748 слов

Глава 1

Представьте себе огромный хрустальный шар. Если смотреть на него снаружи, под определенным углом света, он переливается всеми цветами радуги. Внутри него — золотые купола, белоснежные просторы, балет и люди, которые, кажется, поют гимн от чистого сердца. Красота неописуемая. А теперь подойдите ближе. Присмотритесь к стеклу. Оно все в трещинах, склеенных дешевым скотчем. Зайдите внутрь. Там пахнет сыростью, горелым пластиком и отчаянием. Полы прогнили, а вместо бриллиантов на люстрах висят лампочки Ильича, которые моргают в такт сбившемуся дыханию страны Это и есть она. Россия. Место, где фасад стоит миллиарды, а жизнь внутри стоит копейки. В Москве снимают блокбастер. На экране — супергерой в камуфляже, который голыми руками ломает танки НАТО. Спецэффекты уровня Голливуда, режиссер — модный западник, который внезапно стал патриотом, актеры с квадратными челюстями. Бюджет фильма: 2 миллиарда рублей. На эти деньги можно было бы построить три новые школы в глубинке или отремонтировать пятьсот километров дорог в деревнях, где люди до сих пор ездят на тракторах, потому что «Нива» разваливается на кочках. Но мы снимаем кино. Зачем? Чтобы показать всему миру, какие мы могучие. Чтобы граждане, сидящие в своих хрущевках, на секунду забыли, что у них течет крыша, и почувствовали гордость за «державу». Герой фильма побеждает всех. В реальности побеждает тот, кто украл бюджет фильма. Картина выходит в прокат, собирает в деньгах государства еще столько же, сколько потратили (освоение бюджета — это искусство), и быстро исчезает из памяти, уступая место новой порции яркой, пустой обертки. Мы не снимаем фильмы ради искусства. Мы снимаем их, чтобы заглушить звук лопающихся пузырей надувной экономики. Есть у правительства мечта. Нет, не о светлом будущем. О тишине. О полной, абсолютной тишине в головах и в сети. Они хотят подчинить себе интернет. Сделать его не сетью, а аквариумом. Маленьким, удобным, где каждая рыбка знает, что если она выпрыгнет — тут же подохнет на паркете. Они издают законы. Один сложнее другого. Вводят «суверенный рунет». Режут кабели, строят свои сервера, пытаются отгородиться от мира высокой стеной фаерволов. Но вот ирония. Вместо того чтобы выглядеть грозными властелинами цифрового мира, они выглядят клоунами. Хакеры-подростки из подвала взламывают их системы за пять минут. Госсайты падают, как подкошенные, в день запуска «отечественного Telegram» вся страна сидит без связи, а чиновники в панике бегают по кабинетам с бумажными распечатками. Они кричат: «Мы закроем YouTube!» — и в этот же момент все чиновники сидят на тех же самых запрещенных площадках через VPN, который скачали с торрента. Они пытаются заставить программистов писать код, но программисты уезжают в Дубай, потому что там платят в долларах, а здесь — пустыми обещаниями и уголовными статьями. Они хотят контролировать разум, но их собственный разум не может контролировать даже пульт от телевизора. Самые страшные монстры живут не в Кремле. Они живут в подъездах, в маршрутках и на кухнях. Это люди. Да, я видел животных в зоопарке. Они кусаются, когда голодны, и защищают своих детенышей. Российский же обыватель часто кусается просто так. От скуки. Или от зависти. Здесь почему-то стало нормой ненавидеть того, кто отличается.

У тебя длинные волосы? Ты — «хипстер-недотёпа». У тебя короткая стрижка и футболка с группой? Ты — «неформал, который не служит Родине». Ты любишь аниме? Ты — «псих, который смотрит нарисованных баб». Ты просто хочешь жить мирно и работать? Ты — «враг народа, потому что не поддерживаешь СВО» (или наоборот — поддерживаешь, если это сейчас не модно).

Оскорблять — стало национальным видом спорта. Это дешевле, чем думать. Это проще, чем разбираться. В комментариях под новостью о том, что кто-то умер, люди пишут «туда ему и дорога». Под постом о помощи животным — «а чем дети хуже?». Под фото улыбающегося человека — «чему радуешься, война идет?». Ирония в том, что большинство из них даже не знают имен тех, за кого болеют. Им плевать на политику. Им плевать на экономику. Им нужно лишь одно — подтверждение того, что они хорошие, а другие — плохие. Именно в этой разделенности и кроется главное оружие системы. Тратится ноль рублей на то, чтобы поссорить людей. Они делают это сами. Бесплатно. Самое ужасное чувство в России — это одиночество в толпе. Нет того, на кого можно положиться. Государство? Оно против тебя, если ты богат, и оно же против тебя, если ты беден. Если ты беден — ты нахлебник. Если ты богат — тебя надо «раскулачить».

Начальник? Он подставит тебя при первой же угрозе своему креслу. Друг? Друг хорош до первой бутылки или до первой неудачи. Сосед? Сосед напишет на тебя донос в полицию, если у тебя будет громче музыка, чем у него.

Люди здесь живут как на минном поле. Ты никому не нужен, пока от тебя есть польза. Как только ты перестаешь быть полезным (или становишься слишком заметным), ты превращаешься в мусор. Вспомните, как в сложные времена русские деревни выживали за счет общины. Мир решал всё сообща. Сейчас община умерла. Остались только квартиры с железными дверями и тремя замками. Мы заперлись в своих клетках, но продолжаем кричать через решетку друг на друга. Нам не на кого опереться. Ни на президента, который видит нас только в новогоднюю ночь. Ни на полицию, которая приедет через три часа, чтобы «констатировать». Ни на соседа, который скорее позвонит в ЖЭК, чем подаст руку помощи. В этом вакууме выживают только циники и паразиты. Как же работает эта система, если она такая хрупкая? Очень просто. Это вечный двигатель, работающий на топливе из прошлого.

Показываем картинку, где все «красиво» (Парад Победы, фейерверк, новые автострады в Москве).Говорим людям, что они должны гордиться. Если не гордишься — ты предатель.Отвлекаем внимание скандалами. Обсуждаем, кто с кем спит в шоу-бизе, пока инфляция съедает зарплату.Создаем «врага». Без врага народ, наевшийся кислых щей, начинает думать. А думать — опасно. Поэтому нам постоянно нужны «нацики», «гейропа», «пендосы».И, наконец, покупаем время. Перекрываем кислород реальным новостям, заливая эфир пустотой.Но я смотрю на это и вижу старую, больную конструкцию. Она величественно прогнила изнутри. Она тратит миллиарды на то, чтобы скрыть свою нищету. Она выглядит как женщина за пятьдесят, которая сделала двадцать пластических операций, чтобы не выглядеть на свой возраст, но при этом забыла поесть и лежит в голодном обмороке среди своих бриллиантов. Эта книга не про политику. Она про нас. Про то, как мы позволяем себя обманывать, потому что нам удобно. Потому что менять что-то страшно. Россия — страна огромных ресурсов, гениальных умов, невероятной культуры и... нечеловеческой глупости руководства и апатии общества. Пока мы смотрим очередной «патриотический» фильм, где русский танк побеждает всех, в реальности мы проигрываем битву за собственную душу. Мы проигрываем ее в очередях у банкоматов, в ссорах с детьми и в завистливых взглядах. Нам обещают железный занавес, а строят картонный. Обещают величие, а оставляют нас с пустыми карманами и злобой в сердцах. И знаете, что самое страшное? Когда этот прекрасный фасад рухнет (а он рухнет, так как построен на песке), под его обломками окажется не храм и не крепость. А просто грязь. И в этой грязи будем копаться мы — те, кто так и не научился доверять друг другу. Единственный шанс выжить — перестать смотреть на фасад. Начать строить свой собственный дом, внутри своего разума. Перестать ждать "царя-батюшку" и научиться быть опорой самому себе. Но кто я такой, чтобы учить? Я всего лишь голос в вашей голове, который вы читаете сейчас. Я устал. Вы устали. А они все тратят миллиарды. Пора закрывать книгу. Надеюсь, вам стало чуточку страшно. Или стыдно. Или смешно. Снаружи по-прежнему красиво. Но внутри уже нечем дышать.

Конец.