50-летие отмечать не буду

Глава 1

Не заслужил.

Утро своего полувекового юбилея я встретил с твердым намерением начать новую жизнь. День рождения мой, надо сказать, совпал с началом Уразы (мусульманского поста), чем не повод для самоанализа и переориентации дальнейшей жизни на духовные ценности? К этим мыслям, очевидно, меня подтолкнул и один из моих братьев, который в последнее время сильно ударился в религию и активно агитировал нас заняться не только телом, но и душой.

Накануне я обзвонил друзей, дескать, гулянка не планируется, буду молиться о спасении души, в том числе и их, грешных.

Это заявление друзей сильно разочаровало, такой отличный повод таял, как в тумане.

И вот один-одинешенек сижу в офисе, время от времени отвечая на звонки тех моих друзей и коллег, которые живут в других городах и странах, и еще не знают о моих благих намерениях. В очередной раз снимаю трубку.

– Здравствуйте, Талгат Толегенович, – на другом конце совершенно незнакомый голос. – Вы отец Каната? Я хочу поговорить с вами по поводу вашего сына.

За шиворотом появился неприятный холодок. Девушка еще не успела произнести следующую фразу, а у меня в голове уже пронеслась лавина мыслей. Тем более, что в своих размышлениях о бесцельно прожитой жизни, я как раз остановился на том, что был плохим мужем и плохим отцом, не занимался воспитанием детей.

И вот, что выросло, то выросло. Наш долгожданный, старшенький, обласканный, балованный всей родней, в подростковом возрасте дал жару всем – и нам, и учителям, и окрестной шпане, и даже комиссии по делам несовершеннолетних. С ярлыком трудного ребенка он добровольно-принудительно отправился в армию. Оттуда мы совершенно неожиданно стали получать письма – благодарности от командира. Это были единственные положительные отзывы за всю карьеру, начиная с детского сада. Домой сын вернулся сержантом, отличником боевой и политической подготовки.

А на гражданке, месяца через два, выкинул фокус: разослал родственникам СМС «Женюсь. 5 мая сватовство, 20 – проводы невесты, 30 – свадьба» и отключил сотку. Далее все было по этому расписанию. Мы, родители, повозмущались, но все сделали. Тем более, что к избраннице у нас претензий не было. Баян – девочка славная, дочь наших друзей. И вот вскоре после пятидесятилетия мне предстояло стать дедом.

– Алло, вы меня слышите? – я выплыл из воспоминаний под голос незнакомки. Сердцем чуял – такие звонки ни к чему хорошему не приведут.

– Мы можем встретиться у магазина «Айсулу» в 12 часов?

К двенадцати часам я накрутил себя по полной. Предчувствия не обманули. В машину села очень симпатичная и очень беременная девушка. На мой отцовский опытный взгляд – месяцев 7-8. Кажется, мне предстоит стать дедом дважды. Причем, одновременно.

Вот ведь сволочь… Это я подумал о сыне.

– Меня зовут Диана….

– И что?...

– Мы дружили с Канатом…

– И что?...

– Вот, – девушка достала из сумочки фото – вдвоем с моим сыном в обнимку.

– И что?

– Я к нему в армию ездила.

– И что? – меня заклинило.

– Ну и..., – девушка выразительно указала на живот.

– Понял, – сказал я, решив взять себя в руки.

Но тут девушка принялась рыдать. Плечи трясутся, вся такая жалкая… А если эта истерика отразится на ребенке, на моем внуке?

– Ты с кем живешь? С родителями? Они знают? – она кивнула.

– Я должен с ними поговорить. Ты не беспокойся, мы по-взрослому все решим.

Во мне с каждой минутой росла твердая уверенность, что мой сын – подлец, и что я должен растить его ребенка.

– Пожалуйста, не нервничайте, – говорю, – это может плохо отразиться на ребенке. Ну, и на вашем здоровье тоже, наверное.

В голове моей одна мысль опережала другую. Ясно было одно – надо успокоить девушку, поговорить с ее родителями, решить вопрос мирно.

– Я подумаю и вам перезвоню, – беременная девушка стала выбираться из машины. Я попытался выйти следом, – за мной не ходите, – строго предупредила Диана.

Почему она так сказала? А если она решила поговорить и с отцом ребенка, то есть с моим сыном? Если она захочет встретиться с его женой? А та ведь тоже ждет ребенка, вот-вот родит?

Девушка ушла, а вопросы остались.

– Дыши глубже, – сказал я себе и, сделав вдох-выдох, завел мотор.

До офиса доехал на автопилоте. Светофоров не видел. Набрал телефон сына: «Срочно приезжай!».

Положил трубку и задумался. Сейчас он приедет, я не удержусь и точно его ударю. Он обозлится… А вдруг поедет разбираться с девушкой? Нет, так не пойдет. Снова звоню: «Не приезжай!».

Что мне делать? Поговорить с женой? Предвижу, что она скажет: твое воспитание, ты всю жизнь пил, гулял… И прочее… Это я уже тысячу раз слышал. Посоветоваться с сестрой, братьями?

– Думай! – сказал я себе.

И, действительно, задумался. В разгар противоречивых размышлений приехали коллеги по работе Мокроступова, Ермекова и Ларина: «Как хочешь, но мы решили тебя поздравить!». И споткнулись о мою опрокинутую рожу. «Неужели, – говорят, – ты так далеко зашел в ревизии своих жизненных поступков?»

Тут я им все и выложил. А почему нет? Они ведь мои друзья, замечательные люди, искренне хорошо ко мне относятся…

Закипела коллективная мысль. Мы обсудили массу всевозможных вариантов – от классической аферы до ошибки молодости, родов, проведения тестов ДНК и признания ребенка. Если ребенок «наш», будем усыновлять – было нашим окончательным решением.

Как только созрел четкий план, я успокоился. Всегда пугает неизвестность. Понимание проблемы и пути ее решения придают спокойствие и уверенность. Правда, тут же захотелось выпить. Об Уразе больше не думалось.

Готовый действовать по вновь утвержденному плану, я стал ждать звонка беременной девушки. Она не звонила. Шел третий день молчания.

Между тем, наступил выходной день. Мои многочисленные друзья как-то самостоятельно стали сбиваться в коллектив, готовый отмечать мой юбилей в ресторане. Сходить, что ли, на собственный день рождения, погулять, а потом уже вернуться к своим проблемам и посыпать голову пеплом? На том и порешил. Праздник удался! Неожиданную активность в организации мероприятия проявил мой брат – от природы талантливый артист и прирожденный тамада.

И вот в самый разгар, неожиданно атмосферу музыки, танцев, тостов, смеха нарушила какая-то суета у входа в зал, и от двери решительной походкой, минуя растерянных охранников, прямо к столу, за которым мгновенно сникла моя персона, направилась та самая девушка.

– Талгат Толегенович! Вы же обещали мне помочь, – выкрикнула непрошенная гостья, – а сами тут сидите, гуляете!

Это был тот редкий случай, когда я растерялся. Мгновенно и окончательно.

– Я не отказывался, – не к месту проблеял я. Рожа, чувствую, вытянулась, как у крокодила, а так-то она у меня всего лишь, как у лошади.

В зале – немая сцена. Даже музыка смолкла.

– Охрана! – строгий голос брата-тамады выводит всех из оцепенения.

– Что за безобразие?! Я же говорил – беременных не пускать!

С этими словами он бесцеремонно хватает беременную гостью под руки и выволакивает ее из зала. Желание заступиться вспыхивает во мне и тут же притупляется, зацепившись за странную фразу «Беременных не пускать!». Я остаюсь прикованный к своему месту. Молчу.

В зале тоже абсолютная тишина. Вижу, брат идет к микрофону.

– Дорогие гости! Разрешите поздравить Талгата Толегеновича с появлением внука и присвоением ему очередного звания – Дед!

На сцену выходит девушка, уже без живота, в руках у нее сверток с «младенцем». Мне вручают этот сверток. Разворачиваю – 5-литровая бутылка виски.

В это время над нами трое молодцев разворачивают плакат со словами «Розыгрыш».

Смешно. Особенно смешно было то, что ни одному из сидящих в зале моих друзей не пришло в голову, что девушка якобы ждала ребенка от моего сына. Все решили, что от меня. Неужели так низок мой моральный облик? Прости меня, Аллах! Это, как говорится, останется на моей совести. У меня еще есть шанс снова начать новую жизнь.

Мораль в другом. Мой брат – организатор розыгрыша, сыграл на стереотипах моего мышления: я зациклился на недостатках моего сына, не забывал его подростковые проделки и не замечал, что тот стал взрослым и изменился.

А артистку они наняли за 200 долларов. Хорошо сыграла, талантливо и мастерски. Я поверил, честно.

Правда, сценарий им пришлось корректировать на ходу, потому что я все-таки действовал не совсем по шаблону. К примеру, не стал, как предполагалось, звонить родственникам, просить совета, а затаился и пошел своим путем.

ТОСТ: За адекватную оценку ситуации!

Не надо вешать ни на кого ярлыков, чтобы не попасть впросак.