Богатейший человек на Земле

Глава 1

Глава 1. Нулевой баланс

В дежурке пахло застоявшимся кофе и дешевым табаком. Я смотрел в монитор, на котором черно-белые силуэты покупателей лениво перемещались между рядами супермаркета, и чувствовал, как внутри меня медленно закипает глухая, безнадежная ярость.

Мой телефон завибрировал в десятый раз за вечер. Банки. Микрозаймы. «Уважаемый Владислав, ваш платеж просрочен…». К черту их всех. У меня в кармане было сто рублей — на проезд до дома и пачку самой дешевой лапши. Завтра — аренда, за которую платить нечем, и хозяин квартиры, который уже намекал, что пора освобождать помещение.

Я вышел на улицу, когда смена закончилась. Ночной город встретил меня холодным дождем. Я остановился под козырьком автобусной остановки, достал из кармана телефон, экран которого был покрыт паутиной трещин, и просто посмотрел в черное, равнодушное небо.

— Если бы у меня были деньги… — прошептал я, и голос мой дрогнул. — Просто бесконечные деньги. Чтобы я не был обязан прогибаться под этот мир. Чтобы мне не нужно было воровать или унижаться. Просто дайте мне шанс!

Это не было молитвой. Это был крик отчаяния человека, который стоит на краю обрыва. Я чувствовал себя пылью, которую размазали по асфальту. Я так сильно хотел, чтобы эта система — этот мир с его кредитами, графиками и унижениями — перестала иметь надо мной власть, что готов был продать душу.

Я засунул телефон обратно в карман и поплелся к автобусу. Всю дорогу домой я смотрел в окно, пытаясь уснуть, но в голове крутились цифры долгов.

Утром меня разбудил странный писк.

Я потянулся к тумбочке, ожидая увидеть уведомление о блокировке карты или очередное «последнее предупреждение». Вместо этого на рабочем столе телефона я увидел иконку, которой не было вчера. Яркий золотой слиток на черном фоне, и подпись: «Gold Кликер».

— Что за… — пробормотал я, протирая глаза.

Я нажал на иконку. Приложение открылось мгновенно. На весь экран был нарисован огромный вращающийся золотой диск, а под ним счетчик: $0.00.

Внизу была короткая инструкция: «Каждое касание — это твой вклад в личное благополучие. Вывод средств доступен в любой момент».

Я усмехнулся. Еще один развод для лохов. Скорее всего, очередное казино или майнер, который сожрет батарею. Но в ту секунду я чувствовал себя таким ничтожным, что мне было плевать. Я просто тыкнул пальцем в экран.

Дзинь.

На счетчике загорелось: $1.00.

Я моргнул. Секунда замешательства. Я нажал еще раз.

$2.00.

Холодный пот прошиб меня мгновенно. Я открыл приложение банка. На счету моей карты, где вчера было пусто, висел остаток: 100 рублей. Я вернулся в «Gold кликер» и нажал еще пять раз.

$7.00.

Руки затряслись так, что я чуть не выронил телефон. Я нажал «Вывод». Всплыло окно: «Введите номер карты». Я вбил цифры, задержав дыхание.

Через пять секунд телефон завибрировал. СМС от банка: «Зачисление средств: 490 рублей. Остаток: 590 рублей».

Я сидел на кровати в своей обшарпанной однушке, глядя на экран, и тишина в комнате звенела, как натянутая струна. Это не была магия. Это было что-то другое. Это был чит-код к самой реальности.

Я посмотрел на счетчик в приложении.

$7.00.

Я снова ткнул в золотой диск. $8.00.

Мир за окном по-прежнему был серым и убогим, но внутри меня впервые за десять лет зажегся огонь. Я не просто хотел денег. Я хотел выкупить свою жизнь у этого мира. И теперь у меня был инструмент.

Я начал кликать.

Глава 2. Лихорадка

Первую неделю я жил в режиме робота. Я почти перестал спать. Мои пальцы, еще недавно сжимавшие дубинку охранника, теперь судорожно колотили по стеклу смартфона.

Алгоритм приложения был дьявольски затягивающим. Сначала один клик — один доллар. Но стоило набрать первую тысячу, как открылся апгрейд: «Ускоритель касаний». За десять тысяч «заработанных» долларов я купил «Мульти-кликер», который при нажатии засчитывал сразу десять кликов. Через месяц я уже зарабатывал по сто долларов за одно касание.

Я уволился. Просто не пришел на смену. Начальник звонил, угрожал штрафами, а я сидел в своей квартире, смотрел на него через глазок и смеялся. Мне было плевать на его штрафы. Я только что кликнул десять тысяч раз за завтраком, пока пил кофе. Мой счет в банке выглядел как номер телефона.

Но деньги — это еще не богатство, это просто цифры. Настоящий азарт проснулся, когда я начал тратить.

Сначала я погасил все долги. В банке, где я когда-то умолял об отсрочке, менеджер теперь смотрела на меня глазами, полными обожания и легкого страха. Я купил квартиру в центре, машину, которой не было в каталогах нашего города. Но этого было мало.

Лихорадка пожирала меня. Я хотел видеть, как этот мир прогибается под тяжестью моего смартфона.

Я начал скупать всё. Дорогие часы, картины, недвижимость — это было слишком мелко. Я стал инвестором. Я вливал в экономику города такие суммы, что мэрия меняла правила застройки за одну ночь по моему звонку.

— Владислав Сергеевич, вы ведь понимаете, что такие объемы наличности… они дестабилизируют рынок? — осторожно спрашивал мой новый финансовый консультант, которого я нанял из самого престижного банка страны. Он смотрел на отчеты и бледнел.

— Просто делай то, что я говорю, — отрезал я, даже не поднимая глаз от телефона. Клик-клик-клик. В этот момент я как раз «прокачал» приложение до уровня «Миллионер». Теперь один мой палец приносил десять тысяч долларов.

Я купил себе частный самолет. Я купил остров. Я нанял личную охрану, которая раньше работала в элитных спецподразделениях. Охранники теперь охраняли меня — человека, который когда-то стоял на их месте. Ирония судьбы была настолько густой, что её можно было резать ножом.

Но главное — я начал чувствовать себя Богом.

Когда ты можешь купить всё, исчезает ценность вещей. Хлеб, машина, дом, самолет — всё стало одинаково доступным. Осталась только одна валюта, которая имела смысл — влияние. Я начал раздавать деньги. Миллионы долларов переводились на счета детских больниц, в фонды спасения вымирающих животных, в научные лаборатории. Я смотрел новости: «Таинственный благотворитель спас целую страну от голода». Моё имя не знали, но я видел результат.

Я чувствовал себя добрым волшебником, который наконец-то исправил ошибку Бога. Мир был несправедлив, потому что денег не хватало. Теперь денег было до хрена.

Я не понимал одного. Я не видел графиков инфляции. Я не видел, как в магазинах меняются ценники каждый час. Я был слишком занят прокачкой своего приложения. Ведь в нем открылся новый апгрейд: «Мировой охват».

Теперь, когда я кликал, деньги списывались со всех счетов мира и… нет, они не списывались. Они просто возникали из ниоткуда, наполняя глобальную систему.

Я кликнул. На счету стало еще на миллиард больше. Я был счастлив.

Я не замечал, что в новостях всё чаще говорят о закрытии банков, о пустых полках в супермаркетах и о том, что валюта стала стоить дешевле туалетной бумаги.

Я просто хотел кликнуть еще раз.

Глава 3. Мессия с кликером

К концу второго месяца приложение «Gold Кликер» обновилось до финальной версии. Кнопка на экране больше не была золотым диском — теперь это была пульсирующая сфера, похожая на маленькое солнце. Название сменилось на лаконичное: «Infinite» (Бесконечность).

Один клик теперь приносил сто миллионов долларов. Мой палец двигался на автопилоте. Я нажимал на экран, когда смотрел телевизор, когда ел, когда разговаривал со своими юристами. Мои счета в швейцарских, американских и азиатских банках ломились от цифр, которые уже не помещались на экранах компьютеров. Банковские системы безопасности по всему миру сначала пытались блокировать эти транзакции, подозревая взлом века, но вскоре просто сдались. Финансовые регуляторы бессильно разводили руками: деньги поступали из абсолютно легальных цифровых источников, подтвержденных международными протоколами. Я просто стал владельцем самой мощной печатной машины в истории человечества.

И мне стало скучно.

Когда ты можешь купить любой материальный объект на планете, материальный мир перестает существовать. Мне больше не нужны были яхты. Я хотел войти в историю. Я хотел стать тем, кто навсегда сотрет понятие «бедность» из человеческого словаря.

— Владислав Сергеевич, вы с ума сошли, — шептал мой главный финансовый советник, глядя на проект, который я перед ним выложил. Его руки дрожали так сильно, что он пролил остывший чай на стол. — Вы хотите выплатить внешний долг Греции? И Италии? И… боже мой, всего африканского континента?

— Именно, — спокойно ответил я, лениво кликая по экрану лежащего на столе смартфона. — Они должны МВФ и Всемирному банку. Я просто переведу им нужные суммы. И закрою долги всех физических лиц по ипотекам в нашей стране.

— Но откуда у вас эти средства?! Это же триллионы! Десятки триллионов долларов! Их просто нет в природе! Физически нет!

— Теперь есть, — улыбнулся я. — Я их создал. Разве это плохо? Люди вздохнут свободно. Налоги упадут. Больше никакой кабалы.

Я запустил свой план. Мой благотворительный фонд «Золотой Рассвет» начал агрессивную экспансию. За одну неделю я полностью погасил долги нескольких государств. Я выкупал целые отрасли промышленности и делал их продукцию бесплатной для населения. Я запустил программу «Базовый безусловный доход» — каждый житель Земли, просто зарегистрировавшись на моем сайте, получал на свою карту по две тысячи долларов еженедельно. Ни за что. Просто потому, что я так хотел.

Мир сошел с ума от восторга.

Мои портреты вешали на улицах городов вместо флагов. Люди молились на меня в церквях. Я стал живым богом, Мессией нового времени. По телевизору круглосуточно крутили сюжеты о том, как бедная семья из гетто переехала в роскошный особняк, потому что «таинственный Влад» закрыл все их проблемы. Я смотрел на это и плакал от гордости за себя. Я исправил эту сломанную планету.

Но через две недели ко мне в пентхаус пришел человек. Это был пожилой мужчина в потертом пиджаке, лауреат Нобелевской премии по экономике. Он не кланялся мне и не просил денег. Он просто положил на мой мраморный стол стопку распечатанных графиков.

— Владислав, — тихо сказал он. — Вы совершаете преступление против человечества.

— Я? — я рассмеялся, отложив телефон. — Я накормил миллионы голодных. Я закрыл все кредиты.

Люди больше не рабы банков!

— Люди больше не хотят работать, — сухо ответил профессор. — Зачем идти на завод или в поле, если вы присылаете им две тысячи долларов просто так? Заводы по производству муки стоят. Танкеры с нефтью заблокированы в портах, потому что матросы уволились. Ценность денег определяется не количеством нулей на бумаге, а количеством товаров, которые эти деньги могут купить. Вы наводнили мир бумагой, но уничтожили производство.

— Ерунда, — отмахнулся я. — Если цены вырастут, я просто раздам людям еще больше денег. Мой ресурс безграничен.

— В этом-то и трагедия, — старик посмотрел на меня с глубокой, бесконечной жалостью. — Если у всех есть триллион, то триллион не стоит ничего. Вы не уничтожили бедность, Владислав. Вы уничтожили ценность самого труда. Вы построили замок из песка, и сейчас начнется прилив.

Он ушел, отказавшись от предложенного мной чека на сто миллионов долларов. Он назвал этот чек «грязным фантиком».

Я проводил его презрительным взглядом. «Старый дурак», — подумал я тогда. — «Просто боится нового мира, где экономисты больше не нужны».

Я взял телефон и яростно закликал по сфере. На моем счету загорелся первый квадриллион долларов.

А на следующий день в супермаркете под моим домом обычная буханка хлеба стала стоить пятьдесят тысяч долларов. И это было только начало.

Глава 4. Экономика пепла

Хлеб по пятьдесят тысяч долларов был только прелюдией.

Через три дня буханка стоила уже миллион. Через неделю — десять миллионов. Экономика планеты не просто покатилась по наклонной, она рухнула в бездну со скоростью свободного падения. Глобальный финансовый рынок, который строился веками на балансе спроса, предложения и доверия, превратился в испаряющуюся лужу.

Я не понимал, что происходит. В моем сознании всё еще сидел наивный паттерн бедняка: «Если у людей проблемы с ценами, им просто нужно дать больше денег».

Я заперся в своем пентхаусе. Мой палец двигался по экрану со скоростью швейной машинки. Клик-клик-клик-клик. Я качал секстиллионы. Я увеличил базовый безусловный доход до пятидесяти миллионов долларов в неделю. Я переводил правительствам стран такие суммы, что цифровые счета центробанков начали выдавать системные ошибки — софт просто не был запрограммирован на обработку чисел с таким количеством нулей.

Но вместо спасения я получил катастрофу. Каждое мое новое вливание действовало как ведро бензина, вылитое в лесной пожар.

— Остановитесь! Вы убьете нас всех! — кричал в трубку мой финансовый советник. Это был его последний звонок. На заднем плане я слышал крики, вой сирен и звон бьющегося стекла. — Банкоматы не работают! Цифровые рубли, доллары, евро — это просто пиксели! Ни один фермер не продаст тонну пшеницы за ваши триллионы, потому что завтра на эти триллионы он не сможет купить даже пачку сигарет! Все переходят на бартер! Нам конец…

Связь оборвалась.

Через два дня в пентхаусе погас свет. Отключили воду. Идеальный мир, который я пытался построить, рассыпался за считаные недели. Системы жизнеобеспечения городов заглохли, потому что электрики, инженеры и сантехники больше не выходили на работу. Зачем им были нужны мои миллионы, если полки магазинов опустели?

Я вышел на балкон. На улицах внизу, где раньше ездили бесшумные электромобили, теперь горели костры. Люди грабили склады и супермаркеты. Те самые люди, которых я «осчастливил», теперь дрались насмерть за банку консервированной фасоли или канистру чистой воды.

Деньги буквально валялись под ногами. Те, у кого оставалась наличка, использовали стодолларовые купюры вместо растопки для костров — бумага грела лучше, чем номинал, который на ней был напечатан. Мобильная связь работала с перебоями, но когда мне удавалось поймать сеть, я видел заголовки новостей, которые заставляли мои волосы шевелиться:

«Мировой финансовый коллапс. ООН объявляет чрезвычайное положение»

«Смерть фиатных денег. Мир возвращается в средневековье»

«Кто такой Влад? Человечество ищет виновника цифровой чумы»

Они поняли. Они связали появление моего фонда «Золотой Рассвет» и бесконечные транзакции с крахом системы. Мои портреты, которые еще недавно целовали, теперь жгли на площадях. Из Мессии я превратился в Антихриста, в чудовище, которое легким движением пальца уничтожило цивилизацию.

Я вернулся в темную гостиную. Меня трясло. Физическая боль от голода — настоящая, острая, забытая — скрутила мой желудок. В моем холодильнике, где еще недавно лежали деликатесы, теперь было пусто. У меня были квадриллионы долларов на банковском приложении. Я мог выкупить всю Америку вместе с потрохами.

Но я не мог купить гребаный кусок хлеба.

Я сел на пол, прижавшись спиной к дорогому кожаному дивану, и посмотрел на экран телефона. Сфера на экране «Infinite» продолжала пульсировать ровным, мягким золотым светом. Она была единственным источником тепла и света в моем темном, вымершем пентхаусе.

Я поднес палец к экрану. Моя рука дрожала. Я знал, что это яд. Я знал, что каждый клик делает только хуже. Но это был единственный контроль над реальностью, который у меня остался.

Клик.

На счету прибавился еще один миллиард.

За окном раздался оглушительный взрыв. Где-то внизу, на темных улицах города, толпа с факелами и арматурой выламывала железные ворота моего жилого комплекса. Они шли за мной. За своим «богом».

Глава 5. Бесконечные нули

Тишина в пентхаусе была тяжелой, как могильная плита.

Штурм внизу давно прекратился. Толпе просто надоело ломать ворота. Зачем тратить силы на пустой бетонный небоскреб и мифического «бога», если на соседней улице горит склад с бакалеей, где еще можно отнять у кого-нибудь мешок сушеного гороха? Люди быстро поняли новые правила. Выживание — это не про месть. Выживание — это про калории.

Голод — это не просто пустота в желудке. Это едкая, серая кислота, которая медленно растворяет твои мысли.

Я лежал на полу в углу спальни, поджав колени к груди. Мой дизайнерский шелковый костюм за сто тысяч долларов теперь висел на мне, как грязный мешок. Я похудел на двадцать килограммов. Губы потрескались от жажды. Вчера я слил последнюю воду из сливного бачка унитаза, процедив её через дорогую рубашку от Армани. Это была последняя чистая влага в этом здании.

Вокруг меня на паркете валялись вещи. Золотые слитки, которые я когда-то заказал ради шутки, часы Patek Philippe, инкрустированные бриллиантами, пачки наличных долларов. Всё это было мусором.

Два дня назад я открыл окно и попытался привлечь внимание проходившего мимо мужчины с ружьем. Я выбросил ему под ноги пачку стодолларовых купюр толщиной в кирпич и крикнул: «Принеси мне банку тушенки! Пожалуйста! Я дам тебе миллион таких пачек!».

Мужчина даже не наклонился. Он просто посмотрел на меня снизу вверх, сплюнул на серый асфальт и крикнул в ответ:

— Засунь бумажки себе в задницу, парень. Нам не нужны твои цифры. Нам нужны патроны двенадцатого калибра. Хочешь жить — спускайся и дерись за крыс.

И он ушел.

Тогда я окончательно понял: цивилизации больше нет. Я убил её. Я задушил её золотой подушкой.

Единственным источником света в темной комнате был мой разбитый телефон. Приложение «Infinite» работало вопреки всем законам физики. Интернета не было, сотовые вышки давно сгорели, электричество в городе выключили месяц назад. Но экран смартфона продолжал светиться мягким, пульсирующим золотым сиянием. Сфера в центре экрана лениво вращалась, словно насмехаясь надо мной.

Я дополз до телефона. Мои пальцы были синими от холода.

Я посмотрел на счетчик. Цифры на экране были такими мелкими, что сливались в сплошную белую полосу.

$1 000 000 000 000 000 000 000 000 000 000.00

Один дециллион долларов. Число с тридцатью нулями. На эти деньги можно было купить миллион таких планет, как Земля. Я мог бы построить космический флот и улететь к звездам.

Но на этой планете больше не было ни одного работающего магазина. Не было ни одного фермера, готового продать зерно за цифры. Не было ничего, кроме пепла, руин и голодных людей, замерзающих в своих квартирах.

Я перевернулся на спину и положил холодный телефон себе на грудь. Его тепло едва согревало мою кожу над сердцем.

Я вспомнил свою каморку в супермаркете. Вспомнил запах дешевого табака и застоявшегося кофе. Вспомнил, как злился на банки и мечтал о бесконечных деньгах. Каким же я был дураком. Деньги были силой только потому, что другие люди соглашались верить в эту ложь. Я уничтожил эту веру. Я сделал так, что ложь стала слишком очевидной.

За окном медленно занимался серый, холодный рассвет. Город молчал. Больше не было сирен, не было криков. Только где-то далеко тоскливо выла брошенная собака.

Мои глаза закрывались. Я чувствовал, как жизнь уходит из меня, как остывают пальцы рук и ног. Мое сердце билось всё реже, совершая один тяжелый удар в несколько секунд.

Тук.

…

Тук.

Моя правая рука лежала рядом с телефоном. Палец, который совершил миллионы кликов, который поднял меня на вершину мира и опустил этот мир в ад, дернулся на автопилоте. Это был последний, неосознанный рефлекс угасающего мозга. Жалкая привычка раба системы.

Я коснулся экрана.

Дзинь.

Приложение послушно выдало мягкий, хрустальный звук. Сфера на экране вспыхнула чуть ярче, и на счетчике прибавился еще один миллиард бесполезных, никому не нужных нулей.

Экран моргнул и погас. Навсегда.

Я закрыл глаза. Вокруг меня была тишина, темнота и бесконечное, абсолютное ничто.