Вампир Эпохи Постмодерна

Титульник

Вампир эпохи «Постмодерна»

Д.Р.Галеев

05.03.2024

Рассказ посвящён всем нам

Участникам мысленного эксперимента

«Кусок не по зубам»

«Кусок не по зубам»

«Никогда не разговаривайте с незнакомцами

Особенно, если вы находитесь там, где вас быть

НЕ ДОЛЖНО».

©Строчка из пародийного выступления, сделанного по мотивам произведения М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита».

Место действий:

Галактика — Млечный Путь

Созвездие — Рукав Ориона

Система — Солнечная

Планета — Земля

Материк — Евразия

Страна — Российская Федерация

Республика Татарстан

Город Казань

Район Первопроходцев (совершенно новый район на севере города)

Улица Неизвестных

Здание А-3672-Центавра

Корпус 7

Этаж 67

«Точное местоположение было необходимо, для читателей с планет в окрестностях Бетельгейзе. В дальнейшем координаты будут урезаны».

Скоростной лифт мчался вверх, оставляя позади этаж за этажом. Его внутренняя отделка была выполнена в соответствии со стилем аристократичных и богатых эшелонов общества. Стены были покрыты белым мрамором, углы высечены из чёрного гранита, а кнопки покрыты позолотой. Весь лифт освещали люминесцентные потолки, со встроенными в них светодиодами, чью яркость можно было регулировать. Играла приятная музыка. Вивальди, Времена Года, Весна. Сотрудники на ресепшене уверяли гостей, что музыкальное сопровождение для их лифта записывал сам автор композиции. Ни у кого, естественно, вопросов не возникало.

Лифт добрался до нужного, 67 этажа. Двери разъехались в стороны и прозвучали тихий писк, оповещающий о конце поездки. Из лифта не спеша вышли два представителя вида Homo Sapiens. Первым из них был молодой парень, возрастом около 19 лет, с волосами каштанового цвета, голубыми глазами, среднего роста, стройный, внешне не чем не примечательный. Одет он был в абсолютно безвкусный и непрактичный, но зато очень сезонно модный костюм из полимеров. К слову, из этих же полимеров были сделаны и костюмы сотрудников атомных электростанций, чья работа проходила в непосредственной близости от радиоактивных излучений. По какой-то неведомой причине, униформа атомщиков в этом сезоне стала главным прототипом для новой коллекции «футуристичных костюмов». Парень был одет в плотно прилегающую одежду, без замков и застёжек, сверкающую платиновым оттенком. Брюки (если их вообще можно так назвать) были выполнены в похожем стиле. Напоминал он члена командного корпуса космического эсминца галактической империи, удостоившего своим визитом нищую планету на отшибе вселенной. Волосы его были сально приглажены, а на лице сверкала улыбка. Спутницей этого человека оказалась молодая девушка, его ровесница. Длинные блондинистые волосы, такие же голубые глаза, небольшой рост, стройная фигура, по общим меркам довольно красивая, с заостренными чертами лица и приятным голосом. Одета она была в такое же модное платье из полимеров, блистающее золотистым и серебряным оттенком. Туфли её стоили как половина месячной зарплата сотрудника МЧС. Двое молодых людей шли по направлению к веранде здания, которая была закрыта панорамными окнами. Там находился один из самых дорогих в городе ресторанов. Они прошли в большой зал, в котором было отнюдь не так много людей, прошли в VIP зону и сели за персональный стол, уже любезно украшенный закусками и шампанским. Сели на диван друг напротив друга. Из VIP зоны оставался небольшой угол обзора на основной зал, где за столами, в чётких костюмах, а порой и в безвкусных брендовых одёжках, сидели люди. Каждый из них занимался своими делами, требующими приличных капиталовложений, и имеющих разную степень общественного приличия. Обычно в промежутке, от «какой ужас» до «оставите этого сумасшедшего!». Молодые люди успели не раз похвалить себя за то, что отгородились от остальных посетителей шторкой VIP зоны.

— Я так рад нашей встречи… — говорил молодой человек девушке — надеюсь, тебе здесь нравится! Я старался найти наиболее приличное и комфортное заведение! — стоит отметить, что здесь он не лукавил.

— Спасибо тебе, всё просто замечательно… — смущенно проговорила девушка, выбирая вилкой, какую же закуску она возьмёт первой.

— Этот ресторан достаточно дорогой… Мне пришлось немало постараться, дабы уговорить отца выделить мне денег на наше… свидание. Надеюсь, ты оценишь мои заслуги!..

Они какое-то время разговаривали, причём разговор их не пестрил какой-либо ценной информационной нагрузкой. В общем контексте это было похоже на неумелую попытку взаимного флирта, пополам с попыткой задурманить собеседнику мозги. Парень в основном говорил о себе, иногда интересуясь, мнение спутницы, а она в свою очередь отвечала ему с разной степенью заинтересованности, и иногда говорила о том, чего-бы она ещё хотела. В некотором смысле это было похоже на очень завуалированный тип рынка, где парень предоставлял товар (в основном выраженный в денежном коэффициенте), а девушка в свою очередь, расплачиваясь своей симпатией, и выбирала, какой товар она хочет. Тем не менее, им вдвоём было очень даже комфортно. Пока что.

Дверь в ресторан распахнулась. На пороге появился ещё один представитель вида… Или же нет? На пороге показался человек (предположительно), мужского пола (предположительно). Он был высок, волосы его были не длиннее одного миллиметра. Одно его глазное яблоко было полностью лишено зрачка, а через сам глаз проходила глубокая царапина. На худощавом лице выступали морщины, а скулы его были неестественно заострены. Кожа его была сухой и бледной как у трупа. На вид ему было не менее 50 лет. По всему радиусу его шеи, на уровне кадыка, проходил багровый след, напоминающий кожу стёртую наждачной бумагой. След был будто от тугой верёвки, которой душили незнакомца. Одет незнакомец был в чёрный траурный сюртук, в руках он вертел изуродованный серебряный крестик. Когда незнакомца спрашивали, как бы он описал свою внешность, он всегда отвечал:

— Я выгляжу как Маяковский перед смертью, если бы тот прожил на пару десятков лет дольше и весь этот промежуток времени сидел бы на тяжёлых наркотиках. Например, на диэтиламиде лизергиновой кислоты. Или на других психотропах.

Он осмотрел зал. К нему подошёл администратор, явно с намерением выгнать незнакомца. Немая сцена. Незнакомец смотрит в глаза администратору. Мгновение спустя, администратор в ужасе отскакивает в сторону и судорожно пытается набрать чей-то номер телефона. Незнакомец направился прямо к молодым людям. Они продолжали вести непринужденную беседу, стараясь как бы не замечать человека грозного вида, направляющегося прямо в их сторону. Не совсем понятно, чего они пытались этим добиться, возможно, они придерживались принципа — «не обращай на него внимания и он уйдёт». К сожалению, принцип не сработал. Через пару мгновений незнакомец уже стоял возле столика молодой пары.

— Мы можем вам чем-то помочь? — неуверенно спросил юноша

— Разумееееетс-с-с-ся… — презрительно, но при том настойчиво и даже с какой-то ноткой обеспокоенности прошипел незнакомец.

Молодые люди были в лёгкой степени удивлены. Таинственный незнакомец в совершенстве владел навыком, выговаривать слова, вкладывая в них самый разнообразный спектр эмоций. Это был особый вид красноречия. Вложить дюжину эмоций и намерений в одно единственное слово. Парень сразу же подумал, что такой навык мог выработаться у незнакомца, в связи с его необщительностью. А вывод о том, что незнакомец необщителен, напрашивался сам собой. И связано это было не только с пугающим видом собеседника, но и с тем, что имел он противный басистый голос. Хотя сложно сделать вывод о его голосе из одной фразы.

— Тогда, чем же конкретно мы можем помочь? — спрашивал юноша

— Скажи мне пожалуйс-с-с-та… Откуда, у тебя, деньги… На этот-с ресторан? — спрашивал незнакомец парня, с видом, будто тот не в ресторан сходил, а на совещание глав ИГИЛа, в качестве главного организатора.

Молодые люди изменили своё мнение о голосе незнакомца. Теперь им казалось, что незнакомец одновременно говорит сразу несколькими разными голосами, будто коротким эхо. Голоса налегали друг на друга и создавали некий гипнотический эффект, хотя тон всё равно казался им противным, но теперь их мозг будто оставил эту деталь без внимания.

— М…мой отец дал мне деньги на этот… этот ресторан… я хотел сводить сюда девушку… — заикаясь промямлил парень.

— Отец-с? Интересно-с-с… А кем твой отец работает, что имеет-с деньги на подобный ресторан-с?

— Он… Кхм… — отвечал парень, стараясь вернуть стойкость в свой тонн — он директор крупной компании по нефтегазовой добыче…

— Директор-c? Как думаешь, а твой отец, поступает правильно, с моральной точки-с зрения?

— Он?.. Но, он же просто выполняет свою работу…

Уголки рта незнакомца слегка приподнялись

— Ну так и киллер-с просто делает свою работу… Ну так и палач делает свою работу… Ну так и нацис-с-сткий офицер СС просто выполняет свою работу-с, сжигая людей в камерах смертников. Они правильно поступают-с?

Парень занервничал и пытался найти, что ответить. В разговор вмешалась девушка:

— Но… — робко пробормотала она — те, кого вы перечислили… Они же совершают преступления… Они убивают людей…

Незнакомец повернул голову в её сторону и широко улыбнулся. Молодые люди увидели его клыки, ненормально большого размера.

— Ооо, ха-ха… — говорил незнакомец, обращаясь к девушке — послушайте-с, не верьте тем, кто говорит, что законы абсолютны. Нет! Законы максимально относительны-с… И палач, и ССовец и киллер работают-с на своё начальство, в рамках которого-с все их действия вполне законны-с. И насчёт убийства-с… Подумайте, скольким людям ваш отец-с — говорил незнакомец, обращаясь уже к парню — успел поломать судьбы, поломать жизни, взбираясь по карьерной лестнице. Те, кто живёт на небесах, как правило, имеют самую дурную репутацию и самую аморальную биографию. Разве взятки-с, которые давал ваш отец-с, входят в рамки закона? Разве не является воровством то, что он приватизирует «народное богатство-с»? И вообще, какой морально-этической системы вы придерживаетесь по жизни? Я лично утилитарист… А вы? Кантианец? Гедонист? По-фи-ги-ст? Я ни в коем случае не хочу защищать права граждан этой страны, но разве то чем занимается ваш отец-с, это не воровство? А вы разве занимаетесь не расточительством-с?

Молодому человеку явно надоели обвинения. Негодование постепенно сменило страх.

— А вы вообще кто?! Вы прокурор?! Агент из отдела по борьбе с коррупцией?! Что вы до нас докопались?! Кто вы?! Как ваше имя?! Я сейчас вызову охрану!

Незнакомец сардонически засмеялся, обнажая все свои кристально белые зубы. Сквозь смех он спросил:

— Вам по-простому объяснить-с, или по нормальному?

Молодые люди сидели молча. Незнакомец продолжил:

— Вижу-с, что по нормальному не поймете-с… Тогда объясню по простому! Зовите меня Маркиз, Маркиз Аамон. Если говорить о себе грубо, то я — морой.

— Морой? — озадачено спросил юноша

— Да-с… Я и не надеялс-ся, что вы поймете-с… Возможно-с, я даже завысил ожидания о ваших интеллектуальных способностях… Ну что же, объясню… Можете считать меня мороем. Конечно, это не совсем верно, ведь я отношусь к куда более сложному… классу… Но на всякий-с случай поясню, что морои являются подвидами…

Молодые люди сидели в ожидании, что незнакомец завершит фразу. Завершения не последовало.

— Подвидами… Кого? — озадаченно спросил юноша

— Ха! — вскрикнул незнакомец — Как кого? Существ, которых вы можете считать санитарами…

— Какими ещё санитарами?! — вновь раздраженно спросил парень

— Ну не палаты номер шесть, естественно! Санитарами общества. Если так можно выразиться. Если-с вам угодно, то можете считать-с нас теми, кто проводит нравственный естественный отбор среди людей. Я бы даже назвал нас проповедниками, наставляющими людей на наиболее благоприятный для человечества путь, использующими при этом весьма экзотичные и даже в некой мере радикальные методы.

— Вы… Сумасшедший? — прошептала девушка

— Не без этого, и в меру с того! — рассмеялся незнакомец

— Знаете что… — начал юноша

— Знаю-с! — перебил его незнакомец — А вот знаешь ли ты, что поступаешь неправильно-с с деньгами? Твой отец, жестокий и тщедушный эксплуататор, который рано или поздно поплатиться за все свои грехи душой и жизнью. Но он знает-с, что нужно делать с деньгами, он понимает их значение-с,… Кто знает, может если б он был более умён и в научном и моральном понимании, то не стал бы тратить свою жизнь и жизни других людей на эти клочки зелёной бумаги. А теперь ответь-с мне! Малец… Что такое деньги?

Молодой человек сначала занервничал, а потом задумался. На его лбу активно пульсировала вена. Выступили «раздумчивые» морщины.

— Деньги, это… — начала парень — деньги… Это определенного рода способ, выяснить цену товара.

— Это эквивалент стоимости! — добавила девушка

— Да… — согласился парень

Незнакомец потускнел лицом. Ямочки от улыбки немного опустились.

— А если рассматривать-с «деньги» не как научное определение из экономики, а как элемент культуры человека? — спросил незнакомец

Парень и девушка молчали.

— Как же всё-таки плохо у вас с фантазией… — причитал незнакомец — вам двоим стоит-с понять одну вещь…

Незнакомец выпрямился. Голос его резко изменился, из него пропало шипение, и он приобрёл приятную дикторскую тональность. Незнакомец заговорил:

— Деньги по своей сути есть экономическое проявление фашизма. Однако фашизм этот направлен не против конкретно этноса или народа, а направлена вся милитаризированная мощь финансов против людей, обладающих меньшой финансовой вооружённостью. Слышали фразу: «Пока богатые богатеют, бедные беднеют»? Так вот, это абсолютный постулат, если не в экономике, то в жизни. Причём работает этот постулат на всех ступенях. Бедность одной общественной ступени напрямую связана с богатством другой, более высокой ступени. Директора компаний будут становиться богаче ровно на ту процентную цифру, на которую уменьшается желание жить у начальников их филиалов и отделов. А начальники смогут позволить себе месячный отдых в Амстердаме лишь тогда, когда очередная партия офисных пролетариев из области менеджмента, покончит с жизнью, выбросившись из окна 67 этажа, поскольку так и не смогут закрыть все свои кредиты и банк подаст на них в суд, из-за чего органы опеки заберут их детей. Кто-то начинает считать себя более умным, чем все и вся, и уходит работать на «самого себя». Всегда было забавно наблюдать, как люди буквально сжирают сами себя, превращаясь в аналог змеи цикла Уроборос. Они стабильно двигаются, но их движение в большинстве случаев ведёт лишь к новым страданиям, и всё это для того, чтобы в конечном итоге всё закончилось парой лет приятных воспоминаний, и смертью от нелепой болячки, или во время очередного алкогольного помешательства. Ха-ха, ох уж эти деньги, создают за счёт гламурных журналов иллюзию того, что для «счастья» людям обязательно нужны дорогие покупки, регулярные путешествия, хорошая еда и выпивка, красивые и любимые партнёры… И эти бедные, несчастные люди, даже не могут в полной мере осознать одной простой истины. Людского счастья попросту НЕ СУЩЕСТВУЕТ! Это иллюзорное, мнимое восприятие того, что принято считать счастьем. Деньги и их производные не приносят людям абсолютно никакого «счастья», ибо они не могут этого делать по определению. Они лишь приносят мнимые импульсные ощущения удовлетворённости собственного эго, и многие ошибочно называют это счастьем. По настоящему близко к «счастью» приближались немногие, и то это было всего на миг, и то это было всё ещё далеко от настоящего «счастья». Ближе всего к «счастью» подбирался солдат, мечтающий о том, чтобы выжить и вернуться домой, и в последнюю секунду сумевший чудом избежать размозжения от артиллерийского обстрела. Это величественная эйфория, когда человек по-настоящему ЛЮБЯЩИЙ и ЦЕНЯЩИЙ жизнь, понимает, что жизнь его ещё не покинула. Никакими деньгами такого чувства вы не достигнете… Невозможно полюбить что-то или кого-то больше чем самого себя, если конечно, вы правильно осознаете себя в этом мире и правильно понимаете ценность собственной жизни. Ибо эту ценность зачастую безжалостно скашивают до неумолимо низких цифр. Что тоже является следствием политики финансового и денежного фашизма. Деньги — это память, память обо всех долгах и должниках. И держится современная денежная система преимущественно только на болтах-долгах. И эта конструкция рухнет, вопрос лишь в том, кто успеет к этому моменту спрятать от ударов обломками бывшего миропорядка. Счастье как я уже сказал, попросту недостижимо, но в попытках догнать эту мнимость, мы теряем его «брата», не менее важного, но при этом, совершенно правдивого. Мы теряем спокойствие. Нам всем отведён срок, и мы будем вынуждены повторять его снова и снова, пока уже не произойдёт что-то значительное. Так зачем в попытках догнать счастье (причём путем накопления достаточного капитала), терять спокойствие? Вы, люди, порой не понимаете элементарных вещей, и добавляете в свою жизнь излишне много символизма. К тому же придавая этот, я бы сказал, оккультный символизм, ещё и материальным благам, вроде денег или романтических партнёров на семь дней. Почувствуйте же уже, наконец, что никто и ничто не имеет в этой жизни ценность большую, чем само понимание собственной дешёвости, безнадобности, бесцельности и полной отрешенности от сути дел. И когда вы поймёте это, деньги вам покажутся не дороже камня, жизни или молекул первичного водорода витающего в далёких ультродиффузных галактиках.

— По-моему жизнь, которую вы описываете, достаточно депрессивная… — заметила девушка

— Разве вам хорошо так жить? В чём смысл жизни тогда вообще? — сказал парень

— СМЫСЛ ЖИЗНИ?! — вскрикнул, хохоча незнакомец — Какой у жизни может быть смысл?! У вашей, имеется ввиду. За меня не переживайте, я морой, у моей жизни смысл есть и будет всегда, и он мне ужасно нравится и вызывает у меня настоящую любовь к собственному существованию! Ха-ха-ха… Но вот вы, да… С вами, с людьми, судьба, если таковая существует, обходится очень жестока. А потому вы как раз и должны понять то, о чём я говорю. Да, поначалу будет горестно, депрессивно, будут настигать постоянные мысли о том, чтобы прекратить собственное существование… Я сам через это всё прошёл. Вас захлестнёт тоска и отчаяние немыслимых масштабов. Однако, вскоре вы поймёте, что смерть, даже более бессмысленна и абсурдна, чем жизнь, ибо смерть имеет цену только тогда, когда цену имела жизнь, а жизнь не имеет цены по определению. И вот после этого осознания, тоска и отчаяние пропадут, и их сменит лишь бесконечная апатия и меланхолия. Испарятся все ложные надежды о «долгой и счастливой» жизни, и в душе воцариться спокойствие, ведомое вечным скитанием по потёмкам разума. Понимаю, идея о вечном облике пессимиста звучит не сильно то и приятно, однако это всё ещё гораздо лучше, чем пожизненное состояние Сизифа, стремящегося к недостижимому, сквозь боль, страх и страдания. Совершите же бунт против этой абсурдности!

Как пелось в песне:

Мы идём в тишине

По убитой весне

По распятым во сне

И забытым совсем

За авторством Вадима Петровича Кузьмина и Игоря Фёдоровича Летова.

С минуту они глядели друг на друга молча. Молодые люди обдумывали слова незнакомца. В любой другой ситуации они отнеслись бы к ним пренебрежительно скептично, однако в сложившихся условиях, поиск смысла был для них весьма важен. Но поймать смысл они так и не смогли.

— Что вы от нас-то хотите? — робко спросил юноша

— Мы ещё молоды, чтобы это всё понять… — тихо добавила девушка

Незнакомец вновь заулыбался. Его голос снова преобразился, вернулось знакомое шипение и противный гипнотический тембр. Он заговорил:

— Молоды? Ха! Да нет-с… Вы как раз уже достаточно стары, чтобы прийти-с к этим выводам самостоятельно. А тут-с даже разжёванную мысль проглотить не можете. Однако я гляжу на вас-с, и у меня появляется малая надежда, что вы ещё не совсем глубоко пали в своём невежестве. Возможно-с, мне удастся вас обоих спасти, но вы должны показать мне-с, что мои надежды не пусты. Должны доказать, что в вас ещё осталась хотя-бы капля здравомыслия.

— И как же нам это доказать? — уде более уверено спросил парень

Незнакомец заулыбался ещё сильнее. Его пасть раскрылась так широко, что был виден каждый идеально белый, идеально острый и наточенный зуб.

— Почему при любом удобном случае, ты пользуешься наличкой, а не банковской картой? — спросил он, обращаясь к парню

— Откуда ты… Ну, просто операции проводимые с карты можно легко отследить, да и ещё…

— Можешь не продолжать-с! — перебил его незнакомец — Дело прозрачное как Святая Вода. Это ещё одна дополнительная возможнос-сть продемонстрировать свои понты, ведь расплачиваясь карточкой, люди не смогут-с увидеть, как много у тебя денег, и тогда они не будут завидовать, и в чём же тогда радость от покупок-с?

Парень спорить не стал, лишь стыдливо наклонил голову.

— Стало быть — продолжал незнакомец — налички у тебя с собой сейчас много? И сколько же-с?

Гипнотический голос оказывал такое сильное влияние, что осторожность практически полностью притуплялась. Парень достал из нагрудного кармана, к слову, единственного кармана на костюме, увесистую пачку денег. В пачке шелестели купюры разных номиналов и валют. Были новые, недавно пущенные в производство рублёвые купюры номиналов в десять, сотню и пятьсот тысяч рублей. Эксклюзивные купюры, пущенные Банком России в оборот, в очень ограниченном количестве. Были стодолларовые купюры, купюры в сотню, две сотни и пять сотен евро. Из пачки выглядывали разноцветные уголки юаней, йен и даже банковских чеков на достаточно круглую сумму.

— И зачем же ты носишь-с с собой столько денег? А если схватят, ограбят и убьют-с? Понты дороже жизни, ха! — смеялся незнакомец

Парень всё ещё молчал.

— И сколько же тут-с? — спросил незнакомец

— Не знаю точно… Порядка… Ну… Не менее двух миллионов в рублях, это точно. Возможно около трёх или четырёх миллионов. Может даже больше. Никогда не считал.

— Действительно, зачем считать пепел? — неоднозначно саркастически спросил незнакомец

— Пепел? — переспросил парень

Незнакомец отпахнул траурный сюртук и достал из внутреннего кармана увесистую стальную зажигалку, изрисованную царапинами и непонятными застывшими багровыми пятнами. Он протянул зажигалку парню. Голос его вновь стал дикторским, шипение также исчезло.

— Жги. — серьёзно сказал он. Улыбка вновь сползла с его лица, но в глазах оставался некий задор.

— Что?! — изумлённо воскликнул парень.

Девушка в этот момент решил выпить стакан минеральной воды, и поперхнулась от услышанной фразы.

— Докажи же что ты ещё можешь адекватно воспринимать этот мир… — говорил незнакомец серьёзным и слегка угрожающим тоном — избавься от денежной массы. Не надо их кому-то отдавать, жертвовать на благотворительность, инвестировать в постройку заповедников на Амуре, и каким-бы то не было способом оставлять в финансовом обороте. Уничтожь их. Сожги их дотла, до пепла, а потом сожги и пепел.

— Но здесь… Здесь же миллионы… — отчаянно восклицал парень

— Ты должен их уничтожить.

— Я не могу! Нет! Не буду! Отец же убьет меня, если узнает! — парень быстро спрятал деньги обратно.

Незнакомец медленно убрал зажигалку в карман. Затем посмотрел на парня. Лицо его утратило какие-либо эмоции, лишь в единственном белом глазе сверкала тоскливая злоба. Губы сжались. Казалось, что если бы его волосы были достаточно длинными, то они вздыбились бы. Незнакомец медленно прошептал:

— За отца не переживай. У него будут другие проблемы.

В следующий момент лицо незнакомца приобрело эмоциональный оттенок, похожий на свирепство пополам с ехидством и безумием. Его костлявая длинная рука протянулась через стол и схватила паренька за горло так быстро, что тот даже не успел вздрогнуть. Ногти на костлявых пальцах до крови вцепились в мягкую кожу гортани и плотно сжали её. Парень попробовал отбиться, он схватил левой рукой со стола серебряную вилку, и попытался вонзить её в руку незнакомца. Рука с вилкой замахнулась, но незнакомец лёгким движением другой, свободной руки перехватил удар, вывернул пареньку запястье, мгновенно отобрал у него вилку и тут же вонзил её, прямо в грудную клетку бедного парня. Удар был не смертельным, но крайне болезненным. Девушка сначала взвизгнула, а потом закричала. Она попыталась помочь своему спутнику. Схватил бутылку шампанского со стола, она попробовала ударить ею незнакомца по голове. Мгновение спустя, и девушка лежала на полу, вся в крови и в осколках стекла, а прямо под ней растекалась дорогая французская выпивка. Незнакомец снова поднял голову на брыкающегося и задыхающегося парня. Он выдернул вилку из его грудной клетки, и уже через секунду парень летел в основной зал, брошенный с силой в 380 Ньютонов, приобретая при этом инерционное ускорение. Парень остановился только при столкновении с гранитной барной стойкой. По его лицу вовсю струилась кровь. В зале началась паника. Навстречу к незнакомцу выбежали охранники, держа на изготовке огнестрельное оружие пистолетного класса.

— Стоять и руки за голову! — крикнул кто-то из охранников

Незнакомец достал из-за пазухи хорошо припрятанный старинный револьвер. Охранники попытались выстрелить первыми, но не успели, и уже через секунду лежали на полу, имея в голове несколько лишних грамма свинца и по одному лишнему отверстию. Возможно, кто-то и попал в незнакомца, но, по крайней мере, никто на сцену пальбы не смотрел, а все свидетели были уже мертвы. Незнакомец подошёл к парню, схватил его за воротник и поднял над полом. И глядел прямо ему в глаза.

— Я делаю тебе одолжение, ведь ты не только умрешь быстро, но ты ещё и узнал перед очередной смертью ту мудрость, которую многие и за сотню жизней не могут осознать. Скажи спасибо. — твёрдо, тихо и спокойно говорил незнакомец.

В следующий миг он вновь бросил парня, но на этот раз уже прямиком в оконную панель здания. Юноша разбил стекло и вылетел на улицу, направляясь прямиком вниз с 67 этажа. В следующий раз он остановиться лишь того, когда его тело соприкоснётся с асфальтом. И стоит сказать, что парень умер ещё во время полёта.

На улице начали слышаться полицейские сирены. Незнакомец медленно шёл к выходу, но в последний момент развернулся и подошёл к девушке. Она лежала на полу, вся в крови, ранах и ссадинах, но она была жива и в сознании. Незнакомец наклонился к девушке и сказал:

— Не повторяй его ошибок. Сожги все деньги и не задавай никогда лишних вопросов.

— З-з-за ч-ч-что?!... — кричала девушка сквозь слёзы

Незнакомец нахмурился.

— Я же сказал… — процедил он — не совершай его ошибок. Видимо, кусок оказался вам не по зубам. А пуля виноватого найдёт…

Незнакомец выпрямился, достал вновь из-за пазухи револьвер, крутанул барабан и выстрелил девушке в голову. Она тихо стукнулась об пол. Незнакомец убрал револьвер, достал маленькую пробирку и набрал туда накапавшей крови.

— Кровь… — загадочно прошептал он.

Он развернулся и пошёл. Через секунду, его уже не было ни в ресторане, ни в здании, ни на этой улице вовсе.

«В венах течёт нефть»

«В венах течёт нефть»

«Самый быстрый способ сойти с ума — узнать слишком многое и слишком быстро».

©Каталог ЦРУ «Лучшие пытки террористов за этот сезон»

Город Казань

Район Первопроходцев

Улица Покаявшихся

Визг сирен разрезал улицы, люди метались из стороны в сторону, мешая сотрудникам правоохранительных органов обследовать место преступления. У здания А-3672-Центавра собралась ватага народу, они все столпились возле тела, выброшенного с 67 этажа, прямиком через панорамное окно шикарного ресторана. Полицейские подразделения оцепили весь периметр, перекрыли улицы, и начали преследовать преступника прямиком по его следам. Они показали себя с наилучшей стороны, ведь уже скоро нашли свежие следы, оставленные убийцей на одной из улиц этого же района. По счастливому стечению обстоятельств, именно на этой улице находилась одна из квартир, принадлежавших семейству убитого парня. Точнее, она находилась в пятидесятиэтажном небоскребе, который своим свечением озарял мрачные улицы, делая их более жизнерадостными и блистательными. Именно там, на 32 этаже, находилась квартира принадлежащая парню, точнее, его отцу.

Таинственный незнакомец, представившийся Маркизом Аамонон, медленно вошёл в здание. Сотрудники охранного предприятия и консьерж на первом этаже мгновенно заподозрили незнакомца в связях с происходящей шумихой. Они попытались остановить его и задать несколько вопросов, но уже через секунду без сознания, а возможно, и без пульса лежали на полу. Звук сирен постепенно приблежался. Ненормально быстро незнакомец попал на тридцать второй этаж. Несколько раз он постучал в дорогую металлическую дверь. Дверь распахнулась. На пороге стоял высокий мужчина, в чёрном костюме, похожий на закалённого в боях военного.

— Вам чем-то помочь, сэр? — спросил мужчина

— Я так понимаю-с, вы его телохранитель-с?

По какой-то неведомой для себя самого причине, мужчина кивнул. Незнакомец выхватил из-за пазухи револьвер. Мужчина среагировал быстро и остановил руку неприятеля, но тут же был оглушён второй, свободной рукой. На лице мужчины остался след, будто от пореза или от укуса хищника. Выстрел. Телохранитель мёртв.

Незнакомец вошёл внутрь. Внутри, за столом, в таком же дорогом костюме, сидел ухоженный мужчина, среднего роста, с голубыми глазами и уложенной бородкой. По всей видимости, он ужинал, и по какой-то причине не слышал ни о чём, что происходило сейчас на другой улице.

— КТО ВЫ ТАКОЙ?! — прокричал человек за столом

— Моё имя — Маркиз Аамон. Я — морой.

— КТО?!

— Санитар общества.

Ужинавший мужчина уронил вилку с насаженным на неё маленьким бифштексом. Он поперхнулся. Незнакомец возвёл револьвер прямо на него.

— Вы же владелец нефтяной компании, я прав-с? — спрашивал незнакомец

— ЭЭЭ СТОЙТЕ! УБЕРИТЕ ОРУЖИЕ! ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО СТРЕЛЯТЬ!

— Отвечайте-с на вопрос.

— ДА-ДА! Я ВЛАДЕЛЕЦ! ЧТО ВАМ НУЖНО?! ДЕНЬГИ?!

— Почти. Следя за вашей деятельностью, я пришёл к выводам-с, что большая часть ваших денег заработана преимущественно нечестным способом. Я бы даже сказал, вредоносным для общества способом. Поэтому я хочу вам показать-с, что деньги, это не главное в жизни, и то, что без них можно прекрасно обойтись. Вот, например ваш сын так этого и не понял, а потому, сейчас он мёртв, в известном вам смысле.

— М-мой… ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ?!

— Давайте-с вы сделаете, так как говорю я, и тогда ваши шансы на выживание повысятся многократно-с — незнакомец угрожающе потряс револьвером.

— Х-х-хорошо! Только не стреляйте!

— Вы же сегодня заключили крайне выгодную бизнес-сделку, которую добивались несколько месяцев, и которая принесёт вам огромное количество денег-с?

— Откуда вы знаете?

— Так вот, делайте так, как я говорю. Берите телефон.

Мужчина достал из кармана брюк телефон (явно дорогой модели).

— Набирайте номер человека, с которым вы сегодня заключили-с сделку.

— З-зачем?

— Наберите и скажите, что вы отменяете её. И для гарантированности пошлите его куда подальше.

— ЧТО?! НЕТ! ЭТОЙ СДЕЛКИ Я ДОБИВАЛСЯ ПОЧТИ ГОД! Я СТОЛЬКО УСИЛИЙ В НЕЁ ВЛОЖИЛ! Прошу, давайте что-нибудь другое

— Тогда выпрыгните из окна. — незнакомец вновь потряс револьвером.

— Х-хорошо… Я позвоню… — сказал мужчина. Звук сирен тем временем был невыносимо близок.

Мужчина набрал номер, пошли гудки, а затем он заговорил в трубку:

— Ало, Борис Николаевич? — голос его дрожал — Сделка отменяется. Пошли вы к чёрту!

Он бросил трубку. На глазах его навернулись слёзы.

— Какие-с вы всё-таки странные, люди! С таким трудом бросаете деньги, которые ещё даже не ваши. И это при том-с, что на кону стоит ваша жизнь!

Незнакомец подошёл к окну. Он увидел сверкающие отблески синих мигалок, выходящих издалека.

— Что же, человек-с. Молодец, ты искупил большую часть грехов. Я не буду-с тебя трогать.

Незнакомец сел рядом с мужчиной. Он взглянул на нефтяника. На нём не было лица, только мрачная маска осознания.

— Как себя чувствуете-с? — просил незнакомец

— Прошу вас… Скажите… Мой сын правда мёртв? — спросил отстраненно мужчина.

— А зачем мне вам лгать-с? Конечно, он мёртв!

Мужчина некоторое время молчал.

— Ну, и, слава Богу. — в конце концов сказал он.

— Кому слава, а кому гнев и печаль-с! — воскликнул незнакомец.

Он посмотрел на безжизненное тело охранника. Затем он к нему подошёл, нагнулся, достал что-то наподобие маленькой колбы и зачерпнул туда немного крови, вытекавшей из пулевого отверстия. Незнакомец сел обратно рядом с мужчиной и протянул ему колбу:

— Хотите? — спросил незнакомец

— Нет… спасибо…

— Я тогда сам выпью.

Он опрокинул колбу со свежей кровью себе в горло. Тонкие капли промахнулись мимо рта, и попали ему прямиком на подбородок, а затем медленно стекли по шее до воротника.

— Ответьте ещё на один вопрос, пожалуйста… — сказал мужчина — вы наказываете меня за то, что я обманывал людей? За то, что я давал взятки и обходился жестоко с людьми? За то, что я специально разрушал природу, ради, казалось бы, небольшой суммы денег? НУ, ТАК Я ЖЕ ПРОСТО ВЫПОЛНЯЛ СВОЮ РАБОТУ! Я поддерживал жизнь денежного кровотока страны! Да, не лучшими способами, но в наше время по-другому никак! Это лучше, чем, если бы люди совсем остались без нефти, без, газа, без бензина, без остальных углеводородных продуктов!

Незнакомец допил всё содержимое колбы. Он широко улыбнулся и облизнулся, глаза его сверкнули красной пеленой, и он хищно посмотрел на мужчину.

— Я бы выпил вашу кровь и закусил вашей душой. Но боюсь, что вместо крови у вас течёт нефть, а вместо души, вакуум.

Голос незнакомца снова резко приобрел дикторскую тональность.

— Так ответьте же! — взмолился мужчина — Всё, что вы устроили, это наказание за мою жадность?! Вы дьявол?!

Незнакомец громко и пронзительно расхохотался. Его испачканные красной жидкостью клыки отражали свет от серебряной люстры.

— Нет же! Нет! — сказал, наконец, он — Таких как вы тысячи, если не миллионы! Чем же вы лучше остальных?! Если бы я был ДЬЯВОЛОМ, то взялся бы для начала за рыбку покрупнее! Я наказал вас не за жадность, я в принципе вас не наказывал. И скажу по секрету, мне до глубины мой иллюзорной души плевать, кого вы обманывали, насколько и за сколько. Я люблю кровь, да, но гораздо приятнее мне питаться человеческим осознанием. Их страхом перед собственной слепотой. Я санитар общества, но дело в том, что общество смердит до самых звёзд, и нет в нём ни одного человека, заслуживающего помилования. По крайней мере, с моей точки зрения. И я буду ходить и разрушать иллюзии в глазах людей, чтобы просто наслаждаться тем, как они падают в бездонную пучину правды.

— А вы сами-то святой, чтобы судить о грехах людей?

— Святой ли я?! Упасите! Мне не надо быть святым, чтобы избавляться от людей. Я словно пожарник, приходящий в дом, чтобы сжечь книги, даже не открывая их. Я знаю, что книги сделаны из бумаги, что бумага сделана из дерева, что дерево должно обратиться в пепел, а соответственно, мне нет дела до «внутреннего мира» книги. С людьми, правда, всё ещё интереснее. Вас интересно вскрывать, смотреть на ваши изменения и метаморфозы. Каждый человек это потенциальное ядро бесконечных мудрых знаний, которыми я с удовольствием с ним поделюсь. Но проблема в том, что когда я начинаю человека вскрывать, дабы посмотреть на его начинку, я понимаю, что он либо насквозь прогнил, либо и вовсе пуст. Однажды я встречу поистине сформировавшегося мировидением человека, и тогда, я не только пощажу его, но и подарю ему свою мудрость, свои умения.

— То есть вы что же, убили людей, пришли ко мне, заставили меня пройти через эмоциональный ад, и всё ради того, чтобы посмотреть на мою реакцию?

— Скажите же теперь вы. Какое у вас сейчас отношение к деньгам?

Мужчина немного подумал.

— Возможно это действительно просто бумага… Бумага которая должна быть обращена в пепел… А может быть вы, просто безумец? Мне уже больше пятидесяти лет, и как минимум последние лет десять, я думал, что умею жить, что я успешный человек. Но о каком понимании жизни может идти речь, когда к тебе в квартиру врывается незнакомец без глаза и в чёрном сюртуке и твоя жизнь может мгновенно оборваться?

— Поздравляю, вы стали чуточку мудрее.

— Но скажите же всё-таки прямо… Кто вы? Дьявол?

— Скорее злой дух. Говорю же, я морой.

— Кто такие морои?

— У нас осталось немного времени. Объяснять вам всё подробно нет смысла, всё равно вряд ли поймете. Можете поискать пока в интернете, если хотите.

Мужчина вновь достал телефон и забил в поисковике гугл слово «морой». Моро́й (рум. moroi) — разновидность вампира в румынской мифологии.

— Частично меня можно отнести и к стригоям.

Стриго́й (рум. strigoi, молд. стрига) — в молдавской и румынской мифологии вампир, ведьма, в которых превращаются повешенные люди.

— Вы… Вампир? — озадаченно спросил мужчина.

— Называть меня вампиром — сказал сердито незнакомец — это то же самое, что тебя назвать млекопитающим. Сильно сократил круг поиска? Даже мороем меня назвать то можно лишь процентов на 30, стригоем и того всего на 20 процентов. У вампиров, как и у людей, бывают подобия рас и национальностей. Но распределение по таковым «этносам» идёт не в зависимости от места проживания, а в зависимости от знаний, убеждений и условий «смерти». Хотя смерть зачастую вполне буквальная, просто, неполная. Стригоями например становятся в основном те, кто был повешен.

Незнакомец провёл рукой по своей шее, на которой виднелась красная линия, явно оставленная верёвкой.

— У некоторых вампиров когнитивные способности падают до уровня животных, они становятся буквально упырями. Вурдалаки, например, обычно получались из государственных служащих, из чиновников, министров, царей, которые были жестоко убиты за свои разумные и честные взгляды. Морои в мифологии это отдельная история, мне лично было интересно читать про них. Не скажу, насколько мифы правдивы, ведь даже сами вампиры плохо знают свою историю, большинство вещей нам понятны инстинктивно. Но обычно мороями становится те вампиры, кто наиболее хорошо за жизнь успел пропитаться чувством «экзистенциального суицида». То бишь те, кто и при жизни понимал степень необъятности её абсурда. Не то Тибетские монахи, не то общественные страдальцы, не то заложники положения «я имбецилен, я это знаю, и меня окружают имбецильные люди, которые этого не знают». Одним словом скажу, что вампиры в первую очередь отличаются между собой способностями и пониманием. И морои в этом списке, во многом лидируют. А я ушёл даже дальше обычных мороев, ибо за свою жизнь я не раз умирал ментально и один раз физически. Конечно, в наше время вампиров практически не осталось, и не, потому что их истребили люди, а потому что умных людей всё реже стали жестоко четвертовать на крестах.

Он достал из кармана изуродованный серебряный крестик, помял его в руках и засунул обратно в карман.

— Забавно как люди придумывают разные небылицы о нас, будто мы боимся серебра, солнца или Святой Воды. — улыбнулся он.

— То есть вы вампир…? — сказал мужчина

Незнакомец уныло вздохнул.

— И для кого я это всё рассказывал… Знаешь кто я? Пожалуй, перефразирую Мефистофеля. Я часть той силы, что вечно хочет зла, и вечно творит зло. Я зло. Но зло своеобразное. Зло, подобное смертельному яду, что в правильных руках может стать великим лекарством. Однако примером для подражания я точно не являюсь. Как ты и сказал, я поддерживаю кровоток, кровоток знаний в людях. Знания могут передаваться через кровь. Надо лишь её почувствовать.

Через секунду в квартиру ворвались сотрудники отрядов специального назначения вместе с сотрудниками полиции. Незнакомец сидел молча и спокойно, даже тогда, когда его вязали. Нефтяник рядом с ним всё так же сидел безлико и безмолвно.

Полиция мгновенно опознала жертву и преступника, и начала процедуру захвата. Для Маркиза Аамоа не представляло какой-либо трудности устроить многодневную перестрелку, однако, он этого делать не стал, исходя из принципов банального рационализма. Офицеры полиции и врач окружили нефтяника, стали его осматривать и задавать вопросы.

— Можно позвонить жене? — спросил мужчина

— Да-да, конечно — ответил офицер

Мужчина встал, прошёл в коридор, достал телефон и набрал номер жены. Пошли гудки. Человек на том конце провода ответил:

— Ало! Дорогой! — кричал тонкий женский голосок, явно сквозь слёзы — Я… Я тебе звонила! Ты не брал трубку, я думала… Наш сын… Он… Ты слышал?! Прошу ответь!

— Да, я слышал. — устало и мрачно сказал мужчина — Дорогая, я хотел сказать. Я люблю тебя… И… Прости. Прости за всё.

— Что…? Я не понимаю! О чём ты…

Мужчина бросил трубку.

— У вас всё хорошо? — спросил у него офицер

Лицо мужчины было ненормально бледным.

— Я узнал слишком многое для себя… — тихо проговорил он

— Вы о чём? — настороженно спросил офицер. Рука его автоматически приблизилась чуть ближе к кобуре пистолета.

Внезапно мужчина дёрнулся с места, так быстро, что никто из присутствующих (кроме незнакомца) даже не успел понять, что произошло. Нефтяник с разбега влетел в незащищенное окно, разбил его и прыгнул прямиком вниз с 32 этажа.

— ТВОЮ МАТЬ! — крикнул один из полицейских. Это было самое цензурно приемлемое выражение, из тех, что прозвучали в тот момент в квартире.

Незнакомец ехидно посмотрел на дыру в окне.

— По следам сына… — с усмешкой сказал он — в прочем, иного и быть не могло. Но я своё слово сдержал и не трогал его.

Бронированный автомобиль для транспортировки заключенных, именуемый в народе как «Автозак», ехал по улицам города, в окружении кордона охраны. Внутри этого автозака, четверо вооружённых людей (не считая водителя) сопровождали закованного в наручники старика. Со стороны могло показаться, что это излишняя осторожность, но это если не знать, что за сегодняшний вечер этот старик успел натворить на улице Неизвестных и на улице Покаявшихся города Казань. К слову, несмотря на то, что незнакомец выглядел далеко не молодо, на деле он был ещё старше. Общее впечатление от его выходок отражалось в поведении сопровождавших его автоматчиков из отделения полиции. Никто не вёл себя в отношении к нему слишком развязано, дерзко, жестоко. Все понимали, что даже несмотря на то, что его руки связаны, он всё равно представляет серьёзную опасность для всех окружавших его людей. Точнее они не столько понимали это логически, сколько чувствовали подсознательно. Незнакомец, сидевший в данный момент рядом с ними, держался пугающе спокойно, он не походил ни на психа, ни на бандита, он даже на живого не очень был похож. Тем не менее, все понимали, что расслабляться ещё рано.

Автозак изнутри был похож на небольшую тюремную камеру. Это было вполне символично и практично. Командир полицейского подразделения радикально настоял на том, чтобы приставить к задержанному человеку вооруженную охрану. Несмотря на всю тягостность ситуации, любопытство (обычное человеческое и бюрократическое), перевесили чашу весов в сопровождающих. На другой стороне этих весов была осторожность. В конце концов, один из них спросил незнакомца:

— Как же вас всё-таки зовут?

Незнакомец перевёл взгляд на полицейского, на его лице отразилась некая искра и в какой-то мере даже удивление. Приятным дикторским голосом он сказал:

— Вам действительно хочется знать что-либо обо мне?

— Нам же тоже может быть интересно — отвечал полицейский

— В конце концов, вы такую шумиху начали — говорил другой полицейский

— Даже жить страшно… — говорила третья

— Вот оно как… — таинственно процедил незнакомец — Хорошо. Моё имя — Маркиз Аамон.

Полицейский недоумённо на него посмотрели. Один из них сказал, при этом заметно улыбаясь:

— Ты что, решил назваться именем демона Арс Гоэтии? — сказал один из полицейских

— Демоном? — озадачено спросил другой.

— Ну да, у меня просто двоюродный брат работает профессором теологии в Прибалтике. И средневековой мифологией он очень увлекается. Вот и рассказывал мне о демонах Арс Гоэтии, это вроде демоны магического гримуара. Назывался он вроде…

— Малый ключ Соломона. — подсказал незнакомец

— Да, точно. И вот он мне про этих демонов рассказывал, про их роли, у кого, сколько легионов, и прочее. Вещь интересная, мне понравилась. Но всех демонов я не запомнил, лишь парочку, ведь их там вроде порядка семидесяти двух. Так почему именно Аамон?

— Да, вы правы. Маркиз Аамон это лишь псевдоним. Почему именно Аамон? Просто по натуре мы с ним наиболее похожи. Могущественный и самый суровый гоетический демон, в чьей власти примирять вражду, открывать прошлое и будущее. Я тоже в каком-то смысле примиряю вражду… Тоже показываю людям истину, их прошлое и грядущее для них будущее. Правда, мало кто остается жив после моих откровений. Нефтяник тому пример.

— Хорошо — сказал один из полицейских — но как твоё настоящее имя?

Незнакомец призадумался.

— Сейчас бы вспомнить… — медленно проговорил он — Маркиз Носферату Гогенцооллерн-Зигмааринген Эминеску Цепиш. Вот моё полное имя.

— Получается вы… Румын?

— Да, пожалуй, можно сказать и так.

— Сочувствую людям, которые будут оформлять на вас документы.

— Скажите… — проговорила сидящая напротив незнакомца девушка из полицейского отделения, явно отличившаяся своим профессионализмом в кадетском училище — Ради чего вы всё это сделали? Зачем убили стольких людей? Вы выглядите страдальчески, но совсем не похожи на садиста-убийцу, вы не похожи даже на какого-нибудь Чикатило. Скажу прямо, ваш вид вызывает лишь… сочувствие… Зачем вы всё это сделали?

Незнакомец удивлённо посмотрел на неё, а затем звонко и громко рассмеялся. Смена эмоций была такой неожиданной, что рядом сидевший, закалённый в боях офицер невольно вздрогнул.

— Зачем я это делаю?! — прохохотал незнакомец — Чтобы понять мои намерения, для начала ответьте на один фундаментальный вопрос. Что такое справедливость, на самом деле?

Полицейские задумались. Они с минуту помолчали, а затем начали выдавать свои ответы

— Справедливость — это правомерность граждан друг перед другом

— Это нравственность людей в отношении общества, и нравственность общества в отношении людей

— Это соответствие проступка наказанию, соответствие прав обязанностям, соответствие труда вознаграждению.

— Прекрасные предположения — говорил незнакомец — Однако, они не самые правильные с логической точки зрения. Вы почему-то отвечаете на вопрос — «что такое справедливые взаимоотношения между людьми?». А вы должны для начала понять и ответь, чем является справедливость сама по себе. Это разграничение очень важно, ведь справедливые взаимоотношения действительно существуют, однако справедливости как таковой в природе не может быть в принципе. В известном нам понимании. Официально принято предполагать, что справедливость — это априори абстрактное, обстоятельное отношение homo sapiens к homo sapiens. Но я и подобные мне существа, уже давно поняли, что справедливость — это несуществующая (в общем, нам смысл), иррациональная математическая константа, равная соотношения в людях этичности и коварства.

— Постойте, как константа может быть вычислена, если её не существует?

— Не совсем так. У этой константы существует значение, но не существует абсолютно никакого применения. Если говорить так, чтобы вы, люди, поняли, то существует некое число, вполне себе конкретное, но которое нельзя отнести ни к одной физической или даже гипотетической величине во всеобъемлющей вселенной. Возможно, эту константу можно сравнить с Числом Райо, но в отличие от Райо у нас нет даже теоретической возможности вычислить эту константу. Почему? Как я и сказал, константа справедливости равна соотношению этичности к коварству. Если с этичностью всё понятно, она бесконечно стремиться к нулю, то с коварством всё гораздо сложнее, ведь уровень коварства в людях неисчислимо велик. Среди некоторых моих собратьев ходила поговорка, звучала они примерно как — «Sola avaritia et dolus in animantibus dimensiones infinitatis excedunt». «Только жадность и коварство в живых существах превышает размеры бесконечности. Вот так и получается, что справедливость по своей фундаментальной сути, настолько для людей непостижима, что им становится проще привязать её к абстрактным духовным понятиям, нежели попробовать сформулировать её чёткую суть.

— Я совсем запутался! — сказал один из офицеров — Если эта как вы говорите, константа справедливости, совсем неисчислима, непознаваема, неощутима, то вам, то откуда про неё знать?

— Слушайте внимательнее. Я сказал, что лишь ЖИВЫМ существам её не понять, ибо они при любом удобном случае стараются цепляться за отголоски самосознательности и псевдологичности, отвергая своё падение в пустоту небытия.

— Я не понял, а в чём тогда в принципе смысл от этой константы справедливости, если её невозможно куда-либо экстраполировать?

— Неужели мои изречения настолько непонятны? Нет, всё же проблема тут куда глубже. Человек просто неспособен понять настолько глубинных вещей, если ему не выстроить точнейший о размера квантов причина-следственный ряд, по которому он дойдёт от понятия А до понятия Б. Вашей вины в непонимании тут нет, вам необходимы доказательства и более чёткая аргументация, дабы перевести всё сказанное мной из разряды «обычное сотрясание воздуха» до «философская мысль». В ином случае, здоровый человеческий мозг воспринимает подобные тезисы как порыва бреда, высказанный наркоманом во время психоделического припадка. И да, отчасти оно так и есть. Но это лишь в очередной раз доказывает то, что такие понятия как «справедливость», «честность», «добропорядочность» они для нас весьма и весьма абстрактны. Константа справедливости, постоянная величина соотношения этичности к коварству, симметрия между надеждой и реальность, это нечто для нас, для вас трансцендентное. Справедливость трансцендентна как само слово человечность, как само слово святость, как само слово БОГ! И мы сможем понять полное значение справедливости лишь тогда, когда наши сверхкомпьютеры смогут достать почтовый индекс Царства Божьего, если оно конечно располагается в пределах досягаемых нашим умом. «Нужно в жизни 42 дороги пройти, чтоб человеком стать мы могли» — писал Дуглас Адамс. Он к слову был очень близок к правильному ответу. Только не 42 дороги, а 33 дороги. Ха-ха-ха. До тех пор, в задаче «что такое справедливость», нужно совершенно чётко и ясно писать ответ «решение отсутствует». Ответ то может и есть, но решения к нему у нас и быть не может. Я надеюсь теперь понятно, какое у меня отношение к справедливости, религии и односложным ответам?

Полицейские молчали, кто-то из них пытался обдумать сказанное, а кто-то просто непонятливо хлопал глазами.

— Боже всемогущий, Дьявол великомучимый, Господа, если вы существуете, если вы меня слышите, если вам на меня не всё равно, как мне на вас, то прошу, выжгите мне на роговице ответ, почему люди такие непонятливо тугие? Знаете ли вы вообще ответ на этот вопрос?

Он вновь посмотрел на полицейских.

— Никогда не предавала значения теологии, ибо все нужные ответы на вселенские вопросы я получал сразу, но сейчас мой мозг отчаянно нуждался в подобном баловстве. Надеюсь, я никого не оскорбил.

Он с секунду помолчал, по всей видимости, обдумывая новую речь

— Хорошо, объясню куда проще, чтобы понял каждый. Вот ответьте мне на вопрос. Если я не ошибаюсь, то первоочередно меня будут судить за убийство парнишки и доведение до полёта его отца. Уже после вспомнят и об остальных. Надеюсь, спорить вы с этим утверждением не станете. То есть в первую очередь суд позаботиться об мёртвых членах семейства нефтяников. Как вы думаете, почему?

— Ну как же… Срок то вы получите в любом случае одинаковый за каждого человека…

— Точно?

— Ну… — полицейский замялся. Он не был готов точно отвечать за свои слова.

— За смерть нефтяника и его сына я получу номинально больший срок, чем за убийство консьержа. А знаете почему? Потому что жизнь нефтяника была богаче, а соответственно и смерть его будет стоить дороже. Смерть, как правило, всегда обходиться дороже жизни. Нефтяник зарабатывал больше консьержа, адвокаты его куда лучше, в казну он платил куда больше денег, сын его тратил куда больше денег, чем сын консьержа. Соответственно, государство за его убийство будет судить куда строже, ведь где-то в его глубине на круглую сумму упущенных денег, ёкнет финансовое сердечко. Ёкнет финансовое сердечко, а там и до финансового инсульта государства не далеко. Поэтому, несмотря на все разглагольствования о справедливости прав, о справедливости судебной системы, в конечном итоге, где-то в глубине, человеческую смерть будут оценивать по количеству упущенной прибыли. И чем эта сумма больше, тем сильнее на тебя разозлиться эта самая судебная система.

— Возможно, вы тут и правы… Это действительно имеет какой-то малый, пусть и абсурдный смысл…

— Истинная мудрость заключается в том, чтобы уметь прислушиваться и обдумывать даже самую, казалось бы, абсурдную идею. Тут важнее всего разграничивать абсурдность и глупость. Глупость в конечном итоге сводиться к обыкновенной нехватке данных и неспособность их проанализировать достаточно чётко. А абсурдность, это мерка того, кто, что обнаружит на глубине этой информационной ямы. Лично я всегда упираюсь в смысловой базальт.

— Да… Но всё же… Почему вы решили устроить этот маленький геноцид изначально? Вы хотели их проучить? Забрать их деньги или что? Вы кто, майор Гром?

— Ахахаха, что вы, нет, конечно! Я не собирался кого-то «проучить» и уж тем более их деньги мне не сдались. И тем более, я не следовал за какой-либо справедливостью

— Но зачем тогда?

Незнакомец улыбнулся широко, его белые клыки увидели свет.

— Потому что я могу. И потому что мне было неприятно смотреть на то, как эти люди считают себя хозяевами мира. Проучить я их не хотел, но признаюсь, я наслаждался моментом их раскаяния. И в целом скажу так, мне не нужно моральное оправдание своих действий, мне не нужно оправдывать свои поступки перед судом человеческим или судом Божьим. Для меня в этом нет смысла, я же всё таки… Как вы любите говорить… Вампир. Существо, лишённое нравственности.

— ВАМПИР?!

Незнакомец широко раскрыл пасть и захохотал дьявольским сардоническим смехом.

В этот момент, в одной из машин кордона охраны, сопровождающем автозак позади.

Машина сопровождения следовала за автозаком по освещённым искусственным светом улицам Казани. На переднем кресле сидело два полицейских офицера средних лет. Всю дорогу они обсуждали что-то своё, кажется, это было связано с бытовой жизнью, с футболом и с осточертевшими санитарными проверками на складе вещдоков. Тремя словами — приятная дружеская беседа. Но за очередным поворотом беседа резка прервалась, когда прямо перед их лицом стали происходить крайне странные и в какой-то степени ужасающие события.

Едущий перед ними автозак стало ненормально сильно заносить в сторону. Он сначала сильно сбавил скорость, стал разворачиваться боком, потом скорость наоборот увеличилась, всю кабину трясло как тряпичную куклу, привязанную к колёсам бронетранспортёра. Странное сравнение, но всё же.

Апофеозом этой напряжённой ситуации стало то, что одно из колёс автозака загорелось и взорвалось, вопреки всем предсказаниям автомехаников. Автозак съехал с дороги, ушёл в сторону и врезался в один из домов на улице, выбив витрину давно закрытого ювелирного магазина. При том автозак ещё и перевернулся на спину. К счастью была поздняя ночь, а потому никто из прохожих не пострадал. Материального ущерба для города тоже практически не было, если не считать снесённый магазинчик, повреждённый каркас дома и уничтоженное общественное имущество, в виде дорожных знаков, бордюра и двух фонарей.

Кордон охраны остановился. Из машин выбежали полицейские, включая наших светских собеседников. Они все подбежали к перевёрнутому автозаку, которого во время столкновения вывернуло наизнанку. Выжить не должен был никто. Но к удивлению, все находящиеся внутри люди выжили, но получали травмы различной степени тяжести.

Средних лет полицейский, любитель футбола и ненавистник санитарных обследований, подошёл к одному из сопровождавших задержанного автоматчиков. Точнее к девушке, идеально окончившей кадетское училище. Он спросил у неё с явной злостью, пополам с удивлением:

— ЧТО ПРОИЗОШЛО?!

— Н-не знаю… Этот человек… Он начал говорить сначала про математику и справедливость, потом про вампиров, затем он засмеялся, а потом… не помню… Автозак начало сильно трясти и я больно ударилась головой об потолок машины… Не знаю, может быть он что-то сделал, подал кому-нибудь сигнал, активировал взрывчатку на колесе…

— Хорошо… Приведите сюда задержанного!

— Сэр, тут проблема…

— Какая ещё проблема?!

— Задержанного нет! ОН ПРОПАЛ!

— ЧТО!?!?

Задержанный незнакомец таинственным образом испарился.

«Место встречи изменить нельзя»

«Место встречи изменить нельзя»

«В общем, войти в мыслящую элиту нашей страны мне не удалось. Разумеется, как и все лузеры, я утешал себя тем, что не захотел этого сам».

©Виктор Пелевин в произведении Empire V.

EmpireV — главный вдохновитель этой книги

Город Казань

Район Приволжский

Улица [неизвестно]

На улице была ночь. Полная белая луна блистала в спокойном русле реки, освещая своим сиянием значительную часть мира. Где-то в стареньком, малопосещаемом парке, на берегу реки Волга, на самой окраине города, бродил человек. Человек подходил к реке, смотрел на неё, изредка бросал вдаль камешки, а затем, шагая по протоптанной дорожке, возвращался в парк и садился на скамейку. Сегодняшняя ночь была очень тихой. Ни одного человека в округе, ни одной машине. Обычно в этом месте, из Камы в Волгу и обратно, проплывали пароходы, катера, лодочки, грузовозы. Но сейчас не было ни-ко-го. Только этот странный человек.

Этого странного человека звали Килгор Пурсон. Необычное имя для наших краёв, и это вполне логично. По достижению восемнадцатилетия, Килгор Пурсон сменил имя и фамилию, поскольку видел в этом некий особый символизм. Он никогда не говорит о предыдущем имени, по его мнению, оно было слишком банальным. Что-то в духе «Иванов Иван Иванович». Ныне, в возрасте своих 37 лет, он носит имя Килгор Пурсон.

Килгор Пурсон — это человек приличного достатка, не женат, женат никогда не был, уже долгое время не состоит в каких-либо романтических отношениях, возможно никогда по серьёзному и не состоял. По образованию экономист-кибернетик, магистр экономических наук. По профессии — он один из членов главной редактуры местного литературного издательства. Он вместе с остальными членами редактуры возглавляет редакцию и определяет редакционную политику и направление издательства. Почётный член литературного и философского ложа страны. Преимущественную часть своего дохода он получает за счёт написания художественных социально-научных и философских романов. Вы наверняка заметили, что первостепенно я делаю акцент на его социальном и профессиональном положении, на его заработке, на том, женат он или нет. Ибо в наше время это является первым лицом человека.

На самом же деле, если отбросить все социальные ярлыки, то Килгор Пурсон это человек крайне иллюзорный, многогранный, начитанный и по его собственному мнению, беспросветно тупой. Пожалуй, самобичевание является одним из главных грехов господина Пурсона, наравне с регулярными вспышками агрессии и склонностью к значительному приукрашиванию и искажению фактов, историй, достижений. Господин Пурсон считает себя человеком эмоциональным и даже в некотором смысле чрезмерно романтично-идеалистичным. При этом знакомые Пурсона утверждают, что он человек прагматичный, крайне рациональный и даже частенько попросту бесчувственный. То, что чрезмерно часто подключает свой любимый принцип логического диалектизма, любые события объясняет либо с точки зрения профессиональной философии, либо с научной точки зрения. Сам Пурсон принимает такие обвинения за похвалу, но людям окружающим его, очень сложно говорить ему о каких-либо своих чувствах. Это служит причиной, по которой господин Пурсон является достаточно одиноким человеком. Добрым, умным, но одиноким. Сам же Пурсон от своего одиночества совсем не мучается, наоборот, он видит в этом признание, признание того, что живёт он правильно. Но и у него случаются эмоциональные внутренние провалы. Скажем так, внутренняя философия Килгора Пурсона столь глубока, обширна и абстрактна, что даже он сам частенько блуждая по ней, забредает в тупик. В большинстве случае это огромный плюс, но иногда это бывает и значительный минус. Килгор Пурсон — очень интересная, как по мне, личность. Позволю себе внеплановое обращение к читателю. Имена большинства героев моих произведений имеют в себе отсылки на самые разные направления, на литературу, науку, мифологию. Вот и имя Килгор я взял не просто так. В романе-антиутопии «Завтрак для чемпионов, или Прощай, Чёрный понедельник!», в романе «Дай вам Бог здоровья, мистер Розуотер, или Не мечите бисера перед свиньями», а также в других произведениях Курта Воннегута, главный персонаж Килгор Траут представлен в качестве альтер эго писателя Воннегута. Вот и в моём произведении, в более узком и отдалённом смысле, Килгор Пурсон является моим альтер эго персонажем. Естественно мы с ним совершенно разные, я его создал, но я не вправе управлять его сознанием, он, в конце концов, гораздо умнее меня, и гораздо большего добился. Тем не менее, в его характере, мышлении и поведении есть ключевые отголоски, которые он позаимствовал у меня. Килгор Пурсон интересная для меня личность, и все подробности о нём я ещё раскрою в других произведениях.

Высокий человек, гладко выбритый, с короткими, но ухоженными карими волосами. Его внешность соответствует внешности Волжского Булгара. Он одет в чёрное пальто и чёрные штаны, с чёрной шляпой на голове. Весь его образ подчёркивает томительный и тоскливый взгляд вдаль. Он сидит на лавочке парка и глядит в реку, изредка вставая, подходя к берегу, словно пытаясь высмотреть что-то в своём отражении, затем берёт камень и кидает его метров на двадцать вперёд. И такая процедура повторяется уже в течение нескольких часов, практически каждый месяц, а то и каждую неделю, а то и каждый день.

Килгор Пурсон сам часто признавался, что нахождение у ночной реки дарует ему некое внутреннее спокойствие, будто внутри него находилась скоростная магистраль, на которой регулярно случались аварии, а местная атмосфера стабилизировала движение и налаживала стабильное, беспеременное движение. Мысли в голове переставали путаться, сердцебиение стабилизировалось, большие проблемы становились маленькими, а маленькие проблемы исчезали вовсе. Подобные места для творческих личностей были настоящим оазисом мысли, который спасал их от неминуемого суицида. Для Курта Кобейна например, подобным оазисом была музыка. Пропала любовь к музыке и, следовательно, пропало желание жить. В истории того же русского и советского рока, таких примеров неисчислимое количество. Килгор Пурсон конечно же никогда и близко не приближался к суицидальным мыслям, слишком уж он был для этого прагматичен, его прагматичность придавала и одновременно лишала его смысла жизни. А потому и в смерти он не видел особого выхода. Тем более жизнью своей он всегда был вполне доволен, хотя и частенько мечтал о будущем. В любом случае, подобный мысленный оазис заворожил Килгора, заставляя его понимать, что даже когда все его идеи упрутся в тупик, ему есть куда идти. Он же в свою очередь, подобной возможностью не злоупотреблял, дабы не растерять весь шарм. Я не буду, тратит время на банальное описание приречного парка, просто нарисуйте в голове картину лавочки, реки в которой блистает луна, тропинок, клумб, прочих декоративных украшений, и поместите в центр всей этой идиллии мрачного на вид человека с явным экзистенциальным кризисом. К слову стоит сказать, что Килгор Пурсон, как и я, во многом считал себя экзистенциалистом-абсурдистом. Работы Сартра, Камю, Хайдеггера и прочих философом этого направления произвели на него огромное впечатление. Его любимым писателем был Франц Кафка. Для тех, кто не знает, скажу лишь то, что, по моему мнению, произведения Кафки вряд ли можно назвать жизнерадостными, хотя определенную ценность жизни они всё же предают. Мы с Пурсоном во многом согласны с философами атеистического экзистенциализма и абсурдизма, но всё же не относим себя к ним полностью, ибо в наших узких кругах, слово «философия» и «философ» стали приобретать уничижительный характер, и стоит сказать, не без основания. Пожалуй, можно было бы назвать нас релятивистами, но это противоречит нашему принципу «мировоззрение без ярлыков». Мы достаточно многогранны, чтобы представляться перед людьми с нужной им стороны, и достаточно чётки в своих предпочтениях, чтобы понять, что ни одна философская или какая-либо другая идея, не является для нас универсальной. Наше мировосприятие целостно, но понятия и определения в нём деформируются и искажаются в зависимости от ситуации, поэтому и универсальным взглядом на жизнь мы не обладаем. В прочем, не думаю, что это кому-либо интересно. Однако всё-таки можно точно сказать, что Килгора Пурсона сложно назвать человеком-пустышкой, в отличие от меня.

Странный человек сидит на лавочке глухом и почти забытом парке, ночью и смотрит на воду. Ничего странного тут и нет, но всё же вопросы возникают. Пожалуй, Килгор Пурсон просидел бы там ещё час-два, затем заказал бы такси и уехал домой, но всё пошло совсем по другому сценарию. Килгор совсем не знал, что в это самое время, в нескольких улицах от него перевернулся полицейский автозак.

Про этот парк знало ещё одно существо. Некий незнакомец, в траурном сюртуке и с крайне измученным жизнью лицом, вышел из чащи на дорогу. Он брёл по ней, в ожидании найти следующую жертву для энергетического вампиризма. Этим незнакомцем был Маркиз Аамон. Он успешно сбежал от сотрудников правоохранительных органов, и действия его были настолько быстры и машинальны, что он неожиданно для себя оказался на самом краю города. Он быстро шёл по дороге, мимо знакомого берега, пытаясь найти человека. Двигал им исключительно интерес, интерес найти хотя-бы одного заблудшего здесь. Переместиться обратно вглубь города всего за пару минут ему не представляло труда. Но это у него интереса не вызывало. Идя вдоль мощеных дорожек парка, он увидел, как на лавочке сидит человек и глядит далеко вперёд, через реку и через все времена. Жертва была выбрана.

Килгор Пурсон сидел на лавке, играя камешком в руках.

— Добрый вечер, сэр! — послышался чей-то басистый дикторский голос за плечом

Пурсон неохотно повернул голову и перед его взглядом предстал высокий бледный человек, с одним пустым глазом, с худощавым и пожилым лицом, очень короткой стрижкой, острыми скулами и ослепительной клыкастой улыбкой.

— Могу я сеть рядом? — поинтересовался незнакомец

Пурсон не ответил, лишь кивнул головой и подвинулся на край широкой лавки. Незнакомец медленно подошёл и сел на другом краю, при этом вертя в руках серебряный кривой крестик. Пурсон словно не обращал на незнакомца никакого внимания, он просто сидел и глядел вдаль. Такое спокойное поведение произвело на незнакомца приятное впечатление.

— Закурить найдётся? — спрашивал незнакомец

Пурсон повернулся, возвёл на него тяжёлый и утомлённый взгляд.

— Я не курю. — проговорил он звонким певчим голосом.

— Я это сразу понял. Правильно делаете. А знаете почему?

— Сохраняю себе здоровье?

— Не только. Знаете, почему алкоголь, сигареты, наркотики и страстное романтическое или иное влечение, являются главными врагами людей, истинно желающих понять этот мир?

— Почему же? — Пурсон заинтересовался. Он и не надеялся на нестандартный ответ.

— Потому что сильные эмоции, как впрочем, и алкогольная, никотиносодержащая, наркотическая и иная психотропная продукция, влияют в первую очередь на мировосприятие. Помимо их очевидного влияния на «продолговатый мозг» и находящихся рядом частей, по типу мозжечка и основания спинного мозга, отвечающих в основном за биомеханическую деятельность, нельзя не заметить и их очевидное воздействие на теменную долю, на кору больших полушарий, на промежуточный мозг и, как говорят многие исследования, на префронтальную кору. Именно эти части мозга отвечают за восприятие, обработку и компилирование внешних воздействий, они отвечают за способность к анализу, к когнитивному мышлению, за нормальное функционирование ЦНС и нервной системы в целом. Проще говоря, алкоголь, наркотики и сигареты (любые), не только ухудшают физическое здоровье, приводят к болезням и нарушают биомеханику, но и ещё делают людей кошмарно тупыми, не способными к глубокому анализу и нормальному мировосприятию. Я думаю, вы это и так знали. Однако вам вряд ли полностью понятно то, как же сильно подобная пелена на глазах и в мозгу мешает пониманию. Понимаю доброго, разумного, вечного. Вы не можете здраво рассуждать о «вечном», когда ваш мозг живёт в дофаминновых иллюзиях. К слову, как я и сказал, страстная эмоциональная любовь, впечатления или тому подобное, вызывают в нашем мозгу выброс тех же элементов, которые выбрасываются при употреблении, скажем, ЛСД. Наверняка вам известны истории о безрассудных действиях, совершенных людьми, под влиянием эмоционального покрывала. В «48 Законах Власти» Роберта Грина, есть высказывание:

Самый важный из этих навыков, а также главное основание власти — умение владеть своими чувствами. Эмоциональная реакция на ситуацию — это самое большое препятствие для власти, ошибка, которая обойдется вам куда дороже, чем любое временное удовлетворение, полученное вами от выражения чувств. За эмоциями не видны истинные причины, а если вы не видите ситуацию со всей ясностью, вы будете не в состоянии подготовиться к ней и хоть как-то проконтролировать собственную реакцию на нее.

— Так что знаете — продолжал незнакомец — алкоголь, наркотики, сигареты и чувства — это главный враг успеха для всех политиков и философов. Для тех, кто хочет понять мир вокруг себя и внутри себя, и для тех, кто хочет манипулировать людьми, или наоборот, избежать манипуляции над собой. Поэтому правильнее делаете, что не курите. Ваш мозг не зря отвергает какие-либо эмоции и привычки, он понимает свою сложность и своё предназначение, а потому всячески старается себя защитить. Молодцы, что не воюете с собственным разумом. Вы успеете познать гораздо больше, но в качестве расплаты, куда быстрее сойдёте с ума. Но думаю, вас это не пугает. Для вас честь потерять рассудок, впасть в безумие и закончить свою жизнь подобно Фридриху Ницше, в психиатрической клинике, оставив после себя дюжину мировых произведений.

— Возможно… Я возможно соглашусь со всем что вы сказали, я пропущу мимо ушей некие замечания, но я хочу задать вам ещё вопрос.

— Какой же?

— Вы говорите, что психотропы вредят пониманию людьми окружающего мира. Но как насчет, например, психонавтов? Люди используют психотропы как средство для достижения «свободы разума». Метафизически выносят свой разум за пределы мозга, в другой, иной мир, и там по полной раскрывают его возможности. Как насчёт многих великих художников, творцов и писателей, создавших свои произведения под веществами?

— Вы задаёте правильные вопросы. Скажу так, психотропы это тоже инструмент, и ими нужно уметь пользоваться. Есть разница между твоим соседом наркоманом из подворотни, который не прочь скурить и штукатурку, и, к примеру, Пабло Пикассо? Кто-то использует наркотики для удовлетворения зависимости, кто-то для создания шедевров. Но ты неправильно смотришь на ситуацию. Это не художник гений, поскольку наркоман, это художник наркоман, поскольку гений. Наркотики не «освобождают» разум, но они могут подействовать как противовес эмоциональной передозировке. Проще говоря, художник, музыкант, поэт, чувствовали, что потеряют гениальность, если не смогут убрать эту невидимую пелену перед глазами. В таком случае наркотики использовались исключительно как метод поддержания тонуса, ведь психоделика порой творит настоящие чудеса, особенно в совокупности с уже натренированной рукой мастера. Таким образом, получается парадокс, из которого выйти очень проблематично. Поэтому лучше в него и вовсе не влезать. Главное помнить, что эффект подобный наркотическому, но в ослабленной форме, может принести и кофеин, и сахар, и разного рода химические побудители, присутствующие почти в каждом продукте. Должен же как-то наш мозг вознаграждать нас за проявленные усилия по добыче пищи.

Килгор Пурсон долгое время заинтересовано смотрел на незнакомца.

— Кто вы такой? — наконец произнёс он.

— Моё имя Маркиз Аамон. Я — морой

— Демон Арс Гоети? Читал про них в книге «Теургия — средневековая магия для чайников»

— Именно так.

— Интересное прозвище… Морой? Это… Призрак?

— Отдалённо можно сказать и так. Если вам будет угоднее, то вампир. Можете посмотреть в интернете.

— У меня нет с собой телефона. Вернее… Только кнопочный. Без доступа в интернет, но с возможностью ограниченных звонков.

— У вас с собой нет смартфона с выходом в интернет?! — незнакомец, по всей видимости, был сильно удивлён.

— Нет, телефона у меня с собой нет.

— Разрешите узнать, почему же кто-то в наше время, до сих пор ходит по улицам в глухом ночном парке без смартфона с выходом В ИНТЕРНЕТ!

— А зачем он мне тут? В экстренном случая я могу позвонить и с кнопочного, деньги на карте есть. — мужчина достал из кармана пальто старенький кнопочный телефон от компании Nokia. — Мне попросту не нужен интернет в здешних условиях. Возможно, конечно, это лишний символизм, но как по мне, смартфон в этом месте является оскорблением здешней идиллии. То же самое, что в главную Ватиканскую церковь, во время Великого Крещения принести книгу «10 фактов, доказывающих то, что сатанисты лучше». Вдобавок ещё принести ещё мешок «земли для удобрения» и заряжённый малокалиберный пулемёт. Как по мне, это было бы оскорбительно. А откуда такое удивление?

— В наше время, встретить человека без смартфона на улице, является редкой степенью удачи. Наше общество почти интегрировало себя в мир быстрой коммуникации. Нет, я не оговорился, мы не смартфоны интегрировали в общество, а общество интегрировали в смартфоны. Значительная часть социальной жизни сейчас проходит именно там. Плохо ли это? Разумеется, нет, прогресс это всегда хорошо, ведь ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА прогресс означает хотя-бы какую-то надежду на спасение. Надежду на то, что оно не рухнет сразу после того, как полностью испортит Землю. Парадоксально, что прогресс призванный их спасти, зачастую играет роль в их уничтожении. Но скажу так, бездействие человечества это самоуничтожения в абсолютном числе случаев. ОДНАКО! Не стоит забывать о том, что сверхбыстрая коммуникация, потребление терабайтов данных, развитие клипового мышления (что бы это ни было), является… Таким же человеческим наркотиком! Да, они, в конце концов, так же как и наркотики полируют мозги. Просто их методы в этом отличаются.

— Быстрый доступ к обширной базе данных тоже является вредоносным для понимания «вечной сути бытия и небытия»?

— Как и в случае с психонавтами, всё зависит от того, как ты ими пользуешься. Одно дело если ты достаешь телефон, чтобы расслабиться и посмеяться с мемов в интернете, и совершенно другое, если ты достаешь телефон, чтобы улучшить свои базовые знания в области квантовой физики. Ведь ты же должен понимать, почему это кварки, из которых ты состоишь, не разлетаются в разные стороны, а связываются между собой.

— Из-за сильного ядерного взаимодействия… Если я не ошибаюсь, четвёртое фундаментальное взаимодействие

— Ну да, в целом правильно. Хотя при мне это рассказывалось детям в программе 6 класса

— А в 11 тогда что рассказывали?

— Не знаю, когда я был в 7, мою школу закрыли.

— Из-за чего?

— Из-за того что она сгорела. Дело было в Румынии, в жаркий летний день.

Они оба посмеялись с нелепости этой ситуации.

— Так кто вы такой? — спрашивал Пурсон — Я имею в виду, не ваши ярлыки, не то кем вы значитесь в обществе, а то, кем вы являетесь в жизненной сфере? Во что верите? За что живёте? Кого проклинаете, а кому поклоняетесь?

Незнакомец негромко рассмеялся.

— К великому моему счастью, у меня нет социальных ярлыков! Я в целом не значусь частью социума. Я бы вам ответил, да думаю, что вам это пока ничего не даст. Но вопрос хороший! — одобрительно сказал незнакомец

— Когда я был ещё совсем юным, было мне тогда, лет восемнадцать, я этот вопрос задал девушке, с которой у нас было «свидание».

— И что же она ответила?

— «Ну, мои родители вроде в Бога верят».

— Содержательный ответ многогранной личности. — съязвил незнакомец

— Ну почему же, может личность действительно многогранная, просто ещё не пришла к конкретным для себя ответам. Это же я такой доверчивый, чуть, что нараспашку открою весь свой «внутренний дворик», а мудрый человек на то и мудрый, что будет молчать. Часто ли человеку за день приходиться отвечать на фундаментальные вопросы философии? Ему это вовсе не надо.

— Чепуха! Мудрые люди действительно молчат, но это было в основном раньше, когда времена были неспокойные и собеседники ненадёжные. Времена неспокойными так и остались, но собеседники настолько отупели от молчания, что и слова то не поймут в том контексте, в котором его пытаются донести. Послушай, не мы открываем свой «внутренний дворик», это он открывается перед нами, когда мы накапливаем достаточное количество знаний. И поверь, в наше время, нет практически ни одного человека, который молчал бы о своём мировосприятии, если бы видел его достаточно чётко. В мире мало вещей, которые можно сравнить с взглядом внутрь себя. Так что если человек не может ответить, ради чего он живёт, значит человек и не живёт вовсе. Так, просто, находится в процессе существования, как сказал бы Сартр.

Килгор Пурсон кинул очередной искромётный взгляд вдаль, в глубину реки, где однажды, будучи совсем маленьким, он чуть было не утонул. Не в этом месте, естественно, но он чуть было не утонул в Волге. Или всё-таки утонул? Пурсон всю жизнь мучается вопросом, что с ним тогда произошло. Ведь Пурсон знает о существовании теории квантового самоубийства. Именно эта теория легла в основу философии вампиров о смерти.

— Что-то необычное происходит… — проговорил Пурсон — впервые в жизни мне хочется закурить

— Это всё потому, что вы сейчас испытываете дикий стресс. Ваш мозг не привык к откровениям. Ему их никто попросту не говорит в обыденной жизни. Часто ли вы с коллегами по работе общаетесь о бессмысленности существования? Или эти диалоги тоже бессмысленны?

— Да… Да… Пожалуй. Расскажите что-нибудь ещё, пожалуйста.

— Хорошо. Вам стоит понять одну простую истину. Человек — жалок. Человек это глупое, беспринципное и немощное существо, которое всеми силами пытается доказать обратное. Но лишь когда человек перестаёт быть глупым, беспринципным и немощным, только тогда он впадает в глубочайшую депрессию, ведь он по-настоящему понимает, что значит быть глупым, беспринципным и немощным. Он полностью понимает своё окружение и свою беспомощность и жалкость. Это очередной парадокс, но жизнь людей в целом парадоксальна. Странен уже сам факт существования людей. Все живые существа живут в соответствии с инстинктами, тем самым их основной целью жизни является насыщение биосферы Заповедника Земля. И лишь человек обзавёлся такой глупой и бесполезной вещью, как самосознание и когнитивное мышление. Так что основное откровение жизни заключается в том, что жизнь людей настолько осмыслена, что становится парадоксально бессмысленной. Земля смердит до самых звёзд и никому не бывать молодым.

— Я это знаю… — тихо проговорил Пурсон

— Удивительно.

— Почему же?

— Обычно, после таких откровений для себя, люди уходят из жизни. Например, через окно. Был тут недавно случай…

— Смерть бессмысленна ровно также как и жизнь.

— Почти так.

— Почти?

— Смерть даже более бессмысленна, чем жизнь. Ведь жизнь сама по себе бессмысленна, а смерть имеет смысл только тогда, когда смысл имела жизнь. В прочем, зачем людям смысл?

— Хм… Да пожалуй… И не зачем. В любом случае, на ваши основные заявления о парадоксальности жизни и понимания… Я как минимум для себя ответил.

— И как же вы всё это опишите?

— Абсурд. — уверенным голосом произнёс Пурсон.

— Удивительно, какое универсальное слово. Пожалуй, для человека, вы продвинулись достаточно далеко.

— Спасибо…

— Но скажите же мне. Кто вы такой?

— Моё имя — Килгор Пурсон. Я ваш сосед по планете. Отвечая на собственные вопросы, скажу, что я бы отнёс себя к экзистенциалистам-абсурдистам. Не знаю, являюсь ли я таковым на самом деле. Я верю в Бога. Но исключительно в собственного, маленького Бога. В Бога, который сотворил мой внутренний мирок. Касательно остальных говорить не буду, моё окружение состоит преимущественно из приверженцев теории Большого Взрыва, и я сам склонен верить в неё. Но кто знает, может я не прав, может быть они не правы, может быть никто не прав. Может быть, нашу планету и вовсе сотворили искусственно, при помощи компании по производству планет, по заказу космических мышей с Магратеи. Никто не знает, а кто знает, тот молчит, а кто не молчит, того не слушают. Я понимаю бессмысленность большинства вещей, процессов и идей нашего мира, понимаю бессмысленность самой жизни, тем не менее, я живу. Живу я чтобы создавать и поглощать созданное, живу я с надеждой, что вернусь ещё я в этот мир, что мне стоит подготовить почву для собственного второго пришествия. Я верю в то, что в конце концов люди обретут смысл, обретут… счастье… если таковое в целом существует. А если не существует, то пусть обретут хотя-бы что-то очень к этому близкое.

— Хотите, в конце концов, получать наркотический экстаз без наркотиков?

— Пожалуй, можно сказать и так.

— Да, это не самое бессмысленное, что может быть для человека… — незнакомец призадумался

— А вы как считаете? В чём есть конечная цель для человечества? Желанная цель, а не назначенная кем-либо.

— Я же уже говорил. Я считаю людей слишком жалкими, чтобы поощрять их какой-либо целью.

— А в чём проявляется жалкость людей? В умственном и нравственном развитии?

— Да. В общей концепции понимания мира. Люди слишком эмоциональны, они не могут просто взять и бросить все, чем якобы дорожили. Не скажу, конечно, что это их вина, но, тем не менее, это факт. Даже доктор всех наук, ушедший в буддистские монахи, прошедший полный обряд очищения, будет бояться неизвестности. Будет бояться потерять прошлое, настоящее и будущее. Это естественно. Люди не могут достоверно говорить о вечном. Ведь они не являются частью вечного. И являться не могут. Поэтому мне действительно сложно даже представить, какая поистине важная цель могла бы быть у человечества. Пожалуй, главная цель людей — выжить. Обрести счастье они не могут, творят они только сами для себя, улучшают мир, которого не станет. Да, я действительно не могу придумать какую-либо правдивую цель для людей.

Килгор Пурсон печально посмотрел на реку. Он помял в руках камушек, а затем бросил его далеко вперёд. Его лицо было таким тоскливым, что у незнакомца складывалось ощущение, будто Килгор сейчас встанет, пройдёт пару метров и утопиться в речке.

— А всё-таки… — говорил Пурсон — в чём КОНКРЕТНО проявляется жалкость людей? В привязанности к какой-бы то не было морали? В заботе о собственной жизни? В рассуждениях о вечности, абсурдно далёких от истины? В возможности любить и быть любимым?

— Не в возможности, а в обязанности. — поправил его незнакомец

— Пускай. Так в чём конкретно?

Незнакомец улыбнулся и негромко засмеялся.

— В чём конкретно? — говорил незнакомец — Да, во всём том, что ты перечислил. И бонусом к этому, в абсолютно беспочвенной привязанности к мелочам. Вот возьмем, к примеру, даже тебя. Сможешь ли ты, прямо сейчас, взять все деньги, которые у тебя сейчас есть, и сжечь их? Сможешь ли ты прямо сейчас бросить работу? Сжечь все свои книги? А я знаю, ты писатель, я успел многое о тебе узнать. — Пурсона это утверждение ничуть не смутило — Сможешь ли ты сейчас позвонить своим самым близким родственникам, которые воспитывали тебя всё детство, и сказать им, что вы больше никогда не увидитесь? Просто взять и всё бросить. В никуда. Избавиться от людей, вещей, возможностей прямо в эту секунду. Сможешь?

— Смогу. — уверенно ответил Пурсон. — Меня сдерживает лишь бессмысленность этого поступка.

Незнакомец перестал улыбаться. Лицо его было подозрительным, озадаченным, мрачным и весёлым одновременно.

— Докажи. — сказал ему незнакомец и достал из внутреннего кармана куртки зажигалку. — Докажи не столько мне, сколько самому себе, что ты не привязан к материальным благам. Сожги деньги. И главное помни, ты сжигаешь не просто бумагу, а возможность купить новый телефон, новую поездку за границу, возможно даже новый автомобиль или даже квартиру.

Пурсон взял зажигалку и быстро скользнул взглядом по незнакомцу. Он достал из внутреннего кармана пальто пачку банкнот, номиналом от сотни до пяти тысяч рублей, на общую сумму не менее 20.000 рублей. Неизвестно для чего Пурсону нужна была с собой такая сумма, может, хотел заплатить налог, может просто на всякий случай, но у него была с собой эта пачка денег.

— Вы не правы — тихо проговорил Пурсон — это всё-таки, просто бумажки…

Пурсон щёлкнул кулачком зажигалки, фитиль вспыхнул, и жёлто-оранжевое пламя окутало банкноты. Деньги горели в руках Пурсона, огонь пожирал их сначала от кончиков, потом дошёл до середины. Пейзажи зданий и опознавательные знаки кукожились под воздействием высокой температуры, оставляя после себя лишь пепел. Огонь дошёл почти до пальцев и тогда Пурсон затушил пламя, бросив денежные остатки в урну. Незнакомец был порядком удивлён, если не сказать, что шокирован. На его памяти, ещё ни разу человек ТАК ПРОСТО не расставался с весомой частью своего бюджета. Невыносимая лёгкость бытия, не иначе.

P.s. под терминов «Невыносимая лёгкость бытия» зачастую имеется в виду то, что наша жизнь полна случайностей, можно вообще не задумываться о своих поступках, жизнь сама поведет по верному пути. Утверждение спорное, тем не менее, оно существует. Термин к слову был взят из одноимённого романа Милона Кундеры. Действия Пурсона соответствуют понятию «не задумываться о поступках»

— Впервые вижу, чтобы человек так легко расставался с деньгами. Хорошо, я верю, что подобный акт «сожжения» вы можете провести и с работой и с родственниками.

Килгор Пурсон не врал. У него были друзья, родственники, которые любили его, а он любил их. Он любил свою работу. Но он был непреклонно готов в любой момент со всем этим расстаться и даже сам от этого избавиться. Какая, в конце концов, разница, если это в любом случае произойдёт. Подобная радикальная политика позволяла ему куда легче остальных переносить утраты.

— Признаюсь честно. Это даже принесло мне какое-то удовольствие. Когда вы протягивали мне зажигалку, я даже на секунду засомневался. Но как только я увидел в своих руках банкноты… Сомнения испарились. Я почувствовал некое призрение и отвращение к деньгам. — говорил Пурсон, присаживаясь обратно на лавку.

— Деньги же это тоже наркотик… Один из самых страшных, один из самых чистых, и самый массовый. Скольких талантов уже сгубила жажда заработать? Да почти всех. К сожалению. Вот твой мозг и отвергал очередную порцию финансового дурмана, обогащающегося за счёт глянцевых гламурных журналов. Вот этим вы люди и удивительны, вы вроде можете творить что-то действительно иллюзорное, но всё ваше стремление к абсолютной гармонии теряется, как только вы видите деньги или другой естественный позыв. Скольких великих людей сгубили женитьба и долги? Ахахаха!

— Вот скажите мне — говорил мрачно Пурсон — вы всё время говорить «вы, люди» и тому подобное. Скажите, а вы разве не человек? Разве это вас не касается? По-моему это уже лицемерие, уничижать весь род людской, при этом забывая про то, что ты сам к нему относишься.

Незнакомец помрачнел, стал более сердит и задумчив. Потом он улыбнулся и громко, звонко, пронзительно, искромётно засмеялся. Все операции по смене гримасы заняли не более пары секунд.

— Ты, действительно хочешь услышать мой ответ?

— Хочу… Хочу!

— Ну, тогда слушай. Я не уничижаю людей, я их не оскорбляю, не призираю, не пытаюсь разбить их хрупкое самомнение. Я лишь говорю объективную правду, которую ВЫ, ЛЮДИ, не способны понять, в силу своей ограниченности. На самом деле, наивную слепость людей я отчётливо видел еще, будучи живым, но после моей преждевременной кончины…

— Погодите! Будучи «живым»? Вы говорили про вред наркотиков, но при этом сами будто под бредом. — Пурсон говорил это лукаво, логически он понимал абсурдность сказанного, но голос незнакомца заставлял его верить каждому сказанному слову.

Незнакомец прервался. Бледной, худощавой и холодной рукой он оттянул воротник сюртука, и провёл ладонью по натёртому следу вокруг шеи.

— Знаешь, откуда этот след?

Пурсон молчал в ожидании.

— В 1941 году Румыния вступила в войну на стороне Третьего Рейха. Я был призван к военной службе в одном из Румынско-Германских легионов, на территории СССР. К тому моменту я получил уже два письма о том, что мои хорошие друзья погибли в Западной РСФСР в ходе бомбёжки артиллерии. Возможно, я боялся повторить их участь, но куда сильнее я призирал войну и всё что с ней связано. Я к слову не говорил, что в молодости был приверженцем марксизма-ленинизма? Забавное было время. В общем, я отказался ехать на фронт, тогда меня упекли в тюрягу. Там, от возмущения системой, я начал строчить тонны писем, которые пытался тайно передать правительству Союза. Глупая была идея. Я ещё писал манифесты об абсурдности войны и о том, что Румынии нужно немедленно сдастся.

— И что же в итоге?

— Меня обвинили в государственной измене, в помощи коммунистам, в подрыве целостности Румынской армии и дезинформации касательно её положения. Видимо я их действительно сильно этим задел. Меня перевели в концентрационный лагерь. Там было очень неприятно. Там я к слову и потерял свой левый глаз. Когда в 1944 году правительство Йона Антонеску рушилось, а Советские Войска уже близились к Румынии, в лагерях начал происходить истинный ад. Наш начальник был человеком неприятным. Он не хотел нас отпускать, а поэтому меня, с парой десятков других заключенных, просто-напросто повесили. Было ранее утро, Солнце только всходило, а во внутреннем дворе уже были вывешены тела заключённых. Десятки тел. И ещё десятки тел молили о пощаде. Я тогда уже ничего не боялся и принимал несправедливую казнь за логическую закономерность. Сказать по правде, сейчас я очень рад, что меня решили повесить. Ведь большинство людей всё же расстреляли, а если был расстрелян и я, то возможно никакой жизни после смерти у меня и не было бы. А знаешь, что самое ироничное в этой ситуации? Наш концлагерь находился совсем недалеко, от города Бран. Именно в этом городе находится замок Дракулы.

— Вас… Повесили?

— Да. Можешь почитать потом, по легенде, мороями и стригоями становятся только повешенный. Хотя, не обязательно быть именно повешенным, достаточно просто умереть от удушья. Весь факт в нехватке кислорода и в сильном внутричерепном давлении.

— И… Что с вами стало после повешенья?

— Через год я обнаружил, что тело моё на удивление сохранилось, что мозг мой работает прекрасно как никогда, и то, что я закопан под землю. Даже без гроба. Просто в земле. Я быстро вырылся наружу, и сразу решил подкрепиться, убив местного гробовщика и напитавшись его кровью и страхом. А потом я ушёл в скитания, пытаясь собрать мысли и понять всю новую суть собственного мышления. Я смог найти других, самых разных вампиров, которые делились со мной мудростью и знаниями. И вот, спустя 20 лет после того момента, я окончательно избавился от всего мелко человеческого. Модерн кончился после Второй Мировой, и я вошёл в новую эпоху, пройдя попутно и метомодерн. Теперь я здесь.

— Вы вампир? Морой? Это звучит так просто, но не укладывается голове. Я понял, что вы имели в виду под ограниченностью моего сознания. А всё-таки, чем сознание вампира отличается от сознания человека?

Незнакомец широко улыбнулся.

— Мы куда свободнее вас. Наше сознание не отягощено ложными представлениями, лживыми моральными постулатами, банальными верами. Наше сознание не заключено в рамках привычного пространства-время, оно способно проживать сотню жизней за секунду, и одну жизнь за сотню лет. Мы истинно перешагнули, через какие-бы то не было правила, через правила морали, логики, жизни! И теперь мы лишь бродим по свету, учим, развлекаемся и ожидаем тотальной, переменной точки. Мы можем спокойно умереть и воскреснуть, мы знаем, каким бывают сценарии после смерти, мы можем впасть в многовековой сон или пережить реинкарнацию, сохранив в себе все знания. Но почти никто из нас подобным не промышлял. А знаешь почему? Потому что мы уже обрели величественное спокойствие и свободу, мы не враги собственным мыслям, мы существует во многих проявлениях. Глубоко в наших «душах» таятся мечты о том, что когда-нибудь все люди эволюционируют до нашего уровня. И тогда они откроют для себя то, что уже открыли мы. Поэтому мы и стараемся иногда им помочь. Мы открыли, настоящий смысл жизни.

— И в чём же заключается этот настоящий смысл жизни?

— Даже если я тебе скажу, то ты и отдельных звуков не разберешь. Это невозможно написать и напечатать на вашем примитивном языке. Эта такая сложная фундаментальная модель, что самому мощному компьютеру во вселенной (не на Земле), понадобится 7,5 миллионов лет, дабы вычислить на него ответ. И то, этот ответ никто не поймёт. Ошибка. Второму по мощности компьютеру. Так как я тебе объясню этот смысл?

— Пожалуй… Никак…

— Именно.

— Но постойте, у меня есть ещё уйма вопросов! Например…

— Подожди. — незнакомец его перебил.

Незнакомец достал из кармана небольшую пробирку с находящейся в ней красной жидкостью.

— Сегодня я привёл к смерти одну девушку. Пустая она была, но добрая. Эта её кровь.

Он опрокинул пробирку и залпом выпил всё содержимое в ней.

— Вы пьёте кровь? — спросил Пурсон

— Иногда. Вообще, не верь сказкам о вампирах. Мы не боимся серебра и солнца, люди придумали всё это чтобы как-то утихомирить свой страх перед нашим могуществом. Но кровь мы действительно пьём. Она вовсе не обязательная для поддержания нашей жизнедеятельности, это скорее как национальный напиток. Употребляя кровь человека, вампир может прочувствовать его последние эмоции. Важно, чтобы кровь была свежей, и чтобы она принадлежала уже мёртвому человеку. Для вампиров кровь служит тоже своеобразным наркотиком, правда она никоим образом не сказывается на наших мысленных способностях, ибо все химические процессы в нашем мозгу давным-давно угасли. Мозг же это что-то на подобии WI-FI роутера, соединяющего нас с основной базой мыслительных данных. А вот мы подключаемся напрямую.

Незнакомец облизнулся и выбросил пустую пробирку в урну.

— Знаешь… — начал он — Когда я увидел здесь одиноко сидящего человека, я был уверен, что он станет моим сегодняшним ужином. Разумеется, я могу прямо сейчас убить тебя и всё. Но думаю, ты даже не испугаешься этого. А без страха отсутствует какое-либо удовольствие. Причём страх должен быть не перед смертью, нет, это просто садизм. Страх должен быть именно что перед осознанием своей смертности. Страх солдата, лежащего в окопах на фронтовых полях Второй Мировой. Но ты, этого страха не испытывал, ведь уже открыл для себя важнейшие жизненные постулаты. О жизни, о смерти, о существе и существовании. На протяжении веков, самым сложным для вампиров было найти ЛЮДЕЙ, которые тоже могли бы стать вампирами, и помогать им просвещении людей. Шли века, людей становилось всё больше, знания были всё доступнее, нужда в просвещении пропадала. Чем больше становилось население, тем больше было людей, готовых к этой метаморфозе. Но их было очень сложно найти, на фоне остальное белой массы. В основном попадались псевдо философы, псевдо идеологи, либо же просто пустышки. Но я вижу, что ты не такой, и я даже знаю, как проверить, что мозг твой уже готов к метаморфозе…

— Метаморфозе…? Вы хотите сделать из меня вампира?

— Сверхчеловека. Сверхсущество. Ты же хотел узнать про особенности мышления и быта человека.

— Знаете… Вообще… Это звучит как единственно стоящая перспектива. Вряд-ли человеком я хотя-бы в теории обрету что-то подобное. Сомневаюсь, что может быть хуже, и, тем не менее, спрошу. Почему я должен вам доверять? Кто вы всё-таки такой?

Незнакомец выпрямился.

— Я, существо, пришедшее в этот мир не по своей воле, но вполне способное его изменить. Я видел, как сменялись эпохи, как сменялись поколения. Ушёл модерн, и на его место пришёл куда менее принципиальный, но при этом более перспективный постмодерн. Скоро и он угаснет. Сейчас все мы живём на стыке двух временных плит, на наших глазах творится история. И все мы можем повлиять на её исход. Я тот, кто может изменить само восприятие людьми этого мира, изменить корень самой жизни. Я один из самых ярких образов всего этого мысленного эксперимента.

Я — Вампир Эпохи Постмодерна.

Пурсон был воодушевлён.

— А всё-таки, как проходит процесс посвящения в вампиры? Может вы как в фильмах, меня укусите?

Незнакомец достал изуродованный серебряный крестик.

— Этот крестик бросили мне в яму, не знаю кто, не знаю зачем. Но теперь я храню его. Глупый символизм, но в первое время, после моей смерти, он помогал мне думать… Не сходить с ума…

Он помахал крестик и хитро улыбнулся…

Звуки полицейских сирен прорезали ночную тишину. Бежавшего преступника удалось вычислить. Отряды специального назначения и сотрудники правоохранительных органов настигли его в парке. Он сидел в одиночестве на лавке и глядел на спокойное течение реки. Его вновь арестовали, посадили в автозак, приставили к нему куда больше охраны и отправили в участок. На этот раз он не сможет, или не захочет сбегать. Его будут судить по множествам статей и в конечном итоге приговорят к пожизненному лишению свободы. Его дальнейшая судьба в тюрьме на данный момент неизвестна.

В ходе обследования парка, в двадцати метрах от лавки сотрудники полиция увидят дерево. Мощный и старый дуб, с почерневшей твёрдой корой. Там, на этом дереве, сотрудники полиции найдут висящее тело. В ходе расследования окажется, что это было повешенное тело знаменитого писателя Килгора Пурсона. Причина убийства так и не будет установлена. В одном из его карманов найдут изуродованный серебряный крестик…

Послесловие от автора. Важная рецензия

Послесловие от автора

Важная рецензия

Идея написания рассказа «Вампир эпохи постмодерна» возникла у меня совершенно спонтанно. Точнее, изначально родилась не сама идея, а желание. Идея возникла под впечатлением от романа Виктора Пелевина «EmpireV». Мне очень понравилась концепция вампиров, как сверхлюдей. Я решил видоизменить образ вампира из романа, поместить его в другие условия и дать ему совершенно другие жизненные принципы. Точнее, принципов как таковых у него вовсе и нет. В этом и была главная задумка основного персонажа. Лишить героя какой-либо принципиальности. Также на создание рассказа повлияли и другие произведения, некоторые из них даже были упомянуты в тексте. Значительную роль и сыграло моё окружение в целом, и ситуативная переменность в мире. Мне до ужаса нравилось смотреть на ночной город и размышлять о мелких процессах, происходящих повсюду. Все эти мелкие процессы как раз и создавали общую целостную картину мира вокруг. Вот глядишь через окно на трубу промышленного комплекса, сияющую в ночи, и думаешь о том, что же происходит там, внутри. Мой герой в прочем не был обременен подобным глупым отношением к миру.

Я автор, создавал лирического персонажа и выдуманную историю. Разумеется, персонаж Маркиз Аамон не является олицетворением моих собственных взглядов. Больше скажу, хоть я и понимал ПРИМЕРНО логику собственного персонажа, но во многом я был с ним не согласен. Главным образом я был не согласен с его методами. И я всё-таки тоже отношусь к homosapiens, а потому не могу в полной мере прочувствовать то, о чём он говорил. Но в любом случае, как я и писал где-то в тексте, я во многом придерживаюсь принципа релятивизма. Я стараюсь рассмотреть ситуацию с наиболее разных сторон, а потому вполне могу представлять себя на месте оппонента, могу представлять себя приверженцем других взглядов, хоть на самом деле к ним и не принадлежу. Я прочувствовался мировоззрением своего лирического персонажа, хоть и не могу в полной мере осознать его мысли. Это было важное уточнение, для понимания того, что текст был написан не пациентом психиатрического отделения. Мы вполне адекватные, здравомыслящие и добрые люди.

Я не зря отзываюсь о своём персонаже как о живом человеке. В момент написания я старался копать наиболее глубоко, пытался разрыть почву под постулатами и всё же понять, на что всё опирается. В конечном итоге я везде приходил к полной бессмыслице. Это не плохо и не хорошо, это закономерно. Я ожидал чего-либо подобного. Но копал я, как мне кажется, так глубоко, что в какой-то момент начал переставать понимать логику собственного персонажа. Начал переставать понимать его идеи, мотивации, начал переставать понимать его предел. Разумеется, я прописывал ему диалоги, прописывал ему эмоции, но свои мысли он ведал будто сам. В какой-то момент, спонтанно, мне приходили чёткие и ничем не обособленные мысли, что мой персонаж должен поступить именно так. Это было не совсем понятно, но чувствовалось, что персонаж будет поступать так и говорить так. Как вы могли заметить, в какой-то момент я уже начал обращаться напрямую к читателю, выйдя из роли анонимного диктора. Поскольку к этому моменту, степень моего непонимания действиями персонажа достигла весомого уровня. Разумеется, специально для читателя, позже я начинаю обосабливать всё логически. Я даже добавил в рассказ альтер эго героя, дабы он смог повлиять на моего персонажа. Возможно, эта история получит продолжение. Возможно, я напишу, что произошло с Килгором Пурсоном, с Маркизом Аамоном, что с ними было и что с ними будет. Возможно.

Я специально выбрал для места действий Казань. Это мой родной город. Разумеется, Аамон мог быть в любом городе мира, вселенной, но я решил поместить его в знакомую мне обстановку. Спасибо, Казань.

В чём же смысл произведения? Это философия или псевдо философия. Возможно, её смысл заключает в том, чтобы показать людям, насколько глубинно можно смотреть, что долгий взгляд в бездну, делает бездной — тебя. Разумеется, я скорее всего ещё слишком глуп и неопытен, чтобы полномерно размышлять о подобных вещах. Но я уверен, что подобные размышления, как минимум, имеют место быть. Ибо рассуждения моего героя, даже меня заставили по-другому посмотреть на некоторые вещи.

Этот рассказ — капля откровенности в моём малом творчестве. Я хотел дать волю своим навыкам, не ограничиваясь правилами приличия в тексте. В некотором смысле, у меня это получилось. И в конце концов я могу сказать лишь то, что все мы являемся…

Вампирами Эпохи Постмодерна.

Остальное думаю, за меня уже высказал мой персонаж. Благодарю всех за прочтение. Надеюсь, я открыл для вас что-то новое. Надеюсь, что он открыл для вас что-то новое.

И не могу ни сказать ещё кое-что. Наверняка кто-то задумался, что за «мысленный эксперимент»? У этого определения нет чёткой трактовки. Мысленный эксперимент, это совокупность мыслей всех людей на планете. Мысли сплетаются, создают образы и истории, порождают новые мысли, пробираются к нам в голову и экспериментируют с нашими чувствами, желаниями и ожиданиями. В некотором смысле, мы словно персонажи книг, которые читают о других персонажах книг, и создают своих персонажей книг. Мысленный эксперимент, это нечто такое иллюзорное, что я даже не могу в полной мере это объяснить. Маркиз Аамон знает что это, а я — нет. Он имеет вольность действия и мыслей, а я — нет. Я тоже участник мысленного эксперимента.

P.s. Редакционная правка. Книга подлежит проверке на грамматические, орфографические, пунктуационные, фактические и логические ошибки. Это сырой текст, который ещё стоит доработать и исправить. Спасибо.