Сообщение о минировании

Глава 1

Стук в дверь оказался сюрпризом. Я не успел даже чашку на стол поставить. Постучали еще раз. Настойчивее. Перевернув календарь с отметкой на двадцать первое число шестого месяца, я натянул на босу ногу тапки и выскочил в прихожую. За дверью меня встречали двое крупных и массивных мужчин. Тот, что выше, без всякого приглашения вошел в квартиру, подставив под самый мой нос полицейское удостоверение. И не словечка. Следом вошел второй, махнув мне рукой, мол, отойди, не мешайся. Я в полном ступоре, но повиновался. Сначала они, надев резиновые перчатки, зашли на кухню и обшарили там все, начиная с ящиков и полок, заканчивая пакетом с кошачьим кормом и даже разъёмами розеток. Когда, по словам того, что ниже, «почти все закончили» и полностью выворочен оказался последний ящик, «низкий» подошел ко мне, соблюдая дистанцию двух метров, и кратко изложил причину визита:

- В отдел поступило сообщение о возможном минировании в одном из зданий улицы. Велено всех обыскать. Так что ты потерпи маленько, мы осмотрим остальные комнаты, а после уйдем. В худшем случае обнаружим взрывчатку.

Я кивнул, не находя подходящего слова для ответа. Только волноваться было за что. Мысль о том, что никакого сообщения о минировании нет, застряла в голове надолго. Я поднял глаза на полицейского, представляя себя на месте семилетнего ребенка, чем-то провинившегося перед родителями, и коротко спросил:

- Я же могу остаться?

- Если мы вам не мешаем – оставайтесь.

Коротко, понятно. «Высокий» выглянул из-за угла и крикнул, хотя нужды в этом не было:

- Чисто!

Его «почти все закончили» растянулось еще на два часа. По кислой мине того, что выше, я сделал вывод, что он явно не доволен результатом. Следовательно, либо они не нашли того, что искали конкретно у меня, либо минирование существует, и этим двоим придется обойти еще порядка шести домов. Двое покинули квартиру, низкий еще что-то проронил вслед, вроде извинения, и я с облегчением закрыл за ними дверь. Утро выдалось скверным. И не только из-за нагрянувших полицейский. Дверная ручка затряслась, и не успел я толком опомнится, как дверь распахнулась, ударила меня в спину, да так, что еле на ногах устоял. В дверном проеме, взволнованный, сонный и неумытый, собственно, такой же, как и я, стоял сосед.

- Что происходит?

Этот вопрос следовало задать мне, но сосед, отношения с которым у нас складывались не ахти как, принял инициативу на себя. Я отшатнулся от двери, и он, приняв это как знак приглашения, вступил на порог прихожей, напоминающий видом человека с другой планеты.

- Это мне бы следовало понять, что происходит, - огрызнулся я, но начинать конфликт не стал.

- А ты не знаешь?

- Чего не знаю?

- К тебе эти двое не наведывались?

- Полицейские?

- Да, именно!

- Да, приходили. К тебе тоже?

- Только что! Вломились, и все там обыскивают теперь!

Я понимающе закивал:

- Да, да. Говорят, вроде как сообщение о минировании.

- Мне они тоже самое говорят.

Сосед выглядел нервным.

- Так что ж ты ко мне пришел, вломился скорее, и такие странные вопросы задаешь?

Он тяжело вздохнул и сел на тумбочку:

- Да нет, кажись, никакого сообщения о минировании?

- С чего бы вдруг?

- Сначала дослушай, потом спрашивай уже. Тут дело иное. Кто-то, видимо, разболтал, что я товары иностранные у нас здесь продавал.

- Что за товары?

- Сам знаешь! Всяческие марки там, наклейки, брелоки. Мелочь в общем всякую, на которой подзаработать можно.

- И что с этого?

- Ты будто с неба свалился! Я ведь их собственноручно за границей брал. Ты же знаешь новый всемирный закон. Не может гражданин теперь вещи из своей страны в другую для перепродажи перевозить! Запрещено это.

Кажется, что-то я об этом слышал, не помню только где и когда.

- Теперь мне штраф грозит большой, а того хуже и тюремная каторга!

- А с чего ты вдруг решил закон нарушить?

Сосед посмотрел на меня, явно не понимая, на полном серьезе я говорю или просто шучу.

- Ты, видимо, совсем не в курсах дела. Наказание ждет всех, кто когда-либо этим занимался. Может, конечно, прокатить и про тебя не вспомнят, или не узнают просто. Но про меня вот, по всей видимости, узнали!

Я окончательно потерял нить его мыслей и выдал самую первую и самую разумную мысль:

- Так ведь обыскивают квартиры всех на улице. Знали бы, что ты – к тебе бы первым и наведались. Разве не так? Да и, собственно говоря, какие успехи принесет им обыск квартиры?

Сосед замолчал, прислушиваясь к шуму из своей квартиры, потом ответил:

- Все чеки из-за границы я у себя оставил. Даже если минирование реально, то не дай Бог они найдут, и все тогда, придется полгода на заводе трудиться!

Я не стал отвечать, вдруг осознав, что я совершенно не понимаю, о чем он говорит. Какой еще закон о запрете перепродаж иностранных вещей? Откуда он вообще такое выдумал? А уж тем более, почему решил ворваться ко мне и все это рассказать? В голове не укладывалось просто. Тогда же шум за стеной стих. Амбалы появились в дверях, держа в руках… Нет, не те самые чеки, как показалось мне в первую секунду. Большой, металлический предмет, напоминающий коробку для обуви и весь испещренный проводами.

- А вот и взрывчатка! – продекламировал «высокий», на этот раз преобразившись во внешности. Хмурость и недовольство как рукой сняло. Сосед с изумлением уставился на предмет в их руках, пока я обдумывал рассказал про марки, наклейки, брелоки и, естественно, чеки.

Амбалы забрали соседа, который не стал даже сопротивляться. «Низкий» на выходе еще раз извинился за беспокойство, посмотрел на календарь и произнес:

- Вы там месяцем ошиблись. Сейчас не декабрь.

- Декабрь?

- Да, не декабрь. Июнь, друг мой, июнь.

И с этими словами он закрыл дверь, унеся с собой взрывчатку.