Час с маленьким ангелом

Глава 1

Прошёл месяц с тех пор, как я каждый день приезжаю в больницу и живу среди страхов. Каждый день и каждую ночь думаю об одном: что будет?

Месяц назад, когда я почувствовала себя плохо, сдала анализы. Вместо того чтобы сказать что-нибудь определённое, мне сообщили только: «У вас мало крови». Мне выдали целый лист с назначениями и сказали, что нужно срочно сделать операцию.Но перед операцией необходимо сдать дополнительные анализы и подготовиться. При этом в больнице нет мест.

Как такое может быть? Когда человек может умирать, а ему говорят, что мест нет. Из-за этого мне пришлось целый месяц ходить туда-сюда. Даже сейчас приходится ждать. Хотя сад красивый, здесь можно сидеть и думать о том, что ты сделал за всю свою жизнь. А это страшно, учитывая, что я ничего не сделала за все эти годы.

Смогу ли я ещё что-нибудь сделать? Что, если я умру? Кто сказал, что я выйду из операционной живой?

О таких вещах можно думать и мучиться.

— Извините, можно рядом сесть?

Я не заметила, как рядом со мной появилась маленькая девочка. Она была такой красивой и милой. Ей было примерно десять-одиннадцать лет, а может, и меньше. Но говорила она совсем как взрослая.

— Да, можно.

— Как же здесь красиво!

Она говорила таким сладким голоском, что невозможно было не обратить на неё внимания.

— Да, — ответила я.

— Им не сложно ли жить в таком большом мире?

— Кому сложно?

Я стала осматриваться вокруг. Всё было как обычно. Не было людей, которых можно было бы назвать маленькими для этого мира.

— Вон там, муравьи.

Она показала рукой на дерево, по которому ползали муравьи. Они двигались, словно солдаты, ровно и без остановки.

— Не знаю. Но почему им должно быть трудно? Они же живут по своим правилам.

— Не знаю. Когда идёт дождь или становится холодно, им ведь нужно хорошее укрытие. А у меня оно есть. Дом, в котором всегда тепло.

И правда, муравьям приходится работать и бороться ради жизни, а нам, людям, у которых есть дом и еда, — бороться за хорошую жизнь.

— Птицы... Как красиво они летают!

Она смотрела в небо, где и правда летали птицы. Они перемещались туда-сюда, словно убегали друг от друга или, наоборот, играли.

— Почему они красивые?

Мне было интересно с ней разговаривать.

— Потому что они свободны. Свобода — это и есть красота. Можно играть, танцевать, делать всё, что захочешь.

— Мне нравится рисовать. А вам?

— Когда-то нравилось, а сейчас нет времени.

— Если у вас нет времени, это означает, что вы больше не любите рисовать?

И правда, я любила рисовать. Даже могла найти время, если бы захотела.

— Иногда так бывает.

— Странно.

Она на некоторое время замолчала. Кажется, о чём-то задумалась.

— Хотите, я покажу вам рисунки, которые сама нарисовала? — Ты где живёшь?

Я наконец задала этот вопрос. Всё это время даже не думала о том, что девочка, возможно, потеряла родителей. — Я здесь живу.

— Где твои родители?

— Не знаю, — сказала она. В этот момент в её глазах появилась грусть.

— Как это не знаешь? Или ты потерялась?

— Нет, я же сказала, что живу здесь.

— Как?

— Идёмте.

Она вела себя как взрослая, хотя всё ещё улыбалась. Я пошла за ней и думала о том, что в этом мире живём не только мы, но и другие существа. Интересно, у них тоже бывают такие заботы, как у нас? Мы шли по коридорам больницы. Здесь пахло лекарствами, слышались печальные голоса, люди ходили с тревожными лицами. Ни один человек не мог чувствовать себя здесь спокойно. Она шла уверенно, кажется, знала всю дорогу. Немного пройдя, мы оказались в детском корпусе. Здесь было немного уютнее, но и тут пахло лекарствами и уколами, а ещё слышался плач детей.

— Да, они такие слабые...

Кажется, она говорила сама с собой.

— Вот каждый день плачут. Неужели не понимают, что это бесполезно?

Я ничего не ответила.

Её комната оказалась совсем не такой, какой я её представляла. Маленькая и уютная, она, если не думать о том, что находится в больнице, больше напоминала обычную детскую. Повсюду лежали детские вещи и были развешаны рисунки. Каждый из них отражал что-то своё. Всё было таким светлым и милым. Но сколько же времени потребовалось, чтобы всё это появилось здесь!

— Вот, смотрите.

Она протянула мне несколько листов с рисунками. Каждый был по-своему необычным. Один из них изображал красного кролика. У него были длинные уши, чёрные глаза и пушистая красная шерсть.

— Почему он красного цвета?

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Он съел много ягод. Из-за этого стал красным. Я ему говорила, чтобы он не ел так много, но вот видите, какой он непослушный.

Я улыбнулась. Как же это было странно и мило! Там были и другие рисунки. Такие же необычные. Она рассказала мне обо всех.

И вот последний рисунок. Он отличался от остальных. Две стороны листа были тёмными, а посередине оставалось узкое свободное пространство. На нём была изображена девочка, которая падала. Кажется, это была какая-то бездна, в которую девочка вот-вот должна была упасть.

— Что это означает?

Я спросила, хотя мало верила, что за этим рисунком скрывается какая-то хорошая история её воображения. Она долго смотрела на рисунок. Потом ответила:

— Эта девочка много играла, и однажды не заметила пропасть и упала.

— Но ведь она ещё не упала полностью. Смотри, она пока держится в воздухе.

— Да, — грустно ответила она. — Она сама не знает, когда упадёт.

Меня охватило какое-то странное и тревожное чувство. — Почему вы здесь?

— Мне тоже нужно здесь остаться.

— Тогда почему вы ещё не остались?

— Для меня нет места.

— Да, но вы знаете?

— Что?

— Когда я выйду отсюда, я отдам вам свою комнату.

— Так ты скоро выйдешь?

У меня появилась надежда. Значит, она скоро выйдет. Она не успела ответить, как открылась дверь и вошла женщина средних лет. Увидев меня, она удивилась. Но девочка объяснила маме, кто я. Через некоторое время мы с её мамой вышли из комнаты, потому что пришла медсестра и сделала девочке укол. Только тогда я заметила, что на её руке было много следов от уколов. Кажется, это был далеко не первый и даже не второй раз, когда ей делали укол.

— Так вы скоро выйдете? — спросила я у мамы девочки. — Да, доктора так сказали.

После этих слов она начала плакать. Я растерялась. Почему она плачет? Разве это не хорошо, если её дочь скоро выйдет? Я ушла, так как мне уже нужно было идти к врачу. Всё время ожидания я думала о ней. О её словах. При этом тревожное чувство никак меня не покидало. Будто я что-то упускала.

Два часа ожидания — и вот я уже у врача, слушаю шокирующую, но простую новость. Я здорова. В прошлый раз мои анализы перепутали с анализами другой пациентки. Я была счастлива, и мир казался таким красивым. Первым делом я направилась в комнату девочки. Не знаю почему, но мне хотелось сказать ей, что я здорова. Но когда я пришла, там никого не было. Я спросила одну из медсестёр:

— А где она?

— Она умерла.

— Что? Кажется, вы что-то перепутали. Она же была жива. Я разговаривала с ней всего два часа назад.

В глазах медсестры появились слёзы.

— Так вот, она умерла час назад. Её сразу увезли.

Увидев моё лицо, медсестра начала что-то объяснять, но я почти ничего не слышала.

— У неё была неизлечимая болезнь. Вот уже год мы ничего не могли сделать.

Слёзы текли из моих глаз. Я не могла и не хотела останавливать их. Если бы они остановились, то, казалось, обожгли бы мою душу. Я начала вспоминать её слова и постепенно понимать их настоящий смысл. Девочка, падающая в бездну... Это была она. Она знала, что так случится, понимала это и целый год держалась. Но почему я не понимала этого? Почему не осталась с ней?