Четвёртое октября

Глава 1

Четвёртое октября

Пьеса в двух действиях

Действующие лица:

Роберт — писатель, мечтатель.

Аделя — актриса, мечтательница. (Призрак. В зависимости от света: когда свет тёплый, то образ Адели — это воспоминания Роберта из их совместной жизни; когда свет тусклый и холодный — значит, Аделя в форме призрака.)

Читатель.

Актер 1. Актер 2.

Актриса 1. Актриса 2. Актриса 3. Актриса 4.

Несколько студентов.

Музыкальная группа.

Действия происходят в Санкт-Петербурге в 2025 году.

Действие первое

Картина первая

Невысокий пригорок, на котором стоит скамейка. Позади свет имитирует алый закат. Слышится отдаленное пение птиц и звуки скрипки. Герои находятся в кадре и как будто продолжают диалог. Свет на сцене холодный.

Роберт. Это моя первая осень без тебя.

Аделя. А помнишь, как год назад тебе было стыдно, что ты забыл поздравить меня с днём рождения?

Роберт. Миллион раз прокручивал это в голове.

Аделя. (Шепотом.) Не стоило.

Роберт. Да, много чего не стоило делать… Но живем тем, что имеем.

Аделя. Радуйся тому, что у тебя есть. Ведь…

Роберт. (Перебивая.) А если мне не радостно?

Аделя. Значит, ты плохо старался и не нашел причин для радости.

Роберт. Зато я нашел сотни причин для грусти. Не считаешь это достижением?

Аделя. Если твоя цель сыграть в ящик, то, полагаю, в этом достижении есть определенный успех.

Роберт. Осень — время грусти…

Аделя. Согласна. «Сезон печали», так мы раньше его называли?

Роберт. Верно. Еще мы мечтали назвать так нашу пьесу. Но не всем мечтам суждено перевоплотиться во что-то большее.

(Повисла добрая грусть.)

Аделя. Я долго гадала, придешь ли ты сюда сегодня, ведь прошел год.

Роберт. Есть вещи, которые не следуют принципу «спустя год». Что-то в мире стабильно и неизменно. Например, моя любовь к тебе.

Он с тоской посмотрел в пустоту, где мысленно представлял любовь всей своей жизни, сидящую рядом с ним на узорной черной скамейке. Густые сумерки прятали красоту осенних деревьев за темнотой, поэтому он принял решение покинуть кладбище. Закрыв калитку ограды, он на прощание обернулся и мимолетно представил её силуэт на месте темного резного камня, и в это мгновение из-за плотных туч выглянуло яркое солнце и пошёл мелкий дождь.

Картина вторая

Маленькая уютная квартирка на Ваське. Сцена начинается с того, что Роберт сидит за столом и попеременно включает и выключает настольную лампу. (Дергая за веревочку на лампе, создается тикающий звук.) На столе лежит несколько скомканных листов бумаги. За окном идет дождь.

Роберт. Я так больше не могу.

Он дергает за веревочку и полностью гаснет свет. Через несколько секунд свет включается.

Роберт. Но… (пауза) …нет.

Гаснет свет. За сценой играет напряженная музыка. Свет включается. Он вскакивает из-за стола и шумно ставит одну ногу на стул.

Роберт. Стоит ли искать смысл там, где его нет? Что, если закончить всё прямо сейчас?

Он встает на стул двумя ногами и озирается по сторонам. Музыка звучит громче.

Роберт. (Закрывая лицо руками.) Не так всё должно закончиться. Не так… (Долгая пауза. Он садится на стул.) А помнишь, как всё началось? (Он с теплом смотрит в пустоту. Гаснет свет.)

Картина третья

Декорации напоминают Пушкинский сквер. На заднем плане несколько студентов сидят на лавках. В стороне группа музыкантов наигрывает уличные песни. Освещение тёплое и на центральной скамейке сначала появляется Аделя, она садится и слушает музыкантов. Спустя время рядом с ней садится Роберт.

Аделя. Мне нравится это место, но когда здесь меньше людей.

Роберт. Да, мне тоже. Я часто сюда прихожу.

Аделя. И я. Но почему-то раньше не встречала Вас.

Роберт. И я Вас. Как же хитро переплетён мир. Я живу в соседнем доме.

Аделя. А я работаю… Вернее работала в театре на Владимирской.

Роберт. Вы актриса?

Аделя. Верно. В прошлом месяце получила главную роль, однако сегодня узнала, что спектакль не состоится по неведомым мне причинам.

Роберт. Сожалею. Но то, что не делается, — всё к лучшему.

Аделя. Время покажет. А вы чем занимаетесь?

Роберт. Большую часть дня абсолютно ничем. Есть такая профессия «жить жизнь».

Аделя. Вот как!

Роберт. Не самом деле я автор малоизвестных романов. Они настолько хороши, что не каждый человек может их прочитать и уловить суть. Так, по крайней мере, я себя успокаиваю.

Аделя. Зря вы так. Охотно верю в то, что у вас талант.

Роберт. Мне бы вашу веру. Тогда я бы горы завернул и уложил их к вашим ногам.

На это заявление Аделя улыбнулась и мило засмеялась в ответ.

Роберт. Я Роберт. Могу я пригласить Вас сейчас на кофе? Попить кофе с чудаком иногда бывает полезно или как минимум забавно.

Аделя. Хм…дайте-ка подумать. Как говорится, чудак чудака видит издалека? (Смех.) Я Аделя. Приятно познакомиться.

Она протянула руку, и он нежно сжал её запястье.

Роберт. В соседнем доме готовят вкусный кофе и самые хрустящие круассаны.

Аделя. Отлично! Ведите.

Картина четвертая

Кофейня с большим арочным окном, напротив которого стоит небольшой столик и два стула. Официант приносит их заказ. Освещение теплое. На фоне играет приятная музыка.

Роберт. У меня появилась идея. Надеюсь, что она тебе понравится.

Аделя. Я вся во внимании.

Роберт. Хочешь, я напишу пьесу о нас?

Аделя. О нас?

Роберт. Почему бы и нет?

Аделя задумалась на мгновение и отпила из чашки кофе.

Аделя. А она будет грустная или веселая?

Роберт. Она будет такой, какой мы её напишем. Ты хочешь грустную или веселую?

Аделя. Я хочу правдивую. Если вдруг мне доведётся сыграть её на сцене, то мне не придётся притворяться той, кем я не являюсь. Все вокруг и так стараются казаться лучше, чем они есть. А про актеров и говорить нечего…

Роберт. Что-то в этом явно есть… Ты будешь собой, а я собой. Нашим «всё» станет искренность.

Аделя. Думаешь, сейчас зрителям понравится искренность?

Роберт. Думаю, что искренность всегда в моде.

Аделя. Никогда не видела искренности в театре. Боюсь, что это в целом противоречит театральному искусству.

Роберт. Мы это исправим.

Аделя. (Задумчиво.) Допустим, что у нас это получилось. А что еще важно в спектакле?

Роберт. История.

Аделя. О чём же будет наша история?

Гаснет свет.

Картина пятая

Квартира на Ваське. Роберт сидит за столом и пишет эту пьесу. Освещение холодное.

Роберт. (Отрывает взгляд от тетради на столе.) Стоп! И о чём же эта история? О моей любви к ней? О её любви ко мне? О нас?

Он встает и начинает ходить по комнате, вырывая листы из тетради.

Роберт. Обо всем этом каждая вторая история. Любовь, любовь, любовь… Но! Между нами было нечто большее.

Появляется Аделя в виде призрака и садится за стол. Она берет в руки ручку и начинает что-то писать в тетради.

Аделя. (Продолжая писать.) Действительно было. Я знала тебя лучше, чем себя.

Роберт. (Безостановочно продолжил ходить туда-сюда по квартире.) Ты права! Кем я был для тебя?

Аделя. Штилем радости. Я помню, как ты меня смешил. Я всегда смеялась, даже когда было плохое настроение. Еще помню все твои лекции о кино и театре. Мы так торопились везде успеть, что опоздали…

Роберт. (Он останавливается напротив Адели.) Но мы еще можем все исправить.

Аделя. Ты можешь все исправить, рассказав нашу историю. Какой я была в твоих глазах?

Роберт. Талантливой. Я полюбил тебя за талант. Ты талантливо жила свою жизнь. А мне нравилось наблюдать за тобой со стороны. Ты всегда поступала правильно. Кроме того вечера…

Аделя. (Перебивая.) Упустим подробности. Пиши о нас. О глупых и счастливых часах. Ты и так уже начал с печали. Людям и так хватает своей печали — почему они вдруг должны страдать еще и по твоей милости?

Роберт. (Улыбаясь.) Аделя, а как же искренность?

Аделя. А разве нельзя быть искренне счастливым и глупым? Мы же когда-то были такими. Это потом на нас свалилось тридцать три несчастья. Но кому это может быть интересно? Мы живем в мире проблем. Если мы вдруг не расскажем о своих проблемах, то в этом мире не убудет.

Роберт. А только прибавится.

Он захлопывает тетрадь и уходит за кулисы. Свет гаснет.

Картина шестая.

Декорации Пушкинского сквера. Теплый свет. Роберт и Аделя сидят на центральной скамейке.

Роберт. Нет, ты только представь «Сезон печали». Мы покажем её осенью.

Аделя. Вот бы в жизни было всё так же легко, как ты говоришь.

Роберт. Я чувствую, что она готова.

Аделя. Ну, если ты чувствуешь…Может, не стоит называть так пьесу? Это же комедия, а не драма.

Роберт. Это ирония, любовь моя.

Аделя. Тогда иронично будет учесть то, что у нас абсолютно нет денег на то, чтобы все это организовать.

Роберт. С деньгами любой сможет, а у нас получится и без них. Улыбка и аплодисменты станут нашей наградой.

Аделя. Может покажем её прямо здесь?

Роберт. (Вскочив на ноги.) Конечно! Гениально! (Целует Аделю.)

Аделя. Здесь всё началось и здесь же все закончится.

Роберт. Как прозаично.

Аделя. Как только организовать сцену?

Роберт. А для чего нам сцена? Нам город подарил такие роскошные декорации, что и выдумывать ничего не нужно. Мы будем играть прямо на улице. Здесь будут музыканты. (Он подбежал к соседней скамейке). Тут мы начнем играть. (Он закружил Аделю в центре, где стоял памятник Пушкину.) Туда мы установим свет. Все будет словно в сказке. Ты только представь…

Гаснет свет.

Картина седьмая

Квартира на Ваське. Роберт смотрит в окно и курит. Свет теплый.

Роберт. А что? Вот что она должна представить? (Садится задумчиво на подоконник.) Пьеса ничто без актеров. Нужно отсмотреть самых лучших. Но кто сможет заменить Аделю?

Звонок в дверь. На сцене появляется Читатель.

Читатель. А что происходит?

Роберт. (Положив руку на плечо Читателя.) О, мой бедный читатель, ты, вероятно, совсем запутался. Ничего. В жизни часто такое бывает…

Читатель. Ты не объяснишь, в чем, собственно, дело и почему мы все здесь собрались?

Роберт. Ради моей истории, конечно! А вот для чего тебе знать мою историю? (Пауза.) На этот вопрос знаешь ответ только ты. Люди — странные создания — им нравится смотреть со сцены на чужие страдания. Да, честно говоря, и не только со сцены. Желаешь продолжить?

Читатель. Да, пожалуй.

Роберт. Тогда перейдем к следующему действию. Впереди немаловажная глава. Кастинг. Знаешь, как правильно выбрать актера на роль?

Конец первого действия.

Действие второе

Картина первая

Декорации помоста театра. Слева от сцены стоит кресло режиссера. За сценой слышен гул шепота. Периодически из-за кулис выглядывают актеры. Освещение обычное.

Роберт. Итак, всех приветствую на пробах к спектаклю «Сезон печали». Надеюсь, что для вас, актеров, сегодня начнется «Сезон успеха». Что ж, если все готовы, то предлагаю начинать. (Он сценически хлопает в ладоши.)

По сцене разбредаются актеры в маленькие группы. Начинается суматоха. Роберт садится в импровизированное кресло режиссера. Толпа в центр выталкивает засмущавшегося молодого актера.

Роберт. (Слегка надменно.) Вы готовы?

Актер 1. (Заикающимся голосом.) Д-да.

Роберт. Тогда можете начинать.

Актер 1. (Заикающимся голосом.) Эт-это моя п-первая осень без тебя.

Роберт. Вы заикаетесь в обычной жизни?

Актер 1. Н-нет.

Он резко выбегает со сцены. Роберт старается скрыть свое недопонимание.

Роберт. Так. Кто следующий?

Актриса 1. Давайте я.

Она гордо выходит на центр сцены.

Роберт. Вы проходите пробы на роль Адели?

Актриса 1. А в этой пьесе есть еще какие-то достойные роли?

Роберт. (Сурово.) А вы считаете себя достойной этой роли?

Молчание. После следует гордый кивок одобрения от актрисы.

Роберт. (С раздражением.) Кто еще считает себя достойной этой роли?

Подняли руки несколько девушек. Остальные неловко проигнорировали вопрос.

Роберт. Почему же вы все не подняли руки? (Надменно осматривая толпу.) Мне кажется, вы абсолютно не поняли этого персонажа. Аделя была очень горда собой. Она любила себя и жила достойно. Это была талантливая и самодостаточная женщина, которой не требовалось что-то кому-то доказывать.

Он шумно сел в кресло.

Роберт. (Со вздохом.) Вы все не стоите её роли...

Из-за кулис выглядывает Читатель.

Читатель. Но призрак же не может играть на сцене?

Картина вторая

Сон Роберта. В центре сцены стоит кровать, на которой лежит Роберт. Аделя тихо подходит к его кровати и садится у изголовья. Роберт кладет голову на её колени. Она ласково гладит его по голове. Освещение холодное и освещает только кровать.

Роберт. Ты бы смогла показать себя настоящую на сцене?

Аделя. Чтобы это было правдоподобно?

Роберт. Конечно. Иначе зритель не поверит.

Аделя. А почему он должен верить?

Роберт. Наверное, в этом и суть. В обычной жизни мы же людям тоже либо верим, либо нет.

Аделя. Боюсь, ты забыл, что есть еще третий вариант.

Роберт. Какой же?

Аделя. Позволить зрителю самому принять решение. Кто-то поверит в игру актера, а кто-то сочтет все это глупостью. Сколько людей, столько и мнений. Знаешь, мне кажется, что тебе нужен помощник. Иначе ты никогда не закончишь эту работу.

Роберт. (Сонно бормочет.) Кого же сделать моим помощником?

Аделя. Читателя, конечно!

Роберт. (Зевая.) А?

Аделя. (Целуя в висок.) Спи. (Начинает петь.)

Ночь спускается с небес, Засыпает тихий лес. Пусть тебе приснится Светлая страница.

Звёзды кружат у окна, Дом укрыла тишина. Всё вокруг уснуло, А тебе не спится.

Спи, мой маленький мечтатель, Утро будет ждать тебя. Самый добрый, светлый день Обязательно случится.

Картина третья

Финальные пробы. Роберт и Читатель собирают вокруг себя группу актеров на сцене. Освещение обычное.

Читатель. Итак, финальные пробы. Прошу по очереди проиграть первую картину.

Читатель вместе с Робертом отходят на край сцены и смотрят на происходящее оттуда.

Актер 2. (С преувеличенной самоиронией.) Это моя первая осень без тебя.

Актриса 2. (Со слезами на глазах.) А помнишь, как год назад тебе было стыдно, что ты забыл поздравить меня с днём рождения?

Актер 2. (Громче, чем требовалось.) Миллион раз прокручивал это в голове.

Актриса 2. (Бросаясь ему на плечо.) Не стоило.

Читатель. Стоп. Вы абсолютно мимо чувств. Попробуем следующих.

Актер 1. (Не заикаясь.) Да, много чего не стоило делать… Но живем тем, что имеем.

Актриса 3. (Писклявым голосом.) Радуйся тому, что у тебя есть. Ведь…

Читатель. Нет. Это совсем не пойдет.

Девушка, фыркнув, покидает сцену.

Читатель. (Глядя на Актера 1.) Вы можете продолжить.

Актер 1. (Слегка сбившись.) А если мне не радостно?

Актриса 4. (Мягким и нежным голосом.) Значит, ты плохо старался и не нашел причин для радости.

Актер 1. Зато я нашел сотни причин для грусти. Не считаешь это достижением?

Актриса 4. Если твоя цель сыграть в ящик, то, полагаю, в этом достижении есть определенный успех.

Актер 1 и Актриса 4 тише продолжают читать первую картину по ролям. Мы слышим их как бы на фоне. Вперед выходят Читатель и Роберт.

Читатель. Я предлагаю оставить роли за ними.

Роберт. Ты думаешь они смогут передать всё то, что я спрятал между строк в этой пьесе?

Читатель. Дай им шанс и узнаешь.

Картина четвертая

Комнатка на Ваське. Ночь перед премьерой. Роберт сидит на подоконнике и задумчиво смотрит в окно. Аделя сидит на столе, поджав ноги. Освещение холодное.

Роберт. Давай поговорим в последний раз?

Аделя спрыгивает со стола и присаживается на край подоконника рядом с Робертом.

Аделя. Нам давно пора это сделать. (Она поправляет выбившиеся пряди из прически Роберта.) Знаю, я мешаю тебе жить в настоящем. Ты всё не можешь понять, что воспоминания не смогут вернуть меня к тебе.

Роберт. Аделя, воспоминания — это все что у меня от тебя осталось.

Он касается её щеки и смахивает слезы.

Аделя. (Дрожащим голосом.) Нельзя жить в прошлом. Тебе стоит меня отпустить. Так будет правильнее…

Роберт. Но не легче.

Аделя. А кто обещал, что будет легко? (С улыбкой.) Твоя пьеса прекрасна, но она не вернет нас в «счастливое тогда», а подарит тебе лишь очередной «Сезон печали». Пора жить дальше без меня, Роберт.

Она целует его и свет гаснет в последний раз.

Картина пятая

Премьера спектакля. Из-за кулис появляется Роберт в праздничном черном костюме. Он нервно поправляет бабочку и садится в зрительском зале. Следом за ним выходит Читатель и садится подле него. Раздвигаются кулисы и зритель видит скамейку и пригорок. На скамейке сидит Актриса 4. Актер 1 выходит и садится рядом с ней.

Актер 1. Это моя первая осень без тебя.

Актриса 4. (Мило улыбнувшись.) А помнишь, как год назад тебе было стыдно, что ты забыл поздравить меня с днём рождения?

Актер 1. (Влюблённо глядя в её лицо.) Миллион раз прокручивал это в голове.

Актриса 4. (Шепотом.) Не стоило.

Актер 1. Да, много чего не стоило делать. Хотя живем тем, что имеем.

Актриса 4. Радуйся тому, что у тебя есть. Ведь…

Актер 1. (Перебивая.) А если мне не радостно?

Актриса 4. (Отвернувшись в сторону.) Значит, ты плохо старался и не нашел причин для радости.

Актер 1. (Повернув её за подбородок к себе.) Зато я нашел сотни причин для грусти. Не считаешь это достижением?

Актриса 4. (Шутливо.) Если твоя цель сыграть в ящик, то, полагаю, в этом достижении есть определенный успех.

Актер 1. Осень — время грусти.

Актриса 4. Согласна. «Сезон печали», так мы раньше его называли?

Актер 1. Верно! Еще мы мечтали назвать так нашу пьесу... Но не всем мечтам суждено перевоплотиться во что-то большее.

Актриса 4. Я долго гадала, придешь ли ты сюда сегодня, ведь прошел год.

Актер 1. Есть вещи, которые не следуют принципу «спустя год». Что-то в мире стабильно и неизменно. Например, моя любовь к тебе.

Поцелуй. Гаснет свет.

Картина шестая

Эпилог. Роберт и Читатель появляются на пустой сцене в круге теплого света. На заднем плане музыканты играют спокойную музыку.

Роберт. (Обращаясь к Читателю.) Нет, всё же на свою жизнь тяжело смотреть со стороны. Я что, действительно так разговариваю?

Читатель. (Широко улыбаясь.) Да.

Роберт. Что ж, значит пьеса удалась. Хорош тот актёр, который может передать суть истории без каких-либо трансформаций под свой лад… Моя история не идеальна, собственно, как и всё в этом мире. Моя история — уникальна. Поэтому мне осталось только перед вами поклониться и сказать спасибо!

Он кланяется перед Читателем.

Роберт. (Обращаясь в зрительский зал.) Спасибо каждому человеку, который достиг этой последней строчки. Для любого писателя важно быть услышанным. Позволю себе последнее напутствие. Запомните: правдивыми могут быть только ваши чувства и ощущения.

Конец.