Доппельзольднер - пират

Глава 1

– Я могу сбить любую снасть на паруснике врага и порвать на заказ любой парус, – хвастался в таверне какой-то канонир.

– Нашёл, чем хвалиться, я могу сбить чайку налету ядром их пушки, – заявил в подпитии другой.

Сегодня в таверне собрались моряки, оставшиеся без дела после окончания войны Испании и Англии. Жалование не позволяло осесть безбедно на берегу и заняться мирным промыслом, да и не умели они ничего, кроме сражений на море.

– А ты чего молчишь? – старый пират посмотрел на соседа по столу, тихо пьющего ром напротив него.

– Куда мне до них, – усмехнулся тот, – но Нельсона свалил именно я. С полутора миль, небольшим ядром, но ему хватило. В нашем деле не имеет значения, что ты умеешь, гораздо важнее, как тебе повезёт остаться в живых.

– Мудрые слова, – заметил моряк, – выжить на море важнее всего. Деньги закончится, приходи на Маргариту, бригантина стоит у причала. У меня тут пока дела, – заявил моряк и ушёл.

Трудно сказать, кто он, но явно, не сухопутная крыса. В меру силён, взгляд острый, одет неброско, так ни один капитан не одевается. Те нахлобучивают шляпы с перьями, чтобы издалека видно было – идёт морской волк. Абордажные сабли украшены камнями и ножны дорогие, можно подумать, это помогает в битве. У этого «бычий язык» в ножнах на спине и не более того. Ладно, пьём, пока деньги не кончились.

Кончились они через три дня, и канонир вспомнил слова моряка. Маргарита стояла у стенки, к ней подъезжали подводы, и бочки перегружали в трюм. Тот моряк стоял на палубе и что-то рассказывал троим новичкам.

– Меня пригласил вон тот человек, – пальцем показал канонир на знакомого из таверны.

– Капитан, к вам гость! – крикнул матрос.

– А вот и наш канонир пожаловал, – улыбнулся моряк, – к вечеру должен вернуться плотник и можно выходить в море. – Пойдём, покажу тебе твоё хозяйство.

Канонира удивило отсутствие орудийных портов, но на каждом борте размешалось по три фальконета.

– Это для абордажа, ну там ещё, паруса изорвать, из них стреляем только картечью. Основное оружие у нас на баке.

А там расположились две двадцати четырёх фунтовые пушки с очень длинными стволами. Они располагались не на лафетах, а на своеобразных ложах и торчали подобно бушприту

– Не самое грозное оружие, но бьют сильно и далеко. Твоя задача, понять, куда они могут попадать и на какой дистанции. С фальконетами можешь помогать, когда парни идут на абордаж, но сам в драку не лезь. Видишь, картечь сразу висит в мешочках по-над бортом. Порох таскает юнга сразу в картузах, а так парни носят за собой по два картуза на поясе во время перестрелок. Наша задача, не топить, а грабить, поэтому сильно повреждать суда нет нужды.

Вводная инструкция окончена и капитан поручил канонира боцману, который указал его место и познакомил с ребятами. Сказать по правде, судёнышко не внушало особого уважения. Не более сорока ярдов в длину, оно имело около шести ярдов в ширину, форштевень, наклонённый назад и полноватые обводы в носу. Мачты гладкие и на них ничего пока не было, впрочем, на палубе лежали реи, значит, их просто не подняли на мачты. А кораблик должен быть резвым только как он проявит себя на ходу?

К вечеру пришёл и корабельный плотник, Здоровенный детина, метра под два ростом. Он кивнул капитану и оба удалились вниз, дело не терпело чужих ушей. Последние бочки переместились в трюм, и бригантина вышла из порта. Постановка парусов удивила канонира. Вот почему мачты однодерёвки, паруса ставились на них, как на полакре. Впереди два прямых паруса, причём марсель ничуть не меньше фока, длинный, как на флейте. На бизани подняли парус, но он только издалека напоминал гафельный.

На самом деле парус оказался один, заменяя собой и топсель. Для этого верхняя часть растягивалась на гике уишбоне. Впереди один стаксель, а летучий кливер поставили уже на бушприте. В спокойный ветерок бригантина набрала ход и весело бежала по спокойному морю. Быстроходное судёнышко, несмотря на то, что небольшое.

– Идём к берегам Турции, посмотрим, что там можно взять, – заявил капитан.

Судно завернуло к Гибралтару и вскоре оказалось в Средиземном море. До Мальты дошли спокойно, но потом на них решили напасть венецианцы на быстроходной галере.

– Вот теперь можешь показать своё умение, – капитан подозвал канонира.

Не даром тот произвёл отстрел нескольких ядер, чтобы понять, как они летят из этих пушек. Первым же выстрелом канонир прошёлся по батарее галеры, заставив её пушки замолчать.

– У них нет крюйт-камеры, а вот где хранится порох, я не знаю, – заметил он.

Грабить на галере нечего кроме судовой кассы, провианта там на всю огромную команду, дня на три, не больше. Ценных грузов они не возят, занимаясь разбоем в условиях тихих ветров, когда вёсла имеют преимущество. Между тем галера настигала их в слабый ветер.

– Приготовиться к абордажу! – капитан серьёзен. – Ты остаёшься на борту и надень вон ту кирасу, канонир нам ещё нужен.

Небольшая команда собиралась драться с толпой на галере, а это не укладывалось в голове.

– Картечь! – у канонира появилась мысль.

Если галера подойдёт ближе, то стрелять бесполезно, а пока есть шанс. Обе носовые пушки он зарядил картечью, только зачем, если галера догоняет с кормы?

– Идём навстречу! – вообще-то командует капитан, но тот понял замысел своего канонира.

– Поворот фордевинд! – скомандовал он и судно развернулось по дуге навстречу галере.

Как только галера стала на выстрел, канонир ополовинил её абордажную команду выстрелами из больших пушек. И тут галера едва не пролетела мимо, но вёсла позволяют затормозить даже на такой скорости. Вот тут и заговорили фальконеты, выкашивая оставшихся на верхней палубе солдат. Всё равно, многовато, но капитан не первый раз в таких передрягах. Откуда-то он вытащил здоровенный меч-фламберг и с ним ринулся на палубу галеры.

Его поддержал корабельный плотник с большим топором в руках, и ряды абордажной команды на галере стали таять, как масло на сковороде. Остальные просто подчищали за своими лидерами пространство. Не остался в стороне и канонир, поливая задние ряды картечью из фальконетов. Он готов был выкосить всех на борту, но на галере вспыхнул бунт гребцов. Это и решило исход сражения, не прошло и получаса, как галера оказалась в руках пиратов.

– Парни, галера ваша! – обратился капитан к гребцам. – Кандалы мы сбили, но вам надо где-то осесть. Предлагаю вернуться на Мальту, провизии вам хватит, а там сами смотрите.

Добычей пиратов стала судовая касса, да и справедливо, они потратились на порох и несколько раненых требовали лечения. Необычное оружие капитана удивило канонира, о чём он и сказал последнему. Тот усмехнулся, но честно рассказал, что был наёмником, доппельзльднером. Едва не погиб, но его выходили рыбаки и теперь он капитан этой бригантины.

– Понимаешь, такой клинок останавливает любое оружие, оно не скользит по нему, а замирает на мгновение, и я спокойно могу справиться с противником. А ты здорово помог нам сегодня, молодец.

Судовую кассу честно разделили, раненых оставили на Мальте, пополнив ряды гребцами и ушли на Кипр. По пути капитан обратил внимание, что канонир занялся привязыванием шнуров к картечи. Он подрубал ножом свинцовый шарик, укладывал туда прочный шнур и запечатывал молотком шнур в зарубке.

– Зачем ты это делаешь? – удивился капитан.

– На большом расстоянии картечь сильно разлетается, а так она пойдёт кучно. Годится паруса рвать, да и выбить кого-нибудь из общей массы будет удобнее. А вообще, к фальконетам и немного ядер не помешает. Они не проломят борт, зато любого человека убьют наверняка. Фальконет станет большим пистолетом, который далеко стреляет.

– Голова, – усмехнулся капитан, поняв, что канонир говори дело.

Приучил он и парней у фальконетов как стрелять увязанной картечью. Так и дошли до Кипра, где лихо захватили парочку турецких торговых кораблей. Турецкие чектырме не смогли организовать хорошую оборону, несмотря на наличие небольших пушек. Канонир выбил обслугу издалека, используя свою увязанную картечь. Пираты получили не просто деньги, но и хороший товар, который продали на Мальте и Сицилии.

Такая картечь выручила, когда они погнались за торговым турецким кораблём, карамусал едва не удрал в слабый ветер, но на бригантине подняли всё, что можно, даже стаксель и трисель между мачтами, а там канонир влепил заряд картечи по парусам и от них мало что осталось. Увязанная картечь летела довольно кучно и вырывала огромные дыры из парусов. Абордаж прошёл достаточно спокойно, не имея возможности уйти, турки сдались и позволили перегрузить ценный груз на бригантину.

– Почему мы не трогаем греков? – один матрос из команды удивлённо спросил капитана.

– Зачем? – капитан только плечами пожал. – К тому же греки поставляют нам информацию и могут помочь со снабжением, когда мы основательно поиздержимся в плавании.

Однажды так и получилось, греческая фелюка доставила порох, ядра, картечь и хорошее вино, которое основательно разбавляли водой и пили все на бригантине. Греки ненавидели турок и охотно сообщали любую интересную информацию. Используя её, пираты организовывали нападения на турецкие суда, получая богатую добычу. Это длилось до тех пор, пока на них не началась настоящая охота.

Турецкие военные суда рыскали по всему восточному Средиземноморью, пришлось уходить на запад вдоль берегов Египта и Ливии. Но там хозяйничали алжирские пираты и пришлось сражаться уже за свою жизнь. Сплочённые эскадры, а корсары Алжира никогда не ходили в одиночку, представляли собой серьёзную опасность, особенно в слабый ветер. Галеры имели хороший ход и в полное безветрие, уйти от них непросто, но бригантине удавалось до определённого момента. Выручал канонир, активно обстреливавший галеры ядрами и картечью.

Если основательно выбить гребцов на одном боту, галера сильно снижала ход. Пересадить гребцов требовало времени, все же прикованы за ногу. Тут никакой жалости не может быть, речь о выживании. Но однажды их плотно зажали две алжирские галеры. Ветра почти не было, и на бригантине поставили вёсла. Только галера быстрее и их стали догонять.

– Эх, убрать бы хоть одну, – капитан оценивал шансы даже не на победу, а просто на выживание.

– Попробую помочь, – канонир стал серьёзен, заряжая носовые орудия. – Поворот фордевинд! – скомандовал он, когда проверил состояние пушек.

Капитан повторил команду, и бригантина развернулась практически на месте. Теперь всё зависело от канонира, и он не сплоховал. Первый выстрел проломил борт на галере в носу на самой ватерлинии, а вторая пушка сделала этот пролом ужасающим. Галера тонула, и ей стало не до погони. Зато вторая уже рядом, и тут вступили в строй фальконеты, поливая верхнюю палубу свинцом и кровью. Всё равно, врагов слишком много, но капитан схватил свой фламберг и кинулся на абордаж.

Доппельзольднеры, солдаты с двойным жалованием, использовались у немецких наёмников в качестве смертников, они стояли в самых опасных местах и долго не жили. Зато те, кому удавалось выжить в мясорубке, становились элитой, с которой совсем непросто справиться. Лавина мавров упёрлась в этих двоих, а обойти их не давали остальные пираты. Канонир, как мог, помогал из фальконетов, выбивая немалое количество атакующих. Но всё равно, мавров было слишком много.

Не в состоянии пробиться, мавры собрались в кучу и рванули на капитана с плотником, повалив их на палубу большой кучей. Конец казался неминуем, но тут канонир ударил картечью прямо поверх тел своих соратников. Небольшая брешь спасла жизнь капитана, и он с рудом поднялся на ноги. Хуже было с плотником, он встать уже не мог, но фальконеты били один за другим.

Юнга выбивался из сил, таская картузы с порохом, а канонир заставил всех на палубе заряжать картечью небольшие вертлюжные пушки. Стена свинца остановила стену людей, а передвигаться по палубе галеры стало трудно из-за крови трупов.

– Тащите их сюда! – орал канонир, и его услышали.

Пираты подхватили плотника и помогли капитану отойти на бригантину.

– Всем заряжать с обеих бортов! – канонир сейчас похож на чёрта.

Зачем нужны фальконеты на другом борту, никто не понял, но зарядили и их. А канонир устроил настоящую карусель из фальконетов. На место выстреливших тут же ставили заряженный и бригантина вела огонь с такой скоростью, что галера сдалась. Вёсла ударили в обратную сторону, и она начала отходить от бригантины. Казалось бы, что ещё нужно, но канонир уже вошёл в раж.

– Ядра к фальконетам! – хрипел он сорванным голосом.

Вот тут он и показал, на что способны эти мега-пистолеты. Двумя выстрелами он убрал рулевого и капитана галеры, а потом стал методично истреблять всё живое, пока галера не отошла на пару миль.

– Как капитан? – поинтересовался он, почувствовав, что стрелять уже бесполезно.

– Плохо, но должен выжить, хуже с плотником, он почти мертвец, не доживёт до утра.

– Перевяжите и напоите его вином, как следует.

Канонир спустился в трюм, покопался в своём сундучке и принёс шарики какого-то вещества, дурно пахнувшего. Уже собирался поделить, но посмотрел на могучее тело плотника и скормил шарик целиком. Капитану же досталась только половинка, после чего оба впали в забытьё, но утром оба оказались ещё живы, даже поели немного. Живы они были и в обед, да и к вечеру тоже, а потом постепенно пошли на поправку, хотя с трудом понимали, где они и что произошло.

В себя первым пришёл капитан, едва не убив при этом канонира. Парни удержали его и постепенно разум вернулся, и он узнал своего канонира. Вот так он и спас всю команду от верной смерти, да и бригантину в придачу. Сколько ещё бороздила моря эта посудина, о том история умалчивает, да и какая разница. У пирата одна судьба – болтаться на рее или отправиться на дно, хотя порой и везёт скопить капитал и осесть на берегу. Остаётся надеяться, что этим повезло.