Авдотья и Фёдор

Глава 1

ГЛАВА 1

Когда Авдотья и её младшая сестра Дарина были ещё совсем маленькими, их родители предприняли первую попытку завести домашнее животное-друга для своих дочерей...

Крошечный несмышлёный котёнок, которого отец девочек принёс тогда домой, был так настойчиво «обласкан» Авдотьей и Дариной в первый же день своего пребывания в квартире, что взрослые искренне пожалели его и отдали соседям, которые с радостью приняли красивого пушистика в свою семью.

Следующая попытка завести питомца случилась чуть позже, когда Авдотья училась в первом классе. Как-то раз, возвращаясь из школы домой, она совершенно случайно бнаружила под кустами во дворе серую кошечку-подростка... Кошечка тут же откликнулась на её призывный шёпот «кис — кис», пропищав в ответ своё «мяу — мяу». А потом даже позволила взять себя в руки и замурлыкала, доверительно прижавшись к Авдотье.

Поначалу вроде бы всё шло хорошо: родители благосклонно приняли найденного их дочерью котёнка. Мать Авдотьи сразу же тщательно вымыла худую неказистую кошечку в мыльной воде и вытерла махровыми тряпками. А затем накормила её тёплым картофельным пюре на молоке, со сливочным маслом...

Авдотья устроила кошечке уютную постель в старой меховой шапке. А кошка, вдоволь наевшись, тут же забралась в предоставленное ей жилище. Зарывшись носом в шёлковый кроличий мех своего укромного убежища, кошечка уже скоро задремала, тихонько посвистывая и подёргивая лапкой от удовольствия. Авдотья стояла рядом и завороженно рассматривала кошку, не смея прикоснутся к ней, чтобы ненароком не помешать, не потревожить...

А потом кошку назвали Марусей. И это странное, на первый взгляд, имя подошло ей как нельзя лучше. Оно было таким же простым и бесхитростным, как и его владелица.

В отличии от Авдотьи, Дарина, - её младшая сестра, не слишком уж церемонилась с новой жительницей их квартиры. Дарина считала, что главное предназначение Маруськи - это развлечение хозяев. Поэтому Дарина всё время старалась разбудить Маруську, мирно дремавшую в своём меховом домике, и сначала насильно напоить её молоком - "чтобы были силы"! А уж потом заставить ещё сонную кошку исполнять свои «непосредственные обязанности»: играть с ней в догонялки.

Обычно Дарина бегала за Маруськой из комнаты в комнату до тех пор, пока измученная погоней кошка не догадывалась заскочить под один из полированных шкафов на высоких ножках, стоящих вдоль стен в зале, и не забивалась там в какой-нибудь самый дальний угол...

Но и тогда Дарина не успокаивалась. Она брала длинную палку от швабры и настойчиво пыталась «выудить» хитрую Маруську из укрытия.

Авдотья обычно просто снисходительно смотрела на всю эту беготню. Но иногда ей тоже хотелось участия в этой буйной игре. И тогда она предлагала Дарине:

- А давай возить Маруську по полу, как на санках, но в коробке из-под обуви?

- А давай! - живо откликалась Дарина.

Сёстры брали прямоугольную картонную коробку, проделывали в ней дырки, протягивали через них банты или верёвки, и сани были готовы!Авдотья и Дарина сажали туда Маруську и начинали «катать» несчастную кошку в этом странном транспортном средстве по всем трём комнатам и длинному коридору, - до самой кухни и обратно...

Бегали сёстры довольно-таки быстро. К тому же, они периодически сменяли друг друга на поворотах, чтобы повозка не "простаивала" ни секунды и кошка Маруська в полной мере "прочувствовала" всю прелесть скорости передвижения.

Наверное, Маруська была совсем не рада такому развлечению и у неё кружилась голова от интенсивной езды в картонных санях из обувной коробки. Поэтому периодически Маруська предпринимала хитрые попытки ретироваться. Но сёстры тут же догоняли убегающее от них животное, хватали за лапы и, смеясь, водружали обратно в повозку. Когда девочки уставали, то вконец «укатанная» Маруська выбиралась из коробки и, пошатываясь, шла в кухню - лакать воду из своей миски...

Глава 2

ГЛАВА 2

Родители Авдотьи и Дарины очень хорошо относились к новой жительнице их квартиры - кошке Маруське. Они баловали её вкусной едой, а иногда даже разговаривали с ней, как с человеком, тем самым как-бы убеждая и кошку, и самих себя, что теперь она - полноправный член их семьи.

Как-то раз, ради веселья своих дочерей, родители даже изготовили Маруське игрушечный паспорт из плотных альбомных листов: они аккуратно обрезали их по размеру и сшили нитками на сгибе.

На первую страницу этого «документа» была помещена цветная фотография Маруськи, которую, для пущей привлекательности, ещё и густо обвели ярким красным фломастером. На следующей странице паспорта было указано имя, отчество и фамилия кошки-гражданина: она значилась, как Маруся Уфимовна Полосатова. Далее шли: место рождения кошки - как название их города и полный адрес её теперешней регистрации.

Родители горделиво радовались своему изобретению: они смеялись и дурачились, как дети, показывая Маруське её кошачий паспорт. Но Авдотье всё это показалось достаточно странным и не интересным...

Авдотья понимала, что, таким образом, её родители хотели подтвердить следующее: Маруська принята в их семью и является полноценным членом их маленького общества. Но особого восторга по этому поводу Авдотья почему-то пока что не испытывала: может быть, она просто ещё не успела «как следует» полюбить маленькую и невзрачную кошечку-подростка. Или же, наоборот, - Маруська ещё не смогла по-настоящему привязаться к Авдотье, и эта внутренняя отчуждённость чувствовалась ими обеими. Девочка и кошка пока что не были достаточно близки, несмотря на «общую территорию» их проживания...

Глава 3

ГЛАВА 3

А однажды, поздней осенью, вся семья людей - мать, отец, Авдотья и Дарина, отправилась в лес. Они и не думали брать Маруську с собой.

Но каким-то образом хитрая вездесущая Маруська умудрилась незаметно "просочиться" в дверь, вслед за своими людьми. А люди, занятые разговорами, обнаружили нежелательный «хвост» не сразу, а только некоторое время спустя, - когда они находились уже достаточно далеко от своего дома...

- Мам, пап, пожалуйста, пусть Маруська останется с нами, - заныла Дарина, - она ведь тоже гулять хочет!

- Тогда уже бери её на руки и неси, - решили родители.

- Марусь, Марусь, иди сюда, - позвала кошку Дарина и, проворно подхватив нерешительное животное, поместила его к себе на плечо.

Всю дорогу до леса, а потом и в самом лесу, Маруська вела себя достаточно беспокойно: испуганно озиралась по сторонам, жадно вдыхала незнакомые резкие запахи диких растений, и, по-видимому, от волнения, периодически издавала протяжные жалобные звуки.

А иногда, завидя какой-нибудь большой лист, пролетающий рядом, Маруська резко дёргалась и пыталась вырваться из объятий Дарины. Но Дарина была начеку и крепко удерживала кошку в нобходимом положении...

Но чем дальше люди заходили в лес, тем более нервной и даже агрессивной становилась Маруська. Она глубоко впивалась своими когтями в плечо Дарины. А та, вконец измученная Маруськиной суетой, наконец, опустила капризную кошку на землю: "Если Маруська так хочет, - то пусть бежит рядом!"

И действительно, Маруська ещё некоторое время прилежно семенила позади группы "её людей", медленно идущих по лесной дороге.

Дул пронизывающий осенний ветер, и шерсть на спине Маруськи стояла дыбом. А заметив для себя какую-нибудь мнимую опасность, Маруська принимала угрожающую, но в то же время и оборонительную позу: она изгибала спину дугой, при этом её шерсть топорщилась ещё больше, а её тонкий хвостик начинал судорожно подрагивать...

Авдотья и Дарина уже предприняли несколько попыток поймать свою перепуганную кошку, но они не увенчались успехом. Хитрая Маруська каждый раз догадывалась о помыслах сестёр и при их приближении молниеносно отскакивала, пряталась за деревьями.

- Пусть идёт сама, раз ей так хочется, - наконец заметила мать, и сёстры оставили Маруську в покое...

Глава 4

ГЛАВА 4

Люди неторопливо продолжили свой путь, лишь изредка оглядываясь, чтобы удостовериться, что Маруська успевает вслед за ними.

Тем не менее, улучшив удобный момент, беспокойная Маруська каким-то образом, умудрилась залезть на дерево. Зачем она сделала это? Возможно, она заметила на его верхних ветках крупное воронье гнездо, и оно чем-то заинтересовало её...

Быстро вскарабкавшись на довольно приличную высоту по стволу гибкого стройного клёна, Маруська попыталась было спуститься обратно, но тут вдруг оказалось, что у неё нет для этого нужных навыков. И кошка "застопорилась". Она внимательно посмотрела вниз и вдруг осознала весь ужас своего настоящего положения. Не зная, что делать дальше, Маруська начала истерично мяукать, призывая на помощь "своих людей".

- Маруська наша, что ли, так дико орёт? - заметила Дарина, услышав громкий вой маленькой кошки.

- Наверное, она! Кто же ещё? - подтвердила мать. - Пойдёмте искать! Может, свалилась куда?

И люди пошли обратно, ориентируясь по звуку кошачьего голоса. Наконец, они обнаружили свою Маруську «прилипшей» к гладкому стволу достаточно высокого клёна, который, к тому же, сильно раскачивался под порывами холодного осеннего ветра.

- А вот же она, красавица наша! Висит, как груша! - проговорил отец, указывая пальцем на несчастную, перепуганную Маруську.

- Марусь, давай-ка, слезай потихоньку! - предложила ей мать.

Но Маруська в ответ издала очередной истошный вопль, по-видимому, просящий о спасении.

Маруська, вися на дереве, хорошо видела «своих людей" и слышала их призывы. Но она не умела спускаться! Поэтому, подгоняемая лютым животным страхом, она делала то, что пока ещё могла, а именно - продолжала лезть наверх.

Гладкий ствол клёна по мере её продвижения становился всё тоньше и гибче, а поэтому всё сильнее раскачивался на ветру. И в какой-то момент, видимо, окончательно обезумев от испуга, кошка остановилась и замерла, как парализованная, не в силах предпринять что-либо ещё.

- Маруська, спускайся к нам, - кричали ей снизу люди, побуждая к действию.

Но кошка лишь раскачивалась из стороны в сторону вместе с тонким стволом клёна, крепко вцепившись в него всеми своими когтями.

- Маруська, нам уже домой пора, - темнеть начинает, - пытались вразумить её люди.

Но ошарашенная Маруська оставалась на своём месте.

- Всё, хватит её упрашивать, пошлите отсюда, - наконец решил отец, -она увидит, что мы уходим, и спустится сама.

- Правильно, - поддержала его мать, - сколько тут можно без толку перед ней распинаться?

И люди медленно пошли по дороге, - в том направлении, откуда пришли.

А Маруська, наблюдая за их действиями сверху, вдруг опять завыла от страха. Кошка напрягала все свои голосовые связки, и так призывно мяукала, что люди сжалились над несчастным животным и вернулись обратно.

Быстро темнело... Люди ещё несколько раз попытались напугать Маруську своим показным уходом. Но молодая неопытная кошка так и не смогла спуститься.

Каждый раз, внимательно наблюдая за удаляющимися по дороге людьми, она только ещё громче выла, - наверное, уже из последних своих сил.

Наконец, отец семейства не выдержал и сказал, что ему, наверное, всё же придётся лезть за Маруськой, - другого выхода, кажется, нет!

- А я - категорически против этого! Потому что дерево - довольно тонкое! Ещё не хватало, чтобы ты сорвался вниз и покалечился из-за её дури? - возмутилась мать.

- И что ты предлагаешь? Оставить её здесь? - парировал отец.

- Даже и не знаю...

- Оголодает, так и сама через какое-то время спустится, как миленькая, - высказалась Авдотья.

- Давайте я за ней полезу? - вдруг предложила Дарина. - Я же самая лёгкая?

- Я тебе полезу! - пригрозила ей мать, - вот только ещё не хватало, чтобы ты себе все кости переломала из-за какой-то глупой кошки.

- Эх, да что зря рассуждать? Делать больше нечего, - придется её снимать, - вздохнул отец, снял куртку, отдал матери. Он подошел к дереву и, уперевшись в ствол, постоял немного, как-бы оценивая свои силы. Затем, уцепившись руками за нижнюю ветку, он подтянулся и начал карабкаться по стволу вверх.

- Ботинки, ботинки бы снял! - кричала ему снизу мать, - Подошва как проскальзывает! Крепче держись!

Гнулось тонкое дерево, ломались ветки под весом взбирающегося по ним человека. Всё так же истошно выла от страха маленькая кошка Маруська, раскачиваясь из стороны в сторону на самом верху.

А мать призывала отца прекратить всю эту «опасную эквилибристику», не подвергать себя опасности и вернуться обратно.

Так или иначе, но всё это рисковое предприятие закончилось благополучно: Маруська была спасена.

А усталый отец, с ободранными в кровь ладонями, ещё некоторое время сидел на жухлой траве и внимательно рассматривал молодой клён, с которого он только что спустился. Он удивлялся своей неоправданной смелости и тому, как ствол такого, казалось бы, тонкого дерева, всё ж таки смог выдержать его вес и не сломаться?

Обратно в город шли молча. В авангарде группы следовала мать, за ней - отец. Он немного приволакивал правую ногу, повреждённую при спасении взбалмошной кошки, но очень старался, чтобы этого никто не заметил.

Далее Дарина несла «на себе» уставшую, но уже немного успокоившуюся Маруську. Замыкала группу Авдотья, которая с явным неудовольствием поглядывала на «противное вредное животное» на плече своей младшей сестры.

С того памятного дня Авдотья уже почти не обращала внимания на неприглядную и к тому же, явно - глупую, по её мнению, кошку. И только Дарина иногда ещё игралась с Маруськой, да и то, - без особого задора или интереса, а скорее всего просто по-привычке.

Так случилось, что когда Маруська вдруг пропала из дому, то, кажется, никто из семейства и не огорчился. Куда она подевалось, так и осталось тайной...

Возможно, непоседливая кошка незаметно проскочила за дверь, когда кто-нибудь из домочадцев выносил мусор или же перелезла по балкону к соседям, а от них - куда-нибудь ещё дальше...

Несколько раз Дарина с Авдотьей искали Маруську во дворе, но скорее - для порядка, а не из-за острого желания «найти и вернуть». Мать также попыталась внести вклад в поиски кошки и расклеила по всей округе объявления, в которых предлагалось некоторое вознаграждение за возвращение пропавшего питомца. Но всё было тщетно. Взбалмошная Маруська исчезла навсегда...

Глава 5

ГЛАВА 5

А вскоре в семье опять появилась кошка. На этот раз взрослая и совсем не «дворняжка», а благородной сиамской породы. Её предложили отцу какие-то его дальние знакомые.

Кошку звали очень красивым, но немного странным для животного, именем Юлия. Юлия была удивительно изящна и грациозна, как и подобает истинной леди «голубых кровей». Её короткая бежевая шёрстка, «волосок к волоску» сверкала, как снег, когда она величественно восседала на подоконнике, греясь в лучах редкого, но яркого зимнего солнца. Все четыре лапы кошки, хвост и некоторая часть мордочки были окрашены в тёмно-коричневый цвет, что добавляло облику Юлии загадочности и некоего шарма.

Что же касалось характера новой кошки, то он оказался просто отвратительным. В её прекрасных светло-серых глазах на самом деле таилась какая-то жестокая злоба дикого зверя. И когда кто-нибудь из домашних вдруг приближался к кошке, желая просто погладить её, она угрожающе шипела, показывая всем своим видом, что не желает подпускать людей к себе.

А когда Юлии становилось скучно, она начинала скакать и бегать по всей квартире, запрыгивая по пути своего стремительного движения на столы, комоды и шкафы. Иногда, наверное, от переизбытка чувств, кошка цеплялась за шторы и лезла по ним вверх, оставляя своими острыми когтями крупные затяжки на гладком шёлковом полотне.

Но если кто-то из домашних, заметив подобные бесчинства кошки, пытался поймать её, чтобы хоть как-то предотвратить порчу домашнего имущества, Юлия агрессивно оборонялась: царапалась и кусалась.

Иногда "загнанная в угол" Юлька показывала чудеса эквилибристики: молниеносно, как скалолаз, она взбиралась до самого потолка, - прямо по отвесной стене, дырявя твёрдые бумажные обои своими крепкими когтями-иголками. Уткнувшись головой в потолочное перекрытие, кошка на некоторое время «зависала» на этой предельной высоте, издавая громкие устрашающие звуки. Но через некоторое время она срывалась со стены и летела вниз, пугая хозяев своими растопыренными лапами и опасными когтями, способными нанести серьёзные увечья любому, кто окажется поблизости.

В конце концов, все члены семейства пришли к выводу: Юльке не место в их доме, а поэтому нужно как можно скорее вернуть этот "ценный подарок" прежним хозяевам...

Глава 6

ГЛАВА 6

На этом эпопея с домашними животными должна была бы уже и закончиться, так как никто в семье теперь не помышлял о новом питомце.

Но однажды, поздней осенью, Дарина обнаружила перед дверью в квартиру маленького полосатого котёнка. Котёнок лежал на бетонном полу, свернувшись плотным калачиком, и не подавал никаких видимых признаков жизни: не шевелился и не пищал. Дарина аккуратно подцепила подкидыша двумя пальцами и, удостоверившись, что он ещё тёплый, занесла в свою квартиру...

Дарина поместила котёнка на газеты, только что взятые из почтового ящика, - то, что первым пришло ей на ум и было под рукой, и пододвинула окоченевшего бедолагу как можно ближе к жарким чугунным радиаторам.

Придя из школы, Авдотья сразу же заметила серый меховой комочек, тихо лежащий возле отопительного прибора в их с Дариной комнате.

- Надо же, - котёнок! Ты, что ли, принесла? - удивлённо вскинув брови, спросила она младшую сестру.

- Нам под дверь его кто-то подкинул. Ну, или он сам приполз... А я как только его увидела, подумала: "Какой же он крошечный! И вообще - живой ли он?" Потом пощупала его... Вроде оказался тёплый, а значит - живой! Вот, занесла к нам, - отогреваться. Даже и не знаю, сколько времени он на холодном бетоне провалялся. Но вдруг, всё же, оклемается? Как думаешь?

- Не знаю, всё возможно, - пожала плечами Авдотья, пристально рассматривая жалкого найдёныша. - Молока бы ему нагреть?

- Конечно! Я - сейчас! Только какую-нибудь тарелку для этого дела подходящую подберу, - тут же встрепенулась Дарина.

- Да любое блюдце возьми - и нормально будет...

Вскоре Дарина принесла в двух разных посудинах: тёплого молока и чистой воды из под крана, - новому коту "на выбор".

Но измученный холодом котёнок не проявлял интереса ни к предложенному питью, ни к суетящимся вокруг него людям. Видимо, он настолько промёрз, лёжа до этого на бетонном полу, что пока не имел сил, даже чтобы пошевелиться. Он просто тихо лежал под чугунной батареей, поглощая и впитывая своим маленьким тельцем её тепло.

А сёстры обмазали рот котёнка жирным молоком, в надежде, что его приятный запах хоть как-то растормошит заторможенного найдёныша. Но никакой видимой реакции с его стороны не последовало...

- Давай, наверное, оставим его в покое, раз он ничего не хочет? - в конце концов решила Авдотья.

- Молоко убирать не будем?

- Вот именно! Пусть оно стоит рядом и пусть он сам его нюхает, без нашего участия. Глядишь - понравится?

И сёстры отошли от котёнка, занявшись своими домашними делами...

Глава 7

ГЛАВА 7

Удивительно, но маленький тщедушный котёнок, испытавший сильнейшее переохлаждение, каким-то образом всё-таки сумел выжить и оклематься. А через несколько дней он уже стал самостоятельно подходить к блюдцу, стоящему на полу комнаты девочек и издавать пусть и слабые, но требовательные звуки. Таким нехитрым способом найдёныш предлагал людям налить себе молока...

А ещё котёнок очень полюбил комнатную батарею, возле которой его разместили с самого начала, и предпочитал не отходить от неё слишком далеко. А если на жаркой чугунной конструкции сушились носки или полотенца, котёнок упорно карабкался на них. Заметив мучительные потуги кота, Авдотья поднимала его на подоконник. Но кот упрямо сползал обратно на батарею и пристраивался на белье, - под подоконником.

Дышать в этом узком промежутке пространства, наверное, было совсем нечем, - батареи в квартире обычно жарили так, что часто приходилось держать форточки открытыми. Но котёнок, видимо, сполна натерпевшись холода в своей "предыдущей" жизни, упорно желал тепла...

- Ведь сварится заживо, глупая животина! - заметила как-то Авдотья, обеспокоенная настойчивым стремлением нового котёнка к своему удушающему укрытию.

- Не беспокойся, у него же есть шерсть? - возразила ей рассудительная Дарина.

- Шерсть… это, конечно, хорошо. Но я вот смотрю на него, а он распластается сверху батареи, как лягушка, и не шевелится, - вот и пойми: дышит ли он вообще?

Дарина деловито ощупала тщедушное мягкое тельце котёнка, улыбнулась:

- Да нормально всё, - просто слишком теплолюбивый кот нам попался в этот раз! "Подвальничек"!

- Почему "подвальничек"? - рассмеялась Авдотья.

- Потому что он беспородный… кажется. Ну, простой котёнок, из подвала, "подвальничек".

- Ну и ладно. Зачем нам порода? Лишь бы он хороший был, добрый, не злобный!

Глава 8

ГЛАВА 8

Люди назвали маленького подкидыша звучным и благородным именем Фёдор. Возможно именно это доброе старинное имя в какой-то мере и определило в дальнейшем покладистый и миролюбивый характер кота.

Через некоторое время Фёдор стал пробовать разную человеческую пищу: жидкое картофельное пюре, молочную кашу, варёные яйца, зелёный горошек из банки. А потом люди стали покупать ему и кошачий корм.

Фёдор рос ласковым и благодарным котом. Выказывая своё внутреннее уважение к хозяевам, он старался, по-возможности, и развлекать их, как и положено любому хорошо воспитанному питомцу!

Ночью Фёдор обычно покидал своё «насиженное» место возле тёплой батареи и неуклюже карабкался по покрывалам или одеялам, - на кровать какой-либо из сестёр.

Взобравшись наверх, Фёдор начинал ходить по кровати - взад и вперёд, пока не примечал самого удобного для себя места. Потом он долго укладывался, умащивался в мягких одеялах, и, наконец, немного успокоившись, сворачивался клубочком и мурлыкал свой счастливой избраннице бесконечные тягучие песни...

Чаще всего внимания Фёдора почему-то удостаивалась Авдотья. Возможно, котёнок интуитивно чувствовал, что она - старшая, а значит, более значимая, главная, и поэтому отдавал предпочтение именно ей. А может, дело было не только в этом...

Но иногда, возмущённая такой "вопиющей несправедливостью" Дарина вскакивала со своей кровати, и, громко смеясь, пыталась отыскать "бессовестного предателя" среди постельных принадлежностей сестры. Авдотья обычно никак не противостояла таким весёлым дурачествам Дарины, котоая, найдя Фёдора, хватала его на руки и кружила вместе с ним по тёмной комнате.

- Даря, ну хватит тебе, - покалечитесь оба. Быстро отпусти Федьку! - предупреждала Дарину Авдотья.

Но Дарина не слушала её и продолжала свои полуночные танцы.

Иногда Авдотья вступала в шуточную битву за кота и прямо на лету хватала Фёдора за задние лапы, пытаясь отобрать питомца у младшей сестры. Но Дарина вовсе не собиралась сдаваться и, не желая отдавать свою "игрушку", тянула котёнка на себя.

Потасовку между сёстрами, как правило, прекращала мать. Заслышав слишком громкую возню в комнате девочек, она шла "на звук". А обнаружив Фёдора в руках у своих взбалмошных дочерей, вызволяла его из плена.

- Совести у вас нет! Вы ж так кота на части разорвёте! Хоть ночью дайте ему отдохнуть, - совсем заиграли, замучили. Кто такое выдержит? -укоризненно говорила она и уносила "спасённого" Фёдора к себе в спальню.

Глава 9

ГЛАВА 9

Неторопливо проходила снежная и вьюжистая зима. Найденный Дариной котёнок креп и поднимался, как "на дрожжах", заметно увеличиваясь в размерах. Несмотря на свою, казалось бы, не совсем лёгкую жизнь «меж двух огней», необидчивый Фёдор рос весёлым и умным котом.

Со временем Авдотья выучила Фёдора подавать лапу, - по команде, как это умеют делать, например, собаки. Удивительно, но кот, кажется, научился понимать даже значение человеческих слов, как уверяла всех домашних Авдотья, - потому что подавал именно ту лапу, которую она требовала: левую или правую...

Авдотья искренне восторгалась умственными способностями своего воспитанника и щедро награждала Фёдора яствами, которые он особенно любил. Завидя вкусные угощения, Фёдор начинал истошно мяукать, требуя поскорее отдать ему его награду. Авдотья же, наоборот не торопилась, а медленно поднимала предлагаемую коту еду на вытянутой руке, заставляя Фёдора подпрыгивать всё выше и выше. Фёдор начинал нервничать, откровенно недоумевая, почему с ним так "нехорошо" поступают. От расстройства кот начинал мяукать ещё громче, показывая своей непонятливой хозяйке, что и у него есть предел терпения.

И Авдотья, наконец-то, кидала в его миску варёное яйцо и с интересом наблюдала как быстро Фёдор разделывается с ним: урча и постоянно перемещаясь вокруг тарелки. От радости и возбуждения, Фёдор затем ещё долго не мог успокоиться: он путался в ногах у Авдотьи, обволакивая их своим пушистым хвостом. Авдотья в ответ наклонялась и похлопывала кота по спине. И кот изгибался, поднимал свой пушистый хвост как можно выше, показываясь хозяйке во всей красе.

А потом Авдотья шла в комнату, - учить уроки. И Фёдор, смешно подпрыгивая, семенил за ней, стараясь не отставать от своего "большого друга".

Авдотья садилась к столу - читать книжку. И Фёдор ту же запрыгивал на стол, устраивался поудобнее и, не отрывая взгляда, смотрел на свою хозяйку большими круглыми глазами.

Авдотья старалась как можно дольше не замечать пристального взгляда Фёдодра. Но через некоторое время всё же не выдерживала и поднимала голову от чтения. Фёдор же по-своему, по-кошачьи "вскрикивал" от счастья и бросался на шею к своей хозяйке. Он крепко обнимал её своими толстыми лапами, тыкался розовым носом в её волосы, как-будто стараясь спрятаться в них, и громко, изо всех сил мурчал.

Глава 10

ГЛАВА 10

Пришла весна. Фёдор возмужал и превратился в крупного полосатого кота с большим пушистым хвостом и жёсткими усами, устрашающе торчащими в разные стороны. Но его излишняя резвость и весёлость, конечно же, выдавали его ещё совсем юный возраст.

Дарина очень любила гладить и мять, как какую-нибудь игрушку, гибкое и мягкое тело своего питомца, - особенно тогда, когда смотрела телевизор.

А Фёдор не вредничал. Кот не был "против" и даже, по-своему, наверное потворствовал такому насилию со стороны своей младшей хозяйки, - он никогда не выказывал своего недовольства: не вырывался из её рук, не кусался и не царапался.

- Ты только посмотри, какой покладистый? - удивлялась Дарина, обращаясь к Авдотье. - Какая-то прямо-таки неописуемая доброта! Такого прекрасного кота у нас ещё не было?

- Да уж, Фёдор - великолепный во всех отношениях, тут не поспоришь, а я вот ещё думаю, почему он такой крупный? Разве коты такими вырастают? Ты посмотри на его лапы. Это же не кот, это же рысь какая-то, - качала головой Авдотья.

- Разъелся, повзрослел, - гордо замечала Дарина, поглаживая Фёдора по животу.

- И он же не просто толстый, а именно - мощный, скажи ведь?

- Да, - настоящий Геракл среди котов!

А Фёдор про себя знал, что сёстры говорят именно о нём, поэтому счастливо и самодовольно улыбался. Чтобы усилить благоприятное впечатление и показать себя во всей красе, Фёдор картинно потягивался "на публику", а потом зевал, обнажая свои острые белые клыки.

Глава 11

ГЛАВА 11

Время двигалось к лету. И по ночам Фёдор стал вести себя слишком уж беспокойно. При свете луны Фёдор запрыгивал на подоконник, и напряжённо всматривался в, казалось бы, непроглядную тёмную мглу за окном. Он внимательно и вдумчиво прислушивался к резким крикам котов или кошек на улице, поводил ушами в разные стороны, нюхал волнующий весенний воздух, плывущий в комнату из открытой настежь форточки. При этом шерсть на его загривке вставала дыбом, а кончик хвоста нервно подрагивал...

Иногда, наверное, от излишнего перевозбуждения, и от того, что кот не знал, куда направить свою бурлящую внутреннюю энергию, он вдруг начинал грызть домашние цветы... А цветов на подоконнике было много. Они располагались в блестящих глиняных горшках, стоящих рядком. И кот с остервенением вгрызался в жёсткие стволы раскидистых зелёных молочаев. А из образовавшихся на их стеблях ран тонкими струйками стекал едкий молочный сок.

- Отравишься же, дурень! Что ты творишь? - укоряла Фёдора Дарина, пытаясь оттащить кота от растений. Фёдор сначала сопротивлялся, но потом, видимо понимая, что это бесполезно, делал вид, что покорился...

Но через какое-то время кот снова принимался "за своё дело" и врезался острыми клыками в беззащитные растения. Иногда, раззадоренный этим своим увлекательным занятием, Фёдор, к тому же, начинал рыть землю в цветочных горшках и расшвыривать её по подоконнику или вниз, на пол.

- Надо бы нашего Фёдора уже и на дачу вывозить, - как-то заметила мать, - слишком уж сильно волнуется, беспокойный стал. А вот на природе ему будет хорошо, вольготно: вокруг травка молодая зелёная, цветочки, птицы поют, мышки бегают. Глядишь, и с соседними котами подружится, "зазнобу" по сердцу себе найдёт...

- Что ж, мысли хорошие. "Переноску" ему придумаю. А в следующие выходные сей уже совсем взрослый "скот" поедет с нами на дачу, - согласился с ней отец.

Внимательный Фёдор, заслышав разговор о себе, спрыгнул с окна и стал тереться о ноги своих хозяев.

- Что, Федька? На волю хочешь? Возьмём, - скоро уже! На машине повезём, только ветер в ушах засвистит! - улыбнулся отец, поглаживая преданно смотрящего на него питомца.

Глава 12

ГЛАВА 12

А потом люди привезли кота на дачу и выпустили на участок. И Фёдор не испугался незнакомых мест, не стал искать какие-нибудь укрытия и пытаться спрятаться.

Смелый Фёдор сразу же распушил свой хвост и резво побежал по узкой бетонной дорожке, ведущей к дому. Но уже на середине пути кот вдруг бесстрашно "нырнул" в шелковистое травяное море, а через некоторое время "вынырнул" уже в другом месте - ближе к забору.

- Молодец, Фёдор! Давай, дерзай, - подбадривала его Дарина.

А кот только мельком оглянулся на её крик и сразу же устремился ещё дальше, — в самую глубь садового участка, поближе к зарослям кустов и деревьев. Вокруг него происходило так много всего интересного и необычного: щебетали птицы, прыгали лягушки, куда-то спешили блестящие чёрные жуки. И это бесконечное многообразие движения так удивило и заинтересовало Фёдора, что он позабыл даже про своих хозяев.

В волнительной суете и новых впечатлениях прошёл его первый - такой прекрасный и длинный дачный день...

Но вот огромное красное солнце скатилось за горизонт, стало темнеть. Застрекотали, защёлкали в зарослях молодого папоротника суетливые ночные насекомые. И вся семья собралась за ужином на просторной застеклённой веранде. Тут же на пороге веранды показался и Фёдор.

- Ну, что, Фёдор, набегался, утомился? Иди, хоть поешь немного, бедолага! - ласково заметила мать и указала коту на его "стол".

И Фёдор важно и неторопливо прошёл к тому месту, где уже стояли для него плошки с водой и едой. Он начал жадно пить, как-будто бы даже похрюкивая от удовольствия. Потом кот наскоро поел и тут же отправился внутрь дачного домика - обследовать его внутренние помещения...

"За спиной" Фёдор услышал смех и говор "своих людей". И почувствовал, что люди говорили именно нём, обсуждали его! Но кот мудро решил не обращать на них ни малейшего внимания, так как сейчас у него были дела и поважнее общения со "своими людьми"!

Наступила ночь. И люди притихли, успокоились, а потом стали расходиться по своим комнатам...

Фёдор оценил обстановку: Авдотья и Дарина расположились спать на первом этаже. А его "старшие люди" пошли наверх. И Фёдору почему-то нестерпимо сильно захотелось знать что там? Дальше? Поэтому кот долго и вопросительно смотрел на них, надеясь, что они заметят его безмолвную просьбу, и возьмут с собой. Но этого не случилось...

Обиженный Фёдор, немного покружив по кухне, попытался было "взять с налёту" слишком крутую металлическую лестницу, ведущую на второй этаж, но, преодолев всего две ступеньки, не удержался, и кубарем скатился вниз.

Потерпевший фиаско кот логично рассудил, что сейчас эта лестница, наверное, слишком уж серьёзное препятствие для него и поэтому пока что стоит оставить её в покое. Затем, уже совершенно обессиленный, Фёдор заснул прямо на плиточном полу...

Глава 13

ГЛАВА 13

Утром Авдотья проснулась от того, что кто-то настойчиво её тормошил. Она нехотя повернулась и увидела Фёдора, смотрящего на неё в упор.

- Федька, не мешай, отстань, - промямлила Авдотья и закрыла глаза, намереваясь ещё хоть немного подремать.

Но Фёдор был непреклонен. Он требовательно касался лапой её запястья, лизал её ладонь своим мокрым шершавым языком. А полусонная Авдотья всё отдёргивала руку, не желая замечать настойчивого внимания своего неугомонного питомца.

Вконец измученный таким хозяйским равнодушием, Фёдор прибег к более действенным мерам: он вцепился зубами в одеяло и с силой потянул на себя, старательно пытаясь стащить его с кровати.

- Ну что тебе надобно, буйный кот? - недовольно спросила Авдотья, привстав на локте.

А Фёдор гордо сидел на полу, картинно выложив свой пушистый хвост полукругом, поверх белых лап, и выжидающе смотрел на Авдотью.

- Пить, что ли, захотел? Есть? Ещё чего-нибудь?

Фёдор наклонил свою довольную морду поближе к полу, как-бы показывая Авдотье: "Ну посмотри же сюда, хозяйка!"

Авдотья наконец-то взглянула на то место, куда указывал Фёдор и ахнула от удивления: на полу, прямо возле её кровати, лежала тушка какой-то птицы. Голова этой несчастной птицы уже была свёрнута набок и торчала перпендикулярно её телу.

- Ты, что ли, принёс? Фу, какая гадость! - возмутилась Авдотья.

В спальню девочек заглянула мать:

- Что тут случилось?

- А вот, посмотри, что у нас Фёдор творит! - пожаловалась Авдотья, - принёс мне дохлую птицу и настаивает, чтобы я её взяла...

- Ну и что же? Это значит, что Фёдор тебя больше всех любит! Поймал птицу - принёс тебе. То есть, если анализировать эту ситуацию по звериным законам, то он делится добычей именно с тобой, отдаёт тебе самое дорогое!

- Фёдор умеет охотиться, - зашевелилась в своей постели разбуженная разговорами домочадцев Дарина, - надо же, а кто его научил?

- Да никто его не учил. Это, наверное, врождённый инстинкт такой, - предположила мать.

- Поразительно! - восхитилась Авдотья.

- А ты, красавец, лучше бы мышей ловил, всё толку больше, -нравоучительно заметила мать, обращаясь к Фёдору.

Фёдор понимающе посмотрел на неё и на сестёр, а потом важно вышел из комнаты. Его миссия была окончена: он добыл еду для людей и принёс её в дар. А что с ней делать дальше - это теперь их дело! Они вольны распоряжаться его даром по своему усмотрению...

С того памятного утра, когда Фёдор принёс Авдотье свою первую дичь, люди стали частенько находить мёртвых мышей или птиц, аккуратно выложенных на бетонной дорожке, ведущей к уличному душу. Пойманных и придушенных ночью животных понятливый Фёдор теперь всегда оставлял на улице, - в комнаты свои трофеи больше не нёс...

Глава 14

[ГЛАВА 14]

Обычно люди уезжали со своей дачи к концу выходных. На первых порах они всегда старались забрать Фёдора с собой. Но кот, видимо, настолько полюбил "свой" дачный участок и так хотел остаться на нём, что, заслышав звук заведённого мотора хозяйской машины, сразу же прятался в кустах, под железными баками для воды или в каком-либо другом укромном месте.

Если непонятливые люди всё-таки ловили кота и сажали его в специальную клетку для перевозки, то он очень огорчался: в отместку на такое насилие Фёдор громко выл всю дорогу до дому.

- Федька, ну хватит тебе? Что ты как маленький себя ведёшь? Стыдно же! - убеждала кота Авдотья.

Но Фёдор категорически не замечал хозяйских увщеваний и продолжал "напевать" свою заунывную, тягучую мелодию.

Дарина тоже начинала петь какую-нибудь песню, пытаясь перекричать Фёдора.

- Даря, ну хватит тебе издеваться над животным? - совестила её Авдотья.

- А ты лучше пой вместе с нами, - смеясь, отвечала Дарина, и продолжала соревноваться с котом в песнопениях.

По приезду "переноску" с Фёдором выгружали из машины и заносили домой...

По квартире Фёдор ходил понурый и печальный, всем своим видом показывая хозяевам свои страдания. От огорчения он почти переставал есть и пить. А если мимо окна пролетала какая-нибудь "крупная дичь", - ворона или голубь, кот с разбегу заскакивал на деревянные перекладины открытой форточки и долго стоял там, покачиваясь и балансируя, возбуждённо нюхая воздух...

- Фёдька, ну что ты творишь? Высоко же, - свалишься, разобьёшься в лепёшку! И останется от тебя только мокрое место, — шутливо говорила ему Авдотья и, схватив кота за толстые задние ляжки, силой стаскивала его вниз, на подоконник.

Фёдор, насильно скинутый со своего "пьедестала", осуждающе смотрел на Авдотью, а затем прятался под диваном, не желая ни с кем общаться.

А через некоторое время людям надоело бороться с упорством их упрямого питомца и они стали оставлять Фёдора на дачном участке, - одного, на несколько дней между выходными.

Фёдор был несказанно рад обретённой, а точнее, - завоёванной свободе. Теперь, в отсутствии "своих людей" Фёдор ощущал себя полноправным хозяином собственной территории, на которой располагался огромный и разнообразный мир: высокие и шуршащие от ветра деревья, уходящие своими верхушками куда-то далеко в небо; заросли приторно-пахнущих цветов; кирпичный дом, заросший виноградником и бесконечное количество всяких других интересных и загадочных предметов, на обследование которых у кота пока ещё просто не хватало времени...

Фёдор скоро подружился со всеми соседскими котами и кошками. Но он не терпел долгого присутствия "чужаков" на своём участке, допуская их в гости лишь изредка, - только тогда, когда у него случалось подходящее настроение.

Обычно Фёдор встречался и "разговаривал" с соплеменниками на плоской крыше "своей" кирпичной бани, под куполом корявых веток, свисающих с могучих старых яблонь. Насытившись беседой, Фёдор давал понять гостю, что "сеанс общения" закончен и ему пора бы уже убираться восвояси...

А когда приезжали "свои люди", Фёдор сразу же забывал о своей важности и стремглав бросался к воротам, в которые въезжала их машина. Восторженно встречая людей, которые один за другим появлялись из распахнутых дверей автомобиля, кот громко мурчал, а чаще - надрывно мяукал, показывая всю свою неописуемую радость.

Завидя Авдотью, Фёдор тут же запрыгивал к ней на руки и возбуждённо рассказывал на своём кошачьем языке, - иногда даже захлёбываясь и сбиваясь от волнения, обо всём, что произошло с ним за неделю. Кот описывал своей хозяйке, как он здесь жил, с кем общался, какая стояла погода, сколько больших мышей он поймал и аккуратно сложил в холодок - на сырой пахучий мох, в самую тень, возле предбанника...

- Всё поняла, молодец, ты - наш герой, - хвалила кота Авдотья и опускала на землю.

Но Фёдор не успокаивался и всё ходил возле неё, ласково обволакивая хвостом её голые ноги, таким способом настойчиво приглашая пройти за ним, чтобы по достоинству оценить его добычу.

- Ну что, Федька, есть-то будешь? Или не мешать? - хитро спрашивала мать, выкладывая кошачью еду из пакетов в большую металлическую миску.

И тогда Фёдор отвлекался от Авдотьи, подходил к своему "столу": ел и пил с чувством достоинства и выполненного долга. Кот понимал, что вкусные яства достаются ему по жизни не просто так, - он зарабатывает их своим честным трудом. Ведь в отсутствии людей именно он охраняет дачный участок, патрулирует его днём и ночью. К тому же, он всегда ловит им мышей и аккуратно складывает добычу возле бани.

Вдоволь наевшись, Фёдор шёл тереться об ноги каждого из "своих людей", выказывая им своё уважение и преданность. Потом он запрыгивал на колени сидящей за столом Авдотьи и начинал мурчать свои бесконечные песни.

И Авдотья, общаясь в это время с матерью, отцом или Дариной, всё же не забывала почёсывать своему питомцу толстый и мягкий, как желе, живот. А Разомлевший Фёдор размеренно перебирал лапами складки её сатинового платья. Бывало и такое, что сильно увлёкшись этим занятием, Фёдор больно впивался острыми когтями в её ноги.

- Ну всё, хватит лежать, - говорила коту Авдотья, - пойдём-ка лучше кататься.

Она поднимала достаточно крупного Фёдора на руки и помещала его к себе на плечо. Голова кота при этом оказывалась спереди, - прямо возле её лица, а задняя часть его туловища распластывалась по спине Авдотьи.

Авдотья медленно и осторожно шла по дачному участку с котом на плече, придерживая его рукой, чтобы тот ненароком не свалился бы вниз и не оцарапал бы её. Фёдор же очень любил такие прогулки. Может быть, в эти минуты он представлял себя большой прекрасной птицей, которая парит над землёй. Так, при помощи своей хозяйки, Фёдор познавал окружающий мир с большей высоты, чем его рост, и которая казалась ему интересней.

Обдуваемый тёплым летним ветерком, Фёдор счастливо жмурился, жался своей круглой мордой к уху хозяйки и ласково мурчал ей всякие разности. Иногда Фёдор отвлекался на какое-нибудь дерево и резко ударял своей растопыренной лапой по веткам, вызывая их ответное колыхание. Кот с восторженным любопытством наблюдал за пролетающими предельно близко от него наглыми воробьями; снисходительно посматривал на нервных трясогузок, копошащихся где-то там... далеко внизу... среди травы.

Глава 15

Глава 15

Радостно и беззаботно проходило первое лето в жизни Фёдора.

Каждый раз, уезжая с дачи в город, люди оставляли своему коту достаточное количество съестных припасов, которых, по их расчётам, должно было хватить их прожорливому питомцу на целую неделю.

А ещё люди наливали для кота чистой артезианской воды в его алюминиевые миски. В добавок, они оставляли пустые ёмкости в саду, - на всякий случай, для сбора дождевой воды. Вдруг и она пригодится их коту? Хотя, в случае острой необходимости, Фёдор, наверное, мог бы и прокормиться сам, и найти себе питья - по утрам влаги на траве было достаточно.

Фёдор, оставшись на даче без хозяев, основную часть времени проводил на природе, если стояла хорошая ясная погода. А от сильного дождя или ветра Фёдор прятался на веранде - там было тепло и сухо.

Отец Авдотьи специально вырубил внизу деревянной двери веранды небольшое квадратное отверстие для того, чтобы Фёдор мог пролезать внутрь. И Фёдор, оказавшись в закрытом пространстве, нежился там на своей мягкой подстилке и чувствовал себя в полной безопасности.

Редкие наглые посягательства соседских котов на свои владения Фёдор всегда жёстко пресекал. Поэтому, окончательно убедившись в крутом нраве своего соплеменника, коты прекратили свои неразумные попытки вторжения на чужую территорию.

Проведя выходные на даче, люди начинали суетиться. Они спешили уехать обратно, в город ещё до того, как полностью стемнеет.

Фёдор, желая проводить своих людей, бродил где-нибудь неподалёку, внимательно наблюдая за погрузкой вещей в багажник машины или просто путаясь у людей под ногами.

Но со временем кот стал частенько пренебрегать этим ритуалом, если у него вдруг появлялись какие-нибудь важные дела.

Люди понимали желание кота успеть "везде и сразу" и не обижались на него: "Молодой, резвый, пусть развлекается!"

Так случилось и в очередной раз: когда вещи были собраны и погружены в машину, а скрипучие металлические ворота открыты, люди хватились Фёдора.

- Фёдор! Фёдор! Где ты? - звали кота сёстры, желая попрощаться со своим котом перед отъездом. Но Фёдор не откликнулся на их зов.

- Может, он ушёл на улицу или к реке! Не слышит он вас, -заметила мать, закрывая дверь дачного дома на замок.

- Не хочешь нас провожать? Ну и ладно... - крикнула Авдотья в тёмную пустоту уже наступившего вечера и пошла к машине.

Громко лязгнули железные засовы на воротах, - люди уехали...

А Фёдор, разбуженный неприятным металлическим звуком, нервно подёрнул лапами и приоткрыл глаза. Он осмотрелся вокруг и понял, что крепко задремал в доме, на мягкой кровати, а поэтому, кажется, опять пропустил проводы своих хозяев.

Разморенный приятным вечерним сном, кот вальяжно потянулся, а затем спрыгнул с кровати на пол.

Глава 16

[ГЛАВА 16]

А через неделю люди, как и обычно пред выходыми, вернулись на дачу.

- Странно, что Фёдор нас не встречает! - разочарованно заметила Авдотья.

- Действительно, а где он? Совсем загулял, - вздохнула мать.

- Надоели вы ему все, - усмехнулся отец, подтрунивая над домочадцами.

- А может быть, Фёдор бросил нас? - предположила Дарина. - Нашёл, например, себе какую-нибудь кошку в подруги и убежал с ней на её дачу, к другим хозяевам...

- Иными словами, - в примаки наш Фёдор пошёл, - хохотнул отец.

- Куда он пошёл? - спросила Дарина.

- В примаки, - то есть в дом к своей невесте, в услужение к тестю, - незавидная, надо заметить, участь...

- Так вы и правда думаете, что Фёдор нас бросил? - огорчилась Авдотья.

- Да ладно вам, дурак он совсем, что ли, - такую кормёжку бросать? Ну, погуляет немного, а потом всё равно обратно прибежит, - убеждённо заверил её отец.

- Перестаньте "перемывать" коту кости в его отсутствие, - возмутилась мать.

- Вот именно! То вечно смеются над ним, то обсуждают! А он, может быть, где-то совсем рядом стоит и слушает! - поддержала её Дарина.

- Даря, вот именно так: стоит на задних лапах за углом и слушает? - саркастично уточнила Авдотья.

- Да! И калечит свою неокрепшую детскую психику! - предположила мать.

- Он уже не ребёнок, кстати, - вздохнула Дарина.

Так, за весёлыми разговорами о своём питомце, люди выгружали сумки из машины и переносили их поближе к домику, складывая в кучу. Затем мать отперла ключами стеклянную веранду и сразу же заметила, что на полу, возле газовой плиты стоят миски кота с совершенно нетронутой, даже уже заветренной едой.

- И что всё это значит? - недоуменно приговаривала мать, поворачивая ключ в замочной скважине уже следующей, второй двери, ведущей уже непосредственно в дом.

- Не знаю, - удивлялась Авдотья, стоящая рядом с матерью.

Когда люди вошли в прихожую, то увидели распластанное на прохладном плиточном полу тело кота Фёдора.

- Что с ним? - испуганно вскрикнула Авдотья. - Он что же, всю неделю находился внутри дома?

А несчастный кот не подавал никаких признаков жизни.

- Фёдор! Фёдор! - мы пришли, вставай, - позвала его Дарина.

Но кот даже не пошевелился...

Авдотья первой подошла к Фёдору и деловито потрогала его:

- Тёплый...

- Не тереби его. Пусть лежит, как лежал! - заметила мать. - Наверное, у него обезвоживание организма! Такая жара на улице, а он давно не пил, воды-то тут, внутри дома, ведь нет? А прошло пять дней с тех пор, как мы уехали с дачи. Сегодня уже пятница!

- И что теперь будет? - удивилась Дарина.

- Срочно несите ему воды, да не ледяной, а из бочки - а то помрёт сразу...

Дарина живо принесла миску с водой и сначала намочила коту усы. А потом, немного приподняв тело Фёдора с пола, аккуратно окунула его мордой в воду.

Фёдор, почуяв живительную влагу, вдруг открыл глаза, и, продолжая полулежать на боку, начал неуклюже лакать воду.

Дарина поддерживала кота. А Фёдор как-то очень уж тяжело дышал. И после нескольких глотков воды, видимо, притомившись, замер, печально посмотрев на Дарину.

- Что не так? - спросила кота Дарина.

- Наверное, пытается понять, - где он и что с ним? - предположила Авдотья.

Немного погодя Фёдор снова начал пить. Измученный жаждой и голодом кот потом ещё долго лежал возле своей миски, - то замирая, то вновь активизируясь.

А живительная влага постепенно, но верно делала своё дело. И через некоторое время Фёдор уже попытался было встать на лапы. Но то ли они сильно затекли, то ли сил у кота было ещё маловато, но это ему не удалось. И Фёдор опять свалился на бок.

- А теперь дайте ему еды, совсем немного! - предложила мать.

И Авдотья рассыпала перед Фёдором его любимое яство, - зелёный консервированный горошек, причём даже не в чашку, а прямо на пол, чтобы коту было удобнее его собирать.

Фёдор, лёжа на боку, жадно жевал мягкие пахучие зелёные горошины, - еду, которая, возможно, напоминала ему о временах его раннего детства, о первых приятных впечатлениях...

И горькие слёзы текли по несчастной кошачьей морде.

- Смотрите, смотрите, он плачет! - закричала Авдотья.

- Да не ори ты так, а то он с перепугу и есть перестанет! - возмутилась Дарина.

Дарина взяла ещё одну миску и, положив в неё немного кошачьего корма из пакета, поставила перед Фёдором.

- Для альтернативного выбора! - гордо пояснила она окружающим.

- Сказала, так сказала! - усмехнулась Авдотья.

- Посмотрите, - вдруг сказал отец, - как сильно повреждены оконные рамы: какие глубокие следы от клыков и когтей остались на деревянных конструкциях. А сколько щепок валяется на полу? Фёдор у нас - настоящий боец!

А Фёдор, глядя на "своих людей", тоже очень хотел рассказать им о том, как все эти дни он из последних сил рвал эти прочные деревяшки когтями и зубами, пытаясь выбраться наружу, - из своей невольной западни...

Как всё это время он наблюдал, как рядом с ним, - за прозрачным стеклом бурлила привычная жизнь: там, на воле, весело порхали бабочки и стрекозы, воробьи прилетали на ветки ближних деревьев и нагло поглядывали на него... Но он не мог их достать!

Кот уже и не помнил, как измученный страшной жарой, он сполз с горячего, раскалённого июльским солнцем подоконника на пол, а потом и вовсе "впал в спячку".

И он сам уже не помнил когда, через сколько дней этой жестокой, но бесплодной борьбы с обстоятельствами у него кончились последние силы, когда он, измученный страшной июльской жарой «сполз» с горячего, раскалённого солнцем подоконника на пол, а потом и вовсе «впал в спячку».

Но Фёдор промолчал, потому что был ещё очень слаб...

Глава 17

[ГЛАВА 17]

Ещё долго Фёдор лежал на кафельном полу, возле своих чашек и тарелок с разными вкусностями. Иногда к коту подходила Авдотья, гладила его по голове, ласково приговаривала:

- Ну что, бедолага, отходишь понемногу? Легче тебе?

Фёдор преданно смотрел на Авдотью виноватыми глазами, а потом благодарно лизал её ладонь своим горячим шершавым языком.

- Да брось ты, Федька, щекотно, - смеялась Авдотья, - скоро уже ты оправишься и будешь скакать по клумбам, как резвый конь!

А когда уже совсем стемнело, и громко застрекотали сверчки в глубине сада, Фёдор вдруг поднялся и, покачиваясь из стороны в сторону, медленно двинулся по узкой бетонной дорожке. Преодолев некоторое расстояние, кот свернул в заросли травы и улёгся там, жадно вдыхая свежий прохладный воздух.

- Надышаться, бедняга, всё никак не может, - заметила мать, - угорел от жары, да без воды!

- Да уж! Пусть полежит в холодке, отдохнёт, - ответил ей отец.

На следующий день Фёдор выглядел уже намного лучше. На память о недавнем неприятном происшествии у него остались: обвисшие от голода бока, потускневшая шерсть и ещё очень несмелая, - осторожная походка.

Чтобы восстановить потерянные силы, Фёдор периодически и с удовольствием ел кошачий корм из чашек. А когда люди сели обедать на веранде, он медленно подошёл к деревянному столу и стал цепляться когтями за его края. Чтобы его наверняка заметили, Фёдор мяукал и картинно изгибал спину.

- Ты посмотри, какой сильный голос у тебя прорезался! Правильно Федька, покажи, как можешь, - подбадривал кота отец.

- Наверное, яиц варёных хочет, - предположила мать.

- Лови, Фёдька, - засмеялась Дарина и кинула коту очищенное яйцо на пол.

- Не устраивай свинарник и не перекармливай кота, а то у него ещё и желудок, ко всему прочему, прихватит, - возмутилась мать.

- Он сам должен себя контролировать, - парировала Дарина, - мы же ему на следующую неделю тут целую гору еды оставим? Как же он её будет распределять?

- А мы его здесь больше не оставим, потому что он провинился, - с собой заберём, - объявила мать.

- Дома Фёдор скучать и страдать будет. Лето ведь! - заметила Авдотья.

- Он вон что учудил! Как после таких выкрутасов к нему относиться? - возразила мать.

- Он и охотиться на мышей и птиц, наверное, пока не сможет, - слишком уж слаб. Хотя, с другой стороны, вон столько больших и сочных кузнечиков прыгает вокруг! И вкусная зелёная травка очень полезна для котов, - засмеялся отец.

- Посмотрим на его поведение! - задумчиво покачала головой мать.

Глава 18

Выходные кончались... И люди спешно готовились к отъезду: срезали цветы и складывали пышные букеты на скамейке, составляли возле своей машины ведёрки и корзины с пахучими красными яблоками, клубникой, малиной.

Кот Фёдор гордо возлежал в тени под старой грушей и презрительно наблюдал за этой вроде бы и обычной, но всё же какой-то неприятной и бессмысленной, по его мнению, суетой своих людей.

- А ты чего прохлаждаешься? - вдруг окликнула мать Фёдора, - собирайся, тоже с нами поедешь! Давай-ка, подходи поближе! Вон и клеточку твою достали, - залезай, не стесняйся! А то - ишь! Разлёживается он...

- Дома хорошо! - призывно заметила Дарина.

- Авдотья, втаскивай своего красавца в переноску! Уезжать пора! - торопила мать.

Авдотья подошла к Фёдору, взяла его на руки, но кот умело и проворно выскользнул из её объятий, быстро отбежал к яблоне и спрятался за толстый ствол. Когда Авдотья попыталась поймать своего питомца ещё раз, он проявил ещё большую прыть: Фёдор порывистыми крупными скачками ринулся к поленнице возле предбанника, проворно взобрался по куче брёвен наверх и запрыгул на плоскую металлическую крышу кирпичной бани.

- Если кот хочет остаться, значит так тому и быть! Отстаньте от него! Он знает, что делает. Хозяин - барин! - махнул рукой отец и пошёл заводить машину.

- Ну и пусть тут живет, - согласилась мать, - надо только ему побольше корма и воды оставить...

- Пока, Фёдор! Веди себя прилично! - сказали люди своему коту перед отъёздом.

Фёдор молча согласился.

Вот и лязгнули громоздкие замки на металлических воротах. Постепенно затих где-то вдалеке шум автомобиля, увозившего людей в город.

Фёдор постоял ещё немного возле ворот и с чувством выполненного долга отправился спать на шёлковую зелёную травку под раскидистой старой грушей.