Байки у костра на Кордоне

Глава 1 Крот

– Имена свои забудьте, – старый бродяга учил отмычек на Кордоне, – новые Зона даст, вот это и будут ваши имена здесь.

Умные отмычки мотали на ус, глупые смеялись в душе или открыто, но таких быстро обрывали.

– Добрый вечер в хату! – бродяга остановился у костра для приличия и собрался к Сидоровичу.

– И тебе не хворать, погоди маленько, у него Крот сейчас, – сталкер отвлёкся от отмычек.

– Нормально, – кивнул подошедший, – мне торопиться до утра некуда.

Минут через пять от барыги вышел сталкер без автомата, с двумя кинжалами на поясе и отправился в сгущающуюся к ночи темноту.

– Куда это он, – заинтересовались отмычки, – и почему Крот?

– Слепой он, вот и Крот, глаза сжёг под АЭС. Вы, если чего странное увидите, то хватать руками не спешите, а то мало ли что может произойти.

– Как это слепой? – удивились отмычки. – А как же он в Зоне выживает?

– Лучше всех, его Зона наградила так, что ещё заслужить надо. Вам до этого, как до луны, так что пока слушать ведущего и осторожность во всём, но не трусить, иначе погибнете.

– Раз ничего не видит, так и звали бы Слепым, – рассуждал один их отмычек.

– Слепой уже есть, но он что-то там видит, я этого не знаю и копаться в душе не собираюсь, да и вам не советую. В Зоне это самое гадкое дело, лезть в чужую душу. Кто захочет, тот сам расскажет, а остальным и знать не обязательно.

Сталкеры собирались потихоньку в густеющих сумерках, сдавали хабар и потом подсаживались к костру.

– Крот опять бандитов завалил, – сообщила худенькая женщина, похожая на Буратино, вообще-то её так и звали и бродяги приветствовали этим именем. – Его работа, ножами чисто так, не успели и выстрелить, – рассказала она. – Хабар почти не тронул, так я старому кровососу всё принесла.

– Он же не видит ничего! – удивился отмычка.

– Верно говоришь, но для этого дела и не надо видеть, а он чувствует не хуже зрячих, а может и лучше. Он при мне излома убил, перехватил его за большую руку и об стену так шмякнул, что тот сдох на месте.

Ещё поговорили обо всём, а больше о странностях, а потом и спать улеглись, подкидывая иногда в костёр, если кто просыпался. А Крот шёл по Зоне к своему убежищу. Бандитов он подловил на отдыхе, они даже не успели за оружие схватиться. Теперь он быстрее излома и сильнее мертвяка, хотя и далось это совсем непросто. Тогда он забрался в подземелья АЭС. Ещё подумал, что, если натолкнётся на Исполнитель, то загадает счастье для всех.

Глупое это желание тогда сверлило его мозг. Это первый признак выгорания, утери смысла жизни, когда невозможно понять, чего ты хочешь от этой жизни. Вот в таком состоянии он и бродил по подземельям, а потом нашёл…Нет, не Исполнитель, но и мимо пройти было уже невозможно.

Артефакт заливал ярким светом подземелье, глазам было больно, а желание схватить его стало непреодолимым. Как будто под управлением контролёра, он схватил обеими руками артефакт, и то вспыхнул так, что выжег ему глаза. Он не успел отвернуться, поэтому ослеп прямо там. Спасла его Хозяйка, явившись в образе женщины в белом.

– Держи, не отпускай, от этого сейчас зависит всё. Теперь ты будешь видеть не глазами, а вот тут, – Зона ткнула пальцем в лоб, а потом поцеловала его прямо туда, и он потерял сознание.

Очнулся он слепым, но почему-то чувствовал всё вокруг. Положил артефакт в контейнер, а потом почувствовал, как на него прыгнул снорк. Удивляясь сам себе, он схватил снорка за руки и с размаха шваркнул об пол. Такого удара мутант не выдержал и умер.

– Ого, это во мне столько силы? – удивился он.

Зрения не было, но на выход он двинулся уверенно, прекрасно представляя, где тот находится. Оказавшись на поверхности, вспомнил, что автомат остался в подземелье, а тут и псевдопсы появились, пришлось отбиваться ножом. Только отбился успешно, даже можно сказать, легко, пробивая черепа мутантов, как арбузы. Ловкость такая, что он успевал не просто уклоняться, но и атаковать противника.

А потом попался кровосос. Включил мимикрию и стал подкрадываться. Только он почему-то знал, где тот находится, а когда кровосос кинулся в атаку, он с разворота всадил нож ему прямо в лоб по самую рукоятку. Лезвие сломалось, и дальше пришлось идти безоружным. Только никого, больше слепых псов ему не попалось, а этих он убивал прямо руками, хвата за голову и сворачивая шеи.

В Бар пришёл с хорошим хабаром, а необычный артефакт Бармен даже оценить не смог, сообщив яйцеголовым на Янтарь.

– Я теперь слепой, как крот, – пожаловался он Бармену.

– Так и будем тебя звать, а пока вот тебе тёмные очки, чтобы народ не смущать.

Барыга сразу всё понял и вложил очки прямо в руку. А он поел, попробовал выпить водки, но даже её запах показался противным, пришлось перейти на кофе. Требовалось оружие, и он заказал кузнецу пару кинжалов.

– Только прочных, чтобы не сломались, – он рассказал, что с ним произошло, и кузнец всё понял.

Кинжалы получились необычные, немного похожие на кавказские, но уже и с развитым ребром жёсткости вместо долов. Он так потом и ходил с ними, ни разу не разочаровавшись в их качестве. Странно он чувствовал пространство, как будто видел его, но без мелких подробностей. Точно так же видел и аномалии, ощущая их размеры и местоположение. Это непривычно, но позволяло существовать в Зоне.

– Грабли в гору, стволы на землю!

Не было в этих краях бандитов, но вот забрели. Что им делать, если со сталкером только молоденькая отмычка. Обычно бродяги дают бой, но этот оказался трусом, оставил бандитам рюкзак и автомат, да и ушёл, когда они его отпустили.

– Сука ты! – бросила ему вдогонку отмычка, осознав, что с ней будет.

Только не успели бандиты надругаться над девчонкой, уже повалили и раздели и тут на них и набрёл Крот. В полной тишине начал он свою пляску смерти, поражая кинжалами бандитов. А те, увлёкшись молодым телом, осознали слишком поздно, схватившись за оружие, когда оно уже ничего не решало. Страшные раны и кровь подействовали на девушку, и она потеряла сознание. Пока пришла в себя, пришлось Кроту её охранять.

– Ты кто? – девушка очнулась от холода и испуганно посмотрела на спасителя.

– Крот, – коротко ответил он.

– А бандиты? – она ещё плохо осознавала произошедшее.

– Лежат вон, уже никому не сделают плохо.

– Ой, – испугалась она, осознав, что голая, – отвернись, чего пялишься.

– Да я и не вижу ничего, я же слепой, для меня ты что одетая, что раздетая, выглядишь одинаково.

– Как это? – не поверила девушка.

Крот снял очки и повернул к ней лицо, пустые глазницы произвели впечатление, но запутали отмычку ещё больше.

– А как же ты их тогда убил, – кровь уже свернулась и не пугала её так сильно.

– Как-то почувствовал, я теперь всё чувствую. У меня и слов нет, чтобы рассказать. Ты уже оделась?

– Почти, – соврала девушка, она и не пыталась пока, слишком велико потрясение.

Пять минут ушло на полное облачение, всё-таки быстро одеваться умеют не все женщины.

– Собери у них всё, – напомнил он.

– Грабить мёртвых?

– Не грабить, а собрать трофеи, мне они без надобности, а у тебя и счёте ещё нет, – отмычку видно сразу, даже слепому. – Всё бери, оружие, консервы, даже ножи, Сидорович всё купит, но недорого.

Навьючили её изрядно, обрезы, консервы, автомат сталкера и его рюкзак. В него всё и сложили, честно добытое в бою. Так и отвёл девушку на Кордон, а там она сдала всё барыге, только автомат оставила себе. Вот с тех пор и стал Крот местной легендой. Носил хабар, хотя счёт у него был такой, что можно год водку пить. Яйцеголовые с Янтаря купили артефакт за какие-то сумасшедшие деньги.

А тот сталкер захотел ещё назад автомат и рюкзак, но девушка отвесила ему такую оплеуху, что все вопросы снялись сразу. Она потом нашла хорошего наставника и с бандитами разговор всегда начинала с помощью автомата. Пару раз её ранили, едва не умерла, но стала очень хорошим сталкером, так и бродила по Зоне, пока та не умерла.

Вояки тогда похватали всех сталкеров, кто не сумел спрятаться так, что его и найти невозможно. Впаяли всем срок и отправили в лагеря, только Зона вернулась, а сталкеров стали депортировать обратно, без права выезда. Надо же кому-то собирать дорогие артефакты и рисковать своими жизнями. Крота не хотели возвращать, считая, что слепой бродяга в Зоне обречён. Он и не выказывал никаких способностей, которые пропали вне Зоны.

Наконец, отправили и его, когда вены себе вскрыл второй раз. Надоело администрации возиться с ненормальным. А он, едва попал в Зону, как потерял сознание. Остальные уже собирались его бросить, но тут налетели псевдоутки, а Крот очнулся. Он устроил мутантам такое побоище, что остальные даже рты разинули, вот тебе и слепой. После возрождения вся Зона перешла на холодное оружие, надоела Хозяйке эта шумная жизнь, она и предупредила через Шамана Сидоровича, а уж тот и всех остальных.

Только набрёл Крот на семью мутантов, мать с детьми, а потом они с женщиной шагнули в аномалию и стали оба совсем другими людьми. С тех пор живут в Чернобыле и радуются жизни, а зрение к нему вернулось, но способности не исчезли, за что он благодарит Зону. У каждого своя судьба, только надо её прожить правильно и с пониманием.

Глава 2 Буратино

- Поздорову Буратино! – сталкер, травивший байки отмычкам на Кордоне, приветствовал дамочку. – Вернулась домой?

- И тебе не хворать, Старый, - смотрелась новенькая гротескно, - ходила за Периметр, вот вернулась. Пойду, заберу своё у Сидоровича.

Какой-то отмычка прыснул в кулак, услышав кличку. Надо отдать должное, дамочка полностью соответствовала такой кличке. Худенькая, даже тощая, она и одета была в короткие бриджи и майку цвета хаки. Только на ногах красовались высокие ботинки. Прямые светлые волосы, собранные в хвостик на затылке и длинный прямой нос. Она ушла к Сидоровичу, а вернулась уже в комбинезоне и при рюкзаке и пистолетах.

- Моешь уши отмычкам? – улыбнулась она довольно мягкой улыбкой, что при её прямом разрезе рта и тонких губах смотрелось весьма забавно.

- Ворона попросила подождать, сказала, что я ей нужен, а чего зря сидеть, пусть разума набираются, - Старый давно в Зоне, чуть не с первого дня, одному ходить уже тяжело, а так и помощника можно присмотреть.

- Не хворай, я в Бар, - помахала рукой Буратино и ушла.

- Ну и кличка, - заметил парень из отмычек, - а ведь точно, Буратино и есть.

- Давно это было, - старый хлебнул из фляги и начал рассказ.

Сталкер возвращался на Кордон и среди отмычек в глаза бросилась пигалица. В пацанских босоножках, шортах и рубашке с коротким рукавом, явно с чужого плеча. Худая до невозможности, с длинным прямым носом и странно постриженными волосами, собранными в подобие хвостика на затылке.

- Прямо Буратино, - усмехнулся сталкер, - ты откуда такое чудо?

- Оттуда, - буркнула девушка.

- А в Зону чего понесло?

- А куда ещё? Тут никто искать не будет.

- А тебя ищут?

- Ага.

Разговор не особо клеился и сталкер пошёл сдавать хабар. А к девушке подсел другой бродяга, скользкий тип, хотя зла ей и не сделал.

- Тебе бы приодеться, а то в Зоне пропадёшь в таком наряде, - заметил он.

- Ага, шнурки поглажу и приоденусь, у меня же денег много, вон, полные карманы, - девушка похлопала себя по пустым карманам, - слышишь, звенят лишние.

- А тебе палец в рот не клади, - мужичок задумался, а потом предложил: - Пошли, будет тебе и одежда, и оружие, только далеко идти.

- Это куда ещё? – девушка заинтересовалась, - только смотри, я на секс не согласна.

- Да и не надо, не о том речь, просто наша база в Припяти. Тебя Буратино назвали, значит за золотым ключиком пойдём.

Подвоха она тогда не поняла, да и откуда знать отмычке, чья база в Припяти.

- Вот это «жарка», а это уже «кисель», - сталкер вёл отмычку аккуратно, показывая аномалии.

На кордоне он купил ей старенькие ботинки и «горку» со свитером, чтобы не замёрзла. Так и довёл до Припяти, обходя все аномалии и засады бандитов, а уже там на базу Монолита.

- Принимайте новенькую, душа неприкаянная, - охарактеризовал он Буратино, - толковая, всё влёт запоминает.

Монолит, это фанатики религиозные, выбравшие «Исполнитель желаний» своим богом. Им новые адепты всегда нужны, а что худая, так это откормится, не в мясе счастье. Повели её в зал молитв, где члены клана поют свои молитвы, впадая в религиозный транс. Как раз и пришло время для песнопений.

- Повторяй вот за ним – показали ей на старшего офицера.

Повторять, так повторять, она и повторяла, да только никакого транса с ней не случилось, хотя монолитовцы все давно в трансе пребывали. Надоело это девушке, поднялась она и пошла на выход.

- Тебя что, совсем это не берёт? – сам Харон, глава Монолита остановил Буратино.

- Да я из монастыря сбежала, у меня отец поп, меня вся эта шелуха не берёт.

Харон телепат, просёк, что не получится адепта из этой барышни, да и отпустил. Вот так и ушла Буратино оттуда одна и без оружия. Не погибла только благодаря мертвякам, что попались на пути. Шоколадка и проводила её до военных складов, где Свобода обосновалась. Прижилась там Буратино, но ненадолго, всё-таки оставляет свой отпечаток воспитание, а отличить свободу от распущенности нетрудно, если знаешь цену и тому и другому. Повоевала немного, обзавелась пистолетами, но не для неё такая жизнь.

- Лукаш, отпусти меня, - как-то сказала она главе Свободы, - не могу я так жить.

- Смотри, если в Долг уйдёшь, я тебя сам шлёпну. – Строго так посмотрел, как будто внутрь заглядывал.

- Наелась я кланов, к вольным пойду, Монолит не впечатлил, и тут счастья нет.

- А что с Монолитом? – Лукашу интересно, чего это религиозные фанатики не впечатлили.

- Ноют свою фигню, а всё пустое, до души не достаёт, да и глупо это, камень за бога принимать.

- А тебя что, их псалмы не берут? Там же псионик у них в веру обращает.

- Бесполезно, меня не берёт, я и в монастыре, куда меня папенька сослал, не прониклась, они читают, аж трясутся, а мне мимо.

Вот так и поговорили, а Лукаш отпустил, сказал, «заходи, всегда рады». Она же здорово их выручила однажды. Вот и пошла Буратино в Бар, а там Долг, хорошо, что обратно в «горку» переоделась. А у самого поста на неё собаки напали, ну она их и уложила из пистолетов, прямо на глазах постовых.

Не успела поесть как следует, как к ней подвалили из Долга с предложением вступить в клан. Только Буратино отказалась, не по ней все эти кланы. Так и стала вольной бродягой, ходила сама и с напарниками, не раз выручая бродяг, когда попадались контролёры. Не берёт её пси атака и всё тут, полная устойчивость. За то и любили с ней ходить, да и как бабу не воспринимали, уж больно тощая получилась, и никакая еда не могла это исправить.

А однажды выполнила Буратино заказ на ликвидацию одного урода. Не специально взяла, случайно попался ей наёмник, сильно израненный. Помер он потом, но перед смертью рассказал, каков этот мерзавец, распечатывавший отмычками аномалии. Заказ на него с Большой Земли пришёл, а вот не смог он его выполнить.

- На Кордоне он ошивается, - рассказывал слабым голосом наёмник, - Вот, в наладоннике фото, возьми себе, если убьёшь, я оттуда узнаю и буду тебя беречь.

Сказки пел, как он с того света убережёт, да видно Зону попросил, а она услышала. А Буратино ушла на Кордон, денег к тому времени появилось малость, можно себе позволить посидеть и подождать. Пистолеты спрятала, купила у Сидоровича цивильную одежду, немного не по размеру, да где ты на неё найдёшь. Вот так и стала ждать того мерзавца.

Дождалась, а тот как раз отмычек искал, чтобы аномалию распечатать. Буратино и пошла с ним, да ещё с парнем молоденьким. Шли без особых проблем, всё-таки ему отмычки живые до места нужны, а там в подземелье хорошие артефакты, но аномалии зайти мешают. Шли долго, устали и привал устроили. Сидят, тушёнку уплетают, а когда поели, Буратино банку в рюкзак засунула по привычке, чтобы потом в «жарку» выкинуть. Едва не спалилась на этом, только пока тот мерзавец в голове всё уложил, она из рюкзака пистолет достала и в лоб ему пулю всадила.

- Заказ выполнен, спи спокойно, - без улыбки так, без эмоций, а отмычка прямо обалдел.

- Ты зачем его убила? – не понимает глупый, что спасла она его.

- Гад он, нас на смерть вёл вот на него заказ и поступил, - пояснила Буратино.

Потом сфотографировала на наладонник наёмника труп и отослала, куда надо было. Отмычку довела до Бара, рассказывая по пути, что к чему, а там к нормальному бродяге в ученики и пристроила. Только порой стали ей на тот наладонник заказы приходить на всяких негодяев. Не всё брала Буратино, но порой убирала тех, кто заслуживает смерти. Комбинезон на неё потом сшили на Янтаре, да только в клан к наёмникам она так и не вступила, живёт себе вольной птицей, хабар таскает, да жизни радуется.

- Вот такая история у Буратино, - Старый отхлебнул из фляги, - а Зоне она понравилась, вот и бережёт. Вы запомните, кто Зону обидит, тому конец быстро придёт, не любит она такого. Не мусорьте, не ругайте её, уважайте и будете тут жить… если получится.

Разговоры на том и закончились, спать пора, а утром пришла Ворона и увела Старого куда-то.

Глава 3 Аномалия

Кордон готовился ко сну. Отмычки и сталкеры сидели у костра, укладывая в голове всё, что услышали этим вечером.

- Старый? – удивлённо спросила женщина, подошедшая к костру? – ты откуда так помолодел?

- Аномалия? – Старый удивился ничуть не меньше, - вернулась в Зону?

- Да куда от неё убежишь, Зона, это же навсегда, - махнула рукой женщина, - я к Сидоровичу и к себе потом, ещё увидимся.

Женщина ушла к барыге, а отмычки дружно посмотрели на Старого, ожидая интересный рассказ.

- Чего вылупились, вам оно надо, чужая жизнь? Аномалия, это кличка такая, да в Зоне всё не с потолка, назвали её так по делу, но история эта долгая.

- Расскажи, чего уж там, всё равно не заснут люди, будут маяться, - седой сталкер усмехнулся, - ты-то больше других её знал.

- Ладно, слушайте, вы же не отвяжетесь, - Старый хлебнул из фляги и продолжил. – Заявилась она в Зону, как и все отмычки, но принесла с собой электрошокер. Палка такая, воде гаишной, только не полосатая.

- Ух какая цаца! - молодой сталкер, бабник и ходок, облапил сочную отмычку и тут же рухнул на землю. – Что это было? – спросил он, придя в себя.

- Это тебя «электра» шибанула, - со смехом пояснили бродяги.

Пока нахал приходил в себя, они уже расспросили отмычку, а та уверила их, что это не смертельно.

- Ты что, аномалия ходячая? – парень с трудом включался в реальность.

Вот так её и назвали с тех пор, только поначалу она и ходила с шокером, оружия ей не стали брать. Ушла она со сталкером в ходку, а вернулась одна, высосал ведущего кровосос, а Аномалия шарахнула его шокером и убежала обратно на Кордон. Старый потом сходил, похоронил бродягу по-сталкерски, кинул в «жарку», а оружие и весь хабар отдал Аномалии. Только она всё продала Сидоровичу, купила себе ботинки и «горку».

- Повёл я её в ходку, хотел посмотреть, что за человек. – Старый хорошо помнил те события. – Ловко она управлялась с этим шокером, собаки падали без сознания. Она потом рассказала, что собаки не люди, для них такой удар смертелен.

Но не только из-за этого так её назвали, вспыхивала она мгновенно, не позволяя никаких фамильярностей в свой адрес. Потом и пистолетами обзавелась, но это не сразу, а так и ходила со своим шокером, пока батарейки не стали садиться. Вот тогда и перешла на огнестрел, но к тому времени она уже в новички перешла. Так и ходила, пока Самоделкин ей не переделал шокер под артефакты. Был такой мастер в Зоне, алкоголик, но руки золотые, столько оружия переделал бродягам, до сих пор не нарадуются.

А Аномалия с тех пор почти совсем стрелять бросила, как у неё это чудо появилось. От артефакта шокер работал безостановочно, так что стрелять и нужды не было. Уж понравилась она Зоне или от природы такая была, только аномалии научилась распознавать заранее.

- Я же Аномалия, вот у нас с ними и полное взаимопонимание, - отшучивалась она

- Ходил я с ней одно время, когда один остался, - Старый помрачнел, не хотелось вспоминать, как потерял напарника. – А так ткнёт своей трещалкой в шею собаке и всё, сердце останавливается даже у псевдопсов.

Аномалия оказалась хорошим другом и надёжным напарником. К тому же Зоне понравилась, а это дорогого стоит. Крысы с тушканчиками и вовсе не проблема, из этих чуть ли не дым шёл от удара током. Но зря мутантов она не тиранила, если не нападают, то и ладно, идите своей дорогой.

- А тебя чего в Зону понесло? – поинтересовался на привале Старый.

- Вот ты почему меня трахнуть не хочешь? – вопросом на вопрос ответила Аномалия.

- Ты же не предлагаешь, я и не настаиваю, - Старый не то, чтобы совсем против женского пола, но тут важна взаимность. - Женщина ты сочная, но на всех сочных кидаться как-то не по мне, это удел молодых кобелей.

- Я от них и ушла сюда, - вздохнула Аномалия, - проходу нет, а замуж не срослось, кобелём мой жених оказался. За пару дней до свадьбы застукала я его с моей лучшей подругой, так что нет у меня ни подруги, ни жениха. Поплакала малость, а потом собралась и сюда, только вот купила шокер, больше кобелей отгонять, а тут и настоящих собак пришлось.

- Кровососа тоже шибанула, - заметил Старый.

- Мерзкая гадость, но сознание потерял, - кивнула Аномалия.

- Оно так и лучше, его убить не просто, - пояснил Старый, - регенерация бешеная, зарастает на глазах, только в мозг и можно завалить.

- Ого, я ещё подумала, что пристрелить его, но испугалась и убежала.

- Правильно сделала, пусть другие с ним воюют. Живой остаться всегда важнее, чем убить кого-то.

Старый давно воюет, смертей на нём не сосчитать, но никогда не убивал просто так, если не было опасности, бандиты не в счёт. А с ним нарваться на бандитов почти нереально, каким-то звериным чутьём Старый чувствовал опасность и обходил стороной, если была возможность.

С Аномалией они доходили до самой Припяти, хотя в город и не лезли, смерть за усы дёргать не собирались. Только хватает в Зоне опасностей и без этого. Снорков возле Припяти столько, что Аномалия вспотела, отбиваясь от них. Вот там и начали садиться батарейки у шокера, не рассчитан он на такое интенсивное использование.

- Нож давай к палке привяжем, а то ты совсем безоружная осталась, - решил Старый.

С таким самодельным копьём и дошли до логова алкаша Самоделкина.

- Водка есть? – первым делом спросил тот.

Только приложившись основательно к фляге, он выслушал проблему и махнул рукой.

- Погуляйте пока, сделаю я ей, как раз «батареек» натаскал в аномалии.

Отвлекать его не стали, да и не любил он этого, но сделал подобие короткого копья, которое так било током, что мутанты падали замертво. Денег он не взял, расплачиваться пришлось водкой, Алкоголик так и жил на ней. Уже после его гибели Старый узнал, что тот был на самом деле зомби, просто проспиртовался настолько, что не разлагался вовсе.

Зомби вообще бывают разными, первая и вторая стадия даже излечимы. У Болотного Доктора даже санитаром работает зомби, а тот капает ему что-то, чтобы не разлагался, так тот даже говорит довольно понятно. А вот третья уже мёртвые, их не вылечить, но эти самые опасные, нападают на всё живое. Четвёртая же уже и не люди вовсе, распадаются на части, а многие просто лежат, если не трогать.

А потом Аномалия ушла из Зоны, нашла такие артефакты, что враз разбогатела. Говорили, что замуж там вышла, но вот снова вернулась, не повезло бабе в семейной жизни. И вот вернулась в Зону, только зачем, что она тут собралась найти?

От Сидоровича Аномалия вышла при полном параде. В комбинезоне, ботинках, перчатках и с оружием. Особенно бросалось в глаза необычное «копьё», висевшее за спиной.

- Ну что, Старый, всё отмычкам рассказал? – с улыбкой подсела она к костру.

- Всё до утра не рассказать, да и не нужно оно им, - смутился Старый.

- Ты лучше расскажи, как ты помолодел настолько? – с интересом спросила Аномалия.

- Долгая история, - Старый не хотел рассказывать про Ворону, - вляпался в аномалию «петля времени» вот и помолодел.

- Я бы послушала, - загадочно улыбнулась женщина, - А пошли ко мне, по пути и расскажешь, - вдруг предложила она, - проводи старого друга, я же давно тут не была.

Отказать такой женщине невозможно, хотя и спать уже пора, да и куда идти, Старый не знал. Не показывала никому свой дом Аномалия. Пришлось собираться и выдвигаться в ночь, да и не отпускать же одну женщину.

- Тут недалеко, - улыбнулась Аномалия, - речку перейдём и покажу.

За мостом она резко сошла с дороги и пошла по узкой тропинке, как будто по лесу гуляла.

- Нет тут аномалий, не переживай, вокруг есть, а тут ни одной, - пояснила она для Старого.

- Да я чувствую, что чисто, - согласился тот.

- Тоже видишь их? – удивилась спутница.

- Нет, но руки зудят рядом с аномалиями, -пояснил Старый, - давно это началось.

- Хитрец, а другим не рассказываешь.

- А чего людям всё знать, оно их не касается.

- Тут ты прав, всё знать и не надо, - согласилась Аномалия, - так свою историю расскажешь или тоже будешь скрывать? Раз ты так чувствуешь аномалии, то вляпаться не мог никуда.

Умная женщина, такую не проведёшь, с логикой у неё всё в порядке, сложила в голове все входящие.

- Специально полез, попросил хороший человек, - сознался Старый, - нужно было вернуть к жизни кое-кого. Понимаешь, «душа» получается из человека, когда он попадает в аномалию. Вот там его можно и вернуть обратно, прокрутив время назад.

- Ворона попросила? – вдруг догадалась спутница.

- Умная ты, а как сообразила?

- Чего проще, - Аномалия усмехнулась. – Помнишь, она же появилась древней старухой в Баре, а потом вдруг стала роскошной женщиной, лет тридцати пяти от силы, но из Зоны не ушла, значит не всё так просто.

- Ты умная, всё в голове сложила, - одобрил Старый.

- Потому и не замужем, - расхохоталась Аномалия, - кому нужна умная жена. Ладно, пришли, вот мой дом, никто и не тронул.

В холмике оказалась дверь с навесным замком, а у Аномалии ключ нашёлся. Внутри чувствовалась женская рука, всё расставлено аккуратно и быт организован комфортно, даже кровать из досок имелась, столик из ящиков и тумбочка, на которой стояла узкая баночка из-под кофе, красиво перевязанная ленточкой с бантиками. Букетик сухоцветов в ней окончательно убедил Старого, что это женское жильё.

- Красиво устроилась, - похвалил он, уже собираясь уходить, но Аномалия удержала его за руку.

- Оставайся, куда ты на ночь, - тихо прошептала она. – Я же не жениться зову, будешь приходить иногда, когда захочешь.

Отказаться было просто невозможно и Старый остался до утра, а до какого, это уже совсем другая история.

Глава 4 Кошатница

– Куда мутанта притащила, совсем дура? – возмутился новичок у костра на Кордоне.

– Это же Тришеньки котёнок, – девушка загородила маленькое пушистое чудо.

– Сам ты мутант, – подумал котёнок, – ну и дура, зато котов любит.

А девушка вскрыла банку кильки в томате и принялась кормить маленький пушистый комочек. По некоторым приметам видно, что он не простой, но всё равно милый и славный, только когти ненормально большие и мордочка такая, что понятно, из чернобыльцев котёнок.

– Не трогай ты её, - заметил пожилой сталкер, – видно же, что кошатница. Она их любит и тут ничего не поделать с природой.

– А орать не будет? – все знают, что такое крик чернобыльского кота, тут и сознание потерять недолго, если рядом заорёт.

– А ты не трогай, он и не заорёт! – огрызнулась девушка.

Котёнку сейчас ни до кого нет дела, он ест рыбку, ну и пусть килька в томате, это Зона, тут другой и нет вовсе.

– Кошатница, – усмехнулся новичок, так и прилипло к ней это прозвище.

А котёнок поел, забрался за пазуху и задремал.

– Сам Трифон-то где? – старому бродяге интересно, того кота весь Кордон знал.

– Погиб Тришенька, бандиты убили, – слёзы покатились по щекам, и бродяги оставили её в покое.

А она плакала, вспоминая ту встречу. Трифон геройски пожертвовал собой, чтобы спасти её.Такого можно было ожидать от собаки, а не от кота, но уж так решил сам Трифон, не позволил надругаться и убить эту дурочку. Он так всегда и думал о ней, но с теплотой, дура, но о нём заботилась, сама не поест, а кота накормит. Опять же погладить, да и теплее с нею, сроднились они и уже были, как одно целое.

Котёнка ей кошка принесла, не простая, чернобыльская псевдокошка, а она и не видела, как душа Трифона переселилась в малыша.

– Ну что, хороший мой, пошли на Кордон, надо тебе ещё рыбки купить.

– Ну прямо твой, – думал котёнок, – я кот, сам себе кот, но ладно, побуду с тобой, хоть и дура, но добрая, кота понимает. Ну куда полезла, аномалия там!

Котёнок мяукнул и впился когтями в её плечо.

– Ой, извини, я же не чувствую их, - девушка кинула болт и обошла аномалию, проснувшуюся от болта.

– Да не спеши, вон артефакт лежит, – котёнок высунулся и даже лапку вытянул туда, где артефакт.

Никто так и не понял, откуда у котов такое умение искать артефакты, но находили они их часто, намного чаще людей. Девушка уложила «пламя» в контейнер и продолжила путь. До кордона подняли ещё и «мамины бусы», очень неплохой улов. Сидорович всё понял, даже спрашивать не стал, только слезу украдкой смахнул. Трифон таскал ему порой безопасные артефакты, получая за это килечку в томате.

Трифон спас эту дурёху, когда та уже собралась вешаться в сарае, успокоил, мурчал и тёрся, пока она не пришла в себя и не бросила свои дурные попытки убить себя. Так потом и ходили вдвоём. Девушка научилась прекрасно стрелять из пистолета, купила и второй на всякий случай, но ей и одного хватало.

Котёнок мурчал и грел её, сразу захотелось спать, и она улеглась у костра. Новенький протянул руку, но сразу отдёрнул, кот ударил лапой по руке и пробил все четыре дырки в коже. Драть не стал, хватит с него и этого. Он как будто говорил, – это моя женщина, посторонним прикасаться нельзя. А ночью приснилась им Зона, сразу двоим, но с разными снами.

– Береги её, раз уж решил не бросать, – улыбнулась она коту и погладила по голове, даже за ушком почесала.

– Добрая ты, – с девушкой другой разговор, – сделаю-ка я тебя телепатом, вам с котом проще будет так жить. – Поцеловала девушку в лоб и пропала.

А утром она с котом разговорилась, не раскрывая рта.

– Вот зачем мне такое «счастье»? – думал кот. – Можно подумать, мне твоей болтовни недостаточно.

– Ну что ты, Тришенька, теперь я буду знать все твои желания, да и царапать меня нет нужды. Опять же так удобнее, когда мы баз слов понимаем друг друга.

– Да я и так тебя понимаю прекрасно, ну ладно, раз сама Хозяйка так решила, только глупости не думай. Я кот, сам себе кот, хожу, где хочу и делаю, что хочу. А теперь пошли, этот лысый даром ничего не даст, особенно килечку.

Теперь они ходили тихо, не произнося ни звука. Котёнок так же определял аномалии и артефакты, только драть её когтями больше не было нужды. Острый молодой разум улавливал малейшую опасность, а телепатия позволяла обходиться без слов.

– Так и разбогатеешь, – немного ехидно подумал он, поедая на Кордоне очередную баночку кильки. – Ничего, оно таким, как ты, даже на пользу.

– А каким, я что особенная? – интересно же.

– Не скажу, а то зазнаешься, но особенная, – умеет кот напустить туману. – Мы, коты, это сразу чувствуем.

Теперь он старался не думать, что она дура, а то ещё обидится. Неожиданно на них вышла пара псевдопсов. Воевать котёнок ещё маловат, но есть и у него козырный туз. Выбрался из-за пазухи, да как заорёт. Нет, до настоящего чернобыльца ему ещё далековато, но псевдопсы не стали ждать, пока они потеряют сознание, и удрали подобру-поздорову.

– Я так оглохну! – она даже закричала.

– Не ори, уже нет никакой нужды, да и не сильно я крикнул, так, для разминки.

Набивал цену, орал во всё горло, но маленькое, потому и не упала она без чувств. А надо бы как-нибудь повторить, пусть привыкает. Но сегодня больше не было нужды, попалась плоть, но с ней вполне обошлись телепатией, даже покормили тушёнкой. Тушканчик, почему-то одинокий, смотрел на них как-то странно, потом приготовился к прыжку, но тут его пуля и настигла.

– Давай поедим, они вкусные, – подумал котёнок.

Рыбка хорошо, но и печёнка тоже не помешает. Живот вскрыли, и котёнок приступил к трапезе.

– Лезь на дерево, быстро! – мысль ударила её, как кнутом.

Спорить с котом она не привыкла и Трифона всегда слушала, как родного. Только забралась повыше, как на полянку вышла химера. Котёнок остался внизу, и девушка сильно переживала за него, но химера не кинулась. Она замурчала в ответ на урчание котёнка, даже лизнула его, как своего. С тем и ушла, к радости и удивлению Кошатницы.

– Свои друг друга не трогают, – пояснил тот девушке. – Пошли, там артефакт хороший.

Артефакт оказался «компасом», что очень даже хорошо, можно возвращаться домой. Но сталкеры не возвращаются той же дорогой, и тому есть несколько причин. Во-первых, при движении знакомым маршрутом, ты расслабляешься, а это очень плохо в Зоне. Во-вторых, просто неразумно идти там, где ты уже прошёл и артефактов нет никаких. Наконец, там тебя могут поджидать бандиты, да и просто завистники, а эти в живых не оставят.

– Стой! Лезь на дерево!

В этот раз котёнок и сам не отказался забраться повыше. Внизу потекла «река» из крыс, большая стая куда-то перемещалась, ведомая крысиными волками. Мерзкие мутанты, управлявшие крысами ментально. Кого не стошнило при их виде, тот уже ничем не побрезгует.

– Давай пообедаем? – котёнок что-то задумал.

– Давай, а что ты предлагаешь? – не поняла она.

– Смотри, чур, печень моя.

Котёнок вылез наружу и застыл, уставившись на поток крыс внизу. Вроде бы ничего не происходило, но вот одна крыса стала принюхиваться и отстала от общего потока. Она так и искала что-то внизу, пока все крысы не пробежали мимо. Вот тут котёнок весь сжался и приготовился к прыжку.

– Помоги, – на миг отвлёкся он, а потом прыгнул на спину крысе.

Та завизжала истошно и закрутилась на месте. Пришлось и ей прыгать вниз, благо, было невысоко. Ловко схватив крысу за голову, она достала нож и вонзила ей в сердце. Та задёргалась в агонии и застыла бездыханная.

– Давай, вскрывай живот, – котёнок весь в нетерпении.

Потроха его, заслужил, особенно сердце и лёгкие, но сначала пришёл черёд печени, мягкой и вкусной. Крысу она зажарила на костерке, но сначала котёнок съел всё, что ему полагалось по праву. Потом Кошатница готовила паровую крысу, напоминавшую что-то среднее между курицей и кроликом.

– Поела? Пошли за артефактами, – котёнок снова забрался за пазуху, сделав свои дела в ямке.

– А там есть артефакты? – удивилась она.

– «Мамины бусы» и «душа», – как-то лениво сообщил котёнок.

– Откуда ты знаешь?

– От крыс, они мимо них пробежали.

– Ты и это умеешь? – было чему удивляться.

– Не сердись, но ты дура, Зона тебе телепатию подарила, а ты только болтать и можешь. А заглянуть в их мысли не пробовала? Всё живое думает, и в их мыслях отражается всё, что они видят. Если мутанты не поднимают артефакты, это не значит, что они не запоминают их место.

– Какой ты умный, Тришенька, – она ни капли не обиделась, тем более, что коту готова простить что угодно.

Так и оказалось, нашли оба артефакта и пошли на Кордон, вроде и недалеко уже, но тут кот быстро взбежал по ноге и спрятался за пазуху.

– Пистолет достань и слушай, – сообщил он девушке.

– Что случилось?

– Ты совсем дура? Там кровосос, – котёнок даже лапой показал.

Она ещё неопытный телепат, не привыкла слушать чужие мысли. Но услышала неумолимую жажду крови, а кровосос уже в мимикрии, глазами его не увидишь. Приближается понемногу, опытный, если быстро кинуться, то его можно заметить опытным глазом. Но мысли заменяют зрение, а кровосос решил подойти сзади, но она развернулась и снова пришлось заходить, постепенно приближаясь.

Наконец, мысль стала такой яркой, победной и даже ликующей, что она резко обернулась и выстрелила прямо перед собой. Пуля ударила в сердце монстра, но это не убило его, только вывело из инвиза. Вот тут она и влепила половину обоймы прямо в отвратительную рожу мутанта. Этого ни один мутант не переживёт, и тут никакая регенерация не поможет. Кровосос повалился навзничь и издох.

– Вот так, а то болтаешь, как дура, а слушать, что вокруг и не подумала, – ехидно заметил котёнок.

– Спасибо тебе, Тришенька, спас меня снова, – она чесала его за ушком, гладила, даже в носик чмокнула.

Котёнок не возмущался, хотя другим такие фамильярности не позволил бы, но с этой дурёхой у него особенные отношения. Так и дошли до Кордона, а там сдали артефакты старому кровососу Сидоровичу и расположились у костра.

– Так и таскаешься с мутантом? – новичкам не понять.

– Тебе-то какая разница, не кровососа ручного притащила и не химеру, он так и будет котом.

Она кормила котёнка рыбкой, а тот ел и мурчал от удовольствия. Он доволен собой, сегодня помог здорово этой дурёхе, но мысли такие в голову не пускал, а то услышит ещё. А девушка занялась прослушкой мыслей вокруг, надо бы и знать, кто есть, кто, много новых, да и старых неплохо бы получше узнать. Пожилой бродяга хороший, кобель, но не наглый, скорее кот, мимо не пройдёт, но и наглеть не будет.

А вот у молодых в голове одно и то же. Как бы они вдули, да ещё хабар, они что, серьёзно думают разбогатеть? В Зоне можно и разбогатеть, но сдохнуть вариантов намного больше. Некоторые пришли из-за семейных обстоятельств, у кого ребёнок болеет, а кто и сам слишком болен, чтобы дожидаться смерти за Периметром. Послушала и заснула, обняв котёнка, да так и не шелохнулась до утра.

Утром пришли отмычки, парни и девушка, но больше всего удивила старуха, похожая на дряхлую ворону, с острым носом, в старой юбке, кофте с растянутыми рукавами и глубоких калошах на шерстяные носки. Котёнок аж подскочил и весь вжался в свою дурёху. Пришлось отходить в сторону, да и убрались они в ходку.

– Чего ты там испугался? – мысленно спросила она.

– А ты ничего не увидела?

– Старуху-то? Видела, только она что, ведьма?

– Дура ты всё-таки, Смерть с нею припёрся, как будто мало в Зоне шансов без него.

– Это такая, с косой?

– Сама ты с косой, да ещё и с обрезанной. Мужик это в чёрном плаще, только вы его не видите, да и никто не видит, пока его очередь не придёт.

– А ты видишь? – удивилась она.

– Мы, коты, всё видим, аномалии, тёмные сущности, следы добра и зла, особенно недавнего.

– Какой ты хорошенький, талантливый, я тебя никогда не брошу, – она принялась чесать котёнка за ушками и целовать.

– Телячьи нежности, – ворчал котёнок, а сам млел и мурчал от удовоьствия.

Вот так они и жили, котёнок рос, а Кошатница расширяла свои телепатические способности, теперь-то она не попадётся бандитам, да и мутантов чувствует заранее, но, в глазах кота, так и осталась дурочкой, впрочем, хорошей и заботливой, поскольку о нём думает в первую очередь. Скажете, а как там с любовью? Да как, если она все мысли знает, а парням от неё одно нужно. Кот уже отлучался на любовь, а она сидела на Кордоне и ждала его.

– Какой славный! – среди отмычек попался любитель кошек. – А можно тебя погладить? Это твой? – спросил он у Кошатницы.

Парень в восторге от такого необычного кота.

– Ну вот ещё, – фыркнул Трифон, – я кот, сам по себе кот, гуляю, где хочу и с кем хочу. Будут меня всякие ещё гладить.

– Он немножко, только за ушком почесать, – она посмотрела на кота, мол, тебе жалко, что ли, тут вон человек хороший попался.

А что, кот с понятиями, позволил по голове погладить, надо же и этой дуре с любовью что-то наладить. Отмычка оказался неглупым и с понятиями, не наглел, а что в Зоне пока дуб дубом, так это дело наживное.

– Вот оно мне надо такое «счастье»? – ворчал он, но позволил этим двоим вступить в его прайд, на вторых ролях.

Всё-таки кто тут главный? Конечно Кот, тут и вопросов быть не может, а эти так, килечку носить за ним.

Глава 5 Гостья из другой реальности

Вечер на Кордоне располагает к отдыху и беседе. Сидят у костра бродяги и негромко рассказывают, кто и что видел, вспоминают случаи, да забавные байки, прикладываясь к флягам с самогоном, да поглощая разогретую на костре тушёнку, или кашу с мясом. Этот вечер ничем не отличался от других, как вдруг, в темноте раздался топот, и на Кордон приехал странный зверь, на котором восседала красная дамочка, едва одетая в короткую тунику из занавески.

– Чего за оружие схватились?! – сразу одёрнула она бродяг, – Крошик людей не ест.

Крошик оказался чем-то средним между псом псиоником, лошадью и химерой. Крупный мутант в серебристой шерсти имел две головы, отдалённо напоминавшие лошадиные, но с большими челюстями, украшенными мощными клыками.

– Он вообще, предпочитает всякие овощи или фрукты, – заметила она, подсаживаясь к костру. – Может и мясо сожрать, а так только меня защищает.

Она и сама производила сильное впечатление, ярко красная кожа, роскошное тело, босая и с ярко жёлтой шевелюрой, заплетённой в толстую косу. В руках она держала маленькую сапёрную лопатку, остро заточенную по всем краям. Впрочем, древко у неё довольно внушительное, отчего лопатка напоминала копьё, или глефу.

– А Старый жив ещё? – спросила она и посмотрела вокруг.

– Живой, только помолодел он и женился на Аномалии, – ответил сталкер в возрасте. – А вот кто ты такая и откуда взялась, это интересно услышать?

Новенькая ещё раз внимательно осмотрела собравшихся бродяг, вздохнула и начала свой рассказ.

– Вы меня и не вспомните, я одна из учениц Старого. Давно это было, только выучил он меня на совесть. Стала я сама ходить, хабар собирать, но недолго это продолжалось. Однажды сидела я в Зоне у развалин, где ночь застала, место хорошее, с трёх сторон прикрытое. Поужинала, поставила растяжку от непрошенных гостей, да и задремала. И тут как сверкнёт, я едва не ослепла, спасло, что глаза закрыты были.

Бродяги слушали внимательно, неожиданные происшествия всегда вызывают интерес, а новенькая рассказывала, как оказалась в совсем другом месте, там и мутанты другие, и аномалии есть такие, что здесь никто не встречал. Пошла она посмотреть, где тут люди живут, дорогу-то помнила на Кордон и в Бар. Только нет там ни Бара, ни Кордона, здания есть, а людей вовсе нет. Что делать, непонятно, только надо как-то жить. Пошла обследовать всё вокруг, да и попала в аномалию.

Не умерла, но сама собой не осталась, превратившись вот в такую, как сейчас, только голую и без оружия. Зато Зона появилась перед ней, вся в белом.

– А у меня гостья! – радостно воскликнула она. – Уже успела в аномалию попасть, но получилась хорошенькая. Не бойся, я помогу тебе, у меня же людей нет совсем, вот я зверушек и переделываю. Оружие сама себе найди, тут ничего не стреляет, а, чтобы тебе легче было жить, вот тебе мой подарок.

Взяла она её руками за голову и поцеловала в лоб, а девушка и сознание потеряла. Очнулась уже утром, а над ней собака стоит, только не шерсть на ней, а змеиная кожа коричневого цвета.

– Иди отсюда! – испуганно вскрикнула она и собака ушла.

Интересно, как это у неё получилось. Убежала и большая кошка, вроде рыси, тоже в змеиной коже.Так и дошла до военных складов, где в этой реальности Свобода разместилась. Вот там и нашла лопатку и нож. Нашла и точильный круг, только станок не работал, электричества не было, но заточить удалось хорошо. Еды никакой нет, но налетели какие-то мини птеродактили, она их лопаткой и перебила. А вообще, поняла она, что может мутантами управлять, но вот тут не стала об этом рассказывать.

В этой реальности есть Долг, а им знать о ней и вовсе ни к чему. Короткая ручка у лопатки никак не устраивала её, пришлось искать что-то по длиннее. Нашла хорошую ветку, но пришлось долго резать её, слишком прочная древесина не хотела поддаваться. Спилить ветку удалось только ножовкой по металлу, зато и древко получилось такое, что ни сломать, ни согнуть не удавалось.

Вот теперь проблем с едой не стало, местные «птички» оказались вполне съедобными. Она бродила по Зоне, но артефактов не собирала, куда их сдавать. Подняла «мясо» на всякий случай, а больше ничего. Зато на севере натолкнулась на привычных мутантов. Сначала чернобыльский пёс-псионик попытался напасть на неё. Но фантомов она била своим оружием, а пса подчинила и заставила служить себе.

Дрессировка заняла много времени, не щенок уже. Но лаской и твёрдостью, кормёжкой и заботой привязала мутанта к себе. Так и стали они друзьями, а с таким помощником в Зоне жить намного легче. Пёс и поспать даст и предупредит об опасности, а она его подкармливала мутантами, которые летали и бегали вокруг.

Большие колючие подушки порой пытались на неё напасть, но она приучилась переворачивать их своим оружием, а там уже дело техники. Один удар в мягкое брюшко и мясо готово, ела сама и кормила пса, да бродила в поисках людей. Только никого там не было вовсе, а однажды Зона пришла поболтать и рассказала, что тут человечество погубило себя, но она закрыла свои просторы от всего мира, и пока жить можно только в ней.

Но вот, однажды аномалия, которая меняет организм, выдала почти человека, только голова осталась пёсья. Тот, увидев её кинулся в атаку и пришлось убить агрессивного типа.

– Да… – Зона появилась после битвы и посмотрела на труп.– Эксперимент неудачный, ну что же подождём кого-нибудь менее агрессивного. Теперь у меня есть твоё ДНК, посмотрим, кто попадёт в следующий раз.

Попала лошадь Пржевальского, из которой получилась девушка с лошадиной головой. Пришлось за нею присматривать, а потом попался молодой кабан. Вот из него получился почти человек, но с клыками и щетиной на голове и спине, торчавшей ирокезом. Этот замечательно отыскивал съедобные коренья, одичавшие овощи и фрукты. Мелкие и противные яблочки, шиповник и груши, размером с перепелиное яйцо.

Они сдружились с женщиной с лошадиной головой и ходили вместе. Теперь не надо было заботиться о них, тем более, что она научила мужчину сражаться. Несколько лет она занималась тем, что присматривала за теми, кого выдавала аномалия. Мутанты получались разнообразные, с крыльями и без них, порой достаточно близкими к людям, но всё же, сильно отличными от людей.

И вот, однажды на них с псом вышла химера. Удалось наладить диалог, но вот жажду убийства побороть никак не удавалось. Воевать с таким зверем бесполезно, там регенерация такая, что всё зарастает на глазах. Пришлось укрываться за аномалией, тем более, что она прекрасно их видела. Химера бросилась на неё, но и пёс решил защитить хозяйку.

Аномалия бабахнула так громко, что она едва не оглохла, зато в этот раз и получился Крошик, это так она его потом назвала, а вначале пришлось снова заняться обучением. Зато теперь он верный друг и защитник, даже воевать почти не приходится. Прожив ещё пару лет и попробовав примирить тех, кто похож на людей, она затосковала. Столько сил, а они так и остаются животными.

– Стимула нет развивать разум, кругом одни животные, – решили они с Зоной, – Надо бы людей побольше, да где их взять?

– А можно вернуться туда, откуда я пришла? – спросила она у Зоны.

– Можно, там переход стабильный, срабатывает раз в месяц, главное, оказаться на месте вовремя.

Вот и стала она ночевать на том самом месте, а через неделю сработал переход, и они с Крошиком оказались здесь.

– Теперь буду искать тех, кому здесь невмоготу, и кто согласится пойти туда. Туда все годятся, больные и даже уродливые, лишь бы разум был светлый. Можно и мутантов, там за ними никто не будет охотиться.

– Непросто это, – бродяги поняли её рассказ, но кто согласится уйти туда, где нет людей. – Поищи, мало ли, вдруг, мутанты согласятся, только их ещё найти надо. Но и тут тебе долго нельзя находиться, Долг прознает и охоту откроет.

– Я помню, они так и остались маньяками, которые хотят убить Зону?

– Кто их изменит? – пожилой сталкер подкинул пару веток в костёр. – Вечерами приходи, а мы послушаем, мало ли что изменится. А на что жить будешь, тут летучих мутантов нет?

– Крысы, тушканчики есть, а так надо у барыги чего купить, – она прекрасно помнит местные условия. – Ой, у меня же артефактов нет, я сейчас.

Она подскочила и отправилась к Сидоровичу.

– Привет старый кровосос, хочешь артефакт? – прямо спросила она.

– Неправда ва… – Сидорович завис, поедая глазами вошедшую.

– Тогда контейнер давай, сейчас принесу.

Барыга так и не смог потом вспомнить, почему он отдал девушке контейнер, а та схватила его и выбежала. Усевшись на Крошика, она уехала в ночь, оставив бродяг у костра обсуждать неожиданную гостью. Вернулась она через десять минут и сразу к Сидоровичу, а от него уже вышла с рюкзачком, полным консервов. Только не осталась она, а уехала в ночь. Бродяги ещё поговорили, выпили, да и спать улеглись.

А девушка отъехала в Тёмную Долину и там устроилась в развалинах какого-то дома.

– Утром пойдём искать мутантов, – шепнула она на ушко своему «коню» и высыпала ему в рот банку зелёного горошка и тушёнки.

Сама обошлась шоколадкой, да и улеглась, обняв Крошика. Сон чуткий, ментальный контакт со зверем не прерывается и во сне. Собаки решили попытать счастья ночью, но Крошик сам их отвадил, не зря бы псом-псиоником. А вот появление псевдогиганта его смутило, не встречал ещё таких мутантов. Проснулась и девушка, разум у монстра дремучий, но подчинила и его, хотя и с трудом. Отправив подальше мутанта, она дала поспать Крошику, заслужил.

Непростая у неё миссия, но дело важное, да и здешним людям может помочь, никто не знает, какая жизнь у каждого. Ещё не рассвело как следует, а наткнулась на неё парочка мутантов. Покрытые змеиной кожей люди с лысыми головами осторожно крались, чтобы никто не заметил их.

– Не бойтесь, он не тронет, – послала она ментальный сигнал, чтобы не шуметь. – Идите сюда, поговорим.

Люди-мутанты испугались, но подошли, а тут увидели Крошика и едва не пустились наутёк.

– Он добрый, можете погладить, – тихо сказала она и погладила серебристую шерсть своего «коня».

Заметив, что и она, мутант, люди успокоились, а потом разговорились. Эти совсем не прочь сменить реальность, тут приходится ото всех прятаться, не только Долг, но и некоторые сталкеры норовят застрелить. А потом потянулись дни, когда она безрезультатно бродила по Зоне, но даже мутанты не все соглашались покинуть эту реальность. Зато вечером на Кордоне повстречалась ей женщина, больная неизлечимо, вот она и присоединилась к их команде.

Маловато, но и время поджимает, скоро сработает переход. Придётся возвращаться с теми, кто подобрался, но тут встретился ей сталкер доходяга, нахватавшийся радиации, которому жить оставалось от силы пару недель.

– Пошли, чего тебе терять? – позвала она, и тот согласился.

Только Долг как-то прознал и устроил за ними охоту. Непросто найти в Зоне тех, кто видит аномалии и не стреляет в каждого мутанта. Но они нашли, сидят мутанты в развалинах, тихо сидят, ждут чего-то. Вот тут их и накрыть всех, да только не успели, заиграли вокруг сполохи.

– Гранаты! – заорал командир отряда, и они закинули гранаты внутрь.

Только тут сверкнуло так, что долговцы ослепли на пару минут, а когда смогли что-то разглядеть, в развалинах никого не было. Гранаты взорвались потом, когда люди уже перенеслись.

– Давай ты первый, – девушка командует возле аномалии.

Сталкеру терять нечего, да и не видит он ничего, только зачем раздеваться, непонятно. Вздохнул он и пошёл вперёд, а аномалия хлопнула и выдала человека в чёрной змеиной коже с красными ромбами на спине.

– Это я такой же стану? – немного испугалась женщина.

– Зато жить будешь, а можешь стать и как я, выбирай, умирать или жить. Платье сними, во что одеваться будешь, а вы отвернитесь, – это мужчинам.

Постояла та, посмотрела, да и решилась. Нет, не в змеиной коже получилась, нормальная женщина, только синяя и с «хвостами» вместо шевелюры. Стоит, разглядывает себя, позабыв, что голая.

– Одевайся, мужики не смотрят, - вывела из ступора красная девушка.

– Ого! Вот это красавица! – бывший сталкер и рот раскрыл.

– Потом поговорите, мне вас ещё надо проводить в одно место. Вы как хотите, вам не особо и надо, – обратилась она к мутантам.

Те посмотрели друг на друга, скинули свои лохмотья и шагнули в аномалию, взявшись за руки. Аномалия хлопнула громко и выдала красных людей с рожками надо лбом и крыльями за спиной.

– Вот и славно, пока тут постойте, стемнеет и пойдём, – сообщила им красная девушка.

– А почему по темноте? – бывшему сталкеру странно, ночью по Зоне не разгуливали.

– Ночью «птички» спят, а с наземными я разберусь, – она знает местные особенности, – но палки пока подберите, мало ли что.

Пока крылатые учились взлетать, не так это и просто, но к ночи уже неплохо отрывались от земли. Когда стемнело, она повела их на военные склады, надо же вооружить людей, да и жильё на первое время там есть. А мутантов она отправляла куда подальше. Только колючие подушки трудно поддаются внушению, но у них мясо вкусное. Так и довела, а там они улеглись в казарме, да и проспали почти до обеда.

– Просыпайтесь, сони, завтрак давно готов!

Небольшие крылатые мутанты налетели утром на неё и полегли в битве. Теперь забота вооружить их, но это после завтрака. А пока все с радостью поглощали мясо в столовой, где раньше обедали солдаты. На костре птички готовились хорошо, но немного неудобно, а печки не работали ввиду отсутствия электричества.

– Пошли, будем выбирать, кому что нравится, – позвала она их после завтрака.

На складах осталось много всякого имущества, только продукты почти все пропали. Сахар слипся, крупы прогоркли, да и крысы основательно попортили мешки. Вскрыв продовольственные склады, они с удивлением обнаружили довольно упитанных кошек, которые охотились на крыс. Те немного одичали и на руки не шли. Но сейчас им больше всего нужно оружие, а для этого существовали вещевые склады.

Каски, лопатки, вещмешки, кирзовые сапоги, портянки, штык-ножи, выбирай, что понравится. Но штык-ножи тупые, лопатки тоже надо точить, а кирзовые сапоги пока совсем не актуальны. Из портянок можно что-нибудь сшить, нитки с иголками были, но и это пока никому не нужно. Взяв по ножу, лопатке и вещмешку, они пошли в мастерскую, точить своё оружие.

– Станок не работает, – сразу предупредила она, – нет электричества.

Сталкер сразу занялся этим вопросом, но все рубильники включены, а электричества нет.

– Артефакты тут есть? – поинтересовался он.

– Есть, но барыг нет, торговать не с кем, – ответила она без всякого сожаления.

– И без торговли они могут пригодиться, да и не только лечебные, – рукастый мужик уже кое-что задумал.

Через неделю он приволок несколько «вспышек», таская их за собой в подсумке. Потом он колдовал что-то в гараже, а после позвал всех посмотреть на его труды. Точильный круг вращался, и он быстро заточил всё, что только понадобилось. Следом настала очередь сверлильного станка, а потом он и копья стал делать такие прочные и удобные, что местные обитатели радовались, получив хорошее оружие в свои руки.

– Послушай, Дима, а печки тоже так можно оживить? – спросила она как-то у бывшего сталкера.

Все давно перезнакомились, вспомнив свои имена или придумав новые. Крылатые стали Соколом и Чайкой, женщина оказалась Мариной, а бывший сталкер Дмитрием. Она так и осталась Ириной, как мама назвала, зачем придумывать что-то, здесь свои правила.

Печка ожила, и пусть самая маленькая конфорка, но теперь можно было жарить мясо на ней. Заодно и вытяжка заработала на кухне, а рукастый Дима соорудил ей мангал, в котором оказалось удобно запекать тушки «птичек». Ира обрадовалась и расцеловала Диму.

– Извини, но мне Марина нравится, ­– смутился тот.

– Глупенький, я просто из благодарности, знаю я ваши тайны, я же псионик.

С любовью у неё пока никак, а вот коты уже полюбили, поскольку птичьи потроха, это вам не крысы, это мягче и вкуснее. Она уже гладила их по голове и даже брала на руки, а кошки позволяли брать на руки котят, хотя и бегали вокруг беспокойно. Она отпускала их к мамам и те вылизывали своих чад и кормили.

И вот однажды старый кот увязался за нею на прогулку, иногда спрыгивая и обследуя территорию. А там артефакты, которые привлекают внимание котов особым излучением, которое чувствуют только коты. Нашёл он и «пружину», а такого она ещё и не встречала, опыт сталкера у неё небольшой, да и артефакт этот редкий.

А вот с котом произошла неприятность, пока она укладывала артефакт, высочил волк, схватил кота и побежал… прямо в аномалию. Та хлопнула и выдала большого пушистого кота, серого в полоску с белой манишкой на груди и пушистым хвостом трубой.

– Ничего себе! – удивилась Ира. Вот это ты красавец!

– Я Кот, – подумал зверь, – а все коты красавцы по определению.

– Хороший ты мой, ты и телепат, оказывается?!

– Ну, прямо твой, я Кот, сам себе Кот, гуляю где хочу.

– И где же ты хочешь? – спросила она с определённой долей ехидства.

– Пока с тобой, а там видно будет.

Вот так и ходили они вместе, пока в аномалию не попал молодой медведь. А та выдала большого красного мужчину, сильного, но немного смешного, с коротким бурым мехом вместо причёски и острыми ушками, как у эльфа. Тут и нашла его Ира, а потом отвела ко всем, одела, вооружила и научила говорить. Всё остальное он тоже освоил, а потом стал вечным спутником Ирины по Зоне.

Так у них всё и получилось, а в итоге она родила славного сыночка. Временно пришлось прекратить свои прогулки, но теперь Крошик с котом стали неразлучными друзьями. Они бродят по Зоне и смотрят за порядком, а аномалия ещё много кого переделала на радость Зоне, которая любуется своими творениями и приглядывает за ними.

– Ну чего ждёшь? – Кот как-то увидел Хозяйку и решил поговорить. – Сделала бы мне кошечку, а то скучно одному.

– Тебе кошечку, Крошику собачку, каждой твари по паре? – рассмеялась Зона.

– А хоть бы и так, это же твой мир, ты тут Хозяйка.

­– Ну ты и нахал, но я попробую, – Зона ещё долго хохотала.

Она сделала однажды. Бойцы Долга запомнили то место и однажды решили отправиться следом, чтобы навести там порядок. Но так и попали со всем оружием в аномалию, которая не убивает, но и прежним не оставляет. Вот из них и получились пары Коту и Крошику, пусть с одной головой, но он не обиделся, и щенки получились славные. А Кот потом всё равно гулял сам по себе, такова уж природа котов, пока кошка с котятами возится, он гуляет, принося ей мутантов для прокорма.

Глава 6 Животное

Костёр на Кордоне, это особый мир. Сталкеры собирались, чтобы отдохнуть, присмотреть отмычек или просто лень тащиться в Бар, да и не за чем. Вот и сегодня подтянулись уставшие мужики, вернувшиеся из ходки, посидеть без шумного общества, да и подальше от Долга. Вновь прибывших приветствовали, приглашали к огню и вели тихие беседы, вспоминая прошлые приключения, или обсуждая свои вопросы.

- Поздорову, бродяги! – Старый теперь активно бороздит просторы Зоны.

Обзавёлся Винторезом и горя не знает, даже отмычек порой натаскивает.

- И тебе не хворать, присаживайся к огоньку, ты чего такой загадочный, - сталкеры уже привыкли, что Старый изрядно помолодел.

После глотка из фляги, вновь прибывший начал рассказ.

- Помните, был тут такой персонаж, Животное? – загадочно спросил он у коллег.

- Это который жрал, как не в себя, портил воздух и всех достал отрыжкой? – вспомнил кто-то.

- И отливал почти у самого костра, как будто места другого не было, - бродяги вспоминали неприятного персонажа, который когда-то появился с отмычками на Кордоне.

- Так его в итоге и выгнали, достал он всех, сдох наверно давно в Зоне.

Старый выдержал паузу, посмотрел на всех по очереди и начал рассказ:

- Не сдох, жив и здоров, даже процветает, - Старый подумал, хлебнул ещё глоток и поведал о своей встрече. - В общем, занесло меня снова в Тёмную Долину, ну вы помните, у меня там свои памятные места.

Старый и поведал, что недалеко от границы Тёмной Долины есть развалины с довольно приличным подвальчиком, в котором можно укрыться от выброса. Животное сидел рядом с развалинами и жарил на костре крысу, насадив её на палочку. Грязный, растрёпанный, но живой, само его существование явилось неожиданностью. Столько лет выживать в Зоне, да ещё без приличного оружия, это удивительно.

- Иди сюда, Старый, - не поднимая головы, позвал Животное сталкера. – отдохни с дороги, заодно расскажи, какие новости в Зоне.

- Да какие новости, - Старый и не знал, что сказать.

- Для начала, ты помолодел изрядно, Ворона к делу пристроила, - Животное как будто черпал информацию из какой-то ёмкости. – Хорошее дело, нужные люди, чего им пропадать. Да ты не пугайся, я телепат теперь, мне слова можно не говорить.

Он перевернул крысу, чтобы поджарилась ровнее и с другого бока.

- А ведь не за артефактами ты сюда пришёл, - добавил он, не отрываясь от крысы. – Зато у меня к тебе есть новость. Помнишь того лейтенантика, сына Воронина? Так вот, не умер он, вы тогда клона увели, а сам он работает под станцией в лаборатории. Только ты не ходи туда один, если только Гавриил с тобой пойдёт, но у него ребёнок сейчас, ему не до походов. Так что забудь, не пойдёт с тобой этот человек.

Животное решил, что крыса достаточно прожарилась, надрезал лапку, проверяя и снял её с огня. Ел он, не спеша, смакуя каждый кусочек мяса, получая явное удовольствие от вкуса этого «блюда».

- Солитёр был у меня, вот и жрал, как не в себя. Да ладно, я не в обиде, я сам себе противен, прошлый. Зато теперь у меня совсем другая жизнь, свободная и полная смысла. Завтра вот Зону освобожу от некоторых персонажей, которым тут не место. Переправлю на тот берег и уведу за Периметр, там уже ждут люди.

Старый смотрит удивлённо на того, кого на Кордоне не считали за человека. Нет, сам он не прогонял его, да и вообще, к людям относится, глядя на нутро, а не на внешние стороны, жизнь давно научила.

- Привычка вечно жрать меня и спасла, - усмехнулся Животное, - жрать почти ничего не было, вот я сорвал однажды грибок, странный такой, что формой, что цветом, с фиолетовой шляпкой. И тут у меня в голове зазвучал голос:

«Правильно ты сделал, что съел меня, я тебя вылечу, а потом буду учить», - голос рассказывал, что он не просто гриб, а способен к симбиозу с носителем.

Вот с тех пор и начались чудеса, через неделю из тела вылез длинный глист, а потом парень стал меняться изнутри. Гриб научил его телепатии, а потом и приманивать или прогонять животных, постепенно сделав из сталкера псионика. С изменением диеты, изменилось и пищеварение, теперь он уже не рыгал и не портил воздух. Только это всё оказались мелочи, поскольку гриб начал раскрывать перед человеком бесконечность окружающего мира.

- Поначалу стало страшно, но гриб успокоил меня, пообещав улучшить здоровье, не трогая внешность. Он не соврал, вообще не врёт, он очень честный, просто пророс внутри, но я его даже не чувствую, только говорим часто обо всём. А потом от меня стали убегать мутанты, скажу им, и они уходят. Крыс я теперь просто приманиваю, зачем гоняться за ними по Зоне, если можно просто позвать. А вот есть мне теперь надо не каждый день, хватает и этого, да и чувство голода исчезло. Теперь я ем просто по необходимости, понимая, что надо поддержать организм. А ты поешь, хочешь ведь, тушёнку свою разогрей и поешь.

Старый так и сделал, тем более, что надо было уложить в голове всё услышанное. Он ел, не спеша и думал, хотел бы он, чтобы в нём жило что-то такое, что сейчас живёт в собеседнике. Нет, такого «счастья» ему не надо, хотя и так Старый уже совсем не тот, что был раньше. Помолодев после аномалии, он понял нечто более важное, чем просто, как прекрасно быть молодым. Возвращение к жизни людей перевернуло в нём многое. Оказывается, Зона может не только забрать, но и вернуть, надо только понять, как это правильно это сделать.

Стоп, а сын Воронина, он что, клонировал сам себя? С этой тайной надо разобраться, но спешить он не станет, надо хорошенько всё продумать. Если тот стал членом клана О-сознание, то вернуться к отцу он и не захочет.

- Вот видишь, стоит подумать, как всё становится на свои места, - усмехнулся Животное. - Поговорить с ним тебе, возможно, и удастся, а возвращаться к отцу он и не думает. Только одну ошибку ты допустил, не все учёные состояли в О-сознании, да и нет более этого клана, одна маленькая женщина уничтожила его. А вот стремление пытливых умов к познанию неизведанного, этого истребить невозможно.

- Твой гриб знает так много? – Старому трудно это принять.

- Гриб, это не только то, что мы видим, основная часть его находится вдалеке от взоров. Грибница проникает на огромные пространства, переплетаясь с другими грибницами и обмениваясь информацией. Это плодовые тела грибов полны радиации, а грибницы существуют в Зоне, простираясь и за её пределы. Так мы и договорились с людьми за Периметром, чтобы они забрали тех, кому тут не место.

Животное говорил такие простые и очевидные вещи, тем не менее трудно поддающиеся пониманию. Это что, грибы разумны? Не человек, а именно грибы и есть вершина эволюции?

- Не скрипи мозгами, понимание не бывает мгновенным, тебе многое предстоит увидеть и узнать, наберись терпения, мы покажем многое, но не всё. Гриб говорит, что попробует уговорить сына Воронина поговорить с тобой, а пока отдохни, можешь поспать, тут безопасно.

Спать не очень хотелось, но Старый прилёг, надо расслабиться и попытаться осознать происшедшее. Отпустить сознание, это он проделывал не раз, когда нужно было придумать неординарный выход из положения. Сначала мысли бегали, потом устали и успокоились, а потом и пришло это. Он буквально увидел, как грибы пронизывают грибницами всю планету, получая информацию, даже влияя на некоторые процессы.

- Вставай, Старый, утро скоро, - голос Животного вывел сталкера из этого состояния.

- Как утро? – Старый подскочил и уставился на серое ночное небо Зоны.

- Понимание порой требует долгого времени, но ты не пугайся, гриб обещал потом беседовать с тобой, когда будет возможность, только никому не рассказывай о нём. А теперь пошли, отведём эту парочку за Периметр.

В подвале расположились двое, члены Долга и Свободы, сталкеры даже не думали враждовать, хотя и говорить друг с другом не собирались. Они как будто не знали о существовании друг друга, да и воевать им просто нечем, оружия не было вовсе. Они дошли до реки и Животное вытащил из камыша лодку, вычерпал воду, набравшуюся от дождей, вставил вёсла в уключины и предложил Старому заняться греблей.

- Мне придётся контролировать их, а пока давай, поплывём на другой берег, только держи вверх по течению, там и пойдём по дороге.

Старый грёб, работа монотонная, но он соскучился по простым делам, ведь Зона требует особых навыков, а так приятно просто вести лодку вверх по течению, постепенно приближаясь к другому берегу. Чернобыль с воды не выглядел таким зловещим, как при прогулке по суше. А вот и знаменитый Мост Смерти, забравший столько сталкерских жизней.

- Приставай к берегу, дальше пойдём пешком, - Животное смотрел не на Старого, а на их пассажиров.

Те так и находились в некой прострации, явно находясь под контролем. Лодка ткнулась в берег, и пассажиры покинули её. А дальше шли, как будто у Животного была карта аномалий, они обходили все ловушки, которые Зона щедро расставляет на своих просторах. Так и добрались до железной дороги и пошли в сторону Славутича. Как только вагоны закончились, они услышали тарахтение дрезины. А вот тут пассажиров усадили и приковали наручниками спиной к спине.

- Контроль потом спадёт, и они могут натворить дел, - пояснил Животное. – Их отцепят, когда они будут за Периметром, а там уже и не важно, сами определят свою судьбу. Давай, Сталкер, вези их отсюда, - улыбнулся он управлявшему дрезиной мужчине.

Дрезина укатила в сторону Славутича, а Старый и Животное вернулись к лодке.

- Греби к станции, место встречи там, - сейчас никого не нужно контролировать, и он немного расслабился.

Во всяком случае, это так выглядело, хотя работа внутри шла колоссальная. О чём думал в это врем Животное, этого не знал никто. Но вот громада станции выплыла перед ними, а на берегу с трудом можно было рассмотреть человека. Лодка пристала рядом и Старый сошёл на берег.

- Ну что, старлей, а ведь ты меня едва не убил, - усмехнулся Воронин, - нет, не меня, клона, я тогда уже в лаборатории трудился.

- Там все были клонами? – Старый прекрасно помнил ту операцию.

- Нет, клонировали только меня, парни не перенесли ментальной атаки, а я оказался устойчивым.

- А твой отец до сих пор думает, что убил родного сына, а теперь он мстит Зоне за это, - Старый потому и не особый ходок в Бар, что там всё напоминает ему о Воронине и той операции, которую он проделал с помощью контролёра.

- Переживёт, с его солдафонскими замашками трудно принять Зону, а ведь здесь непочатый край для исследователя. – Воронин развёл руки, показывая, что везде в Зоне хватает места для познания неизведанного.

- Так может, сказать ему, что ты жив?

- А вот это лишнее, того лейтенанта больше нет, я стал совсем другим человеком, оставь всё на месте, а я попробую ему присниться. У тебя есть ещё вопрос?

- Капитан Крылов…

- Да, это был именно он, но тебе не стоит сильно переживать, там от него осталось только тело, разума он лишился намного раньше.

Они молчали, вопросы кончились, а ответов и не требовалось. Как-то почти синхронно оба повернулись и пошли каждый своей дорогой. Старый грёб теперь по течению, а в голове образовалась странная пустота.

- И что теперь? – спросил он спутника, когда лодка пристала в камышах, откуда они начали свой путь.

- Потом поймёшь, - Животное пристально посмотрел на Старого, - не торопись, гриб теперь знает тебя. Патронов можешь набрать внизу.

Старый спустился в подвал, а там в кучу свалены автоматы и пистолеты с ножами. Это сколько же народу препроводил за Периметр Животное? Взяв парочку рожков с патронами, Старый поднялся наверх. Прощаться он так и не научился, но Животное понял всё.

- Ступай, иногда ночами гриб будет говорить с тобой, надо же тебе всё понять в итоге.

С тем и расстались, а на обратном пути пришлось изрядно повоевать, так что на Кордон Старый добрался уже к ночи.

- Так что там Животное, живой? – бродяги уже ждали интересный рассказ.

- Да, вполне, - Старый решил, что совсем не обязательно им знать всё, что увидел он, - Больше не рыгает и не пердит, вылечила Зона, а так живёт себе и не жалуется.

Больше ничего рассказывать не хотелось, а бродяги помолчали, да и сами занялись рассказами о случаях в Зоне. Старый заснул, глядя в небо Зоны и тут гриб и заговорил с ним…

Глава 7 Излом и Тая

Никто так и не узнал, откуда она пришла в Зону, но на Кордоне появилась уже с вещмешком и обрезами в нём. Солидная дама «за пятьдесят» в сереньком пальтишке, резиновых сапогах и платке, завязанном так, что видно было только лицо. Её посчитали за отмычку, но женщина посмотрела на сталкера немного удивлённо, как будто ей предложили очевидную глупость.

- Ступай с богом, твои заботы, тебе и решать.

Деньги её не интересовали, хватает на жизнь и ладно, явно пришла не за большими деньгами. Да и себя проверять ей было не нужно, просто жила в Зоне. Придёт на Кордон, оставит барыге чего-нибудь, купит еды и уходит. Обрез ей, вроде, как и лишний даже, но носила за собой, только никто не видел, чтобы стреляла. А тем не менее, женщина непростая, но знал об этом только Тихон, старый излом.

- Стоять, грабли в гору, стволы на землю! – бандиты не меняются.

- Баба, гуляем, - бандит облизнулся.

- Старая какая-то, - молодой бандит скривил рожу.

- Дурак ты, между ног у них не стареет, - заявил третий.

Но тут его череп и лопнул от тяжёлого удара. Остальные недолго прожили, излом, когда атакует, становится стремительным до предела.

- Не тронули? – Тихон посмотрел на женщину, - едва успел я.

- Да мне всё равно, - как-то обречённая вздохнула женщина.

- Что же так? – Тихону стало интересно.

- Жить не хочется, оттого сюда и ушла, - женщина опустилась на камень и заплакала.

- Да что приключилось-то? – Тихон не просто излом, он образованный и иногда даже душевный.

- Никому я не нужна, - сквозь слёзы ответила женщина.

- Да как же так, вон ты какая, небось и муж, и дети имеются, - Тихон и о печени бандитской забыл, женские слёзы не давали думать о еде.

- Все меня забыли, дети выросли и уехали, а муж… - она вздохнула, - вот тебя били всю твою жизнь, когда напьётся? А пил этот гад всегда, да ещё из дому выгнал, сказал, что старая корова ему не нужна, он молодую нашёл.

- Вот гад, я бы убил, - Тихон проникся судьбой несчастной.

- Вот и я убила и ушла, а теперь никому не нужна.

Слёзы высохли, уступив место обречённости, а это для души не самое лучшее состояние. Тихон погладил по голове своей рукой и прижал женщину к себе.

- Поплачь, оно и легче будет, ты уж не обессудь, мне поесть надо.

С этими словами Тихон стал раздевать бандитов, чтобы добраться до печени.

- Нож возьми, чего зубами-то мучиться? - женщина протянула кухонный нож излому.

- Душевная ты женщина, благодарствую, - Тихон принял нож и стал разделывать бандитов, добираясь до печени, - хлебушка жаль нету, - посетовал он.

- Держи, - женщина протянула и полбулки хлеба.

- Благодарствую, звать-то тебя как? – Тихон и вовсе проникся.

- Тая – отозвалась та, завязывая обратно старенький вещмешок.

- Ты вот что, Тая, - заметил Тихон, поедая печень с хлебом. – Собери-ка у них оружие и патроны, продашь потом на Кордоне, да там всё бери, тут такие правила.

Она и собрала, консервы, оружие, патроны, даже ножи, один из которых ей понравился, и она оставило его для хозяйства. Вот так и подружились излом и Тая, да и стала она жить в Зоне. Сходит, сдаст чего Сидоровичу, а потом опять уходит, ни с кем не разговаривая. Иногда сидит у костра и смотрит в огонь, не говоря ни слова. В Баре бывала редко, да и не любила она Долг и кланы вообще, а дел у неё ни с кем никаких не было.

С Тихоном у них отношения получились не совсем обычные, душевные что ли. Сидят, за жизнь разговоры ведут, так и сблизились две неприкаянные души. Да и это дело Тае не особо и нужно, хотя получалось иногда, только рожать ей уже поздно, а вот задушевные беседы, это обоим в радость. Порой она готовила ему поесть, а порой просто тушёнкой перебивались, даже печень пробовала, но сырая не понравилась, а запечённую Тихон не жаловал.

Так и жила в Зоне, даже Хозяйку заинтересовала, явилась женщина в белом, посмотрела на спящую Таю и поцеловала её в лоб. Та улыбнулась во сне, видно, детство вспомнилось, когда мама в лоб целовала. Вот с тех пор стало Тае совсем комфортно в Зоне, даже мутанты перестали заботить. А Тихон всегда встречал её из походов на Кордон, берёг.

Беда не ждёт, когда к ней подготовятся, сама приходит незваная.

- Вы что это удумали? – Тая загородила девчонку от долговцев. - Что она вам сделала?

- Она мутантка, а всех мутантов надо истреблять, - зло бросил старший.

- Она вас что, покусала или взяла чего? – Тая сейчас очень решительно настроена.

- Она мутантка! -фанатиков уже не переубедить.

- И что с того? – Тая этого не могла понять.

Для неё все люди одинаковые, сильно они мутировали или нет, тем более девчонке лет двенадцать от силы. Тая загородила девочку, покрытую чешуёй с ног до головы и не позволила стрелять в неё.

- Командир, я аккуратно её сниму, всё равно вон ноги торчат, - Снайпер решил обсудить с командиром, как убить мутантку, - пулю в ногу, и она упадёт, а там и в голову можно.

- Мы же хотели на арену её забрать, - командир раздумывал, убить мутантку здесь или захватить, чтобы скормить зверям на арене.

Тая слышала их мысли и решила сражаться за эту девчонку. Долговцы уже хотели схватить Таю, а вместе с нею и девчонку, но тут голова снайпера взорвалась от сильного удара. Тая выстрелила в лицо пулемётчика, а Тихон уже обрушил свою руку на голову командира квада. Медик успел выстрелить в Таю и попал картечью прямо в грудь. С бойцами Долга покончено, но и женщина умирала. Ни излом, ни девчонка не знали, что делать, и тут к ним подбежала молодая женщина, с седыми волосами.

- Пей! – крикнула она Тае, разрезав вену на руке.

Делать нечего и Тая припала к крови, пила она, пока Седая не упала, обессилив от потери крови.

Раны у неё начали затягиваться, но теперь проблема была уже в другой женщине.

- Кровь, - прошептала она слабым голосом, - кто там из них ещё не умер?

Оказалось, что медик долговцев ещё дышал, сломанный позвоночник оставил его в живых, хотя перспектив у него и не было вовсе. Девчонка подтащила маленькую женщину к сталкеру, и та припала к шее, предварительно полоснув по ней ножом. Здоровье вливалось в неё на глазах, через пять минут она была совершенно здорова и сидела, вытирая губы от крови.

- Ты кто? – удивлённо спросила Тая, присев рядом.

- Седая, остальное неважно, ненавижу долг. – Женщина улыбнулась, что совсем не вязалось с той ненавистью, с которой она говорила об этом клане. – Что девчонка им сделала?

- Ничего, просто погнались, - сообщила «ящерка».

- Похоже на них, - кивнула Седая, - всё, что не такое, надо убить. Они и меня хотели убить, Зона не дала. Вы Таю всё-таки сводите у Болотному Доктору, мало ли что.

- Откуда ты узнала, как меня зовут? – удивилась женщина.

- Вон, Тихон тебе расскажет, - Седая поднялась и ушла с копьём и рюкзаком.

Странная сталкерша вызвала удивление, но её совет сочли разумным и пошли к болотам, где жил Болотный Доктор.

- Она псионик, - рассказывал по пути Тихон, - давно её знаю, ещё когда Колобком звали.

Излом не стал рассказывать остальное, зачем людям знать, что Седая отчасти кровосос. Так за разговорами и дошли до Болотного Доктора.

- Ну что вам сказать, - Док слегка замялся… - с ранами у вас всё в порядке, даже следов не осталось, если не считать пары картечин в организме. Они не будут мешать, поскольку уже закапсулировались, а вот остальное я бы вылечил.

- А что там? – не поняла Тая.

- Ваша прошлая жизнь оставила следы и лучше будет их убрать. Я предлагаю вам остаться тут на несколько дней, а ваши спутники могут подождать вас, или сходить по своим делам.

- Я согласна, - решилась Тая, - сама не пойму, но так сильно захотелось жить.

- Это Седая, - только и сказал Болотный Доктор, ничего не поясняя.

Вот так и попала она в пациенты Болотного Доктора. Тот что-то капал ей, заставлял глотать какие-то цветные камешки, а в итоге заявил, что Тая совершенно здорова.

- А где Тихон? – спросила Тая, не найдя своего друга.

- Ушёл, у него своя жизнь. Если вы хотите его увидеть, то ступайте туда, где вы встретились.

Девочка тоже ушла, узнав, что Тая выздоравливает, так и пошла она одна через ползоны. Странно, но мутанты по какой-то причине обходили её стороной, а вот Бар Тая сама обошла стороной, не хотела вовсе встречаться с Долгом. Девочка мутантка попалась ей сама, она жарила на костре крысу, насадив её на прутик.

- Здравствуй, голубушка, так и живёшь? – Тая добрая, а детей любит особенно сильно.

- Живу, что ещё делать, вот крысу поймала, будешь со мной кушать?

- Да у меня консервы есть, - крыс Тае есть ещё не приходилось.

- Как хочешь, крыса вкуснее, - пожала плечами девочка.

Забавная она, вся в чешуе и почти без одежды, коротенькая юбочка на бёдрах и всё. А так симпатичная, даже можно сказать, красивая. Тушёнку разогрела, крыса приготовилась и сели есть. Тушёнка, гадость ещё та, соли много, жира тоже, а мяса кот наплакал. Девочка попробовала и скривилась, зато угостила Таю кусочком крысиного мяса. То оказалось не в пример вкуснее, хотя немножко соли и не помешало бы.

- Ты тут и живёшь? – Разговорились они, как старые друзья.

- Везде, вся Зона мой дом, - улыбнулась девочка, - кочую за крысами.

- Тихона давно видела?

- Могу показать, раненый он, забрался в люк и там отсиживается, - девочка говорила это без эмоций, в Зоне быстро привыкаешь ко всему.

- Покажи, - попросила Тая, - друга оставлять в беде нельзя.

До Тихона добрались к вечеру, тот лежал в старом люке и едва дышал.

- Надо бы его к Болотному Доктору доставить, - Тая сразу решила помочь другу.

- Не надо ничего, - прошептал излом, - пожрать бы, лучше печени, хоть от снорка.

Тая отправилась на охоту, а девчонка увязалась за ней. Где брать печень, они понятия не имели, но добыча не заставила себя ждать. Бандиты устроили привал в разрушенном доме. Костёр горел ярко, видно было издалека, три бандита сидели, приняв на грудь и ели тушёнку из банок.

- Тащи его сюда, развлечёмся, - сказал старший.

Крепкий бандит поднялся и притащил связанное тело молодого сталкера.

- Бабу бы лучше, - сказал молодой бандит, скривив физиономию.

- В жопу нет разницы, - старший явно отмотал не один срок, - снимите с него штаны.

Предстояла гнусная процедура, но Тая решила предотвратить изнасилование. Зарядив обрез, она вручила кухонный нож девочке. Внимательно рассмотрев и выбрав цели, она решила начать с крепкого бандита, который держал парня. На свою беду, бандиты про оружие забыли, предвкушая гнусное удовольствие. Первый же выстрел покончил с бандитом, главарь кинулся к оружию, но его подвели спущенные штаны, и он растянулся на полу, а встать ему уже не довелось. Молодой решил укрыться за пленником, но девчонка подобралась сзади и вогнала нож по самую рукоятку в его спину.

- Вот и печень будет для друга, - Тая даже обрадовалась, что долго не придётся искать.

Только одно дело сказать, а другое, разделывать, хоть и бандита, но всё-таки людей. Неприятную процедура проделала девочка мутант, она лихо извлекла из бандитов печень, и они двинулись к схрону, где прятался излом.

- Благодарствую, - печень сотворила чудо, Тихон оживал на глазах.

Из схрона он смог выбраться только через неделю, но вполне здоровым, пришлось ещё поискать печени, но в этот раз им попались снорки, а с ними никто и не думал миндальничать. Тихона женщина расцеловала, обрадовавшись старому другу, а в итоге всё продолжилось, как бывает в таких случаях. Девчонка благоразумно удалилась, впрочем, не особо далеко, а потом присоединилась к парочке. Так и стали жить этой непонятной семьёй, девочка вроде дочки, а Тая с изломом не супруги, но старые добрые друзья. Зона была к ним добра и прожили они вместе долго, пока Зона не умерла, а потом…

Глава 8 Одногукий бандит и Растяпа - начало

– Ку-ку, ручки вверх и ствол на землю! – небритая рожа смотрела на женщину сталкера.

Бандиты порой ловят сталкеров и грабят их, да и убивают частенько, а вот женщин насилуют и почти всегда убивают. От испуга она не знала, что делать, ноги предательски стали ватными, руки дрожали и она растеряно теребила ремень автомата. А ведь говорили опытные бродяги, чтобы не носила его сзади. В ходке оружие всегда должно быть готово к бою.

И тут за спиной у бандитов мелькнула серая тень. Крепкая рука зажала рот стоящему сзади, и он тихо осел вниз. Осталось двое, но и этим не повезло. Второго незнакомец поразил в спину, но тот застонал и третий обернулся в его сторону. Мелькнул кривой кинжал, и из шеи бандита брызнула кровь.

Ноги уже не держали женщину, и она опустилась на землю, всё ещё трясясь от пережитого.

– Отдыхай, хабар-то есть? – прозвучал голос из-под капюшона.

– Е-есть, – заикаясь выдавила она.

– Показывай, – незнакомец не шутит, – давай сюда рюкзак.

Ждать он не стал, силой снял с неё рюкзак и достал контейнеры. «Выверт», «кровь камня» и «медуза», небогато совсем.

– «Медузу» никто в контейнер не кладёт, – заметил он, новенькая, опыта мало, – ты бы с напарником ходила, так безопаснее.

– Меня никто не берёт, – вздохнула девушка, – говорят, что я растяпа.

– Похоже на то, автомат почему так несёшь? – критически осмотрел барышню незнакомец.

– Патронов всё равно нет, – грустно заметила она.

– Сожрут тебя так нафик, бери у них обрезы, – кивнул он на бандитов.

– А ты? – она уже подумала, что за спасение положено что-то заплатить, но хабар у неё дрянь, этим не расплатиться.

– Сейчас посмотрим, – мужчина вытряхнул рюкзаки бандитов, открыл контейнеры, перебрал оружие и патроны. – Всё бери, сдашь барыге, хоть на еду хватит, а пока поешь, – он кинул ей банку тушёнки.

Остальные забрал себе, как и флягу самогона и полбулки хлеба, чёрствого, но есть можно. Обыскал карманы и у старшего нашёл пистолет Вальтер. Проверил магазин и сунул себе в карман.

– Заряди сразу все обрезы и перезаряжай, как появится время, все, собирай и иди, ножи тоже. Сидорович, сволочь ментовская, хоть что-то даст и за это.

Женщина поела и успокоилась, потом собрала всё, что оставил серый человек и ушла на Кордон.

– Крутая, – похвалил барыга, – сама банду положила?

Она только кивнула, но рассказывать не стала. Хабар дрянь, но хватило на пару пачек патронов и на пару банок тушёнки. С этим и уселась у костра, отдохнуть и переварить, что с ней произошло. Есть не хотелось совсем, а подумать было о чём. Того человека она толком не рассмотрела, показалось, что он совсем безоружный, но как тогда справился с бандитами? Теперь всё виделось иначе, спокойнее что ли.

– Однорукий снова бандитов положил, – поведал какой-то бродяга, направляясь к Сидоровичу.

– А ты сам видел? – интересно же людям.

– Его работа, хабар сдам и расскажу.

Вот и есть новости на вечер, бродяги дождались сталкера и приготовились слушать.

– Да я иду, а они там лежат, – начал рассказ сталкер, – его работа, двое в спину, прямо в почку, а третьему горло перерезал. Я обшмонал, но ничего не нашёл, он уже всё выгреб.

– Да он и сам бандит вообще-то, – старый бродяга давно топчет Зону, - а одна рука не помеха. Вот стрелять не любит совсем.

– Как это, бандит? – удивлённо переспросила девушка.

– Как хочешь, так и понимай, – бродяга хлебнул их фляги, понюхал рукав и начал рассказ.

Давно это было, почти в самом начале. Появился на Кордоне мужик, который сразу обратил на себя внимание. Да и непонятно, что однорукий собирался делать в Зоне, а у того от локтя небольшой обрубок и всё. Но с обрезом вполне управлялся, только кривился от стрельбы. Так и назвали в шутку – Однорукий бандит.

– Не люблю шума, – поведал он ведущему, – всё надо делать тихо.

– Ты прямо, как вор старой школы, – усмехнулся сталкер.

– Не вор, но авторитет есть, – тихо сказал тот.

– А в Зону-то чего подался?

– Я в бегах, только никому не говори. Подорвался из колонии, где меня заказали, и ушёл сюда.

– Ну, тут тоже Зона, только большая, – пояснил бродяга, – у неё свои правила, если будешь их соблюдать, то приживёшься, а так сам смотри.

Он прижился, уголовники, люди серьёзные, понятий держатся строго, не мусорят и вообще, по-своему, правильные люди. В Баре кузнец выковал ему оружие на руку, небольшой, но прочный нож, который надевался на руку и крепился ремнями.Удачная штука, даже от мутантов, сталь не прокусить, а из-под плаща его и не видно особо.

Так и ходили они вместе, пока однажды не нарвались на бандитов. Типа благородные, не стали убивать, но отняли всё, кроме ножей, даже стакера раздели. С Однорукого и брать нечего, так отпустили. Хреновое положение, даже не хабар жалко, а дойти непросто без оружия, сожрут мутанты и не подавятся.

– Дай мне свой нож, - вдруг попросил Однорукий, – а ты пока спрячься, или на дерево залезь.

Что задумал этот уголовник, представить было невозможно, но он ушёл и почти три часа его не было. Сталкер уже подумал, что пропал он бесследно, но тот вернулся и позвал за собой.

– Пошли, я не донесу, – махнул он рукой.

Бандиты лежали на довольно большой площади, только рюкзаки он сложил рядом, бандитские и свои.

– Собирай, – кивнул он на бандитский хабар, - мне такое без надобности.

– Это ты зря, парень, тебе тоже не помешает, особенно оружие и консервы, сигареты там… – заметил напарник.

Но тот взял только неплохой нож, повесив его на пояс, даже консервы брать не стал. Оно и понятно, с холодным оружием лишний вес ни к чему, рукам подвижность нужна. Так и вернулись из ходки, сдав хабар Сидоровичу. Только стал Однорукий задумчивым, а потом попрощался с напарником и ушёл.

Вот с тех пор его стали редко видеть. Иногда он появлялся на Кордоне или в Баре, сдавал хабар и уходил, если не было выброса. Консервы почти не брал, хлеб и шоколадки с чаем. Где он обитал и чем питался, про то ходили догадки, только порой находили в Зоне зарезанных бандитов, а иногда и сталкеров. Впрочем, умирали исключительно мерзавцы, которые подставляли напарников, или отмычек водили на смерть. И всё при них на месте, кроме хабара. Оружие брал редко и продавал его барыгам очень дёшево, совсем не уважая огнестрельное.

– Он так и живёт где-то в Зоне, а где, про то никто не знает, – завершил свой рассказ бродяга.

– А он не мутант, этот Однорукий? – спросил кто-то из новичков.

– Все мы тут мутанты, кто больше года в Зоне, – заметил лысый сталкер, – как чуйка развилась, так уже, считай, мутировал.

– Старый ещё до Зоны успел, – кивнул молодой.

– Он хищник, жизнь научила, а хищнику без этого нельзя, без чуйки.

Девушка тем временем занялась патронами, набила полтора рожка и засунула второй в кармашек рюкзака. Поужинала, послушала истории и собралась уже спать, но старый бродяга заметил, что патронов маловато.

– Ты что, вот с этим собралась в ходку идти? – строго посмотрел он на Растяпу.

– А что делать, если больше нет? – вздохнула она.

– Сожрут тебя так мутанты, - покачал головой сталкер.

– Не сожрали же пока, – огрызнулась та, – вот бандиты чуть не убили.

– Осторожнее надо быть, Зону слушать, на запах проверять, бандиты всегда пахнут, – резонно заметил он.

­– Однорукий не пахнет совсем, – сказав это, она спохватилась и замолчала.

Сталкер пристально посмотрел на неё, потом усмехнулся и тоже улёгся у костра, подкинув пару веток. До утра все спали, иногда просыпаясь и подкидывая веток в костёр, а утром разошлись по Зоне. Девушка в этот раз держала автомат наготове, но мутантов было мало, а бандиты и вовсе не попались. Подняв хороший хабар, она решила сходить в Бар, а там как раз кузнец трудился в кузнице.

Она стояла и смотрела за тем, как ловко тот вытягивает металл, формируя из него нож. Такие ножи она уже видела, но они стоили как автомат, а таких денег у неё пока не водилось. Да и не очень уважительно относилось большинство молодых бродяг к холодному оружию. Ножом надо ещё уметь пользоваться, хотя, в крайнем случае, он может здорово выручить. А ведь Однорукий так и ходит с ножами, хотя кинжал у него знатный.

– Нравится? – кузнец закончил с заготовкой и посмотрел на неё.

– Очень, – согласилась девушка, – а это дорого?

– Для кого как, – усмехнулся кузнец, – пижонам дорого, простым людям дешевле.

Он всё понял про эту девчушку, один запасной магазин, значит, на большее патронов никогда не было. Пришла, чтобы заработать, а этого как раз и не получается.

– А как некоторые ходят с одними ножами? – вдруг спросила она.

– Таких мало, но сражаются ножами, это надо уметь, зато и патронов не надо.

– Верно, патронов не надо, хотя, пистолет он забрал, – вспомнила она.

Кузнец промолчал, догадался, а может, мысли прочитал, пока никто не знал, что он телепат. Девушка думала о своём, сегодня хорошая ходка, даже патронов набрала на два полных магазина, а вот разбогатеть пока не получается.

– Завтра приходи снова сюда, подумаем вместе, – подмигнул он и занялся ножом.

Но на другой день она снова осталась без патронов. Пришлось отбиваться от собак своим говённым ножиком. Её здорово покусали, но добралась сама, вколов сыворотку и опираясь на палку. Зато принесла редкий артефакт «душа», а вот «мясо» пришлось переводить на себя. Она лежала у костра и думала … о ножах. Теперь она понимает, зачем сталкерам хорошие ножи. А ещё она думала про Однорукого, как он выживает в Зоне без автомата?

Кузнец зачем-то подошёл, потрогал руку, проверил мышцы, улыбнулся и ушёл в кузницу. Звон раздавался до темна, но что он там колдовал, он никому не говорил. Укусы страшно чесались, «мясо» всегда так действует, зато на другой день она смогла подняться.

– Вот теперь смотри, – кузнец показал какую-то «палку».

Он взялся за концы и извлёк и этой «палки» острый клинок. Потом вставил его рукоятью в остаток и провернул. Получилось короткое копьё с очень длинным наконечником, такое проткнёт любого пса насквозь.

– Наука не хитрая, но надо отработать до автоматизма, – пояснил он и начал учить её обращению с оружием, поправляя и объясняя зачем нужны те или иные движения.

Оказалось, что наука имеет свои тонкости, которые включают правильное обращение, позволяющее успешно колоть и резать нападающих мутантов. Она прилежно всё учила, понимая, что от этого может зависеть жизнь. Переделка, в которую она попала, быстро вправила мозги. Зона, это не игрушка, тут все хотят тебя убить и съесть, а люди ещё и изнасиловать.

– Что с меня? – спросила она, привыкнув отдавать долги.

– Потом принесёшь что-нибудь, – отмахнулся кузнец, – ты, главное, живой останься. Если всё зажило, то завтра ступай в ходку, а там сочтёмся.

Но утром случился выброс, так что ушла она к обеду, когда все пришли в себя. Новое оружие висело за спиной, вместе с рюкзаком, но пока она обходилась автоматом. Так и ходила с месяц, пока в одной ходке на растратила патроны на собак. Вот тут пришлось воспользоваться подарком кузнеца, насаживая слепых псов на остриё, как на вертел. Не зря каждый вечер повторяла уроки кузнеца, справилась. Пару укусов уже не в счёт, уколола сыворотку, перевязалась и пошла на Кордон.

Однорукий сидел, прислонившись к дереву, и пытался одной рукой бинтовать ногу. Жгут он сумел наложить, а вот с бинтом получалось не очень.

– Давай помогу, – подскочила она и упала на колени рядом с мужчиной.

– Да я вроде справляюсь, – попытался отказаться тот.

– Я вижу, как ты справляешься, – возражений она не принимала, отобрала бинт, осмотрела рану и стала плотно бинтовать, как будто делала это всю жизнь.

Штаны мешались, и она сняла их без всякого возражения, перевязав даже красиво, по мнению Однорукого.

– Где училась? – спросил он, разглядывая повязку.

– В училище, я медсестра, - она смутилась, закончив перевязку.

Ну да, комбинезон носят на голое тело, так лучше защита. Однорукий натянул штаны, но вставать не торопился. «Мяса» нет, но «кровь камня» остановила кровотечение, а остальное просто дело времени.

– На, поешь пока, – протянула она банку тушёнки.

Банку он открыл, а вот содержимое пришлось извлекать ножом на культе, но это не очень удобно.

– Дай сюда! – решительно заявила она, достав ложку, и принялась кормить его с рук. – И не кривись, выздоровеешь и сам будешь есть, без помощи.

Вот так, женщина решила помогать, и не отвертишься. Да он и не возражал, приятно, чёрт возьми, когда молоденькая медсестра ухаживает за тобой.

– А чего в Зону пришла? – удивился он, не укладывались молоденькие девушки в картину сталкеров.

– Ты там не жил, тебе не понять, - буркнула она, не желая говорить на эту тему.

– Все мы где-то жили раньше, мне там смерть грозила, вот я и ушёл.

– А меня под тюрьму подвели, врач сказал колоть «никотинку», а у пациента реакция пошла, он в итоге умер, а врач в отказ, мол, ничего не говорил, сама напутала, убила человека. Кому поверят, врачу, или медсестре, которая первый год работает? А у меня и денег нет, чтобы заплатить, да и ничего вовсе, даже квартиры.

– Типичная подстава, – кивнул Однорукий, – менты любят такое, расследовать ничего не надо, а раскрываемость повышается.

– Вот так собралась и сюда, слышала от пациентов про это место. Только врут они, не так тут и хорошо.

– Жить можно везде, – заметил Однорукий.

– Ты лучше скажи, куда можно спрятаться, у меня опять патронов нет, - перевела она разговор в практическую плоскость.

– Да я вижу, обзавелась копьём, да ещё таким модным. Палку найди, есть тут место неподалёку.

– На меня обопрись, нет тут рядом палок, – она уже осмотрелась, костыля не сделать.

Так и пошли к схрону, хромая и опираясь друг на друга. А там и задержалась на ночь, пока организм хоть немного пришёл в норму. В люке тесно, и они спали, прижимаясь друг к другу.

– Ты ступай, тебе же надо хабар сдать и вообще… – заметил он утром.

– Раскатал губы, – решительно заявила она, – ты и ходить ещё нормально не можешь.

– Не первый раз, оклемаюсь.

– Обязательно, я тебе сдохнуть не дам, – заявила она категорически.

Накормила тушёнкой, согрела чай, вручила шоколадку, настоящая хозяйка появилась в этом странном «доме». И всё равно, вечно тут жить нельзя, пришлось идти к барыгам, сдавать хабар и набирать продуктов. Патронов в этот раз она взяла всего одну пачку, не чувствуя в них большой необходимости. А Однорукого на месте на оказалось, и ей пришлось искать его. Для этого пришлось читать следы всё-таки он очень показательно тащил прокушенную ногу.

Нашла она его в развалинах, Однорукий спал в лихорадочном бреду. Пришлось поить его и колоть лекарства, но лихорадка не проходила. Требовалось согреть пациента, но никаких грелок не было, и она решилась. А утром ему стало легче, лихорадка прошла, и Однорукий спал крепким сном. Она разожгла огонь, нашла в дальнем углу помятую кастрюльку, высыпала туда пару банок тушёнки и банку консервированного горошка.

Несколько минут и сытное блюдо готово, а она рассматривала его спящего и улыбалась. Во сне люди становятся самими собой. С лица пропадает всё лишнее и наносное, и человек становится таким, какой он на самом деле. Однорукий проснулся, когда обед, хотя скорее, поздний завтрак ещё не остыл.

– Как ты меня нашла? – спросил он, едва открыв глаза.

– Это совсем несложно, - улыбнулась она, – у тебя слишком заметный след.

– Надо будет сменить логово, а то найдут, кому не надо.

– Пока не выздоровеешь, никуда не пойдём, – категорически заявила она, – ты давай, поешь, остальное потом.

Он ел, и силы возвращались, крепкий организм выздоравливал. Ещё не доев, он насторожился и потащил её за угол, превозмогая боль в ноге.

– Не дыши, – тихо шепнул он, приложив палец к губам.

Она затаила и дыхание и в тишине услышала, как говорят люди.

– Здесь он, ранен, костром воняет и тушёнкой, сытый чуйку теряет. Тихо подходим, – планировали незнакомцы, – а там вместе вниз прыгаем, и огонь не дожидаясь, пока он за нож схватится.

Уступ небольшой, но позволял за ним укрыться, если прижаться к стене. Они так и сделали, приготовив оружие. Автомат он не одобрил, но куда денешься, количество врагов они не знали. А те подошли к краю, переглянулись и дружно спрыгнули вниз, открыв огонь из обрезов. Ничто живое не могло бы выжить при такой плотности огня, но вместо Однорукого на месте оказалось только одеяло и недоеденная кастрюлька с едой.

Зато автомат ударил громко, только патронов оказалось мало, на всех не хватило. Но и в живых осталось двое, да ещё и с разряженными обрезами. Бандиты лихорадочно пытались перезарядить их, а в это время из-за выступа выскочили двое. Однорукий просто воткнул в живот свой нож на обрубке руки и уже собирался покончить с другим, но девушка всадила ему в живот снизу-вверх длинное лезвие, и оно пробило лёгкое и сердце.

Бандит смотрел выпученными от боли глазами, и она растерялась.

– Прижми и вытаскивай! – приказал он, перерезая глотку второму.

Она послушалась и тело моментально осело на каменный пол. Только сейчас её начало трусить от переживаний, человека убивать ещё не доводилось. Однорукий убедился, что все мертвы и прижал её к себе.

– Успокойся, так надо было, они охотились за мной, но и тебя бы убили, да ещё и изнасиловали. Это бандиты, у них вырос большой зуб на меня, вот и задумали убить. А теперь садись и ешь, что сама приготовила.

Поесть было совершенно необходимо, во-первых, это успокаивает нервы, а во-вторых, она же голодная, он понял это сразу, сама не ела, а его хотела накормить. Пришлось едва ли не силой усаживать за еду, а пока она ела, он проверил вещи бандитов. Обрезы, патроны, консервы, всё собрал в два рюкзака.

– Хорошее у тебя оружие, где взяла? – поинтересовался он, раздевая и разувая бандитов.

Нет, штаны с рубахами он с них не снимал, но сапоги и ботинки отнёс в дальний угол и поставил там на старый ящик. Плащи повесил на крюки, хороший подвал, когда-то крепкий хозяин жил в нём.

– Патронов опять нет? – спросил он, заметив, что девушка повесила автомат за спину.

– Нет, но мы дойдём, я уже привыкла.

– Тогда зачем он тебе? – кивнул он на автомат, – Купи лучше пистолет, можно простой, но лучше Вальтер или ТТ, у того патрон пробивной, ментовской броник легко пробивает. А теперь пошли, сейчас наберут на выстрелы.

Он оказался прав, не успели они отойти, как у подвала послышалась крысиная возня, а за ней и рычание собак. Только их это уже не касалось, они шли по Зоне, приглядываясь к обстановке. Чуйка у Однорукого такая, что любой сталкер позавидует. Нога ещё болела, но он привык к ранам, в этом деле другие не задерживаются. Пару псевдопсов уговорили тихо, не привлекая внимания, а больше толком никого и не было.

У барыги сдали всё, что было, она продала автомат и купила старенький ТТ, ещё вполне рабочий, зато не китайский. Ствол и механизм ещё вполне живые, просто снаружи потёрся об кобуру, с которой и продавался. Запасная обойма и пачка патронов, а больше ей ничего и не надо, она и без пистолета вполне справляется.

– Ты что, так и будешь за мной ходить? – спросил он, когда они уходили в ночь с Кордона.

– Тебе же перевязка нужна и вообще … – загадочно сообщила она, – Нет, я не собираюсь надоедать, но вдвоём всегда веселее жить.

Она потупила глазки так загадочно, что прогнать её Однорукий уже не мог. Ладно, потом видно будет, а пока они шли куда-то по Зоне.

– Ты только губы не раскатывай, ничего у нас быть не может, ты ещё молодая.

– Было уже, – тихо прошептала она.

Но Однорукий всё услышал, слух у него, как у зверя. Виду он не подал, но теперь придётся думать ещё и об этой пигалице. Зона выглянула из-за деревьев и проводила их с улыбкой, за этой парочкой стоит присмотреть.

Глава 9 Однорукий бандит и Растяпа - продолжение

– Вот дойдём и сами увидите, там артефактов хватит на всех, – сталкер вёл пару отмычек в ходку.

Молодые парни, полные планов и надежд, каждый их них пришёл в Зону по своим причинам, но судьба обоих ждала одна.

– Аномалии распечатывать ведёт, – едва слышно произнесла девушка, но её напарник услышал.

Он показал рукой, чтобы она держалась сзади, а сам проскользнул по тропе. Этими тропами не ходят сталкеры, считая их слишком опасными, но тут чисто и аномалий нет. Большинство и не знает, что можно вот так пройти едва ли не пол Зоны и остаться незамеченным. Между тем, группа уже подходила к Агропрому, ещё несколько шагов и они пройдут в ворота на территорию.

– Давайте вперёд, да смотрите артефакты, а там я покажу, куда идти, – приободрил сдрейфивших отмычек сталкер.

Парни и пошли медленно в ворота, а внутри стали осматриваться, внимательно разглядывая обстановку промышленного пост апокалипсиса. Сталкер шагнул за ними, но только он показался в проёме, как за спиной у него выросла серая фигура. Быстрое движение ножом, и человек упал, схватившись за горло. Это всё, что он успел, поскольку одновременно с этим, острое лезвие проникло в почку, и он умер от болевого шока.

– Я доведу их до Бара, - еле слышно произнесла девушка.

– Хорошо, я буду рядом, но не спеши, у него есть что взять.

Разговор этот в десяти шагах никто бы не услышал, как не прислушивайся. А вот отмычки увидели убитого сталкера и испугались. Позволив им насладиться страхом, когда уже немного успокоились и попытались думать адекватно, девушка появилась в проёме.

– Что это тут у вас? – удивлённо спросила она.

– А ты кто? – парень поменьше оказался и более спокойным, хотя сложно говорить о спокойствии в этом случае.

– Я тут живу, а вот вы как тут оказались? – спросила она.

– Вот он обещал всему научить и хорошие артефакты показать, - кивнул парень на труп.

– Сулил золотые горы?

– Не совсем так, но снарягу обещал и хорошее оружие, -говорил тот, что пониже.

– А вы в курсе, что с первой ходки отмычкам ничего не положено? – надо подвести к мысли, что их подставили.

– Почему отмычкам? – не понял второй.

– Потому, что в первой ходке все отмычки, ими отмыкают аномалии, – правда сейчас лучше всего.

– Это что, он… а мы… – мысли забегали в головах парней. – Так это он нас кинул? – ну вот, дошло.

– Именно кинул, вы бы сдохли в аномалиях, а он получил дорогие артефакты. Вы жить хотите? Тогда пошли, отведу в Бар, тут ближе.

Ну вот и прекрасно, теперь довести, только спешить не надо, Однорукому ещё труп раздеть и хабар перетащить. Осторожно двинулись в обратный путь. Девушка вела ювелирно, подробно рассказывая про аномалии, которые попадались по дороге. Подобрали по пути «ломоть мяса», как раз и научила обкидывать вокруг, проверяя аномалии. Вела отмычек, как Мать Тереза, опекая и предупреждая о возможных опасностях.

– Отдохнуть бы, – парни явно устали.

– Вон там можно посидеть и даже поесть, если взяли чего с собой, – показала она на плиты, сваленные возле стены.

Привал устроили вовремя, парни после шока еле держались на ногах. Ничего, поедят, успокоятся, а заодно и отдохнут. Торопиться совсем ни к чему, её мужчина делом занят. Дорогая снаряга, автомат, да и всё остальное, неплохо потянут у барыги, но пока надо припрятать вещички, чем мужчина и занят.

– А кто его убил? – не вовремя вспомнил тот, что пониже.

– Зона, а чьими руками… вам-то какая разница, я этого не видела, поэтому сказать ничего не могу.

Тут она не врала, не смотрела, как убивают негодяя. Отмычки ели тушёнку и постепенно успокаивались. В голове прозвучали мысли, что Однорукий рядом, и она поднялась.

– Отдохнули немного и ладно, пора идти дальше, не ночевать же тут, идём. А вот банки не бросайте, в Зоне мусорить не стоит, она этого не любит.

– Ты о ней говоришь, как о живой, – что значит, поели, становятся самими собой.

– Она и есть живая, потом поймёте, если живыми останетесь, - строго заметила она и пошла дальше, убедившись, что банки вернулись в рюкзаки.

Живая, да ещё и какая красивая, это Зона подарила ей телепатию, поцеловав однажды, когда Однорукий спал. Она давно уже не Растяпа, но кличка так и осталась. Да ей всё равно, у неё есть мужчина и они вполне обходятся без кличек, даже без слов могут, и тут дело не в телепатии. Просто Однорукий всё понимает по таким мелочам, которые другие не замечают.

– А вот сюда можно выкинуть банки, – показала она на «жарку».

Парни и избавились от пустых банок, испугавшись произведённым эффектом. Так и довела до Бара, даже по артефакту нашла всем, говённые, но хоть что-то. В «100 рентген» сдала «слизняка» и ушла, нечего ей там торчать.

– Из тебя получится хорошая мать, вон как о них заботилась, – с улыбкой заметил Однорукий.

– Ещё нескоро, только шевелиться начал, – тихо произнесла она. – Ты далеко всё спрятал?

– Рядом, можем отнести на Кордон.

– Идём, беременным полезно много гулять.

Его рюкзак, почти пустой при выходе, теперь раздулся до невероятных размеров. Да и весил он изрядно, только автомат висел на плече.

– Помочь?

– Это гулять беременным полезно, а вот таскать тяжести совсем ни к чему.

Её мужчина оказался таким заботливым, даром, что бандит. Впрочем, бандит он очень странный. Однажды они разговорились, и Однорукий рассказал ей, что никогда не грабил простых людей.

– Только богатых, жадных и мерзких, – поведал он с какой-то брезгливостью.

Она не стала расспрашивать подробности, это уже лезть в душу, а такого она себе не позволяет. Они дерутся с мутантами, воюют с бандитами, убивают мерзавцев, а в остальное время просто живут. Есть артефакты, значит хорошо, а нет, и не надо, жареные крысы или тушканчик вполне могут насытить организм. Зато можно часами думать о жизни, о счастье и о Зоне.

– Не жадничай, а то твою жилетку даже Бармен в «100 рентген» не возьмёт, – попытку сильно надуть его, Однорукий пресёк сразу.

Сидорович и так наварит изрядно на этой снаряге, новая стоит таких денег, что и опытные сталкеры не всегда носят такую. А эта уйдёт вмиг, уже есть потенциальные покупатели. Автомат и вовсе уже нашёл покупателя, стоит человек, ждёт, пока закончат с барыгой, Винторез, штука редкая.

– Что брать будете? – с деньгами барыга расставаться не любит.

Однорукий посмотрел на Растяпу, а та смутилась, не зная, как сказать. Но Сидорович и сам догадался, пройдоха ещё тот, завернул в газетку, чтобы никто не увидел и положил на стойку. После прокладок настал черёд консервов, но не тушёнки. Взяли горошка, пару банок персиков и ананасов. Растяпа что-то считала в уме, потом ткнула в календарь, висевший на стене.

– Всё понял, – ехидно усмехнулся барыга, – сделаем вовремя.

От Сидоровича они ушли сразу, растворившись на просторах Зоны.

– Что это за число? – спросил Однорукий, вспомнив календарь у барыги.

– Как маленький, не буду же я всю жизнь беременной.

Дошло, и дальше он молчал всю дорогу. Надо о многом подумать, но сначала пришлось воевать. Огромный псевдопёс прыгнул на Растяпу, но она выставила своё оружие, и мутант напоролся на острое лезвие. Мужчина не стал ждать и всадил свой клинок в ухо зверю. Мутант рухнул, как подкошенный. Женщина вскрикнула и замерла.

– Что случилось? – подхватился её спутник, встревоженный её состоянием.

– Ничего особенного, – улыбнулась она, – просто малышу не понравилось, что мама воюет, вот он и лёг поудобнее.

– Тебе не надо больше воевать, – заметил Однорукий.

– Скажи это мутантам, вдруг они послушают.

Мужчина у неё супер, но в этих вопросах ещё новичок.

– Беременность, это не болезнь и не ранение, не переживай, не я первая. Всё у нас будет хорошо, надо просто подождать.

Она хотела обнять своего мужчину, но тот прислонил палец к губам. Что-то ему не понравилось в окружающей обстановке. Насторожил неприятный гул, едва слышимый в ночной тишине.

– Бежим, должны успеть! – он подхватил женщину под руку и побежал к ближайшему схрону.

Бежать непросто, но адреналин придал сил. Растяпа уже поняла, что началась самая большая неприятность в Зоне – Гон. Лавина мутантов каким-то образом размножившаяся запредельно, рванула прочь к границам Зоны. В боку кололо и дыхания не хватало, но гул уже стал таким явным, что силы брались откуда-то.

Они едва успели спрыгнуть в люк и закрыть крышку, как по ней застучали лапы бегущих мутантов. В тесном люке было неудобно, зато достаточно безопасно. Только псевдогигант мог проломить чугунную крышку, но и ему сейчас было не до этого.

– Ну всё, хороший мой, успокойся, сейчас мы поедим, - уговаривала она малыша, который заворочался в животе.

Однорукий полез в рюкзак за её спиной и наугад вытащил банку. Это оказались персики, и она сразу напилась сока. Потом банку вскрыли до конца, и она ела половинки персика, осторожно снимая их губами с лезвия протеза. Больше в этом тесном люке сделать ничего невозможно, хоть стояли в рост, а не на коленях.

Лавина мутантов неслась больше часа, а они так и стояли, прижавшись друг к другу. Уже стих шум снаружи, но они выждали ещё полчаса, и только потом Однорукий приоткрыл крышку. Вокруг не души, только земля вспахана множеством лап, напоминая засеянное поле. На месте аномалий остались артефакты, получившиеся из мутантов, попавших во время Гона в аномалии. Сейчас можно было выбирать, что подороже, но «ломоть мяса» тоже взяли, его можно просто так нести в рюкзаке.

До места добрались уже перед рассветом, дом давно разрушился, но погреб на хуторе напоминал подземелье рыцарского замка. Солидный куркуль строил такой погреб, который мог вместить запасов на пару лет. Сейчас внутри почти пусто, только стол из ящиков, да пару ещё целых стульев. Спят они на полу, раскатав «пенки» и прижавшись друг к другу.

– Я посплю, - прошептала Растяпа, опускаясь на «пенку».

– Отдыхай, - согласился Однорукий, прекрасно понимая, что женщина сегодня перенесла многое.

Она заснула, едва прислонившись головой к рюкзаку. Однорукий пока перебрал свой рюкзак, проверил остроту ножей, разулся и перемотал сухие портянки. Неплохо бы и ей это сделать, но будить свою женщину он не рискнул. Затем расстегнул ремни и снял свой протез, пусть рука отдохнёт. Как странно повернулась жизнь, он всегда был одиночкой, а тут неожиданно обзавёлся семьёй.

Прошлое вспоминать не любил, но оно постоянно напоминало о себе.Бандитом он стал случайно, богатенький сосед решил, что ему всё позволено и затащил к себе домой деревенскую девчушку. Вот её он и пошёл вызволять, а там всё и случилось. Пусть опоздал, но наказал негодяя, а заодно и забрал у того из дома деньги и дорогие вещи. На них и погорел, хоть деньги оставил той девушке, но первый срок получил именно там. Из колонии уже вышел опытный уголовник, старые каторжане обучили всему.

А потом понеслось, в мире достаточно несправедливости и работы ему хватало. Только поймали его однажды, заперли в одиноком сарае, стоявшем не отшибе, пристегнув наручниками к стальной трубе, а сарай подожгли. Вот он и отрубил себе руку топором, чтобы не сгореть заживо. В больнице соврал, что отрезало на рельсах, а когда рука зажила, взялся за старое. Однорукий, это приметно, вот он и заказал протез в перчатке, да и принялся грабить богатеньких мерзавцев.

Только всё равно, в итоге попадаешь в тюрьму, а там его едва не убили, спасла звериная осторожность и чувство опасности. Понял, что в итоге его уберут и бежал прямо с этапа в Зону. А теперь он Однорукий бандит, только не грабит честных бродяг, хотя порой и берёт плату за спасение. Местные бандиты имеют на него большой зуб, но попробуй, найди его в Зоне. Правда, теперь приходится охранять и эту женщину, но она сама не так проста, как кажется.

Под воспоминания он и заснул, тоже устал изрядно. Снились ему сражения с бандитами, битвы с мутантами и маленькие карапузы, ползающие по полу. Зато Растяпе снилась Зона, которая предупредила её, что впереди предстоит трудная битва, надо подготовиться. Рассказав всё, Зона пропала, а она проснулась и полезла в рюкзак. Сейчас её интересовали артефакты. «Мясо» не годится, а вот «мамины бусы» вполне, но это на крайний случай. «Огненный шар», дававший им тепло подойдёт, хотя и жалко, с ним так комфортно. Гравитационные не стоит, может обвалиться вход.

– Вот это попробуем, - решила она, взглянув на «вспышку». – лишь бы у него оказалось высокая пси устойчивость.

В себе она не сомневалась, её даже контролёры не могут подчинить. Пришлось будить мужчину и рассказывать, какая опасность их ждёт.

– Мы там наследили, где прошёл Гон, – пояснила она, как только Однорукий проснулся. – Они взяли след и скоро будут здесь. Говори, как у тебя с пси устойчивостью?

– Вроде ничего, а что ты задумала?

– Зона подсказала, если сильно ударить артефакт оземь, то проснётся аномалия, которая его породила. Ненадолго, но мы успеем. Артефакты у нас есть, но гравитационные использовать опасно, устроить тут «жарку» тоже не хотелось, попробуем сделать подобие «рубца», чтобы мозги с ума сошли. Я вполне справлюсь, лишь бы и ты сработал правильно.

– Если надо, то сработаю, попадал я уже в «рубец», мысли плясали, но я справился.

– Ладно, вот тебе «вспышка», как войдут, кидай посильнее им под ноги.

Приготовились к битве, но долго ждать не пришлось. Пятеро бандитов осторожно приоткрыли дверь и цепочкой прошли в подвал. Как только первая рожа появилась в проёме, он с размаху кинул им под ноги артефакт.

– Чёрт, где мы, стреляйте! – закричал первый.

Они и принялись стрелять, но больше нанесли урон своим же, поскольку Растяпа с Одноруким растянулись на полу. Как только выстрелы стихли, они кинулись на бандитов. Она снизу вогнала длинное остриё в живот первого, а там лезвие пробило и лёгкое и сердце. Выдернув копьё, она уже собиралась атаковать следующего, но Однорукий оказался проворнее. Только в неразберихе боя он кинулся на неё. Женский визг может нанести урон психике, но сейчас он подействовал правильно, и Однорукий вернул сознание себе.

– Благодарю, что-то я увлёкся, извини, – виновато произнёс он.

– Это я виновата, выбрала не тот артефакт, – Растяпа тяжело дышала. – Быстро мы управились.

– Двоих они сами пристрелили, ты отдохни, я сам перетаскаю.

Отдохнуть сейчас совсем неплохо, но она вышла наружу, надо раздобыть дичь на завтрак, или на обед, они проспали немало. Мужчина таскал трупы, обыскивая карманы и рюкзаки, а она пока убила тушканчика, мутанта, размером с зайца, вполне съедобного, если запечь в костре.

– Куда ты их? – интересно же.

– Там «кисель», – это правильно, чтобы и следа не осталось.

Лишнего они не говорят, привыкли понимать с полуслова. Пока он всех перетаскал, мясо уже приготовилось. Они ели, поглядывая на бандитский хабар.

– Не выкидывай вещмешки, куда-нибудь приспособим, – заметила она.

– И оружие оставим.

В этом был резон, сегодня их спас артефакт, а что будет завтра. Принципы хороши, когда они не мешают жить, их маленькое подземелье должно стать неприступной крепостью. Обрезы зарядили и разместили так, чтобы удобно было схватить, полок для этого в подвале хватало.

– Сменим место или останемся тут? – спросила она, очень уж не хочется никуда идти.

– Сегодня можно побыть здесь, тебе нужен отдых.

Это хорошо, но отдых расслабляет, притупляет бдительность. Они привыкли жить, как хищные звери, не задерживаясь подолгу на одном месте. Но сегодня правильно остались, поскольку к вечеру Зона устроила им ещё один «подарок» в виде выброса. Внеочередные не бывают долгими, зато они случаются очень мощными, что и произошло на этот раз. Даже у Растяпы слегка поплыло в голове, а Однорукий катался по полу и выл, как волк.

– Всё, успокойся, мой хороший, – она прижала его к себе, гладила по волосам, целовала и успокаивала, как могла.

Губы слились в поцелуе и любовь пела им свои песни.

– Это не навредит малышу? – он переживает за свою женщину.

– Мы же осторожны, – успокоила она. – Правильно мы никуда не пошли, но теперь лучше сменить место.

Собираются оба быстро, только еда и контейнеры, да ещё по пистолету в кармане, хотя это уже так, на крайний случай. Мест у них много в Зоне, как у настоящих хищников, но этого и требует дикий образ жизни. В двух часах хода есть хорошие развалины с глубоким подвалом, вот там они и остановятся на пару дней.

Зона после выброса представляет собой любопытное зрелище, аномалии буквально видно простым взором, настолько они мощные и полные аномальной энергии. Мутанты отдыхают, а артефакты лежат, привлекая внимание.

– Давай завтра никуда не пойдём, - предложила она, укладывая артефакт в последний контейнер.

Пригодились те, которые Однорукий забрал у того сталкера, который вёл отмычек на убой.

– Хорошо, – только и сказал он, прислушиваясь к обстановке.

Вроде всё тихо, но какое-то беспокойство не покидало его. Звериное чутьё он выработал ещё за Периметром, что и спасало его в тюрьме не раз. Оно не обмануло и сейчас, стоило выйти на открытое место, как из лесу вышла химера. Большая и сильная, она одновременно напоминала льва и медведя. От такой не убежать, да и убить её невозможно их оружием.

– Киса, ти де? – прозвучало сбоку, и на поляну вышла молоденькая женщина.

Химера мгновенно утратила интерес к ним и двинулась в ту сторону. Женщина почесала её за ушком и залезла на зверя. Потом втянула воздух и заметила незнакомцев.

– Аоси, – вынесла она вердикт через несколько секунд и удалилась вместе с химерой.

– Вот так, мы с тобой «аоси», - улыбнулась Растяпа. – Вот кто настоящий дикарь, а мы так… – она не договорила, Однорукий потянул её за деревья.

Вскоре и Растяпа услышала звуки погони, кто-то бежал быстро, спасаясь от преследователей. Вскоре на прогалину выбежала молодая женщина. Добежав до деревьев, она обернулась на мгновенье и умчалась прочь. Преследователи появились секунд через десять. Тяжело дыша, они вывалили не прогалину и остановились, держась за бока, или уперев руки в колени.

– На кой чёрт мы за ней погнались? – со свистом в лёгких промолвил тот, кто постарше.

– Баба, захотелось любви, – самый молодой из бандитов думал о своём.

Он и стал организатором этой погони, но догнать молодую и довольно спортивную девушку им не удалось.

– Гуся бы задушил и вся любовь, – старший с трудом приходил в себя.

– Да у неё и хабара никакого нет, – заметил третий, первым продышавшийся хоть немного. – стрелять надо было, да и то, патрон тратить, взять-то нечего.

– У любой бабы есть, что взять, – молодой всё ещё на своей волне.

Бандиты модные, даже с «Кедрами» вместо обрезов, видно, неплохо заработали грабежом и разбоем. Отдышавшись, они решили поесть, силы потратили, надо их восполнить. Однорукий показал, что надо ждать, и Растяпа кивнула. После еды человек утрачивает бдительность. Так и получилось, съев по банке консервов, они закурили и разлеглись на травке.

Вскоре молодому захотелось по нужде, и он отошёл за деревья. Тут его и подкараулил Однорукий., зажав рот и всадив острое лезвие в спину. Затем он показал на пальцах, что обойдёт бандитов за деревьями, и Растяпа кивнула. Те и не поняли, что их стало меньше, а он вышел прямо на них, не скрываясь.

– Ты что там застрял, артефакт нашёл? – старший смотрел в небо, пуская дым кольцами.

Понял он слишком поздно, попытался вскочить, но Однорукий прижал его голову к земле, зажав рот и заколол своим клинком, заменявшим ему руку.Оставшийся бандит успел вскочить и даже схватиться за оружие, но тут в спину ему вонзилось острое лезвие.

– Посмотри рюкзаки, - он пока сложил в кучку оружие, запасные магазины, вывернул карманы и забрал у мертвецов всё, что могло иметь ценность.

Добыча не очень, но немного консервов они собрали, фляги с водой тоже не пропадут, а вот алкоголь им без надобности. Поразмыслив, решили оставить его на месте, рюкзаки и так не пустые. Зато нашли в одном контейнере «мамины бусы», видно ограбили какого-то сталкера.

– Хоть опять иди к барыге, – вздохнула она.

– Нет, раз решили отдыхать, значит отдохнём, - тут он неумолим, здоровье женщины важнее.

До места они добрались уже ближе к вечеру, разогрели консервы и поужинали, устроив себе небольшой праздник. Завтра они никуда не пойдут, да и вообще, имеют люди право на тихую и спокойную жизнь хоть иногда. Много чего ещё случится в их жизни, но Зона хранит тех, кто принял её правила. А потом у Растяпы родится чудесный сынок и они переберутся поближе к людям, но приключений хватит им и тогда, ведь Зона – особое место.

Глава 10 Лихо

Общество на Кордоне собирается специфическое, эти сталкеры не пропивают деньги в Баре, да и незачем им ходить туда без особой нужды. Сидят бродяги у костра, жуют консервы, запивая самогоном из фляг, да рассказывают байки. А историй у каждого из них на целую книгу наберётся.

- А кто помнит Лихо? – Сталкер хлебнул из фляги и обвёл взглядом компанию у костра.

- Ух, нашёл кого вспомнить, - Старый как раз доел тушёнку и убрал банку в рюкзак.

Армейская эта привычка прочно прижилась в Зоне, после себя не оставлять материальных следов. Выкидывают потом в «жарку», где банка сгорает без следа.

- Недолго прожила баба в Зоне, но ярко, дел наворотила, на троих хватит.

Старый хлебнул из фляги и стал рассказывать историю этой дамочки.

- Заявилась она, вылитый спецназ, явно по трубе залезла, вояки таких не пропускают. Комбез у неё, нам на зависть и пара пистолетов. Не видел до того Люггеров в Зоне и после не встречал.

- А что она забыла в Зоне и почему Лихо? – парень отмычка подсел к общей компании.

- Мужа искала, пропал у неё муж в Зоне, вот и пришла спасать. – Старый вздохнул глубоко и продолжил. – Таких женщин ещё поискать, которые за мужем в самую жопу мира готовы пойти.

Вот так, в один из дней и появилась на Кордоне молодая женщина, спортивная, как пружина. Не то, чтобы особо красавица, но и не страшненькая. Появилась и начала расспрашивать о муже. Да его многие знали, хороший сталкер, хотя и немного странный. Слухи ходили разные, кто-то вспомнил, что были у него конфликты с бандитами. Дамочка эта и отправилась на Свалку, где устроила бандитам маленький Армагеддон. Стреляла она, как бог, с двух рук и ни разу не промазала.

Патроны тогда такие у Сидоровича только появились, так она всё и скупала на первых порах. В общем, у бандитов на неё вырос большой зуб, а дамочка переключилась на Долг. Кто-то сказал ей, что те его на арену таскали за какую-то провинность, так она в Бар и ушла, а там всё разнюхала и подкараулила в ходке тех придурков из Долга. В общем, не успели долговцы даже выстрелить, уж где она так стрелять научилась, так никто и не узнал.

Главное, так подкараулила, что не подкопаешься, квад как раз шёл по проходу, а пока развернулись, она всех и положила. Два дня лежала на стене, но своего дождалась. Только и тут о муже ничего не узнала, а потому начала дальше искать.

- Вот так решилась с самим Долгом воевать? – недоверчиво спросил парень отмычка.

- Ну и что, Старый вон тоже воевал с Долгом, когда Полковник от них откололся, - вставил сталкер.

- То совсем другое, я мирное население защищал, - неохотно проворчал Старый, – а Полковника вообще наёмники убрали.

- Это что, в Зоне все друг с другом воюют? – девушка отмычка недоумённо уставилась на Старого.

- Так нельзя утверждать, но сталкер, как лётчик истребитель, все сбить хотят, только свои прикрывают. – Старый улыбнулся, - потом обрастёшь знакомыми и друзьями, это уже зависит от твоих качеств, честности, смелости и верности.

- Я ни с кем изменять не собираюсь и вообще…- фыркнула девушка.

- Да не в том смысле, вон Кнопка со всеми подряд кувыркается, но предать просто не в состоянии, сама сдохнет, а напарника вытянет. – Чего греха таить, даже Старый пару раз «отдыхал» с Кнопкой в Баре. – В общем, воюют по ситуации, хотя Долг и Свобода друг друга ненавидят, но и они порой мирятся. Монолит, тот камень охраняет, если тебе нет нужды лезть к «Исполнителю», то они и не враги тебе. Только Лихо и их проредила изрядно, когда мужа искала. Те сдуру решили ей помешать, а эту фурию не остановить. В общем, два поста монолитовских она выбила под корень.

- А почему её назвали так странно? – девушка слушала, раскрыв рот.

- Так стреляла лихо, а заодно у неё на дороге стоять было слишком опасно, - бродяги помнили эту барышню прекрасно.

- Целый год она искала мужа по Зоне, - продолжил Старый. – Друзей завела, на целый клан хватило бы, только и врагов нажила немало. Наёмники на неё даже заказ получили. Долго выслеживали и выследили, заснула Лихо в развалинах. Место выбрала удобное, только её сонную подкараулили наёмники. Опытная пара… была, ходили вдвоём и всегда заказы выполняли. Только в этот раз прокололись, не рассчитали женской хитрости.

Спит себе женщина, укрывшись плащом, умаялась, набегалась по Зоне. Вот тут её и подстерегли наёмники, осторожно выглянули из-за стены и наблюдают за спящей. Один из наёмников поднял большой палец, мол лучше ситуации не будет. Второй кивнул, молча, и показал на пальцах, что он стреляет, а второй страхует. Договорившись так, они уже свободно вышли на открытое место и снайпер выстрелил прямо в голову женщины.

От выстрела та проснулась и улыбнулась ехидно, потянув тонкую леску. Граната взорвалась как раз под ногами у наёмников. Лихо потянулась, сбрасывая остатки сна и бочком выбралась мимо гравитационной аномалии, караулившей её сон.

- А ещё наёмники, - усмехнулась она, - а проверить аномалии ума не хватило? Понятно, я была слишком жирным куском, вот они и подавились.

Она проверила пульс у обоих и ушла дальше своей дорогой.

- А мужа так и не нашла? – девушка уже вся на взводе.

- Нашла, только радости от этого мало, - вздохнул Старый. – Я тогда с ней был, как раз решил в подвалы Агропрома сходить. Надо же всю Зону обследовать, чтобы понять, что случилось с её мужем. Эх, подвалы Агропрома, это отдельная история, скажу я вам. Чего там только нет, и мутанты ещё не самое страшное, хотя бюреров там порой, как мошкары. Я тогда один остался, вот и решил составить кампанию даме.

Бюреров они тогда не встретили в таких количествах, а парочку Старый зарезал, осторожно подобравшись сзади. Опыт военного разведчика пригодился и в Зоне. Зато снорков постреляли знатно, а заодно и контролёра завалили, который хотел пообедать сочным женским телом. Спасибо Гавриилу, натаскал в своё время Старого, когда они подружились после гибели Жука. Так и пробрались в самую задницу подвалов, где артефактов видимо-невидимо.

- Там он и лежал, выпитый до капельки, кровосос постарался. – Старый махнул рукой, досадуя на такой финал.

Только это Зона, тут чего только не случается. Порой сталкер выбирается из такой задницы, что и не верится, что выжил, а порой на ровном месте погибнуть можно. Лихо убивалась долго, но потом решительно тряхнула головой и пошла убивать кровососов. А мужа её Старый в «кисель» опустил, нечего бродяге валяться в Зоне даже мумией. Лихо он так и не догнал, но потом увидел на Кордоне, сидящую у костра. Фляга ещё булькала, но убралась она в хлам, тупо глядя в огонь, как будто пытаясь увидеть там что-то, чего уже не увидеть никогда.

- Вот такая жила тут дамочка, недолго жила, но ярко, дел наворотила столько, что хватит на целый клан. Есть ещё такие женщины, что за мужиком готовы хоть в ад спуститься, немного таких, но без них и жизнь была бы не такой яркой. – Старый замолчал и приложился к фляге.

Рядом ревела в голос девушка отмычка, и Старый отвлёкся от самогона.

- Ты чего разревелась? – погладил он по-отечески по голове девушку.

- Жалко, такая женщина и погибла, - сквозь слёзы произнесла отмычка.

- Глупая, не умерла она, жива и здорова, ушла из Зоны, нашла там в подвалах такой артефакт, что хватило на всю оставшуюся жизнь. Говорят, сына вылечила и живёт припеваючи, замуж только больше не вышла, верна оказалась мужу до конца. Няшка как-то встретила её за Периметром, Счастлива, насколько это возможно, машина у неё, бомба, а сынок в суворовском учится, как здоровье поправил. Мамаша правильная, настоящего мужчину растит из парня.

- Что, правда? – девушка с трудом начала успокаиваться.

- А чего мне врать?Ты лучше расскажи, чего тебя сюда занесло? – Старый уже решил, что присмотрит за этой наивной дурёхой, чтобы не попала в отмычки к какому-нибудь мерзавцу.

- Не скажу, - буркнула та, став вдруг, как камень твёрдой.

- Вот и не говори, - Старый понял, что тема закрыта, - а теперь рассказывай, что ты умеешь.

Вечер продолжился другими рассказами, а Старый с девушкой шептались о своём.

Глава 11 Старый Жёлудь

На Кордоне он появился с очередной партией отмычек. Старенький такой мужичок, явно «за пятьдесят», а то и «за шестьдесят». Старым было всё, лицо, ватник, штаны, кирзовые сапоги и солдатский вещмешок. Шапочка на голове напоминала «шляпку» жёлудя, оттого его так и назвали, Старый Жёлудь.

Мужичок невысокий, но «себе на уме», хитроват и умён, выпить только в меру и только по делу. Сядет у костра, достанет флягу, глотнёт раз-другой и прячет в свой вещмешок. Морщинистые руки держали обрез так, как будто это была любимая. Привыкшие к топору руки таёжного мужика управлялись с этим обрезом так, что молодые с автоматами удивлялись. В отмычках он проходил всего три дня, и ведущий отпустил его в самостоятельное плавание.

- Больше я тебе ничего дать не могу, ты и сам всё понял, - сказал тот и взял нового отмычку из молодых.

Так и ходил он с обрезом и топором за поясом. Со временем ватник истрепался, сапоги стоптались, пора бы приодеться в снарягу, но к тому времени Киборг уже лишился ног и ползал на Кордоне, научившись шить куртки из шкуры чернобыльских кабанов.

- Сделай мне такую, - завёл как-то разговор Жёлудь с Киборгом.

- Я денег беру немало, - предупредил тот.

- Да это понятно, даром только прыщ на заднице вскакивает.

На том и порешили, стал Киборг выделывать шкуру под заказ, ну как выделывать, кабана так просто не выделаешь. Но была у него хитрость, да и не нужна тут особая мягкость. Зато такую кожу и картечь не брала, а Старый Жёлудь таскал артефакты, сдавал старому кровососу Сидоровичу, да копил, чтобы расплатиться за работу.

Однажды бандиты решили отловить его и убить, чтобы забрать хорошие артефакты. Только смерть там нашли свою. Стрелял Старый Жёлудь, как бог, промаха не ведал вовсе, а перезаряжал обрез так быстро, как будто к нему магазин приделали. Влепил одному в рожу, второму, а пока они не упали, он за ними и укрылся, перезарядив свой обрез. Снова два выстрела и два трупа, а вот последний успел выстрелить ему прямо в грудь, но тут же и сам упал замертво.

- А, чёрт, больно же! - страшно выругался Старый Жёлудь, но не умер.

Хитрый деревенский мужик таскал под ватником ментовской броник, который и спас его. Сапоги уже каши просят, а он всё копит и копит, замотает их скотчем и топает дальше. В этот раз он прибыл на Кордон, обвешанный бандитскими рюкзаками, сдал весь этот хлам барыге и уселся у костра, основательно приложившись к фляге.

- Жёлудь, – к костру подполз Киборг, - примерь обновку.

Ползает он, как мужики после войны, вместо штанов у него кожаный мешок, так на руках и ползает, перенося тело вперёд. Старый Жёлудь поднялся, слегка покачиваясь от принятого на грудь, да и пошёл за мастером. «Косуха» выдалась знатной, тяжеловата, но это потому, что кожа толстая, лёгкой она и не должна быть.

- Толково, - оценил он изделие, - пошли к барыге.

Там и расплатился он, переписав на счёт Киборга солидную сумму. Уже потом бродяги узнали, что специально он сделал такой заказ, мог бы давно купить себе приличную снарягу, но решил помочь материально попавшему в беду брату-сталкеру, чем обогащать барыгу.

- Эх, жаль, ты сапоги не шьёшь, - крякнул Жёлудь, - а вот тут кобуру для обреза можешь сделать?

- Отчего же не сделать, - Киборгу приятно помочь своим, да и деньги нужны, заказал он дорогущие протезы, а стоят они столько, что сказать страшно.

В общем, оба остались довольны, только Старый Жёлудь недолго оставался старым. Ворона уже совсем девчонка, ей помощь нужна. Появилась она древней старухой, похожей на старую ворону, так и назвали. Да только почему-то молодела постоянно, сначала стала черноволосой красавицей, потом стройной девушкой, а вот теперь совсем девчонкой.

- Пошли утром со мной, - подсела она к костру.

- Куда? – не понял Старый Жёлудь.

- Поможешь в одном деле, - Ворона не любит всё рассказывать, старого воспитания. – Потом ещё спасибо скажешь.

Утром и ушли в Тёмную Долину, только воевать им вовсе не пришлось, как будто кто охранял, ни один мутант не подошёл с ким. А там Ворона достала из рюкзака «душу» и вручила её Жёлудю.

- Теперь слушай внимательно, а то умрёшь от старости, - строго посмотрела она в глаза. – Это «петля времени», заходи и вот так несколько шагов, да выходи, как он появится.

Кто там должен появиться, он и не понял, но сделал всё, что ему сказала Ворона. Молодой парень появился неожиданно, а Ворона прикрикнула, чтобы выходили.

- Ещё три «души», нечего там торчать! – строго заметила она, достала «горку» для парня и вручила новый артефакт Жёлудю.

В итоге они вернули четверых, одну женщину и трёх парней. Сам Жёлудь помолодел лет до тридцати с небольшим, но имя не меняют бродяги, только «Старый» как-то стало забываться, но представляя новичкам, торжественно называли Старым Жёлудем.

- И не болтайте, - заметила Ворона, - а ты скажи, что вляпался в аномалию, вопросы и отпадут.

Так и вернулись все на Кордон, где бродяги удивились, но Ворона не первый раз приводит такие группы. А Киборг купил-таки себе электронные протезы, стал ходить, как все, а когда химера руку откусила, и он купил себе и электронную руку, стал водить людей в «Пасть Дьявола», но это уже совсем другая история.

Глава 12 Чудо-юдо

- А это что за чудо-юдо? – пожилой сталкер уставился на отмычку, такую необычную, каких Кордон ещё не видывал.

Вообще-то Кордон видел всё. Крутых и скромников, весёлых и грустных, молодых и старых, качков и хлюпиков, негров и азиатов. Кто-то остался в Зоне, накормив её фауну, кто-то погиб в аномалии, редко кто стал настоящим сталкером, а кто и легендой Зоны, про которых рассказывают истории и небылицы у костра.

Но эта отмычка выбивалась из всех остальных. На голове у девушки красовался ярко-зелёный ирокез. Остальная же часть головы, гладко выбритая, была густо покрыта татуировками. Пирсинг украшал уши, брови, даже ноздрю, в которой сидело кольцо, как будто говорившее – «отвали, парниша, я сама по себе». Образ дополняли ботинки «Камелот», широкие штаны цвета хаки, кожаный жилет, густо покрытый клёпками разного размера и такие же «наклёпанные» наручи.

- Ты чего сюда притащилась? – смерил девушку сталкер, - думаешь, мутанты такое не едят? Они всё едят, даже зелёное и чёрное.

- Это если успеют, - спокойно ответила девушка.

- А ты стреляешь, как Клин Иствуд?

- Не люблю шума, хотя могу и стрелять, только это для лохов, - девушка вообще не проявляла эмоций.

- Ух ты! Крутая? – подначил сталкер.

- Какая есть, - пожала плечами девушка, продолжая уплетать тушёнку из банки, подцепляя её ножом «белочкой».

- Ну вот завтра и проверим, - решил сталкер, наметив себе эту отмычку.

- Угу, - девушка прожевала кусок и полезла в банку языком, подцепить кусок, который никак не удавалось поддеть ножом.

Сталкер с удивлением заметил, что язык у неё разрезан надвое и она ловко ухватила им кусок мяса и отправила в рот.

- Точно чудо-юдо.

А утром и собрались в ходку, прихватив ещё и парня, видного и довольно сильного.

- Вам по ножу, остальное, если живыми вернётесь, - сразу объявил сталкер, купив у Сидоровича простенькие ножи.

Так и отправились в ходку после короткого инструктажа. По пути сталкер рассказывал отмычкам об аномалиях, немного о мутантах и совсем немного об артефактах. Между тем путь лежал через Свалку, а место бандитское. Они и нарвались на троих отморозков. Были бы отмычки при оружии, а так с ножами много ты сделаешь? Девушка аж присела от испуга, а парень откровенно струсил и бросил под ноги нож, только сталкер крутил в голове, как бы отбиться. Вот на него бандиты и обратили внимание, не воспринимая отмычек, как источник опасности.

А между тем девушка как будто решила устроиться в коленно-локтевой позе, но как-то неуверенно, положив руку на нож, который бросил парень. Дальше мало кто чего понял, но было поздно. Пока бандиты держали сталкера на прицеле, девушка резко сорвалась с места. Вроде как споткнулась, но пошла колесом, а потом подпрыгнула и нож оказался в груди бандита. Её нож «белочка» уже совершал движение по горлу второго, а третьего прикончил сталкер.

- Ну, сильна ты, Чудо-юдо! – с уважением посмотрел на девушку сталкер.

- Угу, - не любит она длинных фраз.

Бандитов обшмонали, вручив отмычкам по обрезу с патронами, а вот ножи Чудо-юдо перебрала, выбрав два самых хороших на её взгляд. Но и свой она не отдала, оставив его на поясе, зато финки пристроила в наручах, где для них оказалось подходящее место. Никто и не возражал, особенно парень, он едва оправился от потрясения. Но торчать возле трупов не стоит долго, набегут на мясо мутанты, они кровь издалека чувствуют.

Стайку псевдолис вырезала практически сама девушка, ловко уворачиваясь от атак и вспарывая шеи и животы мутантов. Парень снова перепугался, но пару раз выстрелил и попал. А дальше пошли места с артефактами и сталкер учил отмычек правильно брать артефакты, обкидывая их болтами. Кровосос попытался закусить кем-то из этой группы, но на его беду нацелился на девушку. Уже почти подойдя к ней, он вдруг вышел из мимикрии, схлопотав нож в глаз. Тут его и застрелил сталкер, в голову и регенерация не поможет.

- Ты как его определила? – сталкер сразу и не понял ничего.

- Воняет, - снова коротко и ясно, определила по запаху, остальное мелочи.

В итоге в Бар они пришли во многом благодаря девушке, парень уж точно. А там как раз кузнец ковал нож на заказ. Чудо-юдо уставилась на него с раскрытым ртом. Но больше самого процесса, её заинтересовали ятаганы кузнеца. Уж от них она не могла оторвать глаз, то восхищённо вскидывая брови, то хмурясь чему-то.

- Понравились? – Ртуть как раз положил заготовку в горн и обернулся на девушку.

- Ага, - восхищённо воскликнула та. - Только покороче бы.

- Потом поговорим, - кузнецу некогда особо болтать, пережигать заготовку тоже не вариант.

В бар «100 рентген» её еле затянули, так она таращилась на кузнеца.

- Потом поговорите, да и денег у тебя нет, он дорого берёт, - потянул девушку сталкер. – обрезы свои сдавайте на хранение, я их у вас не заберу, а с артефактов вам ничего не положено, только со второй ходки.

- Кузьмич, ты обоих сегодня довёл? – улыбнулся Бармен.

- Довёл, но только благодаря вот этому Чуду, - кивнул на девушку сталкер. – А парня кому надо, дарю, вроде стреляет из обреза вполне.

Сдав артефакты и заказав ужин, Кузьмич усадил отмычек за стол. Перловка с мясом и полстакана водки, вроде нормальный сталкерский ужин, но Чудо от водки отказалась. Быстренько покончив с порцией, она отправилась к кузнецу, издалека заглядываясь на его работу.

- Скажи Бармену, пусть пожрать принесут, - попросил кузнец девушку.

Та побежала сообщить, что кузнец попросил поесть. Бармен послал повариху с обедом для Ртути, а девушка заворожённо смотрела, как тот закончил с замысловатой заготовкой и размечал на ней будущий нож.

- А ты умеешь драться ножами? – спросил кузнец, размеренно поглощая рис с кильками в томате.

- Вроде получается, - скромно опустила глазки Чудо.

- Покажи, - Ртуть заинтересовала эта девчонка.

Она и показала, да так, что тот остался доволен. Уж очень ловко получалось у девушки и обращаться с ножами и уклоняться и нападать.

- А какие ножи ты хочешь? – спросил кузнец, запивая чаем свой обед.

Та и рассказала, какие хотелось бы, только где их взять, если денег нет, да и кто сделает.

- Ладно, в следующий раз посмотрим, а ты пока зарабатывай на ножи, - усмехнулся кузнец, решив, что не в деньгах счастье, а ножи девушке надо бы и сделать. – Акробатикой занималась?

- Да, - кивнула та, в этот раз изменив своему любимому «угу».

Собственно, день на этом и закончился, а ночевали отмычки на улице у костра. Зато ночью их разбудили и загнали внутрь, поскольку ожидался выброс, и тут оставлять на улице даже отмычек никто не собирался. Чудо перенесла выброс легко, не сразу поняв, чего это многие корчатся и стонут. А потом с рассветом они с Кузьмичом ушли в ходку, оставив парня какому-то сталкеру. Чего возиться с таким, когда тут вон какой подарок.

- А сколько кузнец за ножи берёт? – спросила утром Чудо-юдо у Кузьмича.

- Дорого, они же у него больно хороши выходят, да и Бармен свою долю наваривает.

Конкретной цены Кузьмич не знал, да и не нужно оно ему это. Нож у него на всякий случай, а тут и стандартного хватит. После выброса они подняли хорошо, правда и повоевать пришлось изрядно. Вот тут даже обрезом пришлось воспользоваться, поскольку тушканчиков проще так отстрелять, чем гоняться за ними с ножами. Псевдопса она завалила и вовсе красиво, прошмыгнув мимо пасти и запрыгнув на спину мутанту. А там уже ножом по шее и монстр истёк кровью.

А вот с плотью разошлись миром, даже Кузьмич не стал стрелять. Когда плоть вышла на них, девушка удивилась, таращась на необычного мутанта.

- Чудо-юдо! – удивлённо промолвила она, глядя на гротескное создание.

- Удо-удо, - промямлила плоть, удивлённо глядя на девушку.

- Угу, я тоже Чудо-юдо, - улыбнулась девушка.

-Угу, - плоть повторила, это у неё вышло совсем неплохо.

- Ты есть хочешь? – Чудо догадалась и достала из своего рюкзачка тушёнку.

Открыв банку, она вывалила содержимое на плоский камень и отошла. Плоть съела и радостно взвизгнула.

- А ты милашка, - только Чудо-юдо могла посчитать плоть милашкой.

- Угу, - плоть как будто поняла её.

Девушка почесала её где-то, где у нормальных бывают уши, да и разошлись.

- Ну ты даёшь! - Кузьмич сильно удивился. - Плоть может бронежилет пробить своим копытом.

- Угу, - согласилась девушка.

Так и поговорили, а в Баре за артефакты дали очень хорошо, так что и у Чудо-юдо появился свой счёт. Кузнеца не было, а алкоголь она вовсе не употребляет, так и ушла на улицу, сидеть у костра. В разговоры она не ввязывалась, сидела и думала о чём-то своём, глядя в огонь. Кузьмич не стал беспокоить, пусть обвыкнется, потом чего расскажет, хотя, не любит она вовсе говорить.

Кузнец пришёл через две недели, а пока они ходили с Кузьмичом по Зоне в поисках артефактов, дрались с мутантами и вели обычную сталкерскую жизнь. Только ночевала Чудо-юдо по-прежнему у костра.

- А ты чего не подходишь? – спросил Ртуть, сделав очередной нож на заказ.

- Денег мало, - ответила девушка, - чего зря беспокоить.

- Не о том думаешь, - усмехнулся кузнец, - напомни, какие ножи ты хотела.

Она и рассказала, хотя тут и кузнец подсказал кое-что разумное, а потом он разжёг горн и принялся за работу. До выброса отковал заготовки, а после него и сделал парочку кривых обоюдоострых кинжалов.

- А ну, попробуй, - вручил он кинжалы девушке.

Та с восторгом рассматривала оружие, потом завертелась с ними как будто сражаясь с противником. Вздохнув, она вернула кинжалы кузнецу.

- Не понравились? – удивился Ртуть.

- Классные! – загрустила девушка, - денег мало.

- С тебя две улыбки, и они твои, - усмехнулся кузнец. – Не всё в жизни можно измерить деньгами. Ты лучше расскажи, кто тебя так научил с ножами работать. Давай отойдём, нечего это всем слушать.

Чего-то она прониклась к этому кузнецу, помолчала и начала свой рассказ.

- Жила себе пай-девочка, занималась акробатикой, хорошо училась, а потом …

Она замолчала надолго, но потом поведала как её изнасиловали пятеро и жизнь повернулась в другую сторону. Тогда она и стала жёсткой и замкнутой, ушла из дома и прибилась к панкам, а потом один уголовник и научил работе с ножами. Второй раз у насильников уже ничего не получилось, кроме как умереть от её ножа, вот и пришлось уходить в Зону, чтобы не сесть в тюрьму.

- Теперь заново жизнь началась, - мудро заметил кузнец, - так что прошлое осталось там, за Периметром. Ты только Зону не обижай, она не виновата, что такая, с ней тоже люди нехорошо обошлись.

Так и стала Чудо-юдо обладательницей классных кинжалов. Финки из наручей она не убрала, мало ли что, а вот кинжалы на поясе смотрелись очень даже внушительно. Обрезу нашлось место на рюкзаке в длинном боковом кармашке, который девушка сама нашила на свой рюкзачок. А потом эта беда и случилась с ними, когда внеочередной выброс застал их вдалеке от схронов.

Кузьмич зло выругался, пытаясь найти укрытие, но его так и не было нигде. Уже и небо заволокло красным, а они на поверхности так и остались и тут Кузьмич увидел какую-то канаву.

- Туда! – показал он рукой и прыгнул в канаву.

Девушка за ним, и тут началось светопреставление. Кузьмича корчило, как припадочного, а Чудо-юдо перенесла выброс довольно легко, сказалась ментальная невосприимчивость. Но вот выброс кончился, и она выбралась из канавы. К удивлению, Кузьмич долго не подавал признаков жизни, а потом посмотрел на девушку стеклянным взглядом и пошёл на неё, явно желая закусить свежей плотью. Не вынесла психика сталкера выброса, стал он зомби. Пришлось девушке отбиваться от бывшего напарника. А тут шансов у него не было вовсе.

Чудо-юдо сидела у трупа и ревела в голос, не кого-нибудь убила, своего напарника. Правда, человеком тот уже не был, но всё равно.

- Успокойся, - женщина в белом села рядом и обняла девушку, - так ему даже лучше, он всё равно умер уже, ещё до тебя.

Зона нежно обняла девушку и поцеловала в лоб. На миг Чудо-юдо потеряла сознание, а когда пришла в себя, то уже никакой женщины рядом не оказалось. Так и ушла она в Бар, даже не взяв оружие и рюкзак Кузьмича. А там и рассказала Бармену всё, что с ней случилось. Только с тех пор стала она видеть аномалии, а заодно и мысли чужие слышать.

- Это где было? – Бармен открыл карту на ноутбуке, и девушка неуверенно показала примерный район. – Да, там и спрятаться негде. Пошлю Дрыща, пусть проверит место.

Дрыщ пришёл к вечеру, а под утро уже ушёл, ему бояться нечего. Принёс он и хабар и снарягу, да и оружие с патронами. Бармен всё записал пополам на Дрыща и Чудо-юдо, не забыв и свой процент. А вот напарников для девушки не находилось, побаивались сталкеры ходить с такой. Сходив пару раз сама, она решила поискать на Кордоне напарника.

Третий день сидит Чудо-юдо на Кордоне, только зачем ей такие отмычки, она же мысли их читает. Молодые, накачанные, а в голове ветер. Такие только хлопот добавляют, а помощи не жди. Вон, смазливый качок, а в голове только, как бы он вставил ей между ног. Другой крутой до невозможности, а такие быстро в Зоне становятся всмятку. Эх, как она теперь понимает сталкеров, которые набирают по две-три отмычки, из кого-то и получится толк.

А вот эта пришла умирать, замухрышка, услышала, что тут сдохнуть проще всего, а сама руки наложить не может. Тоже мне счастье, но глубоко в подсознании она увидела искорку света. Если выживет, то тут и останется навсегда, поскольку за Периметром ей жизни нет вовсе.

- Рассказывай, - Чудо-юдо подсела к девчонке.

- Что рассказывать? – без всякого выражения спросила та.

- Всё, пошли отсюда, походим по округе, - чуть не силой потащила за собой девчонку.

Вроде ровесницы, только что-то там случилось такое, что жить не хочется. Оказалось, девчонка сирота, умер отец, а мать замуж вышла. Вот отчим её жизнь и сделал адом, а потом и мама не вынесла такого обращения и бросилась вниз с крыши. А её отчим избил по пьяни и изнасиловал, вот она и решила покончить с такой жизнью, только способ выбрала оригинальный. Девчонка молчала, слова не выдернуть, но Чудо-юдо же телепат, всё прочла.

А потом решила проверить и замахнулась не девчонку, вроде как ударить. Эх, что тут у той в голове всплыло, убить готова, но не в силах. Был бы нож, зарезала бы, или застрелила, было бы из чего. А что, надо направить в нужное русло, вдруг напарница получится. Так и стала Чудо учить девчонку, сама-то ас уже в этом деле. Неделю учила, пока не поняла, что пора бы и Зону показать.

- Вон, видишь аномалию? – показала Чудо-юдо на «жарку».

- Вижу, там как костёр кто-то разводил, только давно, но обгорело по краю.

- Молодец, а вон там что видишь? – «карусель» крутилась, поджидая жертву.

- Трава крутится, как будто там вихрь какой-то, и перья валяются по кругу.

- Это «Карусель», пошли дальше.

Дальше девчонка определяла аномалии по косвенным признакам, удачно получалось, только «жадинку» не увидела и едва не вляпалась.

- Смотри, - палка прилипла к поверхности и оторвать её на хватило никаких сил.

А вот воевать девчонке без разницы, хоть стрелять, хоть резать, ничего не умеет. Пришлось учить всему, резать, бить и колоть. Силы в ней немного, а вот быстроты ума хватает, потому купила ей обрез, да и копьё сделала. Простенькое копьецо, но вместо посоха тоже пойдёт. Срезала прямую ветку, а к ней приделала простой нож, у которого вместо рукояти накручен паракорд.

- Пошли, а то деньги так закончатся.

- А как тебя зовут? – девчонке интересно, за эти дни они так и не познакомились.

- Чудо-юдо, кличка сталкерская, а тебе найдём имя потом.

До Бара дошли хорошо, бандитов не попалось, а собак дружно выбили, девчонка колола их исправно, позабыв про обрез. Оживает помаленьку, даже мысли о смерти отошли на второй план, всё-таки проблемы борьбы за жизнь и физическая активность здорово приводят мозги в порядок. Артефактов немного, но для обучения пойдёт вполне. На Посту пропустили без разговоров, Чудо-юдо тут уже знают хорошо.

- А вот этой я бы вдул, - пьяный бродяга разглядывал новенькую отмычку.

Эх, как она подхватилась с ножом, а в голове целый ураган! Хорошо, Чудо-юдо телепат, сразу поняла и перехватила руку, а то случилось бы в Баре убийство.

- Бешеная какая-то! – отскочил выпивоха.

- Не стоит он того, - успокаивала отмычку Чудо-юдо, - тут мужик дикий, до баб слишком охочий, но силой не возьмут, за такое на арене скормят зверям, да и за убийство могут, так что нож оставь в покое.

Прямо устала от длинной фразы, но надо и пожрать, а заодно сдать и простенькие артефакты, всё копеечка. Ночевали у костра, Чудо-юдо презирала другие ночёвки, а утром ушли в ходку. В этот раз и подняли, и подрались, всё, как положено. Так и стали вдвоём ходить по Зоне, хорошая парочка, Чудо-юдо и Бешеная. Женская дружба крепкая и верная, пока не вмешается мужик.

И вот однажды в баре появился новый сталкер. Так-то бродяга опытный, но отмотал срок за сталкерство, попался патрулю у самого Периметра. Дали трёшку, но он вышел по УДО за примерное поведение. Что там бабы находят в мужиках, этого умом не понять, только Бешеная запала на парня. Чудо-юдо сразу это поняла, сама не имела на него никаких видов, а подругу отпустила, препятствовать только хуже будет. Вздохнула, подтолкнула подругу к сталкеру, да и ушла из Бара.

С той поры её никто не видел, только попадались порой бандиты, убитые ножами, но то, кто угодно может так расправиться.

*****

- Привет, - Седая встретилась с девушкой с ирокезом на голове. – Как жизнь?

- Привет, нормально, у тебя зеркала нет? – Чудо-юдо даже улыбнулась.

- Давай побрею, - усмехнулась Седая, - а то пошли к нам, Гавриил вернулся к себе домой с женой и сыном. Выкупаешься, выспишься, отмоешься, заодно и голову побреем.

- Не люблю спать под крышей.

- Да пошли, держать не буду, а не хочешь, давай тут побрею, чего хорошему человеку не помочь, - Седая добрая, но тоже, пока не беспокоят.

Чудо-юдо извлекла ядовито-зелёную краску для волос, намочила из фляги голову и намылила простым мылом, не затрагивая ирокез. Седая взяла в руки станок и аккуратно сбрила отросшие волосы.

- Вот, теперь прямо красавица, только покрасить, а то отросли, - улыбнулась она.

- Это я сама, - такое «таинство» она никому не доверяла. – У Пьяного попа давно не была?

- Сегодня зайду, надо проведать человека, да и «святого причастия» принести, он-то сам никуда не ходит. Да ты зашла бы, он рад будет.

- Сегодня нельзя, да и завтра тоже.

- У тебя же этого совсем не было, - Седая не дура, понимает, о чём речь.

- Вот началось, теперь надо осторожной быть.

- Да у тебя же к мужикам апатия, - Седая немного удивилась.

- Угу, - Чудо-юдо кивнула как-то странно головой и пошла прочь.

Седая провожала девушку, прекрасно читая в голове мысли о молодом мутанте, покрытом чешуёй.

Глава 13 Глухая

- А помните глухую Иа? – сталкеры сидят у костра на Кордоне и травят байки.

Старый куда-то исчез после возвращения Аномалии, видно к ней переселился, на Кордоне редкий гость. Но опытных бродяг, предпочитающих задушевные беседы у костра шумному Бару, ещё хватает.

- Живёт где-то в Зоне, я встречал её не так давно, ходит с чернобыльским котом на пару.

- Ну да, она же глухая, как пень, её кот не обидит, - усмехнулся молодой сталкер. - Зона любит убогих, вот и жива до сих пор.

- Нормальная она баба, а что глухая, так это не сама большая беда, раз жива, значит такая у неё судьба, - пожилой сталкер много повидал, а потому смеяться над глухотой даже не думал. – Лучше послушайте её историю.

Появилась она в Зоне, как и все отмычки, симпатичная девчонка, лет семнадцати. Не сразу поняли, что она глухая, а когда разобрались, удивились страшно. Что она потеряла в Зоне с таким дефектом? Только оказалось, что слух в этой жизни не самое главное. Она прекрасно понимала по губам, даже говорила немного невнятно. Оказывается, закончила в Ростове специальную школу для глухих. А вот отсутствие слуха развило наблюдательность и подняло чуйку на такую высоту, что многие сталкеры могли позавидовать.

Уже в первой ходке с ведущим она стала определять наличие аномалий, безошибочно показывая, где они расположились.

- «Зака» - показывала он на «жарку», вскидывая руки вверх для образности. – «Вока» - она сводила руки конусом вниз.

Запоминала на раз все названия, смешно слышать порой, как она называла аномалии и артефакты, но ведущий попался толковый и выучил девчонку, да и отвёл в Бар. Стреляла она из обреза уверенно и попадала вполне, а вот кличку долго не могли дать, не называть же девушку глухой, хотя, сказать по правде, глухая она была, как пень. А имя она своё произносила невнятно, Ира у неё звучало, как Иа, вот так и стали со временим звать.

Напарников не находилось, кому нужна глухая в ходке, но и не сидеть же одной, да и денег нет вовсе, вот и отправилась сама. Беды ничего не предвещало, а в аномалию она попасть не могла, виду особой чувствительности. И тут её подкараулили трое бандитов. Только не успели они ничего сделать, поскольку рядом нарисовался чернобыльский кот и заорал во всю свою глотку. Бандиты попадали без чувств, а Иа без разницы, она звуков не слышит.

- Киса, - улыбнулась Иа, - какой бошой!

Кот и обалдел, но жрать охота, а эта вроде добрая, он и принялся за бандита, перегрыз горло и кровь лакать начал. Иа уже собиралась отругать кота, но тут рядом появилась женщина в белом.

- А ты совсем ничего не слышишь? – удивилась Зона.

В ответ Иа показала руками на уши и опустила их вниз, разведя в стороны. Глухие так часто показывают, что слуха нет. Зона обняла девушку и поцеловала в лоб.

- Теперь ты будет слышать мысли, - она говорила мыслями, и девушка очень удивилась.

- Кот ест людей? – спросила она так же мысленно.

- Это не люди, бандиты, они грабят и убивают, а женщин насилуют. Кот спас тебя, а теперь ему хочется поесть, пусть ест, а ты собери у них оружие и всё остальное. Я буду иногда навещать тебя, ты мне понравилась.

После этих слов Зона исчезла, а Иа занялась делом, собирая в рюкзак всё, что нашла у бандитов. Патроны ей самой пригодятся, а вот обрезы не очень, у неё лучше. Понравился один нож и Иа оставила его себе. Кот поел и разлёгся, наводя чистоту шёрстки.

- Киса хаоши, - девушка гладила кота и чесала за ушком, а тот млел от счастья.

Любят коты женские руки, позволяют бабам гладить себя, если не переходят границ. Так и подружились, к тому же говорить мыслями кот вполне умеет, для этого не нужны слова.

- Рыбки бы покушать, - размечтался кот, находясь почти в нирване.

- Я принесу, если у них есть, - подумала Иа и кот прекрасно всё понял.

А потом они расстались, и девушка ушла в Бар, подняв по пути «вспышку».

- Ыба есь? – Бармен не сразу понял, пришлось показывать руками.

Артефакт хороший, на еду вполне хватит, а обрезы Бармен не взял.

- Неси Сидоровичу на Кордон, он такое добро берёт, нам тут без надобности. Рыба вот, килька в томате, другой нет.

Иа скривилась, но взяла три баночки, тушёнку, воду, а потом ушла туда, где встретила кота.

- Киса! Киса! – звала она кота, но тот не приходил.

Уже отчаявшись, Иа повернулась уходить и тут в голове всплыло.

- Чего орать? Дела у меня были, - кот как раз встретил миленькую псевдокошечку и оба остались довольны.

- Ыба, - девушка достала консервы, и показала коту, вскрыв одну.

- Эх, другой тут и не найдёшь, - вздохнул кот, но съел все три банки. – Я побегу, дела у меня, - благодарить коту нет нужды, он всё это воспринимал, как должное.

А девушка ушла на Кордон, подняв по пути парочку недорогих артефактов. Старый кровосос Сидорович принял всё это, ему без разницы, откуда обрезы, круговорот персонажей идёт постоянно, кому-нибудь да продаст.

- Ты глянь, глухая банду положила что ли? – удивились бродяги на Кордоне.

- Глухая, не значит дура, - назидательно произнёс Старый. – садись сюда, - показал он рядом с собой.

Дело к вечеру и идти куда-то уже просто глупо, вот и расположилась у костра Иа. Она сидела и внимательно слушала мысли сталкеров. Только и Старый с некоторых пор улавливал мысли, а поняв, что они могут говорить, эти двое вели оживлённую беседу.

- Чего в Зону-то понесло?

- Я одна осталась, жить на что, а ещё хочется имплант купить, есть такой, что прямо в мозг ставится и можно слышать. Только теперь и не знаю, зачем мне это, хотя очень хочется музыку послушать и как птички поют.

- А ты не чувствуешь, что слышат другие? Это же тоже мысли.

- Тут мысли раньше слов появляются, не получается.

- Тогда давай вдвоём походим, я много чего умею и знаю, заодно и тебя научу.

- Хорошо, если приставать не будешь.

- Стар я для этого, да люблю другую. – Старый не любит такое говорить, зная, как обижаются женщины, но эта совсем молодая, девица ещё, ей без разницы, даже лучше.

Так утром и ушли в Зону, Старый много чему научил Иа, получился из девушки настоящий боец спецназа, даже оружие сменила потом, когда разбогатела. Винторез в Зоне самое то, не шумит и стреляет хорошо, да и пуля не от коротенького АКСу, который по мутантам совсем плохо работает. А потом в Зону вернулась Аномалия и Старый остался у неё. Только Иа всё прекрасно поняла, любовь, это всем женщинам понятно.

- Ты кто? – девушка смотрит на парня, а тот почти без одежды и покрыт чешуёй, как змея или ящерица.

Парень тоже обалдел, рядом с девушкой вышагивает чернобыльский кот и даже не собирается кричать. Парочка любопытная, к тому же девушка глухая, он, как телепат, понял это.

- Живу я тут, а ты кто? – надо же познакомиться молодым.

- Иа, - представилась девушка.

- Ира, это хорошо, - улыбнулся парень, - а меня мама назвала Яном, тоже легко запомнить.

- Ян, - это Иа может и вслух произнести, - ты касивый.

- В маму пошёл, - смутился парень, - а пошли к нам, только вот кот, он кричать не будет?

- Он поел хорошо, чего ему кричать, - мыслями говорить проще, так всё понятно.

К жилищу аборигенов шли довольно долго, Иа даже парочку артефактов подняла. Дом оказался под землёй, но это в Зоне часто бывает, где ещё селиться людям и мутантам, в Припять идти не хочется, а тут и выброс не страшен. Девушка достала баночку кильки и открыла её для кота, пусть полакомится.

- Это Ира, она хорошая, хоть и сталкер, - представил Ян девушку.

- Вот и хорошо, - улыбнулась мама, - ты уже большой.

У родителей есть ещё дочка, которая спит в ящике с сеном, они не останутся одни, а молодёжь всегда найдёт общий язык. К тому же Иа поделилась консервами и обед удался на славу, рагу из крыс с зелёным горошком и персики на десерт понравились всем.

- А можно тебя поцеловать? – смущаясь, спросил Ян.

Они уже вышли на поверхность и Иа снова угостила кота рыбкой. Он не ручной, гуляет сам по себе, но порой возвращается и позволяет себя гладить и чесать за ушками. Молодость думает о своём, и они поцеловались. Кот съел кильку, посмотрел на молодёжь и ушёл, потом вернётся, когда соскучится, а пока этим лучше побыть вдвоём.

*****

Периметр, к стене прислонена лестница и парень в горке и закутанный, как ниндзя, стоит наверху и слушает соловья. Внизу сидит девушка, полностью погрузившись в его мысли, оказывается, слушать можно и так, ей теперь совсем не нужен этот дорогой имплант. Малыш в животе шевельнулся, и мама отвлеклась.

- Потерпи, а лучше послушай соловья с мамой, - она снова погрузилась в мысли любимого.

Глава 14 Плечевая

- Она и в Зону попала не как все, водила снял на дороге, так она тут и оказалась. – Сталкер глотнул из фляги и продолжил. – Пока разгружались, а тут и выброс, водила в Баре вышел покурить, да так и остался в Зоне навсегда. Не проникся моментом, а она пока в душ пошла, на дороге помыться нечасто перепадает.

- Плечевая что ли? – отмычка не поверил.

- Ты её так ещё назови, - усмехнулся сталкер, - будет одной отмычкой меньше.

- А что не так? – парень не въехал сразу, - на дороге же плечевые стоят.

- Я тебе так скажу, парень, - квадратный мужик с крепкими руками закрутил флягу, поставил между ботинок и внимательно посмотрел на отмычку. – Плечевые бывают разные. Одни сделали своё дело, перешли дрогу и снова ждут клиента. А есть такие, что настоящие подруги дальнобойщика. Нравится им что ли такая жизнь, но кочуют по стране, становясь на время рейса близкими подругами. Их даже деньги не так волнуют, как страну посмотреть. Мне одна плечевая полбака за свои залила, когда у меня кошелёк украли, так я потом с нею месяц катался, не знал, как и отблагодарить. Есть такие, что и колесо поменяют, и даже довезут до больницы, если скрутит. Одна так вообще фуру на базу загнала, мужики удивлялись. Просто в кайф бабе такая жизнь.

Разговор прервался, поскольку женщина подсела к костру, поздоровавшись с честной компанией.

- Ты им что, про меня рассказывал? – усмехнулась она, заметив, как таращатся на неё отмычки.

- Если честно, то больше про других, - сталкер не особо и смутился.

- Ну да, их у тебя таких много было, - усмехнулась женщина.

Странная она, на голове короткий ёжик седых волос, а самой едва за тридцать. Фигурка высший класс, но вот шрам на лице и разорванное ухо… Смотрелась впечатляюще, да и абсолютно чёрная серёжка в целом ухе наводила на какие-то мрачные мысли. А вот оружия у неё никто никогда не видел, нож хороший и всё. Достаточно давно она стала ходить одна, вот с той поры у неё и не стало никакого оружия, даже обреза.

- Таких не было, - сталкер серьёзен, - ты особенная.

- Ага, особенная плечевая шлюха, - расхохоталась женщина, - но кто так назовёт, убью.

Смех прервался мгновенно, только глаза сверкнули немного пугающе. Разговоры стихли, а потом потекли на другие темы. Сталкеры рассказывали свои истории, а женщина молчала, глядя в огонь. Отмычка рассматривал её, немного побаиваясь, всё-таки дамочка серьёзная.

- Я не вожу отмычек, - как будто мысли прочла, - Старого нет, а так с ним бы походил, но у него теперь семья. Вон, с Экскурсоводом можешь или с Карданом, - кивнула она в сторону бывшего дальнобойщика. Зря ты сюда пришёл, тут сдохнуть проще, чем разбогатеть, но то сам смотри, Зону только не обижай, не мусори и не ругайся и вообще, Зона, она добрая, но обид не прощает, а что опасно, так это везде опасно, просто Зона честная.

На том разговор и прервался, а отмычка задумался. Оно полезно, подумать у костра, навести порядок в голове, фантазии убрать, а реальность разложить по полочкам. Истории закончились, и пора спать укладываться, так все и заснули у костра. А утром женщины уже не оказалось с ними.

- Ушла Рая, - Кардан размял затёкшие ноги, - она всегда под утро уходит.

- Она предложила с вами пойти, - отмычка посмотрел на сталкера.

- С нами? – удивился Кардан, - я вроде один, сам по себе. Запоминай, в Зоне все на «ты», даже сама Зона.

- Так можно мне с тобой пойти? – отмычка сразу поправился.

- Пойти-то можно, но что ты умеешь? Стрелять хоть пробовал?

- Отец давал из ружья стрелять по уткам, - смутился парень.

- Если хоть раз попал, то пошли, обрез у меня есть, по дороге получишь.

Так и пошли вдвоём, Кардан не особо словоохотливый, сразу понял и ладно, не понял, твоя печаль. Но у Кордона мало аномалий, показал «жарку» и «карусель», уже неплохо. А вот в стороне от этого на чердаке развалившегося дома, Кардан вытащил обрез и патронташ.

- Держи, - протянул он оружие отмычке, - дальше мутанты могут быть.

Но собаки попались потом, сначала были бандиты, уже вышли на промысел. Только Кардан не стал дослушивать, сразу влепил парочку коротких очередей. Отмычка тоже попал с двух стволов, так что всё прошло неплохо.

- Молодец, но не зазнавайся, патроны твои, а обрезы пока просто так поноси, посмотрим, что дальше будет.

Тут он прав, никто заранее не знает, чем закончится ходка. А пока они стреляли в собак, в псевдопсов, тушканчиков парень сам выбил, жалко пули на такую гадость.

- А та женщина она совсем без оружия ходит? – спросил отмычка.

- Никто не видел, но это бывает, спрячут, как я обрез, а сами с пустыми руками на Кордон приходят, нечего всем знать, что там у тебя. – Кардан показал на сверкнувшую вспышку, - вон артефакт, но сразу не лезь, обкидаем.

Болтами обкидали место, удостоверившись, что аномалий нет. «Лунный свет» руками лучше не брать, потому закатили палочкой в контейнер и закрыли крышкой.

- Неплохо для начала, - сталкер даже улыбнулся. – тебе если хочется поговорить, не стесняйся, я за рулём привык, что пассажиры болтают.

- Да мне больше подумать хочется, - сознался парень, - только эта женщина из головы не идёт.

- Рая? – Кардан всё понял, - не ломай голову, она с прошлым завязала.

- Да я не о том…- смутился парень.

- Бабы всегда должны быть «о том», но не на всех лезть надо, поскольку они тоже разные бывают. Сами позовут, если живой останешься.

- Да это я понял, опасно тут, - парень проникся вполне, особенно, когда слепые собаки влетели в «карусель».

Мощная аномалия разметала живность в лохмотья. «Ломоть мяса» достался им в награду, не особо дорогой, но тоже неплохо. Его можно брать прямо руками, артефакт не радиоактивный и носить можно прямо в рюкзаке. А потом попалась большая стая слепых псов.

- За мной! – Кардан припустил к развалинам дома, видневшимся вдали.

Пришлось стрелять прямо набегу, но в итоге влетели в развалины без укусов.

- Твои окна! – сталкер занял пролом в стене, тут нужна плотность огня.

Отмычка включился в отстрел живности, жить-то хочется. Собаки лезли в основном в пролом и тут Кардану приходилось основательно пострелять.

- Заряжаю! – а значит, отмычка должен помочь немного, дав пару секунд.

Тот и стрелял, в итоге вытащив все обрезы, просто вытряхнув их из рюкзака. Чуть собаки дали передышку, как он зарядил их все. Это было резонно, давало возможность всегда поддержать сталкера, а пару раз оно и выручило, когда псы кинулись во все доступные проходы. Два обреза улетели на помощь Кардану, а остальными парень расстрелял рвавшихся в окно мутантов.

- Прямо артиллерия! – похвалил Кардан, когда собаки закончились.

- Да чего там, есть же из чего стрелять, - смутился парень.

Так и добрались до Бара, а там парню и кличку придумали.

- На кого писать будем, - Бармен посмотрел на Кардана.

- Да хрен его знает, парень умный, учится влёт, хладнокровно стреляет… - Кардан перечислял качества отмычки.

- Значит, будет Умным, а что, Старый есть, Резкий есть, Рыжий есть, теперь будет Умный, - усмехнулся Бармен.

Так и появился в Зоне новый сталкер Умный, говорят, и сейчас где-то бродит, заходя то в Бар, то на Кордон. А вот бывшая плечевая Рая стала легендой Зоны, но о ней совсем другая история. Впрочем, встретились они в Зоне однажды. Собак было много, даже очень. Умный убегал от стаи и тут встретил Раю со спутником.

- Стой, твои сзади! – только успела крикнуть и тут лавина их и накрыла.

Только в ней сразу образовалась брешь, поскольку два человека просто выкашивали эту лавину странным оружием, которое светилось голубым светом. Умный стрелял по собакам, которые собирались обойти их. Пока всё шло неплохо, но уж больно большая стая попалась.

- Вон чернобылец! – крикнула женщина. - Туда смотри!

Проследив за её рукой, сталкер увидел серебристого пса, спрятавшегося за кустом и срезал его очередью из автомата. Теперь стало легче, но пришлось ещё изрядно повоевать, пока собаки поняли, что это мясо не для них.

- Что это у вас? – кивнул Умный на странное оружие.

- Это секрет, когда-нибудь сталкеры будут ходить с таким, но пока вам рано, а то передерётесь ещё. – Рая выключила устройство и это оказалась трубка вроде фонарика, коротенькая и незаметная. – Никому не говори об этом, рано им знать. Вопросов у тебя много, но с ответами придётся подождать. Кто со мной, тебя тоже не касается, считай, что это Чёрный Сталкер.

- Ты сильная, - парень не удержался.

- В Зоне слабые не выживают, к тому же жизнь помотала, многому научила.

- А на Кордоне правду… - парень не договорил.

- Что плечевая? – расхохоталась женщина, - правда, да мало ли кто кем был в прошлой жизни, забудь, тут новая жизнь и новое имя и новая судьба.

Разошлись, и каждый пошёл своей дорогой, только парень обернулся и увидел, как довольно худой напарник подхватил на руки Раю и понёс, без видимых усилий. Так и ушли, нежно обнявшись, видно Зона любит этих людей. Это потом он узнал, что только у мертвяков такая могучая сила, значит выбрала себе в напарники такого, потому и на Кордоне одна появилась, что нельзя показывать живого трупа сталкерам.

Глава 15 Ведьмин дом

- Поздорову, бродяги! Девчат в вашу компанию примете? - Кнопка заявилась на Кордоне в сопровождении Вороны.

- Присаживайтесь к огоньку, - сталкеры потеснились, освобождая место для дам.

Ворона никак не тянула на даму, сейчас она выглядела лет на семь и то с натяжкой. Никто не понимал, как ходит по Зоне такая девчонка, но сталкерам это и ни к чему. О её договоре со Смертью знал только Бармен, поскольку поставлял порой «души», да ещё Старый догадался, поскольку телепат, но тот не проболтается даже под пытками.

- Вы откуда такие красивые? – бродягам всё интересно.

- Да ходила возле ведьминого дома, - усмехнулась Кнопка, - А тут и подругу встретила на обратном пути.

- Был я там один раз, как сейчас помню, - сталкер в летах приложился к фляге, как будто размышляя, рассказывать или нет. – Ранен был сильно, думал конец мне. Бреду из последних сил, а тут огонёк горит. Я и зашёл на этот огонёк, а там избушка просторная печка русская топится, и лучина над тазом горит.

Сталкер ещё глотнул и поведал, как побывал в гостях у ведьмы. Она не старая, лет тридцать пять не больше, рыжая и высокая. Посмотрела на сталкера и, ничего не говоря, достала какую-то мазь с полки.

- Садись сюда, - указала она на табурет, - это всё там оставь, - кивнула она в угол.

Пришлось снимать рюкзак и подсумок и автомат туда же отправлять. А ведьма раздела сталкера, размотала повязку и начала мазью этой мазать. Запах такой, что бродяга едва сознание не потерял. А уж когда отвара выпил, тут и вовсе упал без чувств. Очнулся он на печи, накрытый овчинным тулупом.

- Молочка попей, - улыбнулась загадочно ведьма.

На столе уже стояла крынка молока и краюха хлеба, так и подкрепился сталкер.

- Приходи в себя, сейчас печь прогорит и париться будем.

- А где париться? – не понял тот.

- В печке, как на Руси заведено, – как о чём-то обыденном сообщила ведьма. - Али ни разу не парился?

- В печке не доводилось, - честно сознался бродяга, - я же городской житель.

- А то без разницы какой, сельский или городской, пар всех одинаково принимает.

Горела печка ещё с час, а сталкер не понимал, как он поместится в печи, да и как париться. Только Ведьма усмехнулась и достала с полати веники берёзовый и дубовый.

- А сама-то где спишь? – кровати он не увидел в избе.

- На печи и сплю, где же ещё, старые косточки грею, - ведьма озорно усмехнулась.

Зелёные глаза её как будто вспыхнули ярким пламенем, что очень удивило гостя. Он не сразу понял, что никакие раны его больше не беспокоят, перестала ныть поясница и болеть старая рана на ноге. Сталкер с удивлением воспринимал своё новое состояние, а ведьма вымела печь, принесла свежего сена и застелила под в печи.

- Раздевайся, не в одежде же париться, - с озорной усмешкой пригласила она.

Пришлось раздеваться и лезть в печь, а там темно, но не особо и тесно, даже сидеть можно не сгибаясь. Следом и ведьма полезла, тоже раздевшись догола. Она уложила сталкера и давай его охаживать берёзовым веником, да так размашисто, что доставалось и ей и сталкеру. Он и сомлел от жара, пара и веника, а очнулся уже на лавке. Ведьма устроилась сверху и скакала на нём с видимым удовольствием.

- Одевайся, - всё закончилось и раскрасневшаяся ведьма уже накинула рубаху и сарафан. – Сегодня тут ночуй, а завтра ступай своей дорогой.

Так и получилось, поужинали, приняв по стопочке самогона из фляги, поели яичницы на сале, а там и ночь уж на дворе. Спали снова на печи, где теплее, а утром ведьма выставила его наружу.

- Ступай с богом, - только улыбнулась и закрыла дверь.

Сталкер отошёл метров сто и обернулся. На месте избушки виднелись обгорелые развалины, поросшие мхом от древности. Так и вернулся на Кордон, никому, не рассказывая о своём приключении.

- Вот так оно всё было, - закончил рассказ сталкер, - только сколько я там не бывал, в тех краях, а так кроме развалин ничего и не нашёл.

- А я гостила у неё, улыбнулась загадочно Кнопка, тоже в печке попарились, только без мужиков. – Кнопка рассмеялась, страстно облизав губы, любит она это дело.

- Мистика, - заметили бродяги, - чего в Зоне не встретишь.

Ворона посмотрела в сторону куда-то и улыбнулась. Доводилось и ей бывать в гостях у ведьмы, уже помолодевшей, только Смерть оставили снаружи, ведьма не пустила его в дом. Но тот и не обиделся, у него работы много, особенно в Зоне.

- Вставай, - перед самым рассветом Ворона растолкала пожилого сталкера, - пора нам, без тебя никак не обойтись.

- А куда идти? – не понял тот.

- Да тут недалече, не к ведьме, сегодня и вернёмся, - Ворона взгромоздила себе на плечи приличный рюкзак и повела сталкера в Тёмную Долину.

Три «души» ей никак не осилить без помощи. Редкими стали эти артефакты, сталкеры опыта набрались, только из отмычек и получаются «души», а в «воронке» или в «газировке», это без разницы. Только пора их возвращать, так Смерть сказал.

- Оружие убери, чего зря шуметь, воевать не придётся, - Ворона уверена в себе и своём «напарнике».

Так и дошли, а мутанты разбегались, или падали замертво, которые без понятия, со Смертью связываться желания нет.

- Вот тут, - Ворона скинула рюкзак, оказавшийся мягким, - теперь запоминай хорошенько.

Она подробно рассказывала, что и как нужно сделать, а сталкер всё не верил, что это безопасно. В итоге он решился и шагнул в аномалию.

- Выходи, чего застрял! – пришлось поторопить бродягу, который удивился появлению радом голенькой девушки. – Ещё две «души».

Ворона достала «горку», и девушка быстро натянула её, стесняясь своей наготы. Потом пришёл черёд парочки парней, которых тоже обрядили, не задерживая. Сталкер помолодел изрядно, но в принципе остался вполне доволен.

- Только не болтай зря, просто скажи, что попал в аномалию, а подробностей никому не нужно. Да про ведьму более не рассказывай, - Ворона хоть и девчонка, теперь, но строга, как старая бабка, - кто гостил, тот знает, а кто не встречал, тому и не надо. Ведьма не всем показывается, только при необходимости.

- Я только не пойму, все в избе гостили, а там древние развалины, - сталкер хотел уложить в голове.

- Сны видишь? – строго посмотрела Ворона, - вот и считай, что это сон был.

- А как же раны все исчезли, - вот любопытный попался.

- Так сон, это лучшее лекарство, - расхохоталась по-детски Ворона, - бывают вещие сны, а у тебя был целебный.

С тем и вернулись на Кордон приведя и отмычек. Ворона сразу ушла куда-то, а отмычки поумнели и абы с кем теперь идти не соглашались. Вот так оно всё и закончилось, а может, только началось, это Зона, тут никто заранее не скажет, что будет завтра, да и через час тоже.

Глава 16 Терминатор

Кордон, место особенное, хотя не всем и понятна его прелесть. Костёр горит, сталкеры сидят, рассказывают отмычкам о Зоне, да вспоминают разные истории, приключившиеся с ними. Порой очень интересные, а порой и поучительные. Сегодня отмычки подобрались разные, но среди них выделялся крепкий парень, слишком уверенный в себе и своей силе.

- Обрез что, дрянь оружие, из него серьёзного мутанта не убить, - рассуждал он вслух.

- Стрелять надо уметь, Дуся кого только из обреза не валила, даже псевдогиганта уронила, - заметил серьёзный бродяга со шрамом на лице.

- Эх, был бы у меня автомат, а лучше Винторез, я бы тут всех мутантов перебил, - парень никак со своей волны не слезет.

- Смотри, с такими взглядами закончишь ты, как Терминатор, а такой смерти никому не пожелаю, - бродяга серьёзно посмотрел на отмычку.

- Терминатор? – не понял парень, - это же в кино.

- Дурак, - сталкер даже сплюнул, - был тут такой персонаж, силён, высок, вот и дали ему такую кличку. Стрелять очень любил и калибр ценил в оружии, потому и раздобыл себе пулемёт ДШК, такому бугаю и он до лампочки, носил его на плече и стрелял во всё, что шевелится. Так и попал в Долг, там такие придурки в цене.

- Мощный клан, - парень никак не поймёт, к чему этот рассказ.

- Только не любит Зона таких, кто готов убивать всех подряд, особенно людей с мутациями.

- А чего их жалеть, они же мутанты, ещё нападут.

Если человека переклинит, то тут только серьёзная встряска может помочь, но бить рожу у костра, это перебор, Зона сама обломает. Бродяги приняли по глотку и сталкер продолжил рассказ.

Однажды появился на Кордоне парень крепкий, уверенный в себе и своей силе. Никого слушать не хотел, а когда очутился в Баре, сразу подался в Долг. Вручили ему пулемёт Калашникова и стал он ходить с остальными по Зоне. Стрелял уверенно, но совсем безжалостно, уничтожая всё на просторах Зоны. В клане его ценили, вот, мол, какой боец ценный и преданный, да и к мутантам безжалостный.

Только это все было хорошо, пока он монстров всяких отстреливал, собак там, плотей, псевдопсов и прочую живность. Но парень и мутировавших людей не щадил, сразу стрелял, потом рассматривал. Даже бойцы Долга косились на него, а он откопал на складе крупнокалиберный пулемёт и стал таскать его по Зоне. С его-то силой и такое годится, даже псевдогиганта валил, а однажды и химеру расстрелял знатно.

Мертвяков и вовсе не жалел, что их жалеть, если уже мёртвые. А всяких там «ящерок» и прочее мутировавшее население Зоны он не жалел ни капельки, хотя те и не сделали никому ничего дурного. Чуть увидит и сразу стреляет, уж больно безжалостный попался.

Да только однажды застрелил он девчонку чумазую в грязном платьице, а тут-то всё и началось. Сначала погибли все его товарищи, ему хоть бы что, а люди мрут рядом с ним. Перестали брать его в ходку, поскольку это дурной знак, «дьявол-хранитель», проклятие Зоны. А он отпросился у Воронина и стал сам ходить в рейды. Уж тут он совсем кровожадным стал, искал, кого бы убить.

Вот тут и явилась перед ним Зона с укоризной, но он слишком уверен в себе, в итоге выстрелил и в неё. А той что, стоит, как стояла, так он всю ленту и выпустил в неё. Смотрит, а это мама его стоит, прошитая насквозь, как решето его пулями.

- За что же ты так, сыночек? – спрашивает и руки к нему тянет.

Испугался Терминатор, бросил пулемёт и побежал прочь, не разбирая пути, да так и попал в «жадинку» вроде и небольшую, но сильную. Стоит и не знает, что ему делать. Помощи ждать неоткуда, а когда кто-то мимо пройдёт, он уже и умрёт с голоду и без воды.

Так сутки и простоял, но потом силы кончились, и он сел на рюкзак, да только долго ли ты просидишь без сна. Заснул и он и во сне маму свою увидел, которая только смотрела на него и плакала беззвучно. А когда проснулся, то аномалия пропала, да только вокруг него «кисель» расположился кольцом. А от неподвижности сил в ногах уж нет вовсе, перепрыгнуть никак, но он размялся, разогрел кровь, побегал на месте и рискнул.

Да только Зона не отпустила и на этот раз. Попал он прямиком в «лифт», да и завис над землёй метрах в двадцати. Выбраться из лифта невозможно, пока аномалия не разрядится. Как не бился он, а так и завис наверху. Стал уже о смерти думать, вот тут-то Зона и убрала аномалию, и он шлёпнулся оземь, переломал себе всё, что можно, ни встать, ни ползти, а тут крысиный гон случился.

Сожрали его крысы заживо, как ни орал, как ни пытался сделать хоть что-то, да куда там. Если Зона что решила, то никто с нею спорить не сможет, вот так и не стало Терминатора. Погиб он страшной смертью, а всё потому, что слишком любил убивать.

- Так что мотай на ус, паря, в Зоне надо жить по её законам, - сталкер хлебнул ещё глоток самогона. – как ты её воспримешь, так и она к тебе повернётся. А мутанты… мы все мутанты, это мне Мелкая Гадость сказала, да пояснила, что мутация, это основа эволюции. Если через тысячу лет по земле будут ходить люди в чешуе, или пятнистые, а может и ещё какие, значит так тому и быть.

Сталкеры дружно глотнули самогона и вздохнули, как будто знали что-то такое, что от других сокрыто за семью дверями, да ещё на каждой по семь замков.

Глава 17 Пейс

- Азохенвей, шолом бродяги! – сталкер пришёл на Кордон, но к Сидоровичу не пошёл, сразу подсел к костру.

- Ты никак встретил нашего Пейса? – усмехнулись бродяги, - мы его после расширения Зоны не видели.

- Таки да, наш Пейс, жив и процветает, - новенький всё ещё на своей волне. – Теперь он барыга и у него свой подвальчик на севере. Наладил торговлю с белорусскими евреями и теперь занялся своим делом.

- А ведь стакер был, что надо, хотя начал очень смешно, - заметил кто-то.

- Это да, появился он весьма оригинально, - подтвердили бродяги

Тема для разговоров у костра есть и все стали вспоминать этого необычного бродягу. Однажды с отмычками на Кордоне появился юноша в жилетке, кипе и при пейсах. Внимание он привлёк сразу, а один сталкер решил взять такого отмычку.

- Пойдёшь со мной, - ткнул он пальцем в юношу.

- Азохенвей, откуда я знаю за вас? Шо вы имеете мне сказать, а лучше кто имеет сказать за вас? – пожал плечами юноша.

Сказать ничего хорошего за этого сталкера никто не мог, водил отмычек, но ещё ни разу не вернулся с ними обратно.

- Хитрожопый пейс, - зло бросил сталкер и пошёл искать других отмычек.

Только никто, из слышавших этот разговор, не горел желанием идти с этим сталкером. А вот кличка прицепилась к парню. На Кордоне он не остался, ушёл с нормальным бродягой, за которого все могли сказать, что отмычек бережёт, если слушают его.

- В Зоне приняты клички, никаких прежних имён, - пояснил бродяга парочке отмычек, в числе которых оказался и молодой еврей. – Так что тебя так и будем звать Пейсом.

- И шо, мне радоваться или плакать? – развёл руки еврей, - с другой стороны, Пейс не Поц.

- Вот и договорились, а теперь рассказывайте, стрелять умеете? – отмычек надо проверить.

- А это обязательно? – никто ни разу потом не слышал, чтобы Пейс не задал в ответ вопрос.

- Мутанты сожрут, если не умеешь стрелять, - пояснил сталкер.

- И шо, они и кошерное едят? Таки я стрелял, когда меня дядя учил.

- Из чего?

- Пистолет и автомат УЗИ, шо было, из того и стрелял, а шо, это плохо?

- Пистолет надо ещё заслужить, пока вам по обрезу и пошли в ходку.

- Таки я надеюсь, шо это не намёк? – еврей остался верен себе.

- Нет и в ходке давайте без разговоров, там больше слушать надо, - сталкер расставил всё по местам.

Так и ушли в ходку, где бродяга показывал и рассказывал отмычкам всё о Зоне. Показывал аномалии и артефакты, которые попадались по пути. Всё шло хорошо, пока на обратном пути не попались бандиты. К чести Пейса, он даже слушать не стал, а сразу открыл огонь. Сталкер тоже не стоял истуканом, и они отбились.

- А можно, я это возьму себе? – Пейс посмотрел на сталкера.

- Бери, раз не струсил, - обрезы стоят не дорого, а парень оказался не промах.

Пейс и собрал весь хабар у бандитов, что добру пропадать.

- А ты чего ждал? – сталкер выговаривал второму парню, - в Зоне некогда раздумывать.

- Таки он тебе не нужен? – Пейс указал на обрез.

- Хрен там, самому надо, - чего-то завёлся парень, обидно стало, что сдрейфил.

Дошли до Бара, но там Бармен не взял обрезы.

- Неси их к Сидоровичу на Кордон, он такое скупает без вопросов.

- Я дико извиняюсь, - Пейс посмотрел на сталкера, - а мы туда ещё сходим?

- Сходим, с тобой можно, ты не трус и башковитый, - одобрил бродяга.

Они вернулись на Кордон через два дня, сходив для начала почти на Агропром. В подземелья не полезли, но артефактов хватило на двоих. Третьего так и оставили в Баре, тормоз никому не нужен. Пейс даже парочку артефактов поднял, чему оказался рад несказанно, деньги он любил, чем-то напоминая Сидоровича. И вот они снова на Кордоне и Пейс решил продать свои обрезы. На это можно было смотреть часами, но они управились быстрее.

- А шо вы дадите за это?- выкладывал он обрез перед Сидоровичем.

- Азохенвей, шо же вам так жалко этих денег? А вот этот даже красивенький такой, вот тут вензеля, - ткнул он в остатки инкрустации. - Мне шо, стоять на улице и продавать их поштучно? А эти ножики такие острые и ручки цветные, - Пейс выкладывал финки с наборными рукоятками.

Только и Сидорович тот ещё жучара, у него не особо и наваришь. Встретились два пройдохи, но в итоге сделка состоялась к ободному неудовольствию.

- Ой вей, - вздыхал потом у костра Пейс, - почему все хотят обмануть бедного еврея?

- Да ты с него и так вытащил в полтора раза больше, чем он платит остальным, - смеясь, ответил сталкер. – Вы бы это видели, - продолжая смеяться поведал он бродягам о разговоре у Сидоровича. – Хотел бы я видеть, как ты будешь сдавать ему артефакты.

Но Пейс быстро сориентировался и хабар потом предпочитал носить в Бар. Полгода они ходили вместе, а потом сталкер получил известие из дома и уехал из Зоны. Пейс не пропал, стал ходить с разными бродягами, которые снисходительно относились к его меркантильности. С другой стороны, он и барыгам не позволял обманывать напарников, выступая кем-то вроде адвоката или посредника.

- Зачем вы хочете обидеть бедного еврея и его друзей? – с этой фразы всё и начиналось, а потом он увлекался и выторговывал очень выгодные условия.

К автомату он приобрёл и пистолет, освоившись в Зоне. Напарников не бросал, но ненавязчиво намекал, шо он же старался. По большому счёту, так оно и было, ну вот привык человек всё считать, что же теперь.

- Пейс, скажи на милость, что тебя в зону потянуло? – Заговорили как-то в Баре бродяги, -Место тут опасное и жизнь не комфортная.

- Ой вей, вы думаете, шо все евреи сидят в лавках и делают свой гешефт? – поднял он глаза к небу. – Везде, где открывались новые земли, появлялись и евреи, мы первопроходцы экономической жизни.

- Но в Зоне первым оказался Сидорович, - возразил кто-то из бродяг.

- И шо? Таки вы думаете, шо он русский или украинец? Так я имею вам сказать, что Сидорович тоже немного еврей, его бабушка по маме была еврейкой, а это значит, шо мама тоже еврейка.

- А мы думаем, откуда он такой пройдоха, - захохотали сталкеры.

- Фуй, кто вам сказал этих слов, шо все евреи пройдохи? – Пейс не обиделся, во всяком случае внешне это никак на отразилось на нём. – Просто мы умеем считать деньги, а всё в мире стоит денег.

- А как же ты тащишь по Зоне напарника, а вдруг он не заплатит потом? – собеседник решил подначить еврея.

- Значит, я буду иметь убыток, но шо поделать? Не всегда же получается поиметь гешефт, - картинно вздохнул Пейс.

Вот так и жил в Зоне молодой еврей, никто до конца не знал, сколько он мог поднять от такой жизни, но зачем бродягам чужие деньги. И вот однажды Зона взяла и расширилась. Грандиозный выброс бушевал целые сутки, а потом Периметр вдруг оказался внутри Зоны. Бродяги кинулись исследовать новые территории, и вот один из них набрёл на странный подвальчик на севере.

Бывшая небольшая насосная, лишённая своих прежних функций, оказалась основательно запустевшей, но Пейс привёл её в приличный вид. Стойка с барными стульями, парочка столов с мраморными столешницами, какие стояли в советских забегаловках. Да и сам Пейс смотрелся органично. Он снова стоял в жилетке и с кипой на голове и вежливо объяснял посетителям, почему он тоже должен иметь с этого небольшой гешефт.

- Що вы хочете, шобы я работал себе в убыток? – картинно поднимал он глаза к потолку. - Но так у меня всё закончится вскоре, и где вы будете меня искать? Я же не хочу ваших последних штанов, давайте будем разумными. У меня ничуть не хуже, чем у Сидоровича. К тому же, вам придётся всё это нести через всю Зону, а кто вам сказал, шо вы-таки дойдёте?

В итоге все обрадовались новому барыге, ведь это удобно, сдать хабар на месте и идти дальше, а может, переждать тут выброс, или так и искать вокруг своё счастье. К тому же заказать у него можно было что угодно, довольно быстро это доставлялось в Зону и попадало к адресату. Какой-то шутник написал краской на двери «У жида», но Пейс и не обижался, следуя старой русской пословице – хоть горшком назови, только в печку не суй.

Глава 18 Евдокия

- Вообще её Евдокией звали, но за глаза называли Шлюхой. – Старый начал новый рассказ, сидя у костра на Кордоне. – Правда, в глаза так назвать было чревато, могла и убить.

Как-то решил Бармен завести в баре «100 рентген» стриптиз. Под него так хорошо пьётся водочка и торговля идёт бойко. Вот и завёз «девочек» из-за Периметра с очередным караваном. Вот среди них и оказалась эта дамочка, не то, чтобы совсем разгульная, но и стеснения лишённая вовсе. Запретить стриптизёршам постельные битвы Бармен не мог, но сразу предупредил, что в случае беременности выгонит безжалостно. Ему артистки у шеста нужны, а не детский сад в баре.

По этой причине, резинки были непременным атрибутом, да и подавляющее большинство старожилов становилось стерильными через пару лет в Зоне. Но вот Шлюха умудрилась как-то залететь, хотя и не особо падкая была на мужиков. Доход она имела с артефактов, а вот откуда она их брала, этого долго никто понять не мог. Но вот животик уже не скрыть, хотя сталкеров это заводило ещё больше, а Бармен объявил ей, что после родов выпроводит её за Периметр. Только куда она с дитём, рождённым в Зоне?

Для экономии стриптизёрш селили попарно в один номер, махонькую клетушку под землёй, зато с душем и замком в двери. Вот напарница и пристала с расспросами, как та умудрилась залететь, хотя чаще она сама выпроваживала её из комнаты, принимая очередного клиента. Та и выложила, что однажды вышла из бара, пока подруга кувыркалась со сталкером, а потом её куда-то понесло с непреодолимой силой.

Память отшибло начисто, только очнулась уже снова у бара и с артефактом в руках. Она сдала его Бармену, а тот обозвал её дурой и сказал, что в руки такой брать нельзя, а потом вручил контейнер. Пришлось колоть лекарство от радиации, но всё обошлось. Такие прогулки стали повторяться, как только её подруга принимала в их комнате очередного клиента. Память иногда выхватывала эпизоды этих прогулок, но цельной картины не получалось.

Между тем, слушая бродяг, она пришла к выводу, что ею управляет контролёр. Только природное любопытство взяло верх, и она решила проверить, что же с нею происходит. В один из таких выходов она попыталась удержать сознание, не мешая телу идти туда, куда её вёл контролёр. А привел он её недалеко, буквально сразу за постом, как только начиналась роща, так она остановилась и опустилась на колени.

А дальше всё, как с мужчинами, только посмотреть, кто воспользовался ею, она не смогла. Голова отказывалась поворачиваться, и она видела только артефакт перед собой. А потом всё закончилось и контроль спал. Положив «душу» в контейнер, она вернулась в заведение, а её напарница уже «окончила приём» и спала с чувством выполненного долга. Улеглась спать и она, на всякий случай выпив таблетку, только было уже поздно.

- Так тебя там кто-то трахал, контролёр что ли? – подруга по комнате пришла к верному выводу.

- Да, но кто-то маленький, а рассмотреть я не могла.

- Вот дела, опасно так выходить ночами на улицу, могут и оттрахать невзначай.

- Да я не обижаюсь, вон какие артефакты дарят, у меня такой счёт образовался, что не каждый сталкер столько заработал.

Надо сказать, что подарки были, как на подбор, не меньше «маминых бус», так что жаловаться вроде было не на что, но вот животик, это уже серьёзно. Во-первых, это явно от мутанта, а кому хочется иметь ребёнка мутанта, а потом Бармен заявил, что после родов может отправляться на все четыре стороны. Повезло ещё, что бродяги воспринимали беременную стриптизёршу на ура, активно поглощая водку «Казак» и угощая «девочку».

Пить ей как бы и ни к чему, так что водку она переправляла обратно Бармену, а тот пускал её снова в оборот, наваривая на этом свой гешефт. До самых родов она продолжала выступать, а вот прогулки за артефактами прекратились, как только живот стал большим. Она и задумалась, как же ей жить, когда родит малыша. Перспективы вырисовывались невесёлые, но деваться некуда, не убивать же кроху, да и Болотный Доктор категорически отказывался делать это. А вот с родами помог охотно.

Только к тому времени она заработала столько, что на жизнь ей хватило бы за глаза. Сталкеры буквально визжали от восторга, когда она тёрлась о шест, играя в наслаждение. Мужика понять невозможно, почему беременная заводила их сильнее остальных, но всё закончилось в один, не совсем прекрасный день.

Роды прошли на редкость гладко, и малыш родился некрупный, но вполне здоровый. Бармен позволил пожить ей ещё пару недель, а потом выпроводил из бара. И вот она с деньгами и ребёнком на руках, которого за Периметр выносить нельзя. Стрелять не умеет, аномалий не чувствует, да и в Зоне ничего не знает. Только бродяги пожалели и проводили на Кордон, а там уже живи, как хочешь.

- Куда же ты теперь с дитём? – Старый посочувствовал женщине.

- Пусть подрастёт, потом видно будет. Мне бы научиться сталкерскому ремеслу, а там проживём как-нибудь, вон он какой славный.

Старый задумался, отмычка с дитём, это что-то новое и непонятное, но и бросать её нельзя, пропадёт в Зоне.

- Ладно, завтра походим немного, а там видно будет, - решил он. – Оружие какое купи себе, обрез что ли или пистолет какой, деньги-то есть?

- Есть, если барыга не обманет.

Пришлось сходить с ней к Сидоровичу и проследить, а та взяла обрез, патроны и переоделась в «горку», не ходить же в платье для стриптиза и в босоножках по Зоне. Так и получилась небольшая дамочка с обрезом и небольшим рюкзачком вместо чемодана с модными и вызывающими шмотками. Кстати, потом их кто-то купил, понравились, ведь женщины и в Зоне женщины.

- Вот смотри, это «воронка» - Старый кинул болт и тот устремился к центру, смявшись от гравитации в аномалии. – Если научишься чувствовать аномалии, то в Зоне будешь вполне успешно жить.

- Малыш недоволен, - сообщила вдруг она, - он возле аномалии начинает возмущаться.

- Это даже хорошо, только как ты будешь стрелять с ребёнком на руках?

И тут произошло что-то странное, когда она переломила стволы у обреза, ребёнок перестал весить вовсе, позволив маме достать патроны и вставить их в стволы. Старый не заметил, а может и не стал заострять внимание, он же опытный человек и повидал многое. Так она и освоила сталкерскую науку, а Старый две недели водил её по Зоне, показывая и рассказывая все тонкости этого дела.

Ребёнок чувствовал аномалии и заставлял маму обходить их, а ещё он рос очень умным, буквально впитывая всё, что говорила мама. К полугоду он уже топал ножками и хватал маму ручкой, как только рядом была аномалия, даже пальчиком показывал, где она. Так можно жить, хотя пока обходились всякой мелочью, только на жизнь. С мутантами почти не приходилось воевать, но этому объяснения не было.

И вот однажды она задержалась в ходке, а небо уже начало темнеть. Пришлось разжигать костёр и ночевать в Зоне, а потом к костру подошёл бюрер.

- Покажи сына, - попросил он, смущаясь.

- Ах ты гад! Так это ты мне заделал ребёнка? – возмутилась она.

- Контролёр помог, - смутился бюрер, - иначе никак не получалось.

- А своих тебе уже не хочется, на людей потянуло?

- Да я с ними не живу, они грязные и воняют и даже говорить не умеют.

- А ты где научился? – странно всё это, чтобы бюрер говорил.

- Я в институте жил до аварии, под Припятью, там учёные разные были, вот и научили говорить. А ещё они там меня купали каждую неделю и вообще, относились хорошо.

- Да ты и не воняешь, - обратила внимание женщина.

- Купаюсь в ручье, когда рядом нет никого, по ночам, а то ещё увидят. Пойдём, у меня там дом есть, позвал он вдруг её.

- Замуж что ли зовёшь? – рассмеялась она, - ты на себя посмотри, какой из тебя муж.

- Зачем ты так? – обиделся бюрер. - Просто будешь знать, где я живу.

- А мне это надо? Ты будешь прохлаждаться, а я с дитём к тебе в гости таскаться? Все мужики одинаковые, сунул, а дальше хоть трава не расти, а нам отдувайся.

- Зачем ты так? – расстроился бюрер. – Я бы заботился о тебе, а там тепло и безопасно, я уже всё подготовил, только искал тебя долго, тебя же на старом месте больше нет.

- Ты на себя посмотри, тоже мне муж, - женщина ещё злилась на бюрера.

- Да, я маленький и несуразный, но я буду заботиться о тебе и сына воспитывать умным и сильным.

- А жрать мы что будем? – Она никак не могла успокоиться. – Мутантов? А потом у меня хвост вырастет или чешуёй покроюсь? Кстати, не мог с такими любовь крутить?

- Они устойчивые, их так просто не подчинить, - пожаловался бюрер, - а ты мне понравилась. Пошли, будешь к нам в гости ходить, а я тебе артефакты таскать, мне не трудно.

- Ночь на дворе, я же не вижу ничего.

- Я вижу хорошо, вот и провожу тебя, а утром можешь уйти назад, я провожу. Давай сына и держись за руку.

Бюрер протянул руку, и малыш взлетел в воздух и прилетел к папе на ручки. Он любовно держал его, а вторую руку протянул женщине. Так и повёл её по Зоне, да и не очень это далеко, а там по трубе до большой комнаты совсем немного. Включив фонарик, она осмотрелась. Кровать из большого ящика, а в неё насыпаны листья и накрыто брезентом. Тепло, явно где-то лежит «огненный шар». Маленький стол и стул откуда-то, но самым удивительным была лампа на столе. Включив её, она обрадовалась яркому свету. Светодиодный светильник ярко горел, запитанный от артефакта.

- Сам что ли сделал? – не поверила сразу она.

- Сам, я же не дурак.

- Но сволочь ещё та, - она так и продолжала злиться на бюрера, - кто тебя просил?

Да, ребёнок перевернул все её планы, но что случилось, то и случилось, тут уже не изменить ничего. Ночь прошла тихо, бюрер расчистил всю территорию от мутантов. А утром он отпустил её обратно, предложив оставить ребёнка ему.

- Вот и забирай, сам придумал, сам и расти, - злость на неожиданного папашу ещё не прошла.

Так и ушла, оставив ребёнка у бюрера, заодно и всю еду, которая была у неё. Артефактов он натаскал ей много, за один раз не унести. Бюрер пошёл провожать её, но женщина отправила его назад, дорога знакомая, датчик аномалий хороший, а ребёнка одного оставлять нельзя. Так и стала ходить, таская артефакты и обратно уносила продуты, чаще перед выбросом, чтобы переждать его у бюрера под землёй, а потом спокойно вернуться с артефактами на Кордон или в Бар.

- Что, так и живёт в Зоне и в стриптиз не вернулась? – отмычки слушали внимательно рассказ Старого.

- Не вернулась, стала сталкером, а потом нормальный дом нашли и живут там всей семьёй, но это уже вам не интересно будет, да и спать пора.

Отмычки начали располагаться ко сну, а на Кордоне появилась женщина в сопровождении юноши невысокого, но симпатичного. Они сразу прошли к Сидоровичу, а обратно ушли с большими рюкзаками, ни с кем не разговаривая.

- Мама, давай я понесу, - они уже отошли, и никто на Кордоне не мог их видеть.

- Свой неси, а нас папа вон уже встречает, - улыбнулась женщина.

Злость на бюрера давно прошла, особенно, когда он спас её раненую от смерти, любит он свою женщину и готов на всё ради неё. Живут они в избушке с Домовым и русской печкой, а ещё с чернобыльским котом, который любит греться на печи. Бюрер подошёл к ним и рюкзак у женщины сам поплыл вверх, а потом полетел к бюреру. Это подземные бюреры воняют и кидаются всяким мусором, а он вырос в институте, а потому умный и заботливый.

- Настенька уже и кашу сварила, - отчитался бюрер, - дочка у нас такая умница. Её домовой рукоделью обучил, только прясть не из чего, разве что из крапивы, надо будет перчатки купить, чтобы крапиву драть, а дочка нам носочки из неё свяжет. Завтра баньку натопим, а то Масленица на носу, Домовой уже ворчит.

- Он всегда ворчит, пока Кот сказок не расскажет, - улыбнулась Евдокия, - да и я люблю сказки Кота.

Глава 19 Живые и мёртвые

Бандиты насиловали женщину, поймали новенькую и развлекаются. Бывает такое в Зоне, хотя и не часто. Во-первых, не так уж и много женщин сталкеров, а потом, опытные уже знают, что их ждёт и живыми предпочитают на сдаваться, унося порой и несколько бандитов за собой на тот свет. Но этой не повезло, а вот бандитам вроде вполне. Только внезапно что-то промелькнуло мимо и двое с хрипом повалились на землю. Третьего ждала другая учесть. Нож вошёл ему в задницу и прорезал так, что выжить уже не светило.

- Понравилось? – над умирающим бандитом склонился парнишка лет семи, серый и полуголый.

- Мертвяк! – в ужасе простонал бандит.

- Угадал, но благодаря тебе я всё вспомнил, - мальчишка посмотрел прямо в глаза, - Вспомни, как вы убили семью фермера, я тогда спрятался, а вы всё денег допытывались. Не было у отца денег, он всё потратил на оборудование для фермы. А вы насиловали маму и били отца, а потом всех убили, но я видел это. А теперь ты сдохнешь, как падаль, ведь ты и есть падаль.

Просить помочь бесполезно, бандит понимал это, а потому молчал, не видя выхода.

- Одевайся, - мальчишка повернулся к женщине, - я тебя потом провожу.

Потом он повернулся к бандиту, перехватил нож и вскрыл ему живот. Бандит взвизгнул, как свинья, но пацан не проявил никаких эмоций. Просто хотел, чтобы тот прочувствовал положение жертвы до конца. Мучился мерзавец недолго и вскоре затих от болевого шока и потери крови.

- А меня не убьёшь? – испуганно спросила женщина, натягивая свои вещи.

- Ты ничего плохого не сделала, - пацан вытер нож об одежду бандита, постоял, раздумывая о чём-то, но мотнул головой и отошёл.

- Я соберу их оружие? – спросила женщина.

- Делай что хочешь, мне всё равно.

- А тебе ничего не нужно?

- Нет, нож у меня хороший, а больше ничего и не надо.

Разговор не получался, и женщина собрала оружие и консервы, даже фляжки с водой и самогоном, это Зона, тут всё имеет свою цену.

- Я готова, - отчиталась она, и пацан повёл её на Кордон.

- Ты только говори, куда идти, а аномалии я вижу, - пояснил он.

- Вот гады! - женщина вдруг расплакалась. – Что я им сделала?

- Ничего, они такие от природы, но теперь всё, - пацан не особо расположен говорить, он сейчас в своих мыслях, а утешать просто разучился.

- Они и тебе плохо сделали, - женщина расчувствовалась и обняла мальчишку, - а ты совсем холодный.

- Живой труп, так нас называют, или мертвяк.

- Бедненький, - женщина гладила по голове, обнимала пацана, о своей беде она уже и забыла.

- Нормально, зато ничего не надо, мясо всегда рядом бегает.

- А что случилось, почему ты стал таким?

- Умер в Зоне.

- Погоди, ты же живой, ходишь и говоришь, - не поняла та.

- Умер, я труп, но почему-то живой, бывает тут такое, я уже встречал.

- А в Зону чего понесло, тут детям не место? – никак на успокаивалась женщина.

- Сбежал из детдома, - парень посмотрел на неё, как бы говоря – «ты же не отвяжешься».

- Поесть бы… - задумчиво произнёс он, - постой.

Пацан сорвался с места, потом прыгнул, как снорк и ловко поймал крысу. Полоснув ножом, он припал к ране, выпивая свежую кровь. Потом съел и мясо отрезая куски своим ножом.

- Теперь слушай, раз так интересно, - еда подействовала на него положительно, и парень начал свой рассказ.

После смерти родителей он попал в детдом со всеми его жёсткими правилами. Только мало того, что дети сами похожи на диких зверьков. Так ещё и учитель физкультуры воспылал желанием к мальчикам. Когда очередь дошла до него, пацан просто выхватил нож, который стащил на кухне.

- Убить человека оказалось проще, чем я думал, а потом мне пришлось бежать. Вот так я и оказался здесь, голодал, но это не самое страшное, крысы есть и ладно. Однажды небо стало красным, а потом разразилась буря и я потерял сознание. Очнулся уже таким, ничего не помню, но есть всё равно хочется. Только силы во мне оказалось много, и я поймал крысу, так и съел сырой, а потом оказалось, что я и могу только сырое есть. Ещё аномалии стал видеть и не мёрзну совсем, сколько я так жил тут, я и не помню, да и зачем мне время.

Мальчишка мотнул головой, как бы сбрасывая неприятные воспоминания.

- А сегодня увидел, что они с тобой делают и всё вспомнил. Нож у меня теперь хороший, нашёл в Зоне, вот и решил отомстить за родителей заодно и тебя спас. Ладно, пошли, у тебя своя жизнь, а у меня своя.

Дальше пацан шёл молча, но, когда появились слепые собаки, он кинулся в битву. Неожиданно в пацане оказалось столько силы, что он легко опрокидывал псов и поражал прямо в сердце. Женщина тоже отстреливалась, стараясь не попасть в мальчишку, а в итоге отбились вполне.

- Не шуми, а то набегут остальные, я уже заметил, они на выстрелы бегут, значит мясо будет.

Мальчишка не первый день в Зоне, опыта набрался, это прошлое мертвяки забывают начисто, а так они вполне разумные. С таким идти легко, пацан видит все аномалии, да и с мутантами помогает так, что ему никакого автомата и не нужно. Так и добрались до Кордона, где женщина ушла к Сидоровичу, а пацан развернулся, как только показался Кордон и ушёл, молча, в Зону.

В следующий раз они увиделись примерно через месяц. Женщина снова осторожно пробиралась мимо Свалки, стараясь не попасться на глаза бандитам. Вдруг она услышала стон за кучей мусора и осторожно выглянула. Бандит умирал, пытаясь удержать кишки руками. Рядом лежали трупы других бандитов, а рядом с ними и мёртвый мальчишка. Он получил заряд картечи прямо в грудь, но смотрел на женщину ясным взглядом.

- Ты не умер? – удивилась та.

С такими ранами человек не выживает, но мертвяк и так уже мёртвый, он молчал, но смотрел вполне осмысленно, да и нож сжимал крепкой рукой.

- Успели гады? – вопрос очевидный, а в ответ парень сомкнул веки, подтверждая сказанное.

Повинуясь материнскому инстинкту, женщина подхватила мальчишку на руки и понесла в сторону Кордона. Мальчишка сжал ей руку и помотал головой, не стоит его нести к людям. Тут он прав, не любят сталкеры мертвяков, могут и убить. Она долго смотрела по сторонам, пытаясь понять, куда же девать парня. Наконец, вдалеке она разглядела бугорок, старая будка на линии давно не работавшего газопровода, вот туда и отнесла парня.

- Тебе лекарства нужны и перевязать.

Но пацан снова покачал головой, отрицая такую заботу.

- Может, покормить тебя? – женщина не знает, чем помочь мальчишке.

Снова отрицательный жест головой. Ничего не надо, мертвяки и так не умрут, они уже мёртвые. Мальчишка улыбнулся криво улыбкой и махнул рукой, мол, ступай, больше ничего не нужно. Женщина ещё посидела и ушла, погладив мальчишку по голове. Надо как-то узнать, что нужно мертвякам для выздоровления, только у кого. Так и ходила каждый день, сидела и гладила мальчишку, вкладывая всю свою любовь.

Через неделю пацан даже говорить смог, попросив поесть, а через две недели выздоровел и исчез. Расстроенная женщина озиралась по сторонам, пытаясь понять, куда мог пойти мёртвый мальчик. Вся Зона его дом, никто не знает, куда он мог уйти. Она чуть не расплакалась, но самое главное, что мальчик живой, хотя в отношении мертвяка это звучит странно. Однако, пора и артефакты поискать, и женщина занялась сталкерской «работой».

В следующую ходку она снова заглянула в это «помещение». На полу лежала «вспышка», хороший артефакт, который дорого стоит у барыги. Так и стала она находить тут разные артефакты. А потом произошло то, чего опасаются все сталкеры. Выброс застал её в дороге, и она бежала, стараясь успеть, к заветному холмику. Не добежала совсем немного, как шарахнуло по мозгам так, что она потеряла сознание, а очнулась уже внутри.

- Всё хорошо, мама, ты не умерла, я успел, немного будет голова болеть, но это пройдёт. – Мальчик улыбался, поглощая крысу.

Женщина пыталась что-то вспомнить, но это давалось с трудом, а мальчишка достал шоколадку из её рюкзака и протянул ей. Шоколад стал странным на вкус, но она смогла его съесть. Потом осматривала себя, вроде не серая, но почему же она ничего не помнит?

- Ты не мёртвая, - пацан снова улыбался, - просто выброс ударил по мозгам, и ты забыла почти всё. Отдохни, всё вспомнится, ты в Зоне, ты сталкер, а ещё, ты моя мама, я тебя не брошу и всегда буду рядом, а это будет нашим домом.

*****

Женщина появилась на Кордоне и сразу к Сидоровичу, сдала хорошие артефакты, набрала еды и патронов и ушла обратно, несмотря на позднее время.

- Куда ты на ночь глядя? – окликнул какой-то сталкер.

- Домой, сын ждёт, - улыбнулась женщина.

Она не помнит, как её зовут, не помнит многое из прежней жизни, но она и не мертвяк, просто выброс отбил память, оставив только самое важное. А что может быть важнее сына, пусть и мёртвого, зато живого и любимого.

Глава 20 Блаженная

- Поздорову, бродяги, - Старый пришёл на Кордон и подсел к костру.

- И тебе не хворать, ты кто будешь, что-то не припомню я тебя? – Сталкер Гид с прищуром рассматривал новичка.

- Ну ты даёшь, Экскурсовод, старого знакомого не признал, - Старый и забыл, что ещё утром выглядел лет на двадцать пять старше. – Старый я, ещё утром был таким, вот помолодел.

- Вляпался в «Петлю времени»? – так мужик вроде и знакомый, но таким его ещё не видели.

- Ну да, можно и так сказать вляпался, но не зря, - улыбнулся Старый, - теперь вот решил отмычек обучать, раз я помолодел.

Сталкеры приложились к фляге, так и разговор веселее и «выводить нуклиды» в Зоне вроде как необходимо.

- Рассказал бы чего, ты столько историй знаешь, - намекнул кто-то из сталкеров.

- Историй? – Старый задумался, как бы не проговориться о Вороне и её «работе». – Вон, Экскурсовод пусть расскажет, у него этих случаев много всяких. Расскажи, как Блаженную встретил.

- Ух, нашёл о чём послушать, я тогда чуть не обделался. Блаженную же до того никто не видел в Зоне, откуда она взялась, никто так и не понял, а сама не рассказывает. – Хлебнув ещё «для голоса», Гид начал свой рассказ.

Вёл он очередных гостей по Зоне, хватает ещё чудаков, которым хочется нервы пощекотать. Вроде забот с ними, как с детьми малыми, но деньги платят хорошие, вот и водил сталкер желающих. Иногда и яйцеголовых, если тем надо куда-то дойти, но больше зевак. Группа попалась беспокойная, им бы пострелять, да пошуметь, а сталкеру их живыми привести надо. Нервы на пределе, а тут химера навстречу, хромает, но она и хромая убьёт и не поморщится.

- Куда ушла? – за химерой вышла молодая женщина, замотанная, как крестьянка с полотен дореволюционных художников. – Ой, а тут люди! – дамочка обвела взглядом всю компанию. – У вас плоскогубцы есть?

Сталкер с группой туристов смотрят настороженно, приготовили оружие, но стрелять не стали пока. Это они правильно сделали, поскольку раненая химера уже и хромать забудет, нападёт обязательно.

- Чего языки проглотили, - дамочка смотрит, как на глупеньких, - есть плоскогубцы?

- У меня LETERMAN, - подал голос один из туристов, - там и плоскогубцы есть.

- Давай сюда, - женщина протянула руку, - а ты стой, сейчас вытащим, - это уже химере.

Турист с опаской подошёл к женщине и протянул универсальный набор, разложив его плоскогубцами наружу.

- Ты лучше сядь или вообще, ложись, мне лапа твоя нужна, - скомандовала она химере, и та уселась, выставив переднюю лапу вперёд.

Женщина занялась извлечением чего-то из лапы и вскоре химера взвыла, но сразу успокоилась.

- Вот, - протянула женщина кусок ржавой проволоки, - не шляйся, где попало, не будешь и дрянь всякую в лапы цеплять.

Химера лизнула женщину и убежала в заросли. Сталкер с туристами еле оттаяли.

- Ты кто такая? – удивлённо уставился он на женщину.

- Человек, а имя тебе ничего не скажет, - дамочка протянула набор, но турист отказался.

- Оставь себе, тебе нужнее, да и где ты тут такое достанешь, - махнул он рукой.

- Благодарствую, - поклонилась женщина и ушла в лес.

- Блаженная! – вырвалось у сталкера.

Вот с той поры и назвали её так, только попадалась она на глаза нечасто, где жила и что ела, этого никто не знал. Иногда Блаженная появлялась на Кордоне, но ни оружия, ни тушёнки не брала. Артефакты порой таскала, хотя почти не тратила денег. Сплошная загадка, а загадок в Зоне не любили. А так Блаженная порой мелькала в Зоне, помогая мутантам, да и людям, если те ранены, или заблудились. Приводила отмычек, оставшихся без ведущих, раненых тащила на себе, но этих чаще таскала к Болотному Доктору.

- Второй раз я увидел её, когда меня здорово искусали собаки, - продолжил сталкер.

Блаженная вышла из-за деревьев и сходу к сталкеру. Раздела, перевязала, одела обратно, заставила поесть.

- Лежи, отдыхай, потом пойдём помаленьку.

- А мутанты не сожрут? – сталкер волновался не зря.

- Чудно вы зверушек называете, - усмехнулась женщина, - не стрелял бы в собачек, они и не покусали бы.

- Ага, сожрали бы живьём.

- А ты не бойся, они и кусать не будут, они же на страх кидаются, кто боится, тот и жертва.

- Да как же не бояться, если они страшные такие.

- Сам-то красавец! – рассмеялась Блаженная.

- А ты красивая, - ляпнул неожиданно сталкер.

- Скажешь тоже, обыкновенная, таких на Руси много.

- Ты светлая, у тебя как будто солнышко изнутри светит.

- Это вы одичали тут, а так у всех солнышко, кто душою чист, - улыбнулась Блаженная.

Задумался Экскурсовод, тогда его ещё звали так, потом для краткости Гидом прозвали. Это что же, если не бояться вовсе, то и мутанты кидаться не будут? Эх, как бы ещё не бояться их вовсе, если уже под кожу въелось чувство опасности. А Блаженная сидела и ни один мутант не подошёл к ним, хотя стороной пробегали собаки, но сюда не шли. Отлежался сталкер и пошли они к Бару, опираясь на женщину. Так и довела, а там уже подхватили другие, а Блаженная ушла.

- Вот такие чудеса в Зоне бывают, - сталкер открутил крышку у фляги и глотнул самогона.

- Дела, нам бы так, - вздохнул кто-то из бродяг.

Поговорили ещё, хлебнув по паре глотков и уже спать собирались, как у Сидоровича появилась посетительница. Достала из корзинки «снежинку» прямо руками и положила на стойку. Сидорович даже отшатнулся, но схватив контейнер, закатил туда крышкой дорогой артефакт.

- Брать что будешь, или снова все деньги туда переслать?

- Сапоги есть какие, совсем сносила, - стеснительно произнесла Блаженная.

- Снимай, посмотрим, - у Сидоровича много чего валяется на складе, но обувь лучше по образцу искать.

Нашёл он хромовые сапоги из прошлой милицейской жизни. Когда весь райотдел эвакуировали, Сидорович решил вернуться, когда понял, что в Зоне появилась возможность делать хорошие деньги. Ещё сталкеров можно было пересчитать по пальцам, да и какие там сталкеры. Ходили с палками, вроде удочек, проверяли аномалии. Сколько тогда схватили смертельную дозу радиации, этого не сосчитать. А Сидорович поднял все старые связи, наладил поставки оружия из конфискованного коллегами, а потом и с вояками наладил контакты, когда хорошие артефакты появились.

- Ты уж извини, но они «фонят» немного.

- Мне без разницы, ты же знаешь, - Блаженная сменила обувь, ловко навернув свежие портянки.

- Совсем не берёт радиация? – Сидорович знал это, но Блаженная не обладала способностями Дрыща, тут что-то другое.

- Совсем, она мимо пролетает, не задерживаясь, - усмехнулась Блаженная. – Остальное переводи.

Она повернулась и ушла, а Сидорович перевёл деньги на счёт и собрался спать.

- Поздорову, Блаженная, - сталкеры ещё не заснули и приветствовали непонятную обитательницу Зоны.

- Доброго здоровья, - слегка поклонилась та, - чудно вы здороваетесь.

- У сталкеров так принято, а ты тоже артефакты носишь барыге?

- Чудно у вас, названия чудные, вы же русские люди.

- Да мы тут разные и татары, и негры, и американцы, всех хватает, вот так и назвались.

- Негра видела издалека, девушку, - кивнула Блаженная, - чёрненькая совсем.

- Девушку? – удивились бродяги, - мы за Абаму говорили, есть такой сталкер, дитя олимпиады.

- Девушка, красивая и смелая, без оружия и такая свободная, идёт, как будто дома, ничего не боится, - Блаженной явно нравилась такая.

- Это Шоколадка, я встречал в Баре, - подтвердил Старый, - да она и сюда парней порой приводит, больше по ночам.

- А ты и не купила ничего у барыги?

- Сапоги поменяла, те совсем сносились, - Блаженная поднялась, - пора мне, а вы спите, тут чисто вокруг.

Она повернулась и пошла, поговорили и ладно, а остальное ей без надобности. Спасла Зона от смерти вовремя, а точнее оставила между жизнью и смертью, ни живая, ни мертвяк. Время остановилось и есть совсем не надо, а вот детишкам помочь, которые болеют, это святое.

Глава 21 Глазастая

- Чёртовы собаки! – сталкер сменил уже второй рожок, а псы только прибывали.

Две отмычки не в счёт, у них даже обрезов нет, а говорили старые бродяги, что надо вооружать и отмычек. Пожалел Рысь денег, да и не было их особо, а так не отбиться. Хорошо, что отмычки не дают псам сзади зайти, но патроны скоро кончатся и что тогда? Как сейчас захотелось оказаться в крепком доме или хоть в сарае, но даже высматривать некогда.

- Там дом какой-то, - подала голос девушка, глазастая отмычка.

- Тогда приготовьтесь, сейчас рванём туда, - улучив момент, сталкер сорвал кольцо с гранаты и кинул в собак, - Ноги!

Летели они, как ветер, впереди отмычка, заметившая домик, за ней парень, а Рысь уже прикрывал отход, более походивший на бегство. Дверь оказалась просто подпёрта лопатой, и они влетели внутрь, прихватив и лопату, которую просунули под ручку. Потом разглядели и крючок, которым дверь запиралась изнутри. Хозяйственный мужик жил в доме, даже ставни закрыл перед эвакуацией.

Домишко хоть и маленький, но кирпичный, крепкий, а собаки уже тут как тут, грызут ставни, пытаясь добраться до человеческого мяса. Долго ли они продержатся, ведь в Зоне всё давно превратилось в прах.

- Поищите, чем можно обороняться, когда патроны кончатся, надежда только на холодное оружие, - Рысь прекрасно понимал перспективы.

Ухват у печки за оружие никак не шёл, лопата для хлеба тоже, с трудом нашли топор, с разболтанной ручкой, чему обрадовались несказанно. В доме стол дощатый, буфет и сундук, да лавки у стола, вот и вся мебель. В сундуке старый патронташ поверх барахла, но стрелять не из чего. Зато у самой двери глазастая отмычка заметила странный нож. Большое тяжёлое лезвие которого было загнуто в трубу, что и заменяло рукоятку.

- Косарь, - парнишка сразу определил, что это за нож, - ещё называли «бабий топор». В старину такие и вместо копья использовали, насадят на древко и на войну.

- Откуда узнал? – Рысь даже головы не повернул, пристально вглядываясь в «сердечки» на ставнях, контролируя собак. – В итоге они до нас доберутся, но возьмите по окну и отбивайтесь сколько можно, внутрь пускать нельзя. Я пока рожки набью, если останемся живы, благодарите Зону.

- Я старинные вещи собирал, встречал такое, - парень крутил топор в поисках того, чем укрепить его.

Отмычки откололи от лавки кусок дерева, чтобы укрепить топор, а косарь девушка сразу насадила на древко ухвата, которое внутри дома не сгнило от непогоды и времени. Став к окошкам, отмычки наблюдали, как псы грызут ставни, постепенно расширяя дыры в них. Вот одна собака посчитала, что места достаточно и сунулась внутрь, разбив мордой стекло. Тут же она получила топором по морде и отпрянула. Её товарищи от запаха крови потеряли рассудок и загрызли бедную, сожрав в пару минут.

С новыми силами они принялись грызть ставни, а вскоре в них могли пролезть уже и псы побольше. Отмычки отчаянно сопротивлялись, картина поедания бедной псины подействовала на них, и разделять её судьбу не хотелось вовсе. Если псы пытались залезть вдвоём, Рысь стрелял одиночными. Пока держались, а что будет потом, знает только Зона. Руки дрожали и хотелось упасть и заснуть, но это означало верную смерть, а потому подбадривали друг друга и держались.

Под окнами уже выросли кучи собачьих трупов, по которым лезли всё новые псины, не желавшие отказываться от сталкерского мяса. И вдруг все псы, снялись, как по команде и убрались куда-то.

- Выброс! – Рысь только сейчас глянул на рассылку, а она давно обещала внеочередной выброс. Вот тут нам и писец, - обречённо вздохнул сталкер, - погреба нет.

- А под сундуком? – девушка с надеждой посмотрела на остальных.

Мужчины сдвинули тяжеленный сундук и точно, под ним оказался небольшой люк. Ещё раз осмотрев окрестности и убедившись, что собаки ушли, а заодно взглянув на краснеющее небо, все полезли вниз. Погреб не то, что маленький, а крошечный, втроём еле разместились, зато и выброс уже не страшен. Сидели плечо к плечу, освещая пространство светом экрана наладонника. А когда выброс кончился, Рысь приоткрыл люк.

Огромный пёс стоял над люком и принюхивался к запаху людей. Не успел Рысь захлопнуть крышку, как пёс вцепился в неё зубами и буквально вырвал из рук сталкера. Но попытка напасть наткнулась на лезвие импровизированного копья, которое девушка ловко выставила навстречу мутанту. Стрелять было неудобно из-за тесноты, а пока Рысь разворачивал автомат, девушка держала напор мутанта. Честно сказать, парень тоже вцепился в древко и помогал сдерживать псину.

- А ты молодец, сообразила, - похвалил сталкер, когда уже застрелил собаку. – Выбираемся и смотрим по сторонам.

- А банки тут оставим? – спросила девушка с наивным выражением лица.

- Какие банки? - не сразу понял сталкер.

- Разные, варенье, соленье, сало в баллонах, - глазастая успела рассмотреть, пока они сидели в погребе.

Рысь заглянул в погреб, оценил запасы, а потом достал по банке варенья и баллон с салом.

- Соленья опасно жрать, что с ними могло произойти за это время, неизвестно. – решил он, - остальное оставим для других, вдруг кому ещё поможет.

Сало поделили и замотали в запасные портянки, полежит в рюкзаке, а варенье, так и донесли до Бара. Топор оставили на будущее в домике, а вот своё самодельное копьё девушка категорически отказалась оставлять. Оно не раз ещё выручило по пути к Бару, хотя после выброса мутант вялый, с трудом приходит в себя. В итоге так и пришли в Бар, набрав неплохих артефактов.

- Выбирайте, оружие или снаряга, - Рысь теперь не стал экономить, всё-таки вместе пережили основательную передрягу.

Парень взял себе АКСУ, посчитав это важнее снаряги, а вот девушка не стала покупать огнестрел, Взяв хорошие ботинки и простенький комбинезон. С её спортивным костюмчиком это было разумно.

- Ты хоть обрез возьми, от крыс отбиваться чем будешь? – Рысь выделил денег и на простенький обрез с десятком патронов.

- Благодарю, - девушка смутилась, но обрез взяла, - надо будет вернуться туда, патронташ хороший там в сундуке.

- Ну глазастая, всё запомнила! – улыбнулся Рысь. – как-нибудь сходим снова туда.

Так к ней прикипела эта кличка. Глазастая запоминала каждую аномалию, да многие и различала по косвенным признакам. То место, опалённое от «жарки», а то кости или перья валяются. «Трамплин» видно, если присмотреться, а уж «электру» только полный разгильдяй не заметит. Так и стали ходить вместе, но после пары ходок парня отпустили с другим сталкером, втроём хабар трудно делить.

Глазастая не расставалась со своим копьём, только кузнец наточил его хорошенько, да показал рощу, где древесина мутировала и стала прочной. Обрез она пристроила, чтобы не мешался, а с патронташем и вовсе получилось удобно. Только они снова едва не погибли возле того домика, уж по какой причине, неизвестно, да только собаки облюбовали его и попадались частенько большими стаями.

А так домик хороший и удобный, побывав там в спокойной обстановке, они разглядели и сарайчик, и поленницу дров, так что оставались порой ночевать, повесив растяжки на окна. Тут их и подкараулил кровосос. Стоило Рыси выйти из дома, как сверху на него прыгнул мутант. От верной смерти его спасла Глазастая, рубанув своим копьём по спине мутанта, а после и насадив его на острое лезвие.

- Я тебе должен, - Рысь с трудом вылез из-под трупа мутанта. – Не спасла регенерация от твоего копья.

- Можешь вскрыть, там сердце пополам.

- А ты откуда знаешь?

- Врач недоучка, у меня по анатомии пятёрка твёрдая, - Глазастая как-то сникла после этих слов.

- Жалеешь? – сразу понял Рысь.

- Проехали, - тряхнула волосами Глазастая, давая понять, что разговора не будет. – Ты лучше расскажи, какая у них регенерация.

- Сумасшедшая, стрелять смысл только в голову, по телу зарастает на глазах.

- То есть, если бы я промазала, он бы выжил?

- Да я и сейчас не уверен, что он не встанет, лучше ему голову отрубить, - совершенно серьёзно сообщил Рысь.

Два раза говорить Глазастой не надо, она сначала взмахнула своим оружием, а потом посмотрела на сталкера, правильно ли она сделала.

- Вот и прекрасно, кстати, мешок есть?

- Зачем?

- Голова кровососа стоит приличных денег, - тут Рысь не шутил.

Пакет нашёлся у него, так что тащить голову пришлось именно Рыси. Дорога к Бару знакомая, но по пути Рысь застыл, едва успев бросить автомат на землю. В ушах противно запищало, и он изо всех сил старался думать о воде, представив море и волны. Кончилось всё внезапно, когда Глазастая зарубила контролёра.

- Ты снова меня спасла, - Рысь шатался и плохо соображал, но это быстро прошло, стоило съесть батончик.

- Это что за гадость? – Глазастая разглядывала большеголового мутанта.

- Контролёр, псионик, который может заставить делать что угодно или и вовсе сжечь мозги.

- И много тут такого?

- Хватает, но местами, а так они больше подземелья любят, Агропром, или под АЭС. Погоди, а тебя что, не берёт?

- Как тебе сказать... – Глазастая задумалась, - есть простой тренинг, чтобы уменьшить воздействие, да я и от природы не особо восприимчивая.

Приятную беседу прервало появление псевдопсов, всего пятеро, но это же псевдопсы.

- Лучше стреляй, вон какие огромные, - Рысь дело говорил.

Но стрелять Глазастой не пришлось. Рысь выстрелил в одного, а в бок другого воткнулась стрела. Псевдопсы стали оглядываться, выбирая первоочередную цель. И тут сбоку вышли трое с мечами. Битва получилась яркая, псевдопёс, кинувшийся на обладателя двуручного меча, просто наткнулся на меч и упал с протяжным воем.

- Точно в сердце! – Глазастая влёт определила рану.

А дальше и ей пришлось удивиться, когда сталкер прижал меч и воздух попал под него. Смерть быстрая и неотвратимая. А когда мутант кинулся на неё, Глазастая повторила трюк с искусственным пневмотораксом. Эффект не заставил себя ждать, широкое лезвие только усилило эффект.

- Век живи, век учись, - усмехнулась Глазастая.

Но вот битва кончилась и две группы сталкеров наконец-то посмотрели друг на друга.

- Вы откуда такие? – Глазастая с удивлением смотрела на этих бродяг, как на чудо.

- Из Королевства, а ты тоже решила ходить с холодным оружием? – ответил крупный мужчина, насадивший псевдопса на меч.

- Королевство? – Глазастая удивлённо посмотрела на Рысь, про такое он ей не рассказывал.

- Есть такой клан, ну как клан, живут в замке, огнестрел не признают, да что расскажешь, когда никто ничего не знает, - Рысь и руками развёл.

- А вы заходите, мы рады гостям, - улыбнулся Сэр Арчибальд.

С тем и разошлись, мужчины пошли своей дорогой, а Рысь с Глазастой в Бар. Голову кровососа Бармен взял дорого, только сначала долго общался по интернету, а потом озвучил цифру, как за хороший артефакт. Артефакты тоже принял и довольно прилично. Вот теперь Глазастая приоделась в хороший комбинезон с защитой от пуль и радиации. А утром они ушли далеко, решив дойти до Припяти.

- Держи обрез! – Глазастая сунула Рыси обрез и патронташ скинула.

Лавина крыс не обещала ничего хорошего, а переводить автоматные патроны на них жалко.

- Давай вон туда! – Глазастая рассмотрела какие-то развалины.

Оказалось, очень неплохое место, даже со стенами по пояс, за ними можно и укрыться. Несколько выстрелов по особо наглым крысам, и они внутри. А там Глазастая взяла на себя остатки дверного проёма, а Рысь уже бил по тем, кто собирался поживиться свежим мясом, прыгая на стену.

- Вон у них за начальника! – улучив мгновение, Глазастая показала на крысиного волка, управлявшего этой толпой.

Далековато, но это для обрезов, а из автомата вполне. Лихо отстреляв несколько патронов, Рысь взялся за автомат. Пуля пробила тело мутанта и крысы утратили прежний напор. Они так и текли куда-то рекой, но теперь их не интересовали сталкеры, хотя ближайшие и кидались, но теперь хоть на стены не лезли. Рысь футболил ботинками, Глазастая била своим оружием, а в итоге они дождались, пока поток грызунов закончился.

- Что это было? – Глазастая с таким первый раз встречается.

- Крысиный Гон, не так опасно, как настоящий, но сожрать заживо могут и они.

- Патроны хоть остались?

- В патронташе пяток всего, - Рысь осмотрелся после боя.

Глазастая сняла рюкзак и набила патронташ, повесив его на себя. Хорошая штука с ремешком через шею, он не сползает вниз и не мешается в битве.

- Надо и тебе хоть палку какую-то, - заметила она напарнику.

- Ага, и обрез, и патронташ, и тележку, чтобы таскать всё это, - рассмеялся Рысь. – На все случаи жизни не напасёшься.

- А эти, из Королевства, ходят налегке, - мечтательно вздохнула Глазастая.

Уже собрались продолжить путь, но тут появилась молодая женщина с копьём.

- Вы не стреляйте, я крысок наберу, друзей надо покормить, - заметила она и занялась нанизыванием крыс связками.

Видно не первый раз этим занимается, так ловко у неё получается.

- А ты тоже из Королевства? – поинтересовалась Глазастая.

- Нет, я сама по себе, всё никак не соберусь к ним в гости. – улыбнулась женщина, - Мы в Припяти живём, там и друзья наши.

- А ты дорогу покажешь?

- Конечно, я и аномалии вижу, со мной не пропадёте, только в Припяти не стреляйте, иначе погибнете, - женщина строго взглянула на сталкеров.

- А как же мутанты?

- Со мной не страшно, если только снорки, но их много сразу не бывает.

Тут она не врала, ни один мутант не приблизился к ним, обходя стороной. Так и дошли до Припяти, подняв и довольно приличные артефакты,

- Ничего не понимаю, - Рысь удивлённо смотрит на незнакомку. – Ты кто такая?

- Седая, кличка от Зоны, - озорно подмигнула женщина. – кстати, вон видишь палку с ножом? Бери себе, в Припяти не стреляют совсем.

Возле старого Москвича стояли пара самодельных копий с примотанными к палкам ножами. Этим оружием кто-то регулярно пользуется, что видно по гладкому древку и крови на лезвиях.

- Отмыть бы, но пока не до того, - объяснила Седая, - тут столько всего навалилось сразу.

Снорки выскочили из-за здания, но Седая лихо воткнула копьё в первого и полоснула по шее ножом. Второго прикончила Глазастая, а третий доставил проблем Рыси. Хорошо, что хватило ума не хвататься за автомат, а девчата помогли добить мутанта.

- Плоть не обижайте, - предупредила Седая, - это Бирюка подруга. Вы чего в Припять-то собрались?

- Как все сталкеры, за артефактами, - Рысь думал, что это очень серьёзно, но Седая не впечатлилась.

- Хабар, Бар, товар … - скривила она, - скучно так жить. Да нет, я тоже собираю, что-то купить у Сидоровича порой надо. Но Зона намного интереснее, для меня это дом родной.

Вот такие люди живут в Зоне, для них и хабар не интересен, интересна сама Зона.

- Контейнеры остались? – вдруг перевела разговор Седая.

- У меня ещё есть пустой, - отозвалась Глазастая.

- Вон «вспышка», но не подходи, там не взять руками.

Седая пристально всмотрелась в аномалии, окружавшие артефакт, а потом подняла руки и артефакт вздрогнул и осторожно покатился в их сторону, огибая аномалии.

- Всё, клади в контейнер, - Седая улыбнулась, как маленькая девчонка.

- А ты телекинетик? – удивился Рысь.

- Самую малость, но это за хорошее поведение бонус от Зоны, а ещё я вам должна, крыс вы набили.

Они дошли до пятиэтажек и из одной вышла серая девушка, обнялась с Седой и помогла разгрузиться от связок крыс.

- Всем работа будет, а это новые друзья? – спросила она.

- Да, это они набили крыс, я всех и не взяла, там много осталось. Помогайте, надо шкурки с них снять, сейчас все подойдут. – Седая пригласила Рысь и Глазастую и сама устроилась снимать шкурки.

Ловко это у них получается, у местных жителей. Пару надрезов и шкурка легко снималась. Бирюк тоже подошёл и принял участие, за ним и женщина и мёртвый мальчишка. Все жители пятиэтажки работали, пока всех крыс не освободили от их шкурок.

- Теперь жарить и коптить, - Бирюк сходил за дровами и развёл огонь.

- Оставайтесь до утра, сейчас и супчик сварится, - Седая добродушная, да и остальные жители Припяти тоже доброжелательные.

Хотя так они весьма настороженные, но друзья Седой не могут быть плохими людьми, это она нюхом чует, причём, буквально. Пришлось задержаться, а в итоге остались до утра. Все свободные плоскости заняли крысиные шкурки, Бирюк ловко растягивал их. Только куда им столько шкурок? Но Глазастая уже разглядела одежду из шкурок, жилеты, пояса, даже носки у некоторых были сшиты из шкурок крыс. А что, тепло и удобно, тут барыги нет и купить негде.

- Я на ночь домой, - объявила Седая, - а вы ночуйте тут, в этом доме мутантов не бывает, только плоть, но она подруга Бирюка. Отдохните, а завтра сходим в Королевство.

Утром Седая заявилась со сталкером, вооружённым довольно приличным самодельным копьём

- Кумовья посидят с малышом, а мы к вечеру вернёмся, - завила она и повела всю компанию по Зоне.

Как только свернули в Тёмную Долину, Рысь забеспокоился, но Седая шла, как будто ничего не происходило. Мутанты так и не приблизились к ним, даже кровосос обошёл стороной, шумно втянув носом воздух. Вот это бонусы «за хорошее поведение» у местных жителей! И вот показался «замок». Теперь это и впрямь было похоже на замок. Высокие стены с башнями напоминали старинные замки в миниатюре.

- Эгей! Королевство! Гостей принимаете? – громко крикнула Седая.

На башне появился широкоплечий Сэр Арчибальд и внимательно осмотрел гостей.

- Долго ты к нам собиралась, - попенял он Седой.

- Так у меня же малыш, вот как бросила кормить, так и пришла, а вы не рады?

- Рады, очень, - ворота со скрипом стали опускаться, образовав пандус, по которому гости прошли внутрь. – К Королеве обращайтесь «Ваше Величество», а так у нас всё просто.

Королева сидела на роскошном троне, хоть и выложенном из кирпича, но выложенном искусным мастером и с точёными поручнями и спинкой. Подушки из крысиных шкурок делали трон мягким и удобным, а накидка, тоже из крысиных шкурок, смотрелась на Королеве потрясающе.

- Ваше Величество, - обратился Сэр Арчибальд, - к нам пожаловали гости.

- Приветствую вас, подойдите! – Несмотря на безумие, Королева прекрасно справлялась со своей ролью, а большой живот делал её просто неотразимой.

Гости приветствовали Королеву, а потом в замке устроили «пир» из тушёнки, вина и чая с шоколадками. Беседы из светских постепенно перетекли в простые задушевные и время текло довольно быстро. Как только стемнело, Седая с мужем удалились, невежливо оставлять ребёнка на кумовьёв больше одного дня. А вот Глазастая с Рысью согласились заночевать. В замке тепло и уютно, так располагает к приятной беседе и расслабляет. Королева на ночь поднялась в свои покои, а гости улеглись у очага, раскатав «пенки».

Крик женщины разбудил весь замок, у Королевы начались схватки. Отправив мужчин греть воду, женщины собрались у ложа Королевы. Рожала она не первый раз, так что всё произошло естественным путём, хотя помощь Глазастой оказалась не лишней. Мужчины суетились внизу, лишь изредка спрашивая, как дела, а девочка родилась ближе к утру. Королева отдыхала в окружении фрейлин, и малышка парила рядом с мамой, замотанная в чистые пелёнки.

- Моя Королева, вот у тебя и принцесса теперь есть, - неожиданно наверху появилась Зона, - Ты самая счастливая на свете.

- Волшебница, как я рада тебе! – Королева ещё шептала слабым голосом, но радовалась безмерно.

Малышка была расцелована Зоной и возвращена маме, а Глазастую Зона отозвала в сторону.

- Ты добрая и хорошо себя вела, а за это заслужила маленький подарок, - Зона поцеловала девушку в лоб и исчезла.

- С тобой всё в порядке? – Рысь смотрел на Глазастую, заметив, что напарница немного не в себе.

- Всё хорошо, даже слишком, - немного отстранённо улыбнулась Глазастая.

С рассветом они двинулись в сторону Бара, а Сэр Арчибальд отправился на Кордон, отец обязан заботиться о дочери, а той кое-что не помешает.

- Ты смотри, какая интересная жизнь в Зоне! – удивлялся Рысь, пока они шли к Бару.

- А? Да, очень интересная, - Глазастая как будто была где-то далеко.

- Ау, ты где сейчас? – Рысь понял, что девушка в своих мыслях.

- Да тут я, просто смотрю, как красиво вокруг.

- Красиво? – удивился Рысь. – Что красивого в Свалке?

- Аномалии вон какие, - девушка явно видит их и ей это нравится.

- Это после Королевства у тебя такое?

- Скорее, после одной Волшебницы, - Глазастая вся такая загадочная.

- Что там у вас наверху произошло? – Рысь чувствует, что что-то не так, но причины не понимает.

- Ничего особенного, просто я хорошо себя вела и за хорошее поведение мне подарили подарок.

- Какой?

Но договорить Глазастая не успела, она схватила Рысь за руку и присела у кучи мусора.

- Тихо, - прошептала она, - там нас ждут, - показала она в сторону засады бандитов.

- Далеко? – некогда выяснять, откуда у неё такая информация.

- Вон за той кучей, - Глазастая показала на кучу мусора, за которой устроились бандиты.

- Тогда обходим их и валим, приготовь обрез, - Рысь уже планировал нападение.

Оставлять бандитов сзади нельзя, могут и погнаться, а вот ликвидировать будет в самый раз. Только бандиты сидели не просто за кучей мусора, они расположились в кузове грузовика.Хорошая защита, такую пробить непросто, а фактор внезапности отпадал напрочь. И тут Глазастая вышла смело вперёд.

- Привет, мальчики, чего попрятались, боитесь чего-то? – смеясь, спросила она.

- Ах, ты сучка, валите её, братва, пока остынет, трахнем. – бандит завёлся.

Но выстрелы из обрезов улетели в сторону, гравитационная аномалия не давала прицельно стрелять. Зато Рысь воспользовался моментом, и став на подножку, открыл огонь по бандитам. Хватило одной очереди и банда полегла вся.

- Ты что творишь, могли же и убить! – строго выговаривал он напарнице.

- Там же аномалия, через неё стрелять бесполезно, - Глазастая только сейчас поняла, как сильно рисковала.

- А если бы её не было?

- Да я же видела, что она есть.

- Погоди, ты видишь аномалии? – Рысь теперь откровенно удивился.

- Вижу, а ещё мысли могу чужие слышать, - смутилась девушка.

- Пипец, попал я, напарница мутант.

- Не мутант, просто Зона сделала подарок.

Помирились они уже в Баре, когда сдали артефакты, бандитский хабар, да и поели хорошенько. Глазастая упорно делала вид, что никаких мыслей она не слышит и ничего не понимает, хотя Рысь в своих фантазиях забрался слишком далеко. Глазастая пропустила эти мысли мимо, но в подсознании отложилось, что именно Рысь думал о ней.

Сложно всё это поддаётся пониманию, в какой момент что происходит между мужчиной и женщиной. Скромные девочки порой тянутся к нескромным мальчикам, а мысли у Рыси стали совсем нескромными. Но продолжения они пока себе не позволили, так и ходили за хабаром, а потом однажды, после выброса, они остались в своём доме, где спасались от собак и тела сами потянулись друг к другу.

*****

- Не лениться! – Сэр Арчибальд командует тренировкой в замке. - Мышечная память должна хорошо отпечататься в голове.

Рысь тоже усердно орудует копьём, которое сделал кузнец. Нет, от автомата он так и не отказался, но Глазастая требовала, а быть слабее своей женщины он не привык. Напарница пока ещё тренируется, хотя живот и начинает мешаться, но до родов ещё далеко. Леди Марго уступила свою башню, её любовь ещё ходит где-то, хотя Сэр Ричард порой так смотрит на неё. Он моложе Марго лет на пять, но это Зона и тут свои правила. А вообще Рысь и Глазастая вечные бродяги, которые возвращаются постоянно в замок, ставший уже довольно тесным для своих обитателей.

Глава 22 Жнец

Кровосос осторожно крался к одинокому сталкеру, обычно его охота удавалась на все сто процентов. Опыт подсказывал кровососу, что надо быть осторожным, сталкеры уже стреляли в него и приятного мало в этом. Кровосос подобрался достаточно близко, уже можно и кинуться, и выпить всё из этого сталкера. Но тут в воздухе мелькнула коса и голова кровососа упала на землю.

- Ты кто? - произнёс сталкер, ещё плохо соображая, что произошло.

- Жнец, - только и сказал незнакомец, а потом повернулся и молча ушёл, неся косу на плече.

Странная фигура в чёрном плаще скрылась среди деревьев, а ошеломлённый сталкер так и стоял возле трупа кровососа, пока здравый смысл не вернулся в его голову. Уже вернувшись в Бар, он рассказал свою историю.

- Повезло тебе, Жнец не всем показывается, - категорически заявил Бармен.

- А кто он такой, Жнец этот? – удивлённо спросил сталкер, - Дух Зоны?

- Легенда, а вот история его долгая и необычная, - начал Бармен.

Сегодня народу немного и водочка под истории идёт веселее. К тому же порой и Бармену хочется потрепаться, живой же человек.

*****

- Ты решил сена заготовить? – знакомый сталкер увидел, как кузнец по кличке Ртуть ковал косу.

- Бродяга попался странный, отнёс я его к Болотному Доктору, вот ему и делаю оружие, - из кузнеца лишнего не вытащить.

А началось всё тогда, когда кузнец шёл домой, выковав очередной нож. Под кустом лежал парень типичной колхозной внешности, в «кирзачах» и ватнике. Этот ватник и спас его, когда псевдопёс, сбил его с ног и попробовал убить. Ножом парень и убил псевдопса, пока он рвал на нём ватник, пытаясь добраться до свежего мяса.

- Рисковый ты, с одним ножом в Зоне, - кузнец уже принёс странного человека к Болотному Доктору.

- Так нет же ничего, да я и не умею стрелять.

- А что ты умеешь? – кузнец смотрел на парня и думал, чем помочь ему

Денег кузнецу давно не нужно особенно, даже ножи делает, чтобы порадовать своих чем-нибудь, да и общения хоть немного. А так жил он в тихом месте и никого там, кроме семьи, не видел.

- Сено умею косить, поросёнка или телёнка забить могу, избу срубить, - рассказывал парень о себе.

- А чего не хватало тогда, топора или косы? – кузнец уже думал, чего сделать парню.

- Да без разницы, косой голову бы снёс, а топором отрубил. – делился парень. - Только какие тут звери, я и не знаю.

- Звери разные, большие и маленькие. Собаки, крысы, тушканчики, которые с зайца размером. А ещё снорки и изломы, да и кровососы есть, кабаны и плоти. Хватает зверья, так что сделаю я тебе и топор, и косу, только боевую. – Кузнец уже решил, и если топор не вызвал вопросов, то косу он решил сделать особенную. Топор он сделал за пару часов, не особо и сложная работа, а вот с косой пришлось повозиться. Сначала кузнец сделал дамасскую сталь, а потом уже и косу выковал, да не простую, а настоящий меч на древке, на обратном конце которого поместил небольшой наконечник. Обоюдоострое лезвие имело развитое ребро жёсткости, хотя в целом вышло довольно лёгким и прочным, даже пятка косы была выполнена в виде лезвия, а крепление к древку намного прочнее обычной литовки.

- Принимай оружие! – кузнец улыбался во всю свою физиономию. – Что неясно будет, спрашивай.

И если топор не вызвал особых вопросов, обыкновенный «бородатый» топор, то коса получилась сплошным вопросом.

- А это зачем? – спрашивал парень, показывая на наконечник на конце древка.

- Это если кто сзади подкрадётся, - пояснял кузнец, не ломай голову, в бою оно само получится.

- А это для чего? – пятка тоже вызвала вопросы.

- А это чтобы лишних замахов не делать, сам поймёшь, я покажу немного.

Кузнец взял косу и показал, да так, что парень и рот открыл. Впрочем, и сам он обращался с косой по-крестьянски уверенно, показав своё умни на траве и на ветках над головой. Когда с мальчишки машешь косой, то всё получается привычно.

- Теперь по уходу: вытирай тряпкой и мой от крови сразу после боя, кровь сильно портит сталь, а остальное как с обычной косой. Лезвие обоюдоострое для усиления возможностей, потом поймёшь в бою, а теперь надо проверить на собаках.

Парень и проверил, у слепых псов отлетали головы и ноги, косил парень очень хорошо.

- Что я тебе должен? – спросил он у кузнеца.

- Две улыбки, а если честно, то не жадничай и людям помогай. Мне просто интересно было новое оружие ковать. Живи в Зоне и не обижай её, она хорошая.

Пожал кузнец руку парню, посмотрел в глаза пристально, да и ушёл к себе домой. А парень в тот же день и кличку получил, за его косу его и прозвали Жнецом. Так и появился в Зоне сталкер Жнец

Отмычкой он своё сразу отходил, потому сразу от Болотного Доктора в новички попал. Преимущество обоюдоострого лезвия он понял быстро, если лезвие втыкалось в плоть, то надавив на древко, оно и извлекалось не тяжело, прорезая широкую рану. Мелкий оселок ему раздобыл Бармен и Жнец постоянно поддерживал косу очень острой.

- Лихо ты с ними, - похвалил напарник в первой же ходке, когда жнец «выкосил» стайку собак.

- С детства кошу, - прокомментировал Жнец.

Топор он носил с собой, но в битвах его не использовал, оценив удобство косы для сражений с мутантами. Снорки лишались рук и голов, уже не представляя опасности. А встреча с кровососом показала и удобство острого наконечника на древке. Когда кровосос схватил его сзади, Жнец ткнул им в лицо кровососа и тот отшатнулся на секунду, что и решило его судьбу. Взмах косы покончил с опасным мутантом. Так и ходил странный сталкер Жнец по Зоне, но однажды всё изменилось. Выстрелы впереди указывали на бой с бандитами, сталкеры схлестнулись видно с мародёрами. Помочь бродягам, дело святое и Жнец поспешил туда. Сталкер с отмычкой отбивались от небольшой банды. Сталкер, уже тяжело раненый, уколол промедол и продолжал отстреливаться, а отмычка перевязывала его раны, иногда стреляя из обреза. Жнец обошёл аккуратно стороной и снёс голову одному из бандитов. За шумом боя его и не заметили. А Жнец продолжал потихоньку подкрадываться и «косить» бандитов. Но вот с бандой покончено и Жнец решил подойти к бродягам.

- Поздорову, бродяги, живые? – издалека спросил он.

- Я живая, а напарник непонятно, - отозвался женский голос.

Всё стало понятно с первого взгляда, не жилец сталкер, видно сильное внутреннее кровотечение. Сталкера уже основательно знобило и артефактов, чтобы ему помочь, не было.

- Иди с ним, - простонал сталкер. - Брат, возьми ПДА, там всё, да брось, отъезжаю я, «душа» спасла бы, но где её взять.

Так и ушёл тихо человек в мир иной. Отмычка ревела в голос, но помочь уже ничем не могла. Успокоившись, она решила похоронить сталкера.

- Не принято это в Зоне, чтобы не поднялся потом зомбаком, - сказал девушке Жнец. – В «жарку» кидают, чтобы и следа не осталось.

Но отмычка настояла, пришлось рыть могилу и тут топор очень пригодился. Сверху натаскали камней, что давало надежду, что покойник не вылезет из могилы при очередном выбросе. Отмычка читала молитву, а Жнец как-то пропустил это мимо ушей, наблюдая за обстановкой.

- Патронов у него много осталось? – спросил Жнец, когда всё закончилось.

- Рожок неполный, да я и стреляю не очень, потому и с обрезом, - отмычка простая душой, да и красотой особой не отличалась.

- Оставь тогда вон на дереве, на могилу не клади, а так может кому пригодится.

Рюкзак сталкера оставили на месте, только пустые контейнеры забрали, нечего им пропадать, зато «Абакан» прикрыли, чтобы дождь не заливал оружие. Только флягу положили на могилу, хлебнув по разочку на помин души. Зато бандитов распотрошили по полной, патроны отмычке, обрезы и «Кедр» в другой рюкзак, да и финки туда же, нечего в Зоне валяться оружию.

- Сдашь Сидоровичу, я отведу тебя на Кордон, - Жнец посмотрел на отмычку, - звать-то тебя как?

- Клавдия, - скромно потупилась отмычка.

- Давно с ним ходишь?

- Первая ходка, учил всему, обещал до хлебных мест довести… не дошли, - вздохнула Клава.

- Тогда пошли на Кордон, сдашь их барахло и для начала хватит. – Жнец поднялся и пошёл. – Так близко не иди, я косой машу широко.

- Странное у тебя оружие, - заметила Клава.

- Каким умею, стреляю я плохо, да и зачем шуметь. – Жнец не любил шум, в тишине слышно лучше, а слух для сталкера не последнее чувство. - Возьми топор, дрова-то рубить доводилось?

- Доводилось и деревья рубить тоже, - Клава без лишних сложностей.

- Вот и руби, если что, - так и дойдём.

Так и дошли, даже артефактов немного подняли, плёвые, а всё же деньги. Сидорович оружие принял и отмычке хватило на дешёвенький комбинезон.

- Вот так и ходи, - улыбнулся Жнец, - обрез есть, патроны тоже. Найдётся правильный бродяга и будешь с ним ходить.

- А ты неправильный? – Клавдия с надеждой посмотрела на Жнеца.

- Вроде того, не стреляю и пить не люблю, разве правильные так поступают? – усмехнулся Жнец.

- А мне нравится, - смутилась Клава, - ты хороший.

- Так со мной стрелять не получится, я этого не люблю, - отговаривался Жнец.

- Не нравится, значит не буду, ты только скажи.

- Ладно, спи, утром посмотрим.

Жнец сидел у костра и изучал ПДА погибшего бродяги. Странные пометки и записи, сделанные понятными только для хозяина, заинтересовали его. Раз уж оставил бродяга наследство, то надо посмотреть, что там находится. Эти мысли и сморили Жнеца, и он заснул, засунув ПДА за пазуху. А утром ушёл Жнец к ближайшему месту, отмеченному на ПДА покойного. Только не прошёл он и километра, как Клава догнала его.

- Ты чего?

- С тобой буду, - решительно заявила она.

- Тогда топор держи и близко не подходи, но иди след в след., - Жнец вручил ей топор.

Так и пошли, а собаки не заставили себя ждать. Стая большая и голодная, впрочем, в Зоне они всегда голодные. Жнец закрутился с косой и мясо с кровью полетело в разные стороны. Клаве тоже довелось топором помахать, отбиваясь от тех, кто решил полакомиться ею. Выкосив больше половины стаи, Жнец добился того, что собаки разбежались.

- Ты целая?

- Целая, но устала, ответила Клавдия, - тяжеловат топор.

- Ну пошли, отойдём, да отдохнём, тут оставаться нельзя, - Жнец прав, на свежее мясо набегут желающие.

Только косу свою обмыл из бутылки и насухо вытер чистой тряпкой. Отошли с километр и устроили привал.

- Тяжеловат для тебя топор? – Жнец посмотрел на Клавдию. – Вот заработаем и поговорим с кузнецом, а пока отдыхай. Ты молодец, не испугалась.

- Не успела, а так боязно теперь, - скромно потупила глазки Клавдия.

- Потом бояться и не грех, главное, в бою не струсить.

Они поели и запили энергетиком тушёнку, отдохнули немного, да и пошли дальше. Место оказалось схроном. Делают такие тайники сталкеры в Зоне. Мало ли что может приключиться, оружие сломается или еще чего.

- Отсюда нам ничего не надо, так что пошли дальше, - решил Жнец и они пошли к следующей метке.

Снорки выпрыгнули из-за развалин какого-то здания и кинулись на Клавдию. Та взвизгнула от испуга, но топор не выпустила из рук. Первого же снорка она огрела по голове, а тут и Жнец подоспел, и снова кровавая карусель завертелась.

- Опасное место, - вздохнула Клава, когда битва закончилась.

Рука болела, за которую успел ухватиться снорк. Всё-таки силы в них немерено.

- На ранена?

- Да нет, но рука болит, как клещами схватил.

- Показывай, не поцарапал ли.

Но комбинезон казался целым, и только большой синяк напоминал о встрече со снорками. Вторая метка тоже обозначала схрон, да такой, что еле поняли, где он. Кирпичи на месте развалин валялись грудой и только парочка лежала так, что стало ясно, их специально так положили. Разгребли кучу кирпичей и нашли люк, а внутри не просто схрон, но и кладовая «на чёрный день» с артефактами и оружием и запасами тушёнки и энергетика. Хозяин был запасливым сталкером, вот и собрал на случай большого невезения.

- А вот и «душа», не пригодилась только своему хозяину, - вздохнул Жнец.

Сразу стало понятно, что прежний хозяин и не собирался уходить из Зоны надолго.

- Оставим всё так, только «душу» лучше с собой таскать и не сдавать барыге, - решил Жнец.

Ближе было в Бар, потому и пошли туда, пора и отдохнуть, повоевали сегодня достаточно. Стаю тушканчиков Жнец выкосил знатно, Клаве и помогать не пришлось, а тут и пост «Долга» уже показался. Артефактов нашли немного, так что всё равно в плюсе, Жнецу на патроны тратиться не нужно, да и Клава не стреляла вовсе. Кузнец трудился в кузнице, видно заказал кто-то хороший нож.

- Поздорову, Ртуть! – Жнец обрадовался встрече.

- А ты уже отмычку водишь? Как коса, нравится? – кузнец не отвлекался, просто положил заготовку в горн и смотрел за нагревом.

- Нравится с каждым днём всё больше, - улыбнулся Жнец.

- Со всем разобрался?

- Ага, удобно всё оказалось, даже кровососа убил, ты всё продумал. Спасибо тебе, Ртуть.

- Да на здоровье, топор отмычке отдал?

- Не стрелять же ей, только тяжеловат он для неё, для мужика больше подходит.

- Ну коли будете вместе ходить, придумаю чего повеселее.

С тем и расстались, кузнецу ковать время, а им и поесть не помешает. В Баре всё по-прежнему, бродяги пропивают заработанное, «нуклиды выводят», хотя пить надо вино красное и перед ходкой, а так и толку нет. Жнец с Клавой кушали степенно, по-крестьянски, как заведено в деревнях.

- У Жнеца уже отмычка появилась? – какой-то бродяга подсел к Бармену.

- Ученик вроде, ты не мешай им, видишь, оба крестьяне они друг другу подходят, - у Бармена глаз намётанный.

А Жнец с Клавдией поели, да и пошли отдыхать, никакие стриптизы их не интересовали.

- Завтра снова пойдём проверять точки на карте, надо же знать, что нам бродяга оставил в наследство. – Жнец решил совместить ходку и знакомство с «наследством» погибшего сталкера.

Ещё не рассвело, а Жнец уже с Клавой шли по Зоне, сказалась крестьянская привычка вставать до зари. Перед выходом их остановил кузнец.

- Срежь палку метровой длины, да покрепче, лучше мутировавшую, можешь прямо в кузнице оставить, я потом ей сделаю лёгкое оружие.

Попрощались и ушли в ходку. А Зона всегда разная, вчера была ласковая, а сегодня уже совсем по-другому. Снорки вылезли, как будто из гнезда, свежие и совершенно безбашенные. Жнец крушил их без жалости, а они как будто и не замечали ничего. Пока всех не уложили, ни один не отстал. Клава даже присела от усталости.

- Думала, разорвут, руки уже не держат ничего, - вздохнула она.

- Отойти надо подальше, там и отдых устроим, давай топор сюда, Жнец засунул топор в рюкзак и помог Клаве идти. – Тут уже недалеко осталось.

Дошли до отмеченного места, а там и нет ничего вовсе, вроде совсем ровное место, чего это бродяга знак тут поставил?

- Пошли к следующему, я отдохнула хорошо, - они и поели и энергетика выпили, сил прибавилось.

А следующий оказался схроном, снова удобным, хотя и не сильно укомплектованным, но с «огненным шаром» внутри. Они уже собрались идти дальше, но пришло сообщение о внеочередном выбросе. Пришлось пережидать его в этом схроне, а после выброса Клава предложила вернуться на прежнее место.

- Чего-то же он пометил его надо проверить, - убеждала она Жнеца и убедила.

На пустом месте лежал «компас» дорогой и редкий артефакт. Так вот чего пометил бродяга, видно после выброса тут появляются редкие артефакты. Уже неплохо, погибшего бродягу помянули добрым словом. Они успели побывать ещё в двух точках и в одной нашли «ночную звезду», следующий же оказался снова схроном, довольно простым, но с обрезами и патронами к ним. Толковый бродяга жил в Зоне, впрочем, с такими местами и хабаром можно и не сдавать обрезы барыгам, а устроить себе «запасной аэродром». Так и вернулись, собрав по пути ещё немного артефактов подешевле.

- Хорошо сходили, - Бармен уже подсчитывал в уме навар, записав на счёт солидную прибавку Жнецу и Клаве.

Жнец поделил деньги пополам, ходили вместе и Клава рубила топором мутантов, которые пытались обойти его сзади. А вскоре и кузнец появился на территории Бара.

- Погуляйте пока, у меня заказ, катану сделать, а потом сделаю ей оружие, - сообщал он Жнецу и ушёл разжигать горн.

- Пошли ещё проверим кое-что, - жнец посмотрел на Клаву, а та и не возражала, они неплохо отдохнули в схроне перед выбросом, да и сейчас уже набрались сил.

- А спать в Зоне будем? – только и спросила она.

- Если там снова схрон, то в нём, а если артефакты, то найдём место, где переночевать. – Жнец начал любить Зону, как родную, что-то в ней было такое, что тянуло его к ней, нравилось жить в этой среде, враждебной людям, но с особым, малопонятным очарованием.

Так и ушли, дрались много, но и артефакт стоил того. «пламя», это почти «душа». Ценный и исцеляющий множество ран и болезней.

- Спать-то где будем? – спросила Клава. - В Зоне боязно, ну как химера или псевдогигант, мы с ними и не справимся.

- А пошли, тут ещё точка есть, успеем дотемна, - Жнец заглянул в ПДА погибшего сталкера и пошёл к новому месту.

- Здравствуйте, люди добрые, нет ли у вас чего покушать? – одинокий старик, с горбом и однорукий, внушал доверие.

- Стой там, где стоишь, - мгновенно отреагировал Жнец, - вас, изломов, издалека видно, только рыпнись и без головы останешься.

- Ты чего? – не поняла Клава, - инвалид же старый.

- И ты стой, это излом и руки у него две, только он вторую прячет. – Жнец встречался с изломами уже ещё отмычкой будучи, когда сталкер погиб при стычке с таким «инвалидом».

- Да мне бы поесть чего, - излом на самом деле голодал последние дни, - тут контролёр ошивался, поел всю живность, а потом псевдогигант прописался. Ну, этого я быстренько извёл, они же тупые. Может консервы какой оставите и хлебушка?

- Оставим, только ты так и стой, - Жнец не убивал без причины никого.

Клава достала из рюкзака пару банок тушёнки и отрезала полбулки хлеба с молчаливого согласия Жнеца. Так и ушли, оставив излома на месте, а тот поднял консервы и поковылял к лесочку.

- Ты им не верь, - учил Жнец Клаву, - прикинутся такими жалобными, а потом как накинутся, у него рука такая, что химеру может убить.

- А с виду такой жалобный старичок, - вздохнула Клава.

- Это он глаза отводит, а на самом деле зверь быстрый и беспощадный. Он, когда нападает, то даже в облике меняется. А хуже всего девочки однорукие, это изломы, только молодые, те совсем безбашенные, - Жнец учил Клаву без дураков.

Так и дошли до схрона, странного и немного жуткого. Схрон оказался в старом склепе возле разрушенной церкви.

- Жутковато тут, - поёжилась Клава, - зомби из гробов не полезут?

Но всё оказалось проще, после полуночи их разбудили странные звуки. Призраки давно умерших, это не свеженькие зомби, они не имеют плоти. Обошлось шумом и вознёй, а ещё призраки искали выпивку, но у Жнеца её не было вовсе, так что обиженные призраки удалились.

- Теперь понятно, что за пометка тут, - прежний хозяин пометил место тремя буквами «ПНП», - я так понимаю, это «призраков не поить», представляю, что они вытворяют, когда напьются.

Утром вернулись в Бар и тут кузнец показал им новое оружие для Клавдии. Оружие напоминало карликовые косы на коротких древках. Лезвия были выполнены весьма искусно, обоюдоострые и прочные.

- Трудно сказать, кама это японская или клевец, - пояснил кузнец, - скорее что-то среднее. Если в кости застрянет, то руку вот сюда и выдёргивай с поворотом, - учил он Клавдию, - а так можно и как серпом и просто вгонять в тело, смотри по ситуации, основное покажу сейчас.

Кузнец-то сам большой мастер со всяким оружием обращаться, поговаривали, что со своими ятаганами он АЭС штурмовал, но Клавдию малость обучил основному. Денег снова взял немного, это ножи у него дорогие, поскольку это скорее пижонство, никто ножами и не воюет в Зоне… почти никто.

- Вот спасибо, порадовал, - Клава расчувствовалась и даже поцеловала кузнеца в щёку.

Обрез она так и носила, но давно уже не стреляла из него, Жнец не любил стрельбы. Новое оружие показало себя с самой лучшей стороны и топор снова оказался в рюкзаке. Перебить позвоночник мутанту, или раскроить череп, да и рваные раны оставляло новое оружие такие, что мутант долго не мучился. И вот однажды они попали в такую переделку, из которой еле выбрались. А началось всё с большой стаи собак, с которой разделались, но устали так, что из сил выбились изрядно. Не успели толком отдохнуть, как пришлось биться со стаей тушканчиков, это только называется так, а на деле это мутанты, размером с зайца, с острыми зубами и прыгающие на задних ногах так, что могут и на голову запрыгнуть. Повезло, что стая оказалась небольшой.

- Не могу больше, - созналась Клава, - отдохнуть бы хоть немного.

- Да я сам еле стою, руки-ноги трясутся, - сознался Жнец, - пошли, привал найдём.

Только схрона нигде не оказалось, пришлось отдыхать на открытом месте, кое-как смыв с себя кровь мутантов. Развалины какой-то будки или сторожки не давали защиты, но хоть что-то.Только запили энергетиком тушёнку, как вдалеке земля всколыхнулась. Живое море текло в их сторону. Крысы, эти твари порой бегут непонятно зачем, оставляя за собой только обглоданные скелеты.

- Твои сзади! - кинул Жнец, - убегать нам некуда.

Клава поняла и так, и битва закипела. Жнец косил яростно, как будто море остановить пытался, а Клава била тех, кто собирался их обойти. Руки уже тряслись, но угроза страшной гибели придавала сил, быть съеденными заживо крысами они совсем не хотели. В какой-то момент время будто остановилось. Клавдия била крыс, наблюдая, как их товарки поедают своих убитых. И вдруг всё стихло, крысы побежали дальше, даже не доев толком своих товарищей. Жнец и Клава стояли посреди этого побоища, прижавшись друг к другу. Уже в Баре они мылись под душем вместе, смывая кровь со снаряги, с оружия и со своих тел. Потом они посмотрели друг на друга долгим взглядом и ушли в комнату, взяв ключи у Бармена. Тела их слились воедино в долгой и крепкой, любви. Не той пылкой и поверхностной, которой грешат зачастую горожане, а такой прочной, какая бывает навек, пока смерть не разлучит.

- Вот так и стали они мужем и женой, - продолжил Бармен рассказ, - счастливые жили, насколько можно вообще быть счастливыми. А после Клавдия родила мальчишечку, ладного, да только слепого. Вроде в Зоне слепому не жить, но Зона наделила другими качествами. А потом и беда пришла.

Военные устроили рейд по Зоне, ловить сталкеров. Бандиты-то все попрятались, а вольные бродяги, кто в ходке был, тех и ловили. Жнец как раз в Баре в это время находился, хабар сдавал. Жить-то надо на что-то, а Клавдия с малышом дома остались, вот на них военные и набрели. Что одна женщина сделает с вооружёнными людьми, так и забрали её, да и повезли со всеми к Периметру. Клавдии-то что, а малой снаружи не жилец, да только военные никого не слушали. Жнец как узнал о том, так всё бросив побежал вдогонку. Уж как он дошёл, а может Зона хранила, только догнал их перед самым Кордоном. Битва получилась жестокая, но скорая, как ты косой не маши, а от пули не отмахнёшься, но Жнец махал своей косой, пока силы не оставили его.Пленники разбежались, Клавдия с ребёнком тоже, а вот Жнец так и остался лежать на земле. Военные уехали, а Клавдия вернулась к телу мужа. Рыдала страшно, да только что поделаешь теперь.

- Жизнь вернуть я не могу, - услышала Клавдия и подняла глаза.

Женщина стояла рядом, вся белая и в белом, босая, стоит и смотрит на Клавдию.

- Жизнь не верну, но и умереть не дам, только среди живых ему не место. Но о тебе заботиться будет и видеться с ним сможешь, тебе решать. – Сказала так и замолчала.

- Делай, что можешь, - прошептала Клавдия.

И тут всё затянуло туманом, да не простым, а фиолетовым, а когда туман рассеялся, Жнец поднялся.

- Что со мной и кто я? – произнёс он удивлённо.

- Муж ты мой, отец сыночка нашего, а зовут тебя Жнец, в Зоне ты, - Клавдия пыталась напомнить Жнецу, кто он.

Так толком и не вспомнил, но пошёл следом за ними, положив свою косу на плечо.

*****

- Вот так и бродит теперь по Зоне Жнец, ни живой и ни мёртвый. – Бармен замолчал и стал протирать стаканы, чтоб отвлечься от рассказа.

- А Клава с сыном как же? – спросил какой-то бродяга.

- А что Клава, живая она, да и сынок их живой, хотя, чего только там не было в их жизни, но это уже не для ваших ушей. - Бармен обвёл всех взглядом, - выпить не желаете?

Бродяги с радостью продолжили «выводить нуклиды», обсуждая услышанное.

*****

- Сынок наш как там? – Клавдия уже немолода, но Жнец всё равно приходит к ней каждую ночь.

- Живой он и здоровый, яйцеголовых водил к Полю Чудес, теперь вот с Кордона ведёт кого-то. Девушка с ним, странная, но вроде добрая. – Жнец сидел в склепе и призраки постеснялись сегодня появляться, да и не любят они тепла, а «огненный шар» с некоторых пор обосновался в склепе, Клавдия уже немолода и тепло ей не помешает.

- Так ничего кушать и не станешь? – она смотрела на мужа, как смотрят деревенские бабы, с такой пронзительной любовью в глазах, о которой словами не рассказать.

- Нет, не ем я вовсе с тех пор, - лицо Жнеца ничего не выражало, но посмотрев на Клавдию, он вдруг улыбнулся.

Молодой призрак высунулся посмотреть, что же будет дальше, но получил затрещину от матери и скрылся в гробу, нечего подглядывать за чужой любовью.

Глава 23 Ворона- Договор со Смертью

- Ого, вот это баба! – отмычка провожал женщину с отвисшей челюстью.

Жгучая брюнетка, с потрясающей фигурой и таким лицом, что невозможно не засмотреться. Неужели среди сталкеров попадаются и такие?

- Рот прикрой, - сталкер у костра развлекал отмычек байками о Зоне, - это Ворона, ей мужики без надобности.

- Не может быть, чтобы на такую не клюнули, - видно ходок парень, женский пол воспринимает исключительно, как средство приятного времяпрепровождения.

- Это не важно, кто там клюнул, - усмехнулся сталкер, - главное, что она не клюёт.

- Неужто такой бабе этого вовсе не нужно? – отмычка не понимает такого, раз есть красивая баба, то должен быть рядом и мужик.

- Да ей лет восемьдесят уже, - сталкер махнул рукой, мол, не о том разговор пошёл, - она же собирательница «душ», у неё со Смертью договор.

А женщина переговорила с Сидоровичем и уселась у костра, обняв свои ноги и опершись подбородком о колени. В огонь она смотрела так заворожённо, что казалось, будто никого вокруг совсем нет.

- Поздорову, Ворона, - приветствовал её сталкер.

- И тебе не хворать, - ответил та и снова впала в прострацию.

- Ждёшь кого? – разговор нужно поддержать, а то невежливо получается.

Та только кивнула, не желая продолжать разговор. Ворона ждала, нет ещё того, о ком Смерть сказал ей позаботиться. Странная женщина в простой «горке» и без оружия, нож на поясе в Зоне за оружие не считается. Отмычки слушали байки, косясь на неё. А той всё вокруг до лампочки, о своём думает. Внук уехал домой, нечего ему собой рисковать, когда она вернула его к жизни. Только это Смерть надо благодарить за возвращение к жизни её внука, да и других, кому срок не вышел.

Сейчас Смерть пропал куда-то, видно свои дела есть, но тут никто никому и не угрожает, Кордон, место тихое. Вдруг, Ворона подскочила и быстро ушла куда-то в темноту. Вернулась она через полчаса, волоча по земле израненного парня.

- Чего расселись, помогайте! – это получилось так властно, что все кинулись на помощь.

Сталкер требовал перевязки, да и «ломоть мяса» оказался совсем не лишним. Тихоня парень оказался отличным помощником, бинтовал профессионально и вообще, оказался знатоком ранений и анатомии.

- Медик? – Ворона кинула быстрый взгляд.

- Ветеринар, - поправил парень, - но в армии приходилось и этим заниматься.

- Не ходи ни с кем, пригодишься, - заметила Ворона.

- А как же в ходку? – парень сразу не понял.

- Находишься ещё, всему своё время, а твоё ещё не пришло.

Она никогда не говорит так, чтобы было до конца понятно. Байки у костра возобновились, когда раненому полегчало. Сталкер отхлебнул из фляги и обвёл взором отмычек.

- Главное, как вы Зоне понравитесь, - заметил он назидательно. - Вот Дрыщ, уж кому надо бы помереть в Зоне, но этот не просто выжил, а получил такой дар, о котором можно только мечтать. А всё потому, что он Зоне понравился. Поэтому не вздумайте о ней даже думать плохо, сами сюда притащились.

- А что нужно делать, чтобы выжить в Зоне? – парень ходок, который разглядывал Ворону, решил подробнее разузнать.

- Для начала слушать опытного сталкера, как маму, даже лучше, никуда не отходить и ничего не трогать без разрешения. Ходить строго по следам ведущего, но самое главное, если где засвербело, то обязательно проверить, что там впереди, хоть камень кинуть, но не ходить, пусть там хоть «звезда полынь» лежит.

- А что это за артефакт?- отмычке интересно.

- Увидишь и узнаешь, я сам его не видел ни разу, да он вроде одному всего и попался пока, вроде звезды чёрной. Ладно, спать пора, утром в ходку.

А Ворона снова сидит и в огонь смотрит, как будто и спать не собиралась. Сказать по правде, она давно уже спала, только своим, старческим сном, когда и спишь, и не спишь, а всё вокруг слышишь. Всё равно утра ждать, вдруг новая партия отмычек заявится в Зону.

Утром отмычки проснулись, а Ворона уже делала дубину из ёлки, срезав все ветки и оставив только нижний ярус. Обрезав эти ветки довольно коротко, она обожгла эту дубинку в костре, отчего ветки нижнего яруса стали острыми и крепкими. Для кого она делала это немалое сооружение, стало ясно по прибытии новой партии отмычек.

Вместе со всеми, прибыла и женщина, которую не заметить было просто невозможно. Кто застал в парках скульптуры соцреализма, тот мог вспомнить «девушку с веслом». Но эта дамочка скорее была «девушкой со штангой», пару метров ростом и в плечах, как крепкий мужик. Сталкеры и отмычки невольно притихли при виде такой мощи, только Ворона поднялась от костра и подошла к ней.

- Пойдём, дело у меня к тебе, - сходу завила она, - раз пришла в Зону, то теперь надо тебя от беды уберечь.

- А ты разве сталкер? – засомневалась женщина.

- Не о том думаешь, сказано тебе со мной идти, так слушать надо. – Ворона не обиделась, просто никто не видит Смерть, а она с ним напарницей. – Пошли, оденем тебя и в путь тронемся. Вот, держи инструмент, пока такой тебе, а нож сейчас купим.

«Горку» на эту отмычку Сидорович едва нашёл. Кроме роста, объём тоже надо было подобрать, особенно у штанов. Ботинки нашлись без вопросов, хотя и они редкому мужику подошли бы. Одев женщину, Ворона думала и парня приодеть, да такого щуплого сложно нарядить приемлемо. Купили ботинки и ладно, да пару ножей в довесок для отмычек.

- А стрелять из чего будем? – парень наслушался у костра баек.

- Совсем не будем, да и учёба моя сильно отличается от других. – Ворона смерила взором своих подопечных и повела … в Тёмную Долину.

- Тебя как зовут? – спросила она у своей ученицы.

- Дуся, - немного с вызовом ответила та.

- Так не пойдёт, есть уже сталкер Дуся, только она втрое меньше тебя, - Ворона смерила взглядом мощную спутницу, - ладно, Зона сама имя даст. Тебе тоже, - добавила она, кивнув парню.

Сражаться пришлось почти сразу, слепые собаки встретились, как только они пересекли границу Тёмной Долины.

- Ты справа и не толкайся, - направила она парня, став слева от ученицы. – не жалейте их и не бойтесь, всё получится.

Отмычки и не знали, что их хранит Смерть, видеть это могла только Ворона. А битва получилась впечатляющей. Отмычка так огрела первого пса, что тот упал бездыханным. Так и стояла, круша мутантов, а Ворона с парнем следили, чтобы собаки не обошли их с флангов. Немного устали, но отбились без потерь. Заодно насмотрелись и на аномалии, собаки порой попадали, то в «карусель», то в «жарку».

- Вот этой гадости тут хватает, - пояснила Ворона, показывая после битвы на аномалии. - Так что внимание терять никогда не стоит, да и кидать впереди себя нужно что-нибудь. Теперь о деле. Оба показали себя хорошо, хладнокровия хватает. Оружие потом кузнец сделает, а пока пошли в Бар, хватит с вас.

Артефактов подняли немного, заодно ещё подрались по пути, даже с псевдопсами. Правда, тут и Смерть помог, совсем не обязательно этим отмычкам получать ненужные раны. А вот с бандитами и не воевали вовсе. Те сдрейфили при виде бабы с окровавленной дубиной в руках, да ещё в сопровождении пары спутников. Их ремесло, грабить сталкеров, а не получать по голове дубиной. Бандиты убрались подобру-поздорову.

- Мужик пошёл дрянь, одни трусы и хлюпики, - сплюнула отмычка, презрительно проводив взглядом убравшихся бандитов.

Но посмотрев на спутника, одобрительно хлопнула того по спине.

- А ты ничего, мелкий только, но смелый. Только близко не крутись, зашибить могу случайно.

А в баре отмычка и получила свою сталкерскую кличку. Бродяги и рот раскрыли при виде такой женщины, а дубина и вовсе произвела впечатление.

- Прямо былинная Марья Моревна! – восхищённо воскликнул молодой сталкер.

- Вот тебе и имя от Зоны, будешь теперь Марьей, - улыбнулась Ворона, - да ты не переживай, меня вон и вовсе Вороной прозвали, только чего обижаться, они не по злобе. К тому же тут другая жизнь и другие имена.

- А мне какую кличку придумают? - парень вопросительно посмотрел на Ворону.

- Время покажет, пока просто со мной будешь.

Ворона сдала артефакты, заказав поесть на свою компанию. Бармен, кивнув на Марью, показал два пальца Вороне, как бы спрашивая, двойную порцию давать ей или как? Ворона на секунду задумалась и показала три пальца в ответ. Так и уселись ужинать, а потом ушли на улицу, сидеть у костра.

- Кузнец завтра придёт, вот и поговорим с ним, - прояснила ситуацию Ворона.

- А ты нас не спрашиваешь, чего мы в Зону подались, - заметил парень.

- Это другим любопытство свербит, а я и так знаю, сюда от хорошей жизни никто не ходит.

- А тот сталкер у костра говорил, что тебе восемьдесят лет, - парню всё любопытно, - наврал?

- Нет, не наврал, только больше, - усмехнулась Ворона, - тебе оно зачем?

- Удивительно, выглядишь на тридцать пять от силы.

- Это Зона, скоро могу и на двадцать пять выглядеть, если будет причина.

Что она будет им рассказывать, свою жизнь? А она им нужна? Вот Смерть ей про этих двоих всё, что нужно рассказал, а остальное и не важно вовсе. Пока новых «душ» не было, артефакт не частый, да и то, какой ещё человек и какой ему срок положен. Но Смерть нашёл ей новое дело, беречь тех, кто достоин этого. Он не злой и не добрый, правильный, если время тебе умирать, то так пусть и будет, а если не время, то чего порядок нарушать.

А на другой день пришёл кузнец, раздул горн, посмотрел на отмычек, да и принялся за работу. В результате Марья получила роскошный шестопёр, который по руке только такой, как она. А парню кузнец выковал короткое копьё с длинным лезвием, лёгким и прочным. Ворона расплатилась из своих и повела своих подопечных снова в Тёмную Долину, подальше от чужих глаз. Только пришлось не сражаться, а помогать разродиться суке псевдопса.

Вот тут и пригодились знания ветеринара. Марья держала суку, чтобы не дёргалась понапрасну, а парень доставал по одному щенков, вытирал их или подкладывал под морду, чтобы сука облизала их. В итоге все щенки появились на свет, были облизаны и пристроены к соскам.

- Ты прямо Айболит, - Марья с усмешкой прогудела своим низким голосом.

- Вот тебе и имя от Зоны, - кивнула Ворона.

В этот раз драться пришлось много, но они справились, только фантомы наделали дел, пока Смерть не убил псионика. Пришлось Айболиту перевязывать и Марью, и Ворону. Вроде фантомы и не реальны, но раны оставляют самые настоящие. К счастью, укусы слабые и хватило простых перевязок. Зато артефактами запаслись очень хорошо, купив потом ребятам по бронежилету.

Так и зажили в Зоне, Ворона всё спрашивала Бармена о «душах», но подходящей не было. И вот однажды принёс сталкер такой артефакт, а Смерть сразу сказал, что нужно вернуть обратно человека. Ворона отдала всё, что было, даже пришлось ещё сходить в ходку, но артефакт выкупили. Ворона уже собралась идти к аномалии, но Смерть остановил. Слишком она молода, чтобы на каждую «душу» лезть в аномалию.

Так троица и ходила вместе, пока однажды на Кордоне не появился такой израненный сталкер, что Айболит завис там на неделю. Пришлось основательно заняться лечением, а Ворона с Марьей ходили пока вдвоём.

- Останется парень там, - заявила в итоге Ворона, - так с него пользы больше.

Оно и верно, не таскать же всех к Болотному Доктору. Так постепенно образовалась на Кордоне небольшая амбулатория в закутке за развалившимся домом.

- Нож у тебя забавный, - как-то сказала Марья.

- Косарь, или бабий топор, сейчас уж и не помнят такого, а раньше в каждом доме был. Лучин нащипать, капусты нашинковать, да мало ли чего еще надо бабе, не хвататься же за топор каждый раз. В старину и воевали такими, на древко насадят и в бой, почище копья входит.

- А чего артефакт таскаешь за собой? – не говорили они ещё о том.

- Это работа моя, но не скажу, потом увидишь, - про Смерть она никому не рассказывает, Бармену только открылась, чтобы «души» давал посмотреть.

- Я-то тебе зачем?

- Чтобы не умерла до срока, - что она ещё скажет.

- А когда мой срок? – Марье чего-то стало интересно.

- Нескоро, поживи пока и голову не забивай, - Ворона даже на Смерть глянула, а тот и сказал, что жить той ещё долго.

А вот следующую «душу» они взяли с боем. Да оно никак по-другому и не получалось. Смерть указал на отмычку, которого неплохо бы и спасти. Ворона сразу поспешила на Кордон, но опоздала, увёл сталкер парня в ходку. Попадаются среди сталкеров ещё такие гнусные твари, которые распечатывают отмычками аномалии. Вот и этот направил парня взять артефакт, хотя на пути лежали вороньи перья.

- Стой! – Ворона закричала, но поздно, парень уже попал в аномалию.

Смерть быстрая, но страшная, зато аномалия породила «душу» и сталкер уже собирался разжиться двумя артефактами.

- Сволочь, сгубил парня! – взорвалась Ворона, - оставь, не тебе им распоряжаться.

- Сама что ли хочешь наварить на артефакте? – ехидно осклабился сталкер.

- Дурак, я их не продаю, а выкупаю.

- Ну, если сделаешь приятное, то поговорим о выкупе, - ехидство, вторая натура мерзавцев.

Сталкер направил на Ворону автомат, не обратив внимание, что Марья сделала пару шагов в сторону.

- Раздевайся, проведём переговоры о выкупе, - усмехнулся тот, расстёгивая штаны.

«Раздевайся пока, только медленно» - Смерть знает, что говорит, надо отвлечь мерзавца от напарницы.

Ворона начала расстёгивать пуговицы, сняла верх у «горки» продемонстрировав потрясающую грудь, а когда расстегнула бюстгальтер, сталкер прилип взором к такой соблазнительной прелести. Тут ему на голову и опустился тяжёлый шестопёр Марьи.

- Сука! - презрительно бросила она, вытирая от крови грани своей булавы. – Жалко парня, красивый был, да статный.

- Не печалься о том, вернём мы его, давай сюда артефакт, - Ворона не первый раз проделывает такое.

Переложила «душу» к себе, а остальное Ворона оставила Марье, «приданое будет». С тем и ушли обратно, только по дороге нашли ещё одну «душу». Вот с этим можно и к аномалии идти, но пока сдали артефакты в Баре, а там попалась и четвёртая «душа», которую Смерть решил вернуть к жизни. Денег сразу не было, но Бармен помнил договор и придержал артефакт. А после выброса они подняли столько, что выкупили и её.

- Теперь смотри внимательно, - Ворона глядела прямо в глаза Марьи, - если я совсем маленькой стану, то тебе доделывать. Сразу всех нельзя в аномалию вносить, только по очереди.

С этими словами она взяла душу и шагнула в аномалию.

- Жди тут, - девушка получилась совершенно голой, но зато живой, а в рюкзаке нашлась для неё одежда.

Ворона взяла следующую «душу» и шагнула в аномалию. В этот раз вернули молодого парня, видно тоже чья-то отмычка был. Третья «душа» оказалась статного мужчины, сталкера из новичков. Он смотрел на женщин, не понимая, что произошло.

- Одевайся, - кивнула Ворона, а сама потянулась за четвёртой «душой».

- Стой, - остановила Марья, - хватит тебе, посмотри на себя.

Как на себя посмотреть, только у Вороны оказалась чёрная коса до пояса, а выглядела она лет на семнадцать от силы.

- Давай уже я, - Марья всё хорошо запомнила, а Смерть одобрил такое решение, возиться в Зоне с ребёнком никому не хочется.

- Только внимательно и головы не теряй, - предостерегла Ворона напарницу, - как только появится, так выходите.

Марья взяла «душу» в руки, на мгновение задумалась, вздохнула глубоко и шагнула в аномалию.

- Какая ты красивая! – парень видный смотрел на Марью и не мог оторвать взгляда.

Та в молодости была роскошной девушкой, так что теперь производила потрясающее впечатление. А парень и забыл, что он без одежды, а все девчата разглядывали его с интересом. Пришлось быстренько одеть парня, пока не замёрз, вот обуви не нашлось, но носки натянули, а потом Ворона соорудила лапти из коры дерева.

- Дойдёт и так, портянки только намотаем, у меня есть запасные, - одобрила она обувь. – Пошли на Кордон, там сейчас лучше будет.

Они и пошли, но не сразу, парень разглядывал Марью, а та глаз не сводила с него. Ворона всё поняла и не торопила, только придётся ей снова искать напарницу. Это не беда, Смерть подскажет, кого надо поберечь в Зоне и с кем можно ходить. Так и вышло отмычки сразу поделились на пары и только сталкер шёл задумчиво, бросая взгляды на Ворону.

- Красавица, - обратился он к ней, - а как тебя зовут?

- Ворона, - ответила та с вызовом, - губы не раскатывай, мне мужики вовсе без надобности. Если эти из Зоны не уйдут, лучше научи их как следует. Да смотри, я узнаю всё равно.

Только дойдя до Кордона, Ворона развернулась и ушла в сторону Бара.

«Правильно, хотя, если найдёшь свою любовь, то неволить не стану. Только пока есть работа, хватает ещё тех, кто до срока уходит». – Смерть своё дело знает.

- Я совсем девчонкой стану, - усмехнулась Ворона.

«Значит, проживёшь вторую жизнь. Да нет, можно самой не лезть в аномалию, видишь, как оно получается», - Смерть усмехнулся, но видела его только Ворона, остальным это ни к чему.

*****

На кордоне отмычки сидели у костра слушая байки пожилого сталкера, когда мимо прошла потрясающе красивая девушка, направившаяся сразу к Сидоровичу.

- Ого, а это у вас тут такие красавицы одни гуляют? – разбитной парень из отмычек проводил взглядом Ворону.

- Рот прикрой, это же Ворона, - заметил сталкер, - она тебе в прабабки годится.

А Ворона вышла от Сидоровича и подсела к огню, кивнув головой сталкеру. Она сидела, обняв ноги и положив подбородок на колени.

- Ждёшь кого? – спросил сталкер.

- Жду, тебя, - улыбнулась Ворона, - рассветёт и тронемся, ты нужен мне.

- Да я отмычку себе подбираю, сегодня какие-то квёлые, - парировал сталкер.

- Я не тороплюсь, - Ворона так и смотрит в огонь, не поворачивая головы, - только тебе со мной идти всё равно, потом ещё благодарить будешь, а отмычки утром придут, выбирай любого.

Утром прибыла новая партия отмычек, заодно и сталкеры подтянулись, выбрать из них себе напарника, ученика, а кто и аномалию распечатать. Правда, в последнее время таких гадов здорово поубавилось, и они не приходят со всеми.

- Вот эту бери – кивнула Ворона на худенькую девчонку, - умница и от драки бегать не будет, даже стреляет неплохо.

Сама она остановила свой выбор на женщине с убитым взглядом, не позволив никому взять её в отмычки.

- Этих не слушай, тебе со мной идти нужно, да и не будешь ты сталкером, не твоё это. – пояснила она выбор. – А мужа твоего мы вернём, прямо сегодня, если повезёт.

Сталкер хотел вести отмычку к Бару, но Ворона увела их в Тёмную Долину. Девчонка оказалась хорошим стрелком, лихо выбивая мутантов из пистолета. Женщине всё казалось без разницы, была в ней какая-то обречённость и даже вина. Но дошли до аномалии, набрав по дороге артефактов, и тут Ворона поставила всех перед собой и внимательно посмотрела в глаза.

- Смотрите и запоминайте, ибо я могу это проделать только один раз, а «душ» много.

После этих слов, она отдала «душу» женщине, взяла себе одну, а остальные отдала пожилому сталкеру.

- Тебе доделать придётся, запоминай хорошенько, - с этими словами она и шагнула в аномалию.

- Девочка, ты чья и откуда тут? – голенький паренёк стоял и смотрел на Ворону.

- Своя я девочка, а тебе вон одеться пора, - кивнула она на тех, кто ещё не был в аномалии, - мне и нет ничего.

Свитер висел на ней мешком, а «горка» и вовсе оказалась слишком большой.

- Теперь ты, - подтолкнула она женщину к аномалии.

Та немного замялась, но потом решилась и шагнула в аномалию.

- Какая ты красивая! – мужчина даже не обратил внимания на свою наготу, любуясь изрядно помолодевшей женой.

- Разглядел? – та смотрела на мужчину с радостью и даже с восторгом, - уже не корова старая?

- Прости меня, - мужчина целовал свою жену, пока Ворона не кашлянула, мол, не одни они тут.

Пришлось одеть мужчину и усадить к остальным, душ ещё хватает, но теперь дело за пожилым сталкером.

- Это что, я тоже помолодею? – удивлённо таращился тот.

- А тебе не хочется? – Ворона тяжело вздохнула. – Я же исчезну, если ещё пару раз зайду туда. Да мне всё равно, пожила своё, но вдруг не успею вернуть.

Она ещё проинструктировала сталкера и легонько подтолкнула в «петлю времени».

*****

На Кордон прибыла целая процессия, женщина с мужем несли по очереди на руках босую девчонку. Худенькая девушка держала за руку резко помолодевшего сталкера, они переглядывались порой загадочно, но в целом были счастливы. Остальные просто шли, до конца не понимая, что же с ними произошло.

Они уселись у костра и долго молчали, глядя в огонь. Худенькая девушка положила голову на плечо сталкера и нежно гладила его по руке.Муж с женой сходили к Сидоровичу, где с трудом нашли хоть какую-то одежду на Ворону, а той понравились розовые кроссовки. Длинная коса говорила, что вырастет девочка настоящей красавицей. Парочки занялись друг другом, налаживая новые и воскрешая прежние отношения, только Ворона так и смотрела в огонь, вспоминая свою жизнь.

- Пойдёшь с нами? – муж с женой уговаривали Ворону уйти из Зоны.

- Нет, у меня договор, - наотрез отказалась девочка.

- А как же ты теперь? – не понял мужчина, - Зона, место опасное.

- Разберёмся, вот кто будет «души» возвращать, это вопрос, но на один раз меня ещё хватит.

Утром они уйдут из Зоны, а Ворона так и останется выполнять договор со Смертью. Что ждёт её впереди?

*****

Кордон видел многое, кого тут только не было, молодые и не очень, крутые и лохи, сильные и хлюпики, белые, чёрные, разные. Брутальный сталкер рассказывает байки у костра, а отмычки слушают его, раскрыв рот. Зона, опасное место, где умереть можно в любую минуту, но лезут сюда постоянно желающие разбогатеть, или проверить свою крутизну, а потом их косточки белеют на просторах Зоны, если остаются косточки.

Из темноты вынырнула девчонка и уселась у костра, обняв свои ноги и уткнувшись в них подбородком. Её никто не узнал, а потому и не особо обратили внимание. Только молоденькая девушка удивлённо посмотрела на необычное явление.

- Прямо настолько опасно? – неожиданно спросила она, - а эта тут как выживает?

- Это же Ворона, - раздался голос из темноты.

К Костру подошла внушительная женщина в сопровождении не менее солидного мужчины.

- Привет, подруга- уселись они рядом с девочкой. – Ждёшь кого?

- Жду, утром придёт, - кивнула девчонка.

- А я маленького жду, - шепнула Марья.

- Поздравляю, - улыбнулась Ворона, - смотри, дети Зоны не могут жить за Периметром.

- Да я знаю уже, но мы решили тут и остаться. А у тебя снова артефакты набрались?

- Есть немного, но нужен напарник постарше, - вздохнула девчонка, - утром придёт.

А утром пришли отмычки…

Глава 24 Малая

– Поздорову Малая, давно тебя не было на Кордоне, – старый бродяга поприветствовал довольно внушительную молодую женщину.

– И тебе не хворать, как смогла, так и пришла, сынок вырос, можно одного ненадолго оставить. Ладно, я к Сидоровичу.

– Ничего себе, «Малая», это кто же ей такую кличку придумал?

– Она и была малая, когда попала сюда, это сейчас ей восемнадцать, а было лет двенадцать, когда она появилась в Зоне. Тут всё только начиналось, но девчонка научилась стрелять из обрезов, да и собирала хабар, небогатый, но ей хватало. Аномалии она как будто видела, так что не погибла, и мутанты не сожрали, - поведал старый бродяга.

Откуда ему знать, что Зона пожалела девчонку и однажды во сне расцеловала её, наградив талантами. Надо сказать, что была она на самом деле небольшой, в рост пошла потом, когда родила мальчишку.

– Что же ты такая маленькая сюда пришла? – спросила Хозяйка девочку., приснившись ей ночью.

– Не хочу, чтобы меня резали, – честно созналась та.

Зона прочла в голове всё, да и поцеловала её в лоб.

– Никому не говори, что будешь уметь, – шепнула Зона и растаяла.

Проснулась она утром и поняла, что слышит все мысли людей, но виду не подала, помня наставление Хозяйки. Так и стала жить, не претендуя на особый доход, которого никогда и не видела в своей жизни. Небогатая на разносолы сталкерская еда её вполне устраивала, апельсинов с персиками в детдомах нечасто выдают. С половым вопросом она ознакомилась ещё до Зоны, дети сейчас ранние. Но головы не теряла и отшивала озабоченных почти всегда.

– Сегодня можно, – как-то согласилась она и удалилась со сталкером в сарай.

Считала дни, а назавтра случилось то, что и бывает у каждой женщины. Вот так и держалась графика столько лет, а уж потом поняла, что бродяги стерильные от радиации. Не могли и бандиты поймать её, телепатия позволяла знать все намерения и мысли окружающих. А вот пару небольших банд она расстреляла лихо, используя два обреза. Они ждали её на тропинке на Свалке, а она обошла стороной и выстрелила в спину, даже развернуться не успели.

К Старому в ученики не попала, но и от него многому научилась, слушая внимательно все рассказы, да копаясь в голове у спецназовца. Хорошие обрезы оставляла себе, у Сидоровича выбор вначале был не очень. Зато Дуся научила её многим премудростям стрельбы. Ходит по Зоне такая некрупная женщина из таёжных, так она и псевдогиганта из обреза может свалить.

– Ты чего такая малая сюда подалась? – удивилась Дуся, впервые увидев девочку.

– Из детдома убежала, там совсем не сахар жить, – как-то забавно ответила Малая.

У неё не было ни испуга, на презрения или отвращения к детдому, даже усмехнулась загадочно. Рассказывать, как старшие ребята уговорили её на секс, она не стала, но жила в свои годы с парнями, пока воспитатели не узнали. А там директриса сказала, что ей тут детей не надо, поэтому повезут её на стерилизацию, трубы перевязать, как только врач из отпуска вернётся.

Вот тут она и сбежала, продумала всё, утром пошла в школу со всеми, а там потерялась почти сразу, отсидев всего один урок. Стащила в буфете пирожки и уложила в свой рюкзачок, который освободила от учебников. Кто там в школе будет следить за детьми, тем более, за детдомовскими. А она всеми правдами и неправдами укатила поближе к Зоне, а там услышала про потайной ход, да так и попала в Зону.

Как её мутанты не сожрали, удивительно, но добралась до Кордона, а тут три дня никто брать не хотел в отмычки, совесть не позволяла, только кличку свою заработала. Вот тогда ей Зона и приснилась. Увязалась сама за бродягой с отмычками, а там и разжилась обрезом, когда те с бандитами завязались. Сталкер вроде и собрал бандитский хабар, но один бандит убежал. Только недалеко, досталось ему основательно, а вскоре и умер от потери крови.

Малая и услышала по мыслям, они перед смертью яркие. Подобрала палку, потыкала в бандита, а убедившись, что тот мёртв, забрала его вещмешок, обшмонала карманы и со всем этим вернулась на Кордон.

– Смотрю, оружием обзавелась, – Дуся как раз оказалась там, – а пользоваться умеешь?

Вот тут всё и выяснилось, но Дуся обучила её всем тонкостям стрельбы из такого оружия. Она сама ходила с обрезом, пока не спасла одного богатенького «буратину», который подарил ей прекрасную немецкую «вертикалку». В общем, из Малой получился неплохой новичок, без претензий, но достаточно уверено бродившую по просторам Зоны.

Хабар поначалу носила плёвый, только на еду, но с телепатией и патроны тратятся редко. Мысли есть у всех, даже у животных, к телепату неожиданно не подойти. Бежит псевдопёс, а она уже знает, где бежит и что видит, да и чего хочет. Даже кровососов слышно, где они бродят, так что можно избегать неприятных встреч.

Первую банду положила, спасая женщину сталкера. Те поймали её и насиловали, что всегда происходит в таких случаях. Так и убили бы, но тут Малая оказалась поблизости. Вспомнила Дусины наставления, сразу два патрона между пальцев для перезарядки, потом распределила цели. Кто со спущенными штанами, тот не соперник, а вот кто с оружием, те в первую очередь. Всё получилось, убрала двоих, выстрелив прямо в рожи, быстро перезарядила, пока за оружие не схватились и добила остальных

Помогла и женщина, схватив нож у убитого и прирезав того, кто её насиловал. Так и познакомились, а потом ушли на Кордон. Тут Малая себе и выбрала у бандитов ещё один обрез, прекрасной ижевской «вертикалки». Пришлось всё тащить на Кордон, но спасённая помогла тащить тяжёлый рюкзак.

– Стой, – тихо сказала Малая, – приготовься, кровосос рядом.

Выследить такого монстра непросто, но малая мысли слышит, спасибо Зоне. А кровосос опытный, осторожно подходит, медленно, чтобы на разглядели едва уловимое марево, которое просматривается только в движении. Нацелился он на женщину, та вкуснее и крови больше, Малая ему не понравилась.

Вообще-то кровососы предпочитают первую группу крови, особенно, когда есть выбор, вот он и подкрадывался, стараясь не наступать не веточки и густую траву. Женщина на нервах вся, не видно же мутанта, а Малая пристально следит за его мыслями. Как только предвкушение стало сильным и кровосос едва не кинулся на её спутницу, тут она и определила его место. Влепила прямо в рожу из обоих стволов по очереди, и кровосос проявился от боли. Тут его и добили окончательно.

– Спасибо, а как ты его угадала? – ну да, так она всё и расскажет.

– По запаху, – съехала она с темы, – у меня в такие минуты нюх обостряется.

– Это, спасибо тебе, второй раз выручаешь, – женщина и не знает, что сказать, девчонка её снова выручила.

– Пустяки, у каждого, свой талант, ты тоже много чего умеешь.

Это да, спасённая неплохо отыскивала артефакты, какая-то чуйка была, что они рядом. А рядом оказался «ломоть мяса», артефакт не особо дорогой, но полезный, она и показала его Малой, надо же долг отрабатывать.

– Ты не сдавай его, оставь на всякий случай, – посоветовала она, – его можно просто так носить в рюкзаке.

Малая знала уже и это, прочла в голове у спутницы ещё до того, как она произнесла, но о своём таланте она никому не рассказывает. Так и шли, пока не повстречали плоть. Мутант стояла и переминалась с ноги на ногу.

– Не стреляй, у неё беда какая-то, – попросила она и пошла к «свинке».

А та догадалась, что ей хотят помочь и повела сталкеров, показав люк, в который провалились её поросята.

– Ты посмотри по сторонам, я их достану, – она погладила по голове плоть и полезла в люк, доставая по одному славных малышей.

Они напоминали небольшие шарики с ножками и умильными мордочками. Достав всех, она вылезла и плоть прижалась к ней, чуть не свалив.

– Забавная ты, – почесала она мутанта где-то там, где должны быть ушки.

– А ты непростая, – заметила спутница.

– Все мы непростые, каждый по-своему, – не стала она говорить, что слышит мысли, а по этой причине поумнела намного от своего детского возраста, мысли-то у людей серьёзные чаще всего.

Так и добрались до Кордона, сдав Сидоровичу хабар, а потом уселись у костра ужинать и отдыхать. Разогрели у костра тушёнку, поворачивая банки, чтобы равномерно прогрелись со всех сторон.

– Мяса пожалели, – усмехнулась малая, глядя не обилие растопленного жира в банке. – Ничего, сейчас хлебушка добавим.

Накрошив чёрствого хлеба в банку, она принялась поглощать эту «тюрю».

– Продуманная, – усмехнулась её спутница.

– В детдоме супчик такой жиденький, что мы воровали хлеб в школьной столовой, чтобы добавить в него.

– Детдомовская… тогда понятно, чего тут потеряла.

– Меня резать собрались, трубы перевязывать, а я на такое не соглашалась, – поморщилась Малая.

– А ты что, уже с мужчинами…?

Договаривать не понадобилось, всё и так ясно.

– Три года уже, но не каждый день, мне рожать вроде ни к чему.

Вот и поговорили, да что тут добавить.

– А ты не боишься после этих? – она кивнула неопределённо куда-то в ту сторону, откуда пришли.

– У меня не может быть детей, – вздохнула та, – ошибки молодости.

Вот и поговорили, а тут стали подтягиваться бродяги, и разговор прервался сам собой, но Малая всё поняла и без слов. Нет, такого она не сделает, если залетит, то будет рожать. Только до этого ещё оказалось два года, а пока она бродила по Зоне, носила хабар, да помогала бродягам, когда оказывалась рядом в трудную минуту.

И вот однажды наткнулась на парня, которого здорово покусали слепые псы. Вроде и отбился, но с такими ранами, что вряд ли выживет. А у неё «мясо» так и лежит в рюкзаке. Положила за пазуху, оттащила в схрон и сидела, охраняла. Только стал парень остывать, трусит его лихорадка, к утру и помрёт. Пожалела, отогрела самым верным способом, не задумываясь, что потом будет.

Парень выжил, а она стала беспокойной, уж и срок подошёл, а ничего нет. Сходила к Болотному Доктору, а тот «обрадовал», что она беременная. И что теперь, абортов в Зоне не делают, она не прощает, да и Болотный Доктор отказывается их делать. Пока не особо тяжело было, ходила «по грибы», заодно подыскивая себе дом. Только какой дом в Зоне, хорошо ещё, если сухое подземелье найдётся.

– Сидорович, у тебя замок навесной найдётся? – завела она разговор с барыгой.

– Никак имуществом обзавелась? – хитрому барыге всё надо знать.

– Ага, сундук нашла с золотыми монетами, а он не заперт, – съехидничала Малая.

– Растащат без замка твоё богатство.

– Вот я и говорю, нужен замок.

Нашёл хитрый жук замок, чтобы у такого в хозяйстве и не было замка? Выложил аж три штуки, выбирай, какой понравится. Она и выбрала самый надёжный, артефакты были, расплатилась сразу, а потом набила рюкзак едой и ушла. Дом её и домом не назвать, погреб крестьянский, но хозяин был тот ещё куркуль. Просторный, с прекрасной вентиляцией, а потому сухой, хоть и глубокий, сверху только вход каменный и дверь металлическая.

Мародёры её снять не смогли, уж слишком мудрёная и петли в разные стороны, не подцепить, а ей такая и нужна. Что всё вынесли, так это хорошо, меньше убирать. Вот там на полки и расставила консервы, а потом притащила откуда-то большой раскладной стол, который и стал её кроватью. Натаскала «пенок» и застелила, да ещё и «шар» принесла, чтобы тепло было. Натаскала от барыги и новеньких портянок, во что малыша заворачивать.

А потом Малая пропала, и никто её целый год не видел. Уже думали, что пропала, но она так и родила в подвале. Болотный Доктор малыша принял, Зона побеспокоилась и сообщила ему, что малолетняя дурёха собралась сама рожать, без присмотра. Славный такой карапуз родился, только не простой. Таланты свои начал проявлять рано, то в маму банкой с тушёнкой зашвырнёт, то кормить заставляет, внушая свои желания.

Она чуть с ума не сошла в том подвале, уже и еда на исходе, а как такого оставить? Только однажды появилась в её подвале Хозяйка и взяла на руки мальца.

– Ты ступай, набери еды да возвращайся, а я посижу с ним, – махнула рукой и Малую как вынесло наружу, едва рюкзак с обрезом успела прихватить.

Вот тут она вторую банду и положила, да в этот раз у неё уже два обреза, всё прошло замечательно. Артефакты тоже, как будто кто разложил специально. Набрала столько, что еле донесла, вот так и застряла там в подвале, пока сынок ходить не начал. Только он больше не шалил, видно, Зона его вразумила, что маму беречь надо, а не расстраивать.

Родив сыночка, Малая в рост пошла, да и так, скоро восемнадцать. Выходила ненадолго подстрелить крысу или тушканчика, так на мясе и вымахала с здоровенную бабу. Заодно заметила, что крысу приманить может к себе, чтобы не отходить далеко от дома. Развились способности, а может, от сыночка чего осталось.

Вот так и пришла к Сидоровичу, когда сынок вырос. Замкнула его в подвале, объяснив, что мама ушла «в магазин».

– Здорово, старый кровосос, – улыбнулась она барыге.

– Неправда ваша, я простой бедный торговец, – по привычке ответил тот и удивлённо уставился на вошедшую. – Вот это тебя разнесло на моих харчах!

– Ну, не только на твоих… – она так и улыбается.

– В Бар что ли повадилась ходить? – не любит конкурента барыга.

– Зачем, в Зоне много всего есть для жизни.

– На мутантах? Смотри хвост отрастёт.

– Значит и буду с хвостом, кстати, детские вещи не думаешь завозить?

– Так бы и сказала, что родила, – оживился Сидорович, – есть ползунки, пинетки распашонки.

Хитрый барыга понял, что женский контингент рано или поздно потребует и этих товаров. Стоило это, как будто Пьер Карден шил лично, но спрос был. Она и купила всё, что нужно малышу, а потом ушла к себе. Вот с той поры редко кто её видел, так и жила в заботах о сыне, пока Зоне не умерла, успев переправить своих детей в другую реальность. Там и осталась Малая, понравилось, что тихо, кланов нет и никто не воюет.

Глава 25 Киборг

- Поздорову Старый, тоже в «петле» побывал? – Молодой парень подсел к костру на Кордоне.

- Не припомню я тебя что-то, - старый даже сощурился, чтобы разглядеть новенького.

- Да кем я только не был, - усмехнулся тот, - поначалу Дурным, звали, потом Лихим, потом Скорняк, а уж после этого Киборг.

- Погоди, - Старый удивился, а отмычки молчали, ничего не понимая, - ты же без ног был в крайний раз, как виделись, когда в «кисель» попал.

- Куда я только не попадал, - усмехнулся парень. – В «жадинке» был, в «карусели» был, в «киселе» был, в «дупликаторе» два раза был, про «пасть дьявола» уже и вовсе молчу. Вот теперь и в «петлю» залез, о чём не жалею.

- А как ты выжил в этих аномалиях? – один отмычка не поверил словам парня.

- Долгий рассказ, - парень вздохнул, но раз начал, надо и продолжить, общество не поймёт.

- Расскажи, им полезно будет, - Старый уже рассказал и немало, неплохо бы и послушать.

- Было это давно, вот Старый знает, он тут с самого начала. Полезли в Зону все, кому не лень. Братки порядки наводить пришли, да только тут сталкеры и сами не промах, враз обломали всю спесь. А я такой весь самоуверенный и молодой, сильный пру без остановок, считая себя пупом земли.

Сталкер вздохнул, собираясь с мыслями и начал рассказ о себе: -

Датчиков тогда ещё не было, но старые бродяги уже кидали болты, стараясь уловить наличие аномалий. А я решил, что круче всех и пошёл за артефактами, кто мне нужен, если я и сам крутой перец, во всяком случае так тогда думал. Вот и влетел в «карусель», там бы мне и конец, но только за мной псевдопёс увязался, а аномалия слабая оказалась, двоих не потянула. Так бы и пропал, но судьба сжалилась и мимо проходила женщина сталкер.

- Ух ты, слабая аномалия, двоих не может разорвать, - удивилась та и достала верёвку, - лови!

В общем, кинула мне верёвку баба и вытянула живого… ну почти, я потом в себя неделю приходил. Вот так и получил я прозвище Дурной.

Потом перешёл дорогу бандитам и на меня охоту открыли. Решил я податься подальше от всех, где сталкерами и не пахнет, а там хватает всякого, хоть аномалий хоть мутантов. Вот за ними и пришлось приглядывать, да только так и попал в «дупликатор», а вышел уже в трёх экземплярах. Главное, все думают, что настоящие, а остальные клоны, чуть не передрались, но потом разошлись. В общем, там меня и убили, в смысле клона, бандиты настигли и застрелили. А потом пахан тех братков грохнул, когда на меня нарвались, в смысле на второго клона. Типа они его кинули, а это карается жестоко, кинули меня в «жарку» вместе с теми братками, но снова клона. А второй раз уже сам «размножился», но то вам лучше не знать.

Вот так я и получил прозвище Лихой, а в «жадинку» попал, когда убегал от мутантов. Прыгнул и прилип, а они уже на хвосте, едва не обосрался от страха. Только мутанты тоже влипли, а меня аномалия отпустила, видно вес слишком большой, чтобы удержать. Вот тогда я и стал осторожным, да так и ходил по Зоне, осторожно, на чуйке, всё продумывал до самой малости, стал настоящим сталкером, бродяги уважать стали.

Только не всё так просто в Зоне, кому что отмерено, то и случится. Вот в одной ходке получаю я рассылку о внеочередном выбросе, а схрона и нет. Лихорадочно ищу схрон, мечусь, как селёдка, а тут и попался мне этот люк. Я даже внимание не обратил, что рядом «кисель», а стоило бы, хотя выбора и не было. Залез я в люк, а там мелкая мутантка уже обосновалась, так я и не из Долга, чтобы с ними воевать, пережили вдвоём выброс.

Только «кисель» перекрыл нам выход, увеличившись после выброса. Вот так дела, хоть сдыхай внутри. Только пережили мы в этой яме до следующего выброса, делили еду и воду, хорошо, что «ящерки» мало пьют. Поговорили обо всём, а чем ещё заниматься, девчонка маленькая, лет десять, не мой формат. Только после следующего выброса кисель стал ещё больше.

- Вот и всё, конец нам, - решил я.

- Глупый совсем, можно же выйти, - девчонка смотрит, как на последнего дурака.

Выйти-то можно, только бы до края дойти, хотя жить без ног не сахар. Да я бы сам застрелился, но тут девчонка, и решил я её спасти. Собрался с духом, накатил для храбрости и пошёл. Первые пара шагов ничего, а потом подошвы расплавились, и я выл от боли, но упорно продвигался к краю аномалии, а потом пришлось на колени упасть, опираясь на автомат, да так и выбрался. Упал я там и сознание от боли потерял.

Пришёл в себя, а девчонка меня куда-то тащит. Силы у неё невелики, но упирается и тащит по Зоне. Я посмотрел на себя и чуть не сдох от увиденного, от ног одни «пеньки» остались. Девчонка смыла остатки «киселя» из моей фляги с самогоном, а сама тащит.

- Ты ругайся, только не дёргайся, - успокаивает, а из меня мат льётся как из ведра.

Я тогда чего только не передумал, пока она меня тащила. Сами подумайте, как жить без ног. Такого даже в анекдоте про сталкера Петрова не услышишь. В общем, приволокла она меня в свой дом, а там мама с папой, такие же «ящерки» в чешуе, как и она. Стали ругать, зачем притащила, но та рассказала, что я её спас, вытащив на себе из «киселя». Вот тут они прониклись, и папаша куда-то убежал. Вернулся он с Болотным Доктором, который меня вылечил, если это так можно назвать, оставил им мазь, которой меня мазали, пока всё не зажило.

В основном девчонка и мазала, а я стеснялся, я же без ничего лежу, комбез тоже в «киселе» остался по колени, в общем, внизу и нет ничего, отрезали всё, чтобы ноги можно было мазать. А та мажет, не смущается, вот так всё и зажило. Они меня потом поближе к Кордону притащили, а там уже бродяги подобрали. Только как жить, я не представлял, купил у барыги штаны, обрезал и зашил внизу, да так и перемещался на тележке с колёсиками.

Артефакты так не соберёшь, да мне на счёт стал кто-то класть деньги. Удивился я, но благодетеля от души благодарил, а потом и занялся выделкой шкур. Ну как выделкой… научился кабаньи шкуры приводить в божеский вид и шить из них куртки сталкерам. Всё дело хоть какое, а деньги на счету растут, хотя я туда ничего и не кладу. А потом столько накопилось, что я себе электроные ноги купил.

Хрень замороченная, но уже ходить можно было, только стал растирать свои отростки. Вот тут мне Болотный Доктор и подогнал мазь, которая здорово помогает, если мазать регулярно. Так и жил, стал снова ходить по Зоне, да хабар собирать, а потом встретил ту девчонку. Выросла она порядком, красавица, правду сказать. Это она артефакты собирала, а Болотный Доктор сдавал, да мне на счёт клал.

А потом химера напала, только ноги-то у меня не живые, а я ей в ухо из автомата. Вот вторая голова мне руку и откусила, взвыл я дико, но весь рожок в её башку выпустил, так и сдохла. А куда мне, однорукому? Да только опять та девчонка помогла, отвела к Болотному Доктору, а потом я и руку электронную купил, снова она мне с деньгами помогла. Вот тогда меня Киборгом и прозвали.

Только стал я водить туристов в самую задницу, когда в Тёмной Долине появилась «Пасть Дьявола», а что, купил себе ручной пулемёт, всё едино не своей рукой таскать, да и стал водить с ним. Только попалась девка с отцом, тому дочку вылечить надо, а на себя плевать, а она за отца переживала, вот и едва не сгорела там, пришлось вместе с ней прыгать в «Пасть». Теперь не вожу, снова хабар собираю, поскольку в «Пасть Дьявола» можно войти только один раз.

- У тебя же ноги и руки целые, - не понял отмычка.

- Так это я в «петле времени» побывал, да так, что вернулся к тому, когда у меня и ноги и руки были, - рассмеялся сталкер.

- Не слышал я про такую аномалию, - удивился отмычка.

- В Зоне столько всего, про что ты ещё не слышал, да и никто другой тоже, а про «петлю» все уже слышали, видели не все. Там можно попасть в прошлое или в будущее, это уже знать надо, что делать.

- Ворона знает, - подтвердил Старый, не рассказывая больше ничего.

Киборг кинул взгляд на него и прикрыл глаза, давая понять, что отмычкам знать не нужно про остальное. Оно и верно, тайна это чужая, всем о ней знать не следует. Только на самом деле Ворона как-то взяла за руку Киборга и отвела к аномалии, вручив «душу» и рассказав, что надо делать.

- Только оставь всё это тут, там оно без надобности, - твёрдо сказала она и помогла сталкеру выбраться из своей «упряжи».

Ох, непросто пришлось на обрубках зайти в аномалию, да там всё сделать, как нужно, но в итоге вышел на своих ногах, да ещё и с той женщиной, которая его вытянула тогда из «карусели».

- А ты красавчик! – похвалила она Киборга, не стесняясь своей наготы.

- Извини, жена у меня есть, да и дети тоже, - расставил всё по местам Киборг.

- Везучая она, такого парня отхватила, - вздохнула женщина, натягивая «горку», припасённую Вороной.

Киборг в своей куртке и с голой задницей смотрелся импозантно, но и ему нашлись штаны на этот случай.

- А это всё оставь у барыги на хранение, мало ли что в Зоне бывает, - кивнула Ворона на гаджеты, которыми пользовался до этого дня Киборг.

Так и отправились на Кордон, где всё оставил у Сидоровича, а потом подсел к костру. Женщина та ушла в Бар, купив автомат и снарягу, а Киборг задержался, поведав отмычкам свою историю. Не сказал только о семье, зачем им знать про жену мутанта, да детей, покрытых с головы до пят красивой чешуёй. Ушёл он утром, сразу отправившись вглубь Зоны, где жили его родные люди.

«Ящерка» давно не девчонка, но всё такая же красавица. Киборга она узнала сразу, хотя он сильно изменился.

- Так тебе даже лучше, только где это ты настолько помолодел? – улыбнулась жена, обняв и расцеловав мужа.

- Попал в аномалию, - скромно заметил Киборг.

- Ворона что ли попросила в «петлю» сходить? – от мутантов не укроется ничего.

- Она, ей уже без вариантов, совсем девчонка, как ты была тогда, при первой встрече.

- А ты верный муж, - женщина обняла Киборга, - такую красавицу просто так отпустил.

С телепатами не поспоришь, она всё в голове у мужа прочла. Прочла и то, что Киборг любит только её, да и хочет прямо сейчас. Дети поднялись и ушли вглубь трубы, откуда не видно и не слышно родителей, пусть побудут вдвоём.

Глава 26 Шкет

- Ладно, спать рано, расскажу ещё историю одной отмычки, ставшего легендой, - Старый глотнул из фляги, помолчал и начал повествование. – Однажды утром пришли новенькие вот сюда, а сталкеров и нет. Без надобности видно были отмычки в этот день. Посидели парни с девчатами, подумали, только без опытного наставника в Зоне сдохнуть проще простого.

Этого парня все приняли за малолетку, настолько он вышел невысоким, это уж как природа распорядилась.

- Шкет, ты что в Зоне забыл, она и не таких перемалывала, - спортивный парень смотрит удивлённо на новенького.

А тому плевать, он к разговорам не расположен, себе на уме. Так и сидели, пока не случилась неприятность.Редко на Кордон мутанты заглядывают, но вот забрела стайка слепых псов. Будь тут сталкеры, положили бы в десять секунд, но их не было. Отмычки с перепугу сбились в кучу, девчата визг подняли и тут паренёк вытащил из рюкзачка парочку кинжалов, похожих на кавказские и кинулся на собак.

Зрелище получилось потрясающим, когда парнишка вертелся волчком, поражая собак кинжалами, прыгал вверх, уклоняясь от их атак и снова вонзал своё оружие в тело мутантов. Битва закончилась так же быстро, как и началась.

- Вот тебе и шкет, - Кто-то слышал разговор и запомнил.

Так к нему и прилипла эта кличка, да он и не против оказался. Сталкеры потом подтянулись, когда всё уже было кончено. Посмотрели на собак, на отмычек, сходили к Сидоровичу, а потом стали расспрашивать Шкета.

- Ты откуда такой взялся?

- Из цирка, акробатом работал, а потом стало трудно выживать на цирковые доходы, да ещё и родители сорвались с трапеции… - парень стал грустным.

- А кинжалы где взял?

- Реквизит, спёр, если честно, - смутился Шкет.

- Стрелять умеешь?

- Не особо, я же акробат, там другие работают.

- Ну что, возьму я парня в ученики, - решил опытный бродяга, - зовут меня Сотня, это потому, что больше ста граммов не пью.

Так и отправились в ходку, купив парно и обрез, мало ли что, но в Зоне лишнего оружия не бывает. Цирковое прошлое пошлое только на пользу, парень влёт схватывал сталкерскую науку, опасностью не пренебрегал и запоминал отменно. С мутантами тоже разбирался уверенно и без страха. Вот так и втянулся Шкет, став хорошим сталкером, а потом Сотню убил кровосос. Шкет не стал предаваться горю, а пошёл мстить.

Ареал кровососа определил быстро по рассказам других бродяг, которые потеряли отмычек или напарников в тех местах. Долго пришлось выслеживать, отбивая человеческий запах с помощью мутантов, да обрез оставил, чтобы запах не привлёк мутанта. Кто хоть раз выслеживал дичь, или человека, тот знает, сколько это отнимает сил и времени. Только Шкет и не ел вовсе, чтобы запахом не выдать себя.

Неделю он так постился на одной воде, высматривая и выслеживая пути кровососа. И выследил, нашёл тропу, по которой кровосос возвращался в своё логово после удачной охоты. Ещё два дня он ждал, пока сытый кровосос решил отдохнуть и поспать. И вот мутант, наевшийся так, что живот раздулся от крови, решил спокойно поспать. Шкет ради этого убил псевдопса и тёрся об него, чтобы отбить запах, целый час, а потом уселся за кусками бетона там, где тропа проходила вдоль обрыва.

Ветер как раз дул, отгоняя запах в сторону, а кровосос ничего и не почувствовал. И вот Шкет с кинжалами кинулся сверху на кровососа, пока тот не включил мимикрию. Битва получилась знатная, раны на кровососе зарастали быстро, пришлось Шкету искать фатальное место, наконец, испробовав почти всё, он ударил в основание черепа так, что кинжал сломался, но при этом он перебил спинной мозг и отделил его от головного. Кровосос замер и рухнул на землю, а шкет отрезал ему голову и ушёл в Бар.

- Ого, знатный трофей! – Бармен доволен, есть за Периметром желающие повесить такой трофей на стену.

А кинжалы Шкету потом кузнец сделал, знатные ножи, как раз по руке и с учётом всех пожеланий. А потом Шкет спас отмычку, которую едва не сожрали собаки. Ведущего бандиты убили, а девушка побежала прочь, так и влетела прямиком в стаю. Только там и Шкет оказался, как раз набрёл на отмычку вовремя и собак всех положил.

Девушка оказалась умной и симпатичной, так и стали ходить вместе, пока … а ладно, вам это уже и ни к чему знать. Жизнь своё всегда берёт, ни у кого не спрашивая. Ушла она из Зоны, а Шкет затосковал. Только Зона тоску лечит хорошо, кому смертью, а кому делом. Долг отловил мутанта, молодую девушку и вёл на базу, чтобы скормить зверям на арене.

Гнусная эта забава многих сталкеров выводила из себя, но не воевать же с целым кланом. А Шкет решился, хотя какой там клан, всего четверо, да ещё если по-тихому и осторожно. В общем, подкрался и замыкающего убрал тихо. Уже и ко второму подобрался, но тут он обернулся не вовремя. Теперь отступать некуда, и Шкет полоснул его кинжалом по горлу. Тихо не получилось, поэтому остальные тоже повернулись навстречу опасности.

Так бы и застрелили Шкета, но тут девушка ударила коленом в пах пулемётчика и остался один медик, который выстрелил в грудь Шкету. Бронежилет выдержал, но пара картечин пришлась по телу. Только Шкета уже не остановить, он прыгнул вперёд и одним ударом покончил с медиком, а потом и пулемётчика добил.

- «Жарки» нет рядом? – все знают, что мутанты видят аномалии.

- Вон там, - указала головой девушка, поскольку руки связаны за спиной.

Шкет быстро перерезал путы, потом снял у долговцев наладонники и побросал в аномалию. А потом пришёл и черёд тел, они таскали вдвоём трупы и кидали в аномалию, вот тут-то Шкет и упал обессиленный от ран.

- Где я? – придя в себя, шкет обнаружил, что лежит в подземелье на куче прелой листвы.

- Лежи, рано ещё, - девушка придержала сталкера, чтобы не вставал. – «Мясо» там, нашла по пути, ты много крови потерял.

Между тем Шкет понял, что он голый, но не замёрз, видно рядом «огненный шар» лежит.

- Мы же тоже люди, - прочла его мысли девушка, - вот и обустроила себе жилище, чтобы удобно было. Это у вас вон всё есть, а тут тряпку найдёшь и рад.

Это да, одежды на ней совсем немного, вроде юбочки кусок тряпки и всё. А так красивая, даром, что в чешуе.

- Понравилась что ли? – от мутантов мысли не скроешь.

- Ты красивая, - честно сознался Шкет, - была у нас в цирке артистка в таком комбинезоне, «женщина змея», гибкая до невероятности.

- Н у, я не змея, а гибкая… - она прогнулась назад, и голова очутилась между стоп, - вот так?

- Ого! Примерно так, а ты тоже цирковая? - глупость спросил, но сразу не понял.

- Нет, у нас это от природы, все мы такие, хотя и мало в Зоне похожих на меня. Ты не фантазируй, лишнее это, - добавила она, глядя в глаза Шкету, - а ладно, было у нас уже, как бы я тебя отогрела, ты ведь остывать начал.

Так и остался Шкет у той дамочки, только в Бар ему дорога отныне закрыта, Долг прознал как-то, что это его рук дело и открыл охоту на Шкета. Пришлось питаться крысами и даже на Кордон ходить ночами, опасаясь встреч с кланом. Ещё и бандиты, так что стал Шкет похож на дикого зверя, про обрез и вовсе забыл, оставив его девушке, мало ли что. В общем стал легендой, про которую все слышали, а увидеть довелось единицам.

- Вот такой он, наш Шкет… был, только однажды завязался с большой бандой, да и угодил прямиком в аномалию, положив бандитов. Погнался за последним и не увидел аномалии. – закончил повествование стакер, хлебнул и замолчал, глядя в огонь.

К костру подошла девчонка с чёрной косой до самой попы. Села молча и уставилась в огонь.

- Поздорову, Ворона, - приветствовал ей сталкер.

- И тебе не хворать, Старый, - ответила девчонка, не отрывая головы от поджатых колен.

- Ждёшь кого?

- Тебя… - девчонка помолчала, - пора Шкета вернуть.

А утром они ушли в Тёмную Долину, им сегодня не отмычки нужны, а дело сделать.

- Мне уже нельзя, а ты слушай, - обратилась она к Старому, - время тут закручивается вот в эту сторону, - она показала руками. – Если сюда повернёшься, то умрёшь от старости, а если туда, то помолодеешь, вернёшь время назад.

- Обратно в отмычки? – Старый дрейфил, какому сталкеру хочется лезть в аномалию.

- Нет, голова останется такой же, тебе потом Болотный Доктор всё расскажет, память нельзя вернуть, ведь мысли не в голове хранятся, а вокруг нас. – за время в Зоне Ворона много чего узнала. – Только вот эту душу с собой возьми и сразу выходи, как он появится.

*****

Голый Шкет стоял перед девчонкой и сталкером и ничего не понимал.

- С возвращением! – улыбнулась Ворона, - одевайся, вон тебе «горка» лежит и берцы. – А тебе, Старый, ещё две «души» возвращать к жизни, так что зря там не задерживайся.

- Это я так в пацаны перейду, - Старый и так уже не старый, нормальный мужик средних лет.

- Если осторожно, то лет на тридцать будешь, - успокоила Ворона, - ну, на двадцать пять. Только не трепись потом, скажи просто, что в аномалию попал, тут и врать не придётся.

А потом они шли на Кордон, и Шкет думал, что надо бы и ножи раздобыть, да проведать свою «ящерку». Ворона усмехнулась его мыслям, но виду не подала, никто не знает, что она теперь и телепат. Только ножи у Сидоровича купила Шкету, не кинжалы, но и не с голыми руками.

*****

- А я слышала, что ты погиб, - молодая женщина кинулась на шею Шкету, стиснула его в объятиях и плакала от счастья.

- Так и было, но меня вернули, как же моя дочка без меня, - улыбался Шкет.

Малышка только начала ходить и пыталась добраться до мамы и этого сталкера, которого она видела впервые. Ножки запутались, и она плюхнулась на четвереньки, да так и побежала к родителям. Обнимая мамину ногу, девочка слушала странные мысли взрослых, а те едва отцепились друг от друга, и Шкет подхватил на руки дочку. Остальное всё будет потом, а пока жизнь ворвалась в этот дом, ну и пусть подземелье, у человека должен быть свой дом, самый родной и уютный, и добрый.

Глава 27 Эльф

- Ух ты! Настоящий эльф? – удивился молодой парень.

Утром пришли отмычки и среди них попалась весьма любопытная барышня. Не так, чтобы красавица, но и не пугало, а вот остренькие ушки торчали, как у киношных эльфов. Дамочка явно не неженка, а осмотревшись, пошла в рощу и вернулась с палкой. Достала из рюкзачка мешочек и оттуда шурупы, которые и начала вкручивать в палку в шахматном порядке.

В результате получилась весьма оригинальная дубинка, которая могла лихо рвать плоть. Фатальных ран такой не нанесёшь, разве что порвав артерию, а так гонять мутантов можно. Но этого ей показалось мало, и дамочка срезала палку побольше. Вот из неё уже она начала делать лук.

- Ты глянь на это чудо, - хихикали отмычки, но той плевать было на всякие смешки.

Девушка уже перешла к стрелам, а тут ей понадобились перья, и она направилась к «карусели» вокруг которой валялись вороньи перья. Остановить её было некому, но она и сама стала, как вкопанная перед аномалией. Обошла по кругу, подняла немного перьев и вернулась к костру.

- А вот там что такое? – спросила она у отмычек, но те и сами не знали, пока не пришёл сталкер.

Бродягу видно сразу, хоть по оружию, хоть по снаряге, а тот сразу направился к Сидоровичу и вышел от него уже без артефактов, но с полным рюкзаком патронов и консервов.

- Вы же сталкер? – спросила это чудо.

- Мы? – бродяга осмотрелся по сторонам, демонстративно показывая, что он один, - в Зоне, девочка, все на «ты». Сталкер, но отмычек не вожу, - отрезал он.

- Да мне интересно, вон там, где перья валяются, что это такое? – она указала на «карусель».

- Аномалия, называется «карусель», но ты туда не ходи, погибнешь. А вообще тут мало аномалий, но если разгуливать, то сдохнуть проще простого.

- Да я уже ходила, перьев набрать, почувствовала, что там что-то не так, - пояснила девушка.

- Вот так и почувствовала? – заинтересовался сталкер.

- Ну это… - замялась девушка, - уши щипать начало.

- Ух, знатные у тебя уши, родилась с такими?

- Да она Эльф, - подначил какой-то шутник из отмычек.

- Что, правда? – сталкеру стало интересно.

- При них не скажу, - девушка закрылась и больше ни слова не сказала.

Сталкер хлебнул из фляги, помолчал, явно обдумывая что-то, приложился ещё раз, а потом тронул плечо девушки.

- Утром в Бар уйду, могу отвести, - произнёс он по-доброму, - учеников я не вожу, просто дорогу показать.

Девушка кивнула, давая согласие и не отрываясь от изготовления стрел. Так, молча, и работала, пока все не заснули. Непростое это дело, сделать ровные стрелы, нужно освободить от коры веточку, на костре подсушить, постоянно выравнивая, пока окончательно не высохнет. Потом приходится ещё делать канавки для перьев, разрезать осторожно перо, привязывать их на стрелу, а в завершение и наконечник закрепить. Это она с собой принесла, а вот лук тащить через посты, это уже слишком.

Утром Сталкер проснулся, потянулся, толкнул девушку, и та подскочила, как пружина. Так и пошли в Бар, только тетиву на лук натянула, спросив, сколько идти и когда примерно придут.

- В Зоне не загадывают, тут можно двести метров часами идти, а можно и как по шоссе прогуляться, - пояснил сталкер. – А ты правда эльф?

Уж больно ушки у девушки оригинальные, остренькие такие, торчат в стороны, а за них волосы заправлены, как у киношного эльфа.

- Смеяться не будешь? – пристально посмотрела она на сталкера. – Операцию сделала, уж лучше быть эльфом, чем чебурашкой. От природы у меня такие локаторы были, что все ржали дико, вот и сделала операцию, когда подросла. В шутку попросила, как у эльфов, врач и сделал, воспринял всерьёз.

- А незаметно совсем, - одобрил бродяга.

- Врач хороший, руки золотые, а уж потом я решила, раз эльф, освою-ка я лук, три года занималась в секции, а тут мама умерла, - что-то девушка разоткровенничалась, - отец новую нашёл, змея змеёй.

Девушка замолчала и сощурила глаза, видно неприятные воспоминания зацепили душу. Потом она вдруг встала, как вкопанная.

- Что-то впереди не то, - тихо сказала она.

Сталкер достал болт и кинул перед собой. Пламя из аномалии вырвалось с диким рёвом и почти сразу погасло.

- «Жарка», - пояснил сталкер, - а раньше не было, видно, после выброса появилась. А ты как её почувствовала?

- Уши щипать начинает, я это ещё дома поняла, когда на переходе защипало, я и остановилась, а там машина пролетела, едва не сбила. Такой вот отрицательный эффект после операции.

- Это там отрицательный, а тут положительный, везёт тебе, не каждому сталкеру такой дар, аномалии чувствовать.

В следующий раз уши девушку вроде как подвели, болт спокойно упал на землю и сталкер пошёл за ним, вот тут-то всё и произошло.

- Приплыли, голубки, - небритая рожа ехидно ухмылялась, - клади оружие и давай сюда хабар и бабу.

Бандит шагнул к сталкеру, держа в руке обрез, и тут стрела воткнулась в его шею. Этой заминки хватило, чтобы сталкер открыл огонь, а девушка уже достала вторую стрелу. Только стрелять больше не пришлось, бродяга опытный и положил парочку бандитов двумя короткими очередями.

- Собирай их хабар, я посмотрю, кто тут ещё есть рядом, - сталкер внимательно осмотрелся, а девушка пока перетряхивала вещи бандитов.

Оружие и патроны в рюкзак, консервы туда же, а вот ножи её не вдохновили, но сталкер сказал, чтобы брала всё. Так и отправились в Бар, уже с нагруженной барышней. Пару аномалий она ещё определила своими странными ушами, но в целом добрались хорошо. Бармен подивился странной отмычке, но бандитское оружие принял, хоть и недорого, а сталкер поделил деньги пополам.

- Как зовут красавицу, – поинтересовался Бармен, - на кого писать?

- На Кордоне Эльфом звали, - пожал плечами сталкер.

- Так и запишем, будешь ты, красавица, Эльфом, - усмехнулся Бармен.

Взяли по порции каши с мясом, а вот от водки девушка отказалась.

- Ну и правильно, вам пить совсем не обязательно, - одобрил бродяга. – В принципе, я тебе уже не особо и нужен, аномалии ты чувствуешь, стреляешь неплохо, хотя зря от обреза отказалась. Только не спеши везде лезть, в Зоне всякое бывает и мутантов ещё не встретили, а так их тут много всяких, не каждого луком и пробьёшь. В общем, сама смотри, как жить будешь, только мой совет, одна не ходи и с кузнецом посоветуйся, как придёт в Бар.

Вот так и осталась она в Баре, ходила с разными бродягами, а брали её в ходку охотно, как бесплатный датчик аномалий, денег немного заработала, а потом и кузнец появился, заказ на нож пришёл. Вот тут она и поговорила с ним о многом.

- Лук надо хороший, помогу сделать, а так заказала бы за Периметром через барыгу блочный. А вот меч… подумай, что ты хочешь?

- Да мне бы вот такой, только на две руки, - показала она на ятаган кузнеца.

- Для настоящей ромфеи ты маловата, - оценил размеры барышни кузнец, - но сделаю, а пока давай с луком разбираться, ему ещё сохнуть надо потом.

В общем, сделали они хороший рекурсивный лук, наконечники к стрелам и стала она ходить по Зоне сама. Только едва не погибла, когда мутанты напали большой стаей. Спасли её Немой с Ириной, да и отнесли к Болотному Доктору. Док вылечил девушку и даже проводил до Бара, там у него дело появилось.

- Одна больше не ходите, видите, сколько тут опасностей, - строго заметил он, а сам занялся пациентом.

Только кто бы познал женскую душу, вот и Эльф покрутилась, сходила пару раз с другими, а потом, когда кузнец сделал ей меч, снова пропала, теперь уже с концами. Редко кому доводилось встретить её в Зоне, говорили, что ходит она со здоровенной псиной, непонятно откуда взявшейся в Зоне, но видно псевдопёс с кем-то погулял. Так и живёт где-то в Зоне эта непонятная дамочка по имени Эльф.

- А ты не загибаешь? – отмычка недоверчиво покосился на рассказчика.

- Не веришь и не надо, только я чистую правду рассказал, сам тогда проводил её в Бар, только я отмычек не вожу, вы уж с кем-то другим ступайте.

Дело к ночи и отмычки у костра заснули, свернувшись калачиками, а ночью к Сидоровичу заявилась гостья.

- Не спишь, старый кровосос? – достала она из рюкзака контейнеры.

- Неправда ваша, я бедный торговец, - запричитал Сидорович, жадными глазами разглядывая артефакты. – что брать будешь?

- Лук пришёл? – спросила Эльф напрямую.

- Пришёл, только он денег стоит, - заметил барыга.

- Да ты уже вперёд всё взял, тебе за глаза хватит, - сказала, как отрезала и глазки сощурила, что ни о чём хорошем не говорило.

- Ладно, не злись, вот он, - барыга извлёк из кладовой блочный лук, - только тетива запасная за отдельную плату, кевлар как-никак.

- Давай всё и пару ножей хороших, друзьям подарю, - решила девушка.

- Ножи не дарят, их меняют или продают, хоть за простую монетку.

- Вот и поменяю на доброе слово, откуда у них деньги, - усмехнулась Эльф.

- Тогда пусть артефакты помогают искать, - заметил барыга.

- А это мысль, давай пару контейнеров и маленькие рюкзачки, остаются у тебя от отмычек, только не яркие.

Так и прошёл обмен, хотя денег на счету у неё хватает, не берёт же почти ничего. Эльф сгрузила это всё к себе и ушла в ночь, не желая попадаться на глаза никому более. Утром она уже была на месте, раздала подарки мужу и жене «ящеркам», жившим в старой насосной станции. Вот уж кто настоящие дети природы, в чешуе и с луками, которые помогла им сделать Эльф. Охотиться с ними стало удобнее, а рагу из тушканчиков пришлось как раз к месту.

- Ты ещё не нашла свою любовь? - спросила женщина мутант.

- Нет, ты же урвала вон какого красавца, а других я пока не встретила.

Огромный пёс лежал у входа, чутко прислушиваясь к Зоне. Хозяйка подобрала его маленьким щенком и вырастила в большого и умного зверя. Он будет защищать её, пока жив, хотя она и сама не промах, справляется со всеми проблемами, даже аномалии чувствует заранее.

Глава 28 Мора

- Случилось это давно, когда только отмычки полезли в Зону.

Сталкер отхлебнул из фляги и продолжил.

- В Бар ещё не все ходили, но отмычек брали, не рисковать же самому.

Для чего нужны отмычки, он уже рассказывал сидящим у костра, отчего многие впали в крайнее уныние. Вот и стал сталкер рассказывать, как из отмычек получались легенды Зоны.

- Вот она и появилась со всеми, да тут сразу стало ясно, куда её заберут, кому нужна бомжиха.

Каким уж образом опускаются люди на дно жизни, это можно только гадать, у каждого своя история. С заплывшей физиономией, грязная и неприятно пахнущая, она вызывала только отвращение. Но утром именно её и взял в отмычки один бродяга. Взял именно распечатать аномалию у входа в подземелье. А пока вёл аккуратно, да та и слушалась, как машина, видно привыкла подчиняться, а может просто не спорить, у бомжей это часто встречается.

Вёл, бросая болты в сомнительных местах, заодно показывая аномалии, когда болт попадал в какую. Разговорчивый был бродяга, хотя и мерзавец. А та шла на убой, даже не подозревая о своей судьбе. Иногда подражала сталкеру, бросая всякую гадость впереди себя, просто тупо подражая ведущему. Уже и подземелье показалось впереди, только вход в него закрыт «мясорубкой», а та бросает всякую дрянь перед собой, даже не смотрит, что именно.

Так и схватила чёрный камешек, очень похожий на простой кусок угля, и тут её как током шибануло. Упала без сознания и не дышит, только камешек в руке зажала.

- А, чёрт, не вовремя, - выругался сталкер. - Эй ты! Сдохла что ли?

Руками трогать брезгует, пинает под рёбра ногами, а та валялась долго, а потом глаза открыла. От очередного удара она закрылась рукой, выставив ладошку перед собой, и тут сталкер покачнулся. В глазах отразилось изумление и испуг, и он умер.

- Полежи, сейчас легче станет, - рядом появилась женщина в белом.

Зона осмотрела бродяжку, покачала головой, а потом рассмеялась.

- Вот усмешка судьбы! – расхохоталась она, - он же тебя вёл на смерть. Там аномалия, которая может любого убить. Кинь что-нибудь и увидишь.

Женщина раскрыла ладонь, посмотреть, можно ли это кинуть в аномалию, но Зона остановила.

- Это всегда при себе носи, теперь тебе только так можно выжить, вон болты у него есть.

Болт произвёл впечатление, попав в аномалию, бездомная аж подскочила. Длинный и сочный мат из её уст заставил Зону расхохотаться.

- Мощно выражаешься, - произнесла она, перестав смеяться, - теперь ты можешь жить только тут. Артефакт наделил тебя способностью высасывать жизнь, так что сейчас тебе не должно ничего хотеться.

- Жить захотелось, - недоумённо посмотрела на себя бездомная. – Это что со мной?

Она разглядывала свои лохмотья, принюхалась и её едва не стошнило.

- Это что, я сама дошла до такой жизни? – удивлённо произнесла она, разглядывая себя.

- Да уж никто не заставлял, сама и докатилась, - подтвердила Зона. – А теперь слушай внимательно. Жить ты можешь только во мне, тебе не нужно теперь есть, да и спать будешь недолго. Приведи себя в порядок, переоденься и живи, как получится. Только помни, будешь простых людей губить, я тебя уничтожу. А пока возьми у него всё, тебе хватит себя в порядок привести. Да подумай хорошенько над своей жизнью.

Зона хлопнула в ладоши и исчезла, а женщина задумалась. Вот жила она, жила, а потом её бросил любимый, забрав детей. С горя она спилась и покатилась на самое дно. А что теперь? Думала долго, пока на неё не напали собаки. Только она высосала из них жизненные силы и собаки попадали мёртвыми, кто не убежал. Ого! Она теперь и так может? Сил прибавилось основательно, и она взвалила рюкзак сталкера, оружие, подсумок с болтами, да и пошла обратно.

На Кордоне сдала всё, что было у сталкера, а себе купила простую «горку», тщательно вымылась, хоть и в холодной, но чистой воде, да и переоделась в чистое. Только у костра она не прижилась, костёр начал угасать, а бродяги быстро поняли, что это из-за неё. Пришлось уходить прочь, только ей ничего и не надо, даже есть не хотелось. С собой у неё только подсумок с болтами и пара контейнеров, Сидорович настоял, чтобы носила.

Вот так и стала жить в Зоне бывшая бездомная, отёки спали, лицо посвежело, сил прибавилось и радости жизни. Только с людьми отношения не складывались, сталкеры, народ особенный и интересы у них специфичные. А камешек тот вместо кулона стала носить, обвязав шнурком. Кличку получила от детской книжки – Мора, поскольку рядом с ней гасли небольшие костры. Зато большие она сама разводила, греясь возле них, пока костёр не угасал.

Артефакты таскала разные, да и что ей нужно, ботинки, когда сносятся, одежду, когда истреплется, да ещё попросила Сидоровича достать зеркальце и косметичку. Баба получилась, загляденье, но с любовью у неё не выходило, обнимет кого и тот умирает, а зачем людей губить. Зато бандитов она губила без жалости, порой даже удовлетворяя свои потребности, а потом лишая жизни. Это Зона воспринимала нормально, даже научила её видеть аномалии, когда удостоверилась, что душа у женщины совсем не плохая.

- Она до сих пор живёт в Зоне, даже дочку родила от бандитов, только никому не показывает, - Закончил рассказ сталкер.

- Брехня всё это, - заметил какой-то парень из отмычек.

- Как хочешь, так и понимай, я врать не привык, - сердито бросил сталкер.

Он подбросил дров и замолчал, не желая больше ничего говорить. А в это время к костру подошла красивая женщина с маленьким рюкзачком и огромной вязанкой дров.

- Поздорову, Старый, я посижу немного, - сказала она, свалив дрова возле костра.

- И тебе не хворать, раз дрова принесла, сиди, - бродяга не высказывал ни радости, ни досады, только подкинул побольше дров и костёр жарко разгорелся.

- Спина не болит? – спросила она у Старого.

- Ломит, зараза, должно быть к дождю.

- Держи «пламя» полегчает, - Мора положила артефакт на землю и сталкер осторожно взял его.

- Благодарствую, а сдавать не будешь? – У сталкеров это в крови, если есть артефакт, то надо сдать барыге.

- Ему «вспышка» есть, только куда мне деньги. Вот дети вырастут, им к свадьбе и придумаю чего.

- Ты про дочку?

- Которая здесь родилась? – переспросила Мора, - у этой всё есть, да и маленькая она. Сидорович мне нашёл моих от прежнего козла, теперь присматриваю за их судьбой. Я недолго, - почему-то пояснила она, - дочку кормить надо.

Мора протянула ладошки к огню и отмычки с удивлением увидели, как тепло от костра ощутимо устремилось в её ладони. Старый только подбрасывал дрова, чтобы костёр не погас, а Мора поднялась и пошла к Сидоровичу, откуда сразу ушла в темноту, наполнив свой рюкзачок.

- Ладно, спать ложитесь, до утра нечего больше делать, - заявил сталкер и улёгся спиной к огню.

Глава 29 Ульяна - дочь кровососа

- Зона, это вам не игрушки, - сталкер сидел у костра на Кордоне и рассказывал отмычкам, куда они попали. – Тут опытные сталкеры гибнут, а вы вообще ничего и не знаете ещё. Тут важно слушать ведущего и всегда быть начеку, ибо опасно может быть всё. Вот ты прошёл и ничего не случилось, но если с тебя хоть капля упадёт, или плюнешь на землю, то запросто можешь попасть в «трясину». Это когда твёрдая воде земля вмиг становится болотной топью, а можно и сгореть в «жарке».

- А с кем лучше идти? – худенькая девушка заинтересованно посмотрела в глаза сталкеру.

- Это как повезёт, бывает и хороший бродяга, а всё равно можно в неприятность попасть. Не все и водят отмычек, Дуся, та совсем никого не берёт, только стрелять может научить и то, если захочет.

В это время на Кордон пришли двое, парень, раненый в руку и чёрная девушка. Она попрощалась и ушла обратно в темноту, а отмычки так ничего и не поняли.

- Это Шоколадка, отмычек не водит, может только из ходки привести, кому не повезло, а так не берёт никого. Забудьте, за вами утром придут.

- А она ночью не боится ходить? – какой-то парень видно наслышан про то, что ночью сталкеры не ходят.

- Она ничего не боится, вам это без разницы, вы о себе думайте. Тут чудес всяких хватает, не удивляйтесь, Ворона вообще стала девчонкой после аномалии. Баба была, я вам доложу, глаз не оторвать, но вот вляпалась в «петлю времени».

Разговоры идут своим чередом, а тут девушка из темноты вышла и подсела к огню. Одета в «горку», а на голове шапочка с прорезями для глаз, да и маска вдобавок на лице.

- А ты чего в маске? – молодой парень удивлённо разглядывает новенькую.

Лица толком не видать, а фигурка хорошенькая.

- Ноги вон у него воняют, вот и ношу маску, - кивнула она на сталкера.

- Ну у тебя и нюх, пока не сказала, я и не заметил, - удивился парень.

Девушка пожала плечами, но больше говорить не пожелала. Разговоры ещё долго продолжались, пока сталкер не заявил, то пора спать. Подкинул дров, и все улеглись у костра. Девушка поднялась и ушла в темноту. Вернулась она под утро и тоже улеглась на свободное место. А утром пришли сталкеры. Придирчиво осмотрев отмычек, они выбрали себе по паре человек и повели их в ходку, купив по ножу.

-Мне бы пистолет… - вздохнула худенькая девушка.

- Вот если вернёмся, тогда и купим, - неохотно произнёс сталкер, - пистолет надо ещё заслужить.

Он взял и девушку в маске, а та не очень и сопротивлялась, хотя больше хотела пойти с парнем.

- Пойдём сразу на Агропром, - озвучил сталкер, - вы впереди.

Девушка в маске придержала напарницу и пошла первой, обходя аномалии, как будто знала дорогу наизусть.

- Ты что, была здесь? – удивился ведущий, а та только кивнула.

Вдруг, она остановилась и стала обходить по большой дуге, приложив палец к маске.

- Бандиты, - пояснила она, когда вернулись на прежнее направление.

- Ты как узнала? – не понял сталкер.

- Перегаром воняет, - коротко и ясно.

- Ну у тебя и нюх! – бродяга удивился, хотя в Зоне чего только не бывает.

На этом удивительное не закончилось, ни один мутант близко не подошёл, а девушка шла мимо аномалий, как по своей квартире. В одном месте остановилась, показав на ботинки, уже прилично сгнившие от дождей и маленький рюкзачок.

- «Жадинка», - коротко пояснила она, - долго держится.

- А ты с кем сюда ходила? – сталкер о чём-то начал догадываться, но смутно.

- С Колобком, давно ещё, - голос не совсем обычный, но остальные списывали это на маску.

- Это которая с Кузей ходила? – вспомнил сталкер, - так её нет больше.

- Погибла в подземельях станции.

Девушка не любила болтать явно, говорила коротко и по делу. Так и дошли до Агропрома, а там уже пошли и артефакты. Таскали их девчата, но так повелось, что это работа отмычек. А вот «компас» девушка не позволила брать напарнице, да и сама не пошла.

- Чего стали? – возмутился сталкер, - хотела пистолет, вот тебе и будет на него.

Но девушка схватила за руку отмычку и не пустила.

- Сам иди, если хочешь, - заявила она.

- Для отмычки ты слишком наглая, - рассердился сталкер.

Он подошёл к девчатам и попытался подтолкнуть их к артефакту, но девушка оказалась неожиданно сильной. Увернувшись, она оттолкнула сталкера и тот оказался между девчатами и артефактом.

- Ах ты, сука! – замахнулся он на девушку, но та неожиданно стянула с головы шапочку и маску.

Испуганный сталкер шарахнулся прочь и попал в аномалию, которая была между ними и артефактом. А девушка поспешила натянуть шапочку и маску обратно. Но напарница успела заметить щупальца вокруг рта.

- Ты кровосос? – испугалась она.

- Не бойся, я его дочка и мама у меня человек и отец добрый, мы на людей не охотимся. Только не болтай обо мне, я же тебя спасла, этот придурок тебя бы погубил, да и бандиты бы вас убили.

Девушка кровосос ловко подхватила «душу», получившуюся из сталкера и «компас», пока аномалия не перезарядилась.

- Вот тебе и на пистолет, да хоть на два, это всё дорого стоит, только «душу» лучше сразу Вороне показать, если увидим. Ты поешь пока и пойдём обратно.

Напарница успокоилась только после того, как поела тушёнки и запила энергетиком из рюкзака сталкера. «Завтрак с кровососом» прошёл вполне мирно, и она почти совсем пришла в норму.

- Молодец, а теперь давай знакомиться и пошли назад. Тебя как зовут? – девушка кровосос оказалась довольно милой и даже разговорчивой.

- Валентина, но можно просто Валя.

- Вот и славно, а меня Ульяна, а проще Уля, - улыбки под маской не видно, но голос приятный. – А ты почему пистолет хотела?

-Так я КМС по стрельбе из пистолета, - Валя тоже улыбнулась, - могу и с двух рук по-македонски.

- Вот и бери сразу два.

Они уже шли обратно, когда Ульяна остановилась и принюхалась.

- Сюда идут, ты постой, а я с ними справлюсь, - с этими словами Ульяна стала … раздеваться.

Лишившись полностью одежды, она вдруг исчезла. Валя перепугалась, но тут бандиты и вышли на них, всего трое, хотя столько Ульяне выпить ещё не приходилось.

- Вот это удача! – обрадовались бандиты и кинулись на девушку.

Но тут задний вскрикнул и упал на землю мумией, такая же судьба ждала и второго, а третий бросился наутёк, но Валя подобрала обрез, и бандит далеко не убежал. Ульяну тошнило от грязной пропитой и прокуренной крови, а при виде этого зрелища, едва не стошнило и Валю. Но вот всё закончилось и Ульяна оделась.

- Только не говори никому, а лучше и вовсе забудь, - смущённо произнесла она, натягивая шапочку и маску.

- У тебя такие красивые волосы, - вдруг заметила Валя.

- Это от мамы. Прав он, лучше родню попросить.

Последняя фраза прозвучала странно, и Валя удивилась.

- О чём попросить?

- Понимаешь, мне уже семнадцать, пора парня заводить, - смутилась Ульяна, - а где я его найду?

- Нашла о чём переживать, - Валя даже рассмеялась, - вся жизнь впереди, найдётся ещё твой парень. Вот я так ничему и не научилась, как теперь жить?

- А чему ты хотела научиться? – не поняла Ульяна.

- Ну, как сталкеры тут живут, чтобы в аномалию не попасть.

- Чего уж проще, - усмехнулась Уля, - кидай перед собой болты, или всё равно что.

С этими словами она запустила камень в аномалию и «жарка» вспыхнула ярким пламенем.

- Вот так они и ходят, если места незнакомые, а так смотрят на следы, на косвенные признаки. В дождь вообще всё видно. Аномалии после выбросов могут места поменять, а так сидят на одном месте. Да артефакты нужно обкидывать вокруг, а потом брать, Наука не хитрая, я за ними много наблюдала. Главное, внимательной быть, а зверушек тоже зря не стрелять, если мимо бегут, то пусть себе бегут. – Уля рассказывала подруге, что сама знала.

- А как ты исчезла? – Вале интересно же.

- Мимикрия, мы воспроизводим на теле картинку того, что есть за нами. Это мне бабушка рассказывала, в смысле старшая. Есть такие рыбы, что становятся почти невидимыми, даже на шахматной доске становятся в клетку, мне это тоже бабушка показала.

- Интересная у тебя бабушка, - заметила Валя.

- Очень, только теперь нечасто вижу, она по мирам бродит, обе.

Так с разговорами и вернулись на Кордон, а там за «компас» Валя выручила много денег и купила себе пару пистолетов Лебедева. Удобная машинка и бьёт хорошо.

- Ты себе хоть обрез оставь, - посоветовала Валя, - мало ли что случится.

- Да меня мутанты боятся, - возразила Уля.

- А люди? – тут она права, люди разные бывают.

А пока Валя проверила, как бьют пистолеты на местном стрельбище и получилось у неё просто замечательно. Заодно и Ульяну подзадорила, а у той оказался талант к стрельбе, кровососы вообще сильно отличаются от людей.

- Куплю пистолет, - решила она, - бабушка мне счёт открыла.

В итоге Уля обзавелась тоже пистолетом Лебедева, как самым удобным. А тут и вечер настал и к костру подтянулась девчонка с длинной косой, цвета воронова крыла.

- Вот и Ворона, покажи ей «душу», - показала на девчонку Уля.

Но Ворона артефакт отвергла, видно в своё время погиб человек, хоть и не злой, но и не добрый.

- Давай хоть пополам, - Валя, девушка честная, тем более, что Ульяна её буквально спасла и не раз.

- Мне денег хватает, а ты себе комбинезон лучше купи, тебе он важнее.

- А тебе, вдруг в тебя выстрелят, - хорошая девушка, заботится о подруге.

- А мне не страшно, смотри, - с этими словами Ульяна разрезала ладонь ножом и Валя с удивлением увидела, как прямо на глазах рана заросла, не оставив даже шрама. – Ладно, пойду я, парней нет, а мне и поесть пора и домой загляну тоже. Ульяна обняла подругу, с тем и расстались.

Валентина потом стала хорошим сталкером, научилась чувствовать аномалии, обзавелась знакомствами, да и стала жить в Зоне, получив кличку Валька Пуля. А Ульяна долго ещё искала парня, хотя однажды…

*****

- И что мне теперь делать? – отмычка стоял с обрезом в руках, а рядом лежали бандиты и его ведущий.

Успели попасть в бродягу, да так, что тот и недолго мучился. И вот молодой парень, ещё отмычка, стоит и недоумевает, что ему делать. Между тем на выстрелы и запах крови уже начали собираться собаки, но битвы не получилось. Уже приблизившись вплотную, слепые псы шарахнулись в сторону и остановились на почтительном расстоянии.

- Не жди, собирай оружие, патроны и консервы, - молодая девушка вышла из-за кустарника и подошла к парню. – Отмычка что ли, чего растерялся? Возле мяса долго не стоят, мутанты кровь далеко чувствуют.

- А ты кто, сталкер? – парень с трудом начал приходить в себя.

- Почти, я Ульяна и твоя спасительница, вы за стрельбой и не услышали, как я вон того положила, а то и тебе досталось бы. – девушка встряхнула парня, сунула в руки рюкзак и принялась собирать в него обрезы, патроны, консервы, даже ножи бандитские. – Всё, пошли, нечего тут долго оставаться.

Навьючив парня и повесив на шею автомат сталкера, она потянула его прочь от побоища.

- Его бы похоронить, - заметил парень в отношении ведущего.

- Собаки и похоронят, да и крысы тоже, пора идти, - Уля увела парня подальше, заставила поесть, разломив пополам шоколадку.

После еды парень стал более адекватным и Ульяна уже спокойно объяснила ему, как нужно ходить по Зоне, как правильно брать артефакты и вообще, как жить в Зоне.

- Консервов у тебя много, повожу я тебя, всё покажу, но не бесплатно, - заметила она парню.

- У меня же нет денег совсем, - удивился парень.

- Деньги мне не нужны, а у тебя есть то, чего нет у меня. Дурачок, я о любви говорю, понимаешь?

Парень хлопал глазами, а Ульяна затянула его в развалины, где ещё осталась старенькая железная кровать и стала раздеваться. Молодое тело не могло не возбудить парня и всё получилось в лучшем виде. Только шапочку с маской Ульяна так и не сняла, иначе ничего у них не вышло бы.

- Хоть бы поцеловались, а то какая любовь без поцелуев, - заметил парень, отдыхая от «трудов праведных».

- А ты точно хочешь этого? – Ульяна усмехнулась.

Но шапочку и маску сняла только на третий раз, парень не выработанный и этим делом занимался с радостью. Про кровососов он только слышал и то немного, поэтому не успел и испугаться, зато удивился и очень.

- Ты мутант?! – удивлённо воскликнул он.

- Наполовину, у меня мама человек, - поправила Уля.

Обещанный поцелуй парень получил, Уля не только страстно поцеловала его, но и пощекотала ушки щупальцами. Это завело парня, и они продолжили.

- А теперь пошли, покажу Зону, - Ульяна решила, что достаточно с неё, да и парень явно стал уставать.

Она водила его ещё три дня, пока не закончилась тушёнка в рюкзаке, показала аномалии и новые места, куда редко водят отмычек. В итоге, парень получил столько знаний, сколько не каждый сталкер получит за свою жизнь.

- Всё, иди вон к тем людям, там сталкерский бар «100 рентген». Артефактов у тебя много, хватит на всё, только не болтай обо мне, сам потом поймёшь, почему.

Парень ушёл на пост Долга перед Баром, а Ульяна растаяла на просторах Зоны. Своего она добилась, и новая жизнь началась в ней, а что будет с парнем, её уже не волновало. А парень уже в баре узнал много интересного про кровососов, когда увидел на стене голову мутанта, добытую Ртутью. Хорошенько подумав, он решил никому не рассказывать про свою любовь с необычной девушкой.

Они встретились потом через несколько лет, когда Ульяна уже стояла рядом с сыном, даже ушли вместе в другую реальность, перед тем, как Зона умерла, да там и остались, но это уже совсем другая история.

Глава 30 Алкаш

Его никогда не видели трезвым, как никогда и не видели, чтобы он что-то ел.

У любого барыги он брал только водку, а если её не хватало, то выменивал у проходящих сталкеров на артефакты. Пьяным он был в дымину, с синевато-серой кожей и мутными глазами, его никто и не воспринимал всерьёз, но ему видно это было безразлично, в Зону он уходил, нагруженный водкой под завязку, на поясе всегда болталась пара фляг дешёвого пойла, а в рюкзаке «полторашки» мутной жидкости. Он никогда не стирал одежду и не купался, впрочем, никогда и не вонял. Когда одежда изнашивалась до дыр, он просто покупал новую, это касалось и обуви. Из оружия он носил нож и старый пистолет, никогда не покупал патронов и всегда возвращался из самых опасных мест. При этом он был патологически добрым человеком, всегда помогал другим и никогда не проходил мимо бродяг, попавших в беду.

В Баре его видели редко, не любил он «Долг», испытывал к группировке какую-то животную неприязнь, но запасы пойла подходили к концу и приходилось идти туда, где оно было ближе. Он порой не вылезал от Сидоровича, если попадались хорошие артефакты, и на водку денег было много. В напарники никого не брал, ходил всегда один. Мог уйти перед самым выбросом и вернуться, когда заканчивалось пойло. При этом он помог стольким бродягам, что мог вовсе никуда не ходить, поили бы его и так. Раненых таскал к Болотному Доктору, просто шёл по болоту и его никто не трогал, поговаривали, что он чего-то там подхватил у Зоны, что его не трогают звери. Пару раз видели, как он беседовал с изломами, распивая по маленькой.

Речь его была несвязной, и трудно было порой вообще понять, что он говорил, да и походка была типичного алкоголика. В дождь и грязь он бороздил просторы Зоны и ничего с ним не случалось. Видимо не только бог любит алкоголиков, но и Зона. Хабаром он делился охотно, а поменять вообще мог «Мамины бусы» или «ночную звезду» на пару бутылок водки.

Встретить его считалось к удаче, бродягам везло, когда он проходил мимо, хабар шёл, и мутантов не было. Кличка у него была соответствующая, Алкаш, а он и не обижался, алкаш и есть. При этом натура была тонкая, любил он музыку, любил смотреть на закат, на красивых женщин, которым порой делал богатые подарки, ничего не требуя взамен. Сталкерши его любили, как доброго и хорошего друга, а может как странную домашнюю зверюшку, но никогда от них он не слышал плохого слова. К учёным он не ходил вовсе, ни за какие коврижки, зато Болотного Доктора любил и часто бывал у него в гостях, таскал книги, которые находил в разрушенных зданиях, даже специально ходил в Припять, чтобы найти хорошую книгу. Док на вопросы отвечал, что разговаривали об Экклезиасте или что-то подобное, бродягам эта тема совсем не была понятна, потому с расспросами и не лезли. А Болотный Доктор брал у него анализы крови, долго изучал и потом отпускал. Алкаша не трогали ни собаки, ни кровососы, ни даже химеры. Аномалии он обходил как то странно, качнётся, посмотрит, будто очнулся и идёт.

Девчонок он оберегал рьяно, не позволял никому обижать и мог ввязаться в драку с любым громилой. Странное дело, синяков на нём никогда не оставалось, и драться с ним было бесполезно. А ещё он писал стихи, в старой, затасканной тетрадке, корявыми буквами и неровными строчками, читать давал только барышням, коих в Зоне всегда было мало. Некоторые допытывались, что он там пишет, на это сталкерши неизменно отвечали «это прекрасно, но вам не понять».

«Свобода» его тоже любила, клан был вольный и бесшабашный, делай, что хочешь, а он хотел только одного, выпить. В шутку его называли «Хомо алкатикус», но и на это он не обижался, только улыбался странно и заплетающимся языком говорил «истина в вине», после чего прикладывался к фляжке.

При этом был он потрясающе образованным и руками мог сотворить что угодно, починить любую технику, из кучи поломанного железа сотворить автомат, да такой, что ни у кого не было во всей Зоне, мог даже починить или перепрограммировать ПДА. Умел он и создавать потрясающие сборки артефактов, то ошеломляющей разрушительной силы, то почти мгновенно исцеляющие недуги, с Болотным Доктором на этой почве у него был постоянный контакт. И только Болотный Доктор знал всю правду о нём, но никому не говорил.

*****

Бандитов было больше, шансов у девушек почти не было, две сталкерши залегли за большим камнем, отбиваясь от наседавших бандитов, пока удавалось удерживать их огнём, но патроны уже подходили к концу.

- Я всё - сказала Лиза, доставая гранату, поднялась во весь рост и кинула её в бандитов.

Очередь прошила ей живот, и она упала на землю.

- Гады! Живой не дамся – крикнула её подруга, доставая пистолет «для себя».

Но тут за спиной бандитов появился Алкаш. Из своего старенького пистолета он выстрелил в голову одному из них и пошёл к другому, в него вонзались пули, а он шёл и стрелял бандитов. Когда патроны кончились, он достал нож и последнего просто зарезал. Одежда на нём была изорвана пулями, но крови, почему-то не было.

- Как вы, барышни? – спросил он, когда с бандитами было покончено.

- Лиза умирает – ответила вторая.

Алкаш подошёл нетвёрдой походкой, посмотрел на девушку. Потом достал свою тетрадку и что-то написал на ней, положил на камень и шагнул к «Карусели».

- Наташа, «душу» возьми – сказал он и шагнул в аномалию.

«Карусель» приняла его, хлопнула и на её месте образовалась «душа». Наташа в шоке смотрела на артефакт, оставшийся от человека. Стон подруги привёл её в себя, она схватила артефакт и положила ей на живот. Сила исцеления у «души» огромная и постепенно Лиза пришла в себя и скоро нашла силы даже подняться. Подруги обнялись.

- Ты где «душу» взяла? – спросила Лиза у подруги.

- Алкаш – только и могла проговорить она рыдая.

- Что Алкаш, он дал «душу», а где он? – Лиза ничего не понимала.

Наташа постепенно успокоилась и смогла говорить.

- Алкаш шагнул в «карусель», вот «душа» и получилась, - смогла она сказать сквозь рыдания.

Лиза была в шоке, человек, которого никто всерьёз не воспринимал, пожертвовал собой ради неё. Тут её взгляд упал на тетрадку.

- Это же его тетрадь – удивлённо сказала она, взяла в руки и увидела неровную надпись «Болотному Доктору». Потом они собрали патроны у бандитов, нашли старенький пистолет и нож Алкаша и пошли к Болотному Доктору.

*****

- На самом деле его звали Владимир Сергеевич – сказал им Болотный Доктор – образованнейший человек, большая умница, а руки просто золотые.

- Только пил много – добавила Наташа.

- А как было иначе, он же зомби был – сказал Док, но видя изумление девушек, продолжил. - Узнав о смерти жены, он сильно напился и попал под выброс, мозг был практически в отключке, а потому не пострадал, зато тело умерло. Он сам догадался забальзамировать его, фактически он его проспиртовал, потому и пил, чтобы не начать разлагаться. А желание питаться сырым мясом он поборол силой воли, не ел вовсе, только пил. – Потом Док вздохнул – как красиво ушёл.

А потом он читал им стихи из тетради Алкаша, осмотрел Лизу, убедился, что она полностью выздоровела, поставил тетрадь на полку к лучшим книгам и проводил девушек до конца своего болота.

Так и закончилась история сталкера по прозвищу Алкаш, зомби Владимира Сергеевича.

А нож и пистолет девчата хранили всю жизнь.

Глава 31 Кукловод

Не повезло Клыку, подсидел его Кабан, а эти козлы стали на его сторону. Не понравилось им, что Клык старой школы, хоть и не вор, а жулик правильный. Сам крови не лил и других не поощрял, грабить, это одно, а мочить почём зря, это уже не по понятиям. Один на один, Клык бы завалил Кабана и вся проблема, с финкой он управлялся мастерски, но бывшие напарники по бандитскому ремеслу стали на сторону Кабана.

Так и стал Клык изгоем, в сталкеры не податься, там его враз кончат. Свою банду создавать, надо ещё иметь из кого, а все каналы теперь в руках Кабана.

- Эхма, - вздохнул Клык, - хоть с голодухи помирай.

Такая перспектива ему не понравилась, мозг начал искать решение проблемы и нашёл. Но сначала Клык нашёл рюкзак какого-то сталкера, съеденного мутантами. Тряпку они не жрут, а открыть банку консервов ума не хватает.

- Благодарствую, - Клык уставился на кости бродяги, даже из фляг хлебнул на помин души, а потом занялся изучением хабара.

Консервы пока есть, вода тоже, даже парочка артефактов плёвых, а всё деньги какие ни на есть. Но больше всего Клыку понравилась верёвка. Извращённый ум уголовника заработал, и он придумал способ грабить бродяг в одиночку. Способ не хитрый, но требовавший аккуратности исполнения.

На безопасной тропе, где и аномалий нет, Клык ставил петлю, присыпая листьями, а сам пригибал деревце, да и караулил сталкеров. Зацепит сталкер сторожок, петля ногу и подхватит, да подвесит вверх головой растяпу. Опытные редко попадались, чувствовали подлянку, а начинающих хватало. Если дёргается сталкер или перерезать верёвку пытается, тут Клык ему палкой по голове и забирает хабар. Старался не убивать, да и зачем оно ему, места только менял, чтобы не привыкли.

Сидоровичу без разницы, у кого хабар скупать, на роже не написано, к тому же Клык обзавёлся шапочкой с прорезями для глаз. Хоть и в «горке», а поди, догадайся, бандит он или честный бродяга. Вот стрельбы Клык не любил, потому из огнестрела такал один Вальтер, найденный у какого-то сталкера в рюкзаке. Можно сказать, процветал до определённого момента.

- Ай! – ловушка сработала и девчачий визг резанул по ушам.

Клык подошёл и удивился, в петле трепыхалась молоденькая девчонка малолетка.

- Грёбаный стос, теперь по новой настраивать ловушку, ты откуда такая взялась? – Клык даже сплюнул.

У девчонки даже ножа не было, костюмчик спортивный серенький и курточка старенькая.

- А я шла, шла, а потом вот как дёрнет, и я висю головой вниз, - удивлённо сообщила девчонка.

- Что же мне с тобой делать, у тебя и нет ничего, - Клык уже приготовился отпустить девчонку просто так.

- Отпустите меня, дяденька, я отработаю, - заныла девчонка.

- Я с малолетками не связываюсь, - буркнул Клык натягивая макушку деревца, чтобы опустить девчонку на землю.

- Мне уже шестнадцать, - обиделась та, оказавшись на земле.

Пальчики детские и сама такая малявка, Клык даже помог развязать петлю, которую девчонка долго не могла распустить.

- Врёшь ты всё, откуда тебе шестнадцать? – Клык просто жалел усилий, потраченных на установку ловушки.

- Ничего я не вру, у меня и паспорт есть, я просто маленькая, вот все и не верят, - девчонка полезла в карман и вытащила паспорт, - вот, смотрите.

- Ой, иди уже, ничего мне от тебя не надо, - отмахнулся Клык, - откуда ты только взялась такая?

- Я со сталкером шла, а его большая кошка убила, а мен не тронула, - пояснила девчонка.

- Взяла бы хоть оружие у него тогда, далеко это случилось? – Клык уже прокручивает в голове, если сталкер убит, то хабар в любом случае цел. – Артефактов хоть нашли с ним?

- Нашли что-то, я не понимаю пока в этом, а вы меня точно отпустите, я отработаю? - вот же привязалась со своей отработкой.

- Да ты ещё девка поди, мужика и не знала, - Клык давно женщины не видел, но и с малолеткой связываться не хотелось.

- Не переживайте, вам понравится, не первый раз, - стрельнула глазами девчонка.

Можно подумать, это она одолжение делает Клыку, пристала, как банный лист. Но в итоге Клык сдался, раз сама напрашивается, так тому и быть. А девчонка оказалась в этом деле настоящим знатоком и Клык улетел далеко от удовольствия.

- Вот теперь я вас провожу туда, она его съела давно, - заявила довольная девчонка, любит видно это дело.

- Пошли, кнопка, мне без хабара никак, жрать что-то надо. – Клык отдохнул, оделся и пошёл за девчонкой.

- Только вы меня потом к людям отведите, а то как я сама, - попросила по дороге девчонка, у меня и оружия нет.

- Взяла бы у сталкера, чего автомату пропадать, - заметил Клык.

- Ага, я и автомат, вы в своём уме? – девчонка даже по лбу постучала.

Это да, автомат ей явно не по размеру. Такой если что и носить, то пистолет и то дамский. Но пока им и мутантов не попалось. Клык чувствовал местную фауну издалека, порой прятался, порой убегал, а одиночных и финкой можно положить, зато тихо и никто на выстрелы не набежит. Так и дошли до места гибели сталкера. Химера ушла, наевшись сталкерского мяса, а другие мутанты пока не обнаружили остатки плоти, да и поживиться тут особо нечем, крысам только.

Рюкзак большой, а это удача, тут тебе и хавчик и контейнеры с артефактами. Автомат хороший и патроны в разгрузке и в рюкзаке, удачно ему девчонка попалась. Пока Клык перекладывал к себе консервы, рассматривая хабар. А тем временем стая слепых псов вывалила из-за деревьев. Не любил Клык стрельбу, но тут просто так не уйти, пришлось вставлять рожок и открывать огонь.

- Уходим, эти просто так не отстанут! – Клык даже пистолет отдал девчонке, может, поможет хоть чуток.

Та разобралась, хоть и не сразу и с предохранителем и как стрелять. А Клык бил по собакам, которых оказалось больше, чем хотелось. Рожок закончился и пришлось вставлять второй. Девчонка оказалась не дурой и стреляла, пока Клык менял рожки. Всё равно много собак, а набивать патроны из рюкзака некогда.

Когда опустел последний рожок, Клык просто кинул автомат в собак и достал финку. Ей он мог много чего сделать, но это ближний бой. В итоге, покусанный, но живой, Клык прислонился к дереву и сел на землю.

- Поищи там аптечку в рюкзаке, - не всё в рюкзаке он переложил к себе.

Девчонка подбежала к рюкзаку и стала искать аптечку, а в это время капли крови упали на землю возле дерева. Так бы оно и ничего, если бы это оказалось просто дерево. Но под землёй что-то зашевелилось, а потом тонкий корень ударил в тело Клыка. От боли он вскрикнул и отрезал деревяшку, но тут же в его тело впилось ещё несколько корней. С огромной скоростью они стали прорастать в теле у Клыка, высасывая кровь и питательные вещества из его тела.

Вот уже они растут в животе, подбираясь к сердцу и лёгким. Девчонка как раз нашла аптечку и шагнула к Клыку.

- Беги! – успел крикнуть тот, - беги, кнопка!

Большего крикнуть он уже не мог, корни проросли в лёгкие и сердце, только глаза дико смотрели на девчонку, пока корни не добрались до мозга. Она и побежала, с аптечкой и пустым пистолетом в руках, пока не наткнулась на группу сталкеров, которым и рассказала о жутком происшествии.

- Это «кукловод», - сразу узнал один из бродяг, - а что за мужик с тобой был?

Девчонка и рассказала, как попалась в ловушку, как Клык отпустил её, как они пошли на место гибели сталкера, как отбивались от собак. Всё рассказала, кроме того, как она доставляла приятное себе и Клыку.

- Да ты уже и не отмычка, раз в таких переделках побывала, - решили бродяги, - надо тебе кличку придумать.

- Меня тот дядька кнопкой называл, - буркнула девчонка.

- А что, тебе в самый раз, - засмеялись мужики, - быть тебе отныне Кнопкой.

Так и осталась Кнопка в Зоне, стала хорошим сталкером, только так и ходила с пистолетом, поскольку автомат ей ну никак не по размеру, а любовь к плотским утехам сделала её довольно известной среди сталкеров, поскольку многие покувыркались с ней в баре «100 рентген», да только эта история не о ней.

Глава 32 Пьяный Поп

Однажды на Кордоне появился поп, здоровенный такой мужик в рясе и с крестом на животе.

– А ты что тут забыл? – удивлённо уставились на такое чудо бродяги.

– Грехи мои тяжкие привели, - пробасил тот и направился к Сидоровичу.

– В долг не даю, тем более отмычкам, – заявил барыга, – крест могу купить, он у тебя серебряный.

– Жадность, это грех, – промолвил поп и вышел.

Уселся у костра со страдальческим видом, а бродяги рассматривали его с интересом.

– Чего печалишься, отче? – молодая женщина из сталкеров подсела ближе.

– Ох, грехи мои тяжкие, – вздохнул поп, – грешен я, «зелёного змия» бы, здоровье поправить.

Вот теперь понятно, «трубы горят» у попа, а барышня полезла в рюкзак и достала флягу, протянув её попу. Тот приложился с душой, но вовремя остановился, вернув флягу ей.

– Грешен, прости меня Господи, а тебе и ни к чему это зелье, молодая, да красивая.

– Да я больше в медицинских целях, рану дезинфицировать, или руки протереть, мало ли тут чего бывает, а так только на помин души, если кто погибнет.

– И часто люди гибнуть здесь? – заинтересовался поп.

– Часто, бывает и опытные, а отмычки каждый день, – прояснила она ситуацию. – Из тех, кто пришёл, выживет треть и то, в лучшем случае.

– Опасно тут, а ты чего в такое место подалась?

– Тут таких вопросов не задают, все от «хорошей жизни» в Зону подались.

– Охохонюшки, – вздохнул поп, – давай я хоть тебе грехи отпущу, всё легче жить будет.

Для исповеди пришлось отойти в сторонку, где поп внимательно выслушал девушку и отпустил ей все грехи, протянув крест для целования, да и благословил. Это хорошо, поскольку, долг в Зоне иметь не хочется, вроде как отработал самогон. Оружие поп не уважал, да и кто бы ему его продал, раз денег нет, но отыскал палку, по совету девушки сталкера, оно и вроде посоха, и выручить может.

А утром ушёл он в ходку с парой других отмычек и опытным сталкером. Мутантов бил палкой по голове так мощно, что собаки падали замертво. Бил и снорков, поняв, что это не люди, а потом нарвались на бандитов.

– Ух ты, какой крест, – бандит шагнул к попу и протянул руку.

Но тут поп влепил такой хук с левой, что бандит упал без сознания. Воспользовавшись моментом, сталкер открыл огонь, да вдобавок девчонка, что пошла с ними, подхватила обрез у бандита и открыла огонь, попу немного досталось, но не смертельно. Перевязали, вкололи на всякий случай противостолбнячную сыворотку, да и продолжили путь.

Сталкер учит отмычек, а сам хабар собирает. Вообще-то он думал ими распечатать кое-какие аномалии, но раз такой хабар, то и ладно. В итоге вернулись на Кордон, сдали бандитский хабар, сталкер артефакты, отмычки вооружились, прихватив по обрезу. А попу досталась фляга самогона, «для поправки здоровья». Он и поднабрался малость, пребывая в раздумьях. Захмелев, поп отошёл в сторонку и стал чесать, как в храме.

– Благословен еси Бог наш…– понеслось по округе басовитое протяжное пение.

– Ишь ты, затянул, пьяный поп, – ехидно заметил кто-то из новичков.

– Чего скалишься? – старым бродягам это не понравилось, – у человека душа просит, вот и молится, а ты не мешай, он не тебе на ухо поёт.

– Богородице, дева радуйся, Благодатная Мария Господь с тобой… – сменил молитву поп.

Так и распевал своё около часа, только потом вернулся к костру, продолжив употреблять.

– Ты бы покушал чего, отче, – заметила та, кого поп исповедовал вчера.

– Так я её и кушаю, – отозвался он. – Мешать пищу не стоит, один вред оттого.

Но от банки тушёнки не отказался, оставив её на утро. А утром снова ушли в ходку, но в этот раз направились к Агропрому. Всё-таки решился сталкер заработать на смерти отмычек. Только Зона уберегла их, а может, молитвы попа повлияли, но не дошли они. Выпил кровосос сталкера и убрался прочь, послала Зона возмездие.

– И как мы будем? – девчонка молодая, лет семнадцать от силы, а то и меньше.

– Господь милостив, помолимся и пойдём, благословясь. – решил поп.

Хлебнул пару глотков из фляги «для голоса» и затянул молитву.

– Верую во единого Бога отца Вседержителя…– неслось по Зоне, а отмычки опасливо смотрели по сторонам, как бы не набежали на шум мутанты.

Но ни одного не появилось даже близко, видно Зоне стало интересно, что же будет дальше. Сказав: «Аминь», поп бодро посмотрел куда-то и двинулся в обратную сторону. За ним шла девушка, а сзади парень с обрезом. Так и дошли, встретив пару снорков и небольшую стайку собак, с которыми расправились без потерь, благодаря силе попа. Только дорога привела не на Кордон, а в Бар. По пути подняли немного, на еду хватит.

– Вот так сами и дошли? – удивился Бармен.

– Это вот он, пьяный поп, нас довёл, – указала девушка на священника.

– А почему пьяный? – удивился Бармен.

– Он как выпьет, так чешет по Библии, как по нотам.

– Тогда так и запишем.

Только писать особо ничего не получилось, артефактов на поесть и всё. Зато сталкерский хабар потянул неплохо, позволив всем накупить патронов и даже оставить плёвые суммы на счету.Только Пьяный Поп, так его и стали звать, в патронах не нуждался,

– Плесни мне «святого причастия», - подмигнул он барыге.

Тот прекрасно всё понял и налил стакан палёнки, поп перекрестился и махнул стакан одним глотком, его содержимое исчезло в обширном поповском чреве с бульканьем. Пьяный поп посидел ещё и затянул из Писания.

– Ты не обессудь, мил человек, – подошёл опытный бродяга, – только читал бы не здесь, мы тут о деле порой говорим.

Поп и вышел, продолжив снаружи, но и там бродяги отдыхают у костра, им это совсем не кстати.

– Давай его в Чернобыль отведём, там храм ещё крепкий, пусть там проповеди читает, – предложил Дрыщ, он к тому времени уже получил неуязвимость, найдя в Тёмной Долине необычный артефакт.

Сияющий металлический брусок врос в его ладонь, а потом оказалось, что его даже пули не берут.

– Проводи, сделай милость, – попросил Бармен, – я ему рюкзак соберу, раз уж он без оружия.

Вот утром Дрыщ и повёл Пьяного Попа в Чернобыль, кличка эта прочно закрепилась за ним. Рюкзак с консервами и самогоном смотрелся на его могучем теле, как игрушечный. Заодно и кузнец вырезал ему толстую палку, поскольку поп жаловался, что прежняя легкая для него. Мутировавшая и почерневшая древесина изрядной толщины уверенно легла в поповскую немалую ладонь, и они двинулись вдвоём.

Дрыщ, это уникальный персонаж, тощий до безобразия, в чём душа держится. А ещё надышался «ржавого пуха» и с тех пор страдает одышкой. Зато мутантов посылает по всем известному направлению, и они идут, если встречались раньше. Кровосос кинулся на Дрыща, но тот ухватил его за щупальца.

– Я их тебе все повыдергаю, если ещё встречу, – вразумлял он, отвешивая тумаков мутанту.

Кровосос заплакал от обиды и убрался.

– Ты за мной близко не иди, меня аномалии не берут, а тебе может достаться, - предупредил он попа.

Зато псевдогигант, решил, что может здесь пообедать. Но Дрыщу и он до лампочки, а вот поп так огрел его палкой, что мутант завертелся на месте, плохо соображая, что же происходит.

– Урони его! – крикнул Дрыщ, и поп, как заправский борец, подставил ногу и свалил мутанта на землю.

Поднимаются они с трудом, можно вполне убраться достаточно далеко.

– Это что за бройлер переросток? – поп ещё не видел такого.

– Псевдогигант, их не так и много в Зоне, но иногда попадаются.

– А ты их совсем не боишься?

– Я теперь ничего не боюсь, Зона подарила неуязвимость.

– Это как так? – не понял Пьяный Поп. – Только Господь может даровать бессмертие.

– Ну, значит она здесь вместо него, а может, это его творение, не нам судить. Приготовься, снорки тут обычно обитают.

Так и есть прискакали болезные, ходить нормально разучились вовсе. Дрыщ с обрезом, а Пьяный Поп с палкой, только бьёт он ею знатно, если попал, то и конец снорку. Отбились и дальше пошли, а там и на бандитов наткнулись. Но те не обрадовались встрече, знают уже, кто такой Дрыщ. Поспешили уйти с дороги, чтобы не нарваться на неприятности.

А потом попалась мёртвая женщина, она стояла, прислонившись спиной к стене и ела крысу, отрезая кусочки старым столовым ножом. Дрыщ полез в рюкзак, достал простой, но приличный нож и вручил ей.

– Держи, чего мучиться.

– Спасибо, ты добрый, – мёртвая даже улыбнулась. – вас проводить?

Даже живые трупы не любят оставаться в долгу.

– Мы в Чернобыль, там дорога свободная?

– Не очень, химера не тронет, она с девчонкой, а контролёр есть.

– Контролёр, это плохо, мне вон, человека надо до храма довести.

– Пошли, доем по пути.

Новым ножом мясо резалось намного удобнее, и она успевала отрезать и прожевать на редких заминках, пока показывала, как лучше обойти аномалии.

– А ты контролёра не боишься? – Дрыщу интересно, его ни один контролёр не съест, но как с этим у попа и мертвячки.

– Я слабо поддаюсь, да и толку с меня, есть всё равно нельзя.

Пьяный поп удивлялся, но виду не подавал, слушал внимательно, что говорят между собой мёртвая и Дрыщ.

– Если в голове зазвенит, сразу думай о воде, - учил тот Попа, – Так проще перенести воздействие.

– А что делает этот контролёр? – Попу знать надо.

– Тело контролирует, потому и контролёр, может и мозги сжечь, если очень сильный.

– Да неужто сильнее молитвы? – засомневался Пьяный Поп.

– А это мысль, можно попробовать и молиться, как в голове зазвенит, – Дрыщ не был уверен, но видел уже Попа, как в трансе, когда тот читал свои молитвы в подпитии.

С химерой разошли по-хорошему. Верхом на ней восседала девчонка с голыми ногами и в шкуре. Не произнося ни звука, она удалились по своим делам.

– Ты хлебни «для голоса», – посоветовал Дрыщ, когда мёртвая сообщила о приближении к месту обитания контролёра.

Поп присосался к фляге, крякнул и спрятал её в рюкзак. Но вот, в мозгу запищало противно, Дрыщ стал думать о любимой речке, где ловил рыбу ещё пацаном, и тут разнеслось над Зоной.

– Благословен еси Бог наш… – бас Пьяного Попа летел над Зоной, и тут стало намного легче.

Непонятно, молитвы испугался контролёр, басовитого голоса, а может, просто заинтересовался этим непонятным отрядом, но давление он убрал. Так и дошли до окраин Чернобыля, а там истребили трёх снорков, причём, мёртвая схватила мутанта за руку и так шмякнула оземь, что тот испустил дух.

– Сильна раба божья! – восхитился священник.

– Мёртвые все сильные, – пояснил Дрыщ, – а ещё они не мёрзнут и не болеют, и живут вечно, если не убить, а убить их слишком сложно.

– Чудны дела твои, Господи, – только и промолвил удивлённо Поп.

Так и дошли, прибив ещё десяток собак по пути. Храм впечатлил священника, запущенностью и былой красотой. Разглядев в лавке несколько свечек, он зажёг одну и стал молиться, впав какой-то транс. Пришлось ждать окончания молитвы, неудобно сразу оставлять человека.

– Теперь о деле, вот тебе припасы и простой наладонник, один из первых, но с вечным питанием от артефакта. Как будет большая нужда, пиши, но попусту не беспокой, я чего-нибудь принесу. Продуктов пока хватит, да и самогона у тебя две фляги про запас, тоже не налегай сильно.

Вроде всё рассказал, пора и уходить.

– Благослови Господи, – Пьяный Поп перекрестил Дрыща и сунул крест для целования. – Буду молиться за здравие вас обоих.

– За меня бесполезно, мы не болеем, всегда здоровы, кроме того, что уже мёртвые. Зависли между жизнью и смертью.

Мертвячка без всякого выражения на лице вышла и побрела по своим делам. Дрыщ тоже вернулся в Бар, надо отдохнуть, да вдруг у Бармена будут какие поручения, хабар не очень, но сдал, чего таскать за собой.

Вот так и появился в Зоне Пьяный Поп, кличка эта закрепилась, поскольку служил он исключительно в подпитии. Бродяги порой заглядывали, принося жратву и «святое причастие». Но это редко, а Пьяный Поп научился ловить крыс и немного ограничил себя в употреблении, занимаясь приведением храма в порядок, насколько это возможно в данных условиях. А Зоне самой интересно, ей всё новое нравится, особенно этот забавный человек.

Глава 33 Лихо - Доставить "душу"

Автобус трусило на ухабах, и пассажиры кривились, но терпели.Публика разношёрстная, от крестьян до интеллигенции. Почти сзади сидела модная брюнетка в костюме и широкой шляпе, скрывавшей половину лица. Вдруг, автобус резко затормозил, и вооружённые люди ворвались в салон угрожая пассажирам. Снаружи водителя держали на мушке двое, а в салоне бандиты навели пистолеты на пассажиров.

- Всем сидеть и не рыпаться, приготовить деньги и драгоценности! – рявкнул субъект с такой мрачной физиономией, что всем стало жутко.

Он пошёл по проходу, собирая у пассажиров их кошельки и золотые украшения, у крестьян таковых почти не оказалось, да и интеллигенция на селе небогатая, поэтому доход у бандитов выходил небольшой. Но вот он дошёл до модно одетой брюнетки, и та протянула ему серьги и браслетик.

- Кольцо снимай! – рявкнул бандит.

- Он не снимается, это перстень, и он врос в палец - смутилась женщина.

- Я его тебе с пальцем отрежу! – рявкнул бандит, ухватившись за богатое украшение и потянув его с руки женщины.

Корона на перстне уколола ладонь, но он только сильнее дёрнул за перстень. Впрочем, тут же у него пошла изо рта пена и он упал, парализованный, прямо в проходе между сидений.

- Ой, что это с ним? – взвизгнула брюнетка испуганно.

Напарник бандита кинулся к нему, рявкнув всем «сидеть»! Но только он наклонился над телом подельника, как женщина едва уловимым движением ударила его перстнем по щеке. Так и не успев разогнуться, бандит рухнул сверху на тело своего подельника. Брюнетка быстро подняла пистолеты умерших бандитов и резво перепрыгнула через трупы.

- Сидите тихо, минуточку, - прошипела она обомлевшим пассажирам.

Между тем, снаружи один держал на мушке водителя, а второй копался в багаже пассажиров. Вот он нашёл контейнер, в каких сталкеры носят артефакты и подал знак напарнику, что дело сделано. Тот уже собирался подать сигнал бандитам в салоне, но в это время брюнетка рывком сдёрнула водителя с сиденья и выстрелила в лоб бандиту. Оставшийся, услышав выстрел, рванул в лес и скрылся за деревьями.

Брюнетка вышла из автобуса, проверила свои вещи и рассмеялась.

- Идиоты, - сказала она и вернулась в салон. – Вытаскивайте их наружу, потом с деньгами разберётесь и не прикасайтесь к ранам и пене изо рта, за ноги тащите.

Мужчины не сразу, но взяли тела бандитов и поволокли без всякой жалости наружу. Один проворный парень вздумал прикарманить денег из бандитской сумки, но брюнетка заметила и пригрозила пистолетом.

- А вот теперь давайте, только честно, что у кого было. – Она раздавала из сумки кошельки, серёжки, простенькие обручальные колечки, пока всё не раздала. – Поехали, потом сообщишь в полицию, - сказала она водителю.

Багаж уложили на место, но свою сумку брюнетка забрала в салон, бросив туда и пистолеты. В городе она смешалась с толпой на вокзале и исчезла.

*****

- Вот, босс, контейнер достал, парни погибли все, - бандит показал хозяину, добытый с такими жертвами контейнер.

Тот схватил его с горящими глазами и быстро открыл, заглянув внутрь.

- «Пустышка»?! – удивлённо воскликнул он. – Идиот, где «душа»?

- Простите, босс, я не понимаю, автобус тот, точно, сумка тоже та, контейнер, как вы и говорили…

- В нём должна быть «душа», артефакт дающий исцеление. Не могла она с такими осторожностями везти простую «пустышку». Сигнал был ясный, везёт «душу».

- Босс, я же не сталкер, откуда мне знать, как называются эти проклятые артефакты?

- Не сталкер, говоришь, вот и отправишься в Зону, поработаешь там, может, научишься различать артефакты.

*****

- Ну, вот и всё, теперь ты будешь здоровым, - женщина улыбнулась, прижимая мальчика к себе. – Я же говорила, что ты будешь здоровым.

В палату вошёл врач и удивлённо уставился на маму с сыном.

- Что происходит? – непонимающе спросил он.

- Всё, сын полностью здоров, - улыбнулась она, - спасибо вам за всё, вы сделали, что могли.

- Ничего не понимаю, - изумлённо воскликнул врач, - ему оставалось пару недель, дольше просто невозможно было продлять его жизнь. Кстати, его бабушка сказала, что вы погибли.

- Свекровь ничего больше и не могла сказать, для неё я умерла, - с досадой отмахнулась женщина, как от мухи. – Сейчас это не имеет никакого значения, главное, что Максим здоров.

- Но как вам удалось? – врач ничего не понимал.

- Артефакт, самый мощный исцеляющий артефакт, я достала его, хотя добыть его, а тем более привезти сюда, оказалось совсем непросто. Вы можете его выписывать, если я вам ничего не должна.

- Денег даже с избытком, - но что я напишу, пациент сам исцелился?

- Напишите, что мама привезла дорогое импортное лекарство. Отчасти так и есть, цена «души» по местным понятиям, запредельная, а Зона, это даже не государство, это другой мир.

К вечеру мальчика уже выписали и вовремя, поскольку им заинтересовались какие-то странные личности, вежливо, но назойливо расспрашивавшие, каким образом выздоровел безнадёжно больной. За ними пришли и полицейские, которые задавали кучу, непонятных врачу, вопросов и просили описать подробно мать мальчика.

Он и рассказал, как мог, о блондинке в широкой шляпе и броском костюме. Почему-то полицейские спрашивали о перстне, но на руках у женщины ничего не было.

*****

- Что, опять висяк? – подполковник барабанил пальцами по столу.

- Сработано, как будто спецназовцем, - отчитывался майор. – вероятно кольцо было покрыто ядом, но это страшный риск. А вдруг, сам случайно поранишься, смерть почти мгновенная. К тому же выстрел выше всяких похвал, да и действовала она уверенно и безошибочно. В нашей картотеке нет такого человека. Опять же, резкое исцеление «дорогим импортным препаратом». А где упаковка, ампула, хоть что-нибудь? Налицо профессионал, работающий безошибочно и без всяких следов.

- На всякий случай, проверьте по месту жительства ребёнка, фоторобот очень уж невнятный. - Полковник перестал барабанить пальцами по столу. – в крайнем случае спишем на внутренние разборки.

*****

- Максимушка! – бабушка тискала выздоровевшего внука.

Невестка для неё как будто не существовала, с ней она не перекинулась ни единым словом. Бросала порой взгляды, полные ненависти и всё. Сын исчез в этой проклятой Зоне, а эта заявилась, когда её уже никто не ждал. Уж лучше бы она там пропала, а не её мальчик. Да ещё и внука вылечила, что её теперь, целовать прикажете?

Только женщине это было до лампочки, сына она спасла, а это главное. Мужа убил кровосос, с этим ничего поделать нельзя, потерю она уже оплакала, даже напилась с горя, да мужа это не вернёт. Денег у неё теперь много на счету, можно купить дом и жить с сыном, а пока приходится торчать в этом доме, где её люто ненавидят.

В это время в дверь настойчиво позвонили. Трезвонили, как будто что-то произошло. Свекровь кинулась к двери чтобы открыть.

- Не открывай! – женщина схватила свою сумку и полезла за пистолетом.

Как это «не открывай», кто она такая, чтобы указывать в её доме? Свекровь повернула замок и распахнула дверь. Сильные руки схватили её и двое ворвались в квартиру. Следовавший сзади прикрыл входную дверь, а затем выстрелил в грудь пожилой женщине. Это и решило их судьбу. Свекровь упала на пол, открыв пространство для стрельбы, и женщина открыла огонь. Стреляла она превосходно и шансов у бандитов не осталось вовсе.

Подумав, не поменять ли пистолеты, она отказалась от этой мысли, ведь свекровь убита из пистолета бандита. Пусть всё остаётся на своих местах. Теперь быстро собрать сына, побросав его вещи на первое время в сумку, а потом бежать из этого дома навсегда. Она едва успела выйти из двора, как в него заехала полицейская машина с мигалкой. На рыжеволосую женщину в бейсболке и тёмных очках никто не обратил внимания.

Поймав третье, по счёту, такси, она уехала подальше от дома свекрови. Теперь надо было выбраться из города, и она нашла самый оригинальный способ, купив у рыбака надувную лодку. Впрочем, купила её снова брюнетка в широкополой шляпе, так что подробностей описать рыбак никак не смог бы. Приключение мальчику понравилось, он так долго лежал в больнице, а теперь рядом такой большой мир, да и по реке с мамой плыть так интересно.

По течению лодка за день ушла достаточно далеко от города, но ребёнок захотел есть. В первой же деревне они сошли на берег, купив в магазине пряников и сладкой газировки.

- Чего ребятёнка мучить сухомяткой? – дородная баба уставилась на них. – Мамаша, ты чего, совсем о его здоровье не думаешь? Пошли, накормлю домашним, мои уехали, а я наготовила на всю семью.

Отказываться было неудобно, и женщина согласилась, к тому же она сама не ела от самого Периметра, торопясь скорее к сыночку. Вот так и оказались они в деревенской хате, где радушная хозяйка накормила их борщом, оладьями и парным молоком.

- Ох, досталось тебе, бабонька, - вздыхала хозяйка, выслушав рассказ гостьи. - Ничего, скоро баржа поплывёт, у меня на ней племяш ходит по реке, они вас до города и доставят.

На баржу они попали в лодке, где баба гребла так мощно, как будто мотор стоял. Так посреди реки и дождались баржу, приняв конец. А на борту уже почувствовали себя в безопасности. До города ничего с ними не случилось, а мальчик излазил всю баржу, удивляясь всему новому. Команде понравился такой пацан, а женщина потихоньку утопила в реке пистолеты, тщательно вытерев с них отпечатки.

- Мне ваш адрес дал Старый на Кордоне, сказал, что вы можете помочь. – женщина смотрела с лицо, покрытое шрамами от ожогов.

- Майор Старков? – переспросил мужчина.

- Разжаловали его в старшие лейтенанты за драку с каким-то начальником.

- Это да, знатно он тогда залепил генералу в рожу, да и по делу, - усмехнулся мужчина. – Так какое у тебя дело ко мне?

*****

- Что тут скажешь? – полковник барабанил по столу пальцами, вошло уже в привычку. – их ликвидировали и довольно ловко. Пули из того же пистолета, что засветился в автобусе. Погибшая уже их рук дело, бандиты пришли на зачистку, а их там и ликвидировали. Если это конкуренты, то придётся их искать, а если спецслужбы... тогда искать бесполезно.

- Так что писать в отчёте? – майор и сам понимает, что висяк, но отчёт писать ему.

- Раскрываемость портить не хочется, но спиши на кого-нибудь, тебе не впервой. Вон, киллера взяли ребята, поговори, чтобы пожизненное на двадцать лет поменять.

Майор побежал к соседям, и в итоге списали всё на этого киллера, сидеть ему и так долго, но уже немного меньше, есть шанс старость провести на свободе.

*****

Получив новые документы, женщина с сыном отправились в Москву, где и осели неброско, но с комфортом. Перстень остался в особом тайнике, впрочем, промытый и вполне безопасный. Ребёнку пора в школу, а там и в суворовское училище. Вырастить настоящего мужчину, она считала своим долгом и данью погибшему мужу.

- Спасибо тебе, Старый, - Лихо вспомнила сталкера, который так помог ей в Зоне.

Она ходит в храм и ставит две свечи, заупокойную, в память о муже, и заздравную, чтобы хранил Бог сталкера Старого.

- Храни его Зона, - добавляет она, выйдя из храма.

Глава 34 Дама с собачкой

Нет, бабка моя с водолазом не грешила, да и без надобности это было. Старик держал исключительно собак одной породы, южнорусская овчарка, поскольку любил и бабку мою и мать. А вот как срослось у мамы с чернобыльским псиоником, это вопрос. Да только тогда уже и собак других не особо было в Зоне, это мне старик рассказывал. Были только мутанты, слепые там, псевдопсы и всякая гадость, бешеная и не очень.

Маму это бешенство не брало, старик ветеринаром работал и прививал регулярно, да и я не восприимчивый к заразе, а так чего и не жить. С хозяевами только не везёт, вот беда, старик недолго прожил, сердце отказало. Успел передать меня хорошему человеку, с которым мы столько лет вместе были. А потом он словил «дьявола хранителя», рядом с ним стали люди погибать, а ему хоть бы хны. Гадкое проклятие Зоны и когда оно закончится, никто не знает, только с таким уходят люди из Зоны, иначе куча народа погибнет, да и самого может убить в итоге.

- Что же мне делать с тобой? – хороший он человек, обо мне заботится. – Я-то уйду, мне можно, а тебе за Периметром конец.

Я там и не был ни разу, за Периметром, да и что мне там делать, я тут родился и тут мне хорошо живётся. «Долг» не пристаёт и ладно, ещё старик им доказал, что я просто порода такая, а не мутант. Я же не дурак, фантомов им показывать и мозги пудрить. Я понимаю, с кем можно и как именно, а остальные пусть думают, что я простая овчарка, хоть и южнорусская, мы все лохматые, так что всё нормально.

Нет, до псевдопса я не дотягиваю, но мне и моих килограммов хватает, а тем мозги запудрю и готово. Могу фантомами, но чего зря силы тратить, да и «долговцы» могут увидеть. В общем, с виду я простой кобель, лохматый, белый и весом под центнер, но для нашей породы, это нормально.

- Подожди, я к Сидоровичу схожу, - Штык, мужик хороший, обо мне заботился и никогда не обижал. – Вот договорюсь, как из Зоны выйти и тогда подумаю, как с тобой быть.

Ушёл он к барыге, а я сижу и смотрю в одну точку, жизнь свою вспоминаю. Мама была большая и тёплая, вкусная и добрая. Лазили мы по ней, а она и не обижалась, только поглядывала за нами, чтобы чего не натворили. Молока много, нас же двое родилось всего, хотя обычно по шесть было. Это мне дед рассказывал, сначала думал, что я ничего не понимаю, а потом мне жалко его стало, когда мы вдвоём остались. Тогда я ему всё рассказал, чтобы знал, с кем остался.

Однажды заявились к нам сталкеры в чёрных комбинезонах с красными вставками, они маму и застрелили, а сестра моя убежала. Старик меня схватил и собой закрыл.

- Совсем озверели! Это не мутанты, это овчарка южнорусская! – он им и фотографии показывал и дипломы бабкины и мамины с медалями, еле убедил, уж больно мы похожи на псиоников.

Извинялись потом, а толку с их извинений, маму уже не вернуть, так дед меня и вырастил, как сына. Эх, жизнь, сплошные потери. Вот привыкнешь к человеку, а он либо умрёт, либо как Штык, уходит. Да всё я понимаю, дед мне и книжки читал вслух, а потом и просто так, когда понял, что я его мысли слышу. Сколько всяких книг про собак, чаше грустных. Это у Булгакова псу повезло, а так и бегал бы Климом Чугункиным. Про Муму и вспоминать не хочу, сплошные расстройства. Некоторые Герасима жалеют, собаку бы пожалели, чего её топить, она же не виновата ни в чём.

- Ой, какая прелесть! – стоит пигалица, как не переломится, такая худая, но добрая.

Собаки же сразу понимают, кто добрый, от них запах хороший, да и мысли в голове добрые.

- Ты есть хочешь? – странный голос у неё, как кошка мурчит, а есть кто не хочет.

Я и согласился, хотя дед учил у чужих не брать, но эта явно не чужая, поскольку добрая до бесконечности. Достала тушёнку и открыла её «открывашкой», запасливая, а у самой сумка через плечо и больше ничего. Пигалица, но в «энцефалитке» и сапогах резиновых, оружия вовсе нет, но и страха ни капельки. Страх я сразу чувствую, люди пахнут по-особенному, тут и псиоником быть не надо.

- Вот, поешь, - ух ты! Тарелку из нержавейки достала и на неё тушёнку вывалила. Я такого в жизни своей не видел. – Ты чей такой красавец?

Красавец, это да, таких и нет больше в Зоне, разве сестрица моя выжила, хотя в Зоне с этим непросто. А вот чей я теперь, это вопрос, дикий, беспризорный пёс, если Штык уйдёт. Но пожрать надо, а то беспризорным много не поешь. Придётся охотиться, а так много не поймаешь, да и силы тратить на ментальное воздействие.

- Хороший ты какой, только нечёсаный, - гладит по голове, по шее.

Давай сразу, чесать меня не нужно, лишнее это, да и больно. Потом, всякая гадость к шерсти будет цепляться, а это вовсе ни к чему. Вот за тушёнку благодарю от всей собачьей души. Прислонился я к ней, а она чуть не упала, но не обиделась, а рассмеялась. Вот с ней я бы остался, сейчас Штык придёт и поговорю с ним.

Как поговорю? Ментально, само собой, по-другому мы не умеем, только рычать и лаять. А эта пигалица уже смотрит по сторонам, хозяина ищет. Странные у них слова, у людей, кто кому хозяин, это вообще вопрос.

- А ты нашёл уже себе друга? – Штык вернулся и увидел парочку. – Вот и славно, тебя как зовут? – Это он уже у пигалицы спрашивает.

- Варя, - смутилась, но не очень.

- Так вот, Варя, если на самом деле будешь с ним дружить, то оставайся с ним. Пёс тебя из многих передряг выручит, только не бросай его.

- Это если он сам захочет, - пигалица, а понимает.

- Раз он к тебе привалился, значит доверяет, - Штык опытный бродяга и в собаках понимает.

- Мне он нравится, - созналась Варя, - что-то в нём есть особенного.

- А вот тут ты угадала, но здесь не расскажу. Проводи немного, тут опасности нет, а так бросай меня к чертям, если что, тебе важнее выжить.

Вот и пошли мы, а куда, я и сам не знаю, тут мы и не бывали никогда. В этой части Зоны и мутантов мало, и аномалий, тут уже как будто и не Зона, Периметр совсем рядом.

- Теперь слушай, пёс этот не простой, мне прежний хозяин рассказывал, что родился он от овчарки и чернобыльца, так ты и говори, что это овчарка южнорусская. Но пёс прекрасно понимает речь, а со временем и ты научишься его понимать, только разум отпусти.

Варя удивилась, но запоминала всё, что ей говорил Штык.

- Вон артефакт, подбери, плёвый, а вам на еду тоже чего-то нужно. Сидорович в долг снега зимой не даст, а так ничего вроде, хотя и себе на уме.

Положив «выверт» в свою сумку, Варя пошла дальше с собакой и Штыком.

- Ты в Зону-то чего пришла? – вдруг спросил Штык.

- Там меня ищут, - неохотно ответила Варя.

- Натворила чего?

- Ничего, не дала себя изнасиловать и убить, - в глазах у Вари блеснул огонь.

- Тогда проехали, - развивать тему Штык не стал, а занялся инструктажем.

Рассказав все основные положения сталкерского дела, Штык отпустил Варю и собаку.

- Дальше я сам, да и так долго ты со мной шла, опасно это.

Штык шагнул за ёлочки и отправился к выходу из Зоны, только почти сразу на него напала стая слепых собак. Услышав рычание собак, Варя кинулась на звук. Вот же пигалица, куда ты? А я буду в самый раз, надо этой стае рассказать, кто в Зоне главный. Сразу я начал подчинять собак, чтобы не тратить силы на фантомы. Почти удалось, Штык не сильно пострадал, а вот взглянув на Варю, он расплылся в улыбке.

- Красиво нож держишь, - заметил он, увидев, как Варя взяла его острой частью вверх, - кто научил?

- Кино, - смутилась Варя, - Леонов так держал, а я поняла, что так удобнее вытаскивать его.

- Продуманная, значит, сразу не сдохнешь в Зоне. Ты не ходи с другими, они отмычками аномалии иногда отмыкают, потому так и зовутся. Лучше понемногу, но уверенно и живой остаться, а мне пора уходить, видно, счастье моё заканчивается.

Проводили мы Штыка до самой трубы, по которой сталкеры выбираются из Зоны, чтобы не попасть на глаза военным. А теперь, пигалица, пошли обратно, буду я тебя защищать, раз ты такая бесстрашная. Что-то вспомнился Чехов и его «Дама с собачкой» … Вы собачий смех не слышали? Вот вам оно и не надо, а эта поняла, тоже улыбнулась.

- Там маленькая была собачонка, - она что, поняла мои мысли?

А вот это уже интересно, если она так быстро стала меня понимать, то что из нас потом получится. Только пока надо эту пигалицу довести до Кордона, в ходку её рано вести, да и нет тут ничего в округе, в смысле артефактов. Дошли спокойно, стая собак была какая-то залётная, но я их быстро подчинил и прогнал подальше от Кордона.

Сидорович купил артефакт, недорого, но «на пожрать» хватит, а пока надо с этой пигалицей объясниться, расставить всё по местам. Сидим мы у костра и смотрим в пустоту, но это так другим кажется, а мы разговариваем.

«Ты меня что, понимаешь»?

«Конечно, я вообще собак люблю и понимаю прекрасно. Да Штык и говорил, что ты особенный».

«Тогда слушай, буду я тебя учить всему, я тут, считай, с самого начала».

Вот так быстро наладить контакт мне ещё не доводилось, даже с дедом, который мне вместо матери был.

«Ты и книжки читала всякие»?

«Само собой, люблю хорошие книги, а уж классику всю перечитала».

«Тогда сработаемся, а Булгакова тоже»?

«Ты про «Собачье сердце»? «Читала ещё в детстве, но ты не от водолаза, ты лучше».

И что мне с ней делать? Собак любит, меня понимает, книжек разных читала море, о чём мне ещё мечтать? Только надо и научить её сталкерским особенностям. Вот я и занялся обучением этой пигалицы, пока рассказываю. Ну как рассказываю, мы же не говорим словами, но она и так понимает.

- Чего задумалась? Утром в ходку пойдём, приготовься, - сталкер, но мужик скользкий.

- Так иди, никто не запрещает, я посижу тут, мне тут больше нравится, - спокойно так, даже немного лениво, а вот за это я её даже уважать стал.

- Всю жизнь не просидишь, - сталкер явно досадует, нужны ему отмычки, но не для учёбы, а для того, чтобы аномалии отомкнуть, - а сама пойдёшь, так сдохнешь в Зоне без наставника.

- Посмотрим, с некоторыми наставниками быстрее сдохнешь, - точно, она со мной на одной волне, просекла, зачем этому уроду отмычки нужны.

Отстал, только фыркнул недовольно, пошёл остальным мозги засирать. Нашёл вроде парочку парней, жалко их, погибнут завтра, но всех не спасти. А у пигалицы моей на это счёт свои мысли, решила им мозги вправить. Пошла объяснять, за каким счастьем они нужны этому козлу. Вот так и наживают врагов в Зоне, но её уже не остановить. В общем утром с тем придурком только одна отмычка ушла, второй решил посидеть на Кордоне.

- А с кем мне опыта набираться? – парень подсел к моей пигалице.

- Сейчас решим, может и пойдём сами, - разогналась, я учеников не беру, её бы выучить.

В общем, получился испорченный телефон. Я ей объясняю, а она парню, догадались, что из этого получается? Нет, живые оба остались, да и не было мутантов вовсе, другие их разогнали. С аномалиями проще, пигалица меня слушается сразу, а парень едва не погиб. Хорошо, что она аж взвизгнула, - Стоять!

В общем у самой «жарки остановили дурака.

- Смотри, - она кинула вперёд палку, и та вспыхнула, моментально сгорев в страшном пламени.

Вот её я научу всему, а так и оружия бы им купить, а то с ножами сложно будет жить в Зоне.

- Мне бы в Бар попасть, - парень губы раскатал, я туда не ходок, они мою маму убили.

- Попадётся нормальный сталкер и пойдёшь с ним, - прямо учительница в школе, только худая до невозможности.

- А ты не сталкер? – удивился парень.

- Я ученица, тебе оно надо, живой остался и хорошо, - умная, это без вопросов, съехала красиво.

Артефактов тут немного, но кое-чего подняли из дешёвых. На еду хватит, а на оружие снова ничего нет. Ладно, буду её охранять, авось пронесёт, не хочется такую терять.

«Хватит с него, пусть утром уходит с кем-нибудь».

«Жалко, а вдруг опять такой попадётся»?

«Жалостливая ты моя, мне что с вами нянчится с двумя, или ты в него влюбилась»?

«Так что, бросить его, пусть умирает»?

«Здесь каждый день кто-то умирает, но сделаю я ему подарок, проверю сталкера».

Снова заботы, но ради такой можно и постараться. А парень на неё глаз положил, только пигалица моя на любовь что-то не очень, сидит и думает о своём. А ведь была когда-то пай-девочкой, это потом жизнь научила жёсткости, что её и спасло. С ножом она уже почти профи, опыт точно есть, но не любит она живую плоть резать, вся её доброта возмущается. Отведу я её завтра к деду домой, всё-таки я там родился, да и книги там остались, вдруг она чего прочесть захочет.

А утром пришли сталкеры за отмычками, вот и пристроили мы парня к нормальному мужику, дальше уже от нас не зависит. Наша дорога в Чернобыль, там на окраине и жил мой старик. Тут Свалку бы пойти без приключений, но не получилось.

- Стоять! – бандиты тут как тут.

А ведь прошли уже почти всю Свалку, бандиты обычно в других местах сидят. Но эти шли куда-то, вот и набрели на нас. Всего трое, но ей бы хватило, а управлять людьми я не умею. Пришлось фантомами действовать, хотя я это и не люблю. Сил много тратится, но моя пигалица не стала ждать, особенно, когда они про бабу ляпнули. Её от такой перспективы как подменили, куда вся доброта подевалась.

В общем, нож у неё в руке как будто сам нарисовался. А под прикрытием фантомов к бандитам подобраться проще, вот она и вступила в битву. Я такого и не видел, хотя нет, видел однажды, но то кузнец был, и он профи. А пигалица резала как-то по-женски, но уверенно и безжалостно. Её ранили, к счастью, легко, да там и попадать не в чего, тонкая, как ветка с куста, больше одежду повредили.

«Найди аптечку и перевяжись».

Она так и поступила, перевязала руку, собрала в рюкзак всё полезное, накормила меня тушёнкой, да и пошли мы дальше. Химер и псевдогигантов не попалось, а с собаками я договорился. Любопытно получилось с изломом, тот как всегда затянул жалобно свою волынку.

- Здравствуйте люди добрые, угостите старого человека чем-нибудь, а то я голодаю который день.

- Да ты не человек, - моя пигалица уловила сигнал, - еды мне не жалко, но стой там, не подходи.

После этого она достала бандитскую тушёнку, вскрыла банку и поставила на камень.

- Вот поешь и не жалуйся, не голодный ты, во всяком случае не настолько.

- Это тебе мутант твой сказал? – излом не дурак.

- Не мутант это, а овчарка южнорусская, - быстро выучила, молодец.

- Ну-ну, пусть так и будет, я же не из «Долга», - усмехнулся излом, но нас пропустил, понял, что не стоит трогать мою пигалицу, да и мяса в ней, считай, вовсе нет.

А вот в снорков пришлось стрелять, эти не особо и соображают, у них мозги сломанные. Хорошо ещё, что всего два снорка попалось, стрелять она умеет, но не снайпер. Вот и дом моего деда. Сколько ж я тут не был? Вот тут мы с мамой располагались, здесь её эти гады и застрелили. Старик потом похоронил её вон там, где куст смородины растёт, только никакой смородины на нём нет, а висит «ржавый пух».

- Ого, вот это библиотека! – пигалица моя аж рот раскрыла.

У деда вся стена была книгами заставлена, любил он их читать, да и я слушал, как он читает, ментально, но мне же и так всё понятно. Люди, когда в эти буквы смотрят, у них в голове картинки рисуются, да ещё такие яркие, вот я и понимал всё, что дед читает.

- Спасибо тебе, мой хороший! – прямо кинулась обниматься, вот же пигалица, она мне всё больше нравится.

Прожили мы там три дня и все эти дни пигалица читала мне странную книгу, что-то там про смысл жизни, мне пока трудно понять. Дед больше любил другие, но и пигалица читает интересно. Остаться бы тут навсегда, но есть тоже что-то нужно, так что, съев последнюю банку тушёнки, мы отправились на Кордон.

Бандитов в этот раз не попалось, зато стая тушканчиков заставила мою пигалицу изрядно пострелять. Она так и научится со временем хорошо стрелять, а пока чаще мажет, но картечь широко разлетается, тут трудно промазать. Особенно смешно, когда она стреляет в одного, а подают другие, но я успеваю их словить пастью в воздухе, тем более, что кидаются они на мою пигалицу.

- А патронов нужно много, быстро улетают, - соображает, но пока надо просто дойти.

А вот и «мамины бусы», хороший артефакт, да и стоит прилично, так что живём, особенно с парой артефактов подешевле. Контейнеры надо брать с собой, а то от радиации загнёшься, но эта и «медузу» нашла, значит пока пойдёт. В общем, сталкером становится понемногу моя пигалица. А на Кордоне увидели парня, который ушёл с тем гадом, странно, неужели живой вернулся?

- Ты как выжил? – пигалица моя тоже удивилась.

- Да сталкера кто-то грохнул, я только услышал, как пуля свистнула мимо, и он упал, - рассказал парень, - я потом еле добрался обратно, спал на деревьях.

Вот так, кто-то свёл старые счёты, видно обворовал напарника или погубил близкого человека. В Зоне такое случается порой, тут прощать не принято, поскольку проступки оплачены жизнями. А Сидорович неплохо заплатил за артефакты, заодно продал патронов, тушёнки, да и контейнеров парочку дал в придачу.

- Пойдём обратно или тут побудем? – смотрит на меня чистыми глазами, подтверждения ждёт.

«Тут, завтра выброс».

Не поняла она про выброс, но осталась, вот и хорошо, посидим у костра, подумаем о своём.

«Зачем тебе рассказывать, вот увидишь и поймёшь».

А как я ей расскажу, что такое выброс? Это вообще по женской части, я в этом ничего не понимаю. Только Зона сама всё рассказала и показала во всей красе. Хороший выброс получился, сильный. А пигалица моя лежит и смотрит в небо, как начало краснеть, так и уставилась, как на чудо. Оно красиво, да только опасно, хотя, это же не Бар даже, на Кордоне не так сильно по мозгам лупит.

Тут я ей не особо и помогу, мне со своей головой справиться нужно, а эта лежит и смотрит. Ну и ладно, зомби не станет и хорошо, мне тут самому с ума не сойти нужно. А пигалица руки раскинула и вся такая восторженная, наслаждается чем-то. Это что, она от выбросов удовольствие получает?

Ладно, кончился выброс, теперь проверить нужно, что там у неё с головой.

- Ты представляешь? – пигалица моя в восторге. – Вот это сила!

Это она Зоной так восхищается? Ну, пигалица, ну досталась мне странная такая подруга. Не хозяйкой же её называть, это люди так только могут, а я её другом считаю. Зауважала Зону, это как раз хорошо, Зона такое любит. В общем, перспективы вырисовываются интересные, сработаемся мы с пигалицей.

«Ну что, куда отправимся»?

- Пошли, прогуляемся по Зоне, тут теперь сидеть не интересно, - очнулась она.

Пошли, с тобой можно ходить, только ты не укомплектованная какая-то, хоть обрез догадалась с собой носить, а так ни комбеза, ни обуви нормальной. Сапоги твои резиновые в Зоне не очень, хотя, вроде «ведьмин кисель» резину не особо и жрёт. А пошли к болоту, речку не переходя. Артефактов тут не очень, зато и Болотный Доктор на этой стороне живёт. А пигалица моя счастливая, идёт и ворон ловит, но при этом как-то умудряется в аномалии не вляпаться.

- Ой, а это что такое? – в артефактах она ещё слабо понимает, «компас» не узнала.

«Бери, только в контейнер, это дорого стоит», - что я ей ещё расскажу, да и говорить я не умею.

Везучая у меня пигалица, или Зоне понравилась, тогда живём. А ведь точно, понравилась, стоило кабанам рвануть в нашу сторону, как перед мордами у них «жарка» прогулялась. Вы видели когда-нибудь блуждающую аномалию? Поверьте, это зрелище, которое ввергнет самого смелого в панику, поскольку непонятно, куда она поползёт в следующую минуту. Кабаны рванули прочь от огня и жарка потухла, значит, специально сработала, пигалицу мою прикрыла.

- А это кто? – она чуть на попу не плюхнулась, хорошо, что тихо так прошептала, я такого кровососа и не видел ни разу.

Огромный, жуть, страшный, такому и прятаться не нужно, его только из гранатомёта можно убить и то не факт. Только мы ему без надобности, он по своим делам ушёл. Ходит он, как люди бегают, оно и понятно, с такими размерами. Фух, я уже не щенок, зачем мне такие переживания. Сели и я пытаюсь объяснить моей пигалице, от какой беды мы сейчас избавились. Вроде поняла, только чего это Зона нас от него не прикрыла, значит не опасный был.

Прогулка наша меня удивляет всё сильнее, но это Зона, тут может быть что угодно.

«Пожрать бы, живот уже урчит».

Ишь ты, поняла слёту, уселась на пенёк и тушёнку достала. Нет я её люблю, никто меня ещё из тарелки не кормил, а эта сама ест из банки ножом, а мне в тарелку. А вот тут она чуть не попалась, поели мы и решила моя пигалица помыть тарелку. Только река Уж коварная, а я сразу почуял неладное, зависла пигалица у воды. А ну, быстро её надо оттащить в сторону. Схватил я зубами за капюшон и поволок.

Лежит, не шевелится, пришлось и мордой потолкать, и лапами на грудь давить. Ожила моя пигалица, куда полезла, глупая, нельзя к реке, там «зеркало», хотя откуда ей знать. Ладно, придёт в себя и попробую рассказать. Иногда и слова не помешают, а я не умею словами.

«Зеркало», это такая аномалия», - как же это сложно ментально, пришлось вспоминать дом старика, у того было старенькое зеркало в доме.

- Чего ты мне зеркало показываешь? – не въехала сразу.

Как же ей рассказать? У неё и наладонника нет ещё, ладно потом будет случай и попробую объяснить. Пока повернулся к реке и зарычал, мол, опасно там. Хоть это поняла без вопросов, а дальше только к Болотному Доктору, но она не ранена и не болеет, значит, пора назад идти. Да оно и время уже немало прошло, как раз до темна вернуться.

На обратном пути всё прошло гладко, только «кристалл» нашли, плёвый артефакт, а всё равно денег стоит. Сидорович принял и его, а «компасу» обрадовался и даже очень, у него заказ от яйцеголовых на него был как раз. Взял хорошо, а сколько он наварит, только он и знает, зато теперь моя пигалица может хоть немного приодеться. «Заря», это тебе не «энцефалитка», это уже комбез.

Она у меня ещё тоньше на самом деле, чем я думал, тут не телосложение, а «теловычитание» самое настоящее, но жилистая, ходит, не ноет. Стою, снова зеркало у деда в доме показываю, может дойдёт.

- Да чего с зеркалом не то? – так и не поняла, хорошо, что Сидорович услышал.

- А ты, случаем, не про аномалию? – оживился барыга.

- Не знаю, наверно про неё, - умница, не стала говорить, что я ей мозги пудрю.

- Гнусная аномалия, только в Уже и водится, - начал Сидорович, - если смотреть в воду., то отражение становится очень натуральным, но смотреть нельзя, иначе ты окажешься под водой, а твоё отражение на берегу, утонешь, в общем.

Бывает и от людей польза, в смысле от слов, прониклась, уставилась на меня, а потом как кинется обнимать и гладить. Это я завсегда, это я люблю, когда обнимают и гладят. Дошло, что я спас её, так мне и не жалко, хорошая она, моя пигалица. А в комбинезоне она и вовсе тростиночка, теперь берцы надо, а то ноги упарятся в резиновых сапогах. Ладно, со следующей ходки купим, пока надо к деду сходить в дом, пусть всё обдумает и книжки почитает.

«Наркоман твой Кастанеда, и Дон Хуан у него наркоман», - чего, сразу видно, что под препаратами написано.

«А «Книга снов»?

«Ты в Зоне, тут и не такое увидишь».

Не люблю я спорить, тем более о книгах, но всё же и так ясно. Она после выброса вон какая была, а тут какие-то сны наркомана.

- Так это выброс, там столько всего было, - пигалица даже на слова перешла.

Вот мне и интересно, что же там было, но она не может это на слова перевести, а чувства… я таких ещё и не видел у других сталкеров, даже у баб. Вот это мне интереснее всего, но пигалица не собирается мне ничего рассказывать.

- Белый клык, - взяла другую книжку, - а я как-то её пропустила, хочешь, я её буду читать?

Я хочу, мне нравится, как ты читаешь, ты читай, а там посмотрим. Вот это книга, только зачем они гроб тащат, скинули в «жарку» и готово дело. А волки, это псевдопсы или кто?

- Волки не больше тебя, могут и меньше быть, - пигалица со мной на одной волне.

Вот это понятно, псевдопсы не стали бы прятаться, смяли такой стаей и дело с концом. А собак жалко, сожрали их, лучше бы этих, с гробом, сожрали, чем собак. Хотя с течной сукой… людям не понять, когда сука течёт, тут голова работать отказывается. А так хорошая книга, мне нравится, так и задремал под её чтение. Тоже непонятный пёс в книге, вроде меня, помесь и умный. Мама приснилась почему-то и сестрёнка, худая, как моя пигалица.

- Хватит спать, пора и поесть, да сбегать по делам! – тарелка с тушёнкой у носа стоит, всё-таки я её люблю, мою пигалицу.

Сама она как-то слабовато ест, понятно, чего она такая тощая, зато читать любит и со мной у неё контакт наладился прекрасный. А вот теперь можно и по делам, не здесь же их делать, я пёс культурный и воспитанный. Отбегу подальше, с детства не приучен во дворе гадить. Пигалице тоже пора себя в порядок привести, но у неё особый домик есть для этого, ещё старик построил.

- Ой, что с тобой? – пигалица выглянула из «домика» и уставилась на грязную собаку.

Тоже южнорусская овчарка, но грязная и тощая.

- А ты не мальчик! – удивилась она, - ты девочка. Погоди, ты сестра нашего красавца?

Собака настороженно смотрела на Варю и слегка рычала. Вовремя я подбежал, а то неизвестно чем бы кончилось. Сестрёнка, как долго я тебя не видел! Ты хоть как жила эти годы? Хорошо, что пигалица догадалась покормить сестрёнку. Вообще-то с моей тарелки, но на сестрёнку я не обижусь. А потом мы сидели в доме и долго разговаривали о своём. Пигалица тактично слушала, не встревая в наш разговор.

Досталось сестрёнке, чего только у неё за это время не было. Маленькой чуть не сожрали, потом два раза ранили сталкеры, потом еле от гона убежала. Встречи с химерами, бандитами и зомби даже вспоминать не хотела. Щенки почти все погибли, да и от псевдопса ничего хорошего не могло получиться, а чернобылец один раз попался, вот от него щенок один выжил, большой уже, только дикий, не особо от чернобыльца и отличается.

И тут сестрёнку стошнило, всё, что съела, выскочило наружу. Вот чего она тощая такая, что-то со здоровьем случилось.

- Вы как хотите, только надо её врачу показать, - пигалица категоричная такая, - ты там рассказывал про Болотного Доктора, надо к нему сводить.

Вот как такую не любить? Почти незнакомую собаку и сразу к доктору. Хорошо, пойдём, пожрать пока есть. Только утром, а то уже больше половины дня прошло. Пигалица задумала супчик сварить. Ну, как супчик, бульон из тушёнки, на другое у нас и нет ничего. Печку растопила, тушёнку открыла и бултых в кастрюльку. Ароматная гадость, но как по мне, так лучше без этого. Сестрёнка полакала и это у неё вроде не выскочило.

- Понемножку, может и получится поесть, пока тёплое, - пигалица смотрит на сестрёнку и такая жалость у неё в глазах.

До утра ещё два раза грела и поила сестрёнку, а утром пошли сразу к Болотному Доктору. Тут свои сложности, надо Бар так обогнуть, чтобы Долг не заметил, да ещё и никаких химер с псевдогигантами чтобы не попалось. На сестрицу я особо не рассчитывал, уж больно она худая, сил лишних явно нет. Но сестрица удивила слёту, когда мы ещё от города не отошли. Пару снорков она буквально растерзала фантомами.

Стоит, качается, силы потратила немало. Придётся отдохнуть, но не здесь, отойти надо в любом случае. Пару минут и мы ушли, едва передвигая ноги. Дошли до сторожки и забрались внутрь. Сестрёнка вырубилась и пару часов мы её не трогали, пусть поспит, сил много потратила.

«Что с ней случилось»? – пигалица волнуется, любит собак, а сестрёнку ещё и жалеет.

«Мало ли, съела чего, или в «пятно» вляпалась, диким сложнее жить, тушёнки нет рядом и датчика радиации тоже».

«А он поможет»?

«Болотный Доктор? Он всех лечит и людей, и мутантов, должен помочь».

Пигалица попыталась разогреть тушёнку, только печка тут дрянь, не то, что у деда в доме. Посуды тоже нет, но она в тарелке прямо, благо, та из нержавейки. Сестрёнка проснулась, а перед мордой снова стоит тарелка с тёплой жижей.

«Она тебя так постоянно кормит»?

«Ну, греет не всегда, да и себе не часто, а так кормит всегда».

«Повезло, почти как старик».

«Если насчёт мыслей, так она лучше, сразу всё просекла».

«Это что, она всё знает, что я тебе говорила»?

«Знает, но виду не подаёт, она странная, особенная. Ты бы видела, как она выброс встретила».

«И давно ты с ней»?

«Неделю, отмычкой была, но прежний ушёл из Зоны».

«Бросил? Все люди предатели».

«Эта не такая, вот увидишь».

- Друзья, а ничего, что я тут? – пигалица смотрит на нас, но не обижается, скорее смеётся, такие у нас с сестрой морды.

А мы и забыли, что она всё понимает. Как-то неловко получилось, но пигалица не стала углубляться, повела нас дальше, или мы её повели, тут сложно сказать. В общем, добрались мы до Болотного Доктора, когда уже темнеть начало. А так и не дошли бы, уже перед болотами к нам химера вышла, явно желая полакомиться нашим мясом. Оно бы и кончилось всё печально, но тут нам снова этот кровосос попался. Выбежал перед химерой и лапы вверх поднял, типа «не пущу».

Это да, такой не пустит, да ещё и убить может любую химеру, уж больно он огромный. Химера подумала и убежала, есть мясо и доступнее, а у меня в голове теперь непонятно что. Кровососов я повидал немало, а такого первый раз. Но думать будем потом, сейчас сестрёнку надо довести.

- Лучевая болезнь, - диагноз Болотного Доктора, как приговор, - лечить буду, но результат сказать не могу, на неё же всё действует иначе. Вы переночуйте и идите, если через неделю будет жива, то есть шанс, что вылечу.

Пока рядом были, виду не подавали, а потом пигалица разревелась на крыльце домика. Сидит и ревёт, жалко ей мою сестрёнку. Да мне разве не жалко, последняя родня осталась, и та больна безнадёжно. Уже и Док спать улёгся, а эта сидит и плачет, не оставлю же я её. И тут из ниоткуда Зона вышла. Красивая женщина, даже на мой вкус, а она пигалице «ломоть мяса» протягивает.

- Свари ей бульон, да и артефакт пусть съест, понравилась ты мне, жалостливая и добрая, - обняла пигалицу и пропала.

А та подскочила и на кухню. Оно нехорошо, на чужой кухне хозяйничать, но это как-то из головы вылетело сразу. Зато к рассвету и бульон остыл уже, так мы сестрёнку и напоили, а потом и артефакт скормили, он как раз не такой жёсткий стал.

Думаете, Болотный Доктор рассердился? Ни капельки, удивился только, а потом решил, что надо попробовать из артефактов вытяжку делать и в капельницы заряжать. Сестрёнка неделю ещё пробыла у Болотного Доктора, немного поправилась, и мы ушли.

- Обещайте, что будете следить за ней, - напутствовал нас Болотный Доктор, - ей отъесться нужно хорошенько, да и вообще, силы поправить.

Про кровососа он нам всё рассказал, только я мало что понял, какой институт и кто такая Елена Сергеевна? Пигалица всё это запомнила, но обещала не говорить никому. До Кордона в этот раз дошли без приключений. Слепые собаки не в счёт, на них даже фантомы не нужны, внушили и ладно, на охрану заодно привлеки стайку. Уже у самого Кордона отпустили, нам там не нужны такие провожающие. А вот артефактов пигалица подняла, кормить нас нужно.

- Ты ещё мутанта где-то откопала? – сталкеры косятся на пигалицу.

- Не видно, что ли, овчарка это, никакой не мутант, отощала только, не мутантов же ей жрать, - пигалица у меня просто клад, как развела всех.

Заодно сдала артефакты и набрала кучу тушёнки, теперь можно пожить у старика в доме и ни о чём не думать. Тяжело ей тащить такое, но пыжится, старается. А впереди бандиты засели, это сталкерам до лампочки, а собачий нюх особенный.

«Что делать будем»? – я тут за главного, хотя слово сейчас за пигалицей.

- Сколько их? – планирует уже.

«Трое, стандартная шайка», - все люди пахнут по-разному.

- А давайте их разыграем? – глаза горят, ну пигалица.

Так и сделали, она одна пошла вперёд, а мы в стороны. Теперь посмотрим, что у нас получится, но пигалицу я не оставлю.

- Стоять! Грабли в гору! Стволы на землю! – у бандитов точно где-то работает школа по обучению, фраза стандартная.

А дальше бандиты уже мало что поняли, поскольку я фантомами ударил так, что им стало не до пигалицы. А та из обреза шарахнула по бандитам, но один успел в неё выстрелить. Пигалица упала, как подкошенная, а сестрёнка сзади ему в шею вцепилась. Вот тебе и разыграли, я так не хочу, пусть она живёт. Завыл я так тоскливо, как только мог. Сестрёнка подключилась, мы же чувствуем, когда душа на небо улетает.

- Хватит выть, проверить надо, что у них есть, - маленькая такая женщина пришла на наш вой и сразу к хабару бандитскому. – «Пламя», не «душа, но пока и это пойдёт.

Пигалицу она раздела, из рюкзака что-то уколола ей в вену и давай с раной возиться. Я таких врачей и не видел, хотя кого я там видел кроме Болотного Доктора. А та чего-то там пережала, зашила, придавила и уселась рядом, уложив артефакт на живот.

- А вы пока покараульте, не умрёт, это я вам говорю, - даже головы не повернула, откуда-то поняла, что мы всё услышали.

Сидели мы часа три, а когда пришли, пигалица спала ровным и глубоким сном.

- Побудем тут, пусть поспит, - женщина такая уверенная.

Оружия вовсе нет, но чувствует себя, как Хозяйка, мы же понимаем, у собак своё чутьё. Сидели долго, почти всю ночь, только к нам никто не подошёл. Рядом бродили мутанты, а сюда ни один не заглянул.

- Вы есть хотите? – понимает.

Открыла нам по банке тушёнки, только на тарелку не стала выкладывать, мол, и так поедите. Да нам на это смотреть нечего, благодарим и за такое. А пигалица проснулась уже к утру, когда рассвело.

- Здрасти, а вы кто? – смотрит удивлённо на женщину.

- Я тут одна, а в Зоне все на «ты», - поправила её маленькая женщина, - Елена Сергеевна я, а сталкеры зовут Мелкая Гадость.

Ух, вот это кто нам попался, в голове сразу и Болотный Доктор, и огромный кровосос, всё всплыло.

- Вы уже и с Серафимом познакомились? – она в голове читает просто супер. - Ладно, вы сами наполовину мутанты, и девушка никому не расскажет. Живите тут, раз Зона приняла, только не балуйтесь. Провожу я вас, вам всем сейчас воевать ни к чему.

Вот так мы и пришли в дом к деду всей компанией, пигалица в кресло уселась и отдыхает, слабая она ещё. А Елена Сергеевна поесть сготовила, накормила пигалицу, да пошла книги смотреть.

- Хорошая библиотека, немного однобокая, но сразу видно любителя природы. А вот по философии серьёзные книги, тебе нравятся такие? – это она с пигалицей.

- Нравятся, тут можно всю жизнь просидеть, - улыбается уже, значит, выздоравливает.

- Вот и читай, тем более, что собакам тоже нравится, когда ты читаешь.

Она посмотрела на пигалицу, потрогала пульс, собралась, да и пошла.

- Пора мне в Бар, нового ученика искать, а ты от выброса спускайся в погреб, тут не Кордон, не рискуй! – Строго так посмотрела, - И «душу», если найдёшь, носи с собой, не продавай.

Елена Сергеевна открыла дверь и вышла, улыбнувшись своим мыслям.

- Там маленькая собачка была, - улыбнулась вослед пигалица, - а у меня теперь целая семья.

Глава 35 Снегурочка

Случилось это под Новый Год, парни голубую ель притащили из Припяти, и мы все посадили её на Кордоне. Только нарядили, Сидорович дорогих гостей ждал, и тут вместо них пришла от Периметра девчонка. Славная такая, беленькая вся, в платочке беленьком, пальтишко беленькое, ботиночки тоже беленькие, а с ней котомка на палке и всё.

– Ну, прямо Снегурочка, – ляпнул кто-то из новичков.

Так и прилипла к ней эта кличка, но это потом, а пока она прошла к Сидоровичу, но вскоре вышла.

– Здравствуйте, – подошла она к костру, – можно у вас погреться?

– И тебе не хворать, садись, если не растаешь, – бродяги в основном добрые и не жадные.

– Чего это я должна растаять, я же не из снега, – смутилась она.

– А мы думали, ты Снегурочка.

– Вот ещё, я живая и не из сказки.

– А чего одна пришла?

– С кем я пойду, если у меня никого больше нет?

– Обычно отмычки группами приходят, а ты одна. Мутанты не напали?

Для сталкеров это всё странно, вот и спросили.

– Вы про собак? Были парочка, но я их убила.

Спокойно так, как будто всю жизнь только этим и занималась.

– Они там с японцами заболтались, а я ворота приоткрыла и сюда пришла, – пояснила она.

Бродяги удивились, как такая пигалица смогла убить собак, а главное, чем, вот этой палкой? Но девчонка сняла свой узелок с палки, а там оказался наконечник копья. Маленький, меньше ладони, четырёхгранный, немного смешной, какой-то недомерок.

– Вот этим убила?! – молодой новичок очень удивился.

– Да, а что, нельзя было? – она так посмотрела, как будто её милиция на улице поймала.

– Успокойся, красавица, можно, мутантов всех можно, людей не всех, только бандитов. – Старый показал на место рядом с собой. – Стрелять ты не любишь, да и не из чего тебе.

– Я и не умею, только из лука, но не очень. Да и куда его к копью, всё вместе не унести.

– Занималась что ли? – надо всё узнать по неё, может, научить.

– Да, мама отдала, как чувствовала, у меня же аутизм, мозаичная форма, я с людьми плохо контактировала до того… – девчонка замялась и не стала рассказывать больше.

– Ладно, завтра повожу тебя немного, Новый Год на носу, вернуться хочется пораньше, – Старый думал о той, которая ушла из Зоны, подняв хороший хабар.

С Аномалией их связывало что-то такое, чего словами не описать, но они гнали свои чувства, а та ушла, чтобы не сойти с ума от любви. Эта совсем маленькая, нельзя, чтобы пропала, а то возьмут распечатать аномалию и конец красавице. Девчонка развязала узелок, а там конфеты, пряники, шоколадка.

– Этим не наешься, – Старый протянул банку тушёнки.

– Я есть не хочу, по дороге наелась.

Интересно, чем это она там наелась по дороге, но все расспросы завтра. А девчонка уплетала шоколадку и смотрела в огонь. Что-то в ней непонятное, тихоня, а потащилась в Зону, но раз сказала, что одна, значит, родителей нет. А была мама, значит, что-то случилось. Ладно, сама расскажет, если захочет.

Утром они ушли в ходку, и девчонка слушалась во всём, аномалии запоминала хорошо, даже начала узнавать некоторые. Собак Старый сам отстреливал, а потом в ушах противно запищало. Старый упорно боролся с контролем, бросив карабин на землю, и тут давление пропало. В ушах больше не звенело, и он поискал Снегурочку.

Та стояла на коленях над трупом контролёра и пила кровь, вытекавшую из раны в груди. Напившись, она вытерла лицо носовым платком, налила на него воды и чисто вытерла все остатки крови. Старый прислушался и услышал колыбельную, которую девушка пела сама себе. Покончив с эти занятием, она посмотрела на Старого.

– Догадался? – тот кивнул. – У меня теперь раздвоение личности, после того, как крови напилась.

Поняв, что надо всё кому-то рассказать, она продолжила, полностью приведя себя в порядок.

– Занималась я долго у хорошего мастера, уже почти нормальной стала, мама радовалась, а тут меня подкараулили эти придурки. Думали изнасиловать, но вдобавок решили по глумиться. Я так и не могла вспомнить, что произошло, но я их здорово изуродовала, а одному вырвала кадык, вот там и напилась его крови. А потом почувствовала, что это и есть я настоящая. Мама меня там и нашла, а потом запела колыбельную, она мне всегда её пела. Вот я и вернулась в прежний облик. С тех пор научилась сама себе петь колыбельные, чтобы вернуться.

– Есть мясо тоже перестала после этого? – Старый сам догадался.

– Да, а откуда ты узнал?

– Был у меня солдат в Афгане, тихоня такой, всё делал не возражая, а однажды он сапёрной лопаткой десяток духов уложил, как будто бес в него вселился. Он пил людскую кровь, пока мы не добрались до него, а успокоился тоже, когда я колыбельную запел. Комиссовали его потом, а жаль, боец классный.

– Богатая у тебя жизнь, – вздохнула Снегурочка.

– И у тебя будет такая, если Зоне понравишься, а теперь слушай её правила, – Старый стал рассказывать, что можно, а чего нельзя делать в Зоне. – Вроде всё, а вон и первый артефакт, но сразу брать нельзя, надо обкидать, чтобы удостовериться, что аномалии нет.

Подняв немного, вернулись на Кордон, ожидается праздник и хоть какое развлечение. Понятно, что напьются бродяги, но драк на Кордоне не любят, для этого есть Бар. Притащились японцы в сопровождении военных, их тоже не любят на Кордоне. Наглые, типа они тут хозяева, а вы так, скажите спасибо, что не арестовали.

Японцы как раз нормальные ребята, слушали, кивали, кланялись, лопотали по-своему. Пора вроде, и бродяги принялись провожать Старый Год, потом встречать Новый, поднабрались малость, на ёлку поглазели. И тут подвалил подвыпивший новичок к Снегурочке с пошлым предложением. Был послан, но не успокоился и решил силу применить.

Та подскочила, как пружина распрямилась, пара быстрых ударов и новичок лежит на земле. Она уже приготовилась добить жертву, но тут Старый запел колыбельную. Пел, пока девушка не пришла в себя, а потом уселась у костра и заплакала. Праздник как-то угас сам по себе, и бродяги разошлись по местам. В полном молчании допили-доели, что оставалось, да и улеглись спать.

– Интересная ты, – Зона пришла в сон девушки. – старайся среди людей сдерживать свою вторую половинку. А чтобы знать заранее их намерения, сделаю я тебя телепатом, так будет безопаснее для всех.

Зона растаяла, поцеловав девушку в лоб, и та проспала до самого утра. А тут всё изменилось, даже спящие видят сны, а кто проснулся, те и подавно думают о своём. Платок сполз, и она решила его перемотать. Сняла, расправила и снова надела на голову, замотав и шею. Бродяги и рот раскрыли. Волосы у Снегурочки оказались серебристыми, но на самом деле это седина. Такая молодая и седая уже абсолютно. Красивая коса спускалась по спине ниже лопаток. Но она засунула её под куртку и прикрыла платком.

– Пойдём, пора уже, – Старый сегодня задумал большой поход со Снегурочкой.

– Я сейчас, – ну да, утренние дела надо сделать.

Собиралась она быстро, мужики могут позавидовать, а что, кроме смешного узелка, у неё и нет имущества. Зато сегодня Снегурочка показала себя во всей красе. Забрели они за Милитари, а там оказалась довольно большая стая чёрный псов, наглые твари с острыми зубами, один не соперник, но их по одному и не бывает. Вот тут она и устроила пляску смерти, вынося мутантов так лихо, что Старый даже засмотрелся.

Только сейчас он понял смысл такого наконечника. Воткнув его в мутанта, Снегурочка немного проворачивала копьё и кровь фонтаном устремлялась наружу. Длилось это мгновения, а потом в рану попадал воздух и всё, быстрая гибель. Ему и работы не осталось, всё сделала сама девушка.

– Ну ты и монстр! – одобрил он ловкость и силу.

– А ведь я тебе нравлюсь, – озорно заметила она, – жалко, ты же другую любишь.

Старый посмотрел пристально на девушку, как будто просвечивая насквозь.

– Зона поцеловала? – догадался он.

– Она тоже вся белая, как я.

– Да, вы похожи, – кивнул Старый. – Только она белая, а ты седая.

– Это, когда они маму убили, – сейчас разревётся, но Старый обнял её за плечи, как дочку и успокоил.

– Потом расскажешь, идём, нам ещё долго идти, да и вернуться потом надо.

В Припять он её не повёл, что там делать, повёл за Выжигатель мозгов, который давно отключился. Там сейчас Монолит обосновался, но они прошли мимо. Вот уж где хватило всякого зверья. Собак всяких сортов уже не считали, даже стаю псевдопсов выбили без проблем, хотя бывшие волки и вымахали размерами с молодого бычка.

– Ноги! – от псевдогиганта лучше убежать, и они рванули стометровку.

Видя, что дичь убегает, мутант остановился, к тому же увидел старый труп собаки, а это еда.

– Хорошо, что их мало, – восстановив дыхание, поведал Старый, – и на ходу они тяжеловаты.

Снорки больше тяготеют к строениям и подземельям, но и возле свалок техники попадаются. В кузове грузовика как раз сидел снорк. Снегурочка уже приготовилась, но Старый всадил пулю ему в лоб, он так и упал рядом с грузовиком.

­ – Результат экспериментов яйцеголовых умников, это бывшие люди, солдатики из ВДВ. А потом стал заразными, если покусают, то сама можешь стать такой. Сыворотка от бешенства вроде спасает, но сразу надо колоть.

Вот тут они и набрали артефактов, все контейнеры заполнили и даже в узелок завязали «мясо», «медузу» и «вспышку».

– В таком сочетании можно носить и без контейнеров, – пояснил он девушке.

А на обратном пути набрели на шайку бандитов. Те как раз поймали женщину и насиловали её. Старый только показал, что заходят с разных сторон и стали подкрадываться. Почти успели, насладившись женским телом бандит достал финку и воткнул жертве в живот, намереваясь вскрыть его, но тут Снегурочка выскочила из-за остова автомобиля, и копьё пробило спину между лопаток. Сталкер тоже не стал ждать, застрелив парочку отморозков.

­– Она умрёт? – девушка пила кровь бандита, но отвлеклась на минуту.

– «Мясо» давай, а я пока промедол уколю. Потом доешь.

Она отдала свой узелок и Старый осторожно вынул финку из живота, положив сверху артефакт.

– Поищи вокруг, может «огненный шар» найдёшь, её трогать пока нельзя, – попросил Старый.

– У меня, – со стоном вымолвила женщина.

Он осмотрел вещи, нашёл её рюкзак и извлёк из него артефакт. Теперь женщина не замёрзнет, а лежать ей долго, «мясо» не «душа», хотя тоже лечит. Понемногу одели бедную, надели носки и ботинки, прикрыли свитером, а Старый занялся утилизацией трупов, оттаскивая их в лужу «киселя». Хороший кожаный плащ сняли и прикрыли пострадавшую, всё теплее будет.

Снегурочка тихонько напевала колыбельную, слишком велико было потрясение. Вспомнилось, как погибла мама, но рассказывать не стала. Покалеченные ей уроды оказались детьми богатеньких родителей, и однажды к ним нагрянули качки. Она как раз была на тренировке, а мать стали пытать, где дочка?

Когда она вернулась домой, бандиты уже резали бедную женщину. И тут она взорвалась, да так, что остановиться не смогла. Убила всех, а потом пила их кровь, пока мама, умирая, на спела ей последнюю колыбельную. Она думала не о себе, а о дочери, так и умерла от потери крови.

Вот тогда она и ушла из дома, стащила копьё учителя и ушла, по дороге купив на все деньги конфет и шоколадок. До Зоны добралась на попутках, в мире ещё достаточно сердобольных дальнобойщиков. А тут военные заболтались с японцами, редкая диковинка, вот она и прошмыгнула в ворота, а там припустила на Кордон.

Охранять пришлось до утра, спали по очереди, присматривая за обстановкой, а с рассветом женщина уже могла идти потихоньку. Они и направились в Бар, до которого ближе. Бандитский хабар побросали в рюкзак потерпевшей, и Снегурочка стойко несла его, хотя и кривилась от тяжести. Ничего, воевать ей не пришлось, сталкеры сами справлялись с мутантами.

– Ух ты! – Снегурочка засмотрелась на кузнеца.

Работает он красиво, молот стучит по заготовке, а она начинает приобретать форму. Но надо и хабар сдать, пришлось спускаться в «100 рентген», а там сталкеры засмотрелись на эдакое диво. Но хабар сдали, Снегурочке на счёт положили серьёзную сумму, а Старый переговорил с Барменом, и тот принёс любопытный подсумок, который крепился на пояс, имея и лямку на плечо, чтобы не сползал. В него уложили пару контейнеров и вручили Снегурочке.

– Вот красавица, носи на здоровье, извини, белого не держим, – Бармен уже протянул подсумок, но тут случилась неприятность.

Пока искали и укомплектовывали подсумок, к Снегурочке подвалил пьяный новичок.

– Пошли, красивая, покувыркаемся, – сально облизнулся он.

– Отвали, алкаш, – огрызнулась она.

– Да ты что, овца, цену набиваешь, пошли, я сказал, – он схватил девушку за руку.

Старый пока беседовал с Барменом и сразу не заметил конфликта. Снегурочка подскочила, как отпущенная пружина и в два удара свалила нахала, она уже собралась добить его, но тут в баре раздалось:

Нэннэко сяссяримасэ, Нэта ко но каваиса. Окитэ наку ко но, Нэнкороро, цураникуса. Нэнкоророн, нэнкоророн.

Пел пожилой японец, и Снегурочка остановилась, успокоилась и уселась на место.

– Всё, тут не надо никого убивать, – обнял её Старый. – Аригато – поклонился он японцу.

Снегурочка успокоилась и даже примерила подсумок, найдя ему удобное место на поясе. Узелок не мешал ей, скинула и в бой, но так намного удобнее. К тому же пара кармашков для мелких вещей оказались весьма кстати, в один улеглась аптечка, а в другой бинты со жгутом.

– Что это с ней? – удивился Бармен, когда всё закончилось.

– Реакция на нахалов, остановить можно только колыбельной. Давай нам по кофе с шоколадкой и мне пожрать, она уже поела на сегодня.

Не рассказывать же про кровь всем подряд. А от кофе Снегурочка не отказалась, как и от шоколадки. Допив кофе, вышли наружу и она ушла смотреть на работу кузнеца. Он уже заканчивал с заготовкой, переходя к рукояти ножа.

– Что, нравится? – пронеслось в голове.

– Очень, ты так красиво работаешь.

– У тебя китайское копьё, кто делал?

– Не знаю, оно было у мастера, я просто стащила, когда отправилась сюда.

– Воровать нехорошо, надо бы вернуть, – кузнец даже головой покачал.

– Да как я верну и с чем останусь? – не с голыми же руками ей ходить.

– Я всё сделаю, постарайся не сломать. Отсюда можно отправить посылку, но не просто, нужно дождаться каравана. Заглядывай почаще, а там видно будет.

Вот и поговорили, а там и Старый позвал, пора готовиться ко сну. Слухи быстро распространились по Бару, и к ней больше никто не лез. А через две недели они снова оказались в Баре, и кузнец показал ей копьё. Оно оказалось ничуть не хуже её собственного, только древко чёрное. Мутировавшая древесина обладала поразительной прочностью. Снегурочка опробовала его, устроив целое представление.

– Молодец, а это оставь и имя мастера напиши с адресом. – Снегурочка так и сделала.

Остальное устроил сам кузнец, написав и небольшой свиток иероглифами, прикрепив его к копью, а караван увёз копьё в обратный путь. Но вскоре Снегурочка пропала, на кордоне появилась Лихо и Старый больше нужен ей.Она уже самый настоящий сталкер, осторожная и даже немножко опытная.

Снегурочка стала местной легендой, но где живёт и чем занимается, не знает никто, кроме Старого, а тот никому не расскажет. Только теперь она не такая и беленькая, только волосы так и остались седыми. Чёрный лёгкий комбинезон пошили на Янтаре, а обувь она давно сменила на американские высокие ботинки. Говорят, что живёт с людьми мутантами, но кто видел, тот молчит.

Глава 36 Квазимодо

Квазимодо из той небольшой группы чудаков, которые так и не обзавелись огнестрельным оружием. Ходят с копьями, луками и саблями разных видов и размеров. Думаете, что без автомата в Зоне сдохнуть проще? Но эти живут, если в аномалию не попадут, а мутантов выбивают так, что не всякий автомат справится.

Однажды с отмычками пришёл такой безобразный горбун, что даже бывалые бродяги удивились. Природа поиздевалась над ни от души. Мало того, что его скрючил большой горб, но и лицо напоминало неудавшуюся картофелину. Можно с уверенностью сказать, что бюреры в сравнении с ним, просто красавцы.

– Тут сдохнуть проще, чем «душу» найти, – заметил молодой бродяга.

Молодость думает, что уже всё знает и понимает, а на деле порой совсем не так.

– Я не за здоровьем пришёл, – косой разрез рта раскрылся, и хриплый голос выдал свою правду.

– А за чем же тогда? – не понял парень.

– Не «за чем», а почему, но это моя проблема, – он неразговорчивый, но и молчать не стал.

– Отстань от человека, – старые бродяги умнее, надо будет, сам расскажет.

Были мысли, что такому за Периметром жить не сладко, но зачем озвучивать раньше времени. А тот ушёл к Сидоровичу и вернулся с плохоньким ножом, видимо, денег на большее не хватило.

– Пропадёшь ты с ним, – кивнул на ножик опытный бродяга.

– Пока другого нет, – пожал плечами горбун.

Так и сидел у костра, глядя в огонь, пока Дуся не подсела к огню, после посещения барыги, и протянула ему банку тушёнки.

– Да я не хочу есть, – попытался съехать тот.

– Старый кровосос передал, – Дуся врать не любит и сейчас не соврала, – это, говорит, для Квазимодо.

Парень хотел возмутиться, но старики одобрили.

– Не сердись, Зона имена даёт на свой манер, а тёзка твой был неплохим парнем. Ты читал «Собор парижской богоматери»?

– Нет, не до того было в детдоме, – буркнул горбун.

Вот тут стало многое ясно, наверняка родители бросили его в детстве, а детдом не сахар, да ещё и восемнадцать стукнуло и иди, куда угодно. А куда он пойдёт, тем более, своего жилья явно не дали, зажилили. Вот и подался парень в Зону от безысходности.

– Завтра со мной пойдёшь, – неожиданно решила Дуся. – Мне за сыном сходить надо, заодно и с Зоной познакомлю. Ты хоть палку найди себе пока.

Поужинали и улеглись, а Квазимодо встал и пошёл искать палку. Только долго искать не пришлось, присмотрел ёлку, которую кто-то срубил и бросил. Вот из неё он и сделал себе дубину с шипами, обрезав нижние ветки не под корень, а оставив немного заострённых концов. Так утром и ушёл с Дусей, а та повела его в Королевство, старую водокачку, в которой обитала сумасшедшая Королева. Баба со странностями, но к детям очень добрая. У самой мальчишечка имеется, так пусть поиграют дети.

– Впереди аномалия, кинь что-нибудь, – Дуся болтов не носит, у неё свой талант.

– А я думаю, с чего спина ноет, – Квазимодо поднял камень и запустил его вперёд.

«Карусель» ожила и перед глазами закрутился вихрь.

– Вот так и живём, посмотрим дальше, как ты будешь реагировать на аномалии. На всякий случай носи болты, или кидай хоть что-нибудь, а то спина и от усталости может заныть.

Тут она права, нельзя всегда полагаться на одни ощущения. А вот повоевать пришлось. Для начала высочили на них пятеро псевдопсов. У Дуси разговор короткий, два выстрела, два мутанта, перезаряжает она мастерски, но один достался и Квазимодо. А тот не сплоховал, так огрел его по спине, что мутант рухнул с перебитым позвоночником.

– Добей, – Дусе некогда, она уже взяла на прицел оставшихся.

Быстро покончив с ними, она оглянулась на парня, а тот достал нож и чего-то ждал.

– Ну, чего ждёшь? В шею бей, надо артерию перерезать.

С трудом парень вогнал нож в шею мутанту и перерезал артерию.

– Чего ждал?

– Да я никого ещё не убивал в своей жизни, – сознался Квазимодо.

– Тогда понятно, всё бывает в первый раз. Тут или ты их, или они тебя. Но раз покалечил, то лучше добить, чего зря животине мучиться.

Мутант издох, и они двинулись дальше, а собак хватило обоим. Всё-таки Королевство на краю Тёмной Долины, а там хватает мутантов.

– Смотри, чтобы не обошли, – Дуся приступила к отстрелу мутантов.

Квазимодо тоже не стоял без дела, хватило и ему работы. В горбуне оказалось много силы, и он так бил собак, что те падали бездыханными. Пара шипов от ёлки отломилась, но он повернул свою дубину и продолжил бой. Но вот стая закончилась, кто не разбежался, а они добили павших, используя ножи. В этот раз он не колебался, поняв, что мучиться зверям совсем не обязательно. Дуся только кивнула, толковый ученик.

– Смотри, вот оно, наше Королевство, – самый настоящий замок, только очень маленький произвёл впечатление. – К королеве обращайся «ваше величество».

Дуся крикнула и над воротами показался Сэр Арчибальд.

– Заходите гости дорогие, – приветствовал он пришедших.

Ворота опустились, и они прошли внутрь. Небольшой двор, но чистый, а по двору бегают два пацана. Кто чей, сразу и не понять.

– Мама! – обрадованно закричал мальчишка, совсем не похожий на Дусю. – Мы так хорошо играли с Сэром Ричардом.

– Это сын Королевы, – пояснила Дуся, – пойдём, надо поприветствовать её.

Королева восседала на троне, сложенном из кирпича, н вот выточен кирпич был искусным мастером. Не хватало только львиных голов на подлокотниках. Дуся представила Квазимодо и Королева улыбнулась.

– Оставайся у меня, – предложила она.

– Увы, – Сэр Арчибальд решил взять дело в свои руки, – нашего гостя ждут в соборе Парижской Богоматери.

Дуся кивнула в подтверждение, а Квазимодо молчал, он и не знает этой истории. Отобедав с обитателями старой водокачки, Дуся повела парня по Зоне, держа курс на Бар. С сыном идти одно удовольствие, рождённые в Зоне получают от неё особые таланты, а с маленьким псиоником и ходить легко.

Бандитов он почувствовал заранее, а Дуся решила избавить Зону от этой банды. Оценив, с помощью сына, положение бандитов, она зарядила ружьё, дала обрез парню, а потом распределила роли. Самых опасных убрала она, но и Квазимодо не промахнулся, а оставшегося он так огрел по голове своей дубиной, что череп треснул. К сожалению, сломалась и дубина, пришлось её оставить.

– Собирай всё у них, – ей давно не нужны такие доходы, а парню денежка не помешает.

Нагрузили его всем, что было у бандитов. Тяжело нести ему такое, да ещё с его горбом, но дошёл, не жаловался. А в Баре как раз кузнец трудился над очередным ножом. Хабар они сдали, а оружие Квазимодо брать не стал, да и Дуся посоветовала ему поговорить с кузнецом. Тот уже закончил ковать и делал рукоять ножа, набирая бересту, чтобы в руке хорошо лежала.

– Нравится? – Ртуть понял, что парень не просто любуется, Зона уже телепатией одарила.

– Красиво, – согласился Квазимодо.

– Так с чем ты там ходил? – Надо заставить вспомнить прежнее оружие. – Давай так, пару дней подожди и сделаю я тебе оружие, должно понравиться.

С тем и ушли на Кордон, только от рюкзака он отказался, очень уж неудобно таскать его на горбу. Взял подсумок для контейнеров, да пару банок бандитской тушёнки туда положил на всякий случай. Сложно ему, ни один бронежилет не налезет, сзади не натянешь, спереди топорщится, а о комбинезоне и речи нет.

– Стой! – Дуся насторожилась. – Слушай внимательно, кровосос рядом.

А монстр уже в мимикрии, двигается осторожно, но у Дуси чуйка такая, что все сталкеры завидуют, да и сын псионик. А мутант опытный, уже был ранен бродягами, еле ушёл, такие самые опасные. Едва не убил их, но мальчишка взял за руку маму и показывает, где тот сейчас находится.Квазимодо стоит и ничего не понимает, опасность не видно. А мутант уже рядом и нацелился на него, как на самую лёгкую добычу.

Так бы и пропал он в этой ходке, если бы не сын Дуси. Парень слышит все мысли монстра, а когда уже тот собрался кинуться на горбуна, мальчишка как крикнет.

– Огонь!

Он неожиданности Квазимодо выстрелил прямо перед собой и попал. Это не убило кровососа, но вывело из мимикрии, а Дуся добила, влепив картечь прямо в рожу. Что-то из неё попало в мозг, и монстр это уже не смог регенерировать.

– Вот такая тут жизнь, – учила она парня, – часто опасность не видно вовсе.

– А как он его определил? – парень не сталкивался ещё с подобным.

– Телепатия, мысли у хищников всегда очевидные.

Телепатия, это слово засело в мозгу у парня. А потом подняли немного артефактов, сдали барыге, да и уселись у костра.

– Ты извини, я отмычек не вожу, – честно сказала Дуся. – Немного показала тебе Зону, а дальше сам смотри, только один не ходи, пропадёшь.

– Кузнец обещал оружие сделать через два дня, – вспомнил Квазимодо.

– Если приду, то провожу, а так будет группа в Бар, иди с ними. Мне сына лишний раз туда водить не хочется, Долг не любит тех, кто родился в Зоне.

Утром она ушла с мальчишкой, Дуся и живёт где-то в Зоне, приходит только за продуктами, да артефакты сдать барыге, а потом снова пропадает, порой надолго. Квазимодо слонялся вокруг Кордона в поисках того, что могло бы заменить его дубину, но ничего путного не попадалось. Нашёл скелет псевдопса, но у собак кости не длинные, хотя псевдопёс - довольно крупный мутант. Ладно, взял самую большую кость, будет вместо дубинки.

Зато нашёл «мамины бусы», такого он ещё не встречал, поэтому решил показать опытным бродягам.

– Хороший артефакт, стоит немало, – пожилой сталкер назвал цену.

– Да мне с кузнецом расплатиться, вот хватит, или нет?

– Смотря что заказал, – уклончиво ответил бродяга.

– Сам не знаю, сказал через два дня приходить.

– Завтра в Бар пойдём, надо там кое-что, могу проводить, а то ты совсем без оружия.

Утром собрались двое сталкеров в Бар и взяли с собой Квазимодо. На Свалке они нарвались на бандитов и пришлось воевать. Бродяги опытные, им не привыкать, да и горбун помог, проломив череп одному из банды.

– Силён ты, парень, – заметил сталкер, – если кузнец сделает что-то путное, то тебе и стрелять не надо. А вот бронежилет не помешает.

– Да как я его надену, на мне такое не закрепить.

– Тогда на Кордоне закажи куртку у Скорняка, безногий такой, он из кабаньих шкур шьёт.

Так за разговорами и дошли до Бара, а там кузнец уже насаживал на древко металл будущего оружия. В итоге получилась знатная булава, у которой торчали такие лезвия, что могли голову псевдогиганта проломить. На чёрном древке это смотрелось впечатляюще, а внизу кузнец сделал удобный шар, не позволявший руке соскочить в неподходящий момент.

– Принимай, парень, – улыбнулся кузнец, – работать можно вот так, – продемонстрировал он возможности оружия.

– Сколько с меня? – должно же это что-то стоить.

– С тебя ничего, потом отдашь, когда заработаешь.

Но Квазимодо отдал артефакт, бродяги уже рассказали, что долги в Зоне лучше не иметь. Вот с тех пор и стал ходить сам. Много чего с ним случалось, но он выходил из переделок живым, хотя и не всегда целым. А куртку ему на Кордоне сшили, не бесплатно, но он отработал всё, чтобы не быть должником. Чтобы обойти горб, пришлось на спине сшивать особо, зато получилось вроде хребта, и бродяги порой дразнили снорком. Но Квазимодо не обижался, пусть себе развлекаются.

А однажды довелось ему спасти девушку мутанта. Поймали её бойцы Долга, связали руки и повели на базу, чтобы скормить мутантам на арене. Но Квазимодо подкараулил их у развалин и кинулся со своей булавой. Убил всех, но и ему досталось так что выжить не светило. Но девушка спасла его, закинув в аномалию трупы и получив «пламя». Достала у трупа нож и перерезала верёвку, а потом таскала их в аномалию. Кто-то ещё не совсем умер и артефакт появился вовремя. А потом она сидела возле него, охраняя, пока горбун не выздоровел.

С тех пор его редко видят на Кордоне, приходит, сдаёт артефакты, набирает еду и исчезает на просторах Зоны. А книгу «Собор Парижской Богоматери» он прочитал, нашёл как-то в Припяти в одной из заброшенных квартир, а потом вместе читали с той девушкой мутантом.

Глава 37 Палка о двух концах

Она появилась на Кордоне неожиданно, не со всеми отмычками, а сама по себе. Вдобавок притащила с собой и тигрового питбуля, явно пробралась потайными тропами, про которые и не все сталкеры знают, а вот оружие не взяла вовсе, да и денег, как оказалось, у неё нет совсем. Хоть тушёнки набила в рюкзак и первые дни жили они с собакой на этом.

– На кой чёрт пса притащила? – молодёжь из новичков думает, что всё знает. – Вот покусают его и сбесится.

– Нет, он привит, его не берёт, – возразила девушка и пошла к деревьям.

Долго ходила, что-то высматривая, а потом полезла в рюкзак, достала LETHERMAN и вытащила пилку. Пилила она около часа, всё-таки пилка короткая, а ей не просто ветка потребовалась. Вырезала она палку с куском толстой ветки, да так, что на одном конце получилась «тяпка», а на другом деревянный молоток. С другого края просто обожгла в костре и стёрла о камень, чтобы получилось остриё.

– Ты этой деревяшкой воевать собралась? – скривился парень из отмычек.

– Там видно будет, – пожала она плечами.

Кличку ей так и не придумали, да и зачем. Вот придёт из ходки, а там видно будет. Это ещё если придёт, с отмычками всякое может случиться, тут и опытные бродяги гибнут порой. Спала она в обнимку с собакой, у которой оказалась очень простая кличка – Друг. Видно не повезло барышне с друзьями, раз собака у ней единственный друг. А тот спал, как убитый, только проснулся рано, надо же и дела сделать. Хозяйка с ним пошла, а вернулась с «ломтём мяса», артефактом недорогим, но всегда нужным бродягам.

– Ты не сдавай его барыге, стоит он недорого, а помочь может крепко, если ранят, посоветовал старый бродяга.

Та уложила артефакт в рюкзак, подкинула дров в костёр и уже не ложилась. Накормила своего друга и ждала, пока бродяги проснутся. Взяли её распечатать аномалию, вместе с каким-то парнем. Тот и одет в «горку», и ботинки у него хорошие, да и нож к палке примотал хороший, хватило денег.

– Ты за мной держись, прикрою, – прямо рыцарь.

Только получилось наоборот, когда на них вышли псевдопсы. Сталкер не сильно смелый, хоть и начал стрелять, но и мутанты опытные, кинулись россыпью, так, что стрелять не особо удобно. Добежали и до них. И тут парень сплоховал, никак не получалось у него поразить огромного псевдопса. Спас его питбуль, вцепившийся в шею псевдопса. Это позволило парню зайти сбоку и воткнуть своё импровизированное копьё за передней лапой мутанта.

Что же девушка, так она оказалась на высоте, дождавшись, когда мутант открыл пасть и кинулся на неё. Вогнав в открытую пасть острый конец палки, она навалилась всем своим весом. Дерево, не металл, но внутри и оно успешно рвало пищевод, трахею и лёгкие, пока не добралось до большого сосуда. Кровь хлынула из него, заливая пасть и лёгкие, и мутант захлебнулся своей же кровью.

– Ишь ты, справилась, – удивился сталкер, – и псина твоя пригодилась.

А она гладила своего друга и что-то шептала на ушко. Пошли дальше, а там уже и место недалеко, где отмычки должны погибнуть, открыв дорогу мерзавцу к дорогим артефактам. Да они и сами станут артефактами, пополнив коллекцию негодяя. Но тут питбуль упёрся, не позволив и хозяйке идти на смерть. Почувствовал пёс опасность и защитил хозяйку, а точнее, друга.

– Чего встали? – сталкер упёрся. – Шагайте вперёд, это ваша работа, я вас тут учу, защищаю, а вы кобенитесь.

– А самому показать слабо? – девушка понимает, что имел ввиду, её пёс.

– Давай, не упирайся, – мерзавец уже собрался подтолкнуть девушку, но питбуль встал на пути и зарычал.

– Тогда ты давай, раз она такая упрямая, – перешёл он на парня, но тот тоже засомневался.

– Суки! – вышел из себя негодяй. – Сейчас грохну тут вас, и никто не узнает!

Он уже поднял автомат, но тут питбуль повис на руке, а это килограммов тридцать, не меньше. Сталкер взвыл и схватился за нож, но ударить собаку уже не успел. Девушка огрела его по голове палкой, где на конце было подобие молотка. Тот рухнул без сознания, а девушка обняла своего друга и поцеловала в мокрый нос.

– Посмотрим, что там было, – Она достала болт у сталкера, и кинула туда, куда он заставлял их идти.

Как срабатывает «жарка», они ещё не видели, но впечатление это произвело сильное.

– Вот теперь представь, что с нами было бы там, – посмотрела она на парня.

– А с этим что будем делать? – парень постепенно приходил в себя.

– Оружие отнять, связать и отконвоировать назад, – девушка отчиталась, как настоящий военный. – Не делай круглые глаза, у меня отец был офицером.

Так и поступили, забрали автомат и нож и связали руки за спиной. А когда тот пришёл в себя, повели на Кордон. Стайка слепых псов заставила основательно помахать оружием, но с помощью собаки справились и с ними. И снова палка выручила девушку, ломая позвоночники и оглушая собак.

– Ну ты прямо Зена из сериала! – с восторгом заявил парень. – Простой палкой так орудуешь.

– У любой палки два конца и оба разные, – усмехнулась она.

Дошли прежней дорогой, хоть сталкеры так и не ходят, а на Кордоне всё рассказали другим бродягам.

– Ну сука! – возмутились мужики. – А мы думаем, чего он такой модный и ни одной отмычки назад не привёл. Вот что с ним делать? Отвести в Бар, чтобы на арене решили, что с таким гадом делать?

В итоге так и порешили, а утром его не нашли на месте. Сбежал, перерезав верёвку крышкой от консервной банки. Ну, Зона ему судья, а эту пару отмычек решили отвести в Бар. Хабар того гада сдали Сидоровичу, и парень купил себе обрез с патронами. Девушка отказалась, зачем деньги зря тратить. А по дороге пёс опять не пустил хозяйку, оказалось, впереди спящий гравиконцентрат, как только болт коснулся земли, его затянуло под землю и стало видно края аномалии.

– У тебя ходячий детектор аномалий, – одобрили бродяги чуйку пса.

А девушка гладила своего друга, обнимала и целовала в мокрый нос. С мутантами ей воевать не пришлось, как и с бандитами, которые не решились напасть на такую группу, да ещё и с собакой. Зато в Баре как раз работал кузнец, и она засмотрелась на его работу.

– Нравится? – кузнец как раз положил заготовку в горн и на минутку отвлёкся.

– Очень, а это дорого?

– Кому как, зависит от человека. А ты вот с этим ходишь? – показал он на палку.

– Пока справляюсь, - пожала она плечами.

Оно и видно, что справляется, кровь с дерева до конца не вытереть. Кузнец достал заготовку и принялся снова ковать, вытягивая и формируя заготовку. А она постояла, посмотрела и ушла в «100 рентген», надо же и поесть хоть немного. Собаке удивились, но пёс смирный, послушный, поел тушёнки и улёгся у ног хозяйки, пока она обедала.

Ночевать пришлось у костра на улице, но она к этому привыкла. Приставать никто не решился, пёс сразу рычал и желание пропадало. А утром, едва выгуляв своего друга, она увидела, как кузнец разминается. Зрелище знатное, все бродяги пялились на такой цирк. Кузнец мастер боевых искусств.

– Не уходи, будешь нужна, – заметил он девушку.

Зачем она ему, сразу не поняла, но потом оказалось, что кузнец решил сделать оружие и ей. Только двух рук мало для задуманного, пришлось помогать, держать щипцы с заготовкой, когда он ковал четырёхгранный наконечник. Маленький, не больше десяти сантиметров, но довольно пробивной. Закончив с ним, кузнец принялся за другую заготовку, делая маленький топорик.

– Сзади клюв или что? – посмотрел он на девушку.

– Лучше тяпку узкую, или долото, – заметила она.

Так и сделали, а потом кузнец отпустил её, сейчас он сам всё доделает. Она и ушла со своим другом, а вернулась уже по темноте. Артефакты плёвые, но поужинать хватит.

– Держи, красавица, – кузнец протянул ей почти что её палку.

С одной стороны на неё насажен маленький наконечник копья, а с другой вроде римской долабры. Топорик с плоским лезвием вместо обуха, тоже небольшой, но удобный для чего угодно. Палку свою она не выкинула, а любовно оставила у кузнеца, поблагодарив от души. Так и стала она жить в зоне, так и не обзаведясь кличкой. «Эта с собакой», говорили о ней сталкеры.

Жила себе, хабар таскала, на патроны не тратилась, а потом пёс пропал, и они три дня просидела на Кордоне одна.

– Куда псину дела? – Новички пробовали зубоскалить.

– Любовь у него, тут бесполезно бороться, – спокойно отвечала она, – придёт, как нагуляется.

– Сожрали уже его давно, – скалился молодой новичок.

Её как хлыстом ударили, сжалась вся, по щекам слёзы текут, но молчит, в себе держит. А пёс приполз на третий день, еле живой, голодный и израненный ужасно. Она засуетилась, перевязала его, прилепив куски плоти, висевшей с боков, достала из рюкзака «мясо» и стала думать, куда его лучше пристроить.

– Людям на живот кладут, может, и ему поможет, – посоветовал старый бродяга.

Так и сделала, а пёс выжил, утром воды напился, потом на лапы встал и отошёл по делам, не у костра же делать. К следующему вечеру он даже поел немного, а на третий день совсем ожил. Но бинты она размотала через два дня, спешить некуда, а на еду деньги пока есть.

Стал её Друг похож на слепых псов, весь в шрамах, но с глазами. Снова они ходили вместе, им никто не нужен. А однажды набрели на суку псевдопса. Та зарычала, а пёс заскулил и радостно завилял хвостом.

– Это что ли твоя любовь? – девушка обо всём догадалась.

Соперников его уже обглодали крысы, и девушка догадалась, что битва была не на жизнь, а на смерть. Её друг сумел одолеть троих псевдопсов, здоровенных бывших волков. Подсмотрели они и щенков, маленьких и славных комочков, которые липли к маме.

– Ближе нельзя, она волноваться будет, – шепнула она на ухо своему другу.

Потом подтащили убитого слепого пса поближе к норе «мамаши», чтобы далеко не бегала на поиски. Так и стали подкармливать, на Кордоне появляясь только, чтобы еды купить. А через два месяца случилась беда. Отряд Долга шёл из дальнего рейда и принял питбуля за слепого пса. Она и крикнуть не успела, когда снайпер убил её Друга.

– Сволочи, гады, что он вам сделал?! – Кричала она на них, но уже ничего не вернуть.

– Ну извини, мы думали, мутант на тебя напал.

– Идиоты! Я с любым мутантом справлюсь, а кто мне друга вернёт?!

Она ревела над трупом единственного друга, а отряд ушёл своей дорогой, у них с совестью проблемы, не особо и терзала. Сколько времени прошло, неизвестно, но кто-то её толкнул в плечо. Сука псевдопса принесла за шкирку маленького щенка, чёрного и умильного. Зубки уже прорезались, и мама отлучала их от молока.

Щенок с интересом рассматривал человека, а когда она взяла его на руки, лизнул в нос. Девушка растаяла и прижала к себе маленькое существо. Потом кормила его тушёнкой, вытирала мордочку от жира, да так и не заметила, как сука утащила труп питбуля. Она поняла, что эта двуногая примется ещё хоронить и снова плакать, а так и ей корм и человеку меньше горя.

Вот с тех пор Девушка и пропала. На Кордон приходила очень редко, меняла артефакты на еду и уходила сразу же, ни на минуту не задерживаясь. А через полгода её совсем перестали видеть. Каких только сплетен не ходило про неё, что погибла, что кровосос убил, что сгинула в аномалии. Но правды никто не знал,

Только Старый, забравшись однажды к чёрту на кулички, куда и нормальные бродяги не ходят, встретил её с огромным чёрным псом. Ростом тот был повыше псевдопса, но гладкошёрстный, с белой «манишкой» на груди. Девушка шла с ним по Зоне, как по парку, обходя аномалии. Красивая пара, сказать по правде, но он не стал тревожить. Она сама почувствовала его и обернулась.

– Привет, вот с сыночком моего собакена гуляем, но ты никому не рассказывай, я к людям не вернусь.

– А живёте на что? – странно же, есть им что-то надо.

– Крысы, тушканчики, нам хватает, а ещё яблоки, у меня торговля с белорусами на севере, не жалуюсь.

Пёс понюхал Старого и прижался к нему.

– Доверяет, ты хороший, – улыбнулась девушка, – Артефактов хочешь? – вдруг спросила она. – Пошли, покажу хорошие, я же знаю, ты не жадный, может, отмычку какого оденешь.

Так и отвела, следуя, как по парку, а там позволила набрать много чего хорошего, да и отпустила обратно, немного вздохнув. Старый, хороший человек, но любит Аномалию, а та ушла из Зоны. Её любовь ещё ходит где-то, а верный друг рядом, и палка, которая о двух концах тоже с ней.

Глава 38 Голубая ель

Дня за два до Нового Года, мы с приятелями отправились в Припять за голубой елью. Бармен и Сидорович устроили соревнование и Сидорович обещал больше тому, кто доставит к Новому Году голубую ель на Кордон. Мы затарились патронами, как на битву с Монолитом и вышли рано утром, едва небо стало чуточку светлеть. Припять, это вам не шутки, туда ещё дойти надо.

Мы, это три отмороженных балбеса, Боров, вечный мой напарник, прозванный так за неуёмный аппетит и соответствующую комплекцию; Спица, тощая до невозможности рыжая бестия, впрочем, прекрасный сталкер и я, сталкер Лапоть, прозванный так за особо деревенскую внешность и непритязательность в запросах.

А что умничать, хожу я в ватнике, который довольно серьёзно может помочь в качестве защиты. Понятное дело, под ним и «броник» есть, и не самый дохлый, ватные штаны и кирзовые сапоги, а что, мне нравится, а вам какое дело, у них шнурок не порвётся в самый неприятный момент и выскочить проще, если в «жадинку» наступишь.

Спица, так просто тростиночка, на неё комбез специально шили на Янтаре, впрочем, на Борова тоже, но уже по другой причине. Так вот, эта «тростиночка» может влепить из пистолетов в глаз псевдогиганту, причём из правого в правый, а из левого в левый. С рюкзаком зрелище гротескное, но прёт и не жалуется. Рюкзаки у нас одинаковые, тут никаких скидок на женский пол, поэтому на Борове он смотрится смешно, а на мне… а как я посмотрю.

Мне с обрезами и не тяжело, это Боров таскает ручной пулемёт Печенег, так ему самое то. До Свалки не встретили никого, одиночные мутанты от такой толпы бегают, привыкли уже, что их застрелить, раз плюнуть, зато бандиты тут как тут.

– Грабли в гору, стволы на землю! – точно, у них там курсы молодого бандита есть, вечно одна и та же фраза.

Я ждать не стал, сразу из двух обрезов по площадям, выстрелил и на колено, чтобы Борову не мешать. Тот засадил враз очередь, патронов на десять, так Спица всего раз и выстрелила.

– Что значит, богатые, – ехидно заметила она, – стрелять надо экономно, один бандит, один патрон.

– Зато наверняка и никаких раненых, – Борова не переубедить.

Хабар бандитский собрали, но тащить не стали, сунули в кабину грузовика, пусть лежит до поры. Нам и артефактов хватит, а их на свалке порой бывает немало. Правда, в этот раз больше попалось «батареек», одна «вспышка» и «золотая рыбка». Её, как джентльмены, отдали Спице, чтобы рюкзак полегче казался.

Снорки крутились на выходе со Свалки, пятеро, но и мы не по одному. Боров сразу срезал того, что на кабине сидел, зато остальные запрыгали, как зайцы. И тут Спица показала класс, стреляя по-македонски, с двух рук, она резво положила двоих и уже повернулась к третьему, но тут я поймал его на движении и прямо в полёте влепил в противогаз картечь. Боров полоснул очередью последнего, но только ранил и разозлил.

Туго бы пришлось ему, но прямо из-за могучего тела высунулась рука Спицы, и пуля пробила лоб снорка. Она не стала ехидничать, но вид приобрела школьницы, которой удалась необыкновенная шкода. Нос кверху, руки за спину, а в глазах чёртики пляшут. Боров не обиделся, он для другого нужен, псевдогиганта завалить, стаю псов остановить, возможно, отпугнуть химеру, если получится.

Кстати, химера нам попалась, но с Кисой, местной дикаркой, которая живёт в пещере с этим монстром. Спица помахала приветственно рукой, и Киса ответила, с тем и разошлись.

– Как она не сожрёт девчонку? – Боров первый раз видел такое.

– Они с детства живут вместе, - пояснила Спица, – кстати, девчонка уже мама, у неё чудный малыш.

– Встречались?

– Даже ночевала у неё в пещере, но подробностей не будет, я друзей не сдаю.

На Милитари заходить нам ни к чему, время дорого, так что прямиком в Чернобыль. Но в город не стали заходить, да и зачем это нам, до темноты надо дойти до Припяти. И тут из леса вывалила приличная стая чёрных псов. На деле это мутировавшие лисы, наглые до бесконечности, чем и опасные. Вот где пригодился пулемёт Борова. Нам оставалось отстреливать тех, кто пытался обойти смертоносный сектор.

– Отойдем и привал, надо пополнить боезапас, – Боров носит и запасные коробки, но есть время набить и опустевшую изрядно ленту.

Прошли полкилометра и устроились в сторожке, бетонном коробке на сваях, спасшем не одного сталкера, о чём свидетельствовали кости, густо усеявшие окрестности. Мы разогрели по банке тушёнки, а Боров набивал ленту. Делал он это легко и непринуждённо, даже играючи.

–– Вот принесём мы эту голубую ёлку и зачем она Сидоровичу? – я так и не понял щедрости старого кровососа.

– Хрен его знает, вдруг генерал какой приезжает или гости богатенькие, – пожал плечами Боров.

– Умники из Японии собрались притащиться, – Спица всегда в курсе новостей, но источники не сдаёт. – Нам главное, свою долю получить, а там как хочет.

Патроны набили, поели и отправились дальше. Вдруг Спица остановилась и стала смотреть по сторонам.

– Кровосос, приготовьтесь и без паники, – прошептала она.

А мутант уже в мимикрии, опытный, сволочь, медленно обходит нас по кругу, то там хрустнет ветка, то там, но поймать на движении не получается. А кровосос всё ближе и нацелился на Борова, как самую вкусную добычу. Любят они первую группу крови, а почему, никто не знает. Нервы у нас как струны, сердца колотятся, а в ногах появилась противная «вата». И тут Спица как гаркнет на ухо Борову.

– Огонь!

Тот от неожиданности саданул длинной очередью с разворота зацепив мутанта. Кровососа это не убьёт, но из мимикрии вышел, а нам этого только и надо. Спица выстрелила, и пуля попала прямо в глаз, а там и до мозга достала.

– Что, тварь, не выпил никого? А мозги регенить так и не научился?!

До меня сразу не дошло, только потом понял, что баба просто сбрасывала лишнее напряжение.

– На, закуси, – протянул я шоколадку, – а ты молодец, выследила урода.

В Припять мы пришли уже под самый вечер, начинало темнеть, но тут у нас появился ориентир. Колесо обозрения зажглось огнями и стало вращаться. Поневоле мы пошли туда, чтобы поглазеть на чудо. А там люди садились на колесо и катались на нём радостно оглядывая окрестности.

– Не стреляйте и спрячьте оружие, – прозвучал в голове женский голос

Пришлось послушаться кто мы такие, чтобы не слушать Хозяйку. А возле колеса собрались все, живые и мёртвые. Живут в Припяти мертвяки, впрочем, живут, это громко сказано, они же мёртвые. У аттракциона распоряжался какой-то мертвяк, рассаживая людей так, чтобы колесо загружалось равномерно. Оно скрипело и повизгивало, но работало.

– Идите сюда, раз пришли, – подозвала нас мёртвая женщина. – это всё оставьте здесь, никто не возьмёт, в Припяти стрелять нельзя.

Пришлось прокатиться на колесе, впрочем, я бы не сказал, что это не доставило радости. Борова посадили одного, зато мы сели вместе со Спицей.

– Вон там растут голубые ели, –показала она, когда мы были наверху.

– Ты здесь хорошо ориентируешься, – заметил я.

– Жила в детстве, а потом авария и нас вывезли.

– А чего вернулась? – вопрос глупый, в Зоне не спрашивают о таком.

Она промолчала, вспоминая что-то из своей жизни.

– Лучше радуйся, пока можешь, – нарушила, наконец, молчание. – Нам ещё ёлку обратно тащить.

Только никто не знает своего будущего, а когда слезли с колеса, нас подозвал Бирюк, он в Припяти вроде мэра.

– Неужели будете рубить такую красоту? – спросил напрямик.

Интересоваться не стали, откуда он узнал. Кто тут мозгоед, мы не в курсе, но в Припяти всего можно ожидать. Монолит сейчас ушёл, Зона убрала из города всех, кого видеть не хотела.

– А есть варианты? – удивился я.

– Выкопайте с комом и посадите, будет и ель и не погибнет дерево.

Ого, вот это задача! Выкопать-то можно, а как нести такую тяжесть?

– Пошли, люди помогут, – решительно заявил Бирюк и повёл нас к администрации, перед которой и росли голубые ели.

Они разрослись и обсеялись, но не все проросли голубыми. Выбрали ёлку выше роста и принялись копать, ещё толком не представляя, что делать дальше. Ком получился большим, такой нам и поднять не под силу, разве что вшестером. Только ничего делать не пришлось. Какая-то баба привела несколько бюреров, и они подняли ёлку с комом телекинезом, а потом поставили на кроватную сетку, как на носилки.

– На кордон они не пойдут, но донесут вам почти до места, – пообещал Бирюк и ушёл обратно к колесу, народ развлекается, и начальству лучше быть рядом.

А мы гадали, кто же понесёт такую тяжесть, но всё получилось проще. Пришли две мёртвые бабы, подняли это, как будто ёлки вовсе и не было и потопали, не спеша, в сторону Кордона. Впереди шла ещё одна, но уже живая и без оружия, только с копьём. Странное дело, ни один мутант и близко не подошёл.

– Вы только не стреляйте, – сразу предупредила она. – Уберите оружие и просто идите за нами.

Аномалии она обходила, как будто видела их, так и добрались до места, не выстрелив ни разу. Уже вот он, Кордон, и тут мертвячки остановились.

– Принимайте груз, – подозвала нас эта баба, и мы с трудом перехватили у мёртвых, наши «носилки».

Мать моя женщина, вот это тяжесть! Мы со Спицей стали сзади, а Боров, кряхтя, взялся спереди. К всеобщему удивлению, мы заявились прямо перед Сидоровичем с такой ношей.

– Принимайте хабар! – хрипло гаркнул Боров и бродяги помогли опустить ношу на землю.

Сидорович заплатил, как и обещал, а мы набили рюкзак той бабы продуктами, сдав наш хабар, поблагодарили и даже проводили до речки.

– Идите уже, – опустила она нас у моста, – без вас дойду.

Что дойдёт, мы и не сомневались, а ёлку потом посадили, и она радовала бродяг. Наряжать пришлось цветными банками из-под энергетика, но все радовались, как маленькие. В новогоднюю ночь пошёл лёгкий снежок, и все любовались красотой, зачарованно глядя на снег и ёлку, поздравляли друг друга и даже водили хоровод вокруг ёлки, как в детстве.

– А ты чего грустишь? – заметил я, глядя на Спицу.

Она была мыслями где-то далеко, но ответила, медленно выговаривая слова.

– Следующий Новый Год буду встречать в Припяти.

Я ей верю, эта будет, дойдёт куда угодно, да оно и лучше в мёртвом городе, веселее что ли, представил, как там мертвяки водят хоровод с живыми и поднимают бокалы с… кровью мутантов. А что тоже люди, имеют право на праздник. Надо будет напроситься в спутники, вдруг возьмёт .

Глава 39 Волхв

Однажды собрались бродяги на Кордоне и заговорили про странных персонажей, легендарных и непонятных. Каждый вспоминал своё, или тех, кто на слуху. Про этого мало кто и знал, только те, кто лично встречались. И тут молодой паренёк вспомнил, как первый раз пошёл в ходку с Волхвом.

– Я так и не понял, что он за человек, да и сколько ему лет, тоже не понял. По виду, старик седой, а в движениях и не угнаться за ним.

– Спросил я как-то, сколько ему лет? – вставил другой бродяга. – А он на полном серьёзе мне ответил. «Сто, а может и двести, а может и больше. Была бы охота жить, к чему года считать. Возраст, это не годы».

– Да, человек непростой, но худа никому не сделал, а спас многих, – добавил третий.

Волхв интересно появился на Кордоне и куда исчез, непонятно. Пришёл он вместе с другими отмычками, но набиваться в ученики не стал. Не стал и оружие покупать, да и тушёнку. В холщовой рубахе до колен, таких же штанах и сапогах, с котомкой, как у нищих в старину и с посохом. Тяжёлый посох сделан из какого-то дерева, которое никто не мог определить на вид, а на конце сидела фигурка совы, разместившаяся на перекладине в виде ветки.

– Здравы будьте, люди добрые, –прогудел он сочным басом и присел к костру.

– И тебе не хворать, – отозвались бродяги. – Ты кто будешь по жизни?

– Волхв я, – ответил тот, глядя в огонь.

Рубаха простая, а вот пояс знатный, расшит всеми цветами, да узоры такие странные, что многие удивились.

– А чей ты волхв, – молодой отмычка заинтересовался, – Перунов или Велесов, а может самого Рода?

– Хиневича начитался? – спросил тот без всякого выражения. – Не было на Руси никогда такого бога, да и без надобности он, чем ему заведовать? Вот ты свой род до какого колена помнишь?

– Ну дед, прадед должен быть, – напрягал мозги парень.

– То-то и оно, хоть бы на семь колен помнил, а то сгинешь и всё закончится твой род, – Волхв не проявлял никаких эмоций.

Он не удивлялся, не улыбался, не сердился и вообще, как будто знал всё наперёд. На пустую болтовню не откликался вовсе, да и мало с кем говорил. Бродяг стали укладываться спать, а он отошёл подальше, что и не слышно вовсе, а вернулся, когда уже все спали. Сам спал сидя у огня, опершись на свой посох. Так спит только Ворона, но она упирается подбородком в колени, а там спит, или просто думает, не разобрать.

Утром проснулись бродяги, а Волхва нет, так и разошлись по Зоне. А Волхв умылся в речке, которая Уж называется, да и поднялся на мост.

– Утро доброе, – пожилой сталкер вёл отмычку в ходку.

– Доброго здоровья, – пробасил Волхв. – Куда путь держите?

– Да вот, иду учить уму-разуму молодое поколение, знакомить с Зоной. Присоединяйся, если дел других нет.

– Хорошее дело, прогуляюсь и я с вами, – решил он и пошёл следом.

Бродяга учил молодого правильно ходить, смотреть, где могут быть аномалии и определять по косвенным признакам, а Волхв молчал, как будто пребывал в своих мыслях. И тут высыпала стайка слепых псов, не особо большая, но с чернобыльцем во главе. Очень уж стройная, как военные на параде. Сталкер открыл огонь, а собаки рассыпались в шеренгу и стали окружать их группу.

– Спина к спине! – скомандовал ведущий, опытный сталкер, давно в Зоне.

Они так и стали, чтобы ни к кому сзади не подошли.

– Отобьёмся, – поддержал отмычку Волхв, снимая сову с посоха.

Под ней оказалось короткое остриё копья, которым Волхв стал разить мутантов, как былинный богатырь. Слепые псы понемногу стали падать замертво и появилась возможность немного осмотреться.

– Вон там их вожак, – указал Волхв на кусты, за которыми скрывался пёс-псионик.

Сталкер и полоснул по кустам очередью, напор ослаб и собаки утратили прежнюю активность. Отбились, разогнав последних, которые не захотели умирать и осмотрели друг друга. Вроде без ранений, что уже хорошо, эти могут и бешенством заразить. Сова уже заняла место не посохе, как будто ничего и не было, а сталкер подозрительно посмотрел на Волхва.

– Всему своё время, – прогудел тот, – сейчас отдохнуть немного надо.

Только сначала отошли подальше от места битвы, а то набегут мутанты на свежую кровь. Устроили привал, и сталкер разогрел банку тушёнки, протянув Волхву.

– Мертвечину не ем, – отозвался тот.

– А что же ты есть собрался, так и ноги протянешь с голоду.

– А вот, грибочек знатный, им и подкреплюсь, – Волхв осторожно выкрутил гриб, отделяя его от грибницы.

– Да ты что! – сталкер едва за руку не схватил. – В нём радиации валом, враз сгубит.

– А ты проверь, – Волхв даже улыбнулся.

Странное дело, но датчик радиации показывал только общий фон, гриб оказался вполне съедобным.

– Ты откуда узнал? – удивился бродяга.

– Он мне сам сказал и лес тоже, – вот так, гриб ему сказал, а деревья ничего не говорили? – Всему своё время.

Он уже откусил от гриба кусочек и тщательно разжевал. Поев, Волхв развязал пояс и стал разглядывать вышивку, как будто читал что-то. Подпоясавшись снова, он встал и пошёл куда-то.

– Далеко не отходи, опасно тут, – предупредил сталкер.

Но тот уже скрылся за деревьями, а вскоре появился в обществе химеры.

– Ступай с богом, да не шали, – предупредил он монстра.

Химера ушла, а сталкер с отмычкой сидели в шоке, пытаясь осмыслить, что это было.

– Ты не пугай так больше, – через минуту бродяга обрёл способность говорить.

– Молодая она, глупая, погналась за зверем и попалась между двух берёз, – пояснил Волхв.

От такого пояснения понятнее не стало, но и вопросов задавать больше не хотелось. Стало ясно, что персонаж этот не простой, а что забыл в Зоне, тоже непонятно. Ладно, отдохнули, пора дальше идти, хабар собирать. Никто даром кормить не будет, а артефакты на полочках не лежат. Дальше Волхв шёл просто в качестве спутника, поскольку ничего особенного не происходило.

– В Бар пойдём, – решил сталкер, – надо парня приодеть и оружие купить.

Так и дошли до Бара, Артефакты есть, а что ещё нужно для полного счастья?

– Ты не бросай его, – тихо промолвил Волхв, – толковый и не трус.

– Да я и искал ученика, стар я уже одному ходить, – так же тихо ответил бродяга. – А ты как теперь?

– Пойду, тут мне боле делать нечего. Не поминай лихом, у каждого своя стезя.

И Волхв ушёл прямо в ночь. Редко кому после доводилось его видеть, только попавшим в плотную переделку. Таскал он раненых к людям, а потом уходил. Где жил и чем питался, того никто не видел. Встречали изредка с огромным котом, больше любого чернобыльского, да однажды Оторва, женщина-сталкер, видела его с Хозяйкой у Поля Чудес. Оба стояли, глядя вдаль и смотрели на завораживающее зрелище.

Вот собственно и весь сказ про него, а зачем тут появился и что делает, того никто толком не знал. Выручает людей, зверей, иногда Зону, когда умники задумают дурное, а там либо позовёт кого, либо сам справится. Бандитов порой наставляет на путь истинный, а уж живые одумаются, или помирать им время, то сами выбирают. Сила в нём такая, что справится с кем угодно, как тут химеру из западни вынул.

С Котом Волхв друг, все всё понимают и без слов, но порой и беседуют, когда есть о чём. Зона, это место непростое, страшное и доброе одновременно, поскольку суть у неё женская. Возможно, Волхв дополняет её мужской сущностью, кто это скажет? А кто знает, тот промолчит, ибо всё всем знать совсем ни к чему.

Глава 40 Коты и женщины

Кордон в Зоне, это особое место и контингент тут особенный. Бар для тех, кому хочется общества, телевизора, стриптиза, там и сталкеры особенные. А Кордон для настоящих бродяг, которым костёр дороже голых баб. Тут случайных людей нет, только отмычки, которых ещё не взяли в ходку. Умные слушают, дураки смеются, а кто завтра останется жив, о том только Зона знает.

– Будете вести себя осторожно, ведущего слушать, да не зевать, возможно и останетесь живы.

Пожилой бродяга крякнул и глотнул из фляги, собираясь продолжить рассказ, но тут тишину вечерней Зоны прорезал такой кошачий крик, что все вздрогнули.

– На Свалке, – определил он, – нормально, одной бандой меньше будет.

– А что это было? – отмычка любопытный, всё расспрашивал, а мужикам и не жалко.

– Чернобыльский кот, метров за сто упадёшь без чувств, а он тебя и сожрёт. Кричит громко, но ещё так мерзко, что теряешь сознание.

– Это так опасно тут?

– Везде опасно, в городе тебя машина может сбить, да и бандиты там тоже имеются, кирпич с крыши и несвежие продукты. Наконец, комар укусит заразный или ещё кто.

– А тут никто не укусит? – отмычка уже нервничает.

– Тут, если укусит, то сразу конец, если не слепые псы, у них запросто может быть бешенство. Только в городе стрелять нельзя, а тут можно отбиться, если не струсишь и стрелять умеешь.

– А этот кот, он большой? – так орать простой кот вряд ли сможет.

– Не больше рыси, тут дело не в размерах, а в способностях, – пояснил пожилой.

– Ничего себе, «не больше рыси», да он ростом с псевдопса, его даже химеры боятся, – вставил молодой новичок.

– Встречал что ли? – оживились бродяги.

– Возле Чернобыля, химера вышла, я уже думал, конец, – заметил новичок. – А тут из-за деревьев вываливает такая толстая кошачья морда и так нежно мурчит, прямо захотелось за ушком почесать. Химера недовольно фыркнула и удалилась, а кот повернулся и исчез в лесу.

– Повезло тебе, Кота встретил, – заметила Оторва, любопытная баба.

Она живёт непонятно где, пропадает порой на неделю, или в Баре зачем-то ошивается, а потом уходит, если найдёт напарников, или снова перемещается на Кордон.

– Это не чернобылец и он один на всю Зону, – назидательно произнесла она, оттопырив палец вверх. – Повезло тебе, он не всем показывается, значит долго жить будешь, если Зону не обидишь.

Бродяги ещё потрепались и улеглись спать, и тут на Кордон пришла женщина с парой рюкзаков. Она прошмыгнула к Сидоровичу и вскоре появилась в новеньком комбинезоне и при оружии. Подсев к костру, достала флягу и тушёнку. Приложилась в три глотка к фляге и принялась за тушёнку.

– Не спеши, – не открывая глаза, произнесла Оторва, – успокойся и поспи, если получится, с кем не бывает.

– А ты откуда знаешь, что случилось? – дрожащим голосом спросила женщина.

– Ты в Зоне новенькая, а я давно тут, много всего знаю, – Оторва открыла глаза с досадой, что не удалось заснуть. – Чернобылец не просто так орал. Тебя бандиты поймали, а кот спас, жрать не стал, ему и бандитов хватило.

– Так и было, ты что, тоже так попадала?

– Нет, видела нечто похожее. Кот тебе что сказал?

– Сказал, собери всё у них и вали отсюда, да помалкивай. Он что, телепат?

– Псионик, если большой, а так телепат. Сказал, вот и помалкивай, а то Зона накажет.

Оторва перевернулась и попробовала заснуть. Новенькая поела и просто сидела, глядя в огонь и всхлипывая.

– Блин, не дала поспать, – Оторва села, порылась в рюкзаке и протянула женщине «слизняка». – засунь в трусы, тогда точно не залетишь, и хватит скулить, всё закончилось давно. Ты же не девочка, отнесись к этому философски.

– Ага, философски, тебя пятеро когда-нибудь …

– Ты моей жизни не знаешь, вот и не ной, в Зоне вообще может что угодно произойти. Главное, что всё закончилось хорошо. Тебя как зовут?

– Надя.

– Вот и хорошо, Надежда, надейся на лучшее, сама сюда пришла, никто не звал. Постарайся забыть, завтра будет новый день и новая опасность. Радуйся, что живая и не забудь про артефакт, средство железное, проверено не раз.

Надя ушла в домик неизвестного архитектора, а когда вернулась, Оторва уже достала флягу.

– Давай, подруга, по маленькой, а потом спать, – подмигнула она.

Стукнувшись флягами, женщины приложились и замолчали, глядя в огонь. Каждая думала о своём, пока хмель не начал клонить ко сну.

– Пятеро… – усмехнулась Оторва, засыпая, – да что ты понимаешь.

Утром, едва проснувшись, бродяги разобрали отмычек и разошлись по Зоне.

– Тебе со мной надо сегодня, – Оторва сделала утренние дела и позвала Надю с сбой.

– Я одна ходила, никто не брал, – смутилась та, – ни оружия, ни защиты, да и опыта мало. Зачем я тебе?

– Это я тебе нужна, чтобы живая осталась, – подмигнула та.

Она опытная, много чего может новенькой рассказать, а что Надя, новичок, так это сразу видно. Это вторые, после отмычек, кандидаты на погибель в Зоне, а этого Оторва не хотела допустить. Женщин и так мало, смерть каждой больно била по сердцу, тем более от рук бандитов.

– А куда мы идём? – Надя никогда не была в этой части Зоны.

– В Тёмную Долину, патронов много взяла?

– Вот, четыре рожка, – показала на разгрузку Надя.

– Маловато, но ничего, нож-то есть?

Та показала нож, который купила у Сидоровича ещё в первый день.

– Дрянь железка, но будем надеяться на доброту Зоны. Беруши взяла?

– Нет, а зачем? – с новенькой всё понятно, не привыкла ещё правильно собираться.

– Понравилось валяться без сознания? Кот может где угодно попасться.

Поговорили, новенькая дурёха мотала на ус, а Оторва думала, что даже ничего, этой стресс сейчас на пользу. Слепые псы не заставили себя ждать, и Надя полоснула по ним очередью.

– Переведи на одиночные и стреляй экономно, раз патронов мало. Да во всё подряд не пали, не каждый мутант нападёт.

Вовремя сказала, поскольку встретилась плоть, которая вовсе не собиралась нападать. Она неуклюже пыталась вскрыть живот у собаки, и Оторва решила помочь. Достав нож, выпустила кишки у парочки собак и позвала мутанта.

– Привет, вот поешь пока, – указала она на доступную еду.

– Иве, – плоть шагнула к ней и прислонилась.

– Ешь, я тебе ещё парочку вскрою, – ей не жалко, тем более, что плоть с большим животом.

– Баю, – поблагодарила плоть, а они ушли дальше.

– Ты что, знакома с ней? – удивилась Надя.

– Встречались и не раз, то я её выручила, а то она всех нас.

– Ого! Вот это у тебя знакомства!

– Поживи с моё в Зоне, тоже обзаведёшься знакомыми. Ладно, сейчас будет сложнее, псевдопсы, да ещё и с чернобыльцем.

Откуда она узнала, так и осталось непонятно, но на поляну вывалили с десяток огромных псевдопсов, бывших когда-то волками. Такое редко увидишь в Зоне, но им досталась именно такая стая.

– Смотри за псиоником, если заметишь, скажи, а пока держим гадов, слишком их много.

Таких и убить непросто, к тому же собаки оказались под управлением и шли до последнего, раны их не останавливали. Расстояние сокращалось, а они стреляли, перезаряжаясь по очереди.

– Пустая! – Оторва меняет магазин, а Надя пока стреляет

Потом меняются и бой продолжается.

– У меня последний! – Надя начинает паниковать, но тут и попался на глаза чернобыльский пёс псионик. – Вон там за ёлками что-то серебристое! – показала она рукой и Оторва срезала очередью мутанта.

Стало легче, а отбились, когда и у Оторвы остался последний рожок.

– Пошли отсюда, почти добрались, – позвала она и бодро зашагала по лесу.

Вскоре показалась избушка, чёрная от времени и влажности, но дверь открылась, стоило Оторве что-то потянуть за наличником.

– Гвоздь там, простой, но мутанты не откроют, – пояснила она, пропуская внутрь Надю.

Внутри царил полумрак и пахло чем-то затхлым.

– Ничего, печку затоплю и станет свежее, – обнадёжила она.

Нормальная русская печка, Надя такую и не умела топить, но Оторва сразу убрала вьюшку, сложила дрова и зажгла бересту. Огонь разгорелся и стало светлее, всю затхлость вытянуло в печь и унесло через трубу прочь. Надя засмотрелась на огонь, но её напарница извлекла из рюкзака пачки патронов и начала набивать рожки.

– Не сиди без дела, трудись, тут на двоих хватит. А вообще, патронов набирай много, на пару перезарядок. Три пачки на два рожка уходит, так что работай, не скучай.

Они и занялись делом, пока у Нади в голове не щёлкнуло.

– А что ты вчера перед сном имела ввиду?

– Оно тебе надо, чужое горе? Вот закончим и пожрать придумаем. Ты лучше подумай, сколько раз ты могла сегодня умереть, это мозги быстро прочищает. Я тебя ещё мимо аномалий вела.

– Спасибо тебе, а зачем мы сюда пришли?

– За делом, там дальше артефакты пойдут, если Зона пустит.

Закончив набивать магазины к автоматам, Оторва полезла в подпечек и извлекла оттуда чугунок.Вывалив в него пару банок тушёнки, она извлекла из подпечка банку пшена, закрытого стеклянной крышкой.

– Сейчас кулеш сварганим и поедим, – подмигнула она плеснув воды из бутылки и всыпав в чугунок пару горстей пшена.

Вскоре чугунок закипел, и она отставила его подальше от огня. Потянулся запах готовящейся еды и стало как-то по-домашнему уютно в избушке. Но вот, еда поспела, и она сняла чугунок, поставив на стол. Достала пару мисок и наложила в них густое варево. Вот тут в дверь кто-то стал скрестись.

– Мяу, открывай, – прозвучало в голове.

Оторва откинула крючок и распахнула дверь, а в избушку протиснулся огромный кот. Он и правда, оказался ростом с псевдопса, только вдвое толще.

– Соскучился, или на печи поваляться захотел? – поинтересовалась хозяйка.

– А ты не рада? – так же в голове пронеслась мысль, сложившаяся в слова.

– Я тебе всегда рада, – улыбнулась Оторва.

Она почесала за ушками, обняла за шею и погладила по спине Кота.

– Есть хочешь?

– Потом, остынет, оставь полакомиться, – Кот замурчал и легко запрыгнул на печь, развалившись там и свесив лапы. – Ты расскажи ей, а то никак не забудет, – о чём это, Надя так и не поняла.

Оторва сначала сжалась, потом мотнула головой, вывалила всё оставшееся в чугунке в миску и отставил на лавку, кот потом поест. Ещё она пристально посмотрела в глаза, сложила руки ладошками на стол и начала свой рассказ.

– Жила была девочка, умная и хорошая, много читала и в школе училась на отлично. Очень любила поэзию и романтику, а потом школу окончила и поехала в город, поступать в институт. Поступила, умные везде нужны, а потом поехала домой, обрадовать маму с папой. Вот на станции всё и приключилось. Поезд там стоял с солдатиками, которые куда-то ехали.

– Красавица, куда путь держишь? – стриженый «под ноль» солдатик высунулся из открытого окна.

– Домой, – с улыбкой ответила она.

– Молодец, дай пять, –протянул он руку.

Она ответила и не поняла, как её втащили в вагон. Поначалу ласково беседуя обо всём, о погоде, поэзии и вообще о жизни, потихоньку наливая водку в стакан. Ей это казалось игрой, а немного водки не произвело сильного впечатления. Солдат читал стихи, она читала ему, понемногу пьянея, а потом уже ничего и не могла вспомнить. Очнулась, когда сверху уже был совсем другой человек. Протест не успел вспыхнуть, превратившись в блаженство.

Так она и проехала в этом поезда неизвестно сколько, переходя из рук в руки. Постепенно перестала чувствовать оргазм, да и вообще что-либо, даже заснула, или сознание потеряла, она уже и не вспомнила потом. Очнулась, когда её нашла проводница, солдатики спрятали её от начальства в ящик под сиденьем. Они-то сошли, а ей что теперь делать? Как показаться матери на глаза, как появиться в родном посёлке?

– Ну, не реви, – проводница отпаивала её чаем, кормила пирожками и шоколадками. – Жива осталась и хорошо, не в полицию же на них заявлять, да и сколько их было, ты не помнишь.

– Я домой не вернусь, – ревела она, пока всё не выплакала.

– Ладно, только руки на себя не наложи, вот вернёмся, я тебя кое- с кем познакомлю.

Оторва закрыла лицо руками, вздохнула и продолжила.

– Познакомила со Сталкером, рассказав ему вкратце мою историю. Есть такой мужик, у него и имени нет, водит в Зону тех, кто потерялся в жизни. Вот он и подогнал мне «слизняка», объяснив, что с ним делать. Вот теперь я тут и живу, научилась всему, стрелять, резать, убивать и голодать, когда нечего жрать. Это бывает, если в подземельях застрянешь. Только к мужикам тяга отбилась навсегда, поскольку во время этого я не чувствую вообще ничего, могу спать даже. А ты нюни распустила.

Надя сидела пришибленная. Пытаясь осознать, что это такое, полный вагон мужиков. Свои проблемы отодвинулись куда-то далеко и стало жалко эту сильную и уверенную в себе женщину.

– А вот это ты зря, - пронеслось в голове, – жалось, плохое чувство.

– Ты до утра тут? – Оторва посмотрела на Кота, – мы тогда сходим, заночуем на обратном пути.

– Идите, там нет никого, – подумал Кот, – я всех разогнал.

Не обманул, ни одного мутанта не встретилось, и они набрали очень хороших артефактов, а потом вернулись в избушку. Уже не пахло затхлым, но и печка прогорела. Оторва закрыла вьюшку, приготовила ужин, и они заснули на лавках. Ночью Наде снился вагон, полный молодых солдатиков, которые тянули к ней руки, а она изворачивалась, пока её не схватили сзади.

– Спи, чуть не упала, впечатлительная ты наша, – её держала Оторва. – Вынимай «слизняка», это он к тебе пристаёт, питается чужими фантазиями.

Она извлекла артефакт и отдала подруге, а та положила его в банку из-под чая и спрятала в рюкзаке. Больше ничего подобного не снилось, а утром они ушли в Бар, до него ближе, да и хороший нож нужен Наде. Химера попалась, но с девчонкой, эта людей не ест, только руками помахали, чтобы не нарушать тишину, и разошлись. Уже и пост Долга показался, и тут в голове пронеслось, «смотри, не болтай». Она резко обернулась и заметила только пушисты хвост, мелькнувший за ёлками.

Артефакты хорошо потянули и хватило на всё, патроны и хороший нож, консервы и хлеб. От водки они отказались, есть ещё во флягах самогон, а лишний вес ни к чему, лучше воду взять. Надя ещё ходила с Оторвой, порой и с другими бродягами, если намечался дальний поход, а потом в её жизни появился мужчина.

Оторва отпустила, чего держать, это ей не надо ничего от мужиков, а подруга, живой человек. А там и Зона умерла, только Оторву не поймали военные, она спряталась в одном из своих схронов и переждала, пока Зона не вернулась. Вот там она и попала в новую аномалию, но это совсем другой рассказ. А Кот? А что Кот, он не мутант, он вроде как из сказки, но настоящий, после возвращения Зоны снова появился, но не всем показывается.

Глава 41 Сталкер и Оторва

– А это кто? – спросил отмычка у девушки, которую на Кордон привёл странный бродяга.

Сталкера узнать несложно, но этот какой-то особенный. Завёл её к Сидоровичу, а оттуда вывел уже в комбинезоне и при оружии. Они крепко обнялись и сталкер ушёл.

– Человек, меня привёл, – ответила девушка.

– Да это я видел, а кто он такой? – не успокаивался парень.

– Отстань от неё, Сталкер это, – пожилой бродяга посмотрел не отмычку. – Тебя это не касается, он отмычек не водит.

– Так тут все сталкеры, – парень ничего не понимал.

– Это по работе, а он по призванию, да и нет у него имени, все Сталкером кличут.

– А эту привёл, она что, тоже отмычка? – парню нужны ответы, а кто их даст, если и сами аборигены мало что знают об этом человеке.

– Она уже не отмычка, раз Сталкер привёл, – поправил бродяга, – не один день в Зоне провела с ним.

– Неделю, – отозвалась девушка.

– Ну вот, уже что-то знает, она сразу новичок, – улыбнулся бродяга.

– А много надо знать, чтобы стать сталкером? – парню всё интересно, раз уж сюда пришёл.

– Много, но не это главное, Зона должна под кожу въесться, проникнуть в душу, тогда из тебя будет толк. Ты попробуй в первой ходке выжить, а там каждая новая, как первая, выжил, хорошо, а нет, так какой вопрос.

Девушка молчала, глядя в огонь, непросто далась ей эта неделя, но одно она поняла твёрдо, её место здесь, в Зоне. Имя пока ей не дали, а Сталкер называл так, как назвали родители, Наташей, но редко, ибо особо им и говорить не пришлось, больше показывать руками, тишина в Зоне, это отдельная песня. Стрелять тоже доводилось, но тут никуда не деться, жить захочешь, научишься всему.

Познакомила их проводница, просто сказав, что девушке жить не хочется. Сталкер посмотрел внимательно в глаза и повёл куда-то.

– Умереть всегда можно, жить намного труднее, а мы с тобой поедем туда, где смерть рядом всегда. Сначала научишься там выживать, а умирать, или нет, сама потом решишь.

Вот так просто и понятно, а ехать пришлось довольно странно. Сначала на электричке до станции Чертково. Забавный городишко, расположенный сразу в двух странах. На мосту, за которым была другая страна, стояли полицейские, но Сталкер, молча, сунул им деньги и провёл её дальше. Даже удивительно, люди такие же, а страна уже другая.

Вот тут на попутках добрались до Харькова, пешком выбрались за город, а потом запрыгнули на тормозную площадку грузового поезда и с ним добрались до Славутича. Снова пешком, как будто они просто гуляют. Так и дошли по шпалам до моста через маленькую речушку. Вот тут Сталкер достал пару рюкзаков с консервами и оружие. Простые обрезы с патронами, но они здорово пригодились им потом.

В камышах нашлась лодка и они поплыли на ней, пока не пришлось выходить на берег.

– Тащим вон туда, – показал он рукой, и они перетащили не тяжёлую лодку в какой-то затон.

Теперь шли тихо, пробираясь между камышами. Кое-где пришлось протискиваться через камыши, а потом стало холодно, как осенью.

– Потерпи, уже недалеко, – приободрил Сталкер.

Вскоре они пристали к берегу, затащив лодку в камыши, а потом он заставил её идти след в след. Вот тут пришлось стрелять по собакам, у которых не было глаз. Зато они стали очень агрессивными, норовя загрызть их. Она даже вспотела от такой переделки, а потом снова стало холодно.

– Уже рядом, – обнадёжил Сталкер.

Вскоре они дошли какого-то люка, а внутри уже было тепло, светло и даже нашлись тёплые вещи. Свитер и «горка» с сапогами. Наставник научил мотать портянки, а потом повёл дальше.

– Сегодня надо мост перейти, – заметил он вполне серьёзно, даже немного тревожно.

Это было не безосновательно. На мосту, с виду обычном, громоздились аномалии. Сталкер кидал болты, пытаясь рассмотреть безопасный путь.

– Придётся ползти по перилам, руки крепкие? – уточнил он. – Я не помогу, а падать нельзя, сожрут, ты же не хочешь, чтобы тебя ели живьём?

Этого она явно не хотела, поэтому по мосту перебиралась с упорством и решимостью. Оказавшись на другой стороне, они едва успели отдышаться, как снова пришлось стрелять. Снорки любят Чернобыль, хотя на станции и в подземельях их больше. Она не сразу включилась, посчитав их людьми.

– В голову бей! – скомандовал Сталкер, и она выстрелила прямо в противогаз.

Позвонки, проросшие сквозь спину, указали ей, что это уже не люди, и уж потом она стреляла без всяких сомнений. На самом деле стреляли он вообще-то немного. Настоящий сталкер тот, кто чувствует опасность и умеет её избегать. Так он и вёл её, обучая жизни в Зоне, показывая аномалии, артефакты и прочие особенности этого необычного места.

– А тут опасно, – заметила она на привале.

– Везде опасно, но тут честно, Зона сразу говорит, что тут не парк для прогулок.

– А мне даже понравилось, – вдруг улыбнулась девушка.

– Это хорошо, если и ты понравишься Зоне, то будет совсем замечательно.

Из Чернобыля они вышли к Припяти, строго придерживаясь какой-то линии, про которую знал только Сталкер. В сторону отойти невозможно, в голове начинало звенеть и сознание уплывать. Она силилась удержать сознание, хватило того, что она потеряла его в поезде, а повторять этот момент не хотелось. Дошли до мёртвого города, который оказался не таким и мёртвым. Жизнь теплилась и тут, но уже не такая шумная, какой следовало быть в городе.

Какие-то люди прятались по домам, но, завидев Сталкера, занимались своим делом. Его узнавали, хотя и подходить не собирались, просто так повелось в Припяти, что каждый живёт своей жизнью. Они заночевали в какой-то квартире, у которой сохранился замок на двери. Кроватей не было, но и на полу спать не пришлось. Гамаки, как на старинных парусниках висели на крюках, вкрученных в стену.

– А ты неплохо сопротивляешься пси воздействию, – похвали он Наташу. – В Зоне это пригодится. Обычно думают о воде, тогда легче переносится.

– Я стихи про себя читаю, – созналась она.

– Тоже можно, главное, удерживать внимание на чём-то постороннем. Контролёры бывают разной силы, но с поэзией они не знакомы.

– А откуда это всё здесь?

– Учёные вывели по заказу военных, – Сталкер знал больше остальных. – Хотели получить универсального солдата, а получили разнообразных убийц.

– А собаки, снорки?

– Ты ещё не всех видела. Учёные разные бывают, одни стараются не навредить, а другие наоборот, достичь любыми средствами. Но кроме этого есть мутанты, просто побочный эффект этих исследований. Ладно, давай спать, завтра будет трудный день.

Следующие дни она бродили по зоне, убегали от псевдогиганта. Химера едва не съела их, но Наташа стала читать громко стихи, и монстр склонила набок свою большую голову, послушала и убралась. Не особо она и голодная, а эти ещё стрелять начнут.

– Вот тут начинаются подземелья, но там очень опасно, артефакты есть и хорошие, но я не поведу. Это надо очень хорошо освоиться в Зоне, да ещё спросить у неё разрешения, иначе там можно навсегда остаться.

– А сам ты ходил туда? – ей интересно.

– Ходил, но не в этом счастье, чтобы набрать дорогих артефактов. Деньги не делают счастливым.

Разговор сам стих, есть о чём подумать, хотя тут она согласна, деньги не делают счастливым, а вот их отсутствие может сделать несчастным.

– А почему мутанты не переводятся, если их постоянно выбивают?

– Они плодятся понемногу, но самое главное, это «дупликатор», есть такая аномалия, которая размножает всё, что в неё попадает. Если попасть, то тебя станет трое, причём, все будут считать себя настоящими.

– Удивительно, мне начинает нравиться это место.

– Тогда и моя миссия подходит к концу, отведу тебя на Кордон, и дальше сама решай.

Только до Кордона ещё дойти надо, а по пути попалось много чего. Однажды они набрели на необычную кошку, которая поедала добычу. Та заорала так противно и громко, что по всему организму побежали мурашки.

­– Быстро уходим! – Сталкер стал очень серьёзным.

Они побежали прочь и едва успели отбежать на полкилометра, как тишину прорезал такой кошачий крик, что в голове помутилось и они едва не упали.

– Что это было? – испуганно спросила она.

– Чернобыльский кот. Их мало, но если заорёт рядом, то сознание потеряешь наверняка. Мы на кошку набрели, а кот и больше и орёт намного сильнее.

– Ого, как в сказке про Кота Баюна, – удивилась Наташа.

Но не только удивление было в её возгласе, но и невольное восхищение. Зона определённо вызвала в ней бурю чувств.

– Есть тут и такой, но он не орёт, слишком большой, но псионик, может в транс ввести.

– Вот бы увидеть! – восторженно произнесла она.

– Да ты никак заболела Зоной? – Сталкер не стал комментировать, но выводы сделал определённые.

Встретили они и представителей разных кланов, когда забрались от выброса в подземелье. За ними нырнул человек в чёрном комбинезоне с красными вставками, а потом, когда небо заволокло красным, туда же нырнул и человек в зелёном комбинезоне.

– Так, оружие убрали! – Сталкер категоричен. – Забыли правило Зоны? Схрон и костёр, не принадлежат кланам, тут все равны.

Какая вражда не была между кланами, а правила нужно соблюдать, иначе Зона рассердится и погубит, да ещё и жестоко. Все наслышаны, как Зона обошлась с теми, кто нарушает её правила. А после выброса начался Гон. Огромная толпа мутантов неслась куда-то, не разбирая пути. Пришлось ещё торчать в схроне, даже бандита впустили, не пропадать же ему.

– Этих никто не любит, – шепнул Сталкер на ушко, – но правила нарушать нельзя.

– Мы тоже разные, – возразил бандит, – я никого не насилую и не убиваю, это сявки позорные кровью упиваются.

– Ладно, не будем считаться, – Сталкер не захотел развивать тему, – Гон пройдёт и расходимся, каждый в свою сторону.

Так и поступили, первого выпустили парня из Свободы, через пару минут из Долга, а потом бандита. Сталкер рассказал Наташе про кланы, банды, чтобы была в курсе, а потом повёл на Кордон. Хватит с неё обучения, неплохо освоилась уже в Зоне девушка. Он же рассказал ей и о фокусе со «слизняком», чтобы не забеременела случайно. Не любит артефакт конкурентов, вот и вытягивает все следы из тела. Тут главное, вовремя извлечь его, иначе сам начнёт чудить, порождая сексуальные фантазии.

Вот и Кордон, она стразу направились к Сидоровичу, где Сталкер купил ей всё, что нужно для жизни в Зоне, забрав обрез назад, пополнив запас патронов и консервов для обратного пути.

– Помни, главное, не стрелять, а чувствовать неприятности и избегать их. – Напомнил и ушёл, крепко обняв Наташу, как родную дочку.

Вот так и появилась она на Кордоне, стала ходить за хабаром, или по другим делам, которых хватает и в Зоне. Прозвище получила не сразу, пару раз заехав в рожу особенно насмешливым бродягам. А потом стала Оторвой, когда в ходке закончились патроны, и они отбивались ножами от слепых псов. Наташа читала Лермонтова, громко, с чувством, вгоняя нож в тела собак.

– …Но в горло я успел воткнуть и там два раза повернуть моё оружье, он завыл …

– Оторва! – восхищённо ляпнул напарник, когда битва закончилась.

Они стояли покусанные, но живые и даже хохотали в истерике, радостные от того, что остались живы. Остальное было потом, укололи сыворотку, перевязались и добрались до Бара. Так и жила она в Зоне, пока та не умерла однажды. А когда вернулась, всё стало совсем другим, но об этом совсем другая история.

Глава 42 Немая

– А стрелять лучше из чего? – отмычка не просто любопытствует, ему выжить хочется.

– А стрелять нужно просто уметь, – усмехнулся опытный бродяга, – это не самое важное в жизни.

– А что самое важное?

Вообще-то молодец парень, старается узнать побольше. Бродяги не лукавят, честно рассказывают обо всех особенностях выживания в Зоне, ибо это и есть самое важное, выжить, остальное само получится. Рассказывали, как определять аномалии, как выбирать дорогу, как не попасть на зубок мутантам и вообще, как жить в Зоне.

Тут нет таких, кто распечатывает отмычками аномалии, этих не терпят на Кордоне, поэтому такие появляются обычно после того, как разойдутся здешние обитатели.

– А ты чего молчишь, вопросов нет? – отмычка посмотрел на девушку, молчавшую у костра.

Она показала пальцем на ухо, мол, слушаю.

– Слушаешь, это хорошо, а говорить не любишь?

Девушка поднесла пальцы к губам и как будто стряхнула что-то. Она показала, что не говорит, но парень не понял.

– Гордая, с нами говорить не желаешь?

– Оставь её в покое, – к костру подошла Ворона, красивая баба, потрясающей внешности, с чёрной косой и чертами лица, как у греческой богини. – Показала же, что не говорит, чего прицепился.

Она ушла к Сидоровичу, но вернулась вскоре. Ворона занята своим делом, о котором пока мало кто знал в Зоне. Бродяги уважительно подвинулись, уступая место у огня, а она села, положив на колени подбородок и глядя в огонь. Разговоры её мало интересовали, а вот немая девушка вызвала интерес. Но Ворона мудрая и годков ей немало, просто тело молодое. По этой причине, она и не стала ничего говорить, зато узнала о той достаточно, чтобы проникнуться.

Немая сидела, пока весь Кордон не заснул, ей бы тоже поспать, но в голове крутилось столько мыслей, что сон никак не шёл. Ворона тронула её за плечо и пригласила к себе, а потом обняла и положила голову девушки себе на колени.

– Спи, завтра будет день, надо выспаться.

Странное дело, но девушка заснула почти сразу, обняв колени женщины.

– Досталось тебе, ничего, я присмотрю, – прошептала она.

– Решила присмотреть? – Смерть никто не видит и не слышит, только Ворона, у неё с ним договор. – Правильно, её срок ещё не вышел.

Он появляется, когда нужно и исчезает, когда есть работа. Все думают, что Смерть, это тощая баба с косой, но они ошибаются, только она видит его, да ещё Зона и коты. До утра все выспались, а потом стали расходиться. Ворона потянулась, выгнувшись так, что мужики рот раскрыли, взяла девушку и ушла с ней в Бар. Идти не близко, да и попасть могут на пути мутанты и бандиты.

Девушка безоружная совсем, только нож в кармане, а тут как раз и бандиты возле свалки.

– Ку-ку, приплыли красавицы, – небритая рожа ехидно усмехнулась. – Не бойтесь, красавицы, вам понравится.

Немая вытащила нож, открыв лезвие, она всё поняла и решила биться до конца.

– Ух, какая смелая, – заржали бандиты, – мы уже боимся.

И только Ворона увидела, как за ними появился Смерть с косой и взмахнул, скосив их души. Бандиты упали замертво, а Ворона подтолкнула девушку.

– Собирай у них всё, тут тебе и оружие, и патроны, да и еда может найтись, только на срок годности смотри.

В рюкзаках нашлось всё, даже хлеб и тушёнка. Девушка не всё хотела забрать, но Ворона настояла.

– Всё стоит денег, даже их ножи, так что бери, не стесняйся.

Немая и собрала всё, даже пустой контейнер, который пригодился, когда нашли «лунный свет». Как его проморгали сталкеры, но артефакт достаточно дорогой. В Баре сдала всё, даже ножи, выбрав себе хороший обрез тульской «вертикалки».

– На кого писать будем? – Бармен смотрит на Ворону, раз девушка молчит.

– Немая она, так и пиши, а по моему вопросу нет ничего?

– Пока нет, вечером может кто принесёт, – Бармену хочется посодействовать, но пока нечем.

Вообще-то, Ворона сказала, что жить он будет, пока с ней сотрудничает, поэтому и хочется сотрудничать, чтобы не разочаровать. Она скупает души, но не все, а почему так, это Бармен не знает. Знают Смерть и Ворона, но они не скажут никому.

– Пойдём, прогуляемся, – позвала она Немую, – спать ещё рано, а тебе полезно будет.

Артефактов возле Бара не набрать, тут сталкеры уже всё истоптали. Но в Зоне может быть что угодно, поэтому и пошли смотреть, что есть рядом. Плоть отбивалась от трёх псевдопсов. Опытные мутанты окружили её и хватали каждый со своей стороны, а плоть крутилась, как могла. Загрызут в конце концов, когда та ослабеет от ран, но Немая решила по-своему. Выхватив обрез, она кинулась на бывших волков и всадила в бок одному оба заряда картечи.

Два, не три и плоть воспрянула духом, тем более, что псевдопсы переключились на девушку. Та лихорадочно меняла патроны, но вдвоём мутанты прикончили бы её. А плоть решила не бросать смелую девушку и, догнав мутантов, всадила своё копытце прямо в бок врагу. Последний псевдопёс прыгнул на Немую, свалив её, но она успела поменять один патрон и выстрелила прямо в пасть мутанту.

– Ну ты даёшь, это Зона, тут всегда кто-то кого-то ест, – Ворона выговаривает девушке, а сама отметила уже, что та смелая и, при определённой выучке, будет хорошим бойцом.

Немая показала на пальцах, что три на одного, это нечестно. А плоть потопталась на месте, да и принялась вскрывать требуху у мутантов. Ей сейчас необходимо поесть, чтобы быстрее зажили раны. А Ворона увела Немую дальше, помогли и хватит, надо поискать, что есть вокруг. Нашли пару дешёвеньких артефактов, ну и ладно, завтра будет выброс, а потом и хабар пойдёт.

Бармен обрадовал, что принесли «душу», именно их собирала Ворона. Но она только взглянула и отвергла, Смерть сказал, что пора бы этому человеку и умереть, даже задержался на этом свете. Не беда, она дождётся своего и станет ещё моложе, но про это никому знать не надо, это её тайна. А пока поужинали, да и ушли на улицу, где бродяги сидели у костра. Смотреть стриптиз им совсем не интересно.

Утром никуда не пошли, толку нет отдаляться от Бара, чтобы искать укрытие от выброса. Кузнец с утра поработал, а потом все дружно отправились вниз, тут не Кордон, враз зомби станешь. Сталкеры пили, так легче переносится ментальный удар, но не все. Кто надумал ходку сразу после выброса, воздерживались. Пьяному в Зоне делать нечего, сдохнуть проще простого.

Ментальный удар каждый переносил по-своему. Кто-то стонал, кто-то катался по полу, пьяные раскачивались из стороны в сторону. Только Ворона смотрела на всё это с невозмутимым видом, да Немая ещё удивлялась реакции остальных. Её не брало ничто, особенно после того, что с ней случилось за Периметром. Но теперь она про это никому не расскажет, поскольку голосовых связок у неё нет.

Пасли её врачи после того, как злые люди поиздевались над ней вволю. Думали, что убили, а она выжила, спасли опытные хирурги, но пришлось здорово убрать в истерзанной гортани. Вот с тех пор она и молчит, а обидчиков своих нашла и убила. Полиция едва не схватила её, но повезло, показал бывший бродяга дорогу в Зону. Сказал, что тут никто не найдёт, да и искать не будут.

– Вот теперь пойдём, – Ворона решила не терять даром времени, деньги ей не лишние, «души» выкупать приходится.

Артефакты попались хорошие, но вдобавок к ним, они получили и «душу», когда молодой сталкер на их глазах попал в «карусель», убегая от стаи псевдопсов. Пришлось открывать огонь, но Смерть не дал много воевать, скосил мутантов и Ворона подобрала артефакт. Хорошо с ней ходить, умные мутанты и близко не подходят.

Ворона сразу направилась в Тёмную Долину, где располагалась аномалия «петля времени». Зона знает, куда прятать те аномалии, которые всем и знать не нужно. Прямо возле неё сидел здоровенный Кот и ждал гостей. Ворона поздоровалась, достала «душу» и уже собралась идти, возвращать парня, но Кот остановил.

– Я её заберу себе, зачем ей это видеть, – сообщил он телепатически.

– Хорошо, только береги её, а так она не говорит вовсе.

– Это даже лучше, не люблю болтовни, – Кот сам поболтать не прочь, но тихо, без звуков. – Пойдём, красавица, у людей своя работа, тебе на это смотреть ни к чему.

Как ни странно, Немая всё поняла, только посмотрела вопросительно на Ворону.

– Ступай, с ним не пропадёшь, только слушай внимательно, – она обняла девушку и поцеловала в лоб, напутствуя.

Так и разошлись в разные стороны. Виделись потом не раз, даже пару «душ» Немая отдала Вороне, всегда показывая этот артефакт. Не все они годились, но порой человека возвращала она в аномалии, постоянно молодея, пока не стала совсем девчонкой.

– Место есть? – Кот сразу всё решил проверить.

Немая кивнула, пару артефактов ещё можно положить в контейнеры. Нашли хорошие и «ломоть мяса», который можно просто в рюкзаке нести.

– Сегодня тут заночуем, – решил Кот и завёл девушку в какие-то развалины. – Располагайся, я пока покараулю, потом разбужу.

Уникальное создание, про которого никто ничего не знал, а Кот и не показывался зря, кому не надо. Заснула она мгновенно, едва положив голову на рюкзак. Снилось то, что произошло с нею за Периметром, поэтому проснулась она в поту и села, изумлённо озираясь.

– Это просто сон, не будет здесь такого, – сообщил он прямо в голову, – а теперь ты карауль, я вздремну.

Немая съела шоколадку, глотнула воды их фляги и стала смотреть по сторонам. С трёх сторон остатки стен здорово прикрывали их, а с четвёртой место открытое. Неожиданно из-за стены показалась химера и стала разглядывать девушку. Та с испугом тронула Кота, мол, что делать?

– Ничего, не стреляй, она не тронет, – пронеслось в голове.

И правда, химера посмотрела с минуту и ушла. Стало так тихо, как будто звенело что-то в ушах. Длилось это не долго, вот завозились крысы за стеной, потом они подрались с тушканчиками, обглодали погибших, но на открытое не вышли. Кот пометил все углы, чтобы вопросов не возникло, тут он хозяин. Так и просидела до рассвета, а там Кот потянулся, выгнул спину и в один прыжок перемахнул стену.

Вернулся он с крысой в зубах, съел её и принялся вылизываться.

– Пойдём, провожу в Бар, ты только рыбки там возьми, а то я соскучился, – закончив с гигиеной позвал он Немую.

С Котом ходить едва ли не проще, чем с Вороной. Интересно, что она там делала, где расстались?

– Оно тебе надо, хотя ты и не разболтаешь, шевелись, а то тут скоро шумно станет.

Они отошли уже прилично, как за спиной разгорелась битва мутантов, кто-то рычал, визжал, даже лаял, но они уже подходили к Бару. Кот не пошёл с Немой, ему с Долгом встречаться совсем неинтересно, а девушка сдала артефакты и набрала еды и патронов, не забыв про кильку в томате.

– Поспала бы, чего сразу сюда потащилась? – Кот пребывал в задумчивости. – Килечку? Открывай, я не могу, у меня лапы.

Задумчивость улетела сразу, а килечка понравилась Коту, ну и пусть в томате, другой рыбки в Зоне не найти. Закончив с трапезой, кот вылизался и увёл девушку подальше от Долга, где забрался в подвал.

– Поспи, тебе же отдыхать надо, – подумал он, имея ввиду, что и сам бы вздремнул с радостью.

Так они и заснули, пушистый Кот и Немая. Проснулись уже под вечер, когда темнеть стало. Но Кот задумал ночной переход, ему-то что, он и ночью видит, тем более, что в Зоне не бывает совсем темно. Сегодня он вёл её почти к «Выжигателю Мозгов», туда, где излучение ещё не сильное и позволяет держать голову в порядке.

Оказалось, что Немая переносит пси воздействие довольно легко. Она даже не особенно сильно контролировала своё состояние, разглядывая пейзаж вокруг. На поляне химера дралась с «чёрными псами», мелкими тварями, абсолютно бесшабашными, получившимися из лисиц. Они плодятся довольно бодро, а потому частенько попадаются большими стаями. Вот и сейчас около полусотни этих бестий сражались с химерой.Немая выхватила обрез и открыла огонь по мутантам, довольно серьёзно помогая химере.

– Сюда! – Кот заметил остатки избушки и решил, что в ней будет намного удобнее сражаться, раз уж этой дуре взбрело в голову помогать химере.

Первой поняла химера, большими прыжками переместившись под защиту стен. Теперь спина прикрыта и сражаться стала легче. Немую едва не загрызли, но мутанты впали в небольшой ступор, и она успел забежать внутрь. Но ещё почти час им пришлось отражать атаки этих наглых тварей, пока остатки стаи не убрались прочь.

– Вот не дура? – думал Кот. – Оно тебе надо было?

Немая потупила глазки, мол, нечестно толпой на одного, потому и решила помочь.

– Дура и есть, да и ты не особо умная, – это относилось к химере. – Чего сразу сюда не забралась? Возись с вами тут, а никакой благодарности.

Кот ещё ворчал, а Немая догадалась и открыла баночку кильки.

– Это хорошо, но сейчас печёнка бы не помешала, вон их сколько валяется.

Это было резонно, и Немая вырезала печень у бывшей лисицы. Умяв её, Кот подобрел и занялся килечкой. А после завалился у бывшей печки и заснул. Химера тоже закусила внутренностями мутантов и улеглась рядом. Девушке не спалось, она погладила Кота, потом химеру и стала следить за обстановкой, пока сон не стал одолевать её.

– Спи уже, – Кот потянулся и проснулся, – ели бы я не них не воздействовал, сожрали бы тебя, понимать надо.

Вот так, Кот вдобавок и псионик, а воздействие отнимает силы. Немая и химера спали, а рядом с котом появилась женщина в белом. Хозяйка почесала его за ушком и Кот замурчал.

– Ну как она тебе? – Спросила она у Кота.

– Дура, но добрая и смелая, присмотрю пока, чтобы не пропала, – подумал Кот.

– Так у неё друзей теперь больше будет, химера запомнит доброту и помощь.

– Друзья, это хорошо, ладно, химера тоже почти кошка, не возражаю, – смилостивился Кот.

Хозяйка погладила девушку по голове и поцеловала в лоб, а потом исчезла. Так и стала Немая телепатом. А с котом она и сейчас ходит, они хорошо понимают и дополняют друг друга, да и мутанты привыкли к странной девушке, которая любит справедливость и всегда готова помочь.

Глава 43 Трифон

Сидят бродяги у костра, рядом отмычки уши развесили, слушают про зону. Девушка тихоня слушает внимательно, очень уж хочет выжить в Зоне. Что тянет девчат в такое гиблое место? Дурёхи гибнут регулярно, кто в аномалии, кого мутанты загрызут. Выживают единицы, а эта печальная статистика, как нож по сердцу опытным бродягам.

И тут питбуль кинулся на тихоню. Девушка упала на живот, закрыв голову руками.

– Забери его, чего людей травить собаками! – возмутились бродяги и сталкер оттащил пса, взяв на поводок. – Что-то с тобой не так, девочка, пёс зря не кидается на людей.

– Он не на меня, – поднялась та со слезами, – вот.

Она извлекла из-за пазухи котёнка.

– Попался по дороге голодный, не бросать же его, мамы явно нет, вот и взяла, буду ему вместо мамы.

– Славный, но больно уж маленький, – улыбнулись бродяги у костра. – А кормишь чем?

– Молоко кончилось теперь рыбкой, разжую и ему в рот кладу. Не переживайте, он вырастет, я его не брошу.

– Звать-то как?

– Трифон, ему идёт, он и похож на старого Трифона из нашего города.

На том и закончились разговоры, да и спать пора уже. А утром девушку взял один сталкер в ученики, пришёл утром, когда уже разошлись все бродяги. Вёл осторожно, подробно рассказывая об аномалиях, показывал их, когда те оказывались рядом. Наконец, привёл к развалинам и показал дорогой артефакт в подвале.

– Там ещё два, один тебе, хватит на автомат и снарягу, давай вперёд, а я посмотрю за мутантами.

Он демонстративно повернулся, а девушка шагнула внутрь, и тут котёнок впился в неё всеми когтями. Он и раньше хватал её, когда рядом оказывались аномалии, а теперь она всё поняла. Поняла и значение слова «отмычка», ею собрались отомкнуть эту аномалию. На глаза попался кирпич, она подняла его и шарахнула сталкера по голове. Тот рухнул, как подкошенный.

– Молодец, – рядом появилась женщина в белом. – Сама догадалась?

– Трифон, он аномалии чувствует, – девушка показала котёнка.

– Какой славный! – улыбнулась Зона.

Она взяла котёнка на руки и поцеловала в мокрый носик.

– Береги его, – Зона вернула котёнка и пропала.

– И что теперь делать? – девушка раздумывала, а потом потянула сталкера к подвалу, сняла рюкзак и столкнула мерзавца вниз.

Действие «мясорубки» на всех производит сильное впечатление. Так вот что должно было произойти с нею? Ладно, надо вернуться, а артефактов внизу стало больше, видимо не первая попытка войти внутрь. Подобрав автомат и нацепив рюкзак, она отправилась в обратный путь. С таким котёнком не пропадёшь, но тут и проявились его способности искать артефакты. Котёнок царапался и выпрыгивал, показывая, где что лежит.

– Мой ты хороший, мой добытчик, – хвалила девушка котёнка, укладывая очередной артефакт в контейнер.

– Ну прямо твой. Я кот, сам себе кот, хожу, где хочу и делаю, что хочу. Вот сейчас я хочу рыбки. – думал котёнок.

– Ой, да ты же есть хочешь! – спохватилась она, доставая из своего рюкзачка баночку консервов.

Она уже собиралась разжевать кильку, но котёнок стал есть сам.

– Тоже мне, телячьи нежности, – думал он, урча от удовольствия.

Так и вернулись на Кордон с хабаром, а девушка сдала артефакты, приоделась в Зарю, купила патронов, да и стала ходить по Зоне. Бродяги зауважали, звали по имени, Вероника, девчатам можно и со своими именами. А собаку однажды покусали бешеные псы, спасти не удалось и пришлось пристрелить. Но в Зоне порой появляются собаки, некоторые даже приживаются и живут свою собачью жизнь.

Трифон обжился на Кордоне, многие считали за своего и старались подкормить, но он гордый, абы у кого брать не станет, да и гладить только по голове, без фамильярностей. Веронику свою берёг, а та любила Трифона безумно, как самого близкого на свете. Так и ходили потом вдвоём, да и с бродягами тоже, очень уж им нравилось, что Трифон аномалии чувствует и артефакты находит.

В тот подвал тоже сходили, закинув труп собаки, чтобы разрядить аномалию. Тогда она здорово поднялась, купила бесшумный Вал и стала такой крутой, что все зауважали. Трифон вырос в большущего кота, хоть и не Мей-кун. Одной баночки ему уже мало, но она и не жадничала, кормила от души. Стала понимать кота так, как не каждые люди понимают друг друга. Сколько они пережили в Зоне, словами не описать, но однажды случилась беда.

Застал их внеочередной выброс там, где и не спрятаться вовсе. Как ни металась Вероника, как ни бегала, а схрона самого паршивого не найти. Тогда она схватила Трифона, упала на колени и закрыла собой. Тут и ударил выброс со всей силы. Трифон выжил, а вот Вероника не совсем. Выброс закончился, а она поднялась и осмотрелась.

– Кто я? – осмотрела себя, руки серые.

Рядом незнакомый кот, а она непонятно где, но есть захотелось. Трифон понял это сразу и отбежал подальше. А Вероника осмотрелась вокруг и поймала крысу, которую легко догнала. Хотела зубами разорвать, но вспомнила о ноже, так и стала есть сырое мясо, отрезая куски от тушки.

Трифон сразу ничего не понял, но рядом появилась Зона.

– Она умерла, но не совсем, теперь Вероника – живой труп. – Не сердись на меня, я ничего не могла сделать, но теперь она будет жить бесконечно долго. Именно жить, это же такая форма жизни, аномальная. Не переживай за неё, таких мутанты не трогают и аномалии она видит. А ты иди на Кордон, там всегда накормят и в обиду не дадут, может кого найдёшь, кому без тебя никак не прожить. Ступай, а я провожу её туда, где живут такие же, как она.

Как не расстраивался Трифон, а ничего изменить невозможно. Вернулся он на Кордон, да и стал таскать безопасные артефакты «старому кровососу» Сидоровичу. Долго таскал, а тот кормил его килечкой. Да Трифон и охотился на крыс, а чего, не рыбкой единой жив кот. А потом попалась ему непутёва дурочка, едва не погубившая себя. Вот её он спас, а потом берёг больше жизни.

Доводилось Трифону и кошек обгулять, нормальных-то в Зоне нет, а вот псевдокошечки порой попадались, а чего дамам простаивать, если кавалеров на всех не хватает. Так что потомство у Трифона имелось. Пропадал он порой на целую неделю, но всегда возвращался к Сидоровичу. Тащил в зубах то «мясо», то «медузу», да мало ли таких артефактов, которые не особо радиоактивные, а порой и наоборот. Старый кровосос привык к нему и уже считал за своего питомца. Но Трифон кот, сам себе кот, гуляет, где хочет и делает, что хочет.

А с той пигалицей они долго ходили, Трифон уже стареть начал. Однажды нарвались они на бандитов, точно стареет, не почувствовал их заранее. И решил тогда кот спасти свою дурочку любой ценой, кинулся в битву, дав той время открыть огонь, даже на себя вызвал бандитские выстрелы. Вот так и погиб кот Трифон, только рядом оказалась псевдокошечка, прежняя Трифонова любовь.

– Принеси ей котёнка, а то снова решит удавиться, – попросил он, умирая, свою подругу.

Та принесла маленького котёнка, плод их последней любви, а душа Трифона и вселилась в того малыша. Зона помогла, ей ведь тоже жалко, кода коты гибнут. Котёнок и ткнулся в руку пигалицы, а потом вместе закапывали тело Трифона. Пигалица вспомнила о котёнке и достала банку килечки.

– Кушай, Тришенька, ой, – осеклась она, – тогда так и буду тебя звать, кушай мой хороший.

– Ну прямо твой, – думал котёнок, – я кот, сам себе кот, гуляю сам по себе.

Ещё он думал, что дура, это ничего, главное, что котов любит и понимает.

Глава 44 Старики

– А ты, дед, что тут забыл? – молодой новичок и рот открыл от удивления.

С партией отмычек прибыл старик с солидной тростью, явно сделанной на заказ. И она не была бутафорией, он реально опирался на неё при ходьбе. Внешность интеллигентная, похож на какого-то учёного что ли, но в таком возрасте, что пора на даче сидеть в кресле и мемуары писать.

– Я тут по делу, а почему вас, молодой человек, это так сильно волнует? – хорошо поставленным голосом заметил старик.

– Отстань от человека, – бродяги не любят балаболов, чего лезть с расспросами.

Старик сходил к Сидоровичу, купил еды, больше горошка в банках, да килечки в томате, дряни, которую не едят молодые. Ещё купил он старенький ТТ, но в хорошем состоянии, да пять пачек патронов к нему. Одет он и так неплохо, разве что без защиты, вроде в поход собрался. Немного удивила прекрасная финка НКВД, явно не из новых. А так импозантный дедок с кобурой и финкой на поясе.

– Не обращай на него внимания, – опытный бродяга обратился к старику. – И в Зоне все на «ты», тут выкать не принято. А чего пришёл, сам расскажешь, если захочешь, но явно не за деньгами и не за крутизной.

– Верно, другая беда привела, жена захворала сильно, а тут, по рассказам, попадаются артефакты, которые вылечить могут.

– Попадаются, но это редко бывает, если человек погибнет в аномалии, иначе «душа» не появляется.

­– Надеюсь, не очень долго буду искать, да и нет другого пути, врачи отказались от жены, а она мне дорога.

Вот так человек сам, без расспросов и сказал, что привело его в Зону. Поболтали ещё, рассказали особенности жизни в Зоне, да и спать легли. Отмычки прониклись, им теперь тоже есть о чём подумать, пока сон не сморил. А утром все проснулись и стали расходиться «по грибы».

– Пойдём, сходим, раз такое дело, – позвал вчерашний знакомец. – Стрелять-то умеешь?

– Вроде не забыл, это же как на велосипеде, трудно разучиться, – подтвердил старик.

– Вот и хорошо, нам, старикам, лучше вместе держаться.

– Да ты вроде и не стар, – старик сразу перешёл на «ты», быстро освоился.

– Долгий разговор, да и не моя тайна, а так мне восемьдесят уже, в аномалии помолодел.

Идут люди по Зоне, не торопятся, а псевдопсы уж тут, как тут. Сталкер из автомата сразу открыл огонь. Не растерялся и старик, выхватил из кобуры пистолет и попал прямо в сердце мутанта. Так и добили стайку.

– Красавчик, где так научился? – одобрил бродяга.

– На войне, а больше в лесах, там думать некогда.

– СМЕРШ что ли?

– Да мы больше бандеровцев по лесам гоняли, войны я мало застал, – скромно заметил старик.

– А потом в учёные или в писатели подался?

– Философию в университете преподавал последнее время, да вот беда с супругой.

– Это, как Зона решит, тут загадывать не принято. В общем, подходим мы к Свалке, а там бандиты могут кроме мутантов попасться. В разговоры не вступай, вали сразу, гадость людишки, вроде тех же бандеровцев.

Толковый напарник из деда, запоминает влёт, внимательный, осторожный, а что ходит плохо, так и сталкеры не бегают по Зоне, хотя и приходится порой. Артефактов пока нет, тут всё давно собрали, теперь выброс ждать. За артефактами нужно ещё идти, а это по Свалке.

– Стоять, грабли в гору, оружие на землю! – легки на помине.

Пятеро, туго придётся, но сдаваться сталкер не привык. И тут старик, как в тире, выхватил пистолет из кобуры, раз, два, три, четыре. Бродяге только один и достался, которого он срезал короткой очередью.

– Ну, ты прямо снайпер! – восхищённо заметил сталкер. – Я такое первый раз вижу.

– Как-то всё стало просто и ясно, вспомнил молодость. – старик вроде даже стесняется.

– Эх, где наша молодость, хотя… – но дальше он не стал развивать тему. – Трофеи собираем все, тут такой порядок, даже финки.

Собрали всё, обрезы, патроны, даже консервы, только карты и сигареты не стали брать, в Зоне умные бродяги не курят, мутанты могут по запаху учуять. Сталкер ещё взглянул на старика и мотнул головой. Зато повёл в Тёмную Долину, а там обычно мутантов хватает. Да и аномалий валом, тут уж ничего не поделаешь. Зато артефакты знатные, туда же почти не ходят, а мутанты частенько попадают в аномалии.

Начали с собак, отстреляв небольшую стайку, потом снорки, но с этими разобрались. Старик быстро понял, что это не люди, и бил прямо в лоб. Вот тут и начались артефакты, только «души» не было. А потом подвалила такая стая слепых собак, что патронов не хватит.

– Сюда и бегом! – сталкер знал одно место, но надо пробежаться, а у старика с этим не очень.

Тот ускорился, как мог, по пути выбивая собак почти не глядя. Едва успели забраться в старую насосную станцию и прикрыть дверь.

– Теперь мы в осаде, – поведал он старику, – а это может и несколько дней быть, пока не отвлекутся на другую дичь.

Старик опустился на какой-то ящик, достал из рюкзака патроны и набил оба магазина. Здорово он пострелял при отступлении.

– Ты отдохни, тут нас не взять, правда, выбраться тоже не светит пока. – «успокоил» сталкер.

Старик посидел, даже шоколадку умял, а потом достал бандитскую флягу самогона, отвинтил крышку и принюхался.

– Крепкая гадость, только сивухой прёт, но это даже лучше, – решил он и стал собирать тряпки внутри.

Металл выгребли весь, а вот обломки палок валялись на полу, он и навернул вроде большого факела, да и вылил почти всю флягу на этот ком тряпья. Мутанты уже перестали скрестись в дверь и улеглись, дожидаясь, пока люди сдадутся.

– Приоткрой, – попросил он напарника, – они и не подумают, а потом уже и не важно.

Что не важно, бродяга сразу не понял, но постарался потихоньку приоткрыть дверь. Слепые псы встрепенулись, но тут старик поджёг тряпки и кинул недалеко от входа. Огня боится всё живое и собаки отпрянули, хоть и недалеко.

– Шире, сейчас поработаем! – старик выхватил пистолет и открыл огонь.

Положил он собак на всю обойму, а потом дверь закрыли на засов.

– Теперь подождём, пока пир разгорится, – без улыбки сообщил он.

– Хитёр, – одобрительно заметил сталкер, – но всех так не перебить.

– Посмотрим, надо подождать.

Между тем, голодные псы понюхали погибших товарок, лизнули кровь и постепенно принялись рвать трупы. Через полчаса уже пиршество стало так хорошо слышно внутри, что замысел стал ясен вполне. Снова открыли дверь и теперь оба занялись отстрелом собак. Те кинулись врассыпную, но пали многие, вдвое больше, чем раньше.

– Вот теперь и поспать можно, – старик раскатал пенку, подсунул под голову рюкзак и задремал.

А снаружи теперь пировали вовсю, кроме собак подтянулись и другие мутанты, даже химера пришла, чтобы пообедать на дармовщину. Псевдогигант схватил собаку и принялся её жрать. Периодически топая и роняя всех вокруг. Собаки было кинулись на него, но тот только растоптал несколько слепых псов, уронив их сперва на землю.

Пока там шло сражение мутантов, люди внутри смогли поесть и выспаться. На следующее утро собаки разбежались, химера и псевдогигант наелись, остались только крысы, подбиравшие остатки большой трапезы.

– Можно попробовать осторожно по-над стеночкой выбраться, – решил сталкер. – Заряжаем обрезы и вперёд, на крыс патроны тратить слишком жирно будет.

Зарядили, распихали по карманам патроны и осторожно двинулись, прижимаясь к стене. Удалось пробраться на чистое место, а там осторожно уйти подальше от пиршества. Зато и артефакты от большого пира остались, мутанты попадали в аномалии, а те выдали артефакты из живой плоти. Но обрезы пригодились потом, когда они уже возвращались на Кордон.

Большая стая тушканчиков, а на деле саблезубых тварей, размером с зайца, заставила их основательно пострелять из обрезов. Нарезные пули жалко на такую «дичь», а картечь сработала прекрасно.

– Вот так и живём в Зоне, – усмехнулся бродяга, когда они уже пришли на Кордон.

Сталкер честно поделил деньги пополам, старик выручил в ходке не раз. Чувствуется школа советских спецназовцев, а умение не пропьёшь, в смысле, с годами ничего не забылось. Деньги неплохие, но жену на них не вылечить и «душу» на это не купить. Время идёт, а к цели он не приблизился ни на шаг. Сели отдыхать у костра, а тут и другие стал возвращаться.

– Поздорову Дед, – бродяга с уважением приветствовал сталкера.

– И тебе не хворать, – ответил тот, кто на деда и не похож теперь.

– Напарник не подвёл, уж больно он старый?

– Он профессор в нашем деле, стреляет, как бог, да и голова работает вполне.

– Профессор? – бродяга покосился на старика. – Ему идёт, так и будем звать.

Он ушёл к Сидоровичу, а эти так и сидели у костра. Нога начала болеть у старого философа, и он растёр её какой-то мазью, а заодно и таблетки выпил.

– А как ты помолодел? – не забыл Профессор прошлый разговор.

– Не моя тайна, но есть такая аномалия «петля времени», в общем, там и помолодел.

– Эх, Анюту бы мою туда… – вздохнул старик.

– Это как Ворона скажет, вот придёт, тогда и поговорим, – сталкер Дед помнил слова Вороны, чтобы зря не трепаться, как он помолодел.

Но Ворона не пришла, подходили бродяги, сдавали хабар и присаживались к огоньку. Костёр этот горит с давних времён, ещё Меченый зажёг его тут, да и сидел у огня, присматривая себе напарников.

– А молодёжь, что тогда была, где она? – Профессор вспомнил про отмычек.

– Кто выжил, те в Баре должны быть, но таких бывает немного, – вздохнул Дед.

– Жаль, молодые совсем.

– Это Зона, сам видел, как тут опасно, но никто сюда не зовёт, сами лезут. Кто побежал, не проверив дороги, кто сдуру полез за артефактом, забыв обкидать вокруг, а кого и бандиты убьют. Тут всё не так, как за Периметром, но кто заболел Зоной, тот без неё жить уже не может.

– Мне бы Анюту вылечить… – старик вздохнул.

– Привёз бы сюда, тут проще, да и Болотный Доктор может чего придумать, башковитый мужик.

– Да что ей тут делать?

– Вылечится, а там видно будет, а может и домой уехать, тут и поддержать проще, и вылечить шансов больше.

Уже и спать пора, а они всё беседовали тихо между собой. И тут из темноты вышла маленькая девчонка, коса до самой попы, волосы, как вороново крыло.

– Не страшно одной по Зоне ходить? – Профессор не в курсе, Ворону первый раз видит.

– Мне бояться нечего, пожила своё, ты о себе печалься, – усмехнулась она, да и отправилась к Сидоровичу.

– Это и есть Ворона, собирательница «душ», как находит, так молодеет, но об этом никому, – Дед перешёл на шёпот. – Лучше помолчи, сама заговорит, если захочет.

Ворона вернулась и села у огня, положив подбородок на колени. Странно, но ложиться она вроде и не собиралась.

– Он дело говорит, – вдруг произнесла она непонятно кому.

– Кто? – не понял Профессор.

– Напарник твой, Дед, – не любит Ворона длинных фраз, – привези сюда, а там посмотрим. Утром выброс будет, многое поменяется.

Выброс ударил, когда уже все проснулись. На Кордоне это не так сильно чувствуется, но по голове всё равно прошлось. Старику казалось, что он снова в лесах воюет с бандеровцами, где его ранило и он попал в госпиталь. Там и познакомился с Анютой, молоденькой санитаркой, ставшей его спутником на всю жизнь. Но выброс не бывает вечным, всё когда-то заканчивается.

– А теперь пошли, сейчас должно быть хорошо, – позвал Дед.

Делать нечего, пошли в ходку, осторожно, аномалии места могут поменять, да и артефакты теперь на новых местах, но взяли хорошо. Правда и подраться пришлось, старик все патроны расстрелял. Мутант после выброса чумной, кидается без разбору. Стая тушканчиков прыгала на псевдогиганта, а тот топал и пытался растоптать их, но хитрые бестии прыгали и битва продолжалась долго. Они обошли стороной, чтобы не попасть под раздачу.

– Видишь, патронов надо больше брать, – объяснял Дед напарнику, – а можно и второй пистолет завести, мало ли что случится.

Но Профессор и финкой положил пару собак, ловко поражая их, когда кидались на него. Вернулись поздно, основательно навоевавшись. Профессор устал, но отдыхать и не подумал.

– А как отсюда выйти? – спросил он у напарника.

– Деньги решают всё, проверят, чтобы артефактов не тащил с собой, да и выпустят. Только не говори, что сталкер, соври, что просто родных искал. Там на входе гестаповцы ещё те, но деньги любят. А вообще, спроси у старого кровососа, Сидорович тут много чего может, если за деньги.

Так он и сделал, сходил к барыге, а тот обрадовал, что завтра будет караван, с ним можно и выехать, если «билет» купить. Бумажка эта была запиской от самого барыги, а к ней прилагалась сумма в наличных. Старик отдал всё, что заработал, продав и пистолет, ему теперь это без надобности.

А через неделю на Кордон прилетел вертолёт, из которого выгрузили больную жену старика. Дед сразу написал Болотному Доктору, и тот пришёл вовремя.

– Вылечить совсем невозможно, – «обрадовал» он старика, – но на ноги поставлю, а там как Зона решит.

И тут понеслась карусель, какие-то капельницы, артефакты, под конец он уколол ей что-то мерзко-зелёное, и женщина попросила есть. Она уже отказывалась от еды, которая приносила ей страдания, но сейчас поела с аппетитом, а потом поднялась на ноги. Только что теперь делать?

– Дальше, как Зона решит, – Болотный Доктор посмотрел прямо в глаза. – Я не волшебник, сделал всё, что мог, артефакты могут продлить жизнь, но насколько, я не могу сказать.

– И на том спасибо, хоть вместе побудем под конец, – поблагодарил старик.

Только никто не знает, что будет в Зоне завтра, да и через час тоже не всегда ясно. Уже всё заснули, когда на Кордон пришла Ворона.

– Что ты решил? – спросила она мысленно у Смерти.

– Своди обоих, пусть поживут, всё равно они будут моими, спешить некуда, – Смерть не злой и не добрый. – По линиям жизни им до ста лет жить полагается, а этот крестик можно и пропустить.

Утром и забрала их Ворона с собой. Повела туда, где они ни разу ещё и не были, а с Вороной идти, одно удовольствие. Смерть дорогу расчищает, да мутанты и бегут, они, в отличие от людей, чувствуют его издалека.

– Теперь раздевайтесь и слушайте внимательно, – Ворона начала объяснять, что и как надо сделать в аномалии.

– А зачем раздеваться? – не поняла женщина.

– Затем, что неизвестно какими вы выйдете, одежда может и не подойти. Да тут стесняться и нечего, это вроде бани, тело обновляет. Только не задерживайтесь, как появится, так выходите.

– Кто появится?

– Увидите, а теперь по одному, сначала ты, – кивнула она женщине, – бери в руки и шагай.

Женщина и вошла, слушая подсказки девочки, а потом рядом появился молоденький парень.

– Не стойте, сюда идите! – прикрикнула Ворона, и они вышли.

Женщина помолодела, а вещи едва налезли, она тогда была полнее, чем сейчас. Скинула лет пятнадцать-двадцать, но тут уже как получилось. Потом пришла очередь старика, он тоже удивился появившемуся рядом человеку, но вышел вместе с ним. У Вороны приготовлена одежда, в которую обрядили возрождённых. Бывшие старики обнялись и молчали, глядя в глаза друг другу, пока Ворона не позвала.

– Пора назад, без меня вы не дойдёте.

Это да, даже оружие забыли купить, не до того было.

– Ты расскажи, как на целый вертолёт сподобился? – Деду интересно, откуда такие деньжищи у напарника.

– Генерал давно хотел нашу дачу в Подмосковье, ну я и продал с условием, что выделит вертолёт для доставки Анюты в Зону. Сначала противился, говорил, что опасно, а как узнал про Кордон, так в тот же день и оформили всё. Вот так и прилетели, а тут ты сам знаешь.

– Знаю, я тоже Ворону выручал, куда ей, она там совсем пропасть может, в той аномалии. Только чур, никому не рассказывать, вляпались, мол сами в аномалию и хватит с них.

На том и договорились, тайну Зоны надо уважать. Анюта потом многим раненым сталкерам помогла, вроде санитарки в Зоне. Купили ей полицейский Кедр, дрянь оружие, а всё-таки не пистолет. Зато Профессор теперь ходит с парой ПЛ-15, хорошими пистолетами толкового конструктора, только финка по-прежнему при нём. Анюта ждёт его на Кордоне, иногда готовит, когда есть из чего, перевязывает и лечит бродяг, а они уважают её. Вот такая история приключилась однажды в Зоне.

Глава 45 Месть Лешего

– А кто Лешего помнит? – завёл разговор у костра на Кордоне один бродяга.

– Любопытный был сталкер, непростой, – вспомнил другой. – Жаль, пропал давно, но отомстить успел.

– Там непонятно, кто это сделал, предъявить ему ничего не смогли.

История эта началась давно, когда появился в Зоне молодой сибиряк таёжник. Прижился быстро, поскольку толковый, следы читал хорошо и опасности нутром чуял. Взял его в ученики пожилой сталкер, да и выучил всему, что сам знал. Только однажды задержались они в ходке, а тут выброс на носу, уже и небо краснеет. Рванули к дому, в котором подвал хороший, успели, только пожилой там и остался, сердце не выдержало.

Леший похоронил бродягу, как принято у сталкеров, закинул в «жарку», а на Кордон принёс рюкзак с оружием, там и рассказал, что случилось. Помянули правильного бродягу, да что поделаешь. Стал Леший бродить один, ему вроде и ничего, опытный, здоровый, только оружие не очень, обрез тульской «курковки». Впрочем, стрелял он из него знатно, не всякий так сможет. А вот необычного с ним случалось много всякого.

Набрёл однажды в ходке на умирающего контролёра, пожалел мутанта, артефакт на него потратил, тот и оклемался. Стали друзьями, только никому он не сказал о такой дружбе, да и зачем. Проболтается ещё кто, и «Долг» начнёт за ним охоту. Хабар шёл нормальный, Зона любит таких, не жадных и душевных. Вот и берегла Лешего, как правильного бродягу.

А однажды спас он маленького бюрера. Кинулись на того слепые псы, разорвали бы, но Леший не дал, выбил всех, даже ножом пришлось парочку зарезать. Бюрер расплакался с испуга, так его родители и нашли. Едва не напали, но застали конец битвы и всё поняли, поклонились и убрались в своё подземелье. А Лешему что, он добрый и малышей любил, а ещё за справедливость, нельзя, чтобы звери детей ели.

Выручал и бродяг, не думая, кто из какого клана, раз в беде, значит помощь нужна. Артефактов не жалел, патронов тоже, пёс с ними, с расходами, жизнь важнее. Только бандиты его не любили, спуску не давал, особенно, когда поймают кого из бродяг. А уж женщин, тогда и вовсе, пока всех не положит, не успокаивался. А ты в него попади, когда он в лесу вроде тени, зато сам стрелял, как бог. Поговаривали, что химеру положил, два выстрела в глаз в обе головы и готово. Но это уже никто не видел, а кто видел, те не особо распространялись.

Катерину он спас, когда на маленькую группу «Свободы» напали бандиты. Подкараулили в ходке и устроили засаду. Спутников её убили, а женщину решили, по своему обыкновению, сначала изнасиловать. Вот тут и набрёл на них Леший. Бой получился короткий, но страшный, досталось и ему, зато бандитов положил всех, чего с ними миндальничать. Эту язву в Зоне все не любили, выбивали при малейшей возможности, но из-за Периметра постоянно ряды бандитов пополнялись свежими негодяями.

Сдохнуть Лешему Катерина не дала, перевязала, кровь остановила, артефакт примотала. В общем, оклемался тот, хотя и ждать пришлось долго. Только что-то пробежало между ними, искра, которая порой пробегает между людьми и связывает их навек. Нет, в клан Леший не вступил, но любовь получилась такая крепкая, что все эти кланы и прочая мишура потеряла всякий смысл. Он ходил к ней в гости, приносил подарки, купленные у барыги за баснословные деньги, а любовь пела им свои песни.

Будучи лесным жителем, Леший чувствовал себя в лесу уверенно, считывая малейший шорох, самые слабые следы. Вот пробежали собаки, а тут прошли люди, четверо, нагруженные, в армейских ботинках. Химера драла кору на дереве, чистила когти. А вот плоть убила псевдопса и съела всё вкусное. Для него нет секретов в лесу, травинки, веточки, шерсть, прилипшая к стволу, говорили с ним, как будто в книге читал.

Целый год продлилась их любовь, а потом снайпер из «Долга» убил Катерину. Не посмотрел на большой живот, на то, что она перевязывала раненого коллегу. Поймал голову в прицел и нажал на спуск. Леший не успел на несколько минут, снайпер уже скрылся, да и какое это имело значение. Мёртвая любимая едва не лишила его рассудка, но тут в голове зазвучали слова.

– Он ещё жив, достань его, – видимо контролёр оказался рядом.

Легко сказать, достань, а сделать кесарево сечение не так просто. Убитый горем Леший едва не убил и малыша, вскрывая живот Катерине. Контролёр руководил, ему она никто, он и сохранил хладнокровие, даже подошёл и помог. Малыш еле выжил, но не умер, повертелся и закричал, а потом потребовал еду.

– Вот, напои его кровью, – мутант заставил крысу подойти к ним.

Так и напился мальчишка свежей крови, вместо молока. Еда эта придала ему сил, малыш потянулся, свернулся на руках у Лешего и заснул. Замотав его в запасные портянки, папаша занялся похоронами любимой. Вырыл могилу ножом, уложил в неё труп женщины и засыпал руками, утрамбовав ладошками ровный холмик. Крест сделал из палок, воткнул и разрыдался.

– Тебе надо думать о малыше, – напомнил мысленно контролёр.

Это да, этому крохе он нужен сейчас больше всего. Хотелось мстить, но сначала надо вырастить мальчика. Только не бродить же с ним по Зоне, пришлось идти к Болотному Доктору, а тот отругал за шрамик на голове, но малыша накормил болтушкой из печенья и чего-то ещё. Написал целый список, что нужно и сказал принести до утра. Леший и пошёл в Бар, а по пути нашёл хороший артефакт, хватило на всё. Так и вернулся с полным рюкзаком обратно, а там уже научился готовить правильную еду для малыша.

Через месяц, он забрал его и ушёл, теперь он сам всё сможет делать, мыть попку, кормить, баюкать и оберегать. Поселился рядом с бюрерами, сына которых он тогда спас. В благодарность, они помогали ему, могли посидеть с малышом, пока Леший ходил к барыгам. Контролёр тоже жил неподалёку, а странное это сообщество оказалось вполне пригодным для воспитания малыша. Только однажды он услышал, как пьяный снайпер из «Долга» хвастался, что убил медика из «Свободы».

– Да чего там, поймал в прицел и готово.

– Говорят, она беременная была, – заметил собутыльник.

– А я в живот не стрелял, сразу в голову, чтобы наверняка. Мозги вышиб и всё, готово дело. мутантов плодить тоже не стоит, в Зоне нормальные не рождаются, – таких не исправить.

Леший чуть там его не убил, Бармен всё понял и схватил за руку.

– Не спеши, обдумай, – шепнул он.

А ведь и правда, теперь спешить некуда, рожу он запомнил, лишь бы раньше не убили. С тем и вернулся домой к сыну. Дом… теперь у него вся Зона – родной дом, с малышом и не уйти. Накормил мальчишку, а сам сидит у костра и думает, не идёт тот мерзавец из головы.

– Успеешь, – пронеслось в мозгах, значит, контролёр пожаловал. – Месть должна вылежаться, настояться и созреть. Я помогу, когда всё обдумаешь. Сын у тебя хороший, умный и талантливый, есть ради кого жить.

Разговорились, только без звуков, Леший не телепат, но контролёр мысли и так все понимает. Душевный разговор получился, мутант не дурак и разумный попался, даже философ. А ночью приснилось, что убить того гада будет слишком просто, он и не поймёт, за что. Сыночку пока еды хватает, а он и крысой обойдётся. Утром убил одну палкой, застрогал острый вертел и насадил на него тушку. Та жарится на костре, а у Лешего в голове странная до ужаса мысль появилась. Только непросто это будет сделать, но он сумеет, а друзья помогут.

– Ты забыл про рассылки, – контролёр умный. – Твоя задача, привести его сюда, и ещё, пойдём, у меня мысль появилась.

Леший отправился за мутантом, да и попробуй не пойти, сам поведёт. А тот довёл до места, где рядом с тропой, по которой ходили сталкеры, росла одинокая берёзка.

– Вот на такой высоте режь, – контролёр говорит мыслями, словами ему труднее.

Леший и срезал ножом, да не просто, а застрогал острый кол из тонкого деревца, вроде черенка от лопаты. Невысокий кол получился, но уж какой есть, это контролёр посоветовал. У мутанта свои мысли, у него и план уже созрел в голове.

– Теперь надо появиться в Баре, да так, чтобы про сына твоего узнали, ему кто-нибудь разболтает. Остальное, не твоя забота.

Так и сделал, отправился в Бар с хабаром, чтобы пацану набрать еды, а там на удачу этот снайпер оказался рядом. Набрал Леший в рюкзак, развернулся, а потом, как будто невзначай, тихо сказал.

– Пойду сына кормить, – с тем и ушёл.

Сработала приманка, негодяй решил проследить за ним, если это сын Клавдии, то надо и его убрать, тем более, рождённые в Зоне почти поголовно, мутанты. А Леший шёл, даже не думая, что за ним следят, хотя и догадывался, для того всё и сделал. Вот уже и мимо той берёзки прошёл, уже и домой пришёл, где сынишка играл с маленьким бюрером.

– А где родители? – спросил он у малыша-мутанта.

Говорить тот не умеет, но махнул рукой, мол, ушли куда-то с контролёром. Большеголового проще показать руками. А в это время снайпер остановился, как вкопанный напротив бывшей берёзки. В голове звенело, мысли путались и тело не слушалось. Он бросил винтовку, рюкзак, стал расстёгивать штаны, понимая, что находится под контролем. Только контролёр сильный, ничего против него не сделаешь.

Как только штаны были спущены, а снайпер уже думал, что его собрался насиловать мутант, но тут-то тело взлетело в воздух, а приземлилось аккуратно на импровизированный кол, который контролёр натёр крысиным жиром. Смерть на низком колу намного мучительнее, чем на высоком. От боли ноги стараются поднять тело, но силы заканчиваются, ноги подгибаются и мученье продолжается. Так и промучился негодяй до утра, только потом его нашли сталкеры, но уже всё было кончено.

Распечатка показала, что никто не виноват в его смерти, как будто сам он это всё проделал с собой. А Леший только результат увидел, даже жалко стало, но жалось улетела вскорости, некогда ему жалеть, о сыне надо заботиться.

– Вот с тех пор никто Лешего и не видел, да и пропал давно где-то в Зоне, – закончил рассказчик.

– Жаль, правильный был бродяга, давайте помянем, – предложил другой.

– Нечего живых поминать, – проворчал пожилой сталкер, уже почти задремавший.

– А ты откуда знаешь?

– Виделись, даже у костра вместе сидели, пацан совсем большой уже и умный.

Не рассказывать же ему, как раненого спасли мутанты, а потом отлёживался у костра, который развёл Леший. Седой совсем стал, но не от старости, да и хватило испытаний в его жизни, а что с мутантами дружит, так это его личное дело, они там прямо деревня мутантов. Контролёр, бюреры, даже излом старенький, душевный такой старичок, начитанный. Пусть живут тихо в своей «деревне», они никого не трогают и никому не мешают. Тут Зона, и всё может быть.