Детство Маши

Глава 1

Детство Маши

1

Каждое лето до второго класса Маша ездила в Тверскую губернию к бабушке Елене Ивановне. Бабушка раньше работала учительницей литературы в Москве, но, выйдя на пенсию, вернулась на малую родину. Построила там дом, завела собаку и трёх котов, зажила размеренной деревенской жизнью с огородом и ежевечерними просмотрами метадрам.

В последнее лето перед школой родители погрузились вместе с Машей и её розовым рюкзачком в «Ладу-Дачу» и поехали на север от Москвы.

Первой на пути попалась сама Тверь – исторический город с храмами, присутственными местами и монастырями и, одновременно, столица российской индустрии моды. Именно здесь шили одежду из знаменитого русского льна. Лён выращивали на многочисленных фермах Северо-Запада России. Тут же в модельных домах «Федосов» и «Льнян» проектировали модели, в которые одевались самые красивые девушки мира.

Почти сразу за Тверью начался совсем другой мир. Вдоль тщательно уложенных бетоасфальтовых дорог росло множество деревьев самых разных пород. Тверской лесной заповедник занимал почти треть территории области. Изредка леса прерывались небольшими проплешинами с расположенными там льняными фермами или гостиными дворами. На последних можно было попробовать настоящий печёный хлеб, медовый сбитень и окрошку на квасе.

— Лепота, – радовалась мама, вдыхая свежий воздух через открытое автомобильное стекло, – вот они, родные корни, прямо в воздухе витают.

— Оля, когда ты умудрилась сродниться с родным краем? – решил над ней подтрунить папа, – ты же только здесь родилась и даже лето здесь не проводила, как наша Машуля.

— Ерунда, Виктор Павлович, – немного обиделась на мужа мама, а когда раздражалась, она называла его по имени-отчеству, – малая родина у меня в крови.

— Ну-ну, – почти неслышно, чтобы не нарваться на скандал, промурлыкал папа.

Проехав Кашин, Сандово и Красный Холм, они оказались в самом северном районе губернии – Молоковском. Здесь лесов уже было процентов семьдесят. Сам райцентр с пятью тысячами жителей являлся в районе единственным постоянным поселением, не считая десятка льняных ферм, большого тепличного хозяйства и лесничества. Правда, в летний период население района увеличивалось раз в десять. Сюда на свои дачи дружно устремлялись жители Большой Москвы и Санкт-Петербургской агломерации.

Главной достопримечательностью Молокова был памятник маршалу Огаркову и деревянная церковь рядом с ним. В посёлке пекли невероятно вкусный хлеб. Его каждое утро на аэротакси увозили в булочные всё тех же Москвы и Питера.

— Как вкусно, – смаковала Маша краюшку чёрного ржаного хлеба, запивая его кружкой тёплого молока, – вот бы так всегда завтракать. А то эта овсянка надоела, бе-бе-бе.

— Зато овсянка полезная, – назидательно ответила мама, – там много нужных тебе аминокислот и микроэлементов.

— Потому-то, милая, – продолжил подстёбывать жену папа, – ты каждое утро готовишь себе яичницу с беконом и кофе. Глаза папы при этом подозрительно блестели. Пока Маша с мамой заходили в булочную, он успел сбегать в соседнее здание с надписью «Кашинские воды».

— Ничего ты не понимаешь, – завелась было мама, – и шутки у тебя дурацкие. Но хитрый папа мигом погасил зревший взрыв.

— Смотри, какие красивые цветы, – показал он на видневшееся слева огромное ромашково-фиалковое поле. Приторно-сладкий запах цветов пробивался через открытые стёкла машины, и будь на месте водителя живой человек, он бы непременно остановился. Но автопилот не поддался на магию природы и продолжил путь.

— Ой, какая красота, – вмешалась в ход событий мама и мигом отдала команду автопилоту: «Фёдор, останови машину около цветов».

2

После получасовой задержки у цветочной поляны они проехали две красивые речки Могоча и Мелеча и оказались в Петрово – родовое гнездо их бабушки. Вдоль небольшой неасфальтированной улицы выстроились три десятка двухэтажных домов из бруса с покрытыми красной черепицей крышами. На окнах домов красовались белые наличники, а в центре деревни дышал сине-зелёной гладью большой пруд, полный и лягушек, и карасей.

— Машка приехала! — услышали они восторженный вопль, стоило только их электромобилю остановиться на стоянке рядом с бабушкиным домом.

— Привет, Коля, – ответила Маша своему троюродному брату из Питера, — а вы когда приехали?

— Вчера вечером, – ответил ей восьмилетний рыжий пацан с голубыми глазами, — я уже на речку сходил и грибы в роще нашёл. Давай переодевайся и пошли гулять.

— Нет, сначала вы с Машенькой покушаете, – вмешалась в их разговор вышедшая на крыльцо бабушка в цветном ситцевом платье с белым в цветочек передником, — а потом можете идти гулять. Но не одни – только вместе с Рексом.

Услышав свою кличку, во двор выбежал огромный рыжий дворовый пёс. На шее у него висел металлопластиковый ошейник с какими-то приборами, а на левой части головы, ближе к уху, – небольшая металлическая полоска.

— Ав-ав-ав!

— Рекс, – восторженно завизжала Маша, – как я рада тебя видеть!

— Ав-ав-ва-ав, – облизнул в ответ девочку кибернетизированный пёс.

— Здравствуй, мама, – обнялась со своей матерью Оля, – давно не виделись.

— А кто мне вчера по мете целый час Клавдии Ивановне про свою работу и новую метадраму «Просто Робот» рассказывал? – улыбнулся папа Витя и тут же поправился, – здравствуйте, Елена Ивановна, очень скучал по вашим пирогам.

— Здравствуй, Олечка, здравствуй, Виктор Павлович, у меня всё накрыто, мне Паша ещё полчаса назад доложил, что вы едете.

С крыши внезапно раздался клёкот. Все подняли головы и увидели там сидящего на шесте ручного сокола бабушки.

— Кл-ко-кла!

— Здравствуй, Паша, — хором ответили папа, мама и Маша.

— Кл-кло-ка!

И тут по всему двору раздалось мяуканье. На гостей друг за другом выбежали огромный рыжий кот с большими глазами и усами, чёрно-белая кошка поменьше и молодой кот черепахового окраса.

— Миу-мяу-мяву!

— Боря, Муся, Барсик, – бросилась Маша обниматься со своими любимицами, — не видела вас полгода, а как Барсик вырос.

Барсик продолжил тереться около Маши, а вот Борис пошёл к папе Вите и, вежливо обнюхав его, уселся рядом. То же сделала по отношению к маме и Муся, получив при этом порцию нежных маминых поглаживаний. При этом чёрно-белая шерсть кошки вспушилась, а хвост завертелся в такт поглаживанию.

— Мур-мур-мур!

— Так, всё к столу, – строго скомандовала бабушка, – ишь, расчувствовались. Успеете ещё наговориться, погладиться и обнюхаться.

Все – и люди, и животные – дружно пошли в дом. С бабушкой шутки плохи. И только сокол Паша остался на своём шесте, внимательно осматривая округу. Работа у него такая — бдеть за всей деревней.

3

Войдя в небольшую прихожую с аккуратными половичками и разложенными повсюду ящиками и коробочками, они разделись и, натянув на ноги обязательные тапочки, перешли в гостиную с самой настоящей русской печкой. Посреди гостиной стоял накрытый большой стол со стульями. Рядом со столом стоял шестирукий робот Яша – социальный робот, которых государство выдавало всем гражданам по выходу на пенсию. Бабушка вначале не хотела его брать, дескать, справлюсь сама, но потом смирилась. Тем более он готовил просто восхитительные блинчики. И бабушка честно признавала, что они у него выходят лучше. А вот бабушкин борщ и пироги робот не перещеголял.

— Здравствуйте, дорогие гости, прошу к столу, – поприветствовал он родителей Маши и отдельно поздоровался с девочкой, – здравствуй, Маша.

Мама, папа, Коля, Маша и сама бабушка уселись за стол. А там… посередине стола возвышалась большая сковорода с жареной картошкой с грибами, рядом с ней пристроились тарелочки с малосольными огурцами и маринованными помидорами. Чуть дальше исходили ароматами тарелки с пареной репой и салатами из зелени. У левого края расположился противень с бабушкиными пирогами, с правого стояла ещё одна сковородка с яичницей. И пахло это всё просто невероятно вкусно.

— Так, – радостно потянулась папина рука к картошке, – прямо как в моём детстве.

Мама быстро наложила себе салата из огурцов и редиски со сметаной, а Маше – пареной репы.

— Попробуй, Маша, – добавила она, – это очень полезно.

Та сразу принялась её разминать вилкой, как картошку. А вот на вкус она больше походила на варёную редиску с немного островатым привкусом.

— Ешьте, гости дорогие, – ворковала тем временем бабушка, подкладывая на тарелку зятю хрустящие солёные огурчики, – всё своими руками выращенное, натуральное, домашнее.

— Елена Ивановна, – воспользовался моментом папа, – а нет ли у вас…

— Нету, Виктор Павлович, не держу этого… – строго ответила бабушка и показала отцу на часы. Дескать, позже, вечером, как дети уйдут.

Маша тем временем перешла к яичнице. Вроде такой же, как дома, но необыкновенно вкусной. Ам-ам-ам.

Рекс и семейство кошек тем временем тоже уткнулись в миски, радостно похрумкивая, урча и мяукая. Бабушка если уж кормила, то кормила всех и вдоволь. Эта привычка осталась у неё со студенческих времён, когда она, молодой зоолог, излазила полмира в поисках редких видов. Ну а поскольку в экспедициях она часто оказывалась единственной девушкой, именно ей выпадала почётная должность повара. И ей это настолько нравилось, что после трёх лет в экспедициях она чуть было не открыла собственный ресторан. Спас её от этого начинания будущий доктор биологических наук Павел Александрович Зверев (он же дед Паша), поспособствовавший уходу в декрет будущего кандидата тех же наук Елены Ивановны Зверевой (в девичестве Собакиной).

4

Уже под вечер Маша и Коля в сопровождении Рекса отправились на речку Берёзовку. Она находилась в километре от Петрово, а ещё километрах в пяти впадала в Мелечу. У Берёзовки тоже раньше стояла деревня, но сейчас на её месте росла берёзовая роща. Восстанавливать деревню никто не стал, Петрово вполне хватало для всех московских и питерских дачников, чьи предки некогда жили в округе. А вот заболотившуюся было речку, когда начался бум дачного туризма, почистили от тины и болотного мха и оборудовали на берегу небольшой пляж с белым песочком, навесами от солнца, мангалами для шашлыков и небольшой вышкой для робота-спасателя Кеши.

— Привет, Кеша, – привычно окликнула робота Маша, подойдя к деревянной вышке. Рядом с ней уселся на песок Рекс. Неторопливо облизывая лапы, он внимательно слушал разговор девочки с роботом.

— Привет, Маша, – нарочито механическим голосом ответил тот и спустился с вышки. – Рад, что ты приехала на лето. Внешне робот напоминал какого-то тритона из древнегреческих мифов. Гладкое обтекаемое тело, руки и ноги с плавниками. И это неудивительно, ведь кроме контроля за порядком на пляже, Кеша был ещё и роботом-спасателем.

— Как вода, Кеша?

— Температура воды +20, воздуха +25. Купание разрешено.

— Спасибо. Есть новости?

— Есть. Кулагины приехали уже и Миша тоже, а завтра приедут Ивановы – их будет трое: Оля, Лена и Коля, – отбарабанил Кеша. – А ещё у меня под вышкой кроты появились. Шумят ночью, работать мешают.

— А я и не знала, что кроты у речки живут, там же воды много?

— Так, Маша, хватит с этой железякой балакать, – вмешался Коля. – Пошли, искупаемся полчасика, а потом позагораем. А потом я ещё рыбу хочу половить.

— Я совсем не железяка, – обиделся Кеша.

— Он совсем не железяка, – поддержала его Маша.

— Так… хватит спорить со мной, – ответил Коля. – Быстро купаться. Он уже понял, что зря обидел Кешу, которого знал с трёх лет, но признаться в этом не мог.

— Ладно, ладно… – не стала спорить Маша, которая тоже хотела купаться.

Сняв шорты и майку, Маша вошла в слегка тёмную речную воду. Ласковая и тёплая, она нежно приняла в себя девочку.

— Ребята, смотрите, в ямы не заплывайте, – тревожно напутствовал их с вышки Кеша. – Почувствуете ногами холод, сразу назад.

— Ав-вав! – поддержал робота пёс, стоявший рядом. – Ва-а-вав!

— Да как-нибудь уж… – отмахнулся от робота Коля. – Не первый год плаваем. Кеша в ответ промолчал, он был всё ещё обижен на Колю.

— Хорошо, Кеша, будем осторожны, и ты, Рекс, не беспокойся, – поспешила успокоить обоих хранителей Маша. Она чувствовала лёгкий стыд перед Кешей за своего троюродного брата и товарища по летним играм.

Тем временем Коля доплыл до другого, заросшего деревьями берега. Маша плыть туда боялась, хотя знала, что даже в середине речки глубина не достигала и её роста. А вот Коля, помахав ей руками и сорвав что-то, поплыл обратно. Через пять минут он доплыл до неё, уже разложившей на берегу полотенце и отжимавшей свои густые русые волосы.

— Дарю, Маша, – почему-то покраснев, протянул ей пучок кувшинок Коля.

— Ой, Коля, спасибочки тебе, – обрадовалась Маша и, взяв в руки букет, вдохнула аромат белых лепестков. Она очень любила цветы, а кувшинки в особенности.

— Хочу напомнить, ребята, – вмешался строгим голосом в их общение Кеша, – что хотя кувшинка белая и не входит в Красную книгу России, исключили её оттуда всего три года назад. И я вынужден буду сообщить о том, что рвали цветы, вашим родителям.

— Ну, Кеша, миленький, – обратилась к нему Маша жалобным голосом, – не надо сообщать родителям. Коля просто хотел сделать мне приятное.

— Ну, не знаю… – засомневался было Кеша. В его голове боролись «модуль порядка», требовавший соблюдения правил, и его «педагогический модуль», настаивавший, что детей обижать нельзя.

— Кеша, – виноватым голосом заговорил Коля, – ты уж прости меня, что я тебя железякой назвал. Не прав я.

— Ну, хорошо, – смягчился робот. – Цветы же не в Красной книге – значит, нарушения правил нет.

— Ва-ав-ва-а! – призывно залаял на них Рекс и показал лохматой головой на приближающееся к середине небосклона солнце.

— Да-да, Рекс! – послушно ответила ему Маша. – Идём обедать.

И они нехотя, собрав вещи, направились в Петрово к бабушке.

5

На следующий день во дворе у бабушки собралась вся их прошлогодняя кампания: Маша, Миша, Коля, Оля, Лена и Ваня. Главарём этой банды, как их называла Елена Ивановна, был Миша – семилетний высокий рыжий парень. Его «заместителем» был Коля Серов (троюродный брат Маши). Девочки (Маша, Лена, Оля) во всём слушались своих вожаков, хотя Маша иногда и спорила с обоими, когда те что-нибудь напортачат. А вот Ване Фёдорову только недавно исполнилось шесть, и он ни с кем не спорил, впрочем, и в истории старался не попадать. Словом, пока он был примерным мальчиком.

— Давайте в космических десантников играть, – с ходу предложил Миша.

— Это как? – заинтересовался Коля Серов.

— А так. Сделаем себе скафандры, бластеры, построим корабль.

— Это как в новом фильме «Звёздный десант», где они против жуков воюют.

— Давай.

Так и решили, все возражения и предложения девчонок были отметены. Какая больница, какая школа? Космодесант и космодесант.

Позаимствовав у бабушки картон и деревопластик, космодесантники начали изготовление скафандров. Для начала Миша разрезал картон на несколько частей – два прямоугольных куска картона на тело, моток деревопластика на ноги и руки. Венцом творения стал шлем, склеенный из кусков картона. Закончив и надев на себя основу скафандра, ребята принялись раскрашивать их.

Тут пионерами выступили девчонки, покрывшие скафандры цветочками и листиками. Увидев это, Миша зарычал:

— Какие цветочки и листики? Вы же космодесантники!

Пришлось девочкам превращать цветы и листочки в луны и звёзды, в отместку они изобразили на скафандре Миши какое-то зелёное чудовище. Миша на удивление этому обрадовался:

— Оу, я капитан Миша из отряда Звёздных драконов, – скомандовал он остальным. – Начинайте строить звездолёт, мои верные космодесантники. И пришлось строить этот звездолёт. Для начала Коля и Миша выровняли взятыми у бабушки лопатами землю во дворе, затем вбили по периметру трёхметровой площадки колья из бабушкиной изгороди и завесили всё это кусками деревопластика. Получилось нечто продолговатое с крыльями. По центру Миша оставил иллюминатор, а сбоку – вход.

— Оу! – скомандовал Миша. – Отряд, грузимся на корабль! И отряд послушно залез в корабль, набившись туда, как сельди в бочку.

— Стоп! – опомнился Миша. – Какой же мы космодесант без бластеров? Коля, назначаю тебя главным корабельным оружейником, быстро сбегай до дедушкиной мастерской и возьми несколько досок и пилу.

— Есть, капитан! – отреагировал Коля и побежал в расположенную рядом мастерскую. Дед Вася любил вытачивать из дерева разные поделки и с радостью дарил их детям. Но после смерти деда мастерская осталась без хозяина, чем и воспользовались Коля с Мишей.

Остаток времени до ужина мальчики занимались изготовлением бластеров из дерева, а девочки благоустраивали корабль. Так в корабле появился камбуз с запасом пищи, аптечка, лежанка для капитана и даже лежанка для Рекса, которого Миша определил в союзный космодесантникам инопланетный организм.

Под вечер на произведение рук внучат вышла посмотреть Елена Ивановна.

— Господи, – запричитала она, – что ж вы с изгородью-то сделали? Немедленно верните всё назад!

— Бабушка, – стал оправдываться Коля (Миша к тому времени ушёл домой), – мы это… временно только… поиграем и вернём.

— А огород кто от зайцев будет защищать? Они в прошлом году всю морковь с капустой пожрали.

— Не сердись, бабушка, – поддержала Колю Маша, – завтра придумаем что-нибудь.

6

Утром на аэротакси прилетели дедушка Лёша и бабушка Лена. Их сопровождал суровый робот-охранник Евгений. Высокий седовласый дед, одетый в синий френч с планками наград, отглаженные брюки и начищенные до блеска ботинки, вошёл в дом широкими шагами. Следом за ним вошла слегка полноватая бабушка Лида в красивом зелёном платье.

— Ну, как вы, мои дорогие? – спросила с ходу бабушка Лена. Говорила она быстро, но чётко проговаривая слова. – Соскучились по бабушке Лене и дедушке Лёше?

— Соскучились, соскучились, – с улыбкой ответила Елена Ивановна. – Коля три дня спрашивал, когда дед приедет. Уж больно он космосом увлёкся, вот и ждёт деда.

— Увлечение космосом – это хорошо, – вмешался в разговор дед, голос его был спокойным и уверенным, – если только не приводит к хулиганству. И тут он посмотрел на Колю.

— Дедушка, бабушка, – взмолился Коля, – да, исправим мы всё.

— И как исправите? – строго спросил дед.

— Мы… мы! – потерялся было Коля. – Мы пугало поставим.

— Пугало?

— Пугало, – подтвердил Коля, – да такое страшное, что ни один заяц к огороду не подойдёт, ни одна ворона не подлетит.

— Ну что ж… – дедушка сделал вид, что задумался, и одновременно подмигнул Елене Ивановне: пугало – это интересно. – Сейчас тогда позавтракаем и займёмся пугалом.

— Так, моем руки, – начала распоряжаться бабушка, – и быстро за стол.

На завтрак у неё была восхитительная гречневая каша с молоком, булочки с мёдом и вкусный чай. Детям досталось ещё по кружке тёплого молока. Все с увлечением принялись уплетать завтрак, причём бабушке пришлось даже затормаживать Колю, который буквально глотал кашу, попутно откусывая большие куски от пирога.

— Коля, ешь медленнее, еду надо разжёвывать, никуда твоё пугало не уйдёт.

Наконец колино мучение закончилось, и он вместе с дедушкой и Машей отправились в мастерскую. Кроме станков и инструмента, в ней было много всякого хлама. Бабушка скидывала туда все лишнее.

— Итак, из чего хочешь сделать пугало, Коля? И какого размера? – спросил мальчика дедушка, усевшись на пенёк, служивший в мастерской стулом.

— Ну… из рейки, на неё можно мешок, набитый соломой, посадить, а голову из ведра сделать, – оглядывая мастерскую, ответил Коля. – Руки тоже из реек.

— Молодец, – похвалил внука дед и тут же поправил: – Быстро сообразил. Только чем твоё пугало страшное будет? Ведром, что ли?

— Ну, мы рожу нарисуем ему и страшные глаза, – поддержала брата Маша.

— Ну, рожу-то намалюем, но всё равно нестрашно будет. Давайте ещё думать.

— А давайте ему руки движущиеся сделаем, — предложил Коля, заметив сервопривод от сельскохозяйственного робота и старый монитор. — Подключим, чтобы он страшно кричал.

— В целом неплохо, — одобрил идею дед. — Только страшного крика не надо, сами ночью испугаетесь и соседей напугаете.

— А давайте ультразвуком зайцев пугать, — предложила Маша. — Я документальный фильм про животных смотрела, там говорили, что они ультразвука боятся.

— Молодчина, Маша. Ну что ж, начнём.

И они начали собирать пугало.

Коля под бдительным контролем деда собрал каркас пугала из деревянных реек, затем прикрепил к нему сервопривод с двумя деревянными же руками. К сервоприводу подсоединил старый аккумулятор и попробовал запустить. Два движения руками — и сервопривод замер.

— Почему не работает? – огорчился Коля.

— Сейчас заработает, — усмехнулся дед. — Так отрубей для мозгов у нас нет, воспользуемся микропроцессором.

Дед присоединил к сервоприводу небольшой микроконтроллер, потом перепрограммировал его на несколько произвольных движений, и — вуаля! — каркас пугала стал размахивать руками. Затем дед присоединил к каркасу и микроконтроллеру микрофон, переделанный им под ультразвук. После чего ещё раз проверил, как всё работает.

Осталось надеть на каркас мешок, набить его соломой и раскрасить холст на голове-ведре. Последнее сделала Маша, недаром она ходила в художку. И получилось пугало на удивление.

— Ну что ж… – похвалил ребят дед. – Испытаем поздним вечером.

7

Но поздним вечером вместо испытания пугала Маша, Коля и вся их компания отправилась на речку — ловить раков и печь картошку. Ушли они под наблюдением Рекса и дедушки Лёши.

На берегу Берёзовки их встретил всё тот же вежливый Кеша:

— Здравствуйте, ребята, – поприветствовал их Кеша. – Здравствуйте, Алексей Леонидович.

— Здорово, Кеша, – поздоровался дедушка. – Всё сторожишь?

— Сторожу – как живой, – вздохнул Кеша.

— А подскажи, Кеша, где тут можно дров найти и где раков больше всего.

— Дрова вот здесь, – радостно ответил Кеша. – Вчера ещё нарубил, а координаты мест скоплений раков я вам скинул в метафон.

— Спасибо, Кеша. Ребята, так делимся: мальчики идут ловить раков, девочки моют картошку и нарезают овощи, а я, старик, так и быть, костёр зажгу.

— Есть, товарищ полковник! – отдал честь Миша, прислонив правую руку к вихрастой голове.

— К пустой голове руку не прикладывают, – улыбнулся дедушка. – Исполняй.

Парни сняли штаны и футболки, оставшись в одних плавках, и осторожно вошли в воду. Впереди шёл Миша с перчатками на руках, слева от него — Коля в таких же перчатках, а сзади — Ваня с ведром.

Дойдя до указанного Кешей места, Коля с Мишей принялись щупать руками дно. Минута, вторая, третья… Наконец, радостный Миша закричал:

— Поймал, поймал!

— Где? – радостно спросил Ваня, выставив вперёд ведро.

— А здесь! – и Миша показал руки с большим коричневым раком и опустил его в ведро.

— И я поймал! – закричал Коля и кинул в ведро рака поменьше.

Дальше дело пошло, и спустя время парни наловили полное ведро раков.

Тем временем девочки вымыли картошку и разложили её на траве вокруг разведённого дедом Алексеем костра. Костёр получился на загляденье, его всполохи озаряли всё пространство на берегу речки. Видно, что у деда был большой опыт походной жизни. На заранее сделанной рогатке висел металлический чайник. Как только он закипел, дедушка снял его с огня, и Маша щедро насыпала в чайник заварку и досыпала сахару.

Подошедшие мальчишки подвесили ведро с раками на освободившуюся рогатку. Девочки, тем временем, достали из сумки кружки и поставили их на большую доску, притащенную откуда-то дедом.

— Мальчики, присаживайтесь, – пригласила друзей Маша. – И ты, дедушка, тоже.

Порядком продрогшие в речной воде Миша, Коля и Ваня взяли в руки кружки. Тем временем Лена и Оля разложили на доске бутерброды.

— И бутеры ешьте, – сказала Лена. – Их моя бабушка Лида делала. Вкусные очень, с сыром, ветчиной и овощами.

Мальчики даже не стали спорить.

— А расскажите нам, Алексей Леонидович, про космос. Про полёты к звёздам, – попросил Миша, когда все согрелись и насытились.

— Ну, к звёздам мы с вами, ребята, нескоро полетим, – ответил сотрудник Роскосмоса с десятилетним стажем. – А вот на дальние планеты Солнечной системы – скоро. Как вы знаете, на Луне человечество уже построило три больших базы: китайскую «Пиньинь», индийскую «Индра», нашу российскую «Луноград». Ну, и несколько мелких – североамериканскую, европейскую, панафриканскую и так далее. На Марсе сейчас три больших базы – российская, китайская и индо-африканская. А вот дальше мы пока не летали. Точнее, автоматические станции летают вовсю и даже уже до пояса Койпера добрались, это практически за пределами Солнечной системы. А в поясе астероидов уже работают наша и китайская автоматические горнодобывающие станции. Но люди дальше Марса пока не летали. Но скоро полетим, – с гордостью сказал дед.

— А куда полетим? – полюбопытствовал Миша. – На Венеру?

— Нет, на Венере условия жизни совсем не подходят для человека: ядовитая атмосфера, страшная жара, высокое давление, бури в атмосфере.

— А где подходят? – не утихал неугомонный Миша.

— Ну, не то чтобы подходят, но выжить можно. На спутниках Юпитера – Европе, Ио, Каллисто, на спутнике Сатурна – Титане. Но полетим мы скоро на Европу. Там лучшие условия для жизни. Много льда и воды, более-менее приемлемая температура, ровная поверхность.

— Дедушка, а где эта Европа находится? – спросила Маша.

— Хм… – задумался дедушка и показал на точку на звёздном небе. – Вот, видите, созвездие, напоминающее чайник.

— А я знаю, что это за созвездие, – радостно вскрикнул Коля. – Это созвездие Стрельца!

— Правильно. А рядом с ним яркая бело-жёлтая звезда. Это и есть Юпитер.

Тем временем раки приготовились, а дедушка, потушив огонь, заложил в золу картошку.

— Ну что ж, ребята, – сказал он. – Пора попробовать раков. Кто первый?

— Я-я-я-я! – разнеслось над речкой.

Спустя минуты крики замолкли и началось похрумкивание. Хрум-хрум-ням-ням!

— Как вкусно, – подытожила Лена общее мнение. – Никогда такой вкусной еды не ела.

— Это вы ещё печёной картошки не пробовали, – усмехнулся дед и стал отгребать золу, вытаскивая из неё аппетитно пахнущую картошку в коричневой корочке. – Ешьте, ребята.

И снова: хрум-хрум, ням-ням.

— А что нужно сделать, чтобы полететь в космос, Алексей Леонидович? – спросил задумчиво Миша, когда все, наконец, насытились и начали довольно потирать животы. – Наверное, нужно быть сильным и выносливым, я вот каждый день отжимаюсь и подтягиваюсь.

— Прежде всего, ребята, нужно книги читать, — ответил дед Алексей. — Книги дают знания, а без знаний никакая сила и выносливость не помогут. Кроме того, нужно уметь работать в команде. Ну, и научиться преодолевать самые неожиданные трудности. Без этого никак.