Алиса из Малых Гнилуш

Глава 1

Целую неделю дед Петрович ходил по Малым Гнилушам гоголем, делая загадочный вид. На все расспросы бабок он лишь хитро щурился и победно стучал пальцем по экрану планшета:

— Скоро, девки… Ох, скоро... Готовьтесь, темнота!

Бабки на бревне только дружно фыркали, провожая его взглядами.

— Ишь, раздулся как индюк на выданье, — Степановна сплюнула семечку под ноги и сердито поправила ситцевый платок. — В прошлый раз с таким же лицом чудо-шланг по акции ждал. Привез огрызок на два метра, которым только кота соседского напугать.

— Да хай тешится, — Марьевна оперлась на тяпку и скептически прищурилась. — Лишь бы делом занимался.

В четверг пыльная легковушка Сашки-курьера наконец подкатила к бывшему колхозному амбару. Сашка выгрузил на крыльцо небольшую, аккуратную коробку. Бабки тут же плотно обступили крыльцо. Петрович с важным видом разрезал скотч и торжественно извлек из пенопласта увесистый черный цилиндр. Подключив провод к розетке, дед с гордым видом отступил на шаг назад. Цилиндр вдруг мягко вспыхнул сиреневым кольцом и вежливо произнес:

— Привет, я Алиса. Чем могу помочь?

Баба Тая от неожиданности присела:

— Ну и что это за ступа железная? Петрович, ну что ты опять приволок, ирод?

— Сама ты ступа, Тая! — победно захохотал Петрович, уперев руки в бока. — Это колонка умная . Искусственный, понимаешь, разум! Она всё знает. Задавай вопрос — она тебе сразу рапортует. Учись, пока я живой!

Первой вызвалась Степановна, она решительно протиснулась вперед и нависла над прибором:

—Хм-хм... Слышь, разумная. Ну-ка выдай мне, почему у меня в этом году смородина мелкая, как горох? Я её и навозом удобряла, и поливала, чуть хребет не сломала!

Колонка на секунду задумалась, мигнула сиреневым огоньком и ответила:

— Возможной причиной является избыток азота в почве из-за чрезмерного внесения навоза. Это стимулирует активный рост листвы в ущерб плодам.

Степановна удивленно развела руками и повернулась к подругам:

— Гляди-ка… Про азот верно говорит! Я ж туда три тачки бахнула, от души. Полезная железка.

Колонка, тут же бодро добавила:

— Также для вашего участка рекомендую заказать премиальную травосмесь «Альпийский луг». Она вытеснит сорняки и создаст идеальный мягкий газон.

Степановна поперхнулась, а Марьевна хихикнула в кулак.

— Слышь, умная, — Степановна строго постучала пальцем по корпусу колонки. — У меня на этом газоне три гуся и коза Манька пасутся. Если я им твою альпийскую смесь посею, они меня из избы выживут. Ты мне лучше скажи, с какого перепугу у меня левое колено перед дождем крутит?

К концу недели, бабки освоились. И крыльцо амбара превратилась в поле боя. С самого утра выстраивалась очередь к колонке. Бабки яростно спорили с устройством, и друг с другом.

— Алиса! — громко кричала баба Тая, наклоняясь к самому динамику. — Скажи пропорцию соли для бочковых огурцов «по-венгерски»! У меня блокнот потерялся.

— Для классического бочкового посола требуется от шестидесяти до семидесяти граммов соли на один литр воды, — ровно отозвалась колонка.

— Да ты что, ошалела, коробка безмозглая?! — Марьевна всплеснула руками.— Тая, не слушай её! Семьдесят граммов — это ж чистая отрава, у тебя все огурцы по вздуваются. Тридцать граммов надо и укропа побольше!

— Избыточная концентрация соли действительно вредна, — неожиданно перебила Алиса, плавно мигнув кольцом. — Однако тридцать граммов создадут гипотонический раствор. При плотности огурца и высоком содержании в нем влаги начнется процесс осмоса в обратную сторону. Вода будет стремиться внутрь плода, что приведет к размягчению тканей и развитию гнилостных бактерий.

Бабки застыли, а Марьевна растерянно посмотрела на свой блокнот. Первая отмерла Баба Тая. Она победно хмыкнула и выпрямилась.

Из дверей амбара высунулся довольный Петрович.

— Железяка химический состав по атомам раскладывает, ей виднее! Заказывайте лучше банки с закруткой, пока скидка тридцать процентов висит!

— Алиса, а ну-ка определи по звуку, — Степановна натурально, с хрипом сымитировала барахлящий мотор. — У Паши в тракторе карбюратор чихает или он опять туда паленую солярку залил?

— К сожалению, я не могу распознать этот звук, — вежливо ответила колонка. — Включить песню про трактор?

— Тьфу на тебя, дура городская! — Степановна в сердцах топнула. — Элементарных вещей не знаешь, а еще разум называется! Пашка точно солярку бодяжит, я по дыму вижу.

В пятницу вечером небо над Гнилушами резко потемнело. Разразилась летняя гроза. Молнии с треском пороли потемневшее небо, а ливень колотил по железной крыше амбара. При очередной вспышке молнии свет в деревне моргнул и погас, а интернет наглухо пропал. Когда ливень стих, бабки, не испугавшись размокшей грязи, снова потянулись к крыльцу ПВЗ.

— Алиса, чегой там с погодой на ночь? Заморозки будут? — спросила с порога Степановна, утирая платком лицо. Колонка вспыхнула тревожным красным цветом и грустно вывела:

— Извините, отсутствует подключение к интернету.

Бабки растерянно переглянулись.

— Ну вот, доигрались, замолчала девка, — уныло вздохнула баба Тая. — А я только хотела узнать, чем наливку из жимолости подкрасить, чтоб цвет как в ресторане был.

— Да чего там красить-то! — нахмурилась Марьевна, дернув плечом. — Я ж помню, бабка моя толи кору, то ли корень какой туда сыпала... Тая, не помнишь?

— Я ж блокнот потеряла, — уныло вздохнула баба Тая. — Я у ентой Алисы спросить хотела, а она вон затаилась, как партизан в окопе.

Петрович вышел на крыльцо с большой дымящейся кружкой:

— Да ладно вам панику разводить, консерваторы! — авторитетно заявил дед, отхлебнув чай. — Малиновый лист туда кидать надо! Моя покойная теща всегда так делала.

— Какой малиновый лист, пень ты трухлявый! — сверкнула глазами Степановна. — Не знаешь не тряси языком!

— Ну... чистотела что ли тогда подкиньте для цвета! — примирительно буркнул Петрович, пятясь обратно в свой амбар.

— Иди сам свой чистотел пей! — рявкнули бабки, окончательно свирипея от его подсказок.

— Эх, как же мы теперь без нее, — грустно вздохнула баба Тая, поглядывая на все еще молчавшую колонку.

Петрович осторожно выглянул из амбара:

— Нашли из-за чего слезы лить. Это же Малые Гнилуши, у нас после каждой грозы вышку связи на горе коротит. Как будто не знаете. Сейчас тучи унесёт, Сашка на станции роутер перезагрузит — и всё наладится.

Тучи уходили медленно, но бабки не расходились, упрямо топчась у крыльца и с надеждой поглядывая на притихшую колонку. Вдруг черный цилиндр коротко и весело пискнул. Красное кольцо сменилось сиреневым сиянием. Алиса бодро и чисто произнесла:

— Соединение установлено! За время моего отсутствия температура воздуха опустилась до девятнадцати градусов, заморозков на почве не ожидается.

Бабки облегченно выдохнули и довольно заулыбались, толкая друг друга в бока.

— Ну, слава богу, ожила умница! — растроганно шмыгнула носом Марьевна. — Так, Алиса, записывай следующий вопрос: чего там с жимолостью-то делать, если сахар кончился?..

Над Малыми Гнилушами опускалась умытая дождем летняя ночь. Гордо разрезал сумрак фиолетовый неон «ЯгодМаркета», мирно стрекотали в лопухах сверчки, а колонка тихо бормотала на крыльце, возвращая деревне её законный цифровой покой.