Замечания на "Историю религии" А. В. Меня

Глава 1

Некоторое время назад один мой собеседник посоветовал мне заняться изучением книги «История религии» авторства Александра Владимировича Меня. Я решил не ограничиваться простым следованием этому совету, а взяться за это дело, что называется, «с карандашом в руках». Сразу скажу, что до конца изучаемого произведения я так и не добрался по причинам, понятным из нижеследующих замечаний, возникших у меня при чтении.

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Если предлагаемый цикл книг поможет читателям увидеть в истории религий не скопище заблуждений, а потоки рек и ручьев, несущих свои воды в океан Нового Завета, цель автора будет достигнута.

Не заблуждения, а Новый Завет, говорится в предисловии. Т. е. Новый Завет – это не заблуждения, ненавязчиво, но априорно намекает автор.

ЗАМЕЧАНИЕ К 3-му ИЗДАНИЮ

Я писал в первую очередь для своих соотечественников. Но по известным причинам работа в те годы не могла быть опубликована у нас. Ее выпустил двумя изданиями (1971, 1981) брюссельский Центр Восточного Христианства (издательство «Жизнь с Богом»), которому приношу глубокую благодарность. Сегодня, в новых общественных условиях, издание цикла стало возможно на Родине, благодарю.

Что за новые общественные условия, в которых издание стало возможно? Капитализм, власть эксплуататоров. А что за известные причины были раньше? Те, что тогда ещё соблюдалась видимость власти трудящихся. По-моему, это замечание – признание того, что эта книга против трудящихся и за эксплуататоров.

Вдумчивому наблюдателю трудно найти в духовной жизни людей фактор, который на протяжении веков играл бы большую роль, чем религия.

Вовсе нет, совсем не трудно. Речь идёт о факторе, а в это понятие входят и предпосылки. Очевидно, что сама по себе жизнь, без которой не будет никакой «духовной жизни» (её правильнее назвать духовной стороной или духовной отраслью жизни), играет несравнимо большую роль. А значит, поскольку люди смертны, то и воспроизводство этой жизни в форме а)рождения детей, б)производства (воспроизводства потреблённых) жизненных средств и в) производства (воспроизводства, в т. ч. расширенного, израсходованных при этом) средств производства играет большую роль, чем религия. Затем, всё это производство и воспроизводство, которое делает жизнь вообще и духовную жизнь в частности возможной, с самого начала является общественным, а значит, и устройство общества – тоже фактор, без которого нельзя обойтись. Ну и какую роль в сравнении с перечисленными играет религия? Мизерную. Дальше вопрос: это автор нас сейчас обозвал невдумчивыми наблюдателями, раз мы так легко смогли отыскать фактор, о котором идёт речь, или же, признавая нас вдумчивыми, он признал вместе с тем ещё и то, что мы осилили сделать нечто трудное?

От каменного века до термоядерной эры, претерпевая удивительные изменения и метаморфозы, живет она [религия] неразрывно с человеческим духом, с мировой культурой.

Вопросы: а почему от каменного века до термоядерной эры, а не от первобытнообщинного (или хотя бы просто первобытного) строя до эпохи социализма? Тогда было бы проще показать, в чём именно состоит неразрывность её жизни с… Почему с человеческим духом, с мировой культурой, а не просто с человечеством, ну или с человеческим обществом? Вот, пожалуйста: при первобытном строе она помогала человеческому разуму, которому свойственно испытывать дискомфорт и даже боль от столкновения с необъяснимым, преодолеть этот дискомфорт, объясняя необъяснимое потусторонними силами, затем, при рабовладельческом, феодальном и капиталистическом строе она освящала власть господствующих классов (ну и по-прежнему объясняла то, что ещё не объяснено), а при социализме она наряду с национализмом, расизмом и т. д. является идеей, которую свергнутый класс эксплуататоров использует для восстановления своего господства. Действительно, неразрывно. Замечание автора к 3-му изданию это подтверждает.

Хорошо, а попробуем всё же поработать в терминологии автора: «от каменного века до термоядерной эры». Очередное какое-нибудь усовершенствование каменного века – например, то, что сколы для образования острой кромки можно делать не только с одной, а с обеих сторон камня, или то, что условия, в которых шлифуется галька на пляже – потоки воды, смешанной с песком – можно воспроизвести искусственно и получать шлифованные орудия – религия сюда имела какое-то отношение? Мы не знаем за отсутствием письменных источников… А к открытию и использованию термоядерных реакций – имела? Известно, что нет. Что насчёт открытий, которые связывали между собой каменный век и термоядерную энергию: скажем, паровой машины? Тоже нет. Знаем, что одно время работа с металлами считалась чем-то сакральным, тут, может быть, и можно говорить о связи. Но знаем мы и характер этой связи: религия неправильно, но понятно объясняла те явления, которые при тогдашнем развитии науки не могли быть объяснены правильно. Но сами-то открытия в металлургии были сделаны не религией, а опытом.

Что в итоге выходит? Что автор не пошёл по тому пути, который верно объяснил бы роль религии, а постарался навести маскировку, и в результате попросту соврал.

Религия была решающим импульсом во многих исторических движениях. Принятие Азией буддизма, проповедь Евангелия в античном мире, экспансия ислама, Реформация Западной Церкви стали подлинными вехами в жизни человечества.

Нет. Симптомом, но не «импульсом». «Импульсами», а если правильно, то причинами, были кризисы отживших социально-экономических формаций. Разобрано много раз, повторять не буду.

Даже сама борьба против религии есть косвенное признание ее значения.

Да, мы признаём значение религии. Как обезболивающего, которое может унять дискомфорт и боль от столкновения с непонятным и непознаваемым в данных условиях. И как дурмана, когда условия уже изменились, путь к познанию открыт, но есть классы, которым это познание невыгодно. «Опиум народа», исключительно точно сказано.

Обращаясь к религиям минувших веков, мы сможем убедиться, что они имеют не только исторический интерес, но в них есть нечто вечное, актуальное в любую эпоху.

Нечто – как обтекаемо! Что именно? Сейчас есть актуальное «нечто» – это роль религии как идеи, утверждающей и освящающей господство эксплуататорских классов, и это очень-очень актуально для них. А была ли эта идея актуальна до разделения общества на классы? Нет, конечно, тогда актуальность религии была в другом, и то, что было актуально тогда, неактуально сейчас. Выходит, что слово «нечто» употреблено с целью объединить в одно разные вещи.

Однако многие, соглашаясь признать важную роль религии в прошлом, уверяют, что для людей XX столетия она умерла или умрет в ближайшем будущем. Говорят, что мир окончательно входит в период безверия.

Умирает она давно, века с XVIII, если не раньше, а окончательно умрёт ещё не скоро: капиталисты будут сопротивляться ещё долго, и, конечно, религия никуда не исчезнет из их арсенала в течение этого срока.

Не кроется ли именно за борьбой против религии, которая ведется на протяжении почти всего нашего века, бессознательный страх перед ней и неуверенность ее врагов в своей правоте?

Бессознательный? Автор пропустил мимо ушей то, о чём с XVIII в. говорили противники религии? «Религия – род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь» – вот причина борьбы с религией, а вовсе не «бессознательный страх перед ней». Так что нет, не кроется.

Еще в античные времена считалось, что нет ни одного народа, который был бы совершенно лишен веры. Это утверждение сохраняет силу и поныне.

В античные – да. И сейчас, пожалуй, в любом народе найдутся ещё люди, «не лишённые» (а почему не сказать «не свободные от веры»? Ясно, почему: надо же веру изобразить как что-то стоящее, чего не хочется лишиться, а не что-то вредное, от чего надо освободиться), т. е. такие, которые не только неспособны найти объяснения окружающим их явлениям, но даже сказать себе: «причин вот этого явления я не знаю и даже не буду стараться их выяснить, но я хотя бы знаю, что эти причины существуют», а объясняют непонятное потусторонним. Ну а отчего же автор не сказал: нет ни одного народа, который был бы совершенно лишен верного понимания окружающей действительности? Оттого, что к этому нельзя приделать античность или ещё какую седую древность, что это касается только современности?

Как верно заметил Н. Бердяев…

Ну, после ссылки на уважаемого Н. Бердяева книгу уважаемого А. Меня уже точно можно закрыть и сдать в макулатуру. Или всё же ещё почитать? Вдруг он там сошлётся на уважаемого И. Ильина? На уважаемого К. Победоносцева? На уважаемого А. Солженицына? На уважаемого А. Дугина?

…даже атеистов нельзя считать людьми по-настоящему неверующими. В их воззрениях проявляется смутное религиозное чувство, хотя и направленное на земные объекты, личности и идеи. Антирелигиозные доктрины нередко бывают связаны с внутренними порывами мистического характера; идеологические мифы, принимаемые на веру, есть по существу перелицованная религия.

А не расскажет ли мне автор, какие именно «идеологические мифы» приняты мной на веру? Нет, не расскажет. Но он намекает другим, что мои идеи, которые появились у меня в результате изучения общества, просто взяты мной без проверки у тех, кто дошёл до этих идей раньше меня, и я, выходит, не понимаю эти идеи, а просто-напросто верю в них.

Думаю, уже достаточно.