Дневник Паломника за счастьем

Призвание к святости

Один богослов, рассуждая о церкви, сказал: «В церкви все таинственно». То есть все в какой-то степени является таинством. И наибольшим из таинств можно считать Таинство Обретения Веры. Оно происходит, когда человек слышит Слово и в его сердце начинает действовать Святой Дух. Сначала мы можем этого не понять или даже сопротивляться этому Голосу. Но потом наступает момент, когда мы принимаем это Слово и Оно наполняет нашу жизнь новым смыслом, новыми интересами и устремлениями.

Давайте посмотрим на историю призвания в пророки Самуила. Его история крайне интересна. Еще в детстве мать посвятила Самуила для служения Богу и привела его в Силоам к первосвященнику Илию. И здесь, в святилище, Самуил и жил под присмотром Илии. Но вот случилось нечто интересное. В те дни «Самуил лежал в храме Господнем, где ковчег Божий; воззвал Господь к Самуилу, и отвечал он: вот я!»(1Царю3:3-4). Самуил услышал голос Бога, но не понял, Кто к нему обращается.

Это был просто мальчик, который вырос не в самые лучшие в духовном отношении времена. «Слово Господне было редко в те дни, видения [были] не часты» (1Цар.3:1). Естественно, что не имея реального опыта богообщения, мальчик не смог различить голос Божий и решил, что это наставник завет его. Он побежал к священнику, но тот отослал мальчика обратно. А надо сказать, что Илий не обладал духовным различением. Однажды он уже проявил свою нечуткость в отношении одной молящейся женщины, Анны: «Между тем как она долго молилась пред Господом, Илий смотрел на уста ее. И как Анна говорила в сердце своем, а уста ее только двигались, и не было слышно голоса ее, то Илий счел ее пьяною. И сказал ей Илий: доколе ты будешь пьяною? вытрезвись от вина твоего. И отвечала Анна, и сказала: нет, господин мой; я – жена, скорбящая духом, вина и сикера я не пила, но изливаю душу мою пред Господом» (1Цар.1:12-15). Да и в отношении того, что творилось у него в доме, он имел не много понятия: «Сыновья же Илия были люди негодные; они не знали Господа» (1Цар.2:12).

Это мне напоминает, как часто люди приходят в церковь, чтобы что-то узнать о Боге. Они жаждут узнать о Христе, но встречаются с равнодушием. Им нужна простота, а вместо этого они слышат умные теологические рассуждения. Они хотят узнать, чей голос слышали только что, а им говорят о пятигранном служении, семи смертных грехах, двенадцати шагах новообращенного и прочем. Иногда мы уподобляемся этому Илию, который не видел действия Божьего у себя под носом. Но если бы духовная жизнь человека зависела только от нас, то его судьба была бы незавидна. Ведь все мы грешные люди, которые много ошибаются в своей жизни. Однако Бог Сам ведет нас к покаянию. Как? Через Слово.

Только когда Господь в третий раз провозгласил Слово, Илий понял, о Ком идет речь. Он сказал: «Пойди назад и ложись, и когда [Зовущий] позовет тебя, ты скажи: «говори, Господи; ибо слышит раб Твой». И пошел Самуил, и лег на месте своем. И пришел Господь, и стал, и воззвал, как в тот и другой раз: Самуил, Самуил! И сказал Самуил: говори, [Господи], ибо слышит раб Твой. И сказал Господь Самуилу: вот, Я сделаю дело в Израиле, о котором кто услышит, у того зазвенит в обоих ушах. В тот день Я исполню над Илием все то, что Я говорил о доме его; Я начну и окончу» (1Цар.3:9-12). Так произошло призвание Самуила на пророческое служение.

Когда мы слышим Божье Слово, то оно живо и действенно. Оно производит то, что провозглашает. Если бы от самого Самуила зависело призвание, то вполне вероятно, что он никогда бы не стал пророком. Илия мог оказаться еще менее духовно чутким, чем был, и даже с третьего раза не понять, что Бог говорит с мальчиком. Сам Самуил мог просто отмахнуться и лечь спать. Но у Бога нет ВЕРОЯТНОСТИ. У Него есть ОБЕТОВАНИЯ, и есть Его ВОЛЯ, которая исполнится вне зависимости от наших желаний. Это хорошо понимали герои Библии.

Бог передал через Самуила Илию тяжелую весть: «Я объявил ему, что Я накажу дом его на веки за ту вину, что он знал, как сыновья его нечествуют, и не обуздывал их. И посему клянусь дому Илия, что вина дома Илиева не загладится ни жертвами, ни приношениями хлебными вовек» (1Цар.3:13-14). Не так-то и легко принять такое обличение. Но знаете, что ответил на это Илий? «Тогда сказал [Илий]: Он – Господь; что Ему угодно, то да сотворит» (1Цар.3:18). Это позиция Библии. Самуил должен был стать пророком, потому что на это была Божья воля.

Что-то похожее происходило несколько веков спустя. В Писании нет, пожалуй, другого отрывка, где было бы столько же интересных и многозначительных деталей, как сегодняшнее Евангельское чтение. Мы видим Иоанна Крестителя, указывающего на Иисуса. Он, должно быть, хорошо понимал, что, говоря так об Иисусе со своими учениками, он как бы предлагает им оставить его и обратить свою верность на нового и более значительного Учителя, и все же он сделал это: в Иоанне Крестителе не было ревности; он пришел призвать людей не к себе, а к Иисусу. Нет ничего труднее, как занять второе место, когда ты уже был первым. Но как только на сцене появился Иисус, у Иоанна Крестителя была только одна мысль – послать людей к Нему. И вот двое из его учеников последовали за Иисусом.

Вполне возможно, что они были слишком застенчивы, чтобы прямо обратиться к Нему, и потому следовали за ним на значительном расстоянии. И тут Иисус сделал нечто совершенно особенное: Он обернулся и заговорил с ними; другими словами, Он пошел им навстречу, Он облегчил им задачу; Он открыл им дверь, чтобы они могли войти. И это символ Божественного почина: первый шаг всегда делает Бог. Когда ум человека начинает искать, а сердце – алкать, Бог не заставляет человека в одиночестве доходить до Него, Он идет ему навстречу. Как сказал Аврелий Августин, мы бы еще даже и не начали искать Бога, если бы Он уже давно не нашел нас. Когда мы идем к Богу, мы идем не к Тому, Кто прячется и держится на расстоянии, мы идем к Тому, Кто стоит в ожидании и даже берет инициативу в Свои руки, направляясь нам навстречу. Иисус начал с того, что задал молодым людям самый важный в жизни вопрос: «Что вам надобно?» В эпоху Иисуса в Палестине было вполне уместно задать человеку такой вопрос. Мало ли кто эти люди? Иисуса окружало всегда слишком много провокаторов: фарисеев, желающих вызвать Его на бессмысленный спор о мелких тонкостях Закона, зилотов, которые мечтали склонить Его к тому, чтобы Он возглавил освободительное восстание… А может быть, это скромные набожные люди, ищущие, подобно многим другим, истинного Бога или изъявления воли Божьей, или же просто озадаченные благоразумные люди, ищущие свет на пути жизни и прощения Божьего? Было бы хорошо, если бы мы иногда задавали себе такие вопросы: «А что мне нужно? Каковы мои цели? Чего я хочу от жизни?»

Иные ищут безопасности. Они хотели бы занимать прочное и надежное положение, иметь достаточно денег для удовлетворения потребностей, да чтобы оставалось еще отложить на черный день, когда станет трудно, то есть ищут материальной безопасности, которая избавит их от забот. Это мелкая цель, недостойная того, чтобы ради нее жить, ибо в конечном счете в случайностях и превратностях жизни нет ничего надежного.

Иные ищут, как они это называют, карьеры: власти, положения, престижа, места, – на что, как им кажется, они имеют право благодаря своим способностям и талантам; иные же ищут возможность делать ту работу, которую, как сами считают, только они могут делать. Если они стремятся к этому всему из честолюбия, то это плохая цель; если же ими движет желание служить собратьям, то это может быть высокая цель. Но одного этого недостаточно, потому что такая цель ограничена во времени и исключительно этим миром.

Некоторые же люди ищут высший смысл, который дал бы им возможность жить в мире с собой, с Богом и с людьми: это поиски Бога. Только такие поиски может одобрить Иисус и помочь в них.

Только тогда вы сможете увидеть, что жизнь меняется, мысли меняются, устремления меняются. Не зря Библия провозглашает радикально иную систему ценностей, чем та, что принята в мире. Сытый и удобный мир карьеристов и приспособленцев – это не христианский идеал. Христианский идеал – это СВОБОДА. Свобода от греха, рабства и смерти. Наверное, только ради таких целей имеет смысл жить на этой земле. Мы все ходим в церковь, слушаем Слово, причащаемся с одной главной целью – быть с Богом, получить и получать ежедневно прощение и Его благодать. Церковь это не клуб по интересам и не общество хороших людей. Это то место, где грешники получают прощение и становятся хорошими людьми, а хорошие люди становятся СВЯТЫМИ благодаря той работе Святого Духа, которая совершается в нас через Слово и Таинства. Это место, где собираются идеалисты, которые стремятся к недостижимому, зная, что «невозможное человекам возможно Богу» (Лк.18:27). А эти люди и есть мы с вами. Аминь.

Рождество на торжище

Только что отгремели последние залпы любительских салютов. Люди доели салаты и вынесли пустые бутылки. Елочки уже вянут и постепенно готовятся продолжить свое существование в мусорных контейнерах, где их уже дожидаются осиротевшие коробки из под праздничных подарков (их количество становится зримым подтверждением растущего благосостояния). Завершилась большая вакханалия, по непонятной причине называемая «Веселым Рождеством».

В этом смысле я завидую братьям и сестрам из православной церкви, которые празднуют Рождество Спасителя позже остального мира. Центром их тихого и светлого праздника является Младенец Иисус, а вовсе не те пошлые рекламные агенты, господа Мерри Кристмас и Санта Клаус, которых пытаются выдать за символы этого великого дня. Эти сошедшие с виртуальных телеэкранов персонажи получили самостоятельное бытие, отличное от изначального замысла имятворителей и, словно бесы искусители, старательно тянули нас все эти дни не в христианские храмы, а в гипермаркеты – эти сверкающие огнями капища Мамонны – чтобы мы принесли гекатомбу новым божествам современного мира. Их мантрой было «Купи, купи!», и они ее старательно повторяли, пытаясь околдовать нас своими чарами. Особую кощунственность момента подчеркивало христианское происхождение имен этих новых «американских богов», которые вступили в битву за наши души, вооруженные самым современным арсеналом манипуляций.

И посреди этого ритуального пиршества плоти и денег лишь некоторые увидели Того, Кого стремились затмить собой снежно-красные идолы. Иисус пришел в сердца и храмы христиан тихо. Почти также тихо, как тогда 2000 лет назад. Его не заметил Царь, пирующий в окружении похотливых наложниц. Его не заметили торговцы зазывающие путников, прибывших для кесаревой переписи. Его не заметили и сами путники. Они искали места в хорошем отеле, они отмечали встречи со старыми друзьями-однокашниками и родственниками, которых не видели по многу лет. Что им было за дело до маленького Ребенка, родившегося в хлеву на сене?

В навечерие Рождества я ехал в троллейбусе по городу и видел, как людские процессии тянулись в церкви Риги. Они были куда малочисленнее тех толп, что еще накануне штурмовали шоппинг-центры для «рождественских» закупок. Среди людей в храмах было мало пафосной публики, любящей кутеж и дорогие авто. Для тех уже приготовили свою программу шоумены из корпорации Мерри Кристмасов и Санта Клаусов. А для христиан было достаточно благословения младенческой руки и скромного подарка из сумки святого епископа Николая из Ликийских Мир. Этому младенцу не было необходимости устраивать масштабную рекламную кампанию, создавать неповторимый фирменный стиль, узнаваемый образ. Ему вовсе не нужна вся эта мишура... Он – владелец этого мира, всех его образов и красок, в том числе и красной и белой, которые пока еще контрафактно используются Его эпигонами. Но лишь до времени, ибо Младенец вернется, и на этот раз уже, как Воскресший Царь Мира. Вернется не для того, чтобы предлагать изысканные развлечения, но чтобы судить. Судить это мир, судить нас с вами. И разрушить дела дьявола. Расколоть на мелкие кусочки глиняных истуканов, которые пытались отнять у нас главное, великую «тайну благочестия» о том, что «Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе» (1Тим.3:16).

Всем протестантам и католикам, кто провел эти дни в молитве и благочестии (а их было большинство) – мой глубокий респект. А всем православным христианам, еще только готовящимся прославить Родившегося Спасителя я желаю не «веселенького Кристмаса», но по-настоящему светлого и великого Рождества.

О том, как история одного казнокрада поможет нам в духовном росте

«Сказал же и к ученикам Своим: один человек был богат и имел управителя, на которого донесено было ему, что расточает имение его; и, призвав его, сказал ему: что это я слышу о тебе? дай отчет в управлении твоем, ибо ты не можешь более управлять. Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь; знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом. И, призвав должников господина своего, каждого порознь, сказал первому: сколько ты должен господину моему? Он сказал: сто мер масла. И сказал ему: возьми твою расписку и садись скорее, напиши: пятьдесят. Потом другому сказал: а ты сколько должен? Он отвечал: сто мер пшеницы. И сказал ему: возьми твою расписку и напиши: восемьдесят. И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде. И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители. Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом. Итак, если вы в неправедном богатстве не были верны, кто поверит вам истинное? И если в чужом не были верны, кто даст вам ваше? Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне» (Лук.16:1-13).

Сегодня Писание ставит перед нами серьезную проблему. Иисус любил шокировать своих собеседников неожиданными притчами. Этим он привлекал внимание и заставлял людей думать. Согласитесь, что это нечасто случается и в наше время. Мы привыкли не думать, а просто потреблять информацию. Поэтому нам нравится когда то новое, что мы хотим узнать максимально «пережевано»: «10 советов добиться успеха в жизни», «12 правил, как стать миллионером», «Стань супермоделью за две недели» и т.д. Я не думаю, что собеседники Иисуса сильно отличались от нас в этом плане. Любой человек по своей природе немного ленив. Но Иисус провоцирует, заставляя нас думать, заставляя преодолевать лень. В сегодняшнем чтении Он рассказывает притчу о... своре мошенников. Такие типажи встречаются повсеместно. Когда я читал Евангелие, то смеялся, потому что подобная компания могла бы встретиться буквально в любой стране и на каждом шагу. Управитель – плут и растратчик; хотя он и был рабом, но управлял имением своего хозяина. Это была распространенная практика. Владельцы многих поместий жили за пределами Палестины. Хозяин имения мог быть одним из них. Ведение своих дел, свой бизнес, он вручил одному из своих доверенных лиц, а в это время наслаждался жизнью где-нибудь в более обеспеченных Риме, Греции или Северной Африке... Этот человек либо получил в наследство, либо приумножил крупный по местным меркам капитал. Вложил его в дело и теперь почивает на лаврах.

Управитель же попросту расхищал имение своего хозяина. Это часто случается, правда? Должники тоже еще те мошенники. Их долги состояли в основном из неуплаченной арендной платы. Ее часто платили не деньгами, а в натуральной форме, которая представляла собой заранее оговоренную долю урожая. Итак некоторое время все было хорошо и все были довольны: хозяин прожигал жизнь где то за границей, управляющий тихо приворовывал, арендаторы постепенно накапливали долги не особо торопясь за них платить. Так могло продолжаться еще долго, но вот хозяину кто то донес, что в его имении не все в порядке и через несколько лет при существующих темпах он может из благополучного рантье превратиться в банкрота. И тогда он решает провести ревизию и наказать по всей строгости вороватого управляющего.

Тот естественно понимал, что если обман обнаружится, то его, в лучшем случае, снимут с должности. В худшем можно было поплатиться и головой. И поэтому его осенила блестящая идея. Он просто подделал записи в долговых книгах, чтобы уменьшить долги должников. От этого он надеялся получить как минимум две выгоды. Во-первых, должники стали теперь обязаны ему; во-вторых, и это намного важнее, он связал их круговой порукой, сделав соучастниками своих преступлений. Таким образом он избавился как минимум от целой группы недругов (скажите вы сильно любите отдавать долги?). Интересно, что и сам хозяин немного похож на мошенника, потому что его мало того, что вовсе не шокировала вся махинация, но он даже одобрил хитрость своего управляющего и, практически прямым текстом, похвалил его за это.

Неправда ли не вполне традиционный сюжет для нравоучения? Что нам этим хотел сказать Иисус? Он решил преподать нам урок по отмыванию капиталов, или лекцию для начинающих казнокрадов? Наверное все же нет. Но уже сам сюжет заставляет наш мозг работать. Давайте же посмотрим, какие выводы из этой притчи предлагает нам сделать Иисус:

В восьмом стихе Евангелие говорит, что «сыны века сего догадливее сынов света в своем роде». Знаете и правда, если бы каждый христианин проявлял такое же усердие и изобретательность в своем стремлении углубить свои отношения с Богом и стяжать святость, какие проявляет мирской человек в своем стремлении обеспечить свое благосостояние и комфорт, то мир стал бы другим. Церковь стала бы другой. Мы сами стали бы совершенно другими людьми. Человек тратит в десятки раз больше времени, денег и усилий на свои удовольствия и увлечения, на карьеру и спорт, чем на служение Богу. Церковь только тогда сможет изменить наше общество, когда мы будем уделять ей столько же времени и сил, сколько мы уделяем нашим мирским делам.

В следующем стихе говорится, что богатство следует использовать для обретения верных друзей, и в этом заключается истинная и непреходящая ценность жизни.

Это можно сделать в двух сферах:

а) Прежде всего в сфере духовной жизни. У иудейских раввинов была поговорка: «Богатые помогают бедным в этом мире, а бедные помогут богатым в грядущем». Учитель церкви св. Амвросий Медиоланский сказал в адрес богатого безумца, строившего все новые, более крупные амбары для своего имущества: «Нужды бедных, дома вдов, рты детей – вот амбары богатых». Многие иудеи верили в то, что благотворительность и милосердие к бедным зачтутся человеку на том свете. И хотя мы теперь прекрасно знаем, что наше спасение не зависит от наших дел и дается по благодати, но все же стоит признать, что есть доля истины в изречении одного мудрого человека о том, что «действительное богатство заключается не в том, что человек удержал, а что он раздал». Это не влияет на нашу вечную жизнь, но это серьезно влияет на нашу жизнь земную. На наше человеческое и духовное развитие. Влияет на наш духовный рост, помогая развивать подлинно христианские качества характера. В шестом артикуле Аугсбургского исповедания веры говорится: «вера должна приносить добрые плоды, и что совершать добрые дела, заповеданные Богом, необходимо, ибо такова воля Божья, однако мы не должны полагаться на эти дела, думая, что ими можно заслужить оправдание перед Богом».

б) В сфере мирской жизни. Человек может расходовать свое богатство только на себя, стремясь к легкой беззаботной жизни. Однако он может облегчить и жизнь своих друзей и собратьев. Сколько ученых благодарны какому-то состоятельному человеку, который дал деньги на стипендии, давшие им возможность получить высшее образование! Сколько людей благодарны своим более состоятельным друзьям, помогшим им в трудные времена! Традиции милосердия и благотворительности очень сильны в наших церквях. Христиане большое внимание уделяют помощи другим людям. Но в ее основе лежит важный христианский принцип: непривязанности к этому миру и деньгам. Богатство само по себе не является грехом, но оно накладывает на человека большую ответственность, и оно несет в себе большую опасность. Человек, использовавший свое состояние для того, чтобы помочь своим ближним, находится на правильном пути, стараясь выполнять свою ответственность.

В следующих стихах говорится, что по тому, как человек выполняет малое поручение, видно, можно ли доверить ему более значительное. Это очень простое и мудрое правило. Ведь так происходит и в мирской жизни, мы все им пользуемся, или являемся объектами его приложения. Никто не получит повышения в должности, не проявив свою честность и свои способности на более простой работе. Но Иисус распространяет действие этого принципа и на духовную жизнь. В сущности, Он говорит: «На земле вам доверяют вещи, которые, собственно, не ваши. Они только временно вам поручены. Вы лишь распоряжаетесь и управляете ими. Уже по самой природе своей они не могут принадлежать вам вечно. Когда помрете, вы оставите их здесь. Но в зависимости от того, как вы ими распоряжались Я буду ставить перед вами новые цели. И таким образом вести вас от славы к славе». Если вы хотите стать великим служителем Божьим, вам следует начать со своей семьи, со своих знакомых и родственников. Как вы будете проповедовать язычникам, если ваша собственная семья не верит в Бога? И как вы сможете стать директором крупной миссии, если вы не в состоянии мудро управлять делами прихода в 30 человек?

В наконец в тринадцатом стихе мысль, которую можно считать главной во всем этом отрывке. Речь идет о правиле, что раб не может служить двум господам. Раб находился во владении господина, и притом он владел им исключительно. Это в наше время работник может выполнять две работы: одну в установленное время, а другую – в свободное время. Человек, например, может быть днем преподавателем философии, а вечером – музыкантом. В наше нелегкое время многие прирабатывают или находят действительный интерес как раз в побочных занятиях. Но у раба не было свободного времени. Каждое мгновение дня и каждая капля его энергии принадлежали его господину. Раб не имел вообще своего времени, он мог потратить на себя только то время, которое ему разрешал его господин. И, поэтому, служение Богу никогда не должно бы быть побочным занятием, или же занятием в свободное от работы время. Если человек верит в Бога, то каждое мгновение его жизни, все его силы и все возможности принадлежат Богу. Бог – самый требовательный господин. Странно правда? Вы скажете: а когда же нам работать, содержать семьи, заниматься образованием? Мы же не в секте какой, где всех поголовно адептов заставляют заниматься проповедью. Но все зависит от того, что вы понимаете под словом «служение». В современном христианском мире этим словом называют «профессиональное» служение в церкви: проповедника, евангелиста, пастора, миссионера, диаконию, работу в церковной школе и так далее. Но апостол Петр обращался не к участникам пасторской конференции, когда писал: «вы – род избранный, царственное священство» (1Пет.2:9). Он писал всей церкви, всем верующим. На самом деле каждый из нас может и должен проповедовать Евангелие и служить Господу. Как? Да просто будучи христианином в своей обычной жизни! Если христианство является не просто хорошей культурной традицией, а образом жизни, то где бы вы ни были, на работе, в магазине, на вечеринке, в гостях, дома в семье – вы везде будете проповедовать Евангелие и служить Господу. Не зря Писание говорит нам: «И все что вы делаете словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря чрез Него Бога и Отца» (Кол.3:17). Когда вы отказываетесь участвовать в обмане, мотивируя это тем, что вы христианин, вы уже проповедуете. Когда вокруг вас распространяется любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание – то вы становитесь самым лучшим проповедником. Вы проповедуете своей жизнью, вы становитесь знамением Христа в этом мире.

Подумайте об этом. Является ли Иисус вашим безусловным господином? И если нет, то каждый день может стать тем днем, когда вы можете обновить свои отношения с Ним: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр.3:20). И когда вы позволите Христу стать Царем в вашей жизни, то поймете, что именно это и есть полнота бытия, и сможете сказать, вслед за апостолом Павлом «для меня жизнь – Христос, и смерть – приобретение» (Флп.1:21).

Я надеюсь, что сегодня Иисус смог заставить вас думать. Я надеюсь, что притча о шайке мошенников, помогла вам понять некоторые глубокие духовные истины, которые в такой вот нетрадиционной форме Иисус дает нам. Поверьте, что Евангелие очень увлекательная книга, которая полна потрясающих историй и парадоксальных метафор. Но самое главное, чтобы евангельские истины не оставались для вас просто абстрактным знанием, но действительно вели вас по жизни. Псалмопевец говорит: «Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей» (Пс.118:105). А Святой Павел вторит ему «Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные. И нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто перед очами Его: Ему дадим отчет» (Евр.4:12,13).

Быть благодарными и открытыми для Бога

Дорогие друзья, сегодня мы с вами будем говорить и рассуждать о личности Иисуса Христа. «Какая неожиданность! Вот те раз, – скажет кто то из вас. – Разве не о Нем мы говорим на каждом воскресном богослужении?» Это действительно так, христианское благовестие сосредоточено на нашем Господе и Спасителе особым образом. И причина тому вовсе не в фанатизме христиан. Но давайте сначала прочитаем одну историю из 14 главы Евангелия от Иоанна.

«Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте. В доме Отца Моего обителей много;а если бы не так, Я сказал бы вам: «Я иду приготовить место вам». И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтоб и вы были, где Я. А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете. Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь? Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только чрез Меня» (Ин.14:1-6).

Заметьте, здесь Иисус не говорит Своим ученикам: Я покажу вам путь, научу истине и разъясню суть жизни. Большинство религиозных учителей того времени сказали бы именно так. Но Иисус, как часто бывало с Ним, – шокирует апостолов, жестко погружая их в сферу Своей, Божественной логики. Он утверждает, что Он и есть тот самый единственный Путь, по которому следует идти желающим прийти к цели любого религиозного странствия – прийти к Небесному Отцу. Но для того, чтобы достичь этой цели, нам нужны три простые, в сущности, вещи: видеть перед собой ровную проторенную дорогу, знать, что она ведет в нужном направлении, и иметь достаточно сил и провианта, чтобы не ослабнуть и не умереть, не дойдя до пункта назначения. Собственно, об этом мы сегодня и будем рассуждать.

Вообще Евангелие в некотором роде удивительная книга. Большинство религиозных писаний, в том числе такого вот биографического характера, которые повествуют о великих учителях и даже каких-то «мессиях» прошлого, больше сосредоточены на том, что СКАЗАЛ тот или иной деятель. Сосредоточены на его учении, его богословских концепциях, его беседах с учениками. В Евангелии все это также присутствует. Но тем не менее Евангелие говорит о совершенно ином. Большая часть проповедей Иисуса могла бы быть вложена в уста почти любого талантливого и призванного раввина. Но нас сама логика новозаветного повествования подталкивает к иному. Евангелие это не рассказ об учении Иисуса. Евангелие – это повествование об Иисусе. О Его личности и, самое главное, о том, что Он сделал: умер на кресте, примирив нас с Творцом, став тем самым путем, идя по которому мы единственно можем попасть в общение с Богом. С Истинным Богом, а не каким-то симулякром, рожденным в воспаленном воображении религиозного фанатика.

В связи с этим мне часто вспоминается кинотрилогия «Матрица». Многие кинокритики рассматривали с разных сторон связь между образом Нео и Христом. Некоторые даже пытались увидеть в этом проявление религиозности братьев Вачовски. Но дело не в этом. А в том, что человечеству, живущему в виртуальной реальности, но в действительности находящемуся в коконах в вегетативном состоянии, бессмысленно рассказывать о том, что нужно сделать, чтобы получить свободу. Оно не знает об этой свободе, и оно не имеет сил, чтобы сбросить морок. Нео не проповедует. Но через свое избранничество, через свою особую природу, а в конечном итоге через смерть и воскресение он разрывает саму фальшивую смоделированную суперкомпьютером реальность, чтобы те, кто пожелают, могли освободиться. Совершенно не важно, что он говорит в фильме, диалоги там стандартно-голливудские. Важно только то, что он делает.

Точно так же и Евангелие. Если убрать из слов Христа общеморалистические проповеди о важности чистоты сердца и нищете духа, то мы увидим, что Он говорит в первую очередь о Себе. Таким образом Иисус постепенно подводит апостолов к осознанию ими важнейшей вещи: Он и есть тот самый искомый Путь. Только взирая на Него, мы можем прийти в единство с Отцом. Других путей нет.

Не так давно, летом, я побывал в тайге. Это было в далекой Сибири, и мы поехали собирать грибы. Увлекшись поиском, я ушел далеко в сторону и вышел на какую-то дорожку. Думая, что она выведет меня к трассе, на которой стояла наша машина, пошел я по ней. Шел долго, тропинка петляла, пока наконец я не понял, что ухожу совершенно в другую сторону. И были все основания опасаться того, что тропинка эта выведет меня не к человеческому жилью или нашему месту стоянки, а, напротив, приведет к болоту или вообще оборвется где-то в чащобе. Единственное разумное решение, которое я мог принять в такой ситуации, – развернуться назад и возвратиться к тому месту, откуда начал движение, чтобы постараться отыскать направление к лесной трассе, по которой мы приехали. Мне это удалось, и поэтому вы меня сегодня здесь видите живого и здорового. Пока искал путь, я заметил множество тропинок, дорожек и даже почти настоящих дорог для автомобилей. Но это были ложные пути, которые не привели бы меня к цели. Только на одной из них стояла машина, которая могла вернуть меня домой.

В Библии слово «путь» встречается 195 раз. Для евреев, которые часто странствовали по холмам без указательных знаков, где их подстерегали дикие животные, важность выбора правильного пути и самого образа пути была велика. И они очень серьезно воспринимали слова Иисуса. Когда вам говорят о множестве вариантов путей к Богу, просто улыбнитесь этому самоуверенному «учителю» и вспомните слова Христа из сегодняшней проповеди.

Для того, чтобы попасть к цели, кроме наличия дороги, желательно иметь уверенность в том, что эта дорога правильная, и знать путь. Нужна карта, подлинная карта. Иисус не останавливается на утверждении Своей эксклюзивности в направлении путников к Небесному Отцу. Он идет дальше и утверждает, что Он и есть истина. Иисус не только путь, Он есть и наша путеводная карта. И опять же, Он не сказал: то, чему я вас учу, есть истина. Он это сказал о Себе. Знаете, почему? Я думаю, что Иисус предвидел те споры и даже войны, которые Его последователи будут вести друг с другом из-за различий в интерпретации Его слов в недалеком будущем, и давал понять, что Он важнее всякой интерпретации и Он есть то, что должно стать фундаментом единства христиан.

Откровение, которое являеться основой христианской теологии, Священное Писание – есть слово Божье. Но удивительно, что в этом самом откровении мы не видим никаких намеков на то, какое политическое устройство угодно Богу. Нет там и подробных указаний научного характера, и даже сама история Творения, вызывающая сегодня столько споров, изложена пунктиром, в форме поэтической саги, не могущей служить основанием для серьезных научных выводов. Бог словно намеренно отсекает все малозначительное. А на самом деле там подробно изложено учение о спасении и обретении единства с Богом для грешного человечества. И вся эта история сосредоточена на единственной Личности. На Иисусе Христе, Который сказал: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне» (Ин.5:39).

И, наконец, Он сказал: Я есть Жизнь. Жизнь с большой буквы. Жизнь персонифицированная, Жизнь, умиравшая на кресте и воскресшая. Источник жизни. Эти слова Христа сложно верно интерпретировать вне другого места из того же Евангелия от Иоанна. В нем Иисус по Своему обыкновению взял апостолов за шкирку и ткнул носом в простые и понятные нам сегодня вещи, но бывшие для учеников поводом для глубокого шока.

«Я есмь хлеб жизни. Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет. Я хлеб живый, сшедший с небес: ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. Тогда Иудеи стали спорить между собою, говоря: как Он может дать нам есть Плоть Свою? Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни; ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день; ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие; ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем; Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною; сей-то есть хлеб, сшедший с небес; не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек. Сие говорил Он в синагоге, уча в Капернауме. Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать?» (Ин.6:48-60).

Меня удивляет и огорчает, когда люди сводят христианство к некоему ожиданию и проповеди хорошей жизни после смерти. Такое христианство, собственно говоря, и подвергается критике со стороны людей нецерковных. Дескать, мы во всем ограничиваем себя для того, чтобы когда-то, в далеком будущем, или вообще в мифологической реальности, «после смерти», получить обетованное. Для них христианство – это такой бессмысленный аскетизм с неясной перспективой. Не очень-то привлекательный месседж, согласитесь...

Я не раз замечал, что в вирутальных и реальных дискуссиях между христианами и представителями этакого «народного агностицизма» мы сталкиваемся с онтологическим различием. И именно оно часто не позволяет нам понять друг друга. Люди, настроенные враждебно к церкви, рисуют у себя в голове вот ту самую картинку: no sex, no pleasure, no drink. То есть крайний вульгарный пуританизм, словно сошедший с антиклерикальных карикатур. А зачем тогда вообще жить, если приходится отказывать себе в телесных и прочих наслаждениях, доверяясь просто обещаниям каких-то мужиков с бородами и в черных платьях? Где доказательства того, что они правы? На каком основании они предлагают нам серое безрадостное существование, когда вокруг столько приятных глазу и телу вещей?

С другой стороны, мы, христиане, поражаемся некоторой упертости наших оппонентов, не понимая, что они просто не имеют онтологического опыта, идентичного нашему. Ведь христианство это не просто обещание загробного кайфа, это полнота жизни здесь и сейчас! Мне довелось поработать в светском коллективе после многих лет работы исключительно в христианских миссиях. Это позволило мне отчетливо понять, насколько наш, пусть и несовершенный, образ жизни, попросту говоря, приятнее того, что вели мои сослуживцы. Похмелье по понедельникам, дрязги, разводы, измены, ссоры из-за мужиков и женщин, скабрезные истории об итогах походов по клубам и подсиживание коллеги. Это вовсе не значит, что у христиан всего этого нет. Сами знаете, что и у верующих хватает и греха и прочего. Но у христиан есть нечто, кроме проявлений падшей природы.

Ведь даже если взять в качестве примера людей более или менее моральных, тех, что вызывают у нас уважение, то все равно мы замечаем, что нет в их жизни чего-то очень важного. И это вынуждает людей заполнять образовавшуюся пустоту. Одни – псевдодуховностью, другие – алкоголем, третьи – увлечением поп-психологией или чем-то еще. Каждый в меру своего развития пытается компенсировать отсутствие той самой Жизни, о которой говорит Иисус. Той самой жизни, которую каждый из нас получает каждый день через общение с Иисусом, через чтение Писания, а в воскресный день получает в особенности, в изобилии.

Я имею в виду пищу для нашей души, о которой Христос сказал в шестой главе Евангелия от Иоанна, отрывок из которой мы только что прочитали. Ту пищу, которую мы, христиане, принимаем на каждом воскресном богослужении. Когда среди нас является Сам Христос, сокрывающий Свою Плоть и Кровь под видом Хлеба и Вина. Эта истина стала для учеников Иисуса камнем преткновения. Но она же стала фундаментом церкви, который позволил ей сохраниться до наших дней, несмотря на все ереси, веяния мира сего, расколы и неустройства. Даже в самые мрачные времена средневековья души верных питались этой Пищей жизни. И сегодня она является основой нашего существования в этом мире.

Каждый из нас в отдельности слаб и немощен. В течение рабочей недели вокруг нас столько искушений, мир заражает нас своим духом суеты. Но, приходя на литургию и питаясь Небесным Хлебом, мы получаем те самые силы, которые дают нам возможность продолжать путь к Отцу. Путь, которым является Христос. Согласно путеводной нити, которой является Христос. И благодаря тем силам, которые мы получаем, принимая устами Самого Христа. Это удивительная истина, которую далеко не все христиане осознают. Нам не нужно напрягаться и пытаться идти своим силами! Бог все уже приготовил для нас. Этот путь на небо заведомо более сложен, чем позволяет наша природа, сами по себе мы никогда бы его не одолели. Потому-то в мир и пришел Тот, Кто сказал о Себе: Я есмь Путь, Истина и Жизнь. Но не только сказал, но и реализовал этот принцип, изменив саму реальность Своим воскресением.

Что же остается нам? Просто славить Его за те удивительные дары, которые Бог в изобилии изливает на нас. И быть открытыми на Его благодать, которой мы живем, и движемся, и существуем. Быть благодарными и не закрывать перед Иисусом дверь – вот наше призвание в этом мире. Все остальное в чутких и нежных руках нашего небесного Отца. Аминь.

Блаженство нищеты

Нищета. Это слово заставляет сжиматься наше сердце. Это проклятие, которое может обрушиться на каждого человека, унося его в пучину отчаяния и горя. Нищета вошла в дома многих наших соотечественников, и у тысяч людей опустились руки, поникли головы. Сегодня мы читаем о нищете в Библии. Иисус говорит очень странные слова: «Блаженны нищие духом». А Евангелист Лука передает Его слова еще более определенно: «Блаженны нищие». Как так? Разве может Благой и Щедрый Бог желать нам нищеты? Чтобы понять это, нам следует глубже разобрать данное изречение. Что же на самом деле хотел сказать Иисус этими словами?

В начале главы мы читаем следующие слова: «Увидев народ, Он взошел на гору; и когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их» (Мф.5:1,2). Во время официального учения раввин всегда сидел. Он мог беседовать с учениками прогуливаясь, но когда речь шла об официальном учении, раввин всегда сидел. Греческое слово «кафедра» обозначает сидение, а во многих европейских языках до сих пор говорится «стул профессора», то есть кафедра; и даже Папа Римский говорит «экс кафедра» – со своего сидения. Более того, фраза «отверзши уста Свои» в греческом языке имеет двойное значение. С одной стороны, это торжественное, важное и величественное высказывание, к примеру изречение оракула. Им обычно предваряется очень важное высказывание. С другой стороны, эта фраза имеет значение: высказывание человека, когда он раскрывает свое сердце и изливает свою душу и свои мысли. То есть это было не просто одно из рядовых поучений. В этих словах Нагорной проповеди заключена суть обучения Христом Своих учеников. Он говорит не просто важные, а существенные для нашей духовной жизни истины. И одна из первых истин – о нищете. И это не случайно.

Прежде чем приступить к подробному изучению первого блаженства, необходимо отметить несколько общих вещей.

Во-первых, можно заметить, что все блаженства имеют одну и ту же форму. Иисус произносил эти слова не на греческом, а на арамейском языке, своего рода разговорном варианте древнееврейского языка того времени. В арамейском и в древнееврейском языках есть очень похожее выражение, которое представляет собой восклицание со значением «О, блаженство...» (далее следует существительное в родительном падеже). Это выражение типично для Ветхого Завета. Так, например, первый псалом начинается на древнееврейском языке так: «О, блаженство человека, который не ходит на совет нечестивых» (Пс.1:1). Вот именно в такой форме Иисус впервые говорил о блаженстве. Его слова – это не просто утверждение, это – эмоциональное восклицание: «О, блаженство нищих духом!» И это крайне важно, потому что из этого следует, что блаженства не благочестивые надежды на то, что будет; не блестящие, но туманные пророчества некоего будущего счастья; это – радостное поздравление христиан с тем, что у них уже есть.

Блаженство христиан – это не блаженство, отсроченное до какого-то будущего мира славы; это блаженство, данное им уже здесь и сейчас. Это не нечто такое, во что христианин еще вступит, это то, во что он уже вступил. Блаженство, правда, обретет свою полноту и завершенность в присутствии Бога, но, тем не менее, это подлинная реальность: его можно вкусить уже здесь и сейчас. Это блаженство, собственно, гласит: «О блаженство быть христианином! О радость в следовании за Христом! О безмятежное счастье знать Христа – Царя, Господа, Спасителя!» Сама внешняя форма блаженств – доказательство радости и полноты христианской жизни. В свете этих блаженств невозможно представить себе, чтобы жизнь христианина была мрачной и унылой.

Во-вторых, слово «блаженны», употребленное во всех случаях, – особое слово. По-гречески оно звучит как «макариос»; слово, которым характеризуются прежде всего боги. То есть христианству присуща не человеческая преходящая и несовершенная, но Божественная радость. Христиане входят уже при жизни в Божественное бытие и наслаждаются теми радостями, которые простому смертному, не искупленному человеку, попросту недоступны.

Итак, то, что говорил Иисус, относится не к некоему будущему счастью. Но это торжественное провозглашение уже свершившегося факта. Вы не будете когда-то в будущем блаженными! Вы уже сейчас блаженны! Блаженны в чем? Почитайте Нагорную проповедь! Это то, в чем вы уже живете, вам нужно только осознать и принять это в своей жизни.

Вы скажете мне: «Это все красиво, но... нищета. Как это может сочетаться с божественной радостью? Тут что-то не так, что-то не склеивается». Неужели Иисус ошибся?

В греческом языке для обозначения бедного, нищего человека употребляются два слова: «пенес» и «птохос». Первое обозначает человека, который должен работать, чтобы как-то свести концы с концами. Это я и вы, большинство людей в нашей стране. По западным меркам, мы – нищие. И только усердный труд позволяет нам выживать. Но Иисус употребил второе слово – «птохос», которое означает крайнюю степень нищеты, которая буквально ставит человека на колени. Иисус говорит о людях, у которых нет вообще ничего. То есть буквально можно сказать: «Блажен человек, у которого нет ничего». Однако, как я уже говорил, Нагорная проповедь произносилась на арамейском языке, а у иудеев было свое собственное употребление слова «нищий». И оно поможет нам пролить свет на этот трудный отрывок.

На древнееврейском это «они» или «эбион». Если обратиться к справочникам, то можно заметить, что оба слова претерпели в древнееврейском четырехкратное изменение:

1. Первоначально «они» значило просто «нищий».

2. Потом «они» получило значение: «не имеет никакого влияния или силы, помощи или престижа, потому что нищий».

3. А уже потом значение «угнетенный и притесняемый людьми, потому что нищий».

4. И наконец, ими стали определять человека, который, не имея никаких земных благ, уповает полностью на Бога.

Нищий – это тот, кто полностью уповает на Бога. Чтобы стать нищим, надо все потерять, все раздать. «У меня нет ничего, потому что все, что я имею, принадлежит ближнему: мои финансы готовы помочь бедным; мой кров всегда готов принять странника; я всегда готов поделиться своим временем для того, чтобы выслушать человека; и наконец, я готов поделиться с ним теми духовными дарами, которые дает мне Бог. У меня нет ничего, потому что все, что я имею, я получил от Бога». Это позиция сеяния.

«Дающий же семя сеющему и хлеб в пищу подаст обилие посеянному вами и умножит плоды правды вашей, так чтобы вы всем богаты были на всякую щедрость, которая чрез нас производит благодарение Богу» (2Кор.9:10,11) В этих стихах заключена сама суть нищеты Евангельской. Нищета есть свойство христианского характера. Но эта нищета основана на том, что все, что я имею, я получил от Бога с одной целью – быть благословением для окружающих меня людей. Бог дал мне семя. Это может быть финансовое благополучие, это может быть желание помогать ближнему и делиться с ним. Но прежде всего это, конечно же, Слово. Бог дал нам семя Слова и дар Веры, чтобы мы сеяли. Это принцип успешной духовной жизни: вначале отдать (посеять), и тогда Бог благословит (даст хлеб). Но более того, если мы будем верными в этом, то плоды правды умножатся изобильно. Это обетование Божье, которое исполнится в вашей жизни, если вы будете верными.

Плод этой евангельской нищеты – СВОБОДА. Каждый человек мечтает о свободе, но при этом абсолютное большинство людей добровольно заточают себя в рамки. Это могут быть рамки материальные, когда мы привязаны к нашим деньгами или имуществу. Это могут быть рамки эмоциональные, когда наши коллеги по работе «садятся нам на шею». Это могут быть даже духовные рамки, когда религиозные традиции становятся не путем к Богу, а стеной. Это происходит, когда мы становимся «богатыми», то есть когда начинаем считать, что то, что у нас есть, является следствием наших заслуг, наших усилий. Иисус говорил: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин.8:32). А истина заключена в том, что все, что мы имеем, есть дар от Бога. Ибо «возмездие за грех – смерть, а дар Божий – жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим.6:23). Главное благословение, которое Бог дает нам, – это вечная жизнь. За прощением приходит полнота бытия. Ее мы получаем, чтобы затем нести в этот погибающий мир. И от того, сеем мы или копим, будет зависеть, что мы получим: благословение или проклятие. «Кто удерживает у себя хлеб, того клянет народ; а на голове продающего – благословение» (Прит.11:26). Расставайтесь с тем, что Бог дал вам без сожаления, ведь в этом и есть ваше призвание – распространять и сеять Слово Божье и весть о Спасении.

Иисус однажды сказал во время проповеди Своим ученикам: «Вспоминайте жену Лотову» (Лк.17:32). Что же случилось с Лотом и его семьей?

Между пастухами Авраама и Лота произошел спор о пастбищах. Их имущество было столь велико, что уже не стало хватать земли для выпаса скота. И тогда они решили разойтись в разные стороны, чтобы сохранить мир между собою. Лот стал жить в Содоме. И когда он сидел у ворот, вы помните, явились ему ангелы и произошла та неприятная история, которая привела к уничтожению Содома и Гоморры. Лот сидел у ворот, это было почетное место, которое доверяли только знатным гражданам. У ворот городов совершались торговые и юридические сделки, разрешались споры, происходили суды. Лот был далеко не последним жителем Содома. И он был, конечно, верующим человеком, иначе к нему вряд ли явились бы ангелы. И семья его была верующей. Он наверняка наставлял своих дочерей в благочестии и вере. Но и только. Он собирал. Собирал для своей семьи, в то время как весь город пребывал в нечестии. Он не сеял. И чем же завершилась его жизнь? Жена его превратилась в соляной столп, дочери стали блудницами, и от них произошли народы Аммонитяне и Моавитяне, народы, которые исчезли с лица земли. От его рода не осталось и следа. Его жизнь была разрушена. Он был богат благословениями от Бога, но он не был НИЩ перед Ним. Хотите ли вы повторить его судьбу? Наверное, нет.

Тогда сейте, раздавайте, дарите себя и то, что есть у вас, этому миру! И Бог преумножит благодать Свою в вашей судьбе. И вы узнаете о великих делах Божьих не только со страниц Библии или книг о великих пробуждениях, но ИЗ ВАШЕЙ ЖИЗНИ. Имейте щедрое сердце, будьте свободными. БУДЬТЕ НИЩИМИ ПЕРЕД БОГОМ. В этом залог процветания и полноты жизни, которую Бог приготовил для вас.

Блаженство сокрушенных сердец

В предыдущей главе мы говорили о блаженстве нищеты. Уже сама тема шокировала нас. Какое от нищеты может быть блаженство? Но Иисус продолжает ставить перед нами трудные вопросы. Божья логика отличается от логики мира сего. Сравнивая эти два образа мышления, мы можем ясно видеть, насколько велико разрушительное действие первородного греха в этом мире.

Второе блаженство может удивить нас еще больше. Оно звучит так: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф.5:4). Блаженны плачущие... Важно отметить, что слово «плачущие» в греческом оригинале очень сильное. В Септуагинте, греческом переводе Ветхого Завета, это же самое слово употреблено для передачи печали Иакова, когда он считал, что Иосиф, сын его, мертв (Быт.37:34). То есть это выражение не просто грусти или сентиментальных чувств, но глубокого горя, которое невозможно скрыть от людей. Это печаль, от которой сжимается сердце и слезы стоят в глазах: И ВОТ ЭТО Иисус называет удивительным блаженством. Иисус не устает нас поражать. Воистину Заповеди блаженства, которые набили некоторым оскомину еще на конфирмационных занятиях, являются увлекательнейшим чтением! Никакой детектив не сравнится с тем, как Иисус испытывает наше мировосприятие на прочность.

Можно по-разному понимать слова Иисуса. Но каждое из возможных истолкований только проливает свет на этот трудный для принятия отрывок.

На востоке есть пословица: «Незаходящее солнце обращает землю в пустыню». Земля, над которой постоянно сияет солнце, скоро станет безводной и на ней не сможет расти никакой плод. То же самое и с испытаниями в жизни человека. Они укрепляют нас, с одной стороны, но с другой – показывают сострадание и доброту Бога, Который с нами в любых ситуациях. Когда приходит скорбь, человек начинает обращать внимание на подлинную ценность вещей и отношений. И если он правильно оценит ее значение, то в его жизнь войдет новая радость и новое блаженство. То самое, которое обещал Иисус.

Другие истолкователи считают, что здесь речь идет о тех, кто исполнен сожаления о горе и страданиях в мире сем, кто скорбит об окружающих. Из предыдущего обсуждения первого блаженства мы поняли, что хорошо отрешаться от вещей. Но это вовсе не означает, что мы должны погрузиться в полное пренебрежение этим миром, как это принято в некоторых восточных религиях. Человечество быстро бы одичало, если бы в нем не было праведников, скорбящих о страданиях ближнего. Весь мир знает Мать Терезу Калькуттскую. Ее служение принесло облегчение страданий десяткам тысяч человек. Она однажды рассказывала, что на нее большое впечатление произвел человек, которого она встретила в одном из христианских лепрозориев. В Индии до сих пор существует такая страшная болезнь, как проказа. Так вот, этот несчастный протягивал к небу остатки своих искалеченных болезнью рук и прославлял Бога. Когда она спросила его, где тот находит силы для этого, прокаженный ответил ей: «Я благодарю Бога за мою болезнь. Потому что через нее Он привел меня в это место, где я узнал Его». По-моему, это замечательная иллюстрация к обоим истолкованиям этого блаженства. Этот человек был в крайней степени скорби (проказа – ужасная болезнь), и он встретился с людьми, которые скорбят о ближнем. Результатом было обретение им веры и вечная жизнь.

Каждое из этих толкований, о которых мы только что говорили, проливает определенный свет на трудное и радикальное высказывание Иисуса. Но главное его значение все же не в этом. «И, призвав двенадцать, начал посылать их по два и дал им власть над нечистыми духами... Они пошли и проповедовали покаяние» (Мк.6:7,12). Это было служение учеников Иисуса при Его жизни. Возвещать «Иудеям и Еллинам покаяние пред Богом и веру в Господа нашего Иисуса Христа» (Деян.20:21) – это было служение Апостолов после Его смерти, воскресения и вознесения на небеса. С печали о грехах начинается христианская жизнь.

Христианство начинается с того, что возвещает человеку самую жестокую и беспощадную правду, от которой каждый в глубине своей души мечтает спрятаться. ПРАВДУ О ГРЕХЕ. О том, что грех является той парадигмой, той основой, на которой строятся взаимоотношения в мире сем. О том, что греховность настолько глубоко сидит в человеке, что любое наше дело, даже самое благое, омрачено печатью эгоизма, самолюбия, непослушания Богу. Поэтому человек не в состоянии спастись, основываясь на своих делах. Своими силами мы можем только еще глубже погрузиться в пучину отчаяния, потому что чем больше мы стараемся быть хорошими, тем больше понимаем, что мы таковыми не являемся. «Печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть» (2Кор.7:10). Это место из Писания является ключом к пониманию второго Блаженства. Печаль ради Бога производит покаяние ко спасению. То есть ПЕЧАЛЬ СТАНОВИТСЯ ПРИЧИНОЙ БЛАЖЕНСТВА. Блаженства общения с Богом. Блаженства новой жизни. Блаженства святости. Блаженства, которое дарует Дух Святой детям Божьим.

Христианство это то, что охватывает все существо человека. Невозможно быть «немного христианином». И если мы следуем за Христом, если подражаем Христу, то мы принимаем и те истины, которые Он говорит нам. И эти истины неизбежно меняют нас и наше мышление. «Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные» (Евр.4:12). Но если мы принимаем логику Царства Небесного, то вдруг замечаем, что мир вокруг нас изменился. И мы оказываемся в новой реальности, в которой основными законами становятся Заповеди, а образом жизни – Блаженства. Я желаю, чтобы мы вошли в эту реальность. Потому что это та реальность, в которой живут святые и в которой призваны жить мы все.

Блаженство милостивого сердца

Милость – хорошее русское слово. Гораздо лучше, чем иностранные аналоги, передающее суть оригинала. Не сочувствие, не сострадание и даже не милосердие. Именно милость. Оно охватывает все эти значения и несет нечто большее.

Это понятие проходит красной нитью через весь Новый Завет. Евангелие настаивает на том, что для того, чтобы получить прощение, мы должны прощать сами. Как выразился Иаков: «Ибо суд без милости не оказавшему милости» (Иак.2:13). Иисус заканчивает рассказ о немилосердном заимодавце предостережением: «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (Мф.18:35). В «Отче наш» есть два стиха, которые объясняют и подчеркивают мольбу: «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим». «Ибо, если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф.6:12,14,15). Новый Завет учит: милосердный обретет милосердие.

Но в этом блаженстве заключен гораздо больший смысл. Наше прилагательное «милостивый» – это просто перевод греческого слова «элеемон». Но, как уже было замечено в прошлых проповедях, греческий текст уводит нас глубже, к еврейским и арамейским смысловым пластам. «Милость» по-древнееврейски «хесед», но это слово непереводимо. Оно значит не только сочувствовать человеку в обычном смысле этого слова; оно не значит просто сочувствовать попавшему в тяжелое положение человеку. «Хесед», «милость», означает способность настолько войти в положение другого человека, чтобы видеть мир его глазами, обдумывать проблемы его умом и чувствовать его чувствами. Это много больше, чем эмоциональный приступ жалости; такая милость требует сознательных усилий ума и воли. Это слово означает не сочувствие, данное, так сказать, извне, а сознательное отождествление себя с другим человеком настолько, чтобы видеть и чувствовать мир таким, каким видит и чувствует его он. Это со-чувствие в буквальном смысле слова. То есть именно МИЛОСТЬ в том смысле, который это слово приобретает в русском языке.

Сочувствие, симпатия произведено от двух греческих слов: «син» – «вместе с» и «пасхейн» – «переживать» или «страдать». Сочувствие значит ощущать мир вместе с другим человеком, в буквальном смысле слова пройти через то, что прошел он. Но это слишком трудно для большинства людей. Мы живем своими проблемами, которых столь много в нашем безумном мире, что нас иногда просто не хватает на других людей. Нас не хватает на то, чтобы всерьез проникнуться нуждами и проблемами другого человека. Мы воспринимаем человека внешне, и большинство людей не делают усилий, чтобы войти во внутренний мир окружающих, понять другого человека. Это мы привыкли оставлять специалистам: психологам, священникам. Разделение труда сделало нас закрытыми на иных. Но стоит людям научиться видеть мир глазами другого человека, мир изменится вокруг. Это уберегло бы нас от многих, часто трагических, ошибок во взаимоотношениях с окружающими.

1. Это уберегло бы нас от ложной доброты. В Новом Завете есть замечательный пример равнодушной и неуместной доброты. Это история посещения Иисусом дома Марфы и Марии в Вифании (Лк.10:38-44). Когда Иисус пришел в дом Марфы и Марии, до Распятия оставались считанные дни. Иисусу хотелось только отдохнуть в это короткое время и отойти от страшных напряжений жизни. Марфа любила Иисуса. Он был ее самым почетным гостем, и, потому что она любила Иисуса, она хотела приготовить самую лучшую пищу, какую можно было собрать в доме. Она суетилась и ходила туда-сюда, гремела посудой и звенела кастрюлями; а каждое такое мгновение было мукой для напряженных нервов Иисуса. Он хотел только покоя. Марфа старалась проявить свою доброту, но она едва ли могла поступить более жестоко, даже если бы сделала это сознательно. А Мария поняла, что Иисус жаждал только покоя. Так и мы часто, когда хотим быть добрыми, проявляем эту доброту по-своему, а человек должен довольствоваться, нравится ему это или нет. Наша доброта будет вдвойне доброй и мы будем избавлены от непреднамеренной недоброжелательности, если постараемся вжиться в этого человека.

Иногда бывает так, что наше «неделание» приносит больше плода, чем действие. Иногда просто «быть рядом» может исцелить душу человека лучше, чем тысяча умных слов. Иногда достаточно понимающего взгляда.

2. Это намного упростило бы нам прощение и проявление терпимости. Мы часто забываем один принцип: мысли и действия человека всегда чем-то обусловлены, и, если бы мы знали эти причины, нам было бы намного проще понять, сочувствовать и простить. Если человек думает, нам кажется, ошибочно, то он, возможно, пережил нечто или унаследовал определенные качества, которые и заставляют его так думать. Человек, ведущий себя раздражительно или невежливо, по-видимому, обеспокоен чем-то или попросту страдает. Если человек плохо обращается с нами, то это может быть потому, что он ошибается. Есть такое изречение: «Понять – значит простить», но мы никогда не будем знать всего до тех пор, пока не сделаем сознательных усилий вжиться в ум и в душу другого человека.

Все мы недавно были свидетелями страшных событий в Москве. Мы сострадали сотням заложников, потому что легко могли отождествить с ними самих себя. Каждый из нас, если бы находился в Москве, мог бы оказаться в том злосчастном театральном комплексе. Но есть и другая сторона: террористы. Мужчины понятно, они воины. Некоторые, может быть, даже и не помнят мирной жизни. Они умеют только воевать и убивать. Но женщины, молодые женщины, призванные давать и хранить жизнь? Некоторые, оставив дома грудных детей, увешанные килограммами страшной взрывчатки, стали смертницами. Что двигало ими? Если мы сможем понять их, обезумевших от горя и страданий войны, то, может быть, сможем проявить к ним милость. Их судьбу уже не изменить, но христиане могут скорбеть о их загубленных душах, которые не менее ценны в глазах Бога, чем наши с вами.

3. Разве МИЛОСТЬ это не то же, что Бог сделал в Иисусе Христе? В Иисусе Христе Бог в самом буквальном смысле вошел в нашу человеческую природу. Он пришел как человек; Он пришел, смотря на мир и на вещи нашими, человеческими глазами, обдумывая вещи нашим, человеческим умом. Бог знает, что такое жизнь, потому что Бог вошел прямо в жизнь. Английская королева Виктория была близким другом Таллоха, настоятеля Сент-Эндрюса, и его жены. Но вот умер принц Альберт, муж королевы Виктории, и она осталась одна. В то же время умер настоятель Сент-Эндрюса и госпожа Таллох осталась одна. Королева Виктория пришла без всякого предварительного уведомления навестить госпожу Таллох и нашла ее отдыхающей на кушетке в своей комнате. Когда объявили о прибытии королевы, госпожа Таллох попыталась быстренько вскочить с кушетки и сделать реверанс. Королева же подошла к ней и сказала: «Дорогая, не вставай. Сегодня я пришла к тебе не как королева к своей подданной, а как женщина, потерявшая мужа, к той, которая имеет такую же участь». Так поступил Бог. Он пришел к людям не как далекий, бесстрастный, обособленный и величественный Бог, а как человек. Явление Бога в Иисусе Христе – это высшее проявление милости, хесед.

Лишь те, кто проявляют такую милость, обретут ее. Это справедливо по отношению к людям, ибо великая истина жизни заключается в том, что в других людях мы видим свое отражение. Если мы ведем себя бесстрастно и незаинтересованно, они поведут себя бесстрастно и незаинтересованно с нами. Если же они видят, что нас заботят их проблемы, их сердца ответят нам заботой. И это в высшей степени справедливо по отношению к Богу, потому что человек, проявивший милость, становится подобным Богу. Насколько же блажен человек, который может вжиться в участь других людей настолько, что может видеть мир их глазами, мыслить их мыслями, чувствовать их чувствами, ибо тогда он увидит, что другие отвечают ему тем же, и поймет, что так же поступил Бог в Иисусе Христе!

Христа ради политтехнологи

Христиане, громко хлопнув дверью, вернулись в политику. Но если несколько десятилетий назад этим занимались иерархи традиционных конфессий, то сейчас среди молодых протестантских церквей пошла мода на «майданы» и «разноцветные революции». Куда ни глянь – все с кем-то борются. Латыши с гомосеками, белорусы с Лукашенко, украинцы разделились на тех, кто за «Божьего посла» Черновецкого, и тех, кто против.

Вот и до нашего портала докатились громкие заявления и открытые письма протеста против конформистов. Знакомая лексика, узнаваемые эмоциональные нотки. Я сам внимательно слежу за политическими трендами, преимущественно оппозиционными, и прекрасно понимаю Ивана Лысюка из Варшавского университета, который выразил свое недовольство деятельностью «Духовной дипломатии». Понимаю в том смысле, что любое политическое противостояние всегда основано на монохромном восприятии сторон и обязательной стигматизации оппонента.

«Наши» – это борцы: за свободу, народовластие или, напротив, за сильную державу и суверенную демократию. А оппоненты: цепные псы кровавого режима, охранители или, как вариант, лузеры, маргиналы, злопыхатели и оранжисты. Что вам больше по душе – выбирайте сами, но ассортимент штампов невелик. И не по причине скудоумия сошедшихся «стенка на стенку» противников, а просто такова природа жанра. Чтобы поднять народ на баррикады, требуется сформулировать максимально простые и понятные даже для «чайника» идеи, вмещающиеся в пару слов лозунга на транспаранте, и показать врага в виде этакого инопланетного Чужого, угрожающего самой жизни на земле. Сюжет хорош для голливудских фильмов, но, увы, бесплоден в качестве пространства для поиска путей будущего любой страны. Будь то Россия, Белоруссия, или Украина с Латвией.

Надо признать, что я сам частенько страдаю подобным примитивизмом в дискуссиях на форумах и за чашкой кофе. Страдаю, впрочем, сознательно. Понимая, что такова технология. Это самый простой путь быстро найти соратников и ошельмовать несогласных. Но я-то, по крайней мере, понимаю, что за подобной лозунговщиной не стоит никакой глубокой рефлексии о будущем развития страны. Это неплохой прием для флейма в чате, но совершенно контрпродуктивная стратегия, если речь идет о политике.

Но вернемся к Луке Многострадальному. И как Александра Лукашенко только не обзывают… И сатрап он, и «мозаичный психопат», даже диагнозы медиков приводят в качестве аргумента. А «глупый белорусский народ» с упорством, достойным удивления, продолжает голосовать за ненавистного правителя. Даже среди христиан все далеко не столь однозначно. Националистически настроенная часть выходит на площади вместе с оппозицией. А вот те, у кого русский язык и культура не вызывают отторжения, с калькулятором в руках сравнивают свою жизнь с соседними государствами и делают неожиданные выводы. Не так давно довелось читать статью одного московского журналиста белорусско-литовского происхождения. Как человек, родившийся в одной стране, а ныне тесно связанный с тремя, он описывает свое путешествие по Синеокой. При том, что он вполне откровенно говорит о проблемах, стоящих перед белорусским обществом, в очерке легко заметить и легкую грусть. По мнению журналиста, Белоруссия сегодня – это то, чем мог бы быть СССР, если бы не развал империи, и это то, чем могла бы быть Россия без шоковой терапии.

Лично у меня подобные ностальгические метафоры не вызывают ни малейшего отклика. Ну, умер Совок и похоронили... что страдать по стране, которая принесла столько горя христианам. Однако давайте не забывать, что и в России, и в Белоруссии христиан от силы 2-3 %. А тех, кто имеет какие-то личные счеты к советскому режиму, – и того меньше. Для оставшегося подавляющего большинства советские времена вспоминаются как период относительной стабильности и социальной защищенности. Как вы думаете, что выберет большинство людей, если им предложить: жизнь революционера, отбитые ОМОНом почки и шок-прихватизацию экономики или небогатую, но сытую жизнь, пусть и ценой отказа от части свобод (которые простому обывателю что корове седло)? Наверное, «шкварку и чарку», которые им и обещает господин Лукашенко. И даже если мы клеймим эти 80 % населения, называем их конформистами, нам, как христианам, все же следует помнить об элементарном уважении к их мнению. Демократия – это власть большинства. Даже если это самое большинство выбирает тех, кто нам неприятен.

Буквально сегодня я получил письмо от своего питерского знакомого. Мы с ними часто дискутируем в сети о будущем России и путях русской демократии. Но вот последний ответ мне показался настолько характерным, что не могу его не процитировать: «Я считаю что в стране давно нужно было начать наводить хоть какой-нибудь порядок, и диктатуру закона, которую провозгласил в начале своего правления Путин, я целиком поддерживаю, и никакой благодати, уже была как-то дана благодать в виде коллективизации и прочей ерунды, когда храмы взрывались а купола переплавлялись. Нам нужен порядок. Пусть он пока только провозглашён, но его ВСЕ хотят, поверь… Мало того, и в демократию у нас никто не верит. То, что немцу хорошо, русскому смерть. У нас самое настоящее монархическое государство с князем во главе, боярами, помещиками, холопами и огромной массой крестьян, свободных и крепостных. И не надо лезть к нам этому Западу и учить нас жить...»

Да, иногда случается так, что народ, тот самый, который есть носитель власти согласно Конституции, выбирает не тех, кого мы ожидали. Более того, бывают ситуации, как в России и Белоруссии, когда этот самый суверен добровольно отказывается от своей свободы, выбирает жизнь крепостную, но хотя бы с иллюзией стабильности. Вы можете возразить мне: «Но ведь это – результат промывания мозгов через государственные телеканалы и бумажные СМИ». Соглашусь. А в ответ спрошу вас: «А разве при демократической власти в бывших советских республиках не так? Печальной памяти «голосуй или проиграешь» с искусно созданной истерией и турами рок-звезд вам напомнить?» Демократия тонкий институт, и не всем он оказывается по плечу. Я лично не хочу быть крепостным, мне не нравится кирзовый сапог «суверенной демократии». Поэтому я и живу в стране, в которой имеется какое-то подобие демократических свобод. Иван из Варшавы, судя по всему, тоже сделал выбор места жительства. Наши народы сделали свой выбор, и нам с этим выбором оказалось не по пути. Грустно, но ничего не поделать. Будем надеяться, что рано или поздно наши идеалы снова окажутся востребованы россиянами и белорусами.

Есть и другая сторона рассматриваемой нами медали. Давайте заглянем в историю. Времена римских императоров. Христианство уже перестало быть маргинальной иудейской сектой и завоевывает все большую популярность в империи и, особенно, в столице. Кроме черни и диаспоры, к церкви принадлежат представители офицерства, знати. Процент верующих в Христа, судя по хроникам, весьма приближается к современным 1-3 %. Но до Константина Великого с его легализацией церкви далеко, демократией даже не пахнет, а пахнет как раз-таки кровью и гонениями. Вы думаете, христиане поднимают восстания? Выходят на Римский Майдан, насылают анафемы на власть предержащих или обкидывают фекалиями выходящих из бань патрициев с молодыми любовниками? Дудки! Вот что пишет Иустин Мученик в своем послании Диогнету: «Христиане не различаются от прочих людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями... Только их учение не есть плод мысли или изобретение людей, ищущих новизны: они не привержены к какому-либо учению человеческому, как другие... Они представляют уникальный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своем отечестве, но как пришельцы; имеют участие во всем как граждане и все терпят как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество – чужая страна. Они вступают в брак, как и все, рождают детей, только не бросают их. Они имеют трапезу общую, но не простую. Они во плоти, но живут не по плоти. Находятся на земле, но суть граждане небесные. Словом сказать: что в теле душа, то в мире христиане. Душа распространена по всем членам тела, и христиане по всем городам мира. Душа, хотя обитает в теле, но не телесна, и христиане живут в мире, но суть не от мира».

Перенесемся в XIII век. Европа только-только выходит из темных веков, культура, почти разрушенная варварами, возрождается, но нравы крайне суровы, а человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша. Жестокое время, и никакой, заметим, демократии, хотя уже все в порядке с легальностью церкви. Впрочем этим легалитетом католики пользуются крайне неразумно и вместо проповеди простого Евангелия пичкают простой народ заумной теологической латынью да копят несметные богатства.

Но вот в итальянском городке Ассизи зарождается странное движение. Сначала это был один городской юродивый (так сказали бы современники) по имени Франциск, а потом к нему примыкают отпрыски благородных семей горожан. И вдруг – словно по сухой траве, огонь пробуждения начинает распространяться по Европе. В конечном итоге францисканцами станут король Людовик Святой, королева Елизавета Венгерская, великий поэт Данте, не менее великий путешественник Колумб... И все это, подчеркнем, безо всяких революционных лозунгов и шельмований несогласных. Чистая любовь, проповедь свободы от вещизма, жизнь по Нагорной проповеди и – самая великая духовная революция в истории церкви. Многие считают, что Франциск оказал большее влияние на христианство, чем Мартин Лютер. Учитывая, что первый созидал, а второй, при всем моем глубочайшем почтении к его подвигу и реформации вообще, привел к расколу западную церковь и ее ослаблению в долгосрочной перспективе, я склонен согласиться с этим утверждением.

«Но то времена старины глубокой, овеянные легендами. Разве там разберешь, как все было на самом деле? Мы живем в современном мире и должны следовать его законам», – скажете вы. Хорошо, перенесемся в наши дни. Точнее, в совсем недавнее прошлое, которое большинство из нас наблюдали воочию. Во времена СССР христианство подвергалось, пожалуй, самым суровым гонениям за последние века. Церкви закрывались, КПСС официально провозгласила курс на атеизм и заявила, что религиозным людям в коммунизме делать нечего. Как же поступали христиане? Да все так же, как во времена Древнего Рима и в средние века, овеянные святостью Франциска. А именно: продолжали делать то, к чему призваны, – проповедовали Евангелие и молились. Не только в СССР, молились по всему миру. И вымолили наконец свободу. Где этот Вавилон, поработивший детей Божьих? Там же, где и Древний Рим, – разложился на плесень и на липовый мед. И никаких, заметим, майданов, никакой «революционной джинсы».

Сегодня перед христианами встает множество вызовов: новое великое переселение народов, неспособность классической либеральной модели сохранить семейные ценности, кризис демократии и новые пограничные политические модели развития государств. «Нет ничего хуже, как жить в эпоху великих перемен», – говорил китайский мудрец. Нас чересчур угораздило вляпаться в эту самую эпоху... Ритм жизни и информационное давление не оставляют и минуты для того, чтобы просто задуматься и взвесить все «за» и «против». Потому-то общим место в публицистике стала поверхностность, а в обществе – следование модным трендам, подверженность «флешмобам», в какой бы сфере экзистенции они ни возникали. Сегодня среди многих протестантов «трендово» ругать Батьку, проклинать геев и смеяться над не всегда удачными попытками Путина вернуть величие России. И мы даже не задумываемся о том, что, скорее всего, истина – где-то посередине.

А ведь христианская демократия всегда представляла на политической арене как раз тот третий, срединный путь. Почему же сегодня в русскоязычном мире она стала ассоциироваться с ксенофобией, политическим экстремизмом и «оранжизмом»? Может, самое время тормознуть и взглянуть на мир глазами Бога. Который хочет, чтобы мы не проклинали правителей, а через любовь меняли их сердца. Чтобы мы помогли больным людям с извращенными сердцами найти веру и исцеление, а не отталкивали бы их от веры презрением. Чтобы церковь проповедовала Евангелие и этим меняла общество, а не с помощью политических заявлений и подстрекательства к бунтам.

Я не претендую на стопроцентную правоту, более того, я допускаю, что и сейчас перегнул палку и ошибаюсь во всех своих выводах. Просто я попробовал сегодня на несколько часов забросить все дела, выйти из круговорота страстей вокруг и побыть честным перед Богом и самим собой. Предлагаю и читателям остыть, глубоко вздохнуть и побеседовать с Богом – все ли мы делаем в соответствии с Его принципами? Ответы могут быть разными, но «Бог есть любовь» – давайте не забывать эту простую истину. Только тогда христиане смогут стать теми самыми «Христа ради политтехнологами», которые побеждали тиранов горячими сердцами и молитвой. История показала, что такая технология оказывается гораздо эффективнее средств мира сего...

Кризис пробуждения 90-х и христианские ценности

1. Кризис пробуждения начала 90-х

Очевидным итогом пробуждения, которое сопровождало освобождение церкви из-под гнета советской диктатуры, является, как ни печально это осознавать, его провал. Церкви оказались не готовы к тому, чтобы принять огромное число новообращенных. Исторические общины слишком долго прожили в условиях фактического подполья и еще не успели открыться на людей из «внешнего мира». Новые церкви чаще всего не были достаточно духовно зрелыми и не могли ответить на духовные потребности приходящих людей.

В особенности это относится к пасторам и служителям, которые, не имея должной богословской подготовки и духовной формации, в ряде случаев отталкивали жаждущих Слова людей от церкви. Традиционные церкви, такие, как православная, лютеранская и католическая, столкнулись с жесточайшим кадровым дефицитом, который, в силу длительного цикла теологического обучения, в какой-то степени преодолевается только сейчас.

Вторым фактором стала политическая наивность. Только в последние годы протестантские церкви выработали позитивный опыт взаимоотношений с властями, но даже он недостаточен для обеспечения бесконфликтной миссионерской работы на местах. В первые годы пробуждения агрессивные и зачастую некорректные по отношению к традиционным конфессиям формы и методы миссионерской работы заложили основу будущих межконфессиональных конфликтов. Причем, обладая значительно меньшей поддержкой в народе, протестантские церкви заранее были обречены в условиях открытого столкновения с Русской Православной церковью в России, а также с католиками и лютеранами в Прибалтике. Понимание важности известной доли политкорректности в межцерковных контактах и проповеднической деятельности пришло слишком поздно.

2. Сворачивание демократических реформ в России в начале века

Другим важным фактором, оказавшим влияние на современное положение церкви в России, стало фактическое сворачивание либеральных реформ после прихода к власти президента Владимира Путина. Этот факт можно оценивать по-разному. Найдутся те из числа христиан-либералов, кто оценивает его однозначно негативно. Немало, в том числе и среди христиан, будет и «охранителей», то есть людей, поддерживающих власть во всем, что она делает. Я придерживаюсь более нейтральной точки зрения. Хаос начала и середины 90-х прекратить было необходимо. Выстраивание вертикали власти и формирование нового управляемого политического ландшафта в условиях кризиса прежней системы – также непопулярная, но неизбежная мера для сохранения территориального единства огромной страны. Христиане не привязаны жестко, как к чему-то боговдохновенному, к либерально-демократической форме общественного устройства.

Более того, как показывает европейский опыт, она зачастую принимает агрессивно антиклерикальные формы. Церковь в состоянии существовать и в условиях просвещенной диктатуры, и при суверенной демократии. Поэтому сам факт смены вектора развития страны в данном контексте является сугубо нейтральным, так как не сопровождается непреодолимыми ограничениями для проповеди Евангелия. Те же формы упорядочивания государственно-конфессиональных отношений, которые имеют место, позволяют христианским организациям достаточно легко вписаться в наличествующий юридический контекст.

Проблема возникла на совершенно ином уровне, а именно – в формате межхристианских взаимоотношений и в понимании этой системы связей со стороны властей. Речь идет прежде всего о христианах в Прибалтике и Украине. Находясь в иной общественно-политической ситуации, некоторые служители делали неосторожные и необдуманные заявления, которые непосредственным образом влияли на положение протестантов внутри России. Речь идет о политической доктрине пастора Алексея Ледяева («Новый мировой порядок» с ярко выраженными проамериканскими атлантистскими симпатиями) и об ангажированности пастора Сандея Аделаджи в так называемой «оранжевой революции». Еще раз подчеркну, это не означает, что высказывания и действия указанных служителей однозначно неверны. В Латвии и в Украине они сыграли свою важную роль. Но в контексте российской политической системы они были совершенно неуместны. Что не могло не отразиться на отношении власти к протестантам в целом (в том числе и к таким традиционным церквам, как лютеране и баптисты), и пришлось приложить немало усилий для урегулирования этого недоразумения.

К сожалению, желание конструктивного диалога со светскими властями также зачастую выражается в беспринципном сервилизме, соглашательстве с совершенно любой политикой руководства страны, «кабы чего не вышло». И бездумная оппозиционность, и конформизм одинаково чужды церкви, которая самим фактом своего существования призвана быть «не от мира сего».

3. Прибалтика: политика и ЕС

В странах Прибалтики наиболее медийно-активной церковью является «Новое поколение» Алексея Ледяева. Благодаря удачно выстроенной пиар-работе о ней за пределами Латвии больше упоминаний, чем о любой другой конфессии страны, хотя это и не коррелируется впрямую с реальным влиянием на общественную и религиозную жизнь.

Большой резонанс вызвала опубликованная в 2005 году книга Алексея Ледяева «Новый мировой порядок», в которой тот излагает собственный взгляд на взаимоотношения церкви и государства. В последующих выступлениях он пояснил, что в рамках своей геополитической концепции основной полюс влияния в мире он отводит США как главной на сегодняшний момент христианской державе. Также важное место в Восточной Европе уделяется Латвии, которая, по мнению Ледяева, должна стать источником пробуждения и первым постсоветским государством с христианским правительством, подобно тому, как Латвия стала одним из катализаторов развала СССР. На идее приведения христиан во власть строится система взаимоотношений «Нового Поколения» с Латвийской Первой Партией и другими общественными силами в стране. На общественно-политических вопросах сосредоточена деятельность этой религиозной деноминации в целом. Миссионерская работа безусловно присутствует в деятельности этой церкви, но для внешнего наблюдателя она отошла на второй план.

Одновременно с фактическим устранением крупной церкви из собственно евангелизационной активности растет ангажированность традиционных конфессий и новых протестантских общин Латвии. В условиях прекращения притока новых прихожан «извне» лютеранская и католическая церкви сосредоточиваются на внутренней миссии. Дело в том, что, по статистике, не более 30 % тех, кто формально числится членами того или иного прихода, реально регулярно посещают богослужения. Соответственно, активность миссионерских организаций направлена на воцерковление этих «тайных прихожан».

Молодые общины, родившиеся в последние 4-5 лет, относятся чаще всего к более радикальным направлениям протестантизма. Большую роль в последние 3 года стало играть так называемое «речное движение», которое тесно связано с церковью «Торонто Аирпорт» в Канаде. Это движение отличается особым упором на обновление отношений с Богом. Поэтому по ряду признаков его также можно отнести к «внутренне миссионерскому». Необычные формы богопоклонения, часто сопровождаемые странными телодвижениями, смехом, криками, отпугивают совершенно нецерковных людей. Но, с другой стороны, они привлекают большое число тех христиан, кто прошел через более классические пятидесятнические и баптистские церкви, по каким-то причинам разочаровался в той церковной системе, но не утратил веру в Бога и находится в поиске «живых» христианских общин. Речные церкви предоставляют для таких людей возможность христианской самореализации прежде всего благодаря особому упору на мистическом аспекте веры (а не социально-политическом), а также особой «семейной» атмосфере внутри таких общин и малых групп.

4. Угрозы свободе совести

Безусловно, существование и развитие церкви в условиях возрождения нео-имперского дискурса в России тесно связано со способностью христианских общин войти в этот рождающийся тренд. Большинство протестантов до сих пор придерживаются либерально-демократических взглядов. Это имеет как теологические причины, так и внебогословские факторы, к примеру церковные контакты с собратьями на Западе, финансовая зависимость от зарубежных доноров и так далее. Однако российским протестантам было бы не лишним обратиться к опыту христиан в таких странах бывшего СССР, как Латвия и Эстония.

Как известно, прибалтийские государства с 2004 года являются полноправными членами Европейского Союза. Следовательно, они вынуждены подчиняться общеевпропейским директивам и приводить свое законодательство в соответствие с европейскими стандартами. Это касается как экономико-политического блока, так и общественного, в том числе так называемых «норм по толерантности». Конечно, либеральная Европа пока еще опасается явным образом проявлять свой антиклерикальный характер, как это уже реализуется в Англии и Швеции, где консервативные церкви ограничены в своей миссионерской и каритативной деятельности. Но, тем не менее, попытки давления осуществляются.

Сегодня главная борьба за христианские ценности лежит вокруг проблемы прав так называемых «сексуальных меньшинств». Как известно, это незначительное меньшинство людей, страдающих различными расстройствами сексуальной функции, стремится получить особые права и, более того, добиться признания своего образа жизни «равночестным» со стороны христианских церквей. В 2005 году в Риге была совершена попытка провести первый гей-парад, на который вышли порядка 50 гомосексуалистов из Латвии и от 70 до 100 сторонников из других европейских стран. Их встретили более 3000 протестующих рижан, пришедших по призыву Движения за традиционные ценности, которое впоследствии было зарегистрировано как организация «Другая Европа». В прошлом году многодневный митинг у стен Рижской Думы позволил добиться запрета гей-парада. Но затем сторонники нетрадиционных отношений попытались через Сейм продавить принятие так называемой «программы по толерантности», которая предусматривала, в частности, введение в школьный курс предметов и специальных занятий, на которых должен был формироваться положительный имидж гомосексуалистов и их отношений. Только возмущение католической церкви, которую поддержали остальные христианские конфессии, заставило начать общественную дискуссию.

Программа не была принята. Но Латвия находилась буквально в двух шагах от того, чтобы за государственный счет, на деньги налогоплательщиков, наших детей должны были бы просвещать проповедники однополого секса. Еще более возмутительной была история с попыткой внести изменения в Уголовный кодекс, предусматривающие уголовное наказание за «дискриминацию на основании сексуальной ориентации». За этими красивыми словами кроется совершенно неприглядная изнанка. Если бы закон был принят, то учитель в школе не имел бы права сказать, что гомосексуализм есть грех, а церковные организации и приходы не имели бы права отказать в приеме на работу содомитам.

Как видите, современное либеральное европейское общество только на словах провозглашает красивые демократические идеалы. На деле мы столкнулись с подлинной либеральной диктатурой, преследующей и поражающей в правах каждого, кто осмеливается выступить против навязываемых анти ценностей. Поэтому, прежде чем без рассудительности защищать либеральный дискурс, я рекомендовал бы посмотреть на его воплощение в реальной политике и, в особенности, на проблемы христианских церквей, непосредственно связанные с этим.

5. Будущее

Говоря о будущем, следует рассмотреть несколько возможных путей развития взаимоотношений церкви и государства, церкви и общества.

В случае сохранения существующих политических трендов, следует признать, что только те деноминации, которые смогут вписаться в контекст сильного национального государства, имеют шансы сохранить в России влияние на общество и свободу для проповеди Евангелия. И дело здесь не только и не столько в возможном конфликте с властями, сколько в отсутствии понимания со стороны объектов проповеди. Не секрет, что сегодня в России наблюдается рост патриотизма и государственнических настроений. И церковь, активно выступающая с либеральным политическим посланием, попросту вызовет отторжение со стороны тех, к кому она обращается со словом. Учитывая сложившийся имидж протестантов как «агентов запада», общинам следует сделать все возможное, чтобы сломать этот негативный стереотип восприятия. В этом смысле следует отметить усилия русских лютеран и руководства пятидесятников, которые достигли немалого успеха. Сегодня только вполне маргинальная пресса решится наклеивать на представителей этих общин ярлык «агентов американского влияния», что было принято еще каких-то 5-6 лет назад.

Другим важным трендом будет постепенное размежевание протестантов в России и некоторых других странах бывшего СССР. Уже сегодня мы наблюдаем конфликт взглядов на государственно-конфессиональные взаимоотношения между пятидесятниками в Украине и Прибалтике и лидерами российских харизматических объединений. В качестве примера можно привести известную напряженность отношений между Сергеем Ряховским и Алексеем Ледяевым, а также недавний конфликт епископа Ряховского и лидеров украинских церквей из-за высказываний последнего по поводу героизации воинов Украинской Повстанческой армии. Даже русскоязычные церкви за пределами России имеют иной взгляд на историю и политику. А это значит, что в условиях все большей политизации религиозного фактора неизбежно углубление расхождений между христианами.

Третьим моментом станет переход от массовой миссионерской работы к акценту на внутреннюю миссию (воцерковление просвещенных) и индивидуальную евангелизацию. Это требует не просто вложения больших средств в рекламу, но планомерную и кропотливую работу с людьми. Это невозможно без создания широкой сети образовательных учреждений различного уровня, которые могут готовить служителей (как штатных, так и образованных мирян) и повышать уровень рядовых прихожан. В этом смысле стоит отметить деятельность РХГИ как высшего учебного заведения и проект «Школа без стен» как пример народной школы для верующих людей.

Мечтать о возвращении времен «пробуждения 90-х» уже не приходится, но это не означает, что христианизация остановилась. Она переходит на совершенно другой, более глубокий уровень. А обращения к вере в новых условиях более стабильны, чем во время стадионных евангелизаций. Евангелисты 90-х посеяли семя, которое теперь церкви следует кропотливо взращивать для того, чтобы собрать урожай.

В гости к сибирским мученицам

Оранжевый УАЗик трясся по асфальту в сторону паромной переправы. Русский джип – машина, безусловно, надежная, но аскетичная до ломоты в костях. Что же нас ждет, когда начнется настоящая таежная дорога, непроходимая несколько месяцев в году, к которой больше подходит название «направление»? Мы едем в далекое таежное село Харск, к месту мученичества двух католических монахинь.

По ту сторону Оби

А вот и река. Небольшой катер с баржей для перевозки автомобилей, что-то вроде местного парома. Когда-то в поселок лесников Могочино из соседней Нарги ходил самый настоящий паром – большой белый теплоход с платформой для транспорта и даже небольшими каютами. Мы, пацаны, отложив немного из карманных родительских денег, бежали на берег и ехали в соседний поселок. Это казалось целым приключением. Тогда в Могочино был большой, даже по советским меркам, лесозавод. Соответственно, и сам поселок был более развит. Там имелся лепромхозовский хозмаг с невиданной в те времена редкостью – мини-мокиками «Рига-16» и совсем уж похожим на мотоцикл «Карпатами». Главное искусство заключалось в том, чтобы не попасться на глаза местным хулиганам из старшеклассников, так как в этом случае можно было остаться вовсе без денег да еще тумаков получить ни за что ни про что.

– Смотри-ка, отец Иоанн уже совсем стену восстановил! – обращает мое внимание водитель.

Вижу впереди огромную, почти в пять этажей, стену, напоминающую замковую. Зубчатка наверху любовно выложена, словно бойницы для старинных пушек и пищалей. Это Свято-Никольский монастырь в Могочино, и построен он был тогда, когда чугунное оружие оставалось только в музейных экспозициях. В самом конце 80-х местный настоятель, отец Иоанн, приехал сюда, следуя за молитвенным откровением. Спустя 15 лет то слово от Бога, которое он получил, реализовалось в одной из самых крупных в Западной Сибири монашеских обителях. Зимой здесь случилась беда – внезапно рухнула надвратная башня-часовня. К счастью, в это время во дворе никого не было и пара десятков тонн кирпича просто рассыпалась по двору, обошлось без жертв. Если бы такое случилось «в миру», то, наверное, посетовал бы народ да стал устранять последствия внезапной катастрофы. Но в монастыре и психология иная, и к жизненным перипетиям отношение другое.

После долгой молитвы настоятель монастыря на коленях с амвона покаялся в пренебрежении строгостью монашеского устава. За пределы обители были удалены недолго простоявшие там компьютеры, монахи отказались от интернета и спутникового телевидения. Так могочинский монастырь еще раз подтвердил славу самого строгого в Сибири. Не все выдерживают такой устав, но те, кто в состоянии жить в этом далеком заречном селе, свидетельствуют о духовных плодах. Приезжают пожить и помолиться и из-за границы не только православные христиане. Можно встретить среди гостей даже католиков.

Несколько лет назад приехал посмотреть на диковинку на Оби турист из далекой католической Польши. И так ему по душе пришлась жизнь и молитвенный подвиг сибирских монахов, что остался он тут навсегда. Ныне подвизается в качестве простого инока в новом монастыре невдалеке от Могочино, на Волоке. Там, в еще более суровых условиях, строится вторая обитель – на этот раз исключительно мужская и с более строгим уставом.

Дорога в СибЛаг

А в это время мы выехали за пределы поселка и началась таежная дорога на Суйгу. Цель нашего путешествия, деревня Харск, расположена в 65 километрах от Могочино и в неполных тридцати километрах от Суйги – поселка лесозаготовителей, оторванном от «большой земли» несколько месяцев в году. Сейчас лето и проехать можно, но все равно УАЗик кидает из стороны в сторону. Стоит выбраться на ровное место и набрать скорость, как впереди показывается очередная яма, полная липкой глинистой грязи, в которую мы ныряем в куче брызг. Пару раз мы чуть не забуксовали, и только тут я оценил неприхотливость русского внедорожника. На нем неудобно, но все же возможно ездить по таким вот «направлениям». Любая другая машина давно бы уже буксовала на совершенно пустой трассе, посреди тайги, где даже мобильный телефон печально извещает об отсутствии сети.

Харск когда-то был большим селом, в котором жили в основном ссыльные. Они работали на лесоповале и относились к ведению «Сибирского Управления лагерей особого назначения» – страшного СибУЛОНа, созданного в основном для политических ссыльных и репрессированных из завоевываемых «капиталистических» земель для будущей Советской Империи. Не очень далеко, в тайге, располагался самый настоящий концлагерь с колючей проволокой и охранниками, где люди трудились в невыносимых условиях уничтожая, вековой лес. Трудились, как правило, недолго, так как дожить до конца астрономических сроков удавалось немногим. Морозы, болотные болезни и жестокость содержания делали свою работу, и смерть косила заключенных десятками и сотнями.

А в Харске жили те, кому повезло несколько больше. Те, чьи провинности перед советским режимом давали право на жуткий, изматывающий труд, но все же в условиях относительной личной свободы. Когда группа монахинь из Западной Украины в 50-м году оказалась в этих краях, режим был достаточно мягок, чтобы позволить им поселиться в отдельном домике на краю деревни, около кладбища.

На пути к мученическому венцу

Перед Второй мировой войной в селе Цеблов, что на Львовщине, находился Генеральный дом общины св. Иосифа, принадлежащей к восточному обряду. После присоединения западных территорий к СССР и насильственной ликвидации Греко-Католической Церкви все монастыри этой общины были закрыты, а десять сестер высланы в Сибирь.

Одна из них, Ольга Бида, родилась в 1903 году в селе Цеблов Сокальского повета. Помимо нее в семье было еще трое детей. Ольга закончила 4 класса начальной школы, после чего поступила к сестрам св. Иосифа. По прошествии времени она принесла вечные обеты и стала именоваться с. Олимпией. Ее послушанием в общине была работа в школе христианского воспитания девочек в селе Жужель. Четверо ее воспитанниц позже стали сестрами общины св. Иосифа.

В 1938 году Олимпия была выбрана настоятельницей монастыря в г. Хыров. В 1939 году во время вступления советских войск на территорию Западной Украины, начались массовые репрессии против местной интеллигенции. Монахинь предупреждали, что во избежание ареста необходимо снять облачения и разойтись по домам. Сестра Олимпия призывала остальных монахинь и мирян свидетельствовать о вере.

Во время фашистской оккупации горожане страдали от голода и сестры собирали продукты для раздачи голодающим, проводили совместные молитвы.

После утверждения Советской власти в Галиции начались массовые депортации местных жителей, обвиненных в поддержке националистического движения, в Сибирь. И вновь был голод, и вновь с. Олимпия раздавала собранное зерно семьям, в которых были маленькие дети.

В 1946 году советские власти собрали т. н. «Львовский Собор», на котором часть греко-католического духовенства во главе со священником Гавриилом Костельником заявила о разрыве отношений с Святым Престолом и переходе под юрисдикцию Московского Патриархата. Противящиеся этому решению были вскоре арестованы и отданы под суд. В Галиции началось закрытие всех монастырей и изгнание насельников. В Хырове монахини св. Иосифа перешли на нелегальное положение, продолжая жить в монастырском доме и готовить детей к первому причастию. Монашескую общину и приход тайно окормлял иеромонах Василианского чина о. Тарас Бобкович, который был арестован в 1949 году. Накануне Рождества сестры выпекали просфоры и дети разносили их по домам селян со словами: «Просим принять просфору, которую вам дарует Церковь, и съесть в честь Рождества Христова». Вскоре сестры оказались под надзором НКВД. Монахиням приходилось трудиться под бдительным оком «компетентных органов»: к ним неоднократно приходили с обыском и, забирая понравившиеся вещи, советовали «разойтись». После закрытия всех греко-католических церквей монахини стали посещать мессу в католическом храме латинского обряда в соседнем городе Добромиле. В начале 1950 года на городской улице возле сестер остановился фургон... Люди в форме усадили в него монахинь. В отделении милиции задержанным сказали, что у НКВД имеются доказательства их нелегальной деятельности. Во избежание ареста монахиням предложили официально перейти в юрисдикцию Московского Патриархата. Сестры отказались...

В апреле 1950 года ночью к ним с обыском пришли чекисты. Монахини ждали ареста, а потому и церковная утварь, и иконы заранее были отданы мирянам. Спустя несколько дней с. Олимпия провела общую молитву на кладбище, где собралось около сотни верующих. Внезапно кладбище окружили солдаты внутренних войск. Сестер Олимпию, Гликерию, Лаврентию и других арестовали и, составив акт об их подпольном служении, отправили в лагерь в Бориславе. В лагере сестры спали на цементном полу, продолжая носить монашеское одеяние. Первые десять дней их вообще не кормили, а потом стали держать на хлебе и воде. 18 марта 1950 года с. Олимпия была осуждена на бессрочную ссылку в Томскую область «за антисоветскую деятельность и религиозную агитацию». Вместе с ней были высланы сс. Лаврентия, Гликерия, Арета и Макрина. 12 июня осужденных погрузили в товарные вагоны. Им предстояла разлука в пути: заключенных «организованно» помещали в вагоны, на коих значилась именно та буква, с которой начиналась фамилия. Но на станции с. Олимпия сказала конвойным, что с. Лаврентия нуждается в уходе. Им разрешили ехать вместе. Дорога до Томска длилась 2 недели. По приезде на место с. Олимпия добилась, чтобы трех монахинь зарегистрировали как членов одной семьи. От Томска до села Черкасова доплыли пароходом «Богдан Хмельницкий». В Черкасове был пересыльный пункт, в котором монахини пробыли 4 дня. Бараки были переполнены. До поселка Харска Молчановского района их доставили катером, – дорог не было. По прибытии они должны были сами найти себе жилье и встать на спецучет. Местный надзиратель ежедневно отправлял их на работы: зимой – пилить лес, а летом – косить сено. Для того, чтобы получить освобождение по болезни, нужно было идти 12 км на прием к фельдшеру в соседний поселок Капустин. Монахини старались молиться во время утрени и вечерни, как этого требовали правила общины. С. Олимпия писала письма оставшимся в Украине монахиням, поддерживая в них веру. Она упокоилась в Господе 23 января 1952 года в возрасте 49 лет, скончавшись от болезни и непосильного труда. Спустя полгода от туберкулеза умерла с. Лаврентия. С. Гликерия, преодолев 80 км пешком, добралась до ближайшего ссыльного греко-католического священника, чтобы освятить землю с их могил.

«Здесь все свои были»

Сама сестра Гликерия пережила ссылку и вернулась домой. Сегодня она последний живой свидетель пути своих сестер по монашеству к святости. По словам престарелой монахини, большая часть местных жителей все же относились к приезжим монахиням с уважением, ведь «они были свои – ссыльные». По мере ускорения маховика репрессий в поселке все меньше оставалось коренных сибиряков и все больше тех, кто прибыл в эти места в столыпинских вагонах. Интересно, что в своих воспоминаниях те, с кем мне удалось встретиться, до сих пор называют в воспоминаниях домик, где жили сестры, «монастырем». Да так оно и было. Монастырь – это место, где живут монахи, будь то жалкая лачуга или красавец с белокаменными стенами. А сестры общины св. Иосифа в жестоких условиях политической ссылки отказались отречься от веры и обетов. Даже на каторжные работы они выходили в монашеском одеянии, жили общинной жизнью, совершали полное молитвенное правило. Их домик, а вернее, небольшая пристройка, летняя кухня, в которой, кроме монахинь, жил еще и умирающий парализованный отец принявшего их семейства, располагался на самом краю деревни у кладбища. Сегодня от него не осталось и следа и место его расположения возможно установить только по воспоминаниям очевидцев.

Вот, что вспоминает Николай Машин, сын тех самых людей, которые приютили будущих блаженных и тем самым навсегда вошли в историю католической церкви в Сибири:

– Они жили в нашей летней кухне. Мне тогда было примерно 13 лет, и я часто бегал к ним в пристройку. Мне было интересно, там все было в иконах, многие из них монашки сделали сами, что-то вышивали на ткани нитками. А на церковные праздники они всегда приглашали меня играть на гармони. И вот я играю, а они «спевают» свои религиозные песни. Хорошо так пели...

А еще он вспоминает, что сестры молились постоянно. Для него, советского мальчишки, даже относительно умеренное католическое монашеское правило, которое старались соблюдать сестры, было каким-то невероятно аскетичным, суровым молитвенным подвигом.

Кладбище с мощами

От самого Харска остался один дом да несколько, уже современной постройки, заимок на месте когда-то большого села. Да еще новенький, с иголочки, комплекс гостевых домиков для любителей таежного туризма на берегу живописнейшего озера. Дело в том, что жизнь в самом сердце тайги чревата многими опасностями. Но если диких животных отпугивает само наличие человеческого жилья да оружие охотников, а сибирские морозы нипочем вместе с теплой печкой, то от третьего врага сибиряка – лесных пожаров – уберечься невозможно. Харск выгорал за свою историю три раза дотла. И три раза отстраивался. На четвертый терпению харчан пришел конец, и в конце 60-х годов Харск прекратил существование. Жители переехали вместе со всем скарбом в Суйгу, Сулзат и Могочино. Сегодня официально поселения не существует, а немногочисленные дома имеют не вполне определенный статус «лесных заимок» – что-то среднее между дачей и самостроем.

Соответственно и за кладбищем никто регулярно не следит. К счастью, со мной приехал Иван Иванович Прудников, директор фирмы «Сибтерм-Лес». В 2005 году он возглавлял раскопки и руководил эксгумацией мощей от лица местной районной администрации. Он показывает два скромных креста у самого забора, выполненных в характерном западно украинском стиле и резко отличающихся от крестов на других могилах. Один из их чуть-чуть побольше другого.

– Под тем, что поменьше, похоронена настоятельница, Олимпия Бида. А вот здесь, под большим крестом, – вторая монахиня. Перед вскрытием нам зачитали свидетельские показания одной из сестер этого монастыря, той самой, которая вернулась после ссылки на Украину. Она очень подробно описала процесс похорон и место захоронения каждой из монахинь. Хотя все равно сестра Павла провела большую работу и опросила дополнительно множество свидетелей, чтобы быть на сто процентов уверенной в правильности места. Ведь эксгумация это ответственная процедура, на которую государственные органы дают согласие только при наличии серьезных аргументов.

Он показывает на кресты, потом ненадолго задумывается, вспоминая как все было.

– Сегодня об этом уже можно говорить... Был интересный момент во время раскопок. Когда мы достали гроб с телом Лаврентии Гарасимыв, то оказалось, что, хотя само тело уже полностью истлело, ее монашеские одежды, пояс и даже деревянные четки сохранились довольно хорошо При том, что в соседнем захоронении одежда и предметы соответствовали времени, проведенному в земле, то есть истлели полностью. Было заметно, что это удивило и взволновало католическую делегацию. После того, как мощи были опознаны и с надлежащим уважением приготовлены к транспортировке, остатки гробов положили обратно в могилу и восстановили ее первоначальный облик. Там же остались мелкие фрагменты тканей и часть костей. Сегодня, спустя два года, уже ничто не напоминает о прошедших недавно раскопках.

Иван Иванович с сокрушением смотрит на остатки оградки вокруг могилы.

– Эх, надо бы восстановить ее, все же больше нет в нашем районе христианских святых. Обязательно прослежу, чтобы оградка была восстановлена по тому образцу, какая она была изначально. Вы поговорите с католическим руководством, можно было бы и их иконы поместить у могилы под оргстеклом или памятник какой. Тут люди спокойные, разорять не станут.

Эта же мысль за несколько секунд до этого пришла и мне в голову. Причем настолько отчетливо, что поневоле начинаешь задумываться: а не знак ли это от Бога, что Он желает прославить и отметить место гибели Своих свидетелей? Интересная деталь, сам Иван Иванович по национальности – латгалец. Это такой народ в восточной Латвии, который исторически всегда тяготел к католичеству. Интересно, не стала ли симпатия к католическим святым голосом далеких латвийских предков?

Уже в Томске, встретившись с настоятелем местного прихода Покрова Пресвятой Богородицы отцом Антоном Гселем, я узнал, что у томских католиков также есть намерение поставить на могиле сестер памятник и даже организовать паломничества. «Я был удивлен активностью наших прихожан. За первое богослужение, когда было объявлено о сборе средств, нам пожертвовали более 20 тысяч рублей. Теперь я уверен, что мы сможем поставить не просто небольшой знак, но полноценный памятник или даже небольшую часовню в память о наших сестрах и на радость паломникам», – говорит он.

Об идее организации паломничества к месту мученичества говорит и секретарь ординария для греко-католиков, епископа Иосифа Верта, священник Иван Лега. По его мнению, первое паломничество верующих католиков состоится уже в следующем году. Для этого лучше всего подходит время с конца июля до середины августа, когда дорога уже просохла, в лесу спал гнус и прекратилась активность энцефалитных клещей, но еще не начались осенние дожди.

Но все эти встречи были уже после возвращения из таежного Харска, а пока...

Небесные ходатаи

Иван Иванович отходит к машине, а я некоторое время вспоминаю всех тех, кто просил помолиться у места упокоения блаженных Олимпии и Лаврентии. Список большой, а из автомобиля уже зовут – впереди длинная дорога. Бросаю последний взгляд на могилу с двумя старыми почерневшими крестами. И хотя не все наши читатели согласны с обращением к умершим подвижникам, но думаю, что большинство верит, что те христиане, которые пребывают с Господом на небесах, молятся обо всех нас, живущих и странствующих по земле. «Блаженные мученицы Олимпия и Лаврентия, верю, что вы молитесь о нас и обо всех читателях портала Baznica.Info» – этими словами завершилось мое паломничество к месту гибели двух сестер, которые своей жизнью и своим мужеством перед лицом испытаний прославили Христа и засвидетельствовали о христианской вере многих жителей этих глухих мест.

Молчаново – Харск – Томск – Новосибирск – Молчаново

В главе «На пути к мученическому венцу» использовался материал статьи «Блаженная сестра Ольга» свящ. Сергия Голованова (см.:Свет Евангелия. – 2002. –25 авг.).

Возрожденная из пепла

Известие о восстановлении накануне российско-германского саммита лютеранской церкви в Томске за счет областного бюджета облетело все средства массовой информации. Впрочем, на самом деле, кирха в Томске стояла не там, была построена из другого материала и выглядела иначе. Мало кто из журналистов упомянул и тот важный факт, что храм св. Марии был одним из центров русского лютеранства в России. Мы постараемся восполнить эти пробелы.

Храм в Лютеранском переулке

Лютеране в Томской губернии появились еще в ХVII веке, но сведения о них в архивах остались крайне скудные. В XVIII веке их число пополнили ссыльные шведские военнопленные. Затем, в XIX веке, свои приходы формировали переселенцы из Германии и участники крестьянских бунтов в Лифляндии и Латгалии, а в начале прошлого века – приехавшие по столыпинской реформе крестьяне из восточных регионов нынешних Латвии и Эстонии. В Томске церковный совет появился в 1847 году, но сначала верующие, как часто бывает и сейчас, собирались в частном доме. В конце XIX века было получено разрешение на строительство храма и выделено место недалеко от губернского управления и Троицкого кафедрального православного собора, который был уменьшенной копией московского храма Христа Спасителя.

Денег у общины практически не было, поэтому важную роль сыграла помощь государства. К тому времени Евангелическо-лютеранская церковь уже успела получить привилегированный статус, да и генерал-губернатор Томска был из российских немцев. В 1864 году состоялось первое богослужение в прекрасном храме, построенном руками заключенных арестантских рот. Организаторы строительства, несмотря на скудость средств, не поскупились на услуги архитектора. Им стал знаменитый петербуржец Геральд Боссе. Благодаря строительству кирхи Томск стал крупным центром лютеранской жизни в Сибири и сердцем церковного округа. Приход был большой и распространенный на огромной территории, поэтому имел два храмовых здания: церковь св. Марии в Томске и церковь св. Павла в Барнауле. Это были фактически близнецы, отличавшиеся друг от друга особенностями окраски.

«Русские идут!»

С тех пор, как Евангелическо-лютеранская церковь получила государственный статус в Российской Империи по положению 1842 года, все пасторы должны были иметь российское подданство, владеть русским языком, по предписанию 1852 года – проводить на нем конфирмационные занятия, а по положению 1863 года – богослужения и библейские часы. С конца 70-х годов ХIХ века в инославных церквах было разрешено проводить богослужения на русском языке. На русском языке проходили богослужения в Гатчинской, Олонецкой церквах, петербургской церкви св. Марии, кронштадтской св. Николая, в общинах Тифлиса, Баку и Томска. В церкви св. Марии на русском языке службы велись с 1869 года, что было обусловлено многонациональным характером общины. Среди прихожан были не только немцы, но и ссыльные эстонцы и латыши.

Согласно архивным данным консистории, сразу после обнародования декрета о веротерпимости в Томске не редкостью стали переходы в лютеранство из других исповеданий. Прежде всего из иудаизма. Очень много прошений было от женщин, что, скорее всего, было связано с предстоящим замужеством с лицами христианского вероисповедания. Дело в том, что с православными разрешалось беспрепятственно заключать браки лютеранам; для представителей других исповеданий, и в особенности иудеев, это было весьма проблематично. В православие иудеи шли неохотно из-за царящего в церкви, пусть и скрытого, антисемитизма. А вот лютеранство и по внешней форме обрядности, и по причине толерантности было весьма привлекательно для евреев.

Бывали и более курьезные случаи. Так, в начале ХХ века томское духовенство направило в петербургскую консисторию прошение прислать миссионера в Томскую губернию, где русские жители массово обратились в лютеранскую веру. А случилось там следующее. В некое село прибыли переселенцы из Латвии, судя по всему, из лютеран-пиетистов. Как раз в это самое время в латвийском Видземе было большое пробуждение среди гернгутеров. И вот заметили местные русские крестьяне, что «пришлые» водку не пьют, работают от зари до зари, а по воскресеньям собираются и какую-то книгу все читают да обсуждают. Местным жителям стало интересно, а латыши охотно рассказали, что книга эта – Библия. И даже постарались и нашли экземпляр в русском синодальном переводе. Стали собираться вместе и русские и прибалты. Так сибирякам вера лютеранская понравилась, что дружно всем селом стали протестантами. Вот и просило томское духовенство прислать опытного священника, чтобы убедить их вернуться в лоно православия. Чем история завершилась, архив умалчивает.

Ближе к революции стало больше прошений о переходе в лютеранство и от русских. Видимо, сыграло свою роль то, что в церкви св. Марии все службы совершались на привычном русском языке, а не на малопонятном для большинства церковно славянском. Но случился Октябрьский переворот, и для прихода настали черные времена.

Последний пастор

После установления в Томске советской власти храм перестал принадлежать верующим. В 1920 году община заключила договор с властями об использовании культового помещения. Тогда же в приход был назначен последний пастор общины Иоганн Адольфович Локкенберг. Отношения с коммунистами выстраивались сложно. Согласно договору, приход брал на себя все работы по ремонту и содержанию здания. Для значительно уменьшившейся общины это было непосильное бремя. А тут еще и контрольные комиссии зачастили в поисках повода для конфискации ценной недвижимости в самом центре города. Придирались ко всему. Так, в 1927 году пастор Локкенберг был вынужден писать объяснительную по поводу выноса из церкви так называемого «путевого набора» – церковных сосудов, используемых для причащения больных и проведения выездных богослужений по деревням.

К концу 20-х годов власти нашли все же предлог для конфискации храма. Пастор проживал на территории церкви и, естественно, имел личную библиотеку. В нее входили произведения Толстого, Дюма и других классических авторов на немецком, английском, французском, латышском и эстонском языках. Вот из-за «наличия в храме литературы, не относящейся к богослужебной деятельности» и был расторгнут договор с общиной, а документы поступили на баланс Томского окружного финотдела. Община сначала лишилась Божьего дома, а в 1929 году – окончательно осиротела. Пастор Локкенберг был арестован.

В качестве обвинения ему было предъявлено: хранение книг, раздача средств нуждающимся прихожанам, отправка метрических записей за границу. Перед оглашением приговора пастор произнес следующее: «…Я считаю, что поступал правильно. По нашему церковному закону я считаю себя невиновным». Приговор был мягким – принудительные работы в течение шести месяцев и штраф в пользу государства – 100 рублей. Год спустя последовал повторный арест. В качестве основного обвинения Локкенбергу была предъявлена агитация против колхозов в д. Кайбинка. Справедливости ради следует отметить, что от этого обвинения пастор не отказывался. На одном из допросов он заявил: «Кто руководит антисоветской работой в Кайбинке, я не знаю, а хотя бы и знаю, но не скажу как пастор. Я лично работы духовной от политической не всегда различаю. Например, я одному крестьянину на его замечание, что ему плохо живется, говорил: «Давно бы надо сделаться добровольно бедняком, и если есть две коровы, одну подари государству, и будешь спасен, и придираться не будут».

За это светила печально известная 58-я статья и расстрел, в лучшем случае длительный срок в сибирских концлагерях. Но Бог спас Своего служителя от этого страшного испытания. В начале января 1931 года Иоганн Адольфович был переведен в больницу при томском изоляторе, где 11 января отправился на Небо. По документам, смерть наступила от «общей слабости и упадка сердечной деятельности». Доброе имя было ему возвращено в самом конце 2002 года, когда последний пастырь томских лютеран был посмертно реабилитирован.

Разобрали по кирпичику…

Прекрасная белокаменная церковь св. Марии после конфискации была сначала отдана под слесарные мастерские союза печатников, затем морсо-ягодный завод. По данным томских архивов, здесь находились рабочие клубы. А с 35-го года помещение кирхи пустовало. До тех самых пор, пока в 1936 году не было начато строительство новых корпусов Томского медицинского института. И тут встал вопрос: где брать стройматериалы? Ближайшее производство кирпича находилось в тот момент в соседней, Кемеровской, области. Доставка влетала в копеечку. И тогда советская власть совершила очередное преступление. Городские власти предложили строителям разобрать на выбор две православные церкви, к тому времени почти разрушенный кафедральный собор или лютеранскую кирху. Те выбрали кирху. Она находилась ближе всего и относительно легко подлежала разбору.

На сегодняшний день сохранился только дом пастора, в котором размещалась и лютеранская воскресная школа. Сейчас это территория городского сада, а в доме располагается городское управление парков культуры и отдыха. На фундаменте кирхи св. Марии было построено колесо обозрения, «чертово колесо», как его еще называют. Такая вот горькая ирония…

Брат Миллер

Но церковь, построенную на камне веры в Христа, не одолеют врата ада. Можно уничтожить стены, но не огонь Святого Духа в сердцах людей. Даже в самые жестокие годы гонений лютеране тайком продолжали собираться по квартирам, рискуя многим. Организаторов могли отправить в лагеря, а квартиру, где совершались незаконные сборища, – конфисковать. Немного свободы появилось только на излете существования Советского Союза. После празднований тысячелетия крещения Руси стало легче дышать и другим христианским исповеданиям. Община сначала собиралась в доме молитвы баптистов, а затем купила собственный небольшой домик на берегу реки Ушайки, перестроила его под часовню, и начались регулярные богослужения на немецком языке. В те времена еще не было пасторов, и приходом руководил выбранный «брат Миллер». Он и стал первым служителем после долгого перерыва. Латвийский немецкий епископ Харальд Калниньш рукоположил его в священники в конце 80-х годов.

После смерти «брата Миллера» эстафету принял проповедник Андрей Функ. К этому времени в Томске появилась и русская община Сибирской Евангелическо-лютеранской церкви. Ее возглавляли разные люди до тех пор, пока в город не был назначен выпускник Новосибирской теологической семинарии диакон Александр Ганн. Молодой священник пришелся по душе и русским, и немецким прихожанам. Так, диакон Александр стал вести богослужения в двух приходах. А когда губернатор Виктор Кресс накануне российско-германского саммита решил восстановить храм св. Марии, естественно, стал представителем всех местных лютеран.

Спасибо Ангеле за храм

Так как восстановить кирху на прежнем месте было практически невозможно, слишком много согласований и непопулярных решений пришлось бы принять, администрация начала искать другую площадку. Идеальным вариантом оказался Буф-сад. Неподалеку расположена школа с немецким уклоном, Русско-немецкий дом, кроме того, как и в ХIХ веке, достаточно выйти из дома нынешнего губернатора – можно легко увидеть церковь.

Изменился и материал строительства. Храм построен из верхнекетской сосны, послужившей материалом для Спасской башни и построенной к 60-летию Победы часовни в Смоленской области. Дерево зимней заготовки, поэтому опасаться растрескивания возведенного здания не приходится. По словам строителей, оно простоит не одну сотню лет. Позолоченный крест, черепичная кровля – церковь стала настоящим украшением славящегося своей деревянной архитектурой Томска. На ее строительство из областного бюджета было выделено 14 миллионов рублей – случай для современной России, возрождающей «православие и народность», беспрецедентный. Местные лютеране должны за это благодарить в первую очередь дочь священника канцлера Германии Ангелу Меркель. Ведь храм был восстановлен, главным образом, чтобы поразить высокого немецкого гостя.

Духовный центр Сибирских Афин

В начале мая прошло торжественное богослужение, которое провели представители российской и Сибирской лютеранских церквей во главе с епископом Зигфридом Шпрингером и избранным епископом Всеволодом Лыткиным. На церемонии освящения присутствовали Чрезвычайный и Полномочный Посол Германии в России Вальтер Шмид, Генеральный Консул Германии в Новосибирске Михаэль Грау с супругой, делегация Церкви Ингрии. С приветственными словами к прихожанам Мариенкирхи обратились православный священник Александр Классен, руководитель общины евангельских христиан-баптистов Михаил Таранов, председатель комитета по работе с общественностью администрации Томской области Андрей Кузичкин.

Сегодня возрожденная из пепла кирха радует глаз томичей и гостей города. Она уже стала одним из центров культурной жизни Сибирских Афин – здесь регулярно проходят концерты классической и духовной музыки. Пополняется приход и новыми прихожанами, приходит немало молодежи, которую привлекает сначала немецкая культура и западное христианство. Затем они узнают о той глубокой евангельской вести, которую провозглашает вот уже пятое столетие Евангелическо-лютеранская церковь. Кирха св. Марии по праву является тем самым местом в старинном сибирском городе Томске, где люди могут услышать чистое Евангелие Христово и обрести полноту жизни, которую дает вера.

Томск – Молчаново

Свидетели примирения: францисканцы за пределами католической церкви

Говоря о францисканском движении за пределами католической церкви, необходимо сделать одно предварительное замечание. Сам Франциск Ассизский предполагал существование своего ордена не иначе как в единстве с Апостольским престолом. Послушание римскому епископу для него было само собой разумеющимся, более того, он неоднократно подвергал осуждению тех проповедников Святой Бедности, кто разрывал с Римской католической церковью и начинал собственные религиозные движения. В первые годы Реформации именно францисканцы в Германии выступали противниками лютеран и кальвинистов. Точно так же в Англии францисканцы решительно осуждали сепаратистские настроения Генриха VIII. Во многом из-за монашеского скепсиса в отношении автокефалии церкви Англии первые годы существования церкви были ознаменованы гонениями на монашество. К середине XVI века все монастыри были закрыты, а их имущество перешло к государству.

Тем не менее монашеский пример оказался настолько привлекательным, что все больше людей в протестантских европейских и американских церквах получали от Бога призвание к жизни в бедности, целомудрии и послушании. В традиционных церквах это происходило во многом под влиянием старокатоличества, которое, будучи на грани между классическими католиками и протестантами, оказало немалое влияние на англикан и скандинавских лютеран. Интересно, что первые монашеские общины основывались именно на уставе св. Франциска Ассизского.

Англиканские францисканцы

В англиканском сообществе орден францисканцев возродился только в начале ХХ века. В 1937 году в результате слияния Братства св. Франциска Ассизского и Братства любви во Христе в аббатстве Церне в Дорсете возник Первый Орден францисканцев в церкви Англии. Но еще до того, в 1919 году, в лоне Епископальной церкви США появился Орден Святого Франциска. Первоначальное его название было «Орден бедных братьев святого Франциска американских собраний францисканцев», но затем оно было сокращено для удобства использования. После нескольких лет переписки в 1967 году обе англиканские францисканские ветви объединились в Собщество Святого Франциска, которое в настоящее время насчитывает четыре провинции:

1. Американская провинция имеет монастыри на горе Синай, в Бруклине, Нью-Йорке, Сан-Франциско и Бразилии.

2. Европейская провинция имеет несколько монастырей в Британии.

3. Тихоокеанская провинция объединяет монашеские общины в Папуа – Новой Гвинее и на Соломоновых островах.

4. Австралийско-новозеландская провинция. К ней также относятся братья из Кореи и Малайзии.

Женские ветви англиканской францисканской семьи представлены двумя сообществами. Сестры Общины святого Франциска, которые в той или иной форме существуют с 1905 года. В 1973 году это братство было преобразовано под названием «Сестры Первого ордена сообщества св. Франциска». Сейчас в мире существуют две провинции: американская и европейская. Еще одно женское францисканское объединение получило название «Орден св. Клары», оно живет согласно уставу Второго францисканского ордена, что подразумевает закрытую созерцательную жизнь в строгом монастыре. В 1947 году орденом была основана обитель «Конвент святой Марии» в Оксфорде. С 1922 года в США существует также орден «Сестер бедной Клары от Покаяния», но в настоящее время в нем нет ни одной сестры и можно сказать, что американская монастырская ветвь женского ордена вдовствует.

Третий орден действует в различных частях англиканского сообщества, а также в англиканских и епископальных церквах, не поддерживающих по различным причинам единства с Кентерберийским архиепископом. Это динамичное братство объединяет женатых или одиноких мужчин и женщин, которые, тем не менее, не готовы к посвященной монашеской жизни по причинам отсутствия соответствующего призвания либо в связи с богословским непринятием обязательных обетов.

Англиканская францисканская семья включает, кроме братьев и сестер трех орденов, также так называемых «Ассоциатов». Это свободное братство людей, которые почитают святого Франциска, но не готовы жить в соответствии с уставом. Это могут быть священники или простые прихожане, которые следуют простому правилу: молиться и читать Библию каждый день, а также при возможности каждое воскресенье участвовать в богослужении. При этом эти люди не обязаны проходить францисканскую формацию, как это принято в орденах.

И наконец, последняя часть францисканской англиканской семьи – «Друзья братьев». Это люди, которые берут на себя ответственность за какого-нибудь из монахов. Они по мере сил помогают ему финансово, а также устанавливают с ним духовные и дружеские связи. В свою очередь, монашествующий принимает на себя обязательства молиться за своих друзей и оказывать духовную поддержку, становится духовником этих людей. Благодаря этому орден обеспечивает физическое содержание своих монастырей и братств.

Лютеранские коммунитеты

В лютеранской церкви монашеская жизни возрождалась с большим трудом. Этому способствовали в немалой степени буквально понимаемые предостережения основного лютеранского вероучительного документа, Книги Согласия, против искажений монашеской жизни во времена Реформации.

Покорность, нищета и целибат, при условии, что последний чист [законен и соблюдается], являются адиафорой [в которой мы не должны искать ни греха, ни праведности]. И по этой причине святые могут использовать все это, не проявляя никакого безбожия, как это делали Бернар, Франциск и другие святые люди. И они использовали это ради телесной пользы, чтобы иметь больше свободного времени для учения и совершения других благих служений, а не потому, что дела сами по себе оправдывают или позволяют заслужить вечную жизнь. Наконец, они относятся к тому, о чем Павел сказал в 1Тим.4:8: «Ибо телесное упражнение мало полезно», — и вполне вероятно, что в некоторых местах [монастырях] в настоящее время также встречаются благочестивые люди, вовлеченные в служение Слова, люди, использующие эти обряды, не имея порочных представлений о них [без лицемерия и с пониманием того, что они не почитают свое монашество за святость] (Апология Аугсбургского исповедания, Артикул XXVII (XIII), 21).

Артикул XXVII Аугсбургского иповедания показывает лютеранскую точку зрения на монашество. То, чему мы учим относительно монашеских обетов, можно будет легче понять, если сначала напомнить, каково было положение монастырей, а также о том, как многое там совершалось ежедневно вопреки канонам. Во времена Августина монастыри были свободными [добровольными] сообществами. Впоследствии же, когда дисциплина и послушание ослабли, в монастыри были повсеместно привнесены обеты [клятвы], чтобы восстановить дисциплину, как в хорошо обустроенной тюрьме... Итак, что же произошло с монастырями? Прежде, в былые времена, они были школами богословия и подобными структурами, полезными для Церкви. Оттуда выходили пасторы и епископы. Теперь же дело обстоит совершенно иначе. Нет нужды повторять то, о чем знают все. Раньше уход в монастырь был связан с изучением [Писания], теперь же все это делается под видом того, что монашеская жизнь якобы заповедана, чтобы заслужить благодать и праведность. Да, утверждают, будто это [монашеская жизнь] — некое совершенное состояние, и это ставится намного выше всех других установленных Богом образов жизни.

Следуя этим словам, многие лютеранские богословы считали монашество и вовсе недопустимой практикой церковной жизни. Последующее слияние лютеран и кальвинистов в Германии в общую церковь, а также общее для всей Северной Европы влияние пиетизма и вовсе, казалось, навсегда похоронили традиционные формы посвященной жизни в лютеранстве. Но возрождение началось в ХХ веке, когда на волне экуменического подъема протестанты начали снова открывать собственную идентичность, как «реформированных католиков», и вновь переосмыслять формы благочестия и религиозной жизни до раскола Западной церкви, который стал следствием Великой Реформации.

Это осмысление нашло своим выражением три основных направления:

1. Литургическое возрождение. То есть внимание к традиционной форме богослужения, его теологическому истолкованию, мистике Слова Божьего, частому участию в Таинствах. Во многих церквах это привело к возрождению частной исповеди как общераспространенной благочестивой практики.

2. Движение за восстановление апостольской преемственности. Несмотря на то, что церкви Скандинавии формально имели каноническую преемственность рукоположений от апостолов, церкви Центральной и Восточной Европы имели так называемый избираемый епископат. В середине ХХ века в среде немецких богословов возникло движение за восстановление апостольской преемственности. Подобные группы существуют и сегодня в лютеранской церкви Синода Миссури и других. Впрочем, сама идея обязательной сукцессии входит в противоречие с лютеранской экклесиологией и до сих пор остается на маргинесе богословской мысли. В России это так до сих пор и не оформившееся течение представляют Сибирская Евангелическо-Лютеранская церковь и Новосибирская богословская семинария.

3. Монашеское возрождение. В начале и середине ХХ века в лютеранских церквах Германии, США, Скандинавских стран и в Израиле возникли аутентичные монашеские общины. Большая часть из них следуют либо бенедиктинскому, либо францисканскому уставам. Также существуют так называемые коммунитеты- монастыри свободного типа, где насельники не приносят постоянных обетов и могут в любой момент вернуться к обычной мирянской жизни. В таких коммунитетах иногда проживают в общих коммунах и монашествующие, и семейные пары. Коммунитеты берут своим началом общину в августинском монастыре, который был подарен семье Мартина Лютера и стал его родовым поместьем. Там жизнь строилась по принципу «монастыря нового типа», как он описан в Аугсбургском исповедании. Это был своего рода духовный центр, в котором пасторы, семейные пары, а также люди посвященной Богу жизни пытались вести наиболее глубокую молитвенную жизнь.

Одновременно с возрождением коммунитетов в церкви Швеции под влиянием англиканской ветви появился францисканский орден мирян, или Третий орден. На сегодняшний день это братство мало распространено за пределами церкви Швеции, чему способствует несколько причин.

Первая заключается в том, что церковь Швеции сознает себя в качестве продолжателя католической церкви в этой стране. Шведские лютеране считают себя буквально «реформированными католиками», несмотря на сильное пиетистское влияние в конце XVIII и XIX веков.

Вторая причина – это традиционно тесные контакты между церковью Швеции и англиканским сообществом. Благодаря декларации Порву, устанавливающей евхаристическое общение и признание рукоположений между этими двумя церквами, установлены тесные связи на всех уровнях. В том числе некоторые английские монашеские общины открыли обители в Швеции. Не стало исключением и францисканское братство.

За пределами Швеции лютеране участвуют также в деятельности Ордена экуменических францисканцев в США, а также нашего Экуменического сообщества св. Франциска, которое действует в Европе и России.

Призвание к единству

Францисканская харизма имеет мощную экуменическую составляющую. К этому вдохновляет сам образ Франциска, который предпочитал избегать споров, чтобы завоевывать сердца оппонентов не убийственными аргументами, а любовью и личным примером благочестия. Францисканцы за пределами католической церкви также являют пример примиряющей харизмы. С одной стороны, мы укоренены в древней монашеской традиции Западной церкви, уходящей в ранее средневековье, в начало XIII века. С другой стороны, мы являемся верными сынами и дочерями своих церковных сообществ. В SFES состоят православные, лютеране, пятидесятники и римские католики. Это составляет, с одной стороны ,богатство, а с другой – ставит новые вызовы.

Возможность общения разных традиций обогащает нас. За века независимого существования наши церкви накопили собственный уникальный духовный багаж, которым каждый из нас может в любви и без принуждения делиться со своими братьями и сестрами. Таким образом, лютеранские и протестантские братья узнают о богатстве исповеди и общении святых, а православные и католические могут практиковаться в мистике Слова Божьего и переживании радости общения со Святым Духом. Особенность заключается в том, что все это совершается с главной интенцией: не переубедить другого, но поделиться с ним теми дарами, которые Бог открыл тебе. Совместное возрастание в подражании Христу есть тот самый главный фактор созидания единства.

Единство здесь и сейчас, реализуемое через смелый шаг веры, вдохновляет нас на эксперименты, на «творческое христианство», на дерзновение детей Божьих, которые кричат своему Отцу и не желают жить в разделении и вражде. В этом смысле для SFES близок один из своеобразных лозунгов Апостольской православной церкви: «Мы не требуем покаяния ни от кого. Мы молим Бога о прощении нашей доли вины за разобщенность христиан. Требующим же подчинения и лукавства мы отвечаем молчанием. Готовым совместно с нами следовать за Христом мы отвечаем радостью и миром».

Мы видим большое будущее для деятельности ордена в Европе. В условиях, когда европейцы переосмысляют свое отношение к христианству, церкви ищут новые пути для достижения единства, понимая, что прежний путь богословского диалога ведет в тупик. И опыт экуменических братств, обителей и групп «экклесиологического авангарда» является тем экспериментом, который может оказаться неудачным, если мы снова перейдем на уровень рассудка и логики, но может стать полезным для больших исторических церквей, если основой нашей жизни и деятельности станет любовь. Любовь и молитва – вот тот центр, вокруг которого строится вся философия экуменического сообщества, или экуменического братства (так возможно звучит лучше для православного и протестантского уха) святого Франциска.

Сегодня SFES имеет общение как с англиканскими францисканцами, так и с орденом экуменических францисканцев, от которых имеются постоянные наблюдатели. В ближайшее время между нашими организациями будет установлена полнота общения. Также уже сегодня есть несколько призваний к монашеской жизни, и мы молимся, чтобы Господь усмотрел место, где первые братья-иноки могли бы начать обитель. И остается надеяться, что наш, пусть слабый и несовершенный, пример послужит уменьшению розни и противостояния в этом грешном мире.