Что нравится

Глава 1 Они учились в худшем классе лучшей в городе школы.

Они учились в худшем классе лучшей в городе школы. Ибо Анжела и Гришка- они плохо слушались и не всегда умели слышать.

В силу возрастного максимализма, они считали себя очень умными, а других интеллектуально отсталыми. И он, и она отрицали насилие.

И он, и она обходились язвительной силой могучего русского языка, интеллигентно оскорбляя, вместо того чтобы по-честному использовать кулаки. И, да, они жутко не любили, скорее ненавидели друг друга и регулярно ссорились.

Однажды, когда у кого-то из них случилось плохое настроение, они сцепились языками и он крикнул ей: «заткнись!». Она тоже крикнула ему что-то обидное. Оба фыркнули. Повели носами-разошлись кормами.

После уроков Гришку встретил Лёшка. За школой, с другой стороны от парадного крыльца. Лёшка придерживался популярных и несложных поведенческих регламентов.

Он жил правильно, просто и по-честному: в случае встречи с несправедливостью и непонятными явлениями он бил виноватых, без всяких там интеллектуальных потуг.

Лёшка высказал Гришке претензию, которая заключалась в том, что Гришка сказал Анжеле слово «заткнсь» в то время, как Лёшка, оказывается, в неё весьма и весьма влюблён. Прямо до безумия. Согласно Алёшкиному мировоззрению, он обязательно доложен был дать Гришке в морду. Тот интеллигентно засомневался.

-Вы же с разных планет! Ей никогда не понравятся люди с интеллектуальной и культурной инвалидностью. На что ты надеешься?

-Ты тупой штоли? -спросил в ответ Алёшка и ударил Гришку по лицу. Потекла кровь.

Подтянулись первые зрители из числа школьников.

Гришка улыбнулся и заметил:

-Лёх, ну, дурак и русалка, они если честно не пара, не пара, не пара …..

Раздался второй удар. Гришку откинуло к стенке. Снова улыбка:

-Лёх, ты бы завязывал с этим. Сделай наконец правильный выбор: либо кикбоксинг либо мозг. Третьего не дано.

Лёха, красиво махнул ногой и пнул Гришку. Тот упал. Спросил:

-Леха, ты можешь объяснить наконец-то словами, почему я не имею права сказать «заткнись» девочке, которая меня обматерила? За что ты меня бьёшь?

Лёха насупился, сморщил лицо и растерянно ответил:

-Тебя ещё раз ударить?

Гришка осмотрел свою грязную, местами порванную одежду, ощупал окровавленные части тела, картинно задумался и ответил:

-Пожалуй на сегодня хватит, я всё понял, - потом Гришка сделал паузу и добавил:

-Но, всё же ты того, голову на тренировках береги.

Лёха перестал бить, беспомощно опустил руки, не в силах объяснить Гришке простую истину о том, что нельзя обижать людей, тем более Анжелу.

Драка закончилась, зрители перестали снимать происходящее.

Случилось так, что в тот же вечер одноклассницы избили Анжелу. Сказали, что избили за то, что Лёшка из—за неё избил Гришку.

Интересно, что Анжела позвонила Гришке в тот вечер. Спросила его, кто такой Лёшка. Узнала, что это её одноклассник. Они посмеялись над тем, что не знают имён многих одноклассников. Поговорили про то глупость насилия.

-Слушай, может мы с тобой не будем больше ругаться, а то нас поубивают эти внуки девяностых? Может сходим на концерт Наташки Белкиной? – Гришка звучал необычно умиротворённо.

Ей послышалась нежность.

-Я тоже тебя люблю, -вырвалось у Анжелки.

Глава 2 Двоечник из деревни.

Валялись ли вы в настоящем поле тюльпанов? Весной, раскинув руки в сторону, уставившись в серое небо? Валялись ли вы на земле, среди красно-желтых цветов, без мыслей, когда внутри бултыхается детское нелепое счастье? Если нет, то поверьте – это здорово. Это захватывающе.

Преодолевали ли вы по весне дорогу, которая разбита лесовозами? Дорогу, которая по щиколотку, а где-то и по колено, наполнена жирной грязью, вперемежку с навозными вкраплениями? Если вы думаете, что это совсем не здорово, что это неприемлемо для современного цивилизованного человека, то я поддакну вам.

Так вот, среди этой самой грязи и тюльпановых полей, в советской леспромхозовской деревушке жил да был Алёшка.

Когда это случилось, Алёшка учился то ли в седьмом, то ли в восьмом классе. Алёшка мечтал водить «КАМАЗ», потому за оценками не гнался. Он рос с матерью, без отца, но с тремя сёстрами в соответствии с финансовыми возможностями. Покуривал, чтобы быть взрослее, в свободное время помогал зажиточным соседям ухаживать за лошадьми. Лошади - это здорово, и немножко прибыльно. Соседи нередко благодарили Алёшку материально, проявляя милосердие к неудачному недотёпе. Тюльпаны, лошади, пусть даже грязь, но это всё же счастье!

Было начало перестройки, когда в эту размеренную невзрачную Алёшкину жизнь вторглась новенькая математичка. Устроившись в школу, она стала заставлять его учиться. Удивлённый, Алёшка противился, утверждая, что для хороших оценок есть отличники и хорошисты, а ему и тройбан сойдёт.

Математичка в ответ стала ставить Алёшки плохие оценки за малейшие ошибки. Она установила режим нулевой терпимости. То, что прощалось отличникам, за что «журили» хорошистов, Алёшке несло беспрецедентный террор со стороны математички и двойки в дневник. Она оставляла его после уроков: приходилось решать по двадцать - тридцать задач. Такой вот советский мотиватор.

В советское время ученики так, как сейчас не жаловались на учителей. Не принято было.

Алёшка терпел «издевательства», однако придерживался мнения, что ему, для того чтобы стать водителем «Камаза», математики не нужно. Математичка не обращала внимания на скептицизм и продолжала требовать результат. Безапелляционно, как немецкий надзиратель.

По осени, где-то в ноябре, Алёшка получил первую пятёрку по математике. Потому, что учебник кончился – все задачи были прорешаны. Сравнив себя и старательных отличников, Алёшка с восторгом подтянул остальные предметы. Вторая четверть завершалась блестяще. Было очень непривычно.

Одноклассники удивились Алёшкиным успехам всем составом.

О том, что Алёшка умный узнали родители одноклассников, а затем и вся деревня. Появились слухи о чудесном просвещении. Как объяснение чуду, поползли слухи о жестокости методов математички.

Так случилось, что родители одноклассников вдруг стали замечать недостатки в способах преподавания математички. Появились жалобы.

Математичка тем временем заставляла Алёшку решать задачи из дополнительных задачников. Вероятно, что сил на других учеников не хватало. Вероятно, что им не хватало внимания.

Одна из родительниц написала в центральную газету(могу соврать, но вроде бы Литературная газета была). Приезжали журналисты. Исследовали профпригодность математички. Изучили успеваемость. Криминал обнаружен не был.

Позже были проверки из ГОРОНО. Математичку попросили не выделяться. Обстановка накалялась. Остальным педагогам было непонятно рвение Математички. Нервы тратились. Окружающий мир всё меньше и меньше прощал ей отклонения от учебной программы. Угрюмая и немного нелепая, упрямо она продолжала учить Лёшку. Надеялась она на него. Очень.

Зимой он с лёгкостью решил вступительные задачи ЗФТШ МФТИ. Поступил. Ходил Алёшка по деревне умный и важный.

В мае математичка очень просила Лёшу учиться. Говорила, что заочная физико-техническая школа – это дорога в совсем другую жизнь, полную науки и свершений. Утверждала, что Алёшка Гений. Да.

Потом она уехала. Когда кончились тюльпаны и высохла грязь. Перестройка лютовала в те времена. Пропитание становилось всё скуднее.

По голливудскому сценарию, по сценарию котолампы, Лёшка должен был бы стать профессором, выбравшись из грязной деревушки, выжив среди бандитизма 90-х и всю жизнь благодарить математичку… Он действительно, с лёгкостью мог бы пройти этот путь. Природа дала ему много таланта.

Но случилось так, как должно случиться:

Лёха водит грузовики. Дети у него есть: двое. Живут без телефонов, без телевизоров. С учебниками. Дети надеются поступить в Гарвард. Лешка надеется. Очень.

Глава 3 Дети врагов. История одной картины.

Иванов поднялся на сцену, посмотрел в тёмноту зала и, смущаясь, стал наполнятья восторгом. Левый глаз его стал мокрый от счастья. Восхищённое лицо ведущего с профессиональной искренностью приветствовало Иванова.

На столе Иванова ждал радостный приз за самую пронзительную живопись.

***************

Две недели назад Анечка нашла для Иванова ссылку в интернете с условиями конкурса живописи. Условия конкурса подразумевали неплохие деньги победителям и Иванов со скрипом согласился на участие. Картины должны были иметь общественно значимый смысл.

Иванов никогда не писал картин на общественные темы. Нужно было что-то быстренько сообразить и написать картину. Иванов последнее время рисовал рекламу, комиксы, эротику и всё, что продаётся. Через семь секунд просмотра рисунки Иванова становились скучными.

Что-то пронзительное у него не получалось.

***************

-У меня денег нет а надо срочно нарисовать. Без тебя одни пошлости. Помогай.

-Чего надо-то?

-Просто посиди час, пока я рисую. Надо очень.

Анечка сидела на стуле, смущаясь и рассматривая Иванова, который рисовал для конкурса. Он говорил что-то не совсем складное. Она слушала.

-Ты знаешь, мир, как это архаично не звучит – это самое важное, что есть у человечества. Очень плохо, что мы воюем. Воюем с теми, кто был нашей частью в течение веков. А мир он для детей. Я не знаю, как это говорить. Не умею. Поэтому нарисую.

Его глаза сверкали. Он, почти не глядя, разбрасывал мазки по холсту. Она положила голову в ладонь и любовалась одержимостью Иванова. С печалью и лёгкой улыбкой.

- Мне кажется, что если показать детей врагов, которые дружат назло взрослым, назло пропаганде, то завтра может быть войны будет меньше.

Иванов вопросительно посмотрел на Анечку. Та одобрительно кивнула.

-Хочешь большую шоколадную швейцарскую конфету? Я тебе купил специально.

Иванов говорил немного хрипло, немного несмело...

-По случаю твоего пришествия. Конфета обалденная, дорогая. Такие в городе не продают.

-Нет. Спасибо.

-Бережёшь фигуру?

-И её тоже. Ещё зубы.

Иванов спрятал расстроенное лицо за мольбертом. Пришел в себя. Снова повеселел. Наполнил голос бодростью и шутливым тоном:

-Отговорки это всё. Ты никогда не брала мои подарки.

Но спасибо, что пришла. Я сейчас обязательно напишу шедевр. Потому, что ты пришла. С тобой я не умею врать и фальшивить.

Из-за тебя я чувствую, в глобальном, хорошем смысле этого слова. То есть не только себя чувствую, но и вселенную,всех людей, весь мир.

Какое – то время они смело смотрели друг другу в глаза. Потом он снова стал рисовать. Что-то говорил. Она что-то слушала.

***************

Два подростка были на картине Иванова. Мальчик и девочка. Видно было, что они только, что играли. Мальчик прятал девочку в нише полуразрушенного дома. Рядом был строгий и патриотичный воин. Его нога стояла на расколотом фарфоровом гномике.

-Анечка ошеломлённо смотрела на картину. Молчала минут пятнадцать. Иванов торжествовал с раскрытым ртом. Анечка пришла в себя, встрепенулась, провела руками по волосам Иванова:

-Мне пора.

***************

Иванов машинально взял в руки приз, всматриваясь в зрительный зал. Ни разу он ещё не нравился такому множеству людей сразу. Ни разу его не разглядывали массы.

Не хватало Анечки. Но её присутствие - это уже из области фантастики.

***************

В уютной комнате раздался довольный жизнью мужской бас.

-Аня, смотри-кась, иди сюда. Помнишь я тебе показывал одноклассника? Который художник? Который не в себе? Иванов который?

Анна подошла к телевизору. Там сверкало награждение конкурса живописи.

-Смотри-кась, лохопед лохопедищем, а получил какой-то приз за свою мазню.

-Пойдёмте кушать! – позвала Анна пустым голосом.

-А ну-ка семья! Все вперед! Кушать котлеточки! Урааа! На абордаж!

Взрослый мужчина с двумя детьми подмышками, подпрыгивая и дурачась, проскакал мимо Анечки на кухню.

Глава 4 Профи

Александр Витальевич был высококлассным специалистом, поэтому имел право на две свободы, которые не доступны большинству: материться на работе и говорить с начальством на равных. Эти свободы очень гармонично накладывались на его природный дар к изысканной, почти придворного уровня речи.

Однажды, когда у Александра Витальевича кипела работа, к нему зашел начальник: он занес ценные указания сверху для Александра Витальевича. Начальник рассказывал и показывал свой руководящий статус для оправдания важности. Виталик, будучи сообразительным малым быстро сообразил суть, и прервал высокие глаголы: -Понял Вас товарищ начальник, незамедлительно приступаю, можете быть свободны!

Товарищ начальник был раздасован повелительным глаголом Александра Витальевича, поэтому принял волевое решение продолжить указывать, дабы показать превосходство своего статуса. Александр Витальевич осознал ошибку и понял, что занудство мелочных рассуждений будет продолжено. Товарищ начальник тоже совершил ошибку, однако имел неосторожность испытывать эмоции обиды, поэтому ошибку не осознал заранее. Он продолжал уже пятую минуту рабочего времени и явно перегибал палку, расписывая очевидные для Александра Витальевича детали. Александр Витальевич - он из тех людей, которые считают что указание очевидных вещей является унижения сознания человека.

В связи с этим, Александр Витальевич собрался с мыслями и тихим, почтительным, ровным голосом изрек: - Уважаемый господин менеджер, я испытываю глубочайшее почтение к Вашему интеллектуальному превосходству и высокой должности, однако, осмелюсь дать Вам весьма непочтительный совет: не могли бы Вы пойти на …, дабы не мешать работать и повысить производительность труда и эффективность производства. Товарищ начальник не сразу заметил матерный посыл затерявшийся среди достойных слов; он оказался не готов ответить.

Начальник просто не умел среагировать на пролетарскую грубость, закатанную в интеллигентные обороты. Да и что он мог противопоставить: материться в ответ нельзя – корпоративная этика не позволяет, гнобить тоже нельзя – порой без Александра Витальевича, как без рук: специалист он уникальный; жаловаться нельзя – засмеют свои же, да мат к делу не пришьешь. Ну а в комнате все поняли, что начальник удивительным образом сглотнул оскорбление.

Плечи начальника упали вниз и он, как женщина, слегка вздорно фыркнул и пошел в кабинет успокаиваться. Виталик деловито приступил к работе. Окружающие восхищенными ртами обозначили авторитет Александра Витальевича.

Какова мораль данной истории? Нет морали, просто случай из жизни, который говорит, что даже рядовой сотрудник может прокачать себя до уровня свободного от избыточного давления человека.

И, да, история превратилась в байку. Имя в истории изменил, человек остался. И, да, мне пришлось не ржать, когда я услышал эту историю, ибо корпоративная, мать её этика.

Глава 5 Дворник в оранжевом костюме НГ

Кучка уже людей, но в возрасте до тридцати, громко говорила, соединяя слова матом рядом с крыльцом магазина «Пятерочка». Внутрь себя люди лили пиво, наружу издавался неконтролируемый смех, похожий на звуки из дикой природы. Мимо проходили другие люди, и морщились в душе, потому, что поведение кучки было неприятно, но, по привычке, боялись сказать об этом.

На противоположной части крыльца был дворник и убирал нечаянно оброненный мусор. Дворник был весьма оригинален тем, что в руках его был современный инструмент оранжевого цвета: оранжевая метелка, оранжевый совок на ручке, большой оранжевый короб для мусора на колесиках. Возникала загадка: куплено или своровано сие дорогостоящее оборудование. Сам дворник был одет так же во все оранжевое и чистое: оранжевый комбинезон, ботинки, перчатки и кепка. Создавалось ощущение, что это дворник с Красной площади, а не из провинции. На лице дворника была очень аккуратная борода, как у европейских модных мужчин. Глаза дворника были полны спокойствия и достоинства, как у Буддийских монахов, которые не переживают даже когда приспичило, но некуда.

Дворник убирая мусор на своем пути, добрался до кучки людей с алкоголем внутри. Он наклонился к пьяным в ноги за бутылкой, потому, что она была круглая и её трудно поднять с помощью инструментов. Пьяные обрадовались поводу смеяться - один из них выразился словом ГЫГЫГ.

-Эээ смотри, нам дворник кланяется! – сделал для всех открытие кто-то из кучки. Кучка издала хором несколько раз слово ГЫГЫГ и много раз передернулась от смеха.

Ситуация была действительно комичная, как не рассуждай: казалось, что приличный человек кланялся кому – то из зоопарка. Дворник был спокоен, как президент перед народом– он поднял бутылку, положил её в короб, стал подметать между ног с пьяными телами. Его лицо было, как у человека читающего книжку – то есть он не замечал нехороших людей вообще. Как будто он был свободен от необходимости бояться, стыдиться своего положения, как будто он был лишен возможности переживать что –ли. И на это обратили внимание пьяные ужелюди:

-Э, поклонись ещё раз, пивка дадим глотнуть! – ужелюди сделали дворнику предложение с унижением.

-Спасибо большое, но нет. – Сказал дворник спокойно, как большой начальник говорит неразумным подчиненным.

Скрытый смысл интонаций ужелюди поймали быстро и кучка проявила находчивость и сообразительность: об бетон разбилась бутылка и пахнуло пивом, которое намочило крыльцо. Люди шли себе туда – суюда и не замечали ничего, потому, что у них были важные дела.

-Мы же предлагали наклониться за пиво, не согласился – теперь кланяйся бесплатно, - раздалось уже привычное хоровое ГЫГЫГ, ужелюди снова подергались от смеха. Дворник, сволочь такая опять был спокоен. Он взял метлу с совком и стал сгребать осколки. Кучка разгневалась спокойствию и начала громко глумиться, подбадривая дворника и подсказывая, как лучше мести.

И было даже завидно от того, что дворник не расстраивался за мелочи жизни, как будто он смотрел её в кино.

Там рядом торговец с востока арбузами торговал и видел всю картину. Торговец расстроился от несправедливости и стал громко кричать на ужелюдей. Он был храбрый и прогнал всех пьяных с крыльца. А потом он спросил дворника, почему тот никак не защитил свое достоинство от нападок пьяных лиц, он сказал, что за такие унижения можно и убить.

Дворник, он как то долго посмотрел в дальнее небо и сказал, что убивать не стоит, потому, что дорого это посвятить жизнь расплате за убийство.

-Убивал я уже, не помогает.

Торговец стал долго думать и молчать, а дворник добавил, что расплата не оканчивается после тюрьмы и что эти парни которые говорили ГЫГЫГ – тоже часть расплаты, которую он платит своей душой.

И долго потом думал торговец о странности бытия и часто говаривал с дворником. И узнал торговец, что дворник свободен, а он нет, ибо тратит торговец свою жизнь на арбузы, а дворник на мысли. Узрел торговец истину самого Сократа и много других мудростей- но в жизни его ничего так и не изменилось …

Глава 6 Крыша.

Однажды, Александру Витальевичу (см. https://pikabu.ru/story/profi_5848293) нужно было починить компьютер в кабинете большого руководителя. Он постучал в дверь и заглянул на всякий случай. Большой начальник был с недовольным лицом, потому, что хотел, чтобы его боялись маленькие начальники, которые сидели у него в кабинете. Александр Витальевич пожалел маленьких начальников и закрыл дверь, чтобы не мешать.

- Стой! - Крикнул изнутри большой начальник.

Александр Витальевич вернулся назад и сделал лицо недалекого человека, чтобы большому начальнику было проще общаться.

-Вот ты, как тебя зовут? Ты знаешь, почему мы целый год делаем ремонт крыши, а она, как текла, так и течет?

Большой начальник был очень сильно расстроен, и искал, кому пожаловаться.

Александр Витальевич знал, что крыша сопливила, потому, что ремонтировали её спустя рукава, дешевыми материалами, а не теми, которые нужны. Это было плохо и об этом знали все, но молчали, чтобы все было хорошо. Александр Витальевич ответил по – простому:

-Зовут меня Александр. Про крышу я ничего не знаю, я компьютеры чиню, а там все по - другому,- Александр Витальевич помялся и добавил:

- Извините, пожалуйста, но меня про крыши не учили, я про другое читал, потому не смогу Вам помочь.

Александр Витальевич проявил максимально искреннее почтение, так, что было очевидно, что он издевался над Большим начальником. Тот смекнул, что перед ним кривляются потому, что скучно и стал злым от этого:

-Ты чего скалишься? Думаешь, мне легко?

- Думаю, Вам очень трудно, - кратко ответил Александр Витальевич, усиливая искренность и простоту речи.

Большой начальник открыл рот, чтобы наорать, но вдруг придумал мысль про то, как быть. Он взял аккуратненько Александра Витальевича за локоть и вывел из кабинета в приемную.

-Слушай, будь другом… Александр, как тебя по отчеству? – поинтересовался большой начальник.

-Витальевич, - ответил Александр Витальевич.

- Слушай Александр Витальевич, тут такое дело… Будь другом… Материться умеешь?

- Нет, что вы, мне ругаться в детстве мама запрещала, а в книжках материться не учат, - врал на свою голову Александр Витальевич. Изрядная смелость и неординарность общения заинтересовала Большого начальника.

-Молодец! – похвалил начальник, чтоб Александру Витальевичу стало приятно и закомандовал:

-Значит, слушайте, Александр Витальевич! Это приказ, который нее обсуждается! Вы с сегодняшнего дня и до полной починки крыши будете материть тех, кто в кабинете, будете издеваться над ними и глумиться любыми вербальными способами. Отказы не принимаются! - Большой начальник очень широко и радостно растянул свой рот, потому что был горд за идею, про суть которой он смолчал.

Александр Витальевич понимал, что спорить с руководителем, которого посетила мысль бесполезно – Большой начальник был в фазе озарения фантазией. Александр Витальевич сказал коротко, без издевательства:

-О’кей!

Они вернулись в кабинет, где Большой начальник сказал маленьким, что он узнал, о больших знаниях Александра Витальевича в области повышения уровня вовлеченности персонала, поэтому негласным образом назначает его куратором проекта по починке крыши. Большой начальник запретил маленьким проявлять любую агрессию в отношении Александра Витальевича, которого наделил самыми широкими полномочиями.

Чтобы достучаться до сердец маленьких начальников, Александр Витальевич начал с душевных и понятных фраз:

- Уважаемые руководители! Дорогие крышетрахи! Прошу Вас вытащить свои руки из поп и вернуть на приличное место! С целью повышения уровня доверия и взаимопонимания, призываю Вас не тратить свой мозг на фантазии, и не насиловать моё сознание сексуально озабоченной отчетностью.

Маленькие начальники радостно приступили к работам, в ходе которых они узнали, что являются: интеллектуальными импотентами, со стекшим под живот мозгом; равнодушными рабскими скакунами, которым зря бог дал инструмент размножения, потому, как скакать мешает.… Каждый день Александр Витальевич придумывал новые эпитеты, дабы повышать активность и развивать сообразительность у чинивших крыши. Предприятие плакало от смеха над ситуацией. Маленькие начальники тоже плакали, но, понятно, по другой причине. Ремонт длился недолго и на этот раз качественно.

По окончании ремонта, Большой начальник светился от счастья. Он вызвал Александра Витальевича для разговора:

- Ну, чего, молодец, держи, - он протянул бутылку хорошего виски.

-Спасибо, не надо, мне было весело, - без задора ответил Александр Витальевич. Он смотрел куда – то в угол, как будто там был телевизор.

-Чего такой угрюмый? – поинтересовался начальник, чтобы поддержать разговор.

-Да погано как – то. Нехорошо над людьми издеваться, - это же ваш косяк, что они плохо делали. Если сотрудник плохо работает, значит, начальник плохо работает с сотрудником, так, как – то, мне кажется. – Было совершенно очевидно, что Александр Витальевич во время ремонта крыши подумал про жизнь и сделал выводы.

Большой начальник сел в кресло, откинулся поудобнее:

-Соображаешь штоли? Хорошо. Да, за то, как работают люди отвечаю я. Безусловно, люди работали плохо. Сейчас они работают хорошо?

-Нормально.

- Я на них кричал, оскорблял?

- Нет. – Александр Витальевич почувствовал, что теряет инициативу в разговоре и насторожился.

-Смотри, я придумал так, чтобы они стали работать хорошо. Я придумал для них ужасную альтернативу, которая их пугает больше всего на свете. Знаешь, что имеет линейный начальник? Не деньги – они получают чуть больше рядового сотрудника, но гораздо меньше хорошего программиста. Начальники имеют статус, именно это, дурацкие внешние атрибуты и почитание – это основной интерес любого руководителя, деньги вторичны. И, даже если я бы на них орал и издевался, то они бы восприняли это, как норму, потому, что старшему по должности орать на младшего – это норма. А вот младшему глумиться над старшим – это крах! И когда ты издевался над ними ты, они понимали, что были лишены фундаментального мотива носить пиджак – они были лишены своего статуса. Понимаешь это? И теперь они будут пахать, потому, как понимают, что я могу отнять у них самое дорогое, не увольняя с работы. Соображаешь?

Александр Витальевич выслушал иезуицкий расклад и сказал:

-Да, и ещё они будут бояться вашей непредсказуемой изобретательности. Увольняюсь я…

Начальник нахмурился, лицо его стало немного страшным.

-Нет, ты не уволишься. По причине моей непредсказуемой изобретательности.

P.S. Александр Витальевич не уволился.

Глава 7 Просто так.

Они лежали глазами на луну в траве у озёра в кустах.

- давай заорем?

- Я не знаю, что орать...

-Я тоже не знаю, сейчас чего нибудь придумаю...

- Луна, как жизнь?

- Нормально

-А мы придурки!

- Да здравствует КПСС!

-Я люблю тебя! Свободааа! Да здравствует двадцатый съезд комсомола!

-Не важно!

- Давай целоваться!

-Урааа!

-На абордаааж!

.....

Они лазали руками и всем остальным чем возможно друг в друге и задыхались от происходящего. С неба равнодушно ухмылялась Луна, повидавшая подобных ситуаций...

......

-Нас слышали... Начнут болтать сплетни...

-Нам лучше не палиться.

-Я пошла одна, не ходи за мной ... Ой извини... Она помогла ему подняться и сесть. Потом протолкнула коляску на тротуар в фонарный свет...

- Ты был счастлив? - она поправила блузку.

Он улыбнулся губами...

-Ты была?

-... - она улыбнулась и пошелестела в темноту лёгкой упругой походкой, красивая и летящая.

Он посмотрел туда где должны были быть ноги и крутанул колёса инвалидной коляски в сторону санатория...

- Да, я был счастлив...

Глава 8 Нижняя точка разочарования.

В проектной деятельности есть такое понятие, как нижняя точка разочарования в новой технологии. Она наступает после того, как общественный ажиотаж вокруг новой технологии приводит к чрезмерному энтузиазму и нереалистичным ожиданиям.

«Нижняя точка разочарования» — ситуация, когда технология не в состоянии соответствовать ожиданиям и быстро гасит энтузиазм. Начинают появляться разные «уважительные» причины, которые препятствуют ходу проекта.

Человек, занимающийся проектной деятельностью, после прохождения десятка таких нижних точек часто перегорает и, отказывается от открытий и внедрений… Ниже об этом, описаны две сотрудницы, занимающиеся внедрением новшеств, одна сменяет другую:

-Зачем мы это делаем? – спросила сотрудница, во время очередного мозгового штурма. – Никто же не поймет, никому это не нужно!

Сил поддерживать её энтузиазм не было. Было очевидно, что о благодарностях за проект речи быть не могло - нас в лучшем случае не накажут. Рассказал о том, что малыми шагами мы двигаем прогресс несмотря на сопротивление, уже не работали – мы имели слишком много шишек на своих головах.

Рассказал про наши маленькие победы, перечислил достижения – не сработало.

Рассказал, что согласно циклу зрелости технологии (Hype cycle) Gartner при внедрении любой технологии есть этап завышенных ожиданий и нижняя точка разочарования- её глаза тухли уже которую неделю и я понимал, что, скорее всего она скоро сбежит подальше от управления технологиями.

- Зато весело же! – сказал я.

-Хаха, - прозвучали издевательские звуки.

- Работа, которую ты делаешь, мечта многих, ты же тоже программируешь предприятие, людей. – Лозунги не действовали.

-Я нахожусь в точке разочарования и это все,- Её глаза покрылись коркой равнодушия, которая убивает способность человека изобретать.

**********************

- Спала? - спросил я новую сотрудницу.

-Нет, два часа! – прозвучал бодрый ответ, - смотрите, что я нашла!- Её глаза горели и жаждали перемен. Она взахлеб рассказывала новые идеи и решения.

Я сидел и гадал: сколько нижних точек разочарования она выдержит: пять, десять, пятнадцать?

Глава 9 Плата за богатство.

Василий завершил замену электропроводки в коридоре дворца культуры и наслаждался отличными результатами труда.

Он курил, пока никто не видит, в кем–то забытом кресле. Наслаждался.

Невдалеке, на сцене шел конкурс талантов.

Вдруг он отчётливо услышал шаги за углом. Лёгкие, звонкие, вприпрыжку, явно женские. Затем протопали шаги тяжелые и шаркающие по полу: точно шел какой -то неряшливый балбес.

Василий мгновенно затушил сигарету и развеял дым руками.

Раздался мужской, басовитый голос:

-Красавица, стой. Надо поговорить мне с тобой. Серьёзно.

-Что вы хотели? – зазвенел звонкий девичий голос.

-Нам надо побыть вместе! Потому, что я главный. Здесь всё и все принадлежит мне, - в мужском голосе промелькнул детский фальцет и интонации заговорщика.

Образовалась пауза.

Потом за углом неуверенно девушка ответила:

-Не совсем понимаю вас.

-Чего непонятного, пошли в ресторан, объясню– Мужской голос был уверенным и грозным, и развязным. С эдаким нахрапом, что ли.

Василий оживился с широкой улыбкой. Подошёл к углу, чтобы лучше слышать.

-Я не пойду с вами, - девичий голос стал смелее.

-Если я не помогу, тогда ты не победишь в конкурсе. Поэтому нам надо дружить, -раздался шантаж мужского голоса. – Ты же не хочешь же всю жизнь работать? Я могу сделать так, чтобы тебе легко жилось.

-У меня отличный голос. Мне не нужны ваши разрешения. Оставьте меня пожалуйста.

-Пойдём со мной в ресторан говорю! Здесь нам общаться нельзя. Это повод для компромата. Никто не должен нас видеть! - мужской голос был нагл и требователен.

-Не трогайте меня! -взвизгнула девушка. Закричала: -Помогите!

Василий достал из кармана конфетку. Завернул за угол.

************************

За углом стояла интеллигентного вида девушка хрупкой наружности, с вздёрнутым носиком и большими гневного выражения глазами. Лицо её было красное, она глубоко дышала.

Напротив неё стоял больших размеров молодой парень. Было видно, что он злился на девушку напротив. Он нервно дергал ногами на месте. Сжимал и разжимал в кулаки пальцы.

Василий подошел к парню, приобнял за плечи, поздоровался:

-Здорова, Лёха!- Василий протянул ему конфетку.

-Угощайся.

Леха широко обрадовался конфетке и хлопнул в ладоши. Тут же снова стал серьёзным.

Василий погладил Лёху по волосам рукой. Ласково спросил:

-Чего Алексей ругаешься?

-Она меня не слушается, - Лёша тыкнул пальцем в девушку. – Она думает, победить легко, - Он смотрел на девушку строго и заботливо.

Девушка хватала воздух и вращала удивлённо зрачками по большой орбите.

-Надо срочно сводить её в ресторан. Здесь везде камеры. Могут увидеть-Лёша деловито смотрел на Василия. -Деньги есть? Я кошелёк забыл. Потом верну!

-Нет здесь никаких камер. Я же электрик, я точно знаю, Василий усмехнулся ласково.

Лёха энергично махнул рукой. Не унывающим голосом сказал:

— Значит обманули. Но всё равно, никто не должен видеть нас вместе! А то будут говорить, что она через постель победила. -Голос Алексея был стремителен, побуждал к действию.

Нам срочно нужно в ресторан! Там я помогу ей, расскажу, как победить в конкурсе!

Девушка смотрела вокруг лицом, с выражением непонимания.

Василий достал из кармана сто рублей. Протянул Лёхе:

-На купи себе что-нибудь. Я сам ей всё расскажу.

Лёха обрадовался, но тут же вновь стал очень озабоченным.

-Хорошо. Но только ты все секреты ей расскажи. Мне нельзя, а тебе можно. Я человек большой, а ты простой электрик. – Голос Лёхи был искренне озабоченным.

************************

Вдруг в коридоре появилась женщина средних лет.

Из открытой двери она посмотрела на Василия, Алексея и девушку, властным взглядом. Жестким. Те разом вздрогнули. Испугано притихли.

Женщина уставилась на Алексея. Выразительно. Сказала: «Зайди!».

Алексей смиренно поник головой и поплёлся к женщине. Пропал за дверь. Помахав тайком Василию рукой.

-Чего вообще здесь происходит? – поинтересовалась девушка, с некой растерянностью, возмущённо.

Василий достал из кармана ещё одну конфетку. Сунул в рот.

-Лёха хороший, добрый. Просто немного того. Его мать одна растила. Это она только что была. Здесь всё её в округе. Бизнес, блин, вуменша. Миллиардерша.

В девяностых её бандиты прессовали. Жестко. При Лёхе. У неё половина тела утюгами сожжена. А Лёха маленький тогда был. Психика у ребёнка не выдержала.

И вот.

А он просто пообщаться хотел с красивой девушкой. Ему тепла не хватает. Любви штоли. Не серчай на него.

Василий закурил, сладко, закрыв глаза.

-Вася, не кури в коридорах! – раздался приказ Лёхиной мамы.

Вася глубоко снова затянулся, сделал вид, что не услышал.

Интеллигентного вида хрупкая девушка тихонько прозвенела нежным голосом:

-И что же он до сих пор никого не нашлось, кто , кто его полюбит и согреет?

Василий посмотрел на девушку, как на глупую и маленькую. Объяснил:

-Ты чего, кому он нужен? Он же хоть и добрый, но всё же дурачок.

Девушка задумалась, уставилась куда-то вдаль. Произнесла:

-Каждый по своему платит за богатство. Найдётся.

Она решительно щёлкнула пальцами.

Василий стал выглядеть растерянно глупо. Посмотрел на девушку, как на умную и взрослую. С сожалением.