Диалог

Диалог

- Почему ты её отверг?

- Она мне не понравилась.

- Что в ней не так?

- Зачем ты спрашиваешь?

- Зачем? Разве ты не знаешь, что после тебя, её отдадут мне? Я хочу знать, что меня ожидает.

- С ней тебя ожидают мучения.

- Она любит тебя…

- Она любит только себя!

- Но лишь ты можешь остановить её. Она была рождена для тебя, и никто в целом свете ей не нужен.

- Она не покорна мне.

- Она личность по силе равная тебе. Вам нужно договориться. Приласкай её.

- Это исключено!

- Я тоже откажусь от неё. Моей любви ей будет мало всегда. И её отдадут людям… Ты понимаешь, что тогда будет?

- Да, понимаю. Они всегда будут под властью любви к ней. Будут умирать за неё, для неё, из-за неё. Но никто никогда не добьётся её любви…

- Именно так. Отвергнув её, ты породил монстра и готов выпустить его в мир людей. Её будут ненавидеть, проклинать, убивать, но она всегда будет возрождаться и не в одной, а в сотнях тысяч женщин. Она станет ещё одним злом в мире людей. Верни её.

- Нет! Мне не нужно холодное сердце.

- Только ты можешь наполнить его жаром любви своего огненного сердца. Только вы, ты и она, способны создать Гармонию мира.

- Я подумаю, а пока пусть погуляет среди людей.

- Жестоко. Она, как и люди, не заслужили такого наказания. Или… так ты решил их уничтожить?

- Нет. Они будут учителями друг для друга и станут сильнее. А я… а я всегда рядом.

- А как же злоба и все её проявления? Все люди пропитаны ею. Что станет с ней?

- В людях не только зло, это сложные существа. И чаще всего именно злость помогает им выжить. Контроль самого себя – вот главная задача для всех.

С кем?

Всё! Наконец-то одна… и я сделаю ЭТО!

У меня есть два часа, потом придёт мама с моей маленькой дочкой… и всё начнётся по новой!

Нет! Хочу уйти… совсем… навсегда…

Где эти таблетки, что выписали после неудачного укола по прекращению лактации? Мне было не страшно и не больно умирать. Даже забавно…

Теперь знаю, что такое «хрустальный звон» в ушах. Именно с него начался анафилактический шок. Это им было страшно! Этим палачам в белых халатах… Сколько их тогда копошилось вокруг меня? А спас один! В свой последний рабочий день перед увольнением… Жаль, даже имени его так и не узнала… не запомнила, как он выглядит… Только сильные руки и голос, который постоянно звал меня, не отпускал.

Пришёл, спас и ушёл…

А я вернулась в своё «бурлящее домашнее болото».

Но сейчас хочу уйти… совсем…

Чтобы больше не слышать постоянных упрёков. Вечно всё делаю не так! Всегда виновата! Не высыпаюсь уже два года! Муж в третий раз собрал чемоданы и ушёл жить к тётке. Опять поцапался с кем-то из моей семьи, а ушёл от меня…

Принц деревенский! Уходил днём, чтобы соседи видели, как он вещи-чемоданы утаскивает. А возвращался тёмной ночью и продолжал жить, словно ничего и не было, до следующего скандала…

Устала… Стакан воды и пузырёк какого-то там «…пама». И всё…

- НЕТ! Не торопись! Посмотри на себя в зеркало! Немного поговори со мной! Уйти ты успеешь, и никто не помешает!

- Что?… Я хочу исчезнуть…

- Хорошо… представь, что ты уже исчезла, лежишь в земле…

- И?…

- Кому ты сделаешь больно? Кто будет плакать о тебе? Кто может уйти следом за тобой? И… вспомни других, кому плевать.

- Да… ты прав. Бабушка… умрёт. Я её любимая внучка. Родители… сестра, наверно будут горевать. А дочь… она…

- Её заберёт твой горе-муж! Оставит у своей матери в деревне, а сам будет свободен! Будет каждое утро просыпаться от лучей Солнца! Радоваться жизни, новым встречам. А о тебе будет говорить: «Да был я женат на дуре! Хорошо вовремя на себя руки наложила, долго не мучился!»

- ЧТО?! ЧТО?! НЕТ!!! Не дождётся!!!

Дочь не отдам! На порог квартиры не ступит нога бывшего мужа! Растудыт его «…пам» убираю обратно в аптечку! А воду… выпью! Что-то пить захотелось…

А с кем я разговаривала?… С кем?…

Сон

- Ох… наконец-то добралась… - прошипела сквозь зубы, сбрасывая на пол у стены два мешка с зимней одеждой, рюкзак и малую рыжую сумку на ремешке. Семь этажей по лестнице! Умереть можно…

Общежитие встретило меня сплошным гомоном из человеческой речи, где переплелись женские и мужские голоса. Вход на этаж располагался как раз на углу двух коридоров, по которым ходили, стояли, или даже бегали парни и девушки.

«Весело тут у них, - подумала оглядываясь. – Надо найти мою комнату. Так вот же она, прямо напротив. Что ж, посмотрим, с кем буду жить. Интересно, как встретят?»

Взяла мешки, сначала решила занести их, потом остальное. Дверь оказалась приоткрытой, вошла. Передо мной чистая прихожая.

«Так это не комната, а целая квартира со всеми удобствами! Ого! Повезло же, однако»

Оставив мешки у порога, постучала в правую дверь. Почти сразу она широко распахнулась. Девушка удивлённо подняла брови, оглянулась на подруг, стоявших у окна. Все три ярко выделялись на светлом фоне тёмными силуэтами. Чёрные распущенные волосы, длинные чёрные юбки, тёмно серые с длинным рукавом блузки. При этом, залитая солнечным светом, воздушно светлая комната, белый потолок, кремовые обои и почти такой же светлый пол.

- Добрый день. Мне сказали, что могу тут поселиться, - начала я, доставая документ из кармана куртки.

- Иди в соседнюю комнату, здесь для тебя места нет, - холодно ответила, презрительно окинув меня взглядом, высокая девица у окна.

- Ладно, поняла, - охотно согласилась.

Дверь сразу закрылась, но открылась соседняя. Две улыбающиеся девушки подхватили меня под руки и утащили к себе.

Эта комната была больше. Цветные обои с приятным растительным орнаментом, на полу паркет, в углу уютный диван, в другом углу тахта, тумбочки у изголовья с маленькими оригинальными светильниками. У стены из светлого дерева стоит высокий комод, на нём аккуратный светлый ящик с боковой дверцей. Ещё один такой же стоит, как изножье, рядом с тахтой.

Посередине комнаты стол, за которым сидели друзья девушек. Парни были одеты в льняные летние брюки песочного цвета и светлые косоворотки с красно-белой вышивкой. Одежда подчёркивала красоту «золотых» блондинов с ярко-голубыми глазами. Увидев меня, они вскочили, наперебой предлагая присесть к столу.

- Я Старший, - представился тот, что с бородкой.

- Младший, - подмигнул мне высокий.

- Веселушка, - подпрыгнула на месте одна из девушек.

- Хохотушка, - со смехом представилась другая.

«Во, артисты! – подумала. – С такими соседями не соскучишься»

И только собралась открыть рот, чтобы назвать своё имя, как Старший, широко улыбаясь, сказал:

- Мы знаем, кто ты. Ждали тебя.

«Ждали? Меня? Вот это новость! Удивительно, конечно, но я в этом городе впервые… Как они могли знать о моём решении приехать? Ладно…, потом. Всё потом»

- А кто ваши соседки? Такие важные, - спросила. – Похожи на монашек в своей тёмной одежде.

- Про наших горемык-печальниц спрашиваешь? Ты к ним заходила? – удивился Старший.

- Нет, они не пустили. Через порог разговаривали.

- Ооо! Так это же замечательно! – воскликнул Младший. – Значит, ты им не нужна. С нами, да с хохотушками-веселушками жить будешь. А мы тебя в обиду не дадим.

- Ой, вещи-то остальные занести забыла! – опомнилась вдруг и рванула в общий коридор.

Там, к моим вещам, прибавилось ещё десяток рюкзаков и больших спортивных сумок. Возле них, тяжело и шумно дыша, стояли парни.

«Да, понимаю. Дом без лифта – для новичка первое испытание. И я его уже прошла»

Взяла рюкзак, но вот с сумкой было что-то не так. Раскрыв её, замерла в изумлении. Вместо двух косметичек, и других нужных для девушки мелких вещей, вся сумка была набита серой мокрой грязной глиной.

- Что случилось? – сразу встревожились мои новые друзья, как только вошла в комнату.

- Украли всё, что было в сумке, - ответила, проверяя содержимое рюкзака. – Рюкзак цел.

- А документы? – спросил Младший.

- Документы и деньги всегда при мне. Косметику украли и всякую мелочь.

- Не расстраивайся, это не беда. Завтра же пойдём и всё купим, свеженькое и новенькое, - засмеялись девушки.

- Да, конечно пустяк, - согласилась, и, раскрыв сумку, спросила. – Но зачем вот это? За что?

- Так. Давай-ка её мне. Знаю, чья это работа. Сейчас вернусь, - сказал Старший, сердито сдвинув брови.

- Он разберётся, не переживай, - сказал Младший, усаживая меня за стол. – Давай лучше чай пить с баранками.

И через мгновение поставил на стол расписной настоящий самовар. Девушки достали с таким же узором чашки и заварочный чайник. Красиво, уютно и вкусно.

- А где же спать? Ведь третьего спального места нет.

- Сейчас принесём, - ответил Старший.

Он протянул мне рыжую сумку, чистую, сухую, даже, как будто новую, и со всеми вещами.

- Благодарю! – обрадовалась я.

А через некоторое время в комнату с шумом и смехом внесли кресло-кровать.

- Вот, устраивайся пока, а у нас дела домовые, неотложные. Встречать новых жильцов обязаны.

Я осталась одна. Прошлась по комнате, остановилась напротив комода. Осторожно открыла дверцу ящика, заглянула внутрь. Удивительно, но это, оказывается, был стилизованный домик с весёлой плоской фигуркой домового. Окошки с занавесками, полочки на стене, кроватка с подушками, сундук, покрытый вышитым рушником, коврик плетёный на полу, стол с самоваром, с вязанкой баранок и чашка с блюдцем – всё это было вырезано из дерева разного сорта и цвета, немного подкрашено, кое-где покрыто лаком.

Один домовой с бородой и пышной шевелюрой был маленького роста. Второй домовой, в другом ящике, был повыше, тоже имел всклокоченные, но короткие волосы и без бороды, отчего казался моложе первого.

«Так это были Домовые?! Настоящие живые Домовые?!»

*****

Кто-то крепко сжал мне плечо. Вздрогнула и открыла глаза…, ОТКРЫЛА ГЛАЗА! Это был сон! Передо мной стоял водитель автобуса.

- Мы давно приехали, а вы всё спите. Не порядок, - улыбнулся он.

Надевая рюкзак, порадовалась, что в реальности вся зимняя одежда осталась дома. Сначала надо устроиться, а уже потом вещи перевозить, да и до зимы ещё далеко.

Новый завод, новый район города и, судя по очереди в отделе кадров, приехало много молодых специалистов. Лишь вечером, после оформления всех документов, наконец добралась до общежития. Дежурная протянула мне ключи.

- Третий этаж. Лифта нет. Лестница справа.

«Как во сне, - хмыкнула я. – Хорошо, что не седьмой, а только третий. А номер комнаты, интересно, какой?»

Глянула и остановилась. Во сне были те же цифры. Открыв дверь с лестницы, замерла на углу двух коридоров. Меня окружил шум голосов, весёлая суета заселяющихся парней и девушек. Кто-то кого-то ищет, окликает. Кто-то кому-то помогает переносить вещи и мебель. Все легко общаются, знакомятся. И передо мной, неожиданно, появились двое в одинаковых светлых рабочих комбинезонах.

- Привет новоприбывшим! – радостно сообщил один.

- Добро пожаловать в наш улей! – добавил другой.

Было в них что-то очень знакомое, что заставило сильно биться сердце. Пусть короткие, но, такие же, взъерошенные волосы. У того, что пониже, аккуратная бородка. И радушные открытые улыбки.

- Вы домовые? – пролепетала я.

- Почти! – расхохотались они. – Мы первыми заселились. Теперь помогаем всем остальным. Знаем где, что и как, а значит, поможем, расскажем и покажем. Где твои ключи? Открывай свои хоромы хозяюшка. Будем заносить мебель.