оставлю его за дверью. Но поторопитесь, а то все остынет.

— Еда? — с явным отвращением переспрашивает Райвен, пока я быстренько забираю столик на колесах, груженный разными блюдами.

— И очень даже вкусная, — говорю, открывая крышки и распространяя по всей комнате ароматы пищи.

— Мне просто кофе, — бурчит Райвен, а потом встает.

С него падает одеяло, демонстрируя мне… совершенно голый зад моего фальшивого мужа! Голый! Зад!

Боги! Эта картина ярким светом прошлась по моей сетчатке глаз, запечатлевшись, кажется, навек. Несмотря на то, что я почти мгновенно закрываю глаза, перед моим мысленным взором все равно продолжают виднеться его упругие ягодицы, идущие в сторону ванной комнаты. Ы-ы-ы-ы, убью гада!

Чтобы меньше злиться, хватаю первое попавшееся блюдо и начинаю есть. Когда Райвен выходит из ванной, к своему счастью, прикрыв бедра полотенцем, я уже наминаю вторую тарелку блинов.

— Эй-эй, поосторожнее, Мири. Ты ни в одно платье, которое мы купили, не влезешь, если будешь так есть.

— Купишь новые, — говорю, продолжая методично опустошать тарелки.

— Да я-то куплю, но ты все равно столько не ешь, в дороге укачает. Потом не говори, что не предупреждал, — Райвен просто выхватывает у меня из пальцев блинчик, который я даже успела укусить, и сует себе в рот.

— Э-э-э! Ты что делаешь?! Это был мой! Возьми себе другой!

— Не жадничай, жена, — смеется Райвен, снова выхватывая у меня еду и съедая.

— Я смотрю, тебе уже лучше, — говорю, когда он усаживается в кресло и с явным удовольствием жует вафли с кофе.

— Намного. Жирная пища творит чудеса.

— А что ты вчера говорил?

— Что говорил? — хмурится, словно пытается что-то вспомнить.

— Ты когда улегся на полу что-то говорил о солнце и луговых цветах… или травах. Ну что-то такое? — вот не могу сдержать любопытство.

— Хм… вообще не помню. Пьян был. Извини. Надеюсь, я не творил ничего…

Закладка:

— Что? Нет. Только снял одежду и улегся спать, — отвечаю.

— Да? Ну что же, это хорошо. А то я бываю, как бы это сказать, слишком любвеобилен в такие моменты. Хорошо, что все хорошо, — и замолкает, жуя блинчик с мясом.

А мне почему-то становится обидно. Вот значит как? К другим девушка он пристает, когда напьется, а ко мне вот вчера нет. Даже наоборот. Слез на пол! Словно я… вообще страшная и не гожусь, чтобы немного поприставать.

Настроение мое стремительно падает. Хочется всплакнуть. Или хорошенько врезать кофейником сидящему напротив мужчине.

— Что скисла? — спрашивает и нагло улыбается. — Пойдем загружаться в карету? Впереди путешествие в тоннеле. Чур, не орать от страха и не проситься ко мне на лошадь при виде пауков.

Пренебрежительно фыркаю в ответ. То же мне — пауки! Ерунда какая. То ли дело — белки. До сих пор с ужасом вспоминаю ту мелкую гадину с острыми зубами, напугавшую меня своим яростным стрекотанием!

— Смотри, чтобы ты ко мне в карету не полез, со слезами умоляя спасти от сороконожек, — отвечаю, вспомнив детский страх Райвена.

— Если я и полезу к тебе в карету, то уж точно не из-за каких-то насекомых, — выдает муж и, не дав мне времени достойно ответить, ставит чашку и, схватив костюм, удаляется в ванную.

Я же остаюсь сидеть, гадая, что он имел в виду.

Грузимся мы довольно быстро. Дипломатическая миссия состоит из трех карет, десятка всадников, трех женщин постарше и меня. К сожалению, мне не удается выбить себе отдельный экипаж. Два пожилых лорда едут в одной карете, пара тучных дам усаживается во второй экипаж, ну а мне приходится делить маленькое пространство и время с пожилой сухощавой дамой в ярком фиолетовом платье, желтой шляпке и перчатках.

Я, слегка опасавшаяся, что буду вынуждена всю дорогу слушать пустую болтовню, через какое-то время расслабляюсь: моя попутчица с интересом смотрит в окно и не спешит завязывать беседу.

Перед тем, как мы въезжаем в туннель, генерал, выделивший нам шесть своих воинов, предупреждает Райвена, а тот — меня.

— Туннель содержит остатки старой магической заслонки. Могут быть странные видения, непонятные звуки. Может взбунтоваться дракон внутри, почуяв мнимую опасность. Людям проще — они не чувствуют остатков магии, а вот магическим существам, коими являются драконы — тяжелее. Так что нужно просто продолжать путь вперед, не обращая внимания на проделки магии.

Внутри туннель оказывается освещен. Обычными факелами, хотя я ожидала магсветильников. Из-за постоянного огня, воздуха тут мало, хочется поглубже вдохнуть, а нечем. Плюс ко всему, жарковато и влажно. Запах земли и ржавчины раздражает. Пожилая леди рядом со мной вытаскивает из желтого ридикюля надушенный носовой платочек и постоянно прикладывает его к носу. Подготовилась, молодец. Я же вынуждена вдыхать этот смрад, который, кажется, уже оседает не только во рту, но и в горле.

Лошади испуганно ржут, дергаются. Движение экипажей рваное. Мы то едем, то резко останавливаемся, а потом снова возобновляем движение. Меня начинает мутить. Высунув голову из кареты, зову фальшивого мужа.

— Райвен, забери меня на лошадь, я тут уже не могу.

— Мири, не усложняй и без того поганую ситуацию, — Грозовой отвечает резче, чем я привыкла слышать.

— Райвен, я не шучу, меня сейчас вырвет!

— Возьми пакет, — отвечает, бросая настороженные взгляды куда-то вперед.

— Слушай, ты! Не буду я брать пакет! Или ты возьмешь меня в седло, или я пойду пешком! Я не обязана так унижаться, чтобы все слышали… — замолкаю, сглатывая слюну из-за очередной резкой остановки. — Все, я…

— Подожди, я помогу, — сменяет гнев на милость Райвен, подъезжая к карете, открывая дверцу и помогая мне сесть боком в седло перед ним. — Так лучше?

— Еще не знаю, — отвечаю, стараясь дышать глубоко и спокойно, ненавидя мерзкий вкус железа во рту. — Это невыносимо. Долго нам еще?

— Не знаю. Если бы двигались прежним шагом, то недолго, но ты же видишь, животные напуганы… так что.

Райвен опускает голову и наши глаза встречаются. Я ахаю. У него зрачки вертикальные! И это не очень хорошо. Обычно, мы обращаемся по собственной воле. Но бывают моменты, когда драконья ипостась проявляет себя… и это всегда плохое предзнаменование, показатель того, что человек теряет связь со зверем.

— Райвен, кажется у нас проблемы, — говорю тихонько, чтобы только он слышал.

— Какие? — даже голос его изменился, став грубее.

— Мне кажется, твой дракон бунтует.

— Ерунда, Мири. Мы с моим драконом в стойкой связи едва ли не с пеленок, — отмахивается Райвен.

А я с ужасом наблюдаю, как по его щеке ползет черная чешуя, покрывая сначала виски, а потом и скулы.

— Райвен! Нам нужно срочно выбираться из туннеля! — теперь я уже паникую.

— Перес-с-с-тань, Мири, — говорит Грозовой, и я четко вижу мелькнувший между зубов раздвоенный язык.

Ой, мамочки! Что делать-то?!

— Райвен… — зову потеряно. — Что же делать?

— С-с-сиди с-с-спокойно, Мири! — ладонь, прежде придерживавшая меня за талию, ложится на живот, и я вижу, что вместо ногтей на ней когти.

Вот же ужас! Не приведи боги, он превратится в дракона в узком туннеле! Ма-а-амочкииии! Так, спокойно! Его нужно отвлечь! Как?!

— Что так пахнет? — внезапно спрашивает Райвен и начинает принюхиваться… ко мне.

— Луговые травы и мед. — Бормочет мужчина, прижимая меня к себе все сильнее и зарываясь лицом мне в волосы.

— Лето и солнце, — Райвен почти стонет и урчит. Как большущий кот, только гораздо страшнее.

Сердце колотится в горле. Мне страшно и как-то волнительно одновременно. Внезапно Райвен застывает и его большое, тесно прижатое ко мне тело, напрягается, становясь каменным.

— Здесь опас-с-сно! — шипит он и начинает обращаться.

Это конец!! Недолго думая, я делаю единственное, что мне приходит на данный момент в голову. И что кажется верным.

Хватаю его лицо руками, поворачиваю к себе и прижимаюсь губами к мужскому рту. Мы оба замираем, уставившись друг на друга одинаково круглыми глазами. Я, в шоке от собственной смелости, или глупости, не знаю, что делать дальше.

И в самый критический момент Райвен отмирает, перехватывая инициативу. Его поцелуй — это не то легкое касание, что прежде. Не нежное обещание чего-то сладкого, отчего замирает сердце и разливается тепло по телу. О, нет!

Теперь это голод и жажда. Захват и порабощение. Я не могу ничего сказать, не могу пошевелиться. Мне дозволено только принимать огненные поцелуи и млеть, как дурочке, гореть в огне желания. Внутри меня нарастает какое-то странное чувство, какая-то раздвоенность, разобщенность. Одна часть меня хочет этих яростных поцелуев, а другая — просит прекратить.

И побеждает первая,

Закладка:

— Оххх, — раздается мне в губы стон то ли желания, то ли боли.

Именно этот звук приводит меня в чувство. Я вздрагиваю и резко отодвигаюсь, испуганно глядя на потемневшие, но уже с нормальными зрачками глаза Райвена.

— Это что вообще было? — спрашивает он хрипло.

— Понятия не имею, — прикидываюсь дурочкой.

Я просто не в состоянии сейчас признаться, что… Нет, это было какое-то дурацкое помутнение рассудка. Это все туннель виноват! Который, кстати, мы уже проехали.

Дипломатическая миссия благополучно въезжает на территорию человеческого государства. А я с облегчением замечаю, что Райвен пришел в себя и больше не выглядит так, словно вот-вот обернется. Н-да, оказывается, поцелуи иногда могут быть даже полезны…

— Мы можем ненадолго остановится? — спрашиваю у мужа. — Хочу немного размять ноги.

— Хорошо, но недолго, — кивает Райвен, давая всем знак, чтобы остановились.

Не только я с большим удовольствием спускаюсь с лошади и прохаживаюсь. Но и другие леди неспешно бродят по тропинкам, наслаждаясь теплым днем и пением птиц.

Я ухожу чуть дальше, в лес, погрузившись в свои мысли. Все не могу понять, что на меня нашло во время поцелуя. Почему я так… дико себя вела? Как зверь. Ладно Райвен, он был под воздействием остаточной магии туннеля, слегка потерял связь со своим драконом. Но что со мной произошло? Ведь моя драконица спит! И всегда спала.

Получается, что это я себя так вела? Боги! Я бы с удовольствием сейчас поговорила с мамой, услышала ее совет. Эх. Вот тебе и взрослая, самостоятельная жизнь. Сама за все в ответе.

— Мири, — ко мне подходит Райвен. — Ты слишком далеко отошла, это может быть опасно.

— Опаснее, чем в туннеле? — усмехаюсь.

— Я чувствовал себя странно там, — внезапно говорит Райвен. — Словно видел все со стороны. Только когда ты стала меня целовать, начал чувствовать свое тело.

— Эм… я бы предпочла, чтобы ты больше не вспоминал об этом… инциденте, — выдавливаю из себя, чувствуя, как краснеют щеки.

— Почему? Тебе не понравилось?

Невзирая на то, что мне ужасно неловко, я поднимаю голову и смотрю в лицо Райвена. Он шутит, или серьезно? Но, к сожалению, его лицо ничего не выражает. Вообще.

— А что мне должно было понравится. Я испугалась. Тот поцелуй был… спасательной операцией.

— Да? — мне кажется, или звучит с подвохом.

— Да! — отвечаю утвердительно, одновременно со словами отступая от Райвена на несколько шагов, потому что мне не нравится, как начинают блестеть его глаза.

— Так может…

Дослушать я его не успеваю. Мне на голову что-то падает, а потом я слышу знакомое стрекотание, вызывающее во мне дикий ужас.

— Райвен, пожалуйста, скажи, что это… — судорожно сглатываю, — …не белка!

— Ты же говорила, что переборола свой страх, — отвечает мой временный муж, делая ко мне шаг и настороженно наблюдая за зверьком, который копошится у меня в волосах.

— Соврала-а-а-а-а-а!! — все, спокойствие меня покидает.

Я начинаю дергаться, словно в меня попала молния, махать руками, как мельница лопастями и с криками бегать по лесу, пытаясь сбросить белку. За мной следом несется Райвен.

— Мири! Мири! Спокойно, я сейчас… — он хватает большую палку и примиряется к моей голове!

— Ты совсем идиот?! — ору я, чувствуя, что сейчас просто рухну в обморок. — Думаешь, если ударишь меня по голове, я успокоюсь?!

— С чего ты взяла, что я буду бить тебя по голове? — наши глаза останавливаются на палке в его руках и Райвен быстро прячет ее за спину.

— Поздно! — я уже почти визжу, в то время как белка увлеченно строит гнездо в моей прическе. — Я уже ее видела!

— Я просто хочу спугнуть животное! И если ты не будешь бегать и орать, то я смогу ее снять, не навредив тебе! — кажется, Райвен тоже теряет спокойствие и рассудительность.

— Сними ее! Чем хочешь! Я даже разрешаю ударить меня по голове, а потом убрать животное с моего обморочного тела!

— Спасибо, — язвит Райвен, примеряясь палкой к моей прическе, — но я бы предпочел обойтись без ударов по твоей голове, она мне еще понадобится в дипломатической миссии.

— Вот! Я так и знала, что у тебя чисто корыстный интерес! А я, между прочим, сегодня тебе жизнь спасла! — говорю, чуть не плача.

— И я очень это ценю.

Вжу-у-ух! И белка улетает куда-то в кусты, оттуда выскакивает и с воплями на своем животном языке, упрыгивает по деревьям.

— Видишь? Все хорошо. Я тоже спас тебе жизнь. Так что мы квиты, — довольно улыбается Райвен. А мне так и хочется выхватить у него эту палку и врезать хорошенько названному мужу по лбу!

Глава 9

До столицы человеческого государства мы добираемся еще несколько часов. Теперь мы едем с мужем в одной карете, причем только вдвоем. Даму, которая до этого была со мной, Райвен пересадил в другой экипаж.

Я упорно смотрю в окно. Даже когда мы движемся по лесной дороге, где ничего кроме деревьев не видно, все равно не отвожу взгляд от пейзажей. Главное, не смотреть на своего мужа, потому что он…

С той минуты, как спас меня от белки и мы сели в карету, Райвен упорно не отводит от меня взгляд. Смотрит и смотрит, уже мозоль по всему телу от его настойчивых глаз!

Еще он хмурится, морщится, и ноздрями постоянно шевелит, словно принюхивается. Я даже нервничать начала — вдруг, пока от белки спасалась, успела пропитаться не очень благородными ароматами?! А этот… теперь сидит и вид у него такой недовольный, что вынужден вдыхать мое амбре.

Я даже украдкой понюхала свою подмышку на предмет неприятных ароматов — нет, все как обычно пахнет.

Решив, что пусть он сам со своим недовольством разбирается, расслабилась и принялась с новым интересом смотреть в окно. Тем более, мы выехали из леса и сейчас кареты катились по широкой ровной дороге, выложенной плотно подогнанными один к другому камням.

А красивая у людей страна! Нет мрачных неприступных гор, как у нас. Сплошная яркая, солнечная равнина. Только кое-где виднеются высокие гладкие холмы, похожие на заснувших гигантских животных, покрытых зелеными иглами островерхих деревьев.

Вдоль дороги тянутся людские поселения — «деревни», как назвал их Райвен.

Эх, маловато я знаю про уклад жизни в этом королевстве! Только кое-что про самого короля и его волшебный дворец, а как живут простые подданные не в курсе. Хотя, если посмотреть на довольные лица выходящих посмотреть

Закладка:

Одеты, опять же все чистенько. Нарядно, я бы сказала. Мужчины в широких разноцветных рубахах и темных брюках. На головах шляпы, украшенные у кого пером, у кого лентой. Женщины в красивых ярких платьях или блузках с юбками длиной едва по щиколотку.

Мне даже завидно стало — это же насколько удобнее ходить в одежде такой длины, чем в платьях в пол! В моих «правильных», с точки зрения этикета, нарядах жутко неудобно. Не побегаешь, не попрыгаешь. На дерево не залезешь, по речке вброд не пройдешь. Мигом за что-нибудь зацепишься, упадешь, подол испачкаешь, порвешь или намочишь. Жуть, в общем.

Хорошо, что мама у меня прогрессивная и позволяет надевать платья покороче. Или даже — о, ужас с точки зрения ханжей! — брюки с длинной, прикрывающей попу блузкой.

Спасибо тебе, мамочка! Ты сделала мое детство счастливым и полным веселых, подвижных игр, которые я так люблю!

Между тем местные жители подходят к обочине. Машут нам руками и улыбаются, а я с интересом рассматриваю их жилища. Такие странные и непохожие друг на друга эти их деревни!

В одном месте все дома словно огромные коробки, криво поставленные в три яруса друг на друга. В следующей деревне жилища похожи на гигантские оранжевые пузыри с круглыми блюдечками окон. В третьей у домов изогнутые стены и ломаные линии окон.

В четвертой дома стоят почти вплотную друг к другу. Двери в жилищах сделаны круглыми, окна тоже, и закрываются деревянными ставнями. Стены и крыши этих жилищ настолько густо покрыты цветущей растительностью, что кажется, это не дома, а норы, созданные огромными сусликами или хомяками.

В общем, ужас как интересно! Мне даже становится немного обидно, когда эти волшебные поселения заканчиваются и мы въезжаем в столичный пригород.

Тут все совершенно обычно. Домики, примерно, как у нас в королевстве: четыре светлые стены и красная черепичная крыша сверху. Перед входом палисадник с цветами.

Чем ближе к столице, тем дома становятся выше и больше, палисадники обширнее. Но дизайн все такой же скучный и приевшийся.

Эх, похоже вся интересная творческая мысль осталась у простого народа, поселившегося подальше от столицы! Надо бы Его Величеству посоветовать отправить своих архитекторов перенимать опыт у деревенских зодчих!

— Мири, задерни шторку и отсядь от окна, — неожиданно говорит Райвен. — Мы в чужом государстве, и уверен, не все здесь рады нашему появлению.

— Э, разве мы не мирная делегация? — удивляюсь я. Но шторку все-таки задергиваю, тем более, смотреть там особо не на что.

— Мирная, — соглашается со мной муж. Но тут же опровергает собственные слова: — Но не всем это нравится. Не все здесь согласны с решением короля Леония пригласить в страну драконов.

Сейчас внимательно меня слушай и запоминай правила безопасности, которые будешь неукоснительно соблюдать. Поняла, Мири? Неукоснительно!

Делаю Райвену большие, наивные и честные глазки. Складываю на коленях ручки, всем видом показывая, что готова слушать.

Конечно, я тебя выслушаю, дорогой муж. Непременно. Но вот насчет «соблюдать» и «неукоснительно» я еще подумаю.

Прости дорогой, ничего личного!

— Ваши апартаменты, господин Грозовой, — чопорно произносит величавого вида слуга. Не знаю, кто он по статусу — дворецкий, мажордом? Но выглядит так впжно, словно король, никак не меньше. У него солидный рост, объемный живот, роскошные белоснежные бакенбарды, переходящие в густые усы. И осанка поистине королевская.

— Апартаменты вашей супруги дальше по коридору, — между тем продолжает свою неспешную речь слуга.

— Что?! — переспрашиваем с Райвеном одновременно.

— Что именно «что»? — невозмутимо уточняет солидный владелец бакенбардов.

— Вы сказали, что наши с супругой апартаменты расположены в разных местах? Вообще-то, мы молодожены! — возмущенно заявляет Райвен, а я выдыхаю с облегчением.

Да, конечно, с облегчением — больше не надо строить заборы из подушек на ночь. И ноги свои волосатые на меня никто не сложит. И… и все остальное тоже! Главное, ванная будет в моем единоличном распоряжении!

— Между вашими апартаментами есть общая ванная. При желании вы можете… эм, пользоваться ею совместно, — врывается в мою радость голос дворецкого, сразу все портя. Но тут же, возвращает ее обратно:

— Конечно, и у господина посла, и у его супруги есть в покоях еще по одной, личной ванной комнате.

— Да зачем такие сложности?! — все еще недоволен Райвен.

— Это традиция королевского дворца — супруги всегда живут в раздельных покоях. Его Величество король Леоний и Её Величество королева Валентина сами проживают в разных покоях. Даже в разных крылах дворца, — все так же невозмутимо продолжает бакенбардоносец.

Сбоку раздается тихий смешок. Сложив перед собой руки, возле меня стоит девушка в сером платье с передником и с белоснежным чепцом на голове. Глаза у нее опущены в пол и вид очень смирный, но уголки розовых губ подрагивают, словно она с трудом сдерживает улыбку.

Дворецкий переводит взгляд на девушку, хмурится и заявляет:

— Это Марта, я собирался назначить ее вашей личной горничной, госпожа Грозовая, но боюсь…

— Отлично! — восклицаю, понимая, что мужчина тоже услышал ее смешок и решил лишить девушку такой замечательной должности. — Марта мне отлично подходит! Сразу видно, что у нее добрый характер.

— Но…

— Никаких «но»! Марта моя горничная, и точка! — обрываю дядечку не совсем вежливо. Ловлю на себе благодарный взгляд карих глаз девушки и понимаю, что сделала правильный ход — союзники в чужом доме никогда лишними не будут.

— Кх-м! — недовольно прокашливается дворецкий, явно собираясь отобрать у меня мою горничную. — Лучше вам воспользоваться услугами другой девушки.

Лицо Марты делается совсем несчастным. Я готовлюсь бороться за выбранную себе горничную не на жизнь, а насмерть. Но тут в дело вмешивается Райвен.

— Моя супруга пожелала именно эту горничную, так что оставим дальнейшие разговоры на эту тему, — заявляет таким властным тоном, что у величественного пузана даже усы с бакенбардами опадают. Так тебе, знай нас, Грозовых!

Не обращая внимания на недовольно пыхтящего дворецкого, Райвен поворачивается ко мне и ласково предлагает:

— Дорогая, отправляйся в свои покои и хорошенько отдохни — сегодня Его Величество ждет всю нашу дипмиссию на официальный прием. Ты должна на нем блистать, моя любовь.

Наклоняется и не успеваю я опомниться, как у всех на виду прижимается своими губами к моим!

В моих покоях, не дав даже оглядеться, Марта чуть не падает передо мной на колени:

— Как отблагодарить вас, госпожа?! Вы так добры!

— Ну, ну, ты что? — я хватаю ее за руку и не даю сползти на пол к моим ногам — что за глупости такие!

— Вы оставили меня своей горничной, и теперь противный Оберлейн ничего

Закладка:

— Он что, такой вредный, этот Оберлейн? — спрашиваю, оглядывая апартаменты.

Симпатичная небольшая комната, по виду гостиная. В центре парочка обтянутых светлым шелком уютных диванчиков. Между ними разместился низенький столик с широкой вазой полной необычных фруктов.

В углу у окна камин, перед ним два больших кресла. Между ними еще один столик, но повыше и круглый.

На полу мягкий светлый ковер, в тон ему шторы на окнах. В стене справа от входа две двери, в стене напротив еще одна. Интересно, что за ними спряталось?

— Ой, этот Оберлейн такой неприятный. Но он родственник госпожи Агаты, — продолжает щебетать горничная. — Это она его сюда устроила работать. Теперь этот самонадеянный тип думает, что он бог и властелин всех горничных во дворце!

— Госпожа Агата? Кто это?

Горничная кидает быстрый взгляд на дверь, и убедившись, что она плотно закрыта, шепчет:

— Это фаворитка Его Величества. Агата Воруланд. Уже много лет единственная королевская любовница.

Марта хмурит брови и возмущенно восклицает:

— Прямо здесь, во дворце живет вместе со своими детьми от короля! В его крыле! Поэтому Его Величество и ввел традицию супругам жить в разных покоях, чтобы собственные жена и любовница не сталкивались нос к носу возле его дверей.

— Ужас какой! А как королева относится к этому факту? — от возмущения я с размаху падаю попой на диван и таращусь на горничную.

— Бедная королева бездетна, увы. А Агата родила его величеству уже четверых бастардов. Последним только-только на днях разрешилась, вот и чувствует за собой власть. Ну а королеве приходится мириться с ее присутствием. Правда, бастардов от Агаты король Леоний не торопится признавать наследниками. Да и с королевой не спешит разводиться, хотя давно мог бы.

— Почему не разводится? — любопытничаю я.

— Кто же его знает, — пожимает плечами Марта. — Нам никто рассказывать не будет, что у великих в головах творится. Но не разводится, и мы, слуги, этому рады. Потому что эта Агата, если станет королевой…

Девушка замолкает, но так неприязненно крутит носиком, что становится ясно — королевскую фаворитку она не любит. Так же, как ее родственника Оберлейна.

— Ладно, Марта, помоги мне раздеться и принять ванну с дороги. Да и поспать бы не мешало перед приемом, — говорю зевая. И правда, устала я что-то, все-таки целый день провела в пути.

Через несколько минут я уже нежусь в горячей душистой воде в своей личной ванной, оказавшейся за одной из дверей в гостиной. За другой была гардеробная, а за третьей…

За третьей была моя спальня с выходом в ту самую, общую с супругом, ванную комнату. Надо не забыть проверить дверь в нее на наличие замка! А то вдруг кое-кому приспичит завалиться ко мне, чтобы ноги свои волосатые сложить куда не следует. Или вообще, голой спиной покрасоваться! Нет уж, раздельные спальни — это то, что нам нужно!

После ванны я, чистая и благоухающая маслами, которыми меня натерла Марта, со стоном блаженства упала в кровать.

Глаза сами по себе закрылись, и уже уплывая в сон, вспоминаю, что так и не проверила дверь в общую ванную на наличие замков.

— «Потом посмотрю. Обязательно!» — обещаю себе, и сознание окончательно отключается.

Через час Марта осторожно будит меня. Пока я зеваю и тру лицо, пытаясь прийти в себя, начинает вихрем носиться по спальне, готовя наряд для приема. Усаживает меня в кресло перед туалетным столиком и принимается приводить в порядок мои волосы.

Я только диву даюсь, как ловко она из моих непослушных волос создает изящную, очень мне идущую прическу.

Затем несколькими движениями наносит легкий макияж, от которого моя кожа засияла, глаза стали казаться больше, а губы полнее.

Помогает надеть выбранное мной платье, туфельки. Подает веер, и довольная своей работой, в умилении складывает на груди руки:

— Какая же вы хорошенькая, госпожа Мирэль. И муж вас так любит, я это сразу увидела!

Любит?! Ох, милая, вот тут тебя зрение подвело!

Зал, куда наша миссия прибыла, представиться Его Величеству Леонию Первому такой огромный, что в нем запросто может разместиться с десяток драконов во второй ипостаси.

И зачем людям такое огромное помещение? Из-за его размера, даже разглядеть невозможно, чем украшены стены и потолок. С нашего места только паркетный, сливочного оттенка пол под ногами и видно.

Зычный мужской голос объявляет:

— Посольство драконьего королевства Арум!

Наполнявшая зал толпа разряженных мужчин и женщин, расступается, освобождая для нас проход. Мы чинно, пара за парой, идем по ковровой дорожке.

Впереди, под руку с супругой, сам посол, граф… хоть убей, не помню его имени. Кстати, его женой оказалась та самая дама, что ехала со мной в карете первую часть пути. До нападения ужасной белки!

— Райвен, — говорю я тихонько, чтобы никто не услышал, — я считала, что это ты посол!

Муж наклоняется и шепчет мне на ухо:

— Слишком молод для такой должности, дорогая. Лет через сорок-пятьдесят мы с тобой как раз повзрослеем для нее… А пока я только заместитель посла.

И целует меня в щеку, негодяй этакий!

При виде этого нахальства члены нашей делегации, в основном почтенного возраста мужчины, понимающе улыбаются. А жена посла — как же ее имя? — оглядывается и одобрительно кивает мне.

Похоже, все в курсе, что мы молодожены и уверены, что…. Ой, представляю, что они о нас думают!

Пока я краснею и смущаюсь, делегация добирается до возвышения в центре зала, где стоит два богато украшенных кресла с высокими спинками.

На одном сидит рослый мужчина с красивым, очень властным и надменным лицом. Одет он в нарядный, белого цвета, расшитый серебром костюм.

Длинные пальцы унизаны перстнями, часть из которых совершенно точно, очень мощные артефакты.

Вон тот, на среднем пальце — считывает ауры. На мизинцах амулеты, способные мгновенно создать защитный магический барьер. Если зрение меня не подводит, то на левом мизинце короля артефакт, защищающий от огня. На правом от ментального воздействия.

Святые крылья, Леоний что, думает драконы сейчас начнут в него пламенем плеваться или в его разум полезут?!

Справа от короля сидит королева. Высокая, сухопарая. Вся в черном, словно одевалась в противовес белоснежному костюму супруга. Лицо у нее еще довольно молодое. Оно было бы даже красивым, если бы не выражение холодности и надменности на нем. Они с мужем что, соревнуются, кто выглядит более высокомерно?

Тот же самый зычный

Закладка:

— Господин посол, граф Карлайл с супругой!

Ага, вот как их зовут!

— Заместитель посла, наследный князь Грозовой с супругой.

— Секретарь посольства, господин…

Представление продолжается довольно долго. Мы по очереди выступаем вперед и под пристальным взглядом серых глаз короля делаем реверансы, благодарим за честь быть представленными Их Величествам. Выражаем надежду на долгосрочные мирные отношения… и так далее, и тому подобное. Скукота, в общем.

В ответ король милостиво произносит слова ответных приветствия. Королева надменно молчит, только изредка кивает в такт словам мужа. Глаза у нее смотрят куда-то поверх наших голов и выглядят пугающе пустыми.

Когда представление окончено, Его Величество предлагает:

— Господин посол, я бы хотел побеседовать с вами лично. Остальные члены вашей делегации могут начать знакомиться с моими подданными и развлекаться. Желающие могут танцевать, а на столах в соседнем зале всех ждут угощения и напитки.

— Мири, ты умеешь танцевать? — интересуется Райвен, когда мы отходим от королевской четы.

— Конечно, — фыркаю я. — А ты?

— Естественно, — усмехается и нагло кладет руку мне на талию. — Значит потанцуем? Или сначала поедим?

— Не знаю, полезет ли мне еда в горло, — отвечаю шепотом. — Посмотри, как нас рассматривают окружающие. Словно мы чудовища, сбежавшие из зверинца и непонятно как оказавшиеся в приличном обществе.

— Пусть себе смотрят. Мы знаем, что драконов тут ненавидят. Но мы все равно потанцуем, тем более, ты такая красивая, Мири. Пусть все мне завидуют.

От этих слов у меня на душе становится так тепло, что я чуть было не признаюсь, что Райвен тоже очень красив в своем строгом камзоле, украшенном серебряным шитьем. Такой мужественный и элегантный.

К счастью, не успеваю, потому что этот негодяй с ехидной улыбочкой добавляет:

— Тот факт, что ты не напялила на себя уродские платья, что купила перед отъездом, делает тебя особенно прекрасной, моя Мирэль!

Гад! Хам! Негодяй!

Дальше додумать не успеваю, так как к нам подходит молодой слуга в роскошной, темно-зеленой ливрее.

— Простите, господин Грозовой. Миледи…, — обращается с поклоном. — Моя госпожа, леди Агата Воруланд просит вас почтить ее своим визитом. Ее покои недалеко отсюда, и вы не задержитесь надолго.

— А сама госпожа Агата не присутствует на празднике?

— Госпожа моя, увы, слишком слаба после недавнего рождения ребенка, — произносит слуга. — Поэтому она просит вас навестить ее. Вы с супругой единственные молодые члены делегации драконов и ей будет приятно познакомиться именно с вами.

Райвен кивает, выражая согласие, и мы следуем за слугой по длинному, ярко освещенному коридору, в отдельное крыло.

Фаворитка короля оказывается очень красивой голубоглазой блондинкой. Молодой и нежной, с широкой обаятельной улыбкой и прелестным серебристым голосом.

— Простите, что вынуждена принимать вас в такой обстановке, — она ведет по сторонам тонкой ручкой с изящными пальцами. Указывает на кровать, в которой сидит, опираясь на многочисленные кружевные подушки и смущенно улыбается.

— Наверное вы слышали, что буквально на днях я родила еще одного ребенка нашему повелителю? Теперь у него три сына и очаровательная дочка, мои любимые детки, — произносит она с нежностью в голосе.

— Примите наши поздравления, — галантно произносит Райвен. — Появление на свет детей — всегда радость. Особенно, если это дети, рожденные в любви.

Красивые голубые глаза Агаты начинают сиять. Своим серебряным голосом она восклицает:

— О да, Его Величество очень любит меня. Очень. И я обожаю его, не представляю своей жизни без него. Но…

Прекрасные глаз туманит печаль.

— Но наши детки… Мое сердце обливается слезами от мысли, что они незаконнорожденные. Бастарды! А ведь могли быть наследниками, принцами…

Как несправедливо распорядилась судьба, что мы с моим Леонием встретились и полюбили друг друга когда он уже был в браке. Увы, в несчастливом, браке…

Если бы королева смогла подарить моему Леонию ребенка, я бы не волновалась за него так сильно… Но увы, королева бесплодна, а мои дети так и носят звание бастардов. Разве это справедливо…?

К счастью, королева не ждет от нас ответа, продолжая рассказывать как беспокоится о короле и королевстве в целом.

Из покоев прекрасной Агаты мы с Райвеном выходим молча. Подавленные сочувствием к этой милой, но такой несчастной женщине.

Я вспоминаю, как Марта морщилась, говоря о королевской фаворитке. Уверена, моя новая горничная просто не разбирается в людях, раз невзлюбила такую прекрасную женщину как Агата!

Уже подходя к дверям зала приемов я вдруг чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Поворачиваю голову и вижу за колонной смутно знакомого светловолосого мужчину.

Заметив, что я смотрю на него, он мгновенно отступает в тень и исчезает. Еще несколько секунд я пытаюсь вспомнить, откуда его знаю, а потом просто выбрасываю из головы. Мало ли кого я встречала на своем жизненном пути, всех ведь не упомнишь.

Ох, если бы я знала, каким неприятным образом этот тип вскоре проявится в моей жизни, обязательно бы напрягла свою память!

Глава 10

Мы решаем, что не будем возвращаться в зал приемов. День был длинный и насыщенный, мы оба валимся с ног. Во всяком случае, я точно уже никакая. Ощущение, что мною натирали паркет в том самом зале приемов.

— Доброй ночи, — говорю Райвену, не глядя, и быстро скрываюсь в своих апартаментах.

Марта дремлет, усевшись в кресло возле окна. Разбудив ее, прошу помочь расстегнуть мне платье и отправляю спать. Девушка пытается возражать, но у меня просто нет сил, поэтому я резко прекращаю ее попытки показать себя услужливой и все-таки прощаюсь с ней до утра.

Заперев дверь за Мартой, выпускаю Пуфика погулять, кормлю малыша и позволяю сбегать на улицу по своим делам, пока я наскоро принимаю ванну. Помывшись, накидываю халат, выхожу и вижу, что рыжий хитрец уже прекрасно устроился на кровати, мурча чуть ли не на всю спальню.

Устало усаживаюсь на мягкий невысокий стул перед трюмо и растерянно смотрю на себя в зеркало. Эх, поспешила я отправить Марту спать, а как же теперь быть с этой прической, которую она соорудила? Тут же шпилек с полсотни, наверняка. Лечь спать с подобным нагромождением из волос не вариант: завтра проснусь с жуткой головной болью, а у нас, скорее всего, опять будет нервный день и мне нужно быть в тонусе, а не в состоянии тряпочки.

Уныло вздохнув и проигнорировав ленивый взгляд кота, начинаю разбирать сооружение из волос, вытаскивая шпильки по очереди, одну за другой. О, боги, это затянется до утра!

— Да, блин! — ругаюсь расхожим у нас ругательством, принесенным Алекс, мамой Райвена. Ой, это же она моя свекровь,

Закладка:

Замираю с открытым ртом, из-за внезапного озарения, и не сразу замечаю, что смежная дверь в мою спальню открывается и ко мне заходит Райвен, одетый только в тонкие подштанники выше колена.

— Что-о-о?! Ты зачем сюда пришел?! — поворачиваюсь на стуле и недоуменно смотрю, как он раскладывает свою подушку и плед на МОЕЙ кровати! Сдвигая нагло развалившегося посредине кота.

— Что значит, зачем? — с очень правдоподобным удивлением спрашивает Райвен. — Мы находимся в чужом, враждебном нам королевстве, при дворе, где кто угодно может рискнуть нас подставить любым образом, или, что еще хуже, устранить. И ты спрашиваешь, почему я у тебя в спальне? Серьезно, Мири?

— Эм… — я даже сначала теряюсь, что ответить на подобную реплику, но потом собираюсь с мыслями. — Если у меня закрыты двери и окна, а ты за стеной — вряд ли это опаснее, чем спать во дворце у любого драконьего князя!

— А вот и нет. Мы не знаем, на что способны люди. Я просто не имею никакого морального права так рисковать тобой. Ты представляешь, если с тобой что-то случится? Что мне на это скажет моя мать? А уж что скажет твой отец… мы оба прекрасно знаем, учитывая, что он не любитель говорить и, скорее всего, просто свернет мне шею за свою любимицу дочку.

— Не надо преувеличивать, — возражаю, потом понимаю, что Райвен прав, и добавляю, — шею он тебе не свернет, но пару ребер поломает, это да.

— А остальные доломают твоя маман и братья. Так что, ты как знаешь, а я сплю тут. И вообще не вижу в этом ничего странного. Мы ведь уже прекрасно спали в одной кровати. И ничего страшного не произошло. Чего ты опять всполошилась?

Ну вот и что тут скажешь? Не признаваться же, что меня настораживает собственное странное поведение, когда он рядом? И что я все чаще вспоминаю наши поцелуи? И вообще… о, боги, стыдоба какая, не против их повторить?! Но ни за что в этом ему не признаюсь!

— Ничего я не всполошилась! Просто это было неожиданно. Я уже собиралась спать, а тут ты. Испугал меня… немного.

— Что-то ты последнее время уж очень пуглива, моя Мири, — нахально усмехается Райвен, укладываясь на кровать и не спеша укрываться пледом, красуясь передо мной загорелым торсом.

— Я не твоя! — возражаю скорее по привычке.

— Давай быстрее ложись рядом со мной и ничего не бойся. Обещаю, я буду всю ночь напролет оберегать тебя от всяких опасностей, — продолжает издеваться Райвен, закинув руку за голову и подогнув одну ногу.

— Ой, отстань! — говорю, с новыми силами принимаясь за прическу, вернее попытки ее ликвидировать.

Какое-то время в комнате стоит молчание, я исподлобья бросаю взгляд на кровать и вижу, что Райвен лежит с закрытыми глазами, так и не укрывшись. Его широкая грудь равномерно вздымается и опускается. Заснул? Выдыхаю с облегчением и возвращаюсь к волосам.

Через десять минут скриплю зубами и понимаю, что что-то явно идет не так. У меня уже начинает болеть голова из-за того, что некоторые шпильки сняты и на остальные идет двойная, а то и тройная нагрузка. Они жутко тянут пряди и кожу головы, заставляя меня сжимать челюсти в бессильной злобе и ощущении собственной беспомощности.

Боги! Вот что делает с девушками жизнь в изобилии! Мы становимся как дети! Ничего не можем сделать без посторонней помощи! Ни одеться, ни волосы причесать!

— Кошмар какой-то! — последнюю фразу я, забывшись, говорю вслух.

— Давай я помогу? — произносит Райвен, внезапно выросший у меня за спиной.

Я вскрикиваю от неожиданности и с бешено колотящимся сердцем безропотно позволяю рукам мужчины коснуться моих волос. И тут же забываю обо всех наших ссорах…

Райвен нежен и аккуратен. Ни одна волосинка на моей голове не рвется, когда он вытаскивает шпильки. Медленно и так, словно ему это нравится. Я бросаю осторожные взгляды на его лицо и вижу на нем легкую полуулыбку и какое-то… не знаю… нежное? выражение.

Будто он помогает с прической младшей сестре. Мне внезапно становится как-то грустно. Зачем-то вспоминается детство и наши веселые игры. Тогда мы дружили. И он не считал меня глупой, а я его — заносчивым и грубым. Тогда еще между нами не было воспоминаний о поле и жарком поцелуе в высоких травах. Тогда он еще не сбежал, бросая меня в растрёпанной одежде и чувствах. В этот раз мысли о прошлом почему-то не вызывают привычную злость и обиду. Просто грустно.

— Все, шпилек больше не осталось, — говорит Райвен.

Я молча киваю.

— У тебя, наверное, голова болит от такой прически, давай я…

И не договорив, мой фальшивый муж погружает свои пальцы в мои волосы, начинает массировать кожу. Боги-и-и! Как это приятно!

— М-м-м… — это я пытаюсь возразить. Сказать, что все в порядке, что уже пора спать... Но кто меня слушает!

Райвен нажимает именно там, где нужно, поглаживает, ерошит волосы, разминает кожу головы. Забывшись, закрываю глаза и запрокидываю шею назад, давая ему возможность еще лучше и больше меня баловать. Если не обращать внимания на постоянно бегущих мурашек, то вполне можно даже заснуть. У меня вот почти получилось.

Ровно до того момента, как горячие мужские пальцы ложатся на мои плечи и принимаются их разминать. Вздрогнув, открываю сонные глаза и ловлю в зеркале горящий взор Райвена. Всё, сна как не бывало.

Наши взгляды держат друг друга в плену, я вижу как стремительно растут зрачки у мужа, а потом внезапно становятся длинными, драконьими. Как он медленно склоняется надо мной, ноздри его носа трепещут. Он сдвигает мои волосы на одно плечо, чуть наклоняет вбок мою голову. Все это делает не спеша и не разрывая наш контакт глазами.

А потом его горячие губы целуют нежную кожу возле моего уха. Я всхлипываю, хоть и была готова к чему-то подобному. Чуть прихватывающие кожу, неторопливые поцелуи спускаются вниз по моей шее. И останавливаются в том месте, где шея переходит в плечо.

Тут бешено бьется венка под его губами, давая знать о моем взбудораженном состоянии. И тут же, чуть ближе к ключице, когда-то наши предки драконы ставили метки своим истинным парам. Именно здесь губы Райвена задерживаются дольше всего, заставляя меня закрыть глаза в какой-то неконтролируемой истоме.

— Пойдем в постель, — говорит он хрипло.

Я вздрагиваю и открываю глаза, готовая сказать, что у нас же просто фиктивный брак и вообще… Что вообще я додумать не успеваю, потому что Райвен добавляет:

— Умираю, хочу спать. Уверен, ты не менее уставшая.

И подает мне руку,

Закладка:

— Доброй ночи, Мири, — говорит, развалившись в позе звездочки на моей кровати.

— Доброй, — буркаю я, лежа на боку, спиной к нему.

Чтоб тебя кошмары замучили! Чтоб тебя… И снова становится грустно…

Утро следующего дня начинается сумбурно. Просыпаюсь я опять от того, что мужские, чуть шершавые ладони поглаживают мою спину. Открываю глаза и наталкиваюсь на взгляд Райвена. Ощущение, что он лежал и ждал, когда я проснусь.

— Доброе утро, Мири, — говорит и наклоняется с явным намерением поцеловать меня.

Успеваю выставить между нами одеяло.

— Доброе, Райвен. Тут никого, кроме нас нет, нам совершенно не обязательно целоваться.

— А если я не ради обязательств, а потому что хочу? — возражает невыносимый дракон, одним движением руки отбрасывая одеяло и тут же перекидывая меня к себе на грудь.

На секунду я даже забываю дышать. Лежу сверху на мужчине, совсем близко его лицо, на которое падают мои волосы. А руки Райвена поглаживают мою попу!! Ну что за нахал!

Открываю рот, чтобы возмутиться и тут же получаю горячий поцелуй. Боги! Почему, когда он начинает меня целовать, я становлюсь размазней?! Ведь ни с каким другим мужчиной такого не было! А их у меня было немало! Целых трое! Не считая этого… как его… О, боги! Я забыла имя… Кристобаль! Да, точно! Не считая Кристобаля.

— Перестань! — удается выдавить из себя через прискорбно долгое время.

— Ладно, не вопрос! — тут же отодвигается Райвен, в очередной раз взбесив меня своим непонятным поведением. То липнет, как колючка к платью, а то внезапно отодвигается, словно ему все равно. — Пойдем завтракать?

— Нам обязательно нужно куда-то идти?

— Не обязательно, но желательно. Ты же помнишь, мы тут не для развлечений.

— Да как можно забыть, если ты постоянно об этом говоришь? — фыркаю, поправляя ночную рубашку. — Я первая в ванну.

— Поспеши, если не хочешь, чтобы я присоединился, — несется мне в спину, и в ванную комнату я буквально залетаю, с раздражением отметив отсутствие замка на двери.

Моюсь в рекордно короткое время. И так же быстро одеваюсь, Райвен только шнурует корсет. Причем, делает это совершенно невозмутимо, и не пытаясь приставать.

В столовую мы спускаемся в строго положенное время, не опоздав ни на минутку. И с удивлением узнаем, что сидим по разные стороны стола. Возле меня с двух сторон — какие-то незнакомые, весьма напыщенного вида лорды, возле Райвена — две дамы в очень откровенных декольте.

— Ох, надо же, новые лица, — мурлычет брюнетка, щуря подведенные краской глаза. — Вы тот самый драконий князь?

— Тот самый. Райвен Грозовой, к вашим услугам, — галантно отвечает мой муж, ныряя взглядом в бессовестное декольте дамы.

Сцепив зубы, улыбаюсь сидящему рядом со мной лорду. Дипломатическая миссия, говоришь? Ладно, вот тебе мой дипломатический ответ!

— Доброго утра, блистательная, — говорит мне сосед справа. — Позвольте представиться — граф Антуан Корсо. Рад видеть такую прекрасную даму рядом с собой за столом.

— Ах, граф, я тоже та-а-ак рада, — и улыбаюсь, шире некуда. Если всмотреться, этот Антуан не так уж некрасив…

Глава 11

— А я герцог Марек Берсо, — сосед слева наклоняет голову, чтобы заглянуть мне в лицо. При этом его длинные напомаженные волосы чуть не лезут мне в рот. Фу, пакость какая!

Тем не менее я улыбаюсь ему почти так же широко, как соседу справа:

— Очень, чрезвычайно приятно познакомиться.

Бросаю взгляд через стол, где две декольтированные нахалки чуть из платьев не выпрыгивают, заигрывая с моим драконом.

Вот брюнетка с вульгарно подведенными глазами подается своими верхними прелестями в сторону Райвена. Взмахивает затянутой в перчатку рукой. Словно невзначай прикасается к корсажу, и… О Всевидящая Богиня! Ее, и до этого ниже низкого декольте еще больше углубляется! Да так, что немалого размера «дыньки» красотки чуть не выпадают наружу, прямо в тарелку с салатом.

А этот… этот… Райвен в упор глазеет на её бахчу, чуть не носом уткнувшись! Вот негодяй!

— Простите, миледи? Я не совсем понял, что вы сказали? — на меня оторопело смотрит сосед слева. Как же его — Корсо… Берсо? Что же у них такие фамилии похожие-то! И что, я ляпнула вслух то, что думала про поведение своего мужа?!

Ну сейчас он у меня получит! Не Корсо-Берсо, конечно, а негодяй Грозовой!

Улыбаюсь еще шире и пою таким сладким голосом, что у самой во рту все чуть не слипается:

— Ах, милый герцог! Я иногда сама не замечаю, как начинаю вслух… э-э-э декламировать стихи. Или вспоминать недавно прочитанную книгу. Вы любите читать?

— Читать?! — изумляется герцог и смотрит на меня так потрясенно, что мне начинает казаться, что на лице у меня вырос второй нос. — Что вы, прелестная госпожа Грозовая! У меня совершенно нет на это времени! Светская жизнь — балы, званые обеды, скачки, охота — занимают так много времени, что иногда у меня еле-еле находится минутка отдать распоряжение своим слугам, какой наряд мне подготовить.

Герцог вдруг делается очень печальным.

— А вчера, например, когда я вернулся с обеда у графа Трофо, у меня даже не было времени выбрать подходящий шейный платок к васильковому бархатному жилету, в котором я собирался пойти на ужин к госпоже Брино. Представляете?

— Не очень…, — я таращу на него глаза, уверенная, что он просто шутит. Ну не может же взрослый солидный мужчина говорить такое всерьёз?

Однако герцог и не думает шутить. С досадой объяснят:

— К такой ткани не так-то просто подобрать подходящие аксессуары. Нужно немало времени и очень тонкий вкус, чтобы создать гармоничный ансамбль. Вкус у меня отменный, без ложной скромности скажу вам, милая красавица. А со свободным временем, как и говорил, просто беда. Вот и пришлось вчера надевать на шею прозаичный белый шелк, чтобы не опоздать к назначенному времени.

— Я в шоке! — говорю, а сама изо всех сил пытаюсь не расхохотаться. Боги, какой идиот мой сосед слева!

— Милая госпожа Грозовая, — это мне шепчет уже сосед справа. Корсо, кажется. Да, точно, граф Антуан Корсо. — Не обращайте на этого неуча внимания! Вот я, например, обожаю книги! В этом году уже вторую начал читать и в полном восторге от нее!

— Да что вы говорите?! — едва не фыркаю презрительно. Но вовремя спохватываюсь, и изо всех сил начинаю изображать восторг — жена дипломата я или нет! — Ну надо же, едва-едва половина года минула, а вы уже за вторую

Закладка:

Пока сосед раздувается от гордости, взгляд мой снова прилипает к сидящему в противоположном конце стола мужу.

А там…! А там…!

Увиденное вызывает во мне такое возмущение, что я тут же поворачиваюсь к соседу слева. Начинаю ему улыбаться с такой силой, что рот мой сегодня точно порвется и никакая магия не зашьет его обратно.

Так тебе и надо, подлец Грозовой! Будет у тебя не жена, а жаба большеротая!

* * *

Райвен Грозовой

Как удачно все сложилось! На завтраке мне предлагают место рядом с женой графа Булю. Того самого, что давно у нас в разработке. Есть сведения, что этот безобидный и скучный с виду мужчина на самом деле один из самых удачливых шпионов, работающих против нашего драконьего королевства.

Мало того, в руках Булю собраны нити целой шпионской сети. Сам же он, как хитрый паук, сидит в центре сотканной им паутины. Дергает за веревочки, заставляя своих марионеток делать то, что ему нужно, и собирает сведения о делах в драконьем королевстве.

И не только собирает. Доподлинно известно, что этот негодяй с чьей-то подачи ведет подрывную деятельность внутри людского королевства, настраивая его жителей против драконов в целом, и конкретно против нашего королевства. Одна из моих задач выяснить, с кем в королевстве Арум сотрудничает этот мерзавец.

Так что, да, оказаться рядом с его женой на официальном завтраке — это настоящая удача.

Тем более, что графиня Булю оказывается молодой, яркой, весьма вульгарной и не слишком умной особой. С первой секунды знакомства начинает откровенно со мной заигрывать. Строит глазки, зазывно улыбается и не устает демонстрировать свое богатое от природы, но не слишком мне интересное декольте.

Ну что же, подыграю красотке — авось проболтается о делах мужа. Заодно тонко напрошусь в гости к чете Булю — меня весьма интересует кабинет мужа этой брюнеточки. Интересует гораздо больше, чем ее сомнительные прелести, которые она без стеснения подсовывает мне под нос.

Вот только выражение лица Мири, сидящей на другом конце стола, мне совершенно не нравится. Еще меня бесит, что по обе руки от нее сидят два каких-то хлыща, без устали лезущих к ней с любезностями.

А она тоже хороша! То одному улыбнется так, что того и гляди щеки лопнут. То на другого посмотрит и тот аж облизываться начинает, поедая мою жену похотливым взглядом.

Чертыхаюсь сквозь зубы, но ничего не могу поделать — сейчас мне нужно обработать вульгарную жену Булю и заполучить приглашение в их дом. Поэтому отворачиваюсь от Мири и ныряю взглядом в декольте брюнетки. Через силу заставляю себя быть с ней любезным, а сам считаю минуты до окончания завтрака.

С облегчением вздыхаю, когда церемониймейстер объявляет о завершении трапезы и предлагает гостям прогуляться в саду.

— Ах, князь Грозовой! Вы ведь составите мне компанию в прогулке по саду? — жеманно шепчет графиня и льнет ко мне почти голой грудью.

— С огромным удовольствием, — цежу сквозь зубы, глядя как Мири преспокойно уходит из зала в сопровождении тех двух хлыщей, что обольщали ее за столом. Ну женушка! Смотрю ты времени даром не теряешь!

Подхватываю Булю под руку и чуть не тащу в сад, совершенно забыв про ее подругу, которая на завтраке сидела по другую руку от меня. Та хмурит брови и что-то недовольно цедит нам вслед, но до нее мне нет вообще никакого дела.

В королевском саду, несмотря на не слишком солнечную погоду, прогуливается немалое количество людей. Парочками, поодиночке и небольшими группками. Вижу впереди на дорожке троицу — Мири и два ее кавалера — и невольно ускоряю шаг, чтобы догнать их.

— Ах господин Грозовой, вы так спешите уединиться со мной, что я даже не успеваю за вашими гигантскими шагами, — раздается рядом голос красотки, про которую я успел напрочь забыть. Какого хроля я думаю не о том, о чем нужно?! У меня здесь не погоня за супругой, а работа!

— Ну что вы, прелестная госпожа Булю! Я спешу увести вас… в тень! Вот-вот выглянет солнце и может обжечь своими жаркими лучами ваш нежную кожу! — резко торможу и подхватываю красотку под локоток. — Давайте прогуляемся вот по той аллейке, и вы расскажете мне, как такой красавице, как вы, довелось выйти замуж за такого скучного мужчину, как господин Булю?

* * *

Мирэль Грозовая

Поведение Райвена на завтраке так меня возмутило, что я не задумываясь принимаю приглашение от своих соседей по столу прогуляться в королевском саду.

— Прощу вас, милая прелестница, — тот, что сидел справа предлагает мне опереться на его руку. Вот ведь! Опять забыла, кто он — Корсо или Берсо? А, не важно!

Важно, что Грозовой подхватил эту наглую гологрудую брюнетку и ринулся с ней к выходу из столовой — значит тоже решил прогуляться, муженек?

Опираюсь правой рукой на подставленный мне локоть одного соседа, левой на другого, и задрав нос иду с ними на прогулку. Мужчины о чем-то наперебой рассказывают. Сами же смеются над своими историями, а я пытаюсь незаметно оглянуться на своего супруга.

В какой-то момент, замечаю, что Райвен и его краля свернули на одну из боковых дорожек. В груди вспыхивает возмущение — куда это он отправился?

Резко останавливаюсь и заявляю своим кавалерам:

— Ах, господа, прошу меня простить, но я вдруг вспомнила, что меня ждет одно дело! Абсолютно неотложное и мега важное! Мне срочно нужно… дать указания модистке, какие кружева пришить к платью для завтрашнего приема. Иначе, боюсь, она пришьёт совсем не то и я буду выглядеть нелепо!

— О-о, такие вещи ни в коем случае нельзя пускать на самотек. Не проконтролируешь, так эти мастерицы такого налепят! — немедленно поддерживает меня один из кавалеров, а второй согласно кивает.

— Тогда всего доброго! — восклицаю я, и повернувшись почти бегом уношусь прочь от этих скучных, напыщенных, недалеких павлинов.

Постаравшись принять независимый вид, иду в ту сторону, где последний раз видела своего мужа — вот сейчас я тебе покажу, как с чужими декольте прогуливаться в уединенных местах!

Поворачиваю на узкую боковую тропинку и почти лоб в лоб сталкиваюсь с высоким светловолосым мужчиной.

— Прошу прощения, прекрасная госпожа! — произносит он приятным низким голосом, показавшимся мне знакомым. Да и самого обладателя этого голоса я как будто где-то встречала.

— О, это вы?! — вдруг восклицает мужчина, пристально всматриваясь в мое лицо. — Каким волшебным образом я встречаю вас здесь?

— А-а…, — тяну я, пытаясь сообразить, откуда он меня знает.

— Однажды с балкона прямо мне в руки, словно

Закладка:

— Ой! — тут я тоже вспоминаю этого мужчину, на которого я свалилась, когда удирала на отбор к… к… Да как же его звали-то?! Что с моей памятью на мужские имена сделалось! Не важно, как его звали. Главное, я свалилась именно на этого блондина.

— Вижу, вы вспомнили меня, милая госпожа. Позвольте спросить, как вы очутились в королевстве людей?

— Я здесь со своим мужем, он заместитель посла Арума, князь Грозовой, — сообщаю мужчине.

— Князь Грозовой? — переспрашивает он и как будто меняется в лице. Но, наверное, мне показалось, потому что он тут же с улыбкой представляется:

— Я… барон Падолис. Прибыл во Вранарион по вопросам своего торгового дела.

— О, как мило, — отвечаю рассеянно, потому что в этот момент вдалеке вижу своего мужа, идущего в нашу сторону. Барон, заметив мой взгляд тоже смотрит на Райвена.

— Это…

— Это мой супруг, — сообщаю и довольно улыбаюсь, что с Райвеном уже нет брюнетистой гологрудки. — Сейчас я вас познакомлю.

— О, был бы счастлив, но увы — меня ждет неотложное дело! — восклицает барон. Кланяется и торопливо уходит в сторону, противоположную от Райвена.

— Кто это был? Мужчина, с которым ты разговаривала? — первым дело интересуется Райвен, когда подходит ко мне. — Мне показалось, что я его знаю.

— Барон Падолис. Он здесь по вопросам торговли.

— Барон Падолис…., — на лице Райвена появляется озадаченное выражение. — Значит, показалось, что это был… А, ерунда!

Райвен улыбается и, взяв меня под руку, ведет по аллее.

— Дорогая, может, отправимся в наши апартаменты? Этой ночью я плохо спал, и с удовольствием вздремнул бы часок перед обедом.

— Интересно, что же тебе мешало? — язвлю в ответ. — Вот я отлично спала, и сны видела приятные.

— О, дорогая супруга! Всю ночь мучился бессонницей, думая о твоей красоте! О твоей нежности и милом характере! — начинает кривляться бессовестный паяц.

Фыркнув, решаю ничего не отвечать на его выходку. Задираю нос и спокойно иду по направлению к нашим апартаментам.

— Ох, как же хорошо! — восклицает Райвен, заваливаясь на постель в МОЕЙ! комнате. — Иди скорее сюда, дорогая жена. Поцелуй меня, и полежи со мной немного.

— Райвен, марш отсюда — это моя комната, — я от возмущения даже не знаю, что еще сказать.

— Ой, Мири, не жадничай! Все равно нам нужно время от времени спать вместе, иначе нас заподозрят в… нехорошем. Кстати, завтра мы идем с визитом к господину и госпоже Булю.

— Булю? Кто это?

— Помнишь на завтраке со мной рядом сидела брюнетка? Вот это и есть госпожа Булю, — отвечает Райвен и широко зевает.

— Ой, вы посмотрите-ка! Значит, эта бесстыжая нахалка, в декольте которой ты провел половину завтрака ждет нас в гости. Интересно, зачем я вам там нужна?! Мне кажется, вам и вдвоем будет о чем поговорить! — язвлю я, не в силах удержаться.

Райвен приоткрывает глаза и насмешливо спрашивает:

— Мири, детка, да ты никак ревнуешь меня?

— Вот еще! — возмущенно отворачиваюсь.

— Иди сюда, — Райвен манит меня к себе. — Хочу по секрету рассказать тебе кое-что. Маленькую тайну.

Не удержавшись от любопытства, подхожу к кровати.

— Наклонись пониже — никто не должен слышать то, что я собираюсь тебе сказать, — серьезным голосом просит Райвен.

Я с подозрением смотрю на него — что он задумал в этот раз? Но лицо мужа совершенно серьезное. Даже строгое, я бы сказала.

— Наклонись, Мири. Это важно, то, что ты сейчас услышишь.

Поколебавшись еще несколько секунд я наклоняюсь над лежащим Райвеном.

— Ниже, Мири! Я могу сказать тебе это только на ушко!

Наклоняюсь еще и бац, меня обхватывает крепкая мужская рука и через секунду я лежу под боком у этого наглого, подлого, гадкого обманщика!

— Ты! Грозовой! — пытаюсь вывернуться из его рук.

Но Равен только покрепче обнимает меня и шепчет на ухо:

— Мири, в дом Булю мы едем, чтобы встретиться с господином Булю. У нас деловая встреча, моя ревнивая женушка.

И не успеваю я опомниться, как он крепко целует меня в губы, поворачивается ко мне спиной и через десять секунд уже преспокойно храпит.

А я чувствую себя совершеннейшей дурой!

Глава 12

Остаток дня, после обеденного сна, проводим раздельно. Райвен, сославшись на какие-то важные дела, уходит сразу, когда мы просыпаемся, и не возвращается даже к ужину. Мне приходится сидеть за столом одной и терпеть надоедливых собеседников, при этом делая вид, что я в восторге от пустых разговоров. Едва дождавшись завершения ужина и что-то солгав какому-то там канцлеру по поводу отсутствия моего мужа за столом, сбегаю в комнату. Где и сижу, бессмысленно пялясь в окно остаток вечера.

Снизу доносятся голоса и звуки музыки, видимо, снова бал. Но Райвен так и не вернулся, а идти одной — плохой тон. Не хватало еще, чтобы меня сочли падшей женщиной, подобной славы мне ну никак не надо! Хотя потанцевать бы хотелось, если честно. Музыка красивая, слышен смех. Веселятся люди, а я тут сижу. Становится обидно. Понятно, что мы сюда приехали работать, но от этого не легче.

Так и не дождавшись Райвена, укладываюсь спать. Долго ворочаюсь, пытаясь найти место поудобнее и позу посонливее. И с удивлением ловлю себя на мысли: когда рядом лежал и мирно сопел муж, и мне спалось как-то лучше. Удивительное, однако. Так и засыпаю, не дождавшись его.

Утром просыпаюсь и еще не открывая глаза думаю, что сейчас сказать Райвену. Обидеться, что он явился поздно, или сделать вид, что мне все равно? Демонстративно потягиваюсь, вроде как только проснулась и открываю глаза. Подушка на другой стороне кровати примята, но мужа нет! Не поняла?!

Резко сажусь, потом спускаю ноги с кровати, нахожу тапки и тут… открывается дверь ванной комнаты и выходит Райвен. Из одежды на нем только брюки. По коже стекают капельки воды. Он вытирает мокрые волосы и не сразу видит, что я проснулась. Зато мне выпадает несколько очень томительных секунд на то, чтобы рассмотреть каждый рельеф мышц на его плечах и груди.

Почувствовав, как заалели щеки, когда глаза поймали капельку воды, скользящую сначала по мужской шее, потом ниже и ниже, пока не теряется в районе пояса брюк, спешно отворачиваюсь.

— О, ты уже проснулась. Доброе утро, — говорит Райвен весело.

Становится возле зеркала, подсушивает заклинанием волосы и накидывает на плечи рубашку. Когда он застегивается и расчесывается, я наконец понимаю, что происходит.

— Ты что? Опять уходишь? — говорю чуть громче, чем хотелось.

— Да, мы вчера допоздна

Закладка:

— А как же я?

— А что ты? — Райвен выглядит действительно непонимающим.

— Я вчера просидела весь день взаперти. И сегодня опять сидеть? Зачем ты меня сюда привез, чтобы я в четырех стенах скучала?

— Ну почему же? Никто тебя не держит в комнате. Ты можешь выйти в сад. И потом, мы вечером идем на званый ужин, помнишь? Вот там и повеселимся.

— Ну конечно, повеселимся. Там же такая веселая семейка. Эта твоя вульгарная брюнетка и ее муж-подкаблучник! Прям обхохочешься! — не выдерживаю, срываюсь на крик.

— Мири, — Райвен садится возле меня, — не драматизируй. Мы не развлекаться сюда приехали, ты знаешь. Хватит вести себя, как малолетняя взбалмошная глупышка. Повзрослей уже.

— Ты! Да как ты смеешь! — я подскакиваю с кровати. — Я с тобой поехала! Я тебе помогаю! А ты!

Райвен тоже встает, пренебрежительно фыркает, берет камзол и идет к двери.

— Мы оба знаем, что ты поехала сюда не потому, что хотела мне помочь, — говорит уже возле самого выхода. — Не приписывай себе того, чего не было. Я вернусь ближе к вечеру. Будь готова к тому, чтобы ехать на званый ужин.

И уходит! Схватив со стола маленькую статуэтку какого-то животного, швыряю нею в дверь. Ах, жаль, что Райвен уже вышел!

Злюсь я еще долго. Из-за этого, сказавшись больной, не выхожу к завтраку. Но потом все-таки решаю пройтись по саду. Действительно, зачем сидеть в комнате и исходить желчью, если можно погулять и немного развеяться.

Знала бы я, что не только не развеюсь, а еще больше загружусь негативом, никуда бы не ходила…

Дворцовый сад, безусловно, прекрасен. Идеально подстриженные кусты, ухоженные цветы и деревья. Сочетания цвета и формы — все прекрасно. Сразу видно — садовник у короля — не только знает, но и любит свое дело. Конечно, при драконьем дворе я видала растения более диковинные, чем тут. Но оно и понятно, наши земли гораздо богаче на магию, что позволяет расти и множится часто очень диковинной флоре и фауне.

В данное время дня в саду почти никого нет, и меня это вполне устраивает — я не настроена на светские беседы. Хотела взять Пуфика с собой, но своевольный кот, взмахнув хвостом, пожелал остаться дремать в постели, лентяй.

— О, какая встреча! — неожиданно раздается за моей спиной.

Вздрогнув, оборачиваюсь.

— Лорд… — досадливо морщусь, понимая, что забыла имя своего недавнего нового знакомого.

— Барон Падолис, милая леди, — напоминает о себе мужчина.

— Простите, барон, у меня не очень хорошая память на имена, — пытаюсь приветливой улыбкой замаскировать неловкость.

— Ничего, я понимаю. У вас сейчас много новых знакомств, немудрено запутаться и забыть кого-то с кем беседовала всего дважды, — мой собеседник проявляет такт и вызывает симпатию. — Не будете против, если я составлю вам компанию в прогулке по саду? Сегодня такой чудесный день, и я был бы искренне рад разделить его с вами.

— Да, конечно, я не возражаю против вашей компании, — говорю, хотя еще минуту назад ни с кем не хотела разговаривать. Но барону удалось как-то меня к себе расположить. И нет, дело не в том, что он очень красивый мужчина. Есть в нем что-то…

— Скажите, вы ведь дракон, я не ошибаюсь? — решаюсь спросить напрямую.

— Не ошибаетесь, — отвечает мужчина.

— А как вы оказались тут, среди людей? Я знаю, что они не очень любят наш вид.

— А мне их любовь и не нужна. Я тут по делу. У меня есть товар, у людей — желание его приобрести. Взаимовыгода — самый лучший вариант отношений.

— Возможно… — задумчиво киваю.

— А у вас какая взаимовыгода с дипломатом Грозовым?

— Что? — недоуменно переспрашиваю. — Вы задаете странные вопросы, барон.

— Простите, леди, мою возможную грубость, но я знаю, что вы с мужем — молодожены. И вот я вижу вас гуляющую по саду в одиночестве.

— Барон, вы забываетесь! — я резко останавливаюсь и намереваюсь уйти, оставив своего собеседника в одиночестве, но тот успевает схватить меня за руку.

— Мирэль, просто выслушайте меня! Всего минуту! Я не получаю удовольствия, говоря вам все это, но не могу более смотреть, как он использует вас!

— Кто?

— Грозовой!

— Это чушь какая-то! Отпустите мою руку!

— Я отпущу, но дайте мне всего минуту, Мирэль! Дайте СЕБЕ всего минуту! Чтобы потом не жалеть и не раскаиваться в собственной беспечности.

— Да что вы такое говорите?!

— Говорю, как есть! Предупредить вас хочу, предостеречь. Грозовой не любит вас! Он вас использует! Ему нужна была жена, чтобы сюда приехать и он ее быстро нашел в вашем лице. Не верю я в россказни о любви и страсти. Когда любят — берегут и не подвергают опасности.

— О какой опасности вы говорите? — спрашиваю, чувствуя, как сжимается сердце.

— О большой, Мирэль. Пока вы с Грозовым, вам могут навредить. Возможно, даже убить! А где он? Ваш муж и защитник? Ушел, бросил, занят своими делами! Не сможет, а возможно, и не захочет вам помочь, когда будет нужно, или если станет выбор: вы или его важные дела! Что вы о нем, в сущности, знаете, Мирэль? Кто он? Чем занимается? Он лжет вам! Постоянно! Бегите отсюда, пока не поздно, Мирэль! Всеми богами вас заклинаю! Возвращайтесь домой, к родителям.

— Хватит! Достаточно! — вырываю свою руку из мужских пальцев, понимая, что от их хватки останутся синяки, которые будет трудно объяснить мужу. — Барон, сделайте одолжение. Никогда! Слышите? Никогда больше ко мне не подходите!

И развернувшись, быстро иду, почти бегу по дорожке. Хоть и стараюсь не принимать близко к сердцу все сказанное бароном, чувствую, как меня волнами накрывает страх. Боги! Во что я вляпалась по собственной неосмотрительности и доверчивости?

По комнате бегаю туда-сюда уже который час. Райвена все так же нет. Случайно вспоминаю, что у нас на сегодня назначен званый ужин. Значит, этот наглый драконище все-таки должен прийти не когда я сплю, а раньше, иначе толку от меня за столом особого не будет.

Достав свое самое роскошное и откровенное платье — не одной же мымре брюнетистой декольте светить. Копаюсь в драгоценностях, пытаясь найти что-то не слишком броское, но подходящее к наряду, когда дверь тихо открывается и появляется он — тот самый мужчина, по вине которого я уже столько времени не нахожу себе места.

— Райвен, нам нужно поговорить, — начинаю сразу, едва за ним закрывается дверь.

— Мири! Ты почему еще не одета? — спрашивает, словно ни в чем не бывало. — Погоди с разговорами. Я быстро приму душ, переоденусь. Поговорим по дороге.

Закладка:

— Я не хочу ждать! Я сейчас хочу поговорить! Ты весь день где-то пропадал. Что-то делаешь, с кем-то встречаешься, а мне ничего не говоришь!

Райвен смотрит на меня удивленно, став вполоборота и уже успев снять все, кроме обуви и брюк.

— Что ты хочешь узнать? — спрашивает.

— Все! Ну… или то, что мне нужно знать.

— Я сказал тебе все, что тебе нужно знать, — отвечает невозмутимо, расстегивая ремень.

— Нет, так не пойдет. Где ты был сегодня? Почему нам обязательно надо ехать на этот званый обед? Зачем нам нужно в дом к этому Булю? Что ты молчишь?

— Я отвечу на твои вопросы позже, сейчас на них нет времени. И, Мири, я не против, если ты хочешь остаться и посмотреть, как буду принимать душ, но учти я вот-вот сниму штаны, и ты увидишь то, что до сих пор еще не видела.

И этот наглец действительно начинает стягивать брюки! Сначала я вижу жесткие мышцы живота, потом тонкую полосочку темных волос, спускающуюся вниз, а потом…

— Нет! — резко поворачиваюсь к бесстыднику спиной и выхожу из ванной комнаты под его издевательский смех.

Ла-а-адно! В подобные игры можно играть вдвоем! Сейчас ты у меня получишь! Спрятавшись за ширму, снимаю домашнее платье и надеваю красивое белье, чулки. С тех пор, как нам Алекс привезла с Земли наборы белья, мы с мамой модные у нас сорочки и панталоны не носим.

Прислушиваясь, чтобы не пропустить момент, когда Райвен выйдет из ванной, обуваюсь и надеваю то самое, весьма открытое платье. Густого, василькового цвета, оно прекрасно оттеняет и мои светлые волосы, и белую кожу, и голубые глаза. Корсет расшит золотом, как и подол платья. Глубокий треугольный вырез полностью открывает шею, демонстрируя спереди глубокую ложбинку, а сзади — края лопаток и красивую родинку на одной из них.

Осталось только надеть украшения. Прическу я оставляю ту же, что и утром. Только добавлю несколько сверкающих драгоценными камнями шпилек. Колье специально оставляю напоследок. И, дождавшись стука двери ванной, а потом шагов, выхожу из-за ширмы с самым нейтральным выражением лица.

— Помоги с колье, — говорю, не поднимая глаз на Райвена. Просто впихиваю ему в руки украшение и поворачиваюсь спиной.

С огромным удовольствием слышу его сдавленный вдох, а потом вопрос, заданный хриплым голосом:

— Ты в этом платье собралась идти?

— Да. Мне кажется, оно идеально подойдет для званого ужина, — отвечаю, пожав плечами и позволяя тонкой бретели платья соскочить с плеча, оголяя грудь еще больше.

Горячее дыхание касается моей шеи сзади, а потом сильные, чуть шершавые пальцы мужа поднимают упавшую бретель и возвращают ее на место. Я вздрагиваю и покрываюсь мурашками, когда его губы произносят мне в ухо, почти касаясь заалевшей кожи:

— Не делай так больше плечами, если не хочешь, чтобы я завернул тебя в покрывало и закрыл в комнате.

— Не наглей, — отвечаю. — Я твоя фиктивная жена, а не настоящая. И уж точно, я не твоя вещь, чтобы указывать, что мне делать.

— Мири, — напряжение в голосе Райвена передается всему моему телу, — сейчас не время демонстрировать мне свою независимость. Подожди до вечера, когда вернемся. Тогда я с удовольствием вступлю с тобой… в спор.

И спускает мне на грудь колье. Камни и металл обжигают холодом, заставив меня задрожать и покрыться гусиной кожей.

— Замерзла? Не удивительно в таком открытом платье, — говорит из-за спины Райвен. Но его голос не звучит сердито, или наставительно. О, нет. Хриплых ноток в нем добавилось, каждая буква теркой трет по моим нервам. — Ничего, я сейчас согрею.

Я даже не сразу понимаю, что он сказал. А потом горячие мужские губы прижимаются к моей шее. И меня действительно обдает жаром. Все тело. От кончиков волос до пальцев на ногах. Не сдержавшись, я издаю какой-то полузадушенный стон и чуть склоняю голову на бок, чтобы его губам было удобнее. Да, не зря говорят, что месть — обоюдоострое оружие.

Глава 13

Мири

Губы Райвена продолжают касаться моей шеи. От плеча неспешно поднимаются вверх, горячее дыхание ласкает кожу, заставляя меня дрожать, как в ознобе.

— Мири, как вкусно ты пахнешь! Просто волшебно…

Дыхание и губы добираются до скулы, задерживаются, продолжая обжигать меня невозможно приятными касаниями. Едва сдерживаюсь, чтобы не застонать от удовольствия, только неимоверным усилием воли подавляю неуместный звук.

А Райвен не останавливается. К губам присоединяются теплые пальцы: отводят выпавший из прически локон, проглаживают плечо и скользят вверх. Туда, где его губы по-прежнему нежат мою кожу мягкими поцелуями.

По телу течет приятное тепло. Во рту становится влажно, а грудь и низ живота затапливает блаженство. Не выдержав, я все-таки издаю совершенно неприличный стон.

— Мири… Моя нежная красавица. Твой запах сводит меня сума. Шелковистость твоей кожи заставляет забыть обо всем на свете. Твоя красота, затмевает все вокруг…, — исступленно шепчет Райвен, обхватывая мою талию, и еще жарче целуя.

Мужские ладони трогают ребра, ложатся на живот. Нежно его гладят, отчего я совершенно теряю голову и не сразу понимаю, что руки Райвена уже гораздо выше. Легли мне на грудь и мягко ее сжимают.

— Ах! — я ахаю и в ужасе распахиваю глаза. Восклицаю: — Райвен! Что ты творишь!

Длинный, тяжелый вздох у меня за спиной и наглые руки с неохотой исчезают.

— Да, что-то я слегка увлекся, — как ни в чем небывало сообщает этот… бесстыжий тип, вызывая у меня безудержную ярость. Сейчас… Сейчас он у меня получит!

Собираюсь повернуться и высказать все, что думаю о его наглости, но этот мерзавец уже стоит возле двери. Открыл ее и смотрит на меня нетерпеливо.

— Ну что, дорогая супруга, долго мне вас еще ждать?! Мы так и опоздать можем.

Что?! Это обвинения в мой адрес? Ах ты, наглючая драконья физиономия!

Хватаю свой веер, перчатки, и делая вид, что никаких нахалов с горячими губами и бесстыжими руками здесь и в помине нет, с гордым видом выплываю из комнаты.

* * *

Райвен

Подаю Мири руку, и когда она с неохотой опирается на нее, веду ее по коридору в сторону выхода, где нас ждет карета.

Мда, что-то я перестарался, помогая своей женушке надеть колье. Словно туман какой-то на меня опустился. Окутал разум и отключил все здравые мысли, стоило наклониться к ее тонкой шейке. Абсолютно обо всем забыл, едва вдохнул ее одуряюще прекрасный аромат.

И сейчас, когда мы чинно идем по коридору, кажется, что я по-прежнему

Закладка:

В карете Мири устраивается подальше от меня, хотя я пытался усадить ее рядом. Но она только сверкнула сердитыми глазами и сделала по-своему. Не стал настаивать. Оно и к лучшему, мне сейчас нужна ясная голова и настрой на дело. А Мири…

Хищно улыбаюсь — с моей милой женушкой мы еще пообщаемся таким же образом, как недавно в ее спальне. Почему бы и нет, если нам обоим это пришлось по вкусу?

Весь путь мы молчим, каждый думает о своем. Я прокручиваю в голове все, что удалось узнать о планировке дома Булю и расположении его кабинета.

Продумываю разные варианты, как в него попасть. Каким образом выпасть из поля зрения хозяев, добраться до кабинета и обыскать его. Все это сделать быстро и не навлечь на себя подозрений со стороны хозяев слишком долгим отсутствием.

Без помощника мне будет непросто, но что поделать — взять с собой еще кого-то было попросту невозможно. Как томно глядя мне в глаза, сообщила госпожа Булю, нас ждет почти семейный ужин — чета хозяев и мы, Грозовые.

Однако, когда карета подъезжает к ярко освещенному особняку Булю, выясняется, что нас ждет сюрприз…

* * *

Мири

Особняк Булю ярко освещен, из окон первого этажа несется смех, музыка и звон бокалов.

Хм, странно. Райвен говорил, что будет скромный ужин на две семейные пары, а тут, похоже, настоящий прием. Как хорошо, что я надела роскошное вечернее платье, а не что-нибудь скромненькое и неприметное!

Смотрю с подозрением на Райвена, собираясь спросить за обман, но он и сам выглядит удивленным.

— Странно…, — произносит нахмурившись, — похоже, нас ждет большая компания.

— Но, это только к лучшему, — произносит, словно про себя и складка между его бровей разглаживается. Подставляет мне локоть, и мы поднимаемся по ступеням крыльца, где для нас уже распахнули двери.

— О, мой дорогой князь! — у порога нас встречает хозяйка дома. Бросает на меня беглый взгляд, останавливается на моем декольте и недовольно поджимает губы.

Впрочем, тут же берет себя в руки и начинает сладко улыбаться:

— Ах, госпожа Грозовая! Как я рада видеть у себя в гостях супругу нашего милого князя! Прошу вас, располагайтесь — столы с напитками вон там. В соседнем зале танцы для желающих, а через час будет подан ужин — мы с моим дорогим супругом решили, что будет хорошей идеей устроить маленькую вечеринку вместо скромного вечера тет-а-тет.

Смотрит на моего мужа и обольстительно улыбается:

— Вы согласны со мной, дорогой князь Грозовой?

Ах, ты, змея слащавая! Опять к моему мужу липнешь! Смотри, доведешь ты меня до белого каления!

Поэтому я чуть-чуть веду плечиком, чтобы злополучная бретелька соскользнула с плеча. Слегка выпячиваю грудь, совсем немножко, только чтобы декольте стало еще роскошнее, и мурлычу:

— Конечно, госпожа Булю! Нам с моим дорогим Райвеном нужно хоть иногда бывать не только в обществе друг друга. Вы ведь знаете, что мы молодожены? Тогда сами понимаете, что у нас так много интересных дел, которыми можно заниматься вдвоем.

Я кокетливо хихикаю и нежно прижимаюсь виском к плечу мужа, с удовольствием глядя, как перекосилось лицо брюнеточки

— Да, о-очень много интересных дел. Но все-таки, иногда нужно отрываться друг от друга, и выходить в свет, не правда ли? — мурлычу, глядя в лицо мужу, у которого странно подергиваются уголки губ.

— Ну что же, тогда предлагаю вам насладиться обществом моих гостей, — с кислой миной предлагает Булю и мы с Райвеном заходим в большой зал, где уже собралось человек тридцать гостей.

Тут нас с Райвеном разделяют — к нему подходят какие-то солидного вида мужчины, а со мной заговаривают смутно знакомые дамы. Похоже, мы с ними встречались на приеме у Его Величества Леония, но хоть убейте меня, не помню, как их зовут! Да, плохое качество для жены дипломата не запоминать имена. Надо что-то с этим делать!

Делая вид, что прекрасно знаю, кто мои собеседницы, начинаю с ними болтать обо всем подряд и ни о чем конкретно. Ох, спасибо мамочке, что давным-давно преподала мне эту светскую науку!

Смеясь над чьей-то шуткой, совершенно, кстати, не смешной, замечаю, что мой супруг стоит рядом с колонной в дальнем конце зала и шепчется с… опять эта полуголая Булю! Медом что ли ей намазано возле моего мужа?!

Продолжаю болтать, а сама украдкой слежу за происходящим.

Вот Булу отходит от Райвена. Стоит, улыбаясь, а потом медленно перемещается к бархатной портьере в укромном уголке неподалеку. Немного постояв возле нее, оглядывается, и одним движением скрывается за ней.

Через минуту, тот же манёвр проделывает мой драгоценный муженек.

Вот значит как?!

Извиняюсь перед своими собеседницами и отхожу, якобы в дамскую комнату. Незаметно добираюсь до злополучной портьеры, и убедившись, что на меня никто не смотрит, тоже ныряю за нее — сейчас точно прольется чья-то кровь!

* * *

Райвен

— Я здесь, мой князь! — из полутьмы слышу жаркий шепот Булю и мою руку хватают ее унизанные кольцами влажные пальцы.

От ее тела идет тяжелый, тошнотворный запах сладких духов, выносить который я могу только потому, что до сих пор окутан ароматом моей Мири.

— О, мой горячий дракон! — шепчет женщина, прижимаясь ко мне полуголой грудью.

— Э-э, нам стоит уйти отсюда — кто-нибудь может ненароком заглянуть за портьеру, — останавливаю ее приставания.

— О, да! Пойдемте! Я знаю место, где нам никто не помешает, — женщина хихикает и тянет меня за руку к полутемной лестнице на второй этаж. — Возле кабинета моего мужа есть маленькая комната, где нам никто не сможет помешать: слугам запрещено заходить в это крыло, а муж занят с гостями.

Иду за ней, не смея поверить своей удаче — неужели все окажется так просто, и я без проблем доберусь до нужного мне помещения?!

По полутемной лестнице поднимаемся на второй этаж. Проходим несколько шагов и останавливаемся.

Пока Булю отпирает замок на двери в закрытое крыло, прислушиваюсь — в какой-то момент мне послышался за спиной звук легких шагов.

Слушаю, заодно принюхиваюсь, освободив свое драконье чутье — если рядом кто-то есть, я обнаружу его по запаху.

Но нет, за спиной тишина, а запахи все те же: тошнотворый Булю, и нежный аромат Мири, все еще не исчезнувший с моей кожи и одежды.

На миг прикрываю глаза, вспоминая ее вкус и довольно улыбаясь, но тут моя спутница, наконец, справляется с замком и открывает дверь.

— Скорее, мой дракон! — жарко шепчет мне

Закладка:

* * *

Мири

Скользнув за занавеску, на миг останавливаюсь и оглядываюсь.

Направо от меня уходит узкий темный коридор, откуда веет мрачностью и затхлым воздухом. Прислушиваюсь и принюхиваюсь, и понимаю, что тут давным-давно никого не было.

Зато наверху широкой полутемной лестницы, лежащей прямо передо мной, слышу легкий шорох и отголосок аромата Райвена.

Начинаю подниматься, стараясь делать это бесшумно, и вскоре отчетливо слышу шаги — мужские и женские. Еще неразборчивый женский шепот…

Крадусь на звук, почти настигаю парочку, и вдруг шаги и голоса затихают, словно они почувствовали слежку.

Отступаю в неглубокую, в мой полный рост, нишу в стене и замираю, почти не дыша и стараясь слиться со стенкой своего укрытия. Очевидно, когда-то здесь стояла статуя или вазон с цветами, но сейчас тут пустота и пыль, едва не заставившая меня расчихаться.

Замираю, прислушиваясь к тому, что делает эта парочка...

Вот чуть слышно звякнули ключи и проскрежетал замок... Затем снова женский шепот и шаги, уходящие куда-то в сторону…

Решаю пока не идти за ними, просто считаю шаги, которые хорошо слышу — один, два, три… тридцать пять… сорок два, и тихий скрип двери… Далеко же они ушли. Хорошо, что в этой гулкой тишине каждый звук, как на ладони!

Выждав минут десять и убедившись, что вокруг тишина, выбираюсь из своего укрытия. Дохожу до той двери, что ведет с лестницы и оказываюсь в коридоре, по которому только что прошли мой муж и его… любовница! На глазах закипают злые слезы — какой же ты мерзавец, Грозовой!

Смахиваю непрошенную влагу и иду по коридору, считая шаги.

Один, два… пять… Справа и слева от меня множество дверей, похоже крепко заколоченных. Прохожу мимо, продолжая отсчитывать шаги: десять… пятнадцать…

На сороковом останавливаюсь и оглядываюсь.

Я в тупике, которым закончился длинный коридор. Увы, из него выходит сразу несколько дверей, по виду совершенно одинаковых. За какой из них скрылась эта парочка?

Стою, растерянно оглядываясь, и вдруг до меня доносится легкий отголосок знакомого запаха — Райвен!

Иду за ароматом к самой неприметной двери, спрятавшейся между двух облупившихся колонн. Прижимаюсь к ней ухом и вдруг слышу женский стон.

В ярости распахиваю дверь, уверенная, что увижу за ней мерзкую сцену измены своего мужа, и застываю в полном шоке: посреди комнаты полностью одетый Райвен держит потерявшую сознание хозяйку дома. Тоже полностью одетую!

Глава 14

— Мири? — Райвен от удивления роняет госпожу Булю, та падает на пол, но, к моему сожалению, удар смягчает ковер с высоким и плотным ворсом.

— Райвен? — в тон мужу отвечаю я.

— Что ты здесь забыла?

— Наверное, то же, что и ты! Элементарную порядочность!

— Мири сейчас не время, — морщится наглый драконище, поднимая брюнетку и усаживая ее в кресло.

— А когда время, Райвен? Мне нужно было подождать, пока вы разденетесь? Извини, но подобное зрелище мне претит!

— Да нет же, ты не так все поняла, — шипит муж, пытаясь поймать мою руку.

— Прекрати! Не трогай меня!

— Тссс, не шуми, — Райвен хватает меня и зажимает ладонью рот. — Я пришел сюда не ради развлечений.

— Ха! Так я и поверила! — кусаю мужа за руку и выворачиваюсь из его объятий.

— Мири! — Райвен прижимает к себе ладонь, на которой четко виднеются мои зубы. И, если бы у меня было чуть больше времени и меньше эмоций, я бы более внимательно смотрела и заметила, что мои клыки, отпечатавшиеся на коже мужа, явно больше привычных.

— Я зря сюда пришла! Счастливо оставаться! Путайся с кем хочешь, а я собираю свои вещи и завтра же меня тут не будет! Бумаги на развод подам сама!

Я уже высовываюсь в коридор, когда слышу шаги в нашем направлении. Скорее всего, мужские. Ого-го! Наверняка это муж неверной брюнетки! Кому-то сейчас влетит!

— Кажется, сюда идет господин Булю, — говорю мужу со злорадством. — Я не желаю участвовать в подобных скандалах, выкручивайся сам. Всего хорошего.

— Мири, стой! — Райвен преграждает мне дорогу, снова хватая за руку.

— Рискуешь остаться без пальцев, — шиплю дракону. Сама удивляюсь собственной агрессивности. Похоже, он своим поведением разбудил во мне ту еще гадину.

— Мне нужна твоя помощь! Сейчас.

— Я не буду вас выручать. Ни за что!

— Никаких нас с госпожой Булю нет! Мири, глупышка моя, мне нравишься только ты. Твой запах, твои поцелуи. А эта женщина нужна была мне, чтобы проникнуть в кабинет господина Булю.

— Что? Нравлюсь тебе? Я? — переспрашиваю, потому что у меня ощущение, что я сплю.

— Ты только это услышала? — отчего-то злится Райвен. — Мири, соберись! Я — шпион, Мири. И здесь, с дипломатической миссией для того, чтобы выяснить, кто постоянно стравливает наше королевство и людское.

— Шпион? — теперь у меня ощущение, что это какой-то кошмар.

— Да! Мири, отвлеки внимание Булю! Мне нужно обыскать его кабинет, другого шанса может не представится. Сможешь, милая?

— Сколько времени тебе нужно?

Мимо нас проходят шаги, мы замолкаем и выжидаем. Булю идет дальше, достает ключи, открывает соседнюю дверь, заходит и закрывается.

— За пять минут управлюсь, — отвечает Райвен.

— Хорошо. Пять минут я смогу тебе дать.

— Мири? — окликает меня муж.

Поднимаю на него глаза. Райвен обхватывает ладонями мое лицо и жадно прижимается губами к моему рту. Целует так, словно забирает мою душу. И одновременно отдает свою.

— Тут есть внутренняя дверь. Ты можешь его вывести в коридор, а я тем временем зайду в кабинет, — шепчет Райвен.

— Сама знаю, — бурчу, еще ощущая легкое томление после поцелуя. — Готовься.

— Всегда готов, — доносится до меня со смешком, когда я уже выхожу в коридор.

Чуть поправив платье таким образом, чтобы вырез стал еще более откровенным, взбиваю слегка примятую руками Рафена прическу и торопливо стучу в дверь кабинета. Три стука. Потом без паузы еще три. И еще. Вроде как я взволнована и тороплюсь.

— Кто там? — доносится недовольное из кабинета.

— Господин Булю, это я, Мирэль Грозовая, мы можем поговорить?

Дверь распахивается и на пороге появляется хозяин дома. Сразу видно, что он был чем-то занят, а потому недоволен, что я его прервала.

— Что вы здесь делаете? Это крыло не для гостей.

— Мы сюда с вашей женой пришли, вы же видели, замок открыт, — говорю.

— Да, видел, удивился, но потом решил, что сам забыл закрыть. Что вам угодно, леди? Простите мою невежливость, но я занят.

— Если бы у меня было не срочное дело, я бы вас не беспокоила. Видите ли, мы с вашей женой разговаривали, она что-то хотела рассказать мне,

Закладка:

— Где она? — тут же спрашивает Булю.

— В соседней комнате. Я посадила ее в кресло, но боюсь, как бы не стало хуже. Простите, но я ничего не понимаю в лечении, — это я уже говорю по ходу, потому что хозяин дома сразу же закрывает свой кабинет на ключ и идет в соседнюю комнату.

Надо же, получилось даже легче, чем я думала!

Мы заходим в комнату, Булю бросается к своей жене:

— Дорогушечка, что случилось? О, боги, миленькая моя.

Он ее ощупывает, пытается согреть озябшие пальцы, аккуратно похлопывает по щекам. Интересно, что с женой Булю сделал Райвен, что она лежит так неподвижно? Надеюсь, не травил ее?

— Нужно срочно вызвать лекаря! Зачем вы здесь были? Что она ела? О чем вы говорили?? Вы ее отравили?!

— Да вы что, господин Булю? Разве можно разбрасываться такими словами? Я, между прочим, была к вам приглашена в качестве гостьи! Я никуда не пробиралась тайком и ничего плохого не делала! Вы совершенно не имеете права так со мной разговаривать! Я наоборот, поспешила к вам, как только увидела, что вашей жене стало плохо! А вы? Как вы посмели?!

Делаю вид, что ужасно оскорблена и собираюсь уйти.

— Леди, я прошу прощения. Погорячился. Переживаю очень о жене. За ней прежде обмороков не водилось, поймите меня правильно, — Булю поспешно кается.

И тут меня посещает интересная мысль. На счет разгульного образа госпожи Булю и ее внезапного обморока. А что если…

— Господин Булю, я могу, конечно, ошибаться, но не может ли быть так, что ваша жена в положении? — спрашиваю осторожно.

— Что?! — у хозяина дома случается ступор. Он несколько секунду смотрит перед собой, словно не понимает, где он и что я сказала.

— Говорю, возможно, ваша жена беременна. Это бы объяснило ее обморок и повышенный аппетит. Вы ведь заметили, что она последнее время ест больше, чем обычно?

Про аппетит это я придумала, но мало ли…

— Да, — удивляет меня господин Булю. — Сейчас, когда вы это говорите, я что-то такое припоминаю… Тогда тем более, нам нужен лекарь.

— Вы сами сходите? Или лучше мне позвать?

— Нет, что вы? Как я могу оставить жену в таком виде? А вы… не поможете мне ее перенести в нашу спальню? В том смысле, что я отнесу, а вы откройте мне дверь? И еще… Прошу вас, леди, сделайте мне одолжение, спуститесь вниз, там вы сразу узнаете лекаря по багровому камзолу и совершенно седым волосам. Позовите его сюда, подскажите взять чемоданчик. Благодарю вас, мы с женой у вас будем в долгу.

— Конечно, я с радостью вам помогу, — улыбаюсь и с ехидцей добавляю, — мы с вашей женой уже почти подругами стали.

Проводить семейство Булю и позвать к ним лекаря — дело четверти часа. Когда я возвращаюсь к гостям, муж уже там. Не теряя времени, подхожу к нему.

— Думаю, нам лучше уехать, — говорю. — Когда очнется хозяйка дома, у нас могут проблемы.

— Ничего не будет, она действительно сама упала в обморок, я ничего для этого не делал. Может, корсет слишком туго затянула? — Райвен ухмыляется, цапнув мою руку и прижавшись к ней губами.

— Все-то у тебя случайно, — говорю, впрочем, не отбирая ладони. — Ты мне еще должен отчет, нашел ли ты то, что искал в кабинете Булю?

— Давай не здесь, — Райвен отпускает мою руку и подставляет локоть. — Дома все расскажу.

— Тогда поехали. Надоело тут, — капризничаю.

Мы быстро прощаемся с другими гостями и возвращаемся во дворец. Едва переступаем порог наших апартаментов, как я сразу пристаю к Райвену.

— И? Я слушаю! — усаживаюсь в кресло в гостиной, не спуская глаз с мужа.

— Что именно ты хочешь знать? — дракон наливает себе выпить и усаживается в соседнее кресло.

— Все. Насколько это можно.

— Я — агент короля. Уже давно. На последнем курсе академии к нам пришли работники отдела. Показывали, рассказывали, вербовали. Я и несколько моих одногруппников подписали бумаги и согласились на работу. Но сначала к нам присматривались, обучали. Я так ждал летних каникул, а итоге, все дни провел за стажировкой, когда даже голову поднять некогда было.

— Подожди… Выходит в то лето, когда ты уехал, после нашего поцелуя…

— Меня вызвали на стажировку. Я не мог не поехать, — говорит Райвен и смотрит на меня так, словно ему самому тогда не хотелось уезжать. Неужели я зря столько лет обижалась на него?

— А почему не написал?

— Были запрещены любые контакты с внешним миром. А когда я вернулся в академию и отправил тебе письмо, ты его отправила назад, не открыв даже.

— Да… Я злилась на тебя, — признаюсь через силу.

— Ты думала, я сбежал? — в голосе Райвена удивление. — Ты, правда, думала, что я на такое способен? Мири? Мы же с детства знаем друг друга.

— А что я должна была думать?! — начинаю злиться, чувствуя себя на редкость бестолковой. — Я мысли читать не умею, знаешь ли.

— Глупышка моя, — усмехается Райвен, в одно движение оказывается возле меня, сдергивает с кресла и прижимает к себе, зарываясь лицом в мои волосы.

И мне становится как-то та-а-ак хорошо, что я даже не злюсь на это его «глупышка». Действительно, глупышка.

Улыбаюсь и без всяких возражений, с радостью, принимаю его нежный, даже какой-то трепетный поцелуй. И с удовольствием отвечаю. Удивительно, но в этот раз мы никуда не спешим, не торопимся и не жадничаем. Нежные, плавные прикосновения, неторопливые, обстоятельные поцелуи.

Меня с головой окунает в совершенно противоречивые чувства. Хочется смеяться и плакать одновременно. А еще — вжаться в тело Райвена и не отпускать его. Но увы, по тому, как он прерывает наши поцелуи и отстраняется, становится понятно, что у мужа другие планы.

— Мири, — Райвен целует меня в висок, — мне нужно идти.

— Куда? — удивленно спрашиваю. — Мы же только что приехали.

— Я кое-что нашел в кабинете Булю. Но не то, на что надеялся. Узнал, что он с кем-то сотрудничал, но не в том деле, что мне нужно.

У меня внезапно появляется какое-то нехорошее предчувствие и я, схватив Райвена за руку, говорю:

— Не ходи.

— Ну что ты, Мири? Все в порядке, он не причинит мне вреда. Мы просто поговорим. И если Булю будет щедр, у меня тоже есть, что ему предложить, это будет взаимовыгодное сотрудничество.

— Ты не послушаешь меня, да? — скорее утверждаю, чем спрашиваю.

— Мири, я должен завершить это задание. Ради него я сюда приехал. Это вопрос безопасности жителей нашего королевства и

Закладка:

— Я понимаю, но…

— Обещаю, когда выполню это задание, мы с тобой уедем. Куда хочешь. И попробуем начать все с начала. Хочешь?

— Хочу, — отвечаю, и вижу, как светлеют глаза Райвена, как наполняются солнцем и небом.

— Я рад это слышать. А сейчас, прости, должен бежать.

Он уже уходит, но возле двери оборачивается и говорит:

— Не влезай ни во что, пока меня нет, хорошо? Я хочу вернуться и застать тебя тут, желательно в нашей постели, спящей. Сделаешь мне такой подарок?

— Хорошо, — киваю.

Райвен уходит, я долго смотрю в окно, даже когда он скрывается из виду. Я действительно планировала лечь спать и ждать его в постели. Кто же знал, что все пойдет не по плану?

Глава 15

Райвен Грозовой

Стучу в двери дома Булю. Надеюсь, еще не все спят? Хотя в окнах темно — гости с праздника давно разъехались, да и часы показывают время далеко за полночь. Но я не уйду, пока не решу свои вопросы.

Снова поднимаю руку, чтоб постучать, и тут дверь распахивается. На пороге сам хозяин в домашнем халате и с ночным колпаком на голове. Явно, я понял его с постели. Странно только, что открывает он сам, а не кто-то из слуг…

— Что вы хотели, господин Грозовой? — недовольно интересуется Булю. — Моя жена не слишком хорошо себя чувствует и уже легла спать. Лекарь сказал, что в ее положении ей нужен полноценный отдых. И я, как видите, уже готов отправиться в постель.

— Прошу прощения, господин Булю. Но то, о чем я хочу говорить очень касается как раз… покоя вашего и вашей супруги.

Недовольно засопев, Булю распахивает дверь и приглашает меня в гостиную.

— Ну и чем обязан столь позднему визиту? — спрашивает, когда мы размещаемся в креслах.

— Ничем приятным, господин Булю, — отвечаю зловеще. — Ваши делишки, направленные против королевства драконов и подрывающие добрососедские отношения между нашими двумя странами раскрыты.

— Что?! — неверяще спрашивает мужчина и нервно дергает головой.

— То! Ваша подрывная деятельность разоблачена. Доказательства у меня на руках и вскоре вас ждет тюрьма. Это в лучшем случае.

— Не болтайте ерунды! У вас не может на меня ничего быть, — презрительно выпячивает губу Булю. Кажется, его первый испуг прошел, и сейчас он пытается откреститься от всего, что я ему предъявляю.

— У вас не может быть никаких доказательств, потому что я ничем противозаконным не занимался! — Булю встает на ноги и показывает на дверь. — Убирайтесь, Грозовой! И рассказывайте свои сказки кому-то другому.

— Ну почему же сказки? — отвечаю спокойно.

Достаю из кармана один из документов, найденных мною у Булю в кабинете. Разворачиваю и издалека показываю мужчине.

— Вот, господин вредитель. Это только ма-аленькая часть того, что я могу предъявить в качестве доказательств вашей деятельности.

— Что?! Откуда это у вас! — рычит Булю и дергается ко мне в попытке выхватить документ у меня из рук.

Не даю ему это сделать, отталкиваю.

— Ну-ну, господин будущий заключенный. Нет смысла выхватывать у меня одну бумажку, если их у меня еще немало. Вам не стоило все доказательства вашей преступной деятельности хранить в одном месте — в потайном ящике под днищем вашего письменного стола.

— Вы шарились в моем кабинете! Как вы туда попали?! — хрипит Булю, сжимая кулаки.

— Это моя работа — находить тайники, где прячется компромат на преступников, — я усмехаюсь, глядя, ему в лицо.

— Я понял! Это ваша жена! Это она, негодяйка, прикинулась наивной дурочкой и отвлекла мое внимание, пока вы копались в моем кабинете. Достойная друг друга парочка шпионов. — вдруг восклицает Булю.

Стягивает с головы свой дурацкий колпак и бросает его на пол. Начинает с рычанием топтать, словно, это его личный враг.

Смотрю на все это, посмеиваясь в душе — да, моя Мири оказалась прекрасной помощницей. Просто идеальной.

Кто бы мог подумать, что при ее несерьезности и легкомысленности она сможет так изящно обвести Булю вокруг пальца. Заставить его сделать то, что нам было нужно.

— Не шпионов, Булю, а агентов Его Величества. В отличие от вас, я работаю на благо своей страны. А вот ваши действия вредят не только вашему королевству, но и вашей семье.

— Что?! — поднимает на меня полные злобы глаза Булю. — При чем здесь моя семья?

Указываю на кресло:

— Об этом я и хочу с вами поговорить, Булю. Садитесь и обсудим наше дальнейшее сотрудничество, если не хотите уже сегодня оказаться в тюрьме.

— Что вы от меня хотите? — мрачно спрашивает Булю, грузно падая в кресло.

— Просто вашего содействия. Вы начинаете работать на меня.

— Зачем бы мне это нужно? — презрительно выплевывает Булю.

— Затем, что иначе, с полного содействия короля вашей страны, вас и вашу жену прямо сейчас повяжут и отправят в ссылку. А ваша жена, кажется, беременна? Каково вашему наследнику будет расти в захудалом домишке во всеми забытом селе. Среди кур и навоза. А вашей жене придется копаться в огороде, выращивая огурцы, чтобы прокормиться, ведь все ваше имущество будет конфисковано.

— Вы не посмеете так с нами поступить! — шипит Булю.

— Конечно, это сделаю не я, а ваш король Леоний, — «успокаиваю» его. — У меня нет таких прав, а у Его Величества есть. И он очень зол на всех, кто препятствует миру между его и моим государствами.

Булю еще посопел, посверкал на меня глазами, но потом сдулся.

— Что вам надо от меня? — спросил устало. — Я не виноват. Меня заставляют все это делать. Строить заговоры против вашего королевства.

— Имя? Имя того, кто это делает?

— Я не знаю, — мотает головой Булю.

— Хотите отправиться в деревню месить навоз? — интересуюсь холодно и встаю, — Похоже, с вами нельзя разговаривать по-хорошему.

— Это правда! Я даже не знаю, как он выглядит! Мы всегда встречаемся ночью! — выкрикивает он с отчаянием.

— Как с ним связаться? — спрашиваю подумав.

— Я пишу письмо и отправляю магической почтой, — с трудом, но выдавливает из себя Булю.

— Пишите! — командую. — Сообщите, что у вас появилась очень важная информация и требуйте немедленной встречи здесь, у вас в доме.

— В беседке. В саду есть беседка в дальнем конце, он всегда приходит туда. Примерно через полчаса после отправки письма.

— Пишите!

Через несколько минут письмо написано, проверено мной и отправлено. На Булю даже жалко смотреть, таким несчастным он выглядит.

— Не хнычьте, — подбадриваю его. — Вы только что сделали шаг к спасению себя и своей семьи от позора и ссылки.

— Вынул

Закладка:

— Надо было жить честно, и петля бы не пригодилась, — парирую, и командую:

— Одевайтесь, — командую. — Времени у нас не так много, а нам еще нужно добраться до беседки.

Через несколько минут мы идем по узкой тропинке, со всех сторон заросшей кустарником. Булю впереди, я за ним, время от времени подталкивая его, когда он спотыкается на темной тропинке. В отличие от меня, драконьим зрением он не обладает, потому и цепляется ногами за корни.

Наконец, добираемся до небольшого строения, со всех сторон окруженного пышно разросшимися кустарниками.

— Вот, это здесь, — дрожащим голосом говорит Булю.

— Идите внутрь и ждите, — командую, и когда мужчина скрывается внутри строения выбираю себе место для наблюдения.

С комфортом устраиваюсь так, чтобы видеть вход в беседку и жду.

Напряженно вслушиваюсь и всматриваюсь в темноту, включив все свои драконьи чувства. Проходит не так много времени и мой слух улавливает тихий шорох. Затем в беседку проскальзывает закутанная в темный плащ мужская фигура.

* * *

Райвен Грозовой

Выжидаю несколько минут и захожу в беседку. Стоящий спиной ко входу мужчина резко оборачивается.

— Ты?! — восклицаем мы одновременно.

Он с ненавистью смотрит на меня, силясь что-то сказать, а я… С жалостью смотрю на своего… однокашника.

Значит вот как, выскочка и хитросделанный интриган Леонард Лавски! Находящийся на прекрасном счету агент Его Величества. Дракон, которого прочили на должность Главы Тайной Канцелярии…

Оказывается, ты и есть враг государства, которого я ищу!

— Что, не ожидал? — усмехается Леонард.

— Не ожидал. От кого угодно, но не от тебя, — говорю, глядя ему в глаза. — Почему? Ведь тебя ждало прекрасное будущее. Назначение на…

— На кой оно мне сдалось, ваше назначение каким-то там заместителем?! — перебивает он меня. В его голосе презрение и насмешка. — Здесь я могу стать главой целого министерства. Встать у руководства огромной, влиятельной организацией. Почти сравняться по значительности с королем!

— Ну так и жил бы тут, в королевстве людей. Стал бы министром, чтобы потешить свои амбиции. Родину-то зачем продаешь, хролево дерьмо?! — спрашиваю с недоумением.

Ленард кривит лицо в злом оскале.

— Деньги нужны, глупый Грозовой. Неужели не понятно? Они всем нужны, даже таким богатеньким сынкам, как ты.

— Всего лишь деньги. Как примитивно, — выплевываю презрительно.

— Нет, конечно, глупый мальчик. Деньги — просто инструмент, чтобы пробиться выше. Туда, куда простым драконам не попасть, потому что у них нет толстых кошельков их папаш. Таких, как у тебя, Грозовой. Твой отец ведь не жалеет денег, чтобы построить карьеру своему сыночку?

— Мои родители даже не знают, где я работаю, — отвечаю, чувствуя все больше и большее отвращение к стоящему передо мной мерзавцу.

— Ты все врешь, Грозовой. Ты ничтожный слизняк, ничего не понимающий в жизни. Но будь уверен, я и без поддержки родителей сделаю блестящую карьеру. Я докажу свою лояльность высшей власти здесь, в людском королевстве…

Напрягаюсь после этих слов. Стараясь быть осторожным, спрашиваю:

— Доказать лояльность власти? Королю Леонию? Неожиданно, я думал, что он за примирение между нашими королевствами.

— Это все видимость. Специально для таких мелких сошек, как ты, Грозовой. Потому что ты ничто! Тупой папенькин сынок. Выродок человечки, даже не из нашего мира, а из какого-то низшего.

Ты ничтожество, Грозовой!

— Что ты сказал про мою мать?! — спрашиваю обманчиво спокойным голосом, хотя в груди все уже горит от бешенства.

— Что твоя мать — презренная человечка из низшего мира. Интересно, чем таким она привлекла твоего отца? Что умеет такого, чего не смогли сделать наши женщины? Твой отец извращенец, Грозовой! Думаю, ты такой же!

Одно движение, и кончик моей шпаги прижимается к горлу Лавски:

— Защищайся, мерзавец!

В ответ он выхватывает шпагу и с рычанием бросается на меня. Отбиваю его атаку, затем вторую и делаю быстрый выпад в сторону врага.

Краем глаза замечаю, как Булю испуганно отскакивает в сторону, пятится, а потом разворачивается и со всех ног бежит прочь. Ничего, с ним мы позже поговорим. Сейчас у меня на очереди изменщик, посмевший оскорбить мою мать.

Лавски делает еще один выпад, который я легко отражаю — мы оба знаем, что я сильнее его на шпагах.

Видимо решив вывести меня из себя, Лавски начинает говорить:

— Знаешь, что я сделаю, Грозовой, когда избавлюсь от тебя? Я женюсь на твоей жене! На красотке Мирэль. Такой знойной, чистокровной драконице. Она будет рожать мне детей. Одного за другим маленьких чистокровных дракончиков.

Когда я заделаю ей нужное количество своих наследников, от нее можно будет избавиться. Я подумал, зачем она мне будет нужна после нескольких беременностей и родов? Уверен, к тому времени ее тело потеряет свою привлекательность и разонравится мне. Так что, да. В расход ее!

От этих слов Лавски меня начинает душить такое бешенство, что я теряю всякую осторожность и пропускаю несколько мелких уколов его шпаги. Сквозь красную пелену перед глазами вижу довольное лицо своего врага. Изо всех сил давлю топящую меня ярость — сейчас нужен холодный, расчетливый ум.

Концентрирую все внимание и перестав слушать, что там продолжает выкрикивать Лавски, наношу удар.

Буквально в последнюю секунду ему удается отскочить в сторону, но кончик моей шпаги вспарывает его камзол и проходится по ребрам. Лавски рычит от боли и кидается на меня задрав вверх шпагу. Глупец!

Подпускаю его поближе, делаю обманное движение, и когда Леонардо отвлекается на него, пронзаю ему ногу повыше колена. Все, теперь он не сможет сражаться — ногу от такой раны парализует.

— Сдавайся, Лавски! — предлагаю упавшему на землю бывшему коллеге. — Отвезу тебя в управление — дашь откровенные показания, и тогда тебе оставят твою никчемную жизнь.

— Сдаюсь! — он поднимает руки вверх.

— Помоги мне подняться и дойти до дома Булю, Грозовой. Нужно перевязать рану, иначе кровопотеря будет слишком сильной, — просит, тяжело дыша.

Делаю к нему шаг, и в этот момент Лавски срывает с шеи висевший на цепочке амулет и бросает его мне в лицо. В воздухе простая с виду подвеска превращается в ощерившийся иглами шар и несется прямо мне в лицо.

Хролево племя!

Едва успеваю увернуться от убийственной штуки, и она отлетает куда-то в кусты. Лавски с рычанием, припадая на одну ногу, кидается на меня, и налетает грудью на мою выставленную вперед шпагу. Острый кончик входит в его тело словно нож в мягкое масло.

Страшный крик. Хрипение и к моим ногам падает бездыханное тело того, кто когда-то был мне почти другом.

Стою, опустив шпагу и с грустью смотрю на

Закладка:

Оставляю тело Лавски возле беседки и иду искать этого труса Булю — мне нужно воспользоваться его магическим почтовым ящиком.

Дохожу до дома и вытаскиваю забившегося в угол хозяина.

Через несколько минут письмо с просьбой прислать команду «уборщиков» отправлено, а сам я еду в посольство составлять докладную.

Отъезжая от дома Булю, вздыхаю — снова всю ночь проведу вдали от своей жены. Надеюсь, Мири будет крепко и сладко спать всю ночь.

* * *

Мирэль

Ну где же Райвен?! Уже так поздно, а он не возвращается!

Хожу из угла в угол по комнате, уже весь ковер истоптала, и никак не могу успокоиться. Надо же! Мой муж никакой не дипломат, а агент короля! Шпион, по сути.

Ужасно неудобная профессия… И родне не расскажешь, чем супруг занимается. И подругам его продвижением по службе не похвастаешь…

Когда часы бьют полночь, а Райвена все нет, я начинаю всерьез беспокоиться — не случилось ли что с ним! Все-таки, чужое королевство, драконов здесь ненавидят, а ему и помочь, случись что, будет некому…

— Мяу! — слышу голос своего любимца, вылезшего из моей сумки. Подхватываю его на руки, начинаю гладить и почесывать за ушком в надежде хоть немного успокоиться, но…

Даже мурчание моего любимца не успокаивает мои взвинченные нервы. Спускаю Пуфика на пол, и, чтобы хоть немного отвлечься, принимаюсь за уборку.

Перекладываю книги, которые мы привезли с собой. Перебираю свои платья, решая, что буду надевать в ближайшее время. Заодно рассматриваю одежду Райвена — ему тоже надо приготовить пару костюмов на завтра.

Беру в руки камзол, висящий в дальнем углу гардеробной. Встряхиваю и вдруг из кармана вылетает какой-то конверт. Поднимаю его с пола и в ужасе смотрю на… то самое письмо, что я взяла у ведьмы-аптекарши. Письмо с приворотом. И оно открыто! Его прочитали!

Дрожащими руками убираю конверт обратно в карман и сажусь в кресло — ноги меня не держат.

Я ведь думала, что наши отношения с Райвеном начали налаживаться, потому что он действительно стал находить во мне что-то особенное. Как и я в нем!

А оказывается, все дело в моей глупости и в этом дурацком заговоренном письме, которое Равен прочитал!

Глупая, глупая Мири! Правы были все те, кто говорил мне это!

Я так радовалась словам Райвена, что после выполнения миссии в королевстве людей, мы поедем с ним куда-то. Начнем строить отношения как настоящие муж и жена, ведь чего скрывать, он мне нравится. Очень нравится, даже больше…

Сейчас я думаю, что Райвен Грозовой моя первая, и похоже, единственная настоящая любовь… Мужчина, в которого я влюбилась еще девочкой, и не перестала любить став взрослой девушкой.

На сердце становится так тяжело, как не было никогда. Я снова вскакиваю на ноги и начинаю мерить комнату шагами. Только теперь к беспокойству за Райвена прибавляется мучительная сердечная боль и сожаления о своих дурацких поступках.

Не знаю, сколько я так хожу из угла в угол, перебирая в уме все свои глупости и ошибки, которые без конца совершала из-за своей самонадеянности и безалаберности. Ругаю себя последними словами, смахивала слезы, и снова начиная волноваться за мужа.

Тихий стук в дверь заставляет меня замереть. Сердце радостно трепещет — это Райвен! Кидаюсь к двери, распахиваю ее и чуть не рычу от разочарования — нет, не он!

За дверью оказывается мужчина в одежде лакея, но почему-то прикрывающий лицо платком.

— Госпожа Грозовая? Вам письмо, — произносит он глухим голосом и протягивает мне конверт.

Не решаясь взять его, спрашиваю?:

— Кто вы такой? И от кого письмо?

— Пожалуйста, не шумите! Я с трудом смог пробраться к вам с посланием от вашего друга, — мужчина буквально вталкивает письмо мне в руку и торопливо уходит.

С облегчением вижу на конверте печать с именем «Агата Воруланд». Это же та несчастная дама, которая любит короля Леония. Такая славная леди, мать его детей, которых он никак не желает признавать своими наследниками.

Вскрываю конверт и вынимаю лист плотной бумаги, исписанный изящным женским почерком. Торопливо читаю, что мне написала моя новая знакомая.

В первых строках леди Агата так трогательно признается в том, насколько я ей понравилась, что у меня теплеет на сердце. Но уже следующая строчка заставляет заволноваться пуще прежнего. Дальше Агата пишет, что она считает себя обязанной помочь мне. Предотвратить несправедливость и, возможно, гибель Райвена!

О, Праматерь Драконов, что с ним?!

Буквально впиваюсь в строчки глазами и со стоном выдыхаю — Агата предупреждает, что король Леоний решил идти войной на драконов. Арестовал Райвена и собирается использовать его как марионетку, чтобы надавить на короля драконов!

У меня кружится голова, и чтобы не упасть, я сажусь в кресло. Несколько минут пережидаю приступ дурноты и пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце.

Затем снова подношу письмо к глазам. Жадно проглатываю последние строчки, где Агата сообщает, что догадывается, где держат моего мужа и просит срочно прибыть к ней — она уверена, что Райвена еще можно спасти! Если поспешить, то есть способ предотвратить беду!

Не раздумывая ни секунды, хватаю сумку. Кидаю туда Пуфика и выбегаю из комнаты с единственной мыслью — только бы успеть!

Глава 16

Выбегаю за дверь. Странно, лакея, который принес мне письмо, нет. Я думала, он проводит меня к своей госпоже. Ладно… думаю, я и сама найду дорогу. Конечно, это не очень безопасно — ходить по ночному дворцу. Мало ли кто может повстречаться. Постараюсь быть осторожной и обходить по широкой дуге любых встречных прохожих.

За первым же поворотом приходится постоять и переждать, пока пройдут двое уже сильно нетрезвых лордов. Дальше было бы лучше, но в какой-то момент я понимаю, что свернула куда-то не туда. И вместо крыла королевской любовницы попала к слугам. Неизвестно сколько бы я тут еще бродила, но тут мне навстречу выбегает мальчик, лет восьми. Мы едва не сталкиваемся.

— Ой, — малыш испуганно вздрагивает и закрывается руками, — простите леди, простите. Я не хотел, я виноват, простите.

Он так быстро и почти плача повторяет «простите», что мне становится нехорошо от понимания, почему он так себя ведет. Видимо, его господа не гнушаются физически наказывает несчастного ребенка.

— Все в порядке, — стараюсь говорить как можно ласковее и спокойнее, — не волнуйся. Ты меня не толкнул. Наоборот, это я должна просить прощения, что

Закладка:

Мальчик убирает руки от лица и в удивлении таращит на меня синие глаза, не в силах поверить, что это с ним так по-доброму разговаривают.

— Не смотрели? — переспрашивает он.

— Да, не смотрела. И скажу тебе по секрету, я, кажется, заблудилась, — улыбаюсь испуганному ребенку.

— Заблудились? — мальчик тревожно оглядывается на дверь, из которой только что выбежал, на ней висит табличка, где витиеватыми буквами написано имя «Маркиза Уинли». — А куда вы шли?

— Вообще-то мне нужно крыло леди Агаты Воруланд. И мне кажется, я прошла нужный поворот.

— Так и есть, леди. Вы повернули не туда. Вам нужно было возле зимнего сада повернуть влево, а вы пошли направо.

— Зимнего сада? — пытаюсь вспомнить, видела ли я что-то подобное. И понимаю, что настолько волновалась и была напряжена, что запросто могла не заметить даже дракона в коридоре.

— А давайте… — мальчик опять с опаской поглядывает на дверь, — давайте я вас провожу?

— Ты уверен? Мне бы не хотелось, чтобы у тебя были неприятности из-за меня. Давай ты просто расскажешь, куда идти, и я как-то найду.

— Нет, — мальчик качает головой, — не найдете. Вы далеко зашли, к тому же уже ночь. Это может быть опасно. А вы, — ребенок заливается краской до самой шеи, — очень красивая леди.

— Ну что же, если ты предлагаешь свою защиту, как я могу отказаться? Показывай, куда идти.

Мальчик, распрямив плечи, гордо вышагивает рядом со мной. Какое-то время мы идет молча, я вижу, что он хочет что-то спросить, но стесняется. Не тороплю его, жду. Наконец, он решается.

— Меня зовут Ритан.

— Очень приятно. Леди Мирэль Грозовая.

— О-ох! — выдает мальчик восхищенно. — Вы из драконов, да?

— Да, — не могу не улыбнуться откровенно восхищенному взгляду мальчишки.

— Я всегда мечтал отсюда сбежать и попасть к вам, в ваше королевство.

— Ты что? Это опасно, — говорю ему, слегка нахмурившись.

— Я смелый, — мальчишка гордо выпячивает тощую грудь.

— Не сомневаюсь, что смелый. Но подобное путешествие не для одного. Даже мы приехали в несколько экипажей.

— Просто… я не могу уже тут… Сбегу… и будь, что будет, — в голосе ребенка слышится такая решимость, что я даю себе обещание обязательно поговорить о нем с любовницей короля и как-то получить, возможно, выкупить мальчика у этой маркизы, которую он, судя по всему, очень боится.

— Мы пришли, — говорит, останавливаясь возле решеток крыла. — Дальше мне нельзя.

— Спасибо, что помог мне, Ритан, — ласково взлохмачиваю его волосы. — Если что-то будет нужно, обязательно обращайся, я постараюсь помочь, чем смогу. Знаешь, где нас поселили?

— Найду, — усмехается мальчишка, и я улыбаюсь в ответ, видя каким красавчиком он станет, когда вырастет. Не одно девичье сердце заставит биться сильнее.

Мы прощаемся, и я торопливо иду к апартаментам леди Воруланд, попутно удивляясь отсутствию охраны на входе в крыло, возле двери в комнаты и в самой гостиной, куда я, предварительно постучавшись, захожу совершенно беспрепятственно.

— Леди Воруланд? Это Мирель Грозовая. Я пришла по вашей просьбе. Леди?

Позади меня раздается какой-то шорох, но обернуться я не успеваю. К лицу прижимается какая-то вонючая ткань и мое сознание меркнет.

Прихожу в себя с трудом. Голова гудит, тело какое-то затекшее, глаза не могу открыть.

— Ох, — выдыхаю, с трудом фокусируя плывущее зрение на темной фигуре. — Кто вы? Что вам надо?

— О, хорошо, что вы пришли в себя, не хотелось бы бить вас по щекам, — мужской голос звучит с некоторой издевкой.

— Что вам нужно от меня? Почему, — с трудом сглатываю пересохшим горлом, — почему я здесь. И связана? Вы ошиблись, я пришла к леди Воруланд. Она прислала письмо и пригласила меня.

— Никакой ошибки леди Грозовая.

— Послушайте, если вы это затеяли ради выкупа, то пишите моему мужу, он все заплатит, у нас много золота.

— Нет, дорогая леди. Это не ради денег делается. Ваш муж влез туда, куда не нужно было. И взял то, что не принадлежит ему.

— Он все вернет! — говорю, уверенная, что Райвен все сделает, чтобы меня освободить.

— Конечно, вернет, — совершенно равнодушно говорит мужчина, лица которого я по-прежнему не вижу. — У нас ведь есть вы. Не переживайте, мы не убьем вас. Но если лорд Грозовой заартачится, внезапно вспомнит о родине и долге, ваш отрезанный пальчик вернет ему здравый смысл и понимание, что мы не шутим.

— О, боги, — мой голос внезапно сипнет.

— Но надеюсь, до этого не дойдет. Мы же не бандиты какие-то с большой дороги. У нас благородная цель.

— Какая?

— О, нет, уважаемая леди. Если я вам скажу, мне придется вас убить. А думаю, это не в ваших интересах. Как, впрочем, и не в наших. Международный скандал сейчас, когда почти все готово, нам не нужен.

— Что готово?

— Или вы замолкаете, или я буду вынужден закрыть вам чем-то рот. А мне, правда, этого бы не хотелось.

— Хорошо, я буду молчать.

В полутемном помещении, куда меня перенесли и привязали к стулу, слышится какой-то шум, шаги. Мужчина выходит из комнаты. Прислушиваюсь. У драконов слух и зрение лучше, чем у обычных людей. Да, я не вылупившийся дракон, со спящей второй ипостасью, но все же…. Возможно, если очень постараться. Прислушиваюсь с такой силой, что даже голова начинает болеть.

Кажется, там женщина?

— Как она?

— Все нормально.

— Ничего не подозревает? — женский голос.

— Нет, все в порядке. Что с ее мужем? — спрашивает тот, кто разговаривал со мной недавно.

— Ему уже сообщили, обещал сотрудничать, — отвечает женщина.

— Хорошо. Нужно ускориться.

— Это рискованно. Леоний может уйти. Нужно организовать все так, чтобы было похоже на несчастный случай на охоте, но при этом, чтобы было ясно...

— Не волнуйся, все по плану, — перебивает ее мужчина. — Стаю уже приготовили, ждут нашего сигнала. Главное, чтобы король не передумал.

— Не передумает, — фыркает женщина. — У него уже чешутся руки поехать на охоту, едва выдержал до завтра. Боги, мне не верится, что уже завтра я буду свободна. И мои дети, наконец-то получат то, чего всегда заслуживали…

Теперь я наконец-то могу разобрать, чей голос слышу! Леди Воруланд задумала убить своего венценосного любовника!

— Ты уверен, что следы расследования приведут к Грозовым?

— Абсолютно уверен, — отвечает мужчина, а у меня холодеет все внутри.

— Отлично. Так мы избавимся от шпионов, спасибо Лавски, что предупредил, и обвиним королевство драконов в подготовке убийства нашего короля. Не видать им мира!

— Ты не изменила мнение насчет Грозовых? Убить обоих? Или, может, девушку оставим?

— Брат?! Ты что, пошел на поводу прекрасных глаз Мирэль? И готов поставить все, что мы планировали долгие месяцы на кон из-за нее?

Закладка:

О, Боги! Как же из всего этого выкрутиться?? Как предупредить Рэйвена, что это ловушка?

Глава 17

Мирэль Грозовая

О, Праматерь Драконов, мой Райвен! За ним отправились люди этого… брата мерзкой Воруланд! Негодяйка, а как хорошо прикидывалась милой и несчастной!

Сижу, беспомощная и привязанная к стулу, словно овца. А между тем Райвена собираются использовать, чтобы убить короля Леония и я ничем не могу ему помочь.

В груди начинает печь от злости и досады на себя, на свою глупость и доверчивость. Как же я не разглядела в этой Воруланд подлую гадину?!

Ерзаю на стуле, пытаясь развязать руки, но только делаю хуже — грубая пенька врезается в кожу, кажется до крови.

Шиплю, ругаюсь сквозь зубы, а в сердце разрастается и разрастается боль за мужа. Если бы я не была такой бесполезной дурочкой! Я бы не попала в эту ситуацию и Райвену не пришлось бы изменять своему долгу ради жены. Ради меня, бестолковой Мири!

В груди все больнее и больнее, еще и странный жар появился. Да такой сильный, что я начинаю стонать сквозь стиснутые зубы.

— Что там за шум? — слышу злой голос Воруландихи. Она еще не ушла, что ли? Как же я ее ненавижу!

— Сейчас проверю, — отвечает ее брат, а у меня в голове начинает гудеть и словно какой-то голос мне что-то шепчет. Пытаюсь разобрать, что именно, но в глазах сначала темнеет, а потом все заливает краснотой.

Яркая вспышка боли в голове и под сердцем и вдруг я чувствую, как мое тело начинает распирать во все стороны. Веревки на руках натягиваются еще сильней, но боли я уже не чувствую.

Треск рвущейся пеньки и мои руки свободны! Я вытаскиваю их из-за спины и вскрикиваю — мои пальцы стали ужасно длинными и на них отросли огромные когти!

— «Хозяйка, хозяйка! Я здесь!» — в голове снова звучит голос, но теперь я различаю все слова. Что за такое? Что со мной?!

И вдруг молнией пронзает мысль — драконица! Я обращаюсь! Святые крылья, неужели это происходит!

— Давай, милая! — зову я свою драконицу. — Просыпайся окончательно!

— Что тут происходит?! — раздается визг и на пороге подземелья, где меня заперли появляться сама Воруланд. Нарядная, в нежно-розовом платье, с прической и в роскошных драгоценностях.

Я отлично вижу ее в полутьме, потому что уже смотрю глазами дракона. А вот она меня не видит и не понимает, что происходит. Поэтому продолжает визжать и ругаться, словно портовый матрос.

Встаю на ноги и иду в ее сторону, понимая, что буквально на ходу мое тело меняет очертания. Вот мои ноги стали толще и на них отрасли когти. Тело стало выше, шире, шея удлинилась. Я еще не дракон, но уже почти…

Это так странно и так прекрасно!

— Мамочки, что это?! — дико визжит мерзкая баба, когда я выхожу на свет. Ее братец открывает рот и смотрит на меня, задрав голову.

— Р-р-ры! — вылетает из моего горла, когда я пытаюсь что-то сказать, и в следующий миг меня ослепляет обжигающая вспышка боли. Я снова рычу, и тут меня настигает следующая огненная волна боли. В глазах темнеет и, кажется, я теряю сознание.

А в следующий миг я уже… дракон! Огромный, нависающий над посеревшими от страха мерзавцами, задумавшими убить моего мужа!

— «Ах вы твари!» — хочу крикнуть я, но вместо слов из моего рта вырывается столб пламени! Такой мощный и яркий, что я сама едва не слепну. Пламя несется прямо на гадкую парочку, охватывает их огненным облаком, и в следующий миг осыпается на пол тысячами ярких искр.

Вот только там, где только что стояла Воруланд и ее преступный брат никого нет. И ничего нет, кроме жалкой кучки пепла. Неужели это я их?!

— "Это мы вместе, хозяйка. Они хотели покуситься на наше, на нашего мужчину!" — раздается в голове довольный, похожий на мурчание голос. Ох, ничего себе — я дракон и я только что прикончила тех, кто хотел убить Райвена, меня и… короля Леония. Надо срочно спасать Его Величество!

Делаю первый шаг в сторону выхода, второй и понимаю, что не пройду в эту крошечную дверь. Да и плевать!

Разгоняюсь и лечу вперед, топая своими огромными ножищами. Бац, бух, тресь — и дверь вылетает вместе с куском стены.

Первое, что я вижу в коридоре — несколько мужчин, окруживших… связанного Райвена!

Ах вы гады такие! Открываю рот и…

— Драко-о-он! Бежим! — конвоиры моего мужа с перекошенными от ужаса лицами ломанулись прочь. Только подошвы грязных сапог засверкали.

Несколько секунд и мы остались одни.

— Мири? Это ты, моя девочка? Как же ты красива, моя драконица! — в глазах Райвена столько восхищения, что я едва не расплакалась от счастья.

Но тут же беру себя в руки, то есть в лапы — надо срочно спасать Леония. Иначе скандал и война. А оно нам нужно?!

Святые крылья! Надо спасать Его Величество! Иначе конец миру, здравствуй война между людьми и драконами.

Только вот как мне сказать об этом Райвену? И как сменить ипостась на человеческую? Смотрю на мужа, не зная, как ему сказать, что у меня проблема…

Но он, похоже, и сам догадался.

— Мири, девочка моя, — раздается в моей голове густой рокочущий голос. Похожий на голос Райвена, но немного другой. Это же его дракон со мной разговаривает!

— Иди за мной. Сейчас мы выйдем и я перекинусь в дракона. Тогда нам будет совсем легко общаться. И, Мири, ни о чем не беспокойся, я помогу тебе вернуться в человеческую ипостась. Первый раз это может быть непросто, но вместе мы справимся.

Райвен пошел вперед по коридору, все время с улыбкой оглядываясь на меня. Я потопала за ним, все еще не очень хорошо владея своим новым огромным телом.

Мы прошли через десяток полутемных коридоров, совершенно пустых. Наверняка, слух о том, что в подземелье дракон уже разлетелся по всем окрестностям. Уверена, все негодяи, которые здесь обитали, сразу удрали с выпученными от страха глазами.

Пока мы выбираемся из подземелья, я умудряюсь сломать несколько стенок, обвалить потолок в одном из залов, и полностью разрушить парочку коридоров. А вот нечего драконов запирать в маленьких помещениях! У меня, может, клаустрофобия. Я в замкнутых пространствах нервной делаюсь!

Из подземелья мы выходим на какой-то лесной полянке. Вдалеке за деревьями, в

Закладка:

Ох, это же королевская охота, про которую говорила мерзавка Воруланд! Где должны убить короля Леония!

Поворачиваюсь к Райвену, чтобы рассказать про готовящееся покушение и ахаю — за моей спиной расправляет крылья дракон.

— Райвен, какой же ты… красивый, — приходит мне в голову мысль.

— Ты самое прекрасное создание на свете, жена, — слышу в ответ. Ой, Райвен же может слышать все мои мысли, когда он в драконьей ипостаси! Надо контролировать свою внутреннюю болтушку! Хотя, конечно приятно слышать от него такие комплименты.

— Теперь ты будешь слышать их очень часто, жена, — посмеиваясь, обещает Райвен, а я снова вспоминаю про Леония.

Торопливо пересказываю мужу все, что услышала в подземелье и прошу:

— Давай поспешим туда, где идет охота! Иначе Леония убьют, а виноватыми сделают драконов.

— Поспешим, — отвечает Райвен и поднимает вверх голову. Ведет носом, ловя запахи. Прислушивается и поворачивается в сторону невысокого, поросшего лесом холма, в нескольких километрах от нас.

— Пойдем, Леоний в той стороне. С ним несколько мужчин, пахнущих агрессией и оружием. Еще я чувствую запах крови смешанный с чем-то странным…

— Летим туда, быстро! — вдруг рыкает Райввен. Миг, и он уже в воздухе. Широко машет огромными черными крыльями и вытягивает в мою сторону голову.

Зовет:

— Взлетай, моя красавица.

Я послушно разворачиваю свои непривычно огромные крылья, пытаюсь махать ими и вдруг приподнимаюсь над землей.

От восторга начинаю визжать. При этом из моей зубастой пасти вырывается рычание и новый столб пламени. Торчавший неподалеку кустик мгновенно вспыхивает и осыпается на землю кучкой пепла.

— Ох, судя по тому, как легко ты выпускаешь пламя, характер у тебя просто огнище, моя драконочка, — с нежностью произносит муж, и поворачивается в сторону холма.

— Лети за мной, милая, и все время держись рядом, — только и успеваю услышать, устремляясь за ним.

Через несколько минут Равен начинает снижаться, кружась над чем-то. Я подлетаю к нему, смотрю вниз, и понимаю, что мы опоздали.

На большой круглой поляне, сжимая в руке окровавленный меч, стоит король Леоний. Рядом лежит его мертвый конь с разорванным горлом. А на короля наступают с десяток огромных, ростом с теленка, жуткого вида волков. Вот про какую стаю говорила Воруланд с братом!

— Райвен, надо что-то сделать! Иначе они сожрут Его Величество! — отчаянно кричу мужу.

— Конечно, дорогая. Одну минуточку! — весело отвечает Райвен и резко падает вниз. Опускается на поляну за спинами волков и легонечко дует в их сторону. Аккуратный столб пламени точнехонько бьет по заднице идущего последним волка.

Шерсть на его, похожим на палку, хвосте вспыхивает, словно сухой хворост. Волк подпрыгивает, воет от боли и неожиданности. Затем начинает кататься по траве, пытаясь сбить с себя пламя, охватившее уже все его тело.

Остальные волки, оглянувшись на своего товарища, замирают. Перестают наступать на Леония, припадают к земле, явно собираясь напасть на Райвена.

Глупые создания!

Не делая паузы, муж снова дует, теперь посильнее, и уже половина волков объята драконьим пламенем.

Еще один выдох, и на поляне начинается хаос: волки беснуются от боли и ужаса, рычат, визжат, катаются по траве, пытаясь сбить с себя огонь. Те, кому это удалось, вскакивают на лапы и с воем несутся прочь с поляны. Не все успевают удрать, потому что короь Леоний, оказывается, умеет отлично действовать своим длинным мечом!

Райвен снова набирает в грудь воздуха и теперь просто выдыхает его, уже без огня. Страшной силы воздушная струя просто-напросто уносит оставшихся четвероногих чудовищ с поляны. Несколько секунд, и на ней остается только Леоний и огромный, красивый дракон. Мой Райвен, мой муж!

Я тоже сажусь на поляну. Ну как сажусь — плюхаюсь со всей дури на живот, еле-еле успев поджать лапы, чтобы не переломать их. Да уж, мастер приземлений я!

От удара о землю у меня даже в глазах темнеет. Лежу на пузе, едва дышу и ничего не соображаю.

— Мири, девочка моя, давай будем возвращаться в твой прекрасный человеческий облик, — словно издалека слышу голос мужа.

— Не могу-у, — хнычу я, понимая, что вообще не представляю, как менять драконье тело на человеческое. — Я боюсь! Оставьте меня тут умирать!

— Никаких «умирать»! Ты сможешь, моя хорошая! — твердый голос мужа заставляет меня немного успокоиться.

Мою… о, боги… морду обнимают теплые мужские руки и родной голос шепчет мне что-то очень нежное и ласковое…

Некоторое время я просто слушаю этот голос, наслаждаясь его звучанием и все больше успокаиваясь. А потом р-раз! Два-с! Тря-с! Меня встряхивает, подбрасывает и я оказываюсь в мужских объятиях. Но уже не драконом, а очень счастливой женщиной!

— Ох. Ничего себе ночка выдалась, — говорю, счастливо прижимаясь к груди Райвена и до сих пор не веря, что смогла не только обратиться в драконицу, но и относительно легко вернуться. Обычно, при первом обороте бывает куча проблем.

— И не говори, — улыбается муж, поглаживая мою спину. — Заставила ты меня поволноваться.

— Я тебя?? А ты? Знаешь как я… — договорить не успеваю, мужские губы закрывают мой рот поцелуем и мне остается только молчать. А еще получать удовольствие.

— Хм… не хотелось вас прерывать, но честь обязывает меня… — слышу я позади себя.

Мы с Райвеном прекращаем поцелуй и поворачиваемся к королю.

— Честь обязывает меня, — продолжает Леоний, — поблагодарить вас. Я мог бы сказать, что и сам бы справился, но это не так. Предполагаю, что это заговор…

— Ваше Величество, я хотел бы поговорить с вами об этом, но не здесь и не сейчас, — говорит Райвен. — Позвольте проводить жену в наши комнаты — ночь у нее выдалась нелегкой. После я приду к вам, и мы все это обсудим?

— Конечно, я не возражаю. Мне и самому нужно немного… расслабиться, выпить. После подобных… прогулок, — отвечает король, поправляя порванный в нескольких местах камзол.

Именно в этот момент на поляну, где все произошло, выезжают несколько королевских стражей. Они спешиваются и бегут к королю. О-о-о, сейчас начнется.

— И да… — король снова поворачивается к нам, — если я могу вас как-то отблагодарить…

— Мы поговорим об этом, — обещает Райвен, но тут влезаю в разговор я, до этого чинно молчавшая и едва-едва борющаяся с подступающей сонливостью.

— Вообще, есть у меня просьба.

— Да?? — почти дуэтом спрашивают муж и король.

— Да. Нельзя ли мне выкупить слугу маркизы Уинли. Ритан зовут мальчика.

— Я вам его подарю, — как ни в чем ни бывало, отвечает король, — Это пустяк. Еще что-то?

— Нет, благодарю Ваше Величество.

Король уходит, а у меня на душе становится так легко.

— Что это за

Закладка:

— Потом расскажу, — отвечаю, и склоняю голову на его плече.

Ничего больше не спрашивая, муж берет меня на руки и куда-то несет.

— Ты так и будешь меня нести до дворца? — спрашиваю со смешком.

— А почему нет? Ты — легкая, погода — прекрасная, — улыбается Райвен. — Но вообще, у меня были другие планы.

— Какие?

— Сейчас покажу, потерпи немного, неугомонная моя.

— Твоя? — переспрашиваю.

— Моя, — отвечает, на минутку останавливаясь и целуя меня в губы.

А потом мы выходим в поле. И я ахаю, когда Райвен спускает меня с рук. Запах моря, душистых трав, солнца.

— Как тогда? — говорю, глядя на мужа сияющими глазами.

— Как тогда, — подтверждает. — Позволишь ли ты сделать сегодня то, что я мечтал сделать тогда? Позволишь ли остаться нам супругами. Навсегда.

— Навсегда? — спрашиваю, а у самой сердце бьется где-то в горле, и глаза глупо слезятся, скрывая от меня лицо мужа.

— И даже дольше, — отвечает.

— Да! Я хочу!

И горячие мужские губы заставляют меня забыть обо всем, что было раньше. Отныне нет никакого прошлого. Есть только настоящее и будущее. И мы вместе.

Эпилог

Как же быстро закончилось это лето! Кажется вот только, в самом конце весны, мы с Райвеном вернулись из королевства людей, а уже три месяца пролетело.

Полетели тонкие паутинки по воздуху, намекая, что лето уходит. Тяжелые головки астр и хризантем устало склонились к земле, готовые вот-вот сбросить свои яркие лепестки. В еще теплом воздухе ощущается неуловимый аромат томного бабьего лета, уже поглядывающего в сторону наших земель.

Да, совсем скоро осень, а затем зима… Вздыхаю, но не потому что мне грустно… Скорее волнительно, и еще немного тревожно. Из-за дела, по которому я оказалась на этой улочке, и ищу лавку, в которой была один единственный раз. Но этот раз кардинально изменил мою жизнь. Мою и Райвена. И сейчас я хочу попытаться исправить то, что натворила по своей глупости.

— С чем пришла? — встречает меня хозяйка лавки. Та самая ведьма-аптекарша, у которой я купила заговоренное письмо для… Как же его… Кристобаля, да. Пижона и пустышку, в которого я, как мне казалось, влюбилась.

Вот ведь дурочка, как я могла такое подумать о себе! Вообразить, что испытываю чувства к ничтожеству, если, на самом деле, в моем сердце всегда был Райвен. Мой Райвен, мой муж, мой возлюбленный…

Вздыхаю и достаю из сумочки то самое злополучное письмо. Протягиваю его женщине:

— Вот, три с небольшим месяца назад я купила его у вас. Заговоренное письмо.

— И что? — женщина неприветливо сверлит меня глазами. — Не сработало?

Снова вздыхаю, чувствуя, как сжимается сердце от боли. Но я должна, должна это сделать! Освободить Райвена от навязанных чувств ко мне.

Пусть лучше он смотрит на меня как на подругу детства, с которой его связывают хорошие воспоминания. Или как на сестру его друзей. Но не хочу, чтобы в его сердце жила эта противоестественная, навязанная магией любовь ко мне.

Освобожу его и… мы разведемся, как и хотели когда-то. На карьере Райвена это уже никак не отразится. После успеха его миссии у короля Леония ему присвоены награды сразу двух королевств — нашего Аурума, и людского Вранариона. Еще Райвену предложили новую должность в его ведомстве и повысили в звании. Так что да, можно спокойно разводиться…

— Письмо сработало, — отвечаю на вопрос аптекарши. — Но не с тем, с кем надо… Другой мужчина открыл его и прочитал. И теперь я хочу… освободить его от этого навязанного чувства.

Говорю это, а у самой сердце сжимается от боли — совсем скоро мы расстанемся с моим Грозовым. Уже не моим, конечно, но пока еще я могу так думать… Он останется в столице, в своем ведомстве, а я… Не знаю, возможно вернусь к родителям. Или уеду. Туда, где меня никто не знает, и где я смогу жить и хранить свой секрет, о котором узнала сегодня утром…

— Вы можете отменить приворот? У меня есть деньги, я вам хорошо заплачу, — Смаргиваю с глаз слезы и смотрю на аптекаршу.

— Уверена? — усмехается ведьма. — Уверена, что тебе не нужна любовь этого мужчины?

Качаю головой:

— Я люблю его. И он говорит, что любит меня… Но я-то знаю, что это магия, а не его чувства ко мне. Приворот, а не любовь… Помогите снять его, я не хочу обманывать, он не заслужил такого…

Аптекарша внимательно смотрит на меня, словно пытается прочесть мои мысли, или разглядеть чувства, живущие в моем сердце. Вздыхает, отворачивается и идет к своим полкам, заставленным бутылочками с зельями. Выбирает одну и идет с ней ко мне.

— Вот, возьми, это мой тебе подарок.

— Тебе, а не мужчине твоему, глупая девочка! — добавляет сердито, видя, что я чуть не со слезами смотрю на пузырек в ее руке. — Нет никакого приворота! Все, что вы с мужем чувствуете друг к другу — настоящее.

— Как нет приворота?! — переспрашиваю с изумлением. — Но вы…

— Но я! Я не дура, такими вещами заниматься. Не хватало еще привораживать того, к кому нет ни любви, ни даже уважения. У тебя на лице было написано, что просьба твоя продиктована упрямством, да глупостью девичьей. Уже тогда в твоем сердце любовь к другому жила. Так что… пустышку я тебе дала, а не заговоренное письмо.

— Но… Значит…, — от волнения я даже слова не могу вымолвить.

— Значит…, — усмехается женщина. — Любит он тебя и все, никакой магии. Иди к нему, ждет он, скучает.

— А это? — я поднимаю руку с зажатым в ней пузырьком.

— Это тебе, говорю же. Укрепляющая настойка, тебе сейчас полезно будет. Как принимать на донышке написано. Все, иди, некогда мне! — прикрикивает на меня, но в уголках ее темных глаз таится улыбка.

Не чувствуя под собой ног от счастья, вылетаю из лавки и попадаю в мужские объятия. Такие знакомые и родные!

— Мири, едва нашел тебя! Почему не предупредила, что уходишь из дома? — глубокий голос мужа звучит укоризненно, но в нем столько тепла и нежности.

Поднимаю к нему лицо, смотрю в родные глаза и вдруг спрашиваю:

— Райвен, ты меня любишь?

Секунду он просто смотрит на меня. Потом наклоняется и шепчет в губы:

— Ты сомневаешься, моя драконочка? Похоже, я плохо тебя в этом убеждал! Пошли-ка домой, моя любовь, и я много-много раз скажу тебе о своих чувствах. Еще и покажу их и буду убеждать тебя в своей любви, пока ты не поверишь, наконец.

— Ах! — я взлетаю в воздух, подхваченная сильными руками своего мужа.

Закладка:

— Я люблю тебя, Райвен, — шепчу ему на ухо и не в силах больше держать в себе, выдаю свой главный секрет:

— У нас с тобой будет ребенок!

Секундная пауза, за которую мое сердце успевает остановиться в тревоге — почему он молчит?! Не рад?! Не хочет малыша?!..

— Я рад, моя Мири. Очень… — его голос звучит глухо. — Ты даже не представляешь, каким счастливым только что сделала меня.

Мое глупое сердце подпрыгивает и несется вскачь — он рад! И он любит меня!

Поудобнее пристраиваю голову мужу на плечо и жмурюсь от щекочущего нос солнечного лучика. Ну и что, что лето заканчивается, и скоро зима, мне без разницы! Счастлив тот, кто не замечает, лето теперь или зима, а я счастлива! Очень!