Что делать Или ул. Чернышевского, д. 7, кв. 6
Глава 1
Автор благодарит родных и близких, а также
Жукова Бориса Николаевича
за помощь в работе над рассказом
Предисловие
Вашему вниманию предлагается рассказ «Улица Чернышевского, дом 7, квартира 6 Или Что делать?» В 1863 году в свет вышел роман Н.Г. Чернышевского (1828-1889) «Что делать?», породивший, кроме всего прочего, движение по организации трудовых коммун, как ответ на вопрос, как улучшить мир вокруг нас. Писатель В.А. Слепцов (1836-1878) организовал Знаменскую коммуну в Петербурге, просуществовавшую с сентября 1863 года по июнь 1864 года. В ней молодые дамы оказались не готовы вести совместно хозяйство. Разливать чай приходилось самому Слепцову. Композитор М.П. Мусоргский (1839-1881) создал коммуну, которая пробыла около двух лет: с 1863 года по 1865 год. Живописец И.П. Крамской (1837-1887) организовал Санкт-Петербургскую артель художников в 1863 году. И.Е. Репин (1844-1930) «Далекое близкое»: «В Артели начались какие-то недоразумения. Сначала это были семейные нелады между жёнами артельщиков, кончившиеся выходом двух членов. Один из членов Артели попал под особое покровительство Академии и имел в перспективе поездку за границу на казенный счет. Крамской нашел в этом поступке товарища нарушение их главного принципа: не пользоваться благодеяниями Академии одному, так как решено было при выходе из Академии держаться товарищества и не идти на академические приманки в розницу. Он подал товарищам письменное заявление и требовал, чтобы они высказались, как они смотрят на такой поступок. Товарищи ответили уклончиво, молчанием. Вследствие этого Крамской вышел из Артели художников.
После его выхода Артель как-то скоро потеряла свое значение и незаметно растаяла».
Как показали эти опыты по организации деловой деятельности, экономические советы Н.Г. Чернышевского были утопическими. Совместное проживание в коммунальной квартире оказывается не по силам даже цивилизованным людям независимо от политического строя. Значение романа «Что делать?» было многогранным, и автор рассказа напоминает читателям, что было такое художественное произведение, имевшее успех в России, в Германии, во Франции, в Америке. Роман переведен на польский, сербский, венгерский, английский, итальянский, шведский и голландский языки.
Для понимания рассказа приведены сведения о событиях 1999 года на Балканах (Югославия – Косово). Весной 1999 года в центре Европы, в Косово военно-политический блок НАТО провел операцию по защите косовских албанцев, а фактически незаконных вооруженных формирований, от югославской армии.
Сербы считают Косово колыбелью своей цивилизации. Широкая автономия, предоставленная Косово руководством федеративной Югославии, позволила проживающим там албанцам оттеснить сербов от руководства краем. В 1989 году автономный статус Косово был упразднен. Это дало повод косовским ультранационалистам выдвинуть лозунг независимости. «Освободительная Армия Косово» (ОАК) потребовала от Запада уничтожения сербской военной машины как предпосылки решения косовского кризиса за столом переговоров.
Автор, современница этих трагических событий, предлагает читателю свое видение проблемы войны и мира.
Антивоенная песня
Припев:
Возьмемся за руки, друзья,
Иначе победить войну нельзя,
Военный заглушая вой,
Прикажем смерти: «Стой!»
Будь проклята, война!
Ведь в победителях всегда она,
Нет в трауре печальней матерей,
Так победим войну скорей!
1. Убит в бою, калека, вырос без отца
Малец, вдова, потерям нет конца,
Война нас побеждает до сих пор:
Разруха, голод, мор.
2. Непробудимо усыпив земли детей,
Война косой жнет урожай смертей,
Нужны ей бойня и кровавый пир,
В них гибнет, гибнет мир.
3. На горе встретились солдаты на жнивье,
Проклятье наше вечное войне!
Кровь утирает жница, а не пот,
И оскудел народ.
4. Художники, мыслители, поэты,
Лежите вы костями где-то,
Нам неизвестны ваши имена,
Их забрала война.
Хроника событий
Инициатором военной акции НАТО против Югославии в Косово без санкции Совета Безопасности ООН выступили США.
Папа-янки учит жить
Всех ремнем-бомбежкой,
Будут мамочки тужить
По погибшим крошкам.
Вспоминая этих мам
Не забудьте про Вьетнам.
Стало ясно вам и нам,
Что война - большой сортир.
- Замарали мы мундир,
Не отмыться, командир.
Не война нас учит, мир.
Хроника событий
Причиной бомбардировок и ввода войск НАТО в Косово послужили этнические конфликты между сербами и албанцами. Попытка США стать лидером в однополярном мире, сложившемся после распада СССР, «заигрывание» с мусульманским миром, и желание отвлечь внимание общественности от дела Моники Левински (1973), в котором фигурировало ее синее платье со следами спермы президента США Билла Клинтона (1946), ставшее символом позорища Америки.
Вовсю повеяло весной,
Беспутством грязным и обманом,
Грохочущей вблизи войной,
Европе нанесенной раной.
Виновен тот, кто первым начал.
Еще такого бы найти ...
Вина уходит, незадача,
В века, не знавшие «прости».
Погиб обиженный албанец,
Погиб обиженный им серб,
Убит пилот-американец,
А на руинах чей там герб?
Европа вырвется живой
Из жуткого «спасительного» клинча,
Начав столетье, кончив мировой,
Но вряд ли мир забудет Линча,
И новомодное пятно,
И жителей пустынь, и резерваций,
На хлопке вымерших давно.
Лишь мир достоин уваженья и оваций.
Хроника событий
Белградская молодежь разрисовала мишенями дома, площади, себя и свою одежду.
На совести моей пятно.
Нет, пятнышко, быть может, тень.
Я ухожу, но вслед оно,
В прицеле я - мишень.
На совести моей пятно,
Но без любви не увидать.
Его заметить мне дано
Когда затронут мать.
На совести моей пятно,
Что ж, значит так тому и быть.
Наверно, вечно суждено
Саму себя корить.
Хроника событий
22 апреля в средней школе города Литлтон штат Колорадо школьники учинили стрельбу. В результате погибли 25 человек.
Нет, не остались дети в стороне:
Одни сказали твердо «нет» войне,
Другие взяли в руки пистолет-игрушку
И развязали в школе «мокрую войнушку».
Кто ожидал подобного прикола?
Кто виноват? Конечно, это школа.
А папы, мамы в стороне,
Сказавшие «о, Кей!» войне.
Какого черта круглая Земля?
А человек на ней всего лишь тля?
И меток лишь один Создатель?
И бумерангом зло летит, приятель.
Хроника событий
24 апреля Натовская авиация полностью уничтожила одно из зданий государственного телевидения Сербии. Имеются многочисленные жертвы.
Разбилось зеркало мое.
Такая вот беда.
Лицо не вижу я свое.
Стара я? Молода?
Разбилось зеркало мое.
И с ним мои грехи,
И отражение твое.
Дела мои плохи.
Разбилось зеркало мое.
Такая вот беда.
Лицо увидела свое -
Тиха была вода.
Хроника событий
Умеренный лидер косовских албанцев Ибрагим Ругова (1944-2006) выступил с призывом остановить Натовские бомбардировки и перейти к дипломатическому урегулированию конфликта.
Скажет кто-то мне: «Предатель!
Предал ты мечту!»
Не спеши судить, мечтатель,
Истину, брат, ту,
Что война дарует славу
И рабов поклон,
Но меняю я державу,
И почет, и трон
На проклятья и угрозы,
Пулю мне в висок,
Чтобы не упали слезы
Детские в песок.
Хроника событий
Сербы, взявшись за руки, живым щитом пытаются спасти мосты через Дунай от бомбардировок.
Берег левый, берег правый,
Черточка моста.
Если кто-то ищет славы -
Будет, но не та.
Берег левый, берег правый,
Точечки «щита».
- Неужели мы не правы,
Люди у моста?
Берег левый, берег правый,
Полетела весть:
- Я скосил их, словно травы,
Здесь две правды есть.
Берег левый, берег правый,
Черточка моста.
Если кто-то ищет славы -
Будет, но не та.
Хроника событий
Скандал вокруг сексуального поведения президента США Билла Клинтона и ложных показаний в суде привел к попытке отрешить его от должности.
Чтобы не было тиранов,
Я теперь тиран.
Чтобы не было обманов,
Применю обман.
Навяжу судьбу народу,
Волю навяжу.
Счастья не бывает сроду,
По себе сужу.
***
Когда сосед не мил, не люб,
Ты очень зол и с ним ты груб.
Грозишь тогда соседу:
- Беги, а то «заеду».
Но наша общая Земля,
Как борт большого корабля
Иль Ноева ковчега
Дана всем для ночлега.
И свод небесный голубой
Парит над каждой головой,
И дети так похожи,
Они соседи тоже.
Во избежанье новых бед,
Забудь проклятия, сосед.
В начале было слово,
И честь – добра основа.
Реквием
Мы скорбим по убиенным,
Кто бы ни были они,
Погребенным в землю, бренным
В этот и в другие дни.
Мы скорбим по ним, как детям,
Были правы или нет,
Наша скорбь, тут мы заметим,
С вашей скорбью – общий цвет.
Мы скорбим на белом свете
По друзьям и по врагам.
На святой родной планете
Мир, погибшие, всем вам!
Слободану Милошевичу1 (1941-2006) в день похорон в 2006 году
Прощайте, Слободан.
А проще, Слобо.
Попали вы в капкан.
Запор там злоба.
Ошибочка врачей,
Не то лекарство.
Не надо палачей,
Где есть коварство.
Ошибочный вердикт,
Отказ в леченье.
Где правота реликт,
Там смерть спасенье.
Гаагский трибунал!
Казнил ты Слобо.
Но честь он отстоял.
Кто ставит пробу?
В историю войдут,
Наверно, оба.
Потомки все поймут.
Прости нас, Слобо.
В Гааге постригут
Побеги вербы.
Там почему-то мрут
Все больше сербы.
Им рот бы заклеить.
Но нет мандата.
Никак не обелить
Бомбежки НАТО.
Прощайте, Слободан.
Цветы ко гробу.
Скорбящих караван.
Бог ставит пробу.
Улица Чернышевского, дом 7, квартира 6
Или
Что делать?
Рассказ
Знакомство
Вечером последнего дня бабьего лета с его прелестной роскошью осеннего разноцветья листьев, мягким теплом, безветрием и безмятежностью Анна Бруня, пятидесятипятилетняя шатенка возвращалась домой. Не один день из многих, а последний её рабочий день остался позади. Впереди её ждал заслуженный отдых – пенсия. Новое своё состояние Анна встречала со смешанными чувствами – сожаления, облегчения и надежды.
- Коллектив жаль, но я смогу поваляться утром в постели, - думала она, шагая по ковру из опавших листьев, и отгоняя мысли о делах.
Если вы проработали тридцать лет, то первое время, оставшись без привычных забот, ощутите пустоту, которая не приносит легкости, а скорее тяготит. Шестерёнки вашей жизни крутились, бежали, и, несмотря на некоторую подготовку, вдруг остановились. Мотор заглох. Немного найдётся людей, которые обрадуются. Если, конечно, они не окончательно износились. Не дояркой работала Анна, её руки не были искалечены артритом, потому что не держали ничего тяжелее карандаша и ручки. Её жизнь протекала не в мегаполисе, душившем своих жителей смогом, бешеной скоростью и многолюдьем. И не в деревне с её тишиной и тяжким повседневным трудом. Бруня жила в российском областном центре. Сегодня она отработала свой последний день не в цеху за станком, а в некоем отделе, отметила в кругу сослуживцев выход на пенсию и возвратилась на улицу Чернышевского в дом семь квартиру шесть. Здесь её ждала семья, состоявшая из отца Бруня Льва Генриховича восьмидесяти пяти лет и матери Бруни Екатерины Алексеевны восьмидесяти лет. Не было у Анны ни мужа, ни детей, ни внуков. Может быть, поэтому она была так привязана к работе?
Квартира шесть была однокомнатной, самой Анне принадлежал диван, отец помещался за одной ширмой, мать за другой, в середине комнаты стоял стол, а за ним на тумбочке телевизор, можно смело сказать, весьма влиятельный член семьи. Восьмидесятипятилетний Лев Генрихович Бруня несколько последних лет страдал старческим склерозом, не выходил из квартиры, едва-едва доходил до туалета. Восьмидесятилетняя Екатерина Алексеевна Бруня, его жена, напротив, не утратила резвости ног, суетилась по дому, делала покупки в близлежащих магазинах и на рынке. Из-за престарелых родителей Анне скучать было некогда. И не потому ли такое значение приобрёл в её жизни телевизор? Прежде в их семье не раз вспыхивали ссоры из-за разницы во вкусах и желания посмотреть ту или иную телепередачу. Отец любил посмотреть, а затем из-за катаракты, только послушать новостные программы. Мать не могла пропустить очередную серию «мыльной оперы» из жизни латиноамериканцев. Анна увлекалась политическими передачами, зачастую полемизируя чуть ли не с первыми лицами государства. Если несколько десятилетий назад Анна и её близкие перемывали бы косточки соседям, то сейчас Бруни обсуждали людей, с которыми никогда лично не были знакомы, и которые о них, о Брунях, ничегошеньки не знали.
Звёздная ночь опустилась на часть нашего полушария, на страну, город, улицу, дом и квартиру. Уснул Лев Генрихович, уснула Екатерина Алексеевна. Повозившись на продавленном от времени диване, уснула и Анна.
- Завтра можно не торопиться на работу. И это славно, - последнее, что промелькнуло в её голове, прежде чем она окончательно заснула.
Утром, приготовив завтрак, Анна заглянула за ширму отца и сделала неприятное открытие: у Льва Генриховича перестала держаться моча. Сменив ему бельё и уменьшив порцию, предназначенной для его питья, жидкости, она начала собираться в аптеку за подгузниками.
- Заодно зайду в поликлинику и вызову врача на дом, - размышляла она в растерянности, не зная, как справиться с новой бедой, свалившейся на неё.
- Где он ночевал сегодня? – с этими словами из-за своей ширмы вышла Екатерина Алексеевна с сумкой и тапочками в руках.
- Мама, ты куда? – изумилась Анна.
- На совещание, - последовал ответ матери.
Вам ещё нужны доказательства, что беда одна не приходит? Потрясённые, мы впадаем в отчаяние, теряемся, не зная, что предпринять. Потрясение или, выражаясь современным языком, шок пережила Анна. Только через некоторое время она смогла, наконец, с робкой надеждой спросить:
- Мамуля, ты меня узнаёшь?
Екатерина Алексеевна всмотрелась в лицо дочери:
- Узнаю. Мы с тобой работали на Казанке.
- Но кто-то же должен мне помочь! – в отчаянии подумала Анна. – Есть же медицина, в конце концов! Может быть, это лечится. Сейчас прогресс в медикаментах.
- Так, моя дорогая, - обратилась она к матери, - тебе придётся побыть некоторое время здесь на дежурстве, пока я схожу по делам. Там, - она указала на ширму отца, - лежачий больной, не трогай его, не подходи к нему, чтобы он не кричал и не просил. Не реагируй. Договорились? Я очень скоро приду. Приляг, - Анна уложила мать, поцеловала её в голову, - я скоро приду.
Она действительно скоро вернулась с памперсами для отца и обнадёженная тем, что ей удалось вызвать врача к своим страждущим родителям.
Отец без сопротивления облачился в подгузник, заметив кратко:
- Не поможет.
Забегая вперёд, можно сказать, что он оказался прав. Памперсы не помогли.
Но сейчас Аннане знает об этом и потому полна оптимизма и веры в прогресс человечества.
- Папа, не зря же люди придумали такие подгузники! Давай попробуем, иначе я сойду с ума с вами! Я и сама уже пожилой человек, у меня букет болезней: недавно залечила язву желудка. Я не справлюсь! – но её вопль отчаяния прервал звонок в дверь.
По его силе и продолжительности Анна поняла, что это пришёл врач.
- Что случилось? – врач, молодой человек лет тридцати, не торопился обследовать больных, предпочитая разговор с близкими, более здоровыми людьми.
Анна обрисовала ситуацию.
- Померяйте давление хотя бы, - попросила она.
Тяжело вздохнув, врач померил давление у отца, затем у матери, которая поделилась с ним:
- Мне никак болеть нельзя, у меня маленький ребёнок, я его нянчу, остаюсь с ним.
- Понятно, - изрёк врач, - всё понятно. Я сделаю назначения, —обратился он к Анне и написал ей на клочке бумаги размером с почтовую марку нужные лекарства.
По какой-то неведомой причине врачи в то время предпочитали не выписывать рецептов. Боялись ответственности за неправильное лечение? Не знали точного названия лекарств? У Анны не было ни времени, ни желания разгадывать эту загадку, она ухватилась за назначение врача как за спасительную соломинку.
Уходя, на пороге квартиры, врач обронил:
- В этом случае медицина бессильна. Но я приглашу к вам психиатра.
- Спасибо, доктор! – нет, Анна не дала врачу денег, как можно было бы предположить по публикациям в СМИ. По одной простой причине – их у неё не было. Да и лекарства могли стоить сумасшедшие деньги.
Купив лекарства, и столкнувшись с тем, что родители отказались их принимать: или выплёвывали, или прятали под подушку, Анна стала сама пить снотворное, чтобы поспать ночью, не реагируя на вопросы отца:
- Не обкакался ли я?
И на вопросы матери:
- А где его ноги? Почему он не встаёт на них?
Наконец пришёл психиатр – беззубый пожилой человек.
Екатерина Алексеевна встретила его рыданиями:
- Помогите! Из дома не выпускают, считают глупой.
- А? Что? – переспросил доктор, явно не расслышав пациентку. - Звать-то тебя, милочка, как?
Услышав ответ и проверив рефлексы больной, психиатр выписал рецепт и посоветовал в случае, если не помогает одна таблетка, дать больной две.
- С ними никакого терпения не хватит, - заключил он, чем вызвал волну симпатии у Анны, чьё терпение подвергалось большому испытанию.
Сколько могло продлиться такое положение вещей? Никто не знал. Назывались разные цифры: от полугода до десятка лет.
- Я умру раньше, - думала Анна, услышав разговор о том, что чей-то парализованный муж лежит уже двадцать лет, а ухаживающая за ним жена слегла с язвой желудка.
Начался отопительный сезон, и пелёнки отца она сушила на батареях.
Вместе с матерью они смотрели телевизор, и мать замечала:
- Как переменился мир! Чтобы нас запутать.
А Анна думала:
- Напишут ли в учебниках по истории, что народ обокрали путём приватизации Ельцина-Чубайса? И были ли Чубайс и иже с ним либералами, а не только лжецами и ворами? Не по их ли вине пошли процессы обнищания, фашизации и радикального национализма российского общества? Конечно, горе-приватизаторы найдут оправдание своим поспешным действиями и прогибанию перед США. Виновным во всём, как обычно, окажется Сталин. Скажут, а ведь мог бы страну из крестьянской превратить в индустриальную путём китайских реформ конца 20 века. Сталин мог всё, а они – ничего! Их нёс рок событий, а козла отпущения - Сталина – не нёс, он сам был роком. Так если ты ничего не можешь, не берись рулить процессом. Воистину: взялся за гуж - не говори, что не дюж. Но свои-то ручонки они хорошо нагрели, очень даже «дюже». Стали мультимиллиардерами, и на эти деньги теперь доказывают народу, что социализм никуда не годится, что вся история русского народа ничто по сравнению с историей Запада, что царь Иван Грозный вполне мог бы стать либералом в 16 веке. И это несмотря на то, что порку, как наказание детей в Англии, отменили только во второй половине 20 века, и в это же время ещё процветал расизм в Америке! И в Пентагоне существуют туалеты, первоначально предназначенные только для чернокожих.
- Дайте водички попить! – просьба отца прервала ход мыслей Анны.
Сторонний наблюдатель изумился бы тому, как Анна прореагировала на мольбу о воде. Она никак не прореагировала, продолжая сидеть перед телевизором. Что за бесчувственность! Скорее налить воды в чашку и понести к иссохшим губам больного! Так диктуют нам совесть и гуманизм. Проклятия на голову жестокой дочери, лишающей отца глотка живительной влаги. Но, как известно, ларчик просто открывался. Отец уже просил воды незадолго до того. Анна налила её в чашку и поднесла ко рту страждущего. И чтобы вы думали? Он оттолкнул чашку, вода расплескалась.
- Какая горечь! – заявил он. – Ты отравить меня хочешь.
И так повторялось неоднократно. В конце концов, отец время от времени, как заезженная грампластинка, повторял фразу, застрявшую в его сознании и памяти:
- Дайте водички попить!
А Анна прекратила реагировать на его просьбу.
Не торопитесь с осуждением и выводами, скорее всего мы многого не знаем.
- Я думала, думала, а потом выплюнула, - сказала Екатерина Алексеевна, употребив вместо «плюнула» слово «выплюнула».
- И правильно сделала, - согласилась с ней дочь.
- Но как же я здесь оказалась? – в тысячный раз поинтересовалась Екатерина Алексеевна.
- Ты здесь живёшь тридцать лет.
- Не-т-т. Не может быть. Я ничего здесь не знаю. Ты здесь работаешь? Дежуришь? Сегодня твоя смена? – допытывалась мать.
В тысячный раз Анна решала неразрешимую проблему: согласиться с больной или спорить с ней, пытаясь донести правду. Согласиться было проще, но через некоторое время мать начинала принимать её не за сиделку, а за свою мать. Она стала называть дочь:
- Мама!
«Мама» - наше первое и последнее слово.
Скрепя сердце Анна сказала:
- Я – твоя дочь. Ты здесь живёшь тридцать лет. Там лежит твой муж, он не ходит.
На лице матери выразилось недоверие, она хотела продолжить разговор.
- Не доставай меня ежеминутно, - взорвалась Анна.
- Не кричи на меня! – возмутилась в ответ мать.
- А я не что кричать, скоро бить тебя начну! – пригрозила дочь.
- Хорошо. Я буду ждать, когда конфеты начнут раздавать, - смирилась мать.
Воспользовавшись минутой затишья, Анна прислушалась к дискуссии, идущей в телестудии. Речь шла о бомбардировках Сербии в 1999 году. В то время молодёжь Сербии была охвачена идеями демократии и европейского выбора. Стать полноправным членом Европы на американские деньги – голубая мечта части сербов. И мечта сбылась! По немецкому сценарию. Сначала Сербию разбомбили, потом расчленили, затем оккупировали военными базами США. А чтобы сербская молодёжь не чувствовала себя униженной, её соблазнили революционной идеей. Юные сербы сначала совершили «бархатную» революцию у себя, потом научили этому грузин, которых, впрочем, через некоторое время тоже разбомбили и расчленили. Экспорт цветных революций продолжился: в Украине, которая едва не распалась на две части, по крайней мере. В Киргизии, которую лихорадит уже несколько лет.
Но что же должна была противопоставить Россия агрессии НАТО? Миротворчество в виде давления на Милошевича!
- И требование от Америки, не нарушать принципов международного права! – мысленно воскликнула Анна. – Только после получения письменных гарантий от США можно было что-то гарантировать Милошевичу. Поставить вопрос ребром: одни гарантии против других.
Ведущий телешоу продолжил:
- Россия едва смогла не уронить своего достоинства, вроде мы ещё играем какую-то важную роль в политике. Какую идею мы могли бы предложить миру и сербам?
- Антитерроризм! – мысленно ответила Анна.
- Америка с идеей демократии оказалась победителем в конфликте, - заявил ведущий телешоу.
- А вот и нет! – возразила мысленно Анна. – Да, в материальном плане, в виде военных баз Америка впереди планеты всей, а в моральном авторитете США понесли огромные потери. Можно ли было требовать от Америки гарантий в обмен на наши? Очень сложно. Политики США признают только силу, а Россия в тот момент, да и сейчас ещё, слишком слаба. В Америке стоит печатный станок мировой валюты. Но попытаться-то можно было! Чтобы не было сегодня мучительно стыдно перед Милошевичем за предательство. И у нас есть козыри. Слава Богу, в Украине мы показали зубы, а потом и в Грузии. Учимся мы на ошибках, учимся. Прогресс существует. С волками жить – по-волчьи выть. Учитесь, господа российские политики, торговаться. Учитесь у тех же американцев, украинцев, грузин. Можно, имея многое, остаться ни с чем, а можно приумножить то немногое, что есть, - дала наказ политикам Анна, и пошла готовить ужин родителям и себе.
Как же не понятны стороннему наблюдателю доводы сторон в жарком споре!
Попробуем спокойно разложить всё по полочкам, пока семья Бруней более или менее спокойно почивает.
Итак, речь в популярном телешоу шла о бомбардировках силами НАТО Сербии в 1999 году. Официальная версия гласила, что это поможет остановить геноцид албанских жителей края Косово, проводимый правительственными войсками. Стоит заметить, что албанцы отнюдь не были жертвами, они были вооружены, входили в освободительную армию, убивали сербов, разоряли православные храмы и монастыри, исповедуя ислам.
Как обычно, неправы были обе стороны конфликта, но Америка, заинтересованная в налаживании хороших отношений с исламским миром, встала на сторону косоваров. Начал раскручиваться маховик пропаганды. Лидеры повстанцев изображались героями, хотя они наладили бизнес по изъятию органов у сербов и продаже этих органов на Запад. Жертвы со стороны косовских албанцев преувеличивались, иногда фальсифицировались путём прямого подлога. Фотографии «лагерей смерти», в которых якобы томились узники-албанцы, подделывались. СМИ могут всё! Западное общественное мнение настроилось против сербов, безжалостных палачей и встало на сторону несчастного народа, истребляемого центральной властью. Тем более что во главе Сербии стоял бывший коммунист Слободан Милошевич. К тому времени западная общественность недолюбливала и коммунистов. Лучше поддерживать исламистов, чем коммунистов, не правда ли? Россия, традиционно водившая с православной Сербией дружбу, в силу тогдашней слабости, экономической, политической и военной, так, едва-едва помогла Милошевичу вооружением. Какими были внутренние механизмы переговорного процесса, предстоит выяснить историкам. Потому что мемуарам политиков верить нельзя, каждый тянет одеяло на себя, обвиняя прочих, если не во всех смертных грехах, то во многих. Итак, в переговорном процессе приняла участие и Россия. Для Милошевича именно Россия являлась гарантом более-менее справедливого подхода. Надеюсь, Господи, что он не слишком уповал на силу, как российской дипломатии, так и России в целом. Военные действия прекратились, была принята резолюция ООН № 1244, оставлявшая край Косово в составе Сербской республики. Надо заметить, что Косово считается в Сербии сакральным, историческим местом, символом возрождения после национальной трагедии. Албанцы заселили Косово позднее, постепенно вытесняя коренное население, и от широкой автономии перешли к требованию о полной независимости или о присоединении к соседней Албании. Американцы, видимо не считая себя связанными какими-то обязательствами перед ООН и Россией, продолжили деятельность по развалу Сербии. А может быть, были какие-то обязательства перед косоварами? Скорее всего, развалить Сербию было просто выгодно США. Белградскую молодёжь стали обучать делать цветные революции. Как противостоять правительственным войскам и разлагать их. Как опротестовывать результаты голосования, как мирным путём свергнуть прокоммунистический режим и установить демократию.
Господи, как мы верили в демократию!
И что теперь? Продажность и ложь – вот и всё, что мы думаем сейчас о демократии.
Но вернёмся во времена идеалов.
Лишив Слободана Милошевича власти, его выдали международному суду, заседавшему в Гааге. Трибуналу, выносившему приговоры всегда в пользу косоваров, не удалось доказать вину Милошевича, который умер не осуждённым.
Есть вина России в его смерти? Анна Львовна считает, что есть. Поддержкой не той стороны он заручился. Подружился бы с Америкой, история развивалась бы по-другому. Российские дипломаты, в свою очередь, не смогли повлиять на Америку и её союзников. Принимая резолюцию ООН на словах, США и не думали выполнять её на деле. В результате подобных махинаций Косово получило полную независимость, признание со стороны Америки и других стран. Америка – огромную военную базу в центре Европы, Европа – разочарование в Америке и наркотрафик, Сербия – демократию под протекторатом США и перспективу влиться в ЕС и НАТО ценой предательства интересов сербов – жителей Косово. Россия – революцию роз в Грузии, оранжевую революцию в Украине, революцию дубинок в Киргизии, а также урок цинизма, позора и унижения.
К счастью, урок пошёл впрок.
Когда «демократическая» Грузия решила военной силой «восстановить конституционный порядок» на территории Южной Осетии, то Грузии и дружба с Америкой не помогла. Обученные натовцами грузинские вояки бежали, Южная Осетия и Абхазия (это те козыри, о которых говорила Анна Львовна) получили независимость.
На Россию стало можно ставить! Стоит заметить, что мир и Америка получили нового президента Барака Обаму (1961), признавшего необходимость перемен.
На этой оптимистической ноте закончим наш маленький экскурс в историю.
Пришли дожди
Выражаясь научным языком, циклон вытеснил антициклон в наших широтах. А говоря по-простому, подул сильный ветер, пронзительно синее небо заволокли свинцовые тучи, пошёл дождь, ещё вчера несказанно роскошные наряды деревьев, тихонечко роняющие золотые и пурпурные листья, поблекли, поржавели. Время от времени берёзы или осины бросали в спешащего по делам человека ворох золотых листьев, напоминающих монеты. И человек вольно или невольно задумывался о вечном. О тщете погони за богатством, о том, что золото – тлен и прах, и ничего не родит, а родит одна вечная родная земля. Ветер и дождь срывали драгоценные покрывала с деревьев, обнажая ветви и сучья: бело-чёрные у берёз и чёрные у тополей. Ещё вчера прозрачный терпкий воздух бабьего лета стал влажным и утратил хрустальную чистоту. Под ногами прохожих перестал шуршать ковёр из опавших листьев. Приходилось или шлёпать по лужам, или огибать их большими прыжками.
С утра Анна боролась с последствиями недержания мочи у отца. Потом надо было умыть и накормить его. Откуда взяться аппетиту у лежачего больного? Счёт съеденного шёл на чайные ложечки. Чайная ложечка того, чайная ложечка другого. Рацион давно уже сузился до предела. Из него исчезли супы, каши, пудинги, запеканки, творог, молоко, мясо, рыба, яйца. А что же осталось, спросите вы. Осталась головная боль у Анны, каждый день ломавшей голову над тем, чем накормить отца.
- Папа, чего ты хочешь? – спрашивала она в надежде найти у него помощь.
В ответ звучало:
- Ничего не хочу.
Или:
- Ты всё равно не купишь.
Или:
- Сама знаешь, чего я хочу.
Протёртое яблоко с морковью, детское питание – вот что давала Анна больному в последнее время. Но, несмотря на плохой аппетит, отец почти не потерял в весе, и вот эти-то семьдесят пять килограммов и были главной проблемой. Он всё время порывался встать с кровати и куда-то пойти. Но всякая такая попытка заканчивалась падением. К счастью, он ничего себе при этом не ломал. Но как поднять 75 кг одной женщине с язвой желудка? Проблемой было ухватиться за его руки. Больной при этом испытывал невыносимую боль в суставах. Анна вспоминала анекдотичный случай со старушкой, по беспамятству забредшей в болото. Вместо благодарности она проклинала спасателей, схвативших её за больные руки, чтобы вызволить из трясины.
Стоило Анне на минуту отвлечься от отца, как тот оказался на полу в самом беспомощном состоянии, сравнимым разве только с состоянием самой Анны.
Ей ничего другого не оставалось, как обратиться за помощью к соседям. Недаром говорится: «Близкий сосед лучше дальнего родственника». Выйдя на лестничную площадку, Анна встретила одиннадцатиклассника Николая, поднимавшегося по лестнице.
- Коля, помоги, пожалуйста, отец упал, а я ничего одна не могу. Я его загорожу стульями, он больше не упадёт. В последний раз, Коленька, - попросила она юношу.
Тяжко вздохнув, Николай согласился помочь. Они вдвоём обхватили больного с двух сторон, и на счёт: раз – два подняли его на кровать.
- Спасибо, Коля. Как у тебя дела? Как школа? – отдышавшись, спросила Анна.
- Не сдам я ЕГЭ. Математичка на меня взъелась, говорит, обязательно завалю.
- Типун ей на язык. Хочешь, я схожу в школу, поговорю с ней?
- Нет, не надо, Анна Львовна. Ничего хорошего из этого не выйдет. Ещё хуже будет, скажет, что ябедничаю. Такой уж я невезучий, бестолковый.
- Не говори глупостей, Николай. Это твоя математичка невезучая, и потому озлобленная. Некому её пожалеть.
- А я здесь причём? Да, мне математика не даётся. Зато я пятёрки по химии и литературе получил.
- Да? Молодец, Коля! Я так рада за тебя! Расскажи, расскажи, как же тебе удалось сразу две пятёрки получить?
- Ну, я сказал на химии, что Блок был женат на дочери Менделеева, и на литературе тоже. Вы же мне говорили, я не сам…
- Как же не сам? Очень даже сам! Я так, мимоходом сказала, а ты запомнил, проникся. И Блока почитал, и формулу по химии выучил. Сейчас никто ничего сам не делает. Всё откуда-то черпается. А как отец? Не вернулся?
- Нет. Живёт с новой женой. Наверное, Анна Львовна, я во всём виноват. Они из-за меня разошлись. Потому что я по математике не успеваю.
- Да что ты такое говоришь?
- Конечно, если бы я был способным, то отец нас никогда бы не бросил.
- А он вас и не бросил. Разве ты и твоя мама – вещи, чтобы вас взять и бросить? Наоборот, он счёл, что ты сумеешь позаботиться о маме. Он не недооценил тебя, а переоценил твои силы! Может быть, он даже приревновал тебя к маме. Ты молодой, красивый, забавный, мама тебя очень любит. А он уже немолодой, лысеть начал. Хочешь, я поговорю с ним?
- Нет, не надо, Анна Львовна. Скажет, что я ябедничаю.
- Николай, радуйся, что ты не Перельман2, и не свихнулся от гипотез Пуанкаре3, - закончить прощание с Николаем не дал возглас матери:
- Пикать!
- Что это значит? – растерянно спросила Анна у Коли.
- Не знаю. Я пойду. Вы зовите меня, я помогу. До свиданья, - с этими словами юноша, сутулясь, ушёл.
Проводив школьника взглядом, Анна забаррикадировала кровать отца стульями.
- Пикать! – повторила мать.
- Пить или сикать? – спросила Анна, и ужаснулась, обнаружив, что моча перестала держаться и у матери.
- Ну, вот что, моя дорогая. Как хочешь, но я надену на тебя подгузник. И попробуй только сними его. Знаю, что неудобно, что без подгузника тебе лучше, но я не справлюсь с вами двумя. Не справлюсь! – с этими словами Анна, сменив мокрое бельё на сухое, надела на мать подгузник, последнее достижение в этой сфере.
- Я как будто увидела свет в конце туннеля, - рассказывала она потом всем своим знакомым, - просвет в кромешной тьме. Современные подгузники спасли меня.
Многие не поверят, но человечество кое-чего добилось на пути к комфорту. Пещеры наши стали более благоустроены. То, что ещё недавно было доступно лишь очень немногим, вроде царей и королей, вошло в наш быт, и воспринимается как обыденность. Взять, к примеру, шоколад. Сегодня трудно представить себе человека ни разу в жизни, не попробовавшего хотя бы шоколадную конфету, если он, конечно, не живёт в затерянных джунглях. А когда-то шоколад был доступен сначала только царственным особам, затем людям голубых кровей. Лишь они могли побаловать себя чашечкой горячего шоколада по утрам, нежась на пуховиках. А сегодня? Кругом валяются обёртки от конфет. Что же стало причиной столь широкого распространения этого продукта?
- Прогресс! – так сказала бы Анна, потому что она верила в прогресс и везде видела доказательства наличия прогресса.
Стал ли наш быт комфортнее, распространился ли шоколад по планете, как и картошка, причину всего она находила в прогрессе.
- Прогресс ещё скажет своё слово! – говорила она с надеждой.
Какие выводы можно сделать на этом примере?
С незапамятных времён человечество нашло способ борьбы с депрессиями, скотством и отличный способ поддержания бодрости духа.
Этот способ – вера.
Можно верить в бессмертие души, дошедшее до нас со времён древних шумеров, в пророка Мухаммеда и райских гурий, в демократию, в Джона Леннона (1940-1980), в то, что нет никого на свете лучше Ленки за соседней партой. Когда ты веришь, ты силён. Хуже всего приходится на этом свете циникам – они ни во что не верят. Попробуйте сами поверить во что-нибудь, и вы убедитесь, как увеличатся ваши силы. Горы вы, может быть, и не свернёте, но жить станет гораздо легче.
- Во что же я могу поверить? – часто спрашивает современный человек. – Святого ничего не осталось. Кругом продажность и ложь. Наука находит всё новые артефакты, развенчивающие наши заблуждения.
Если вы доверяете науке, то поверьте в неё. Если не верите и ей, то поверьте во внеземной разум, который существует во Вселенной и спасёт нас в трудную минуту. А может быть, нам, нашей цивилизации предстоит дать начало внеземному разуму и спасти Вселенную? С верой мы находим точку опоры и надежду. Что помогало древним шумерам, поможет и нам. Теряя веру, мы теряем опору и надежду. Жить становится трудно, достойно жить – вдвойне, мы оскотиниваемся. Но заметьте, что недаром говорится: «Не сотвори себе кумира». Вера в человека должна быть, но до определённого предела. Всё-таки он не ангел и не может им быть, и не должен. Ангелы не размножаются, а хотелось бы, чтобы ваш идеал размножался. Не так ли? Чем больше хороших людей, тем лучше. Хороших, а не идеальных. С недостатками, как продолжением их достоинств.
Прогресс, в который так верила Анна, облегчил ей жизнь, и даже позволил вечером посмотреть любимое телешоу. Кстати, она признавала, что у прогресса есть и отрицательные стороны. К примеру, люди теряли хватку уже в предпенсионном возрасте. Не могли идти в ногу со временем. И в эпоху телевидения, красивой картинки, старость стала недостатком сама по себе. Кому хочется смотреть на морщины? Даёшь пластику! Скоро и пластические операции станут такими же доступными, как шоколад и мороженое. Все будем ходить молодыми.
Но вернёмся к телешоу.
Ведущий, запугивая аудиторию в студии и вне её, навешивал на Иосифа Сталина всех собак.
- Можно подумать, что Сталин родился уже с усами и тираном, - мысленно возмутилась Анна. - Время выковало его.
Но по старой привычке считать Сталина вождём и кумиром, ведущий судил того сверх сурово, отказывая в праве на ничтожную ошибку, как будто тот был и в самом деле сверхпрозорлив, и мог всё.
- Если бы Россия была размером с Францию, то Гитлер бы в 1941 году победил! – заявил ведущий.
- Россия не может быть размером с Францию, климат и география не те. Кто бы ни жил на нашей территории, он вынужден будет притягивать к себе соседей. В одиночку в нашей суровой и скудной природе не проживёшь, - возразила Анна.
Но ведущий, разумеется, не слыша её возражений, продолжал фантазировать:
- Если бы Сталин соблюдал Женевскую конвенцию, то многим советским пленным удалось бы спастись.
- «Майн Кампф» читать надо, дорогой ты мой. Если Гитлер хотел стереть с лица земли славянскую расу, то никакая конвенция не смогла бы помешать ему. Плевать он хотел на все конвенции вместе взятые, - полемизировала Анна.
Телеведущий продолжал обличать Сталина:
- Колоссальная мощь СССР в 1941 году не устояла перед мощью Германии.
- Откуда взялось мощь СССР в 1941 году? Танки – фанерные, самолёты – тоже. На Германию работала вся оккупированная ею Европа.
- Сталинские чистки командного состава Красной Армии ослабили её.
- С одной стороны ослабили, а с другой дали дорогу другим талантам. Жукову, например. Сталин, управляя, взял на вооружение страх – сильнейшее чувство человека. Частную собственность, как стимул, отмели; совесть есть далеко не у всех; Страшного суда боятся единицы. Страх только и оставался. Вот и пришлось Сталину уподобиться Зевсу, жестоко карающему за малейшую провинность. И дело пошло. Народу понравилось. Порядка стало больше. А если бы не понравилось, то Сталин, как чуткий политик, наверное, взял бы на вооружение что-то другое.
Полемику и просмотр телешоу пришлось прервать на время.
Анна уложила мать, поцеловала и погладила её голову, пожелав:
- Спокойной ночи и сладких снов, мамуля.
С экрана звучало:
- План Гитлера «Барбаросса» был авантюрой, и не более того.
Анна возмутилась:
- После завоевания почти всей Европы? А план Наполеона в 1812 году? Может быть, конечно, все планы Гитлера были авантюристичны, но авантюризм – отличительная черта великих полководцев от Александра Македонского. И часть авантюр успешно претворялись в жизнь. Но рано или поздно все завоевания останавливаются, скорее всего, по многим причинам: переоценка своих сил, усталость войск, усиление сопротивления со стороны побеждённых. Но когда и где произойдёт остановка, не знает никто. В Индии, в СССР, в Афганистане?
Ничего не подозревающий о разгромной критике ведущий решил повесить на СССР все прегрешения человечества, начиная с Адама и Евы:
- До перестройки мы вели расточительный образ жизни, а последние двадцать лет бережём ресурсы.
Анна так и вскинулась:
- А сбор металлолома? А сбор макулатуры? «Школьник, будь бережлив!» Сколько себя помню, всё время речь шла об экономии. Вещами не разбрасывались, перелицовывали и носили десятилетиями. Сейчас – один сезон. Обувь так и горит на ногах.
Она продолжала бы возмущаться передёргиванию фактов, но Екатерина Алексеевна попыталась встать и упала.
Анна, соорудив из простыни помочи, обхватила мать за спину, и каким-то чудом смогла уложить её на кровать. Не желая рисковать повторением, она разделась и легла рядом с матерью. Она не боялась ни безумия Екатерины Алексеевны, ни того, что та могла умереть в любую минуту. Уход за больными вступил для Анны в ту фазу, когда настолько проникаешься чужим страданием, что полностью забываешь о себе.
Ещё недавно Анна жалела себя, инстинкт самосохранения удерживал её от чрезмерного перенапряжения:
- У меня была язва, - твердила она себе, - у меня была язва.
Но некий водоворот понёс её, увлекая, и она стала думать:
- Пусть лучше я умру, чем они.
Она оказалась в самом эпицентре водоворота, в фазе полного самоотречения.
И выпал снег
Как часто мы ложимся спать с надеждой на крепкий сон, и как редко наша надежда сбывается. Минуту назад глаза наши смыкались, мы боролись с зевотой и дремотой, но стоило нам преклонить голову на подушку, и куда всё подевалось! В голову полезли разные мысли, где ты, Морфей, ау!
Лунный свет пробивался сквозь неплотно зашторенное окно. Анна попыталась встать и поправить занавеску. Но её чуткая соседка по кровати тут же очнулась от своего сна-забытья и позвала её:
- Анна! – голос прозвучал молодо и чётко.
- Да, мамуля, я здесь.
- Скажи Анне, мать умирает.
- Я здесь, здесь, с тобой.
- Свадьбу твою расстроила, потому что думала, найдёшь мужа получше, - больная видимо собрала последние силы, чтобы сказать то, о чём болела её душа.
- Мамуля, Бог с ней, со свадьбой. Я не помню ничего. Не волнуйся, тебе это приснилось, - не слыша ответа и даже дыхания матери, Анна напряжённо вслушивалась в тишину.
- Мамуля, мне и самой немного осталось жить, я уже тоже старушка, - не в силах сдержать слёзы, заплакала Анна от жалости к страдающей матери и к себе.
- Кто мне подаст воды перед смертью? Кто меня поцелует в больную голову и пожелает спокойной ночи? Почему я осталась одна-одинёшенька? – эти мысли не давали покоя Анне последнее время, лишая сна.
Внезапно больная как бы всхрапнула и задышала шумно. Поняв, что сознание покинуло мать, Анна задёрнула штору и подошла к отцу. Дыхания отца не было слышно. Анна приникла к нему, включив свет. Больной открыл глаза и попытался что-то сказать дочери. Но напрасно. Голос его не слушался.
- Папуля, всё хорошо. Поправляйся, ты ещё поправишься, - стараясь не плакать, говорила Анна отцу, обнимая его.
Но отец потерял сознание и задышал хрипло, с трудом. В таких случаях в романах пишут: «Он унёс тайну с собой в могилу». Но Анна, находясь на реалистических позициях, думая о том, что не смог сказать ей отец, приходила к выводу, что он хотел попросить её дать ему водички попить. Сознание его было сужено до предела: попить, поесть, пописать. А когда-то это был красивый, сильный мужчина, страдающий запоями. Время от времени он поколачивал жену, доставалось и дочери. Анна с детства была вовлечена во взрослые конфликты, она защищала мать, которой доставалось от отца, за то, что Екатерина Алексеевна не могла допустить, чтобы последнее слово в споре осталось бы не за ней. Позднее эта манера матери находить кучу доводов в свою пользу, зачастую нелепых, и вместо попытки сгладить конфликт подливать масло в огонь спора, раздражала Анну, которая всё-таки научилась вовремя останавливаться, оставляя реплику без ответа. На Анну же была возложена миссия выводить отца из запоя, вызывая в нём муки совести и стыда. Он искренне раскаивался, просил прощения за нанесённые обиды и желал исправиться. Анна рано поняла, что человек часто не волен в своих поступках. Отец не хотел пить, но пил.
- Странно, - подумала Анна-пенсионерка, - он никогда не казался мне слабаком, несмотря на свои моральные падения. Ни разу я не сказала ему: «Какой же ты слабак!»
В конце концов, с возрастом всё нормализовалось. Пьянство осталось в прошлом. Отец и мать крепко держались друг за друга, заботились, дарили друг другу какие-то вкусности.
- А потом отец стал ревновать маму, - вспомнила Анна, — это уже от склероза. А она от того же склероза, не иначе, так и разжигала его ревность.
- Он, бывало, скажет, что это ты, мать, по телефону говоришь с Сашкой. А Сашка её племянник. Наверное, он твой любовник. А она: «Да я бы получше кого нашла. Что мне этот Сашка». А я ей: «Мам, зачем ты его дразнишь, скажи ему, что он один - твоя единственная любовь. Он и успокоится», - за воспоминаниями Аннане заметила, как наступило утро.
Отец и мать – оба дышали тяжело, всей грудью, учащенно. Из недавних разговоров со знакомыми Анна знала, что это кома, и сколько она может продлиться, не знает никто. Чтобы хоть как-то отвлечься, Анна включила телевизор и услышала жаркий спор на телешоу. Ведущий цитировал признание члена Политбюро ЦК КПСС в том, что он сломал хребет коммунистическому строю.
- Самооговор или присвоение чужих лавров, - возразила Анна, - Америка резко понизила цены на нефть, товары и продукты питания стало не на что покупать за границей. В чём тут роль Политбюро? Разве только в том, что оно не справилось с управлением на скользкой дороге. Похоже на то, как если бы водитель автомобиля утверждал при этом, что сознательно так проложил свой маршрут – по встречной полосе.
- Нужна ли была перестройка? – вопрошал ведущий.
- А почему Америке нужны перемены? – вопросом на вопрос ответила Анна. – Нет ничего абсолютно безупречного: ни социализма, ни капитализма. Рано или поздно всё нуждается в переменах. Может ли человек скачком перейти из одного состояния в другое? Мы хотели путём «нового мышления» получить «ускорение», но продолжали двигаться по инерции. А американцы продолжают печатать доллары, борясь с жизнью в долг.
И расстаться с частной собственностью было трудно, и вновь вернуться к ней для СССР оказалось нелегко. Кроме некоторых, ушлых, которые не растерялись и стали олигархами. Но таких же единицы. Если бы мы не начали тогда восхвалять капитализм и гнобить социализм, превознося сверх всякой меры свободный рынок и демократию на американские деньги! Заодно люди, которые стояли близко к долларовой кормушке, набили себе карманы. Продать родину нельзя, а социалистическую можно! В 1917 году продавали монархическую. Наверняка можно было бы плавно, без катастроф, исправить недостатки плановой экономики. Куда-то идут теперь американцы от свободного рынка и свободных финансов?
Ведущий телешоу, подобно Солженицыну, никогда не соприкасавшийся со светлыми сторонами коммунизма, призвал предать коммунизм анафеме и восславить демократов. Анне стало смешно. Как бы ни надувал от натуги щеки ведущий, как бы ни бесновался, население не желало проклинать коммунизм и социализм. Проклясть коммунизм означало для многих проклясть родного отца, вступившего в партию под Ельней в 1941 году, не ради тёплого местечка или продуктового набора, а из желания сделать для родины как можно больше в трудную минуту. На бытовом уровне люди сталкивались как с бюрократами с партбилетами в карманах, так и с честными, порядочными людьми, боящимися не Страшного суда, а парткома. На счету у коммунистов, кроме заблуждений и ошибок, было немало и побед. Индустриализация страны, победа в Великой Отечественной войне, паритет в вооружениях с США, первый полёт человека в космос. Даже застой для рядового гражданина лучше перестройки, будни-то были более благоустроенными!
Посмотрим, какими же были демократы 80-х – 90-х годов 20 столетия?
Часть из них переметнулась из компартии. Ещё вчера они преподавали научный коммунизм, а сегодня стали проклинать коммунизм и воспевать капитализм, замалчивая по незнанию или специально, его недостатки или прямые заимствования из социалистической системы. Другая часть стала демократами из невежества и желания сделать карьеру, которая стопорилась у них при коммунистах. Один такой горе-демократ утверждал, что вся современная цивилизация пришла из Рима.
- А как же арабские цифры? Они пришли из Индии, - возразили ему.
- Нет никаких арабских цифр! – отрезал демократ, ничуть не смутившись.
Обратим внимание на то, что коммунисты, вынужденные перестраиваться или пойти на перемены (в этом нет ничего зазорного – всё течёт, всё меняется) были во многом наивными людьми. М. С. Горбачёв4 и Р. М. Горбачёва5 наивно полагали, что американские политики будут вести себя достойно со слабым, а не добьют лежачего. А те нас добили. Сегодня нам кажется, что именно демократы вольно или невольно помогли американцам. Немного найдётся желающих сказать им за это спасибо. Для этого надо быть или мазохистом, или олигархом.
Какая же полемика без сакраментального вопроса «Кто виноват?»
Со слов ведущего выходило, что во всём виноват российский народ: к частной собственности оказался не приучен проклятым коммунистическим режимом. Но сумел лихо всё приватизировать и не по одному разу. Не мобилен, его не сдвинешь с места. Но десятки тысяч выехали за рубеж в поисках лучшей доли. Тупой, тупее нет на всём белом свете, но нобелевские премии получает, гипотезы Пуанкаре доказывает.
На самом деле российский народ оказывался точно таким же, как сотни других народов на Земле. На нём сказывались большие территории и климат северного полушария. Пестрота народонаселения не позволяла ему жить в условиях суверенитета областей и республик. Лоскутное одеяло рвалось, уничтожая тем самым население. Народу для выживания был необходим каркас, на котором бы держалось мирное существование. Государство и есть такой каркас. А чтобы каркас не закостенел, оставался достаточно гибким, умел приспосабливаться к меняющимся условиям жизни, нужна демократия. Нужна ротация кадров через честные выборы. Никто не должен «бронзоветь». Надо бороться за независимость судебной системы, иначе коррупцию не уменьшить. И гражданское общество у нас появляется. В борьбе за свою частную собственность, с трудом, но появляется. Никто не придёт и не поднесёт нам на блюдечке с голубой каёмочкой гражданское общество.
Патриотизм в том, чтобы обустроить Россию.
Внезапно телевизор отключился.
Давящая тишина обрушилась на Анну. Секунду она стояла, не осознавая, что произошло. Потом подошла к матери. Дыхания не было слышно. Анна закрыла лицо умершей простынёй. Затем Анна подошла к отцу. Тот не дышал. Анна укрыла отца простынёй с головой. И подошла к окну.
За окном шёл снег. Большие хлопья косо падали с неба вниз, покрывая крыши домов, деревья, лавочки, лужайки, детские площадки и мусорные баки белым пухом, девственно чистым и непорочным. И только чёрные стволы деревьев контрастировали с белизной вокруг.
Аннане знала ответа на вопрос: «Что делать?», она знала, что в любом случае, готовясь к работе и работая, добиваясь успеха или терпя неудачу надо верить, надеяться и любить.
Послесловие
Как же сложилась в дальнейшем судьба Анны Бруни?
Читателям предлагается выбрать один из вариантов.
Вариант в классическом стиле:
Анна из-за плохой наследственности, тяжёлого детства и телевидения сошла с ума, и с психиатром, который безуспешно лечил её мать, полемизирует в палате № 6.
- Милочка, - говорит ей врач…
Вариант в стиле «женского» романа:
Анна разбогатела, сделала пластику и липосакцию. Через бюро знакомств познакомилась с иностранцем, мультимиллиардером, вышла за него замуж, забеременела с помощью ЭКО, родила тройню. Но муж оказался негодяем, выгнал Анну из особняка, а детей посадил в подвал на хлеб и воду, намереваясь держать их там до совершеннолетия, а может быть и насиловать.
Но Аннане сдалась, а пошла по судебным инстанциям, сначала отсудила детей и алименты. Потом яхту и особняк. В конце концов, её муж раскаялся и на коленях вымолил у неё прощение.
Вариант в стиле «чернухи»:
Анна обнищала, спилась и опустилась. Её квартира превратилась в притон, где собирались асоциальные элементы близлежащего района. Пенсии катастрофически не хватало ни на оплату услуг ЖКХ, ни на опохмелку. Когда закрыли пункт приёма стеклопосуды, Анна оказалась без средств к существованию. Судебные приставы выселили её из квартиры, и она последнее время живёт в подъезде на лестничной клетке, доставая соседей вонью и грязью.
Вариант в стиле криминальной драмы:
Но судебные приставы оказались оборотнями в погонах и бандой чёрных риэлторов. Банда попыталась отобрать у Анны квартиру, для этого они опоили Анну и вывезли её за город, с целью лишения жизни.
Но оказывается, долгие годы Анна занималась восточными и западными единоборствами, кунфу, дзюдо, карате и самбо. Применив мастерство ведения боя в неравных условиях, а именно удары в пах и глаза, а также накидывание сетки-авоськи на противника (не пренебрегайте подручными средствами!), она смогла победить банду чёрных риэлторов.
Но это ещё не всё.
Она возглавила эту банду и вывела её на новый уровень с помощью врачей: психиатра и терапевта, которые впаривали пожилым людям БАДы за сумасшедшие деньги, подрывая тем самым их материальное благополучие и здоровье.
Анна разбогатела, сделала пластику и липосакцию.
Вариант в стиле «для широкой аудитории»:
Анна разбогатела, сделала пластику и липосакцию. Соблазнила соседа – одиннадцатиклассника Николая, родила от него ребёнка, но замуж за него не вышла. Николай оказался геем.
Роман заканчивается сценой гей-парада, в котором участвует Николай (успешно сдавший ЕГЭ к тому времени!), а маленькая дочь или сын Анны, протягивая ручки к биологическому отцу, не знает, как его называть: мама или папа!
Вариант в стиле исторического романа:
Разбирая записи умерших родителей, Анна находит запечатанный сургучом конверт. Какую тайну он хранит? Оказывается, что по отцовской линии она происходит из рода Петровых-Водкиных. Вот откуда болезненное пристрастие отца к спиртному!
Невозможно описать все перипетии её приключений на пути в Эрмитаж. «Код да Винчи» просто блекнет!
В конце концов, она находит художественное полотно, принадлежащее ей по праву (на холсте отчётливо читается дарственная надпись), но оказывается, что это подделка.
Весь труд насмарку!
Ей не остаётся ничего другого, как сделать пластику и липосакцию в кредит, взять в руки мольберт с красками и кисть, и сделать фотосессию для журнала «Развлечения для мужчин». Фото оказались настолько удачными, что попали в исторический музей в экспозицию концептуального искусства «Парадоксы нашего времени».
Вариант в стиле «техно»:
Анна разбогатела, купила компьютер (мать не разрешала ей этого прежде, чтобы не портила зрение и осанку, говорила, хватит тебе и телевизора, ты от него не отходишь), оплатила безлимитный Интернет по льготному тарифу, зарегистрировалась в социальных сетях и вышла на связь с ведущим её любимого телешоу.
Оказывается, он был её одноклассником и женихом, свадьбу с которым расстроили её родители много лет тому назад.
Анна сделала пластику, липосакцию и теперь в режиме прямой видеоконференции участвует в телешоу.
Связаться с ней можно по телефону:
+79501234567 и в Интернете на сайте
Примечания
Милошевич (1941-2006) - Слободан— югославский и сербский государственный и политический деятель, президент Сербии в 1989—1997 годах, а затем президент Союзной Республики Югославия в 1997—2000 годах
Перельман (1966) - Григорий Яковлевич — российский математик, доказавший гипотезу Пуанкаре, которая была нерешённой проблемой около века, а в настоящий момент это единственная решённая математическая проблема из семи задач тысячелетия
Пуанкаре (1854-1912) — французский математик, механик, физик, астроном и философ. Глава Парижской академии наук, член Французской академии и ещё более 30 академий мира, в том числе иностранный член-корреспондент Петербургской академии наук. Историки причисляют Анри Пуанкаре к величайшим математикам всех времён.
М.С. Горбачев (1931-2022) — советский и российский государственный, политический, партийный и общественный деятель. Последний Генеральный секретарь ЦК КПСС. Последний Председатель Президиума Верховного Совета СССР, затем первый председатель Верховного Совета СССР. Единственный в истории президент СССР
Р.М. Горбачёва (1932-1999) — советский и российский общественный деятель, супруга Генерального секретаря ЦК КПСС, президента СССР Михаила Сергеевича Горбачёва.
Литература:
Википедия – свободная энциклопедия
29/10/10 – 27/04/24
© Нефедова М.Э., 2024
Спасибо за чтение
Вернуться к книге