Удивлённый господин

Глава 1

1852 г. Город N.

Что чувствует человек попавший на скамью подсудимых? Поначалу он удивлён и расстерян: ведь в самом деле, он жил и радовался этой жизни, весь мир ему казался прекрастным и он чувствовал себя счатливым, хотя и порой бывало очень трудно, а что теперь? Он сидит в полном отчаяние, на него смотрят, как на животное, даже солнце спряталось за тучами, намекая таким образом, что свобода ждёт его не скоро. Но представьте в каком состоянии был Лев Иванович Рябушев, когда он очутился на скамье подсудимых.... Какой был человек до этого? Уверенный в себе мужчина средних лет, полный амбициями и планами на жизнь, а теперь он превратился в запуганного зверя, которого закрыли в клетке, жизнь в его глазах потухла, а лицо похудело и приняло бледный цвет, хотя судить его начали совсем недавно. Собственно говоря, Льва Ивановича и не было на скамье подсудимых, а был уволенный по третьему пункту чиновник Рябушев. Лев Иванович до последнего не верил, что его судили. К слову, особенностью этого дела было то, что для одного человека материала было слишком много и старые суды тянули бы это дело, по меньшей мере, пару лет, но это дело шло очень быстро и быстрота этого дела очень сильно пугало Льва Ивановича. Ещё вчера ты представитель власти, тебя любят, ценят, кланяются тебе в ноги, просят твоего совета, а сегодня тебе готовы в лицо плюнуть и отправить на каторгу.

Сам суд прошёл довольно быстро, во время суда задавали вопросы:" Подсудимый, признаёте ли вы себя виновным?"- Лев Иванович ответил коротко:" Никак нет". В конце была произнесенна фраза:

- Мы рассмотрим ваше дело, смотря по данным...

Все дела вершились, смотря по данным, то есть сообразно с количеством взяток. Лев Иванович и сам брал взятки, но во-первых кто же не берёт, и во-вторых, ему самому приходилось предоставлять свои собственные данные. Шли дни, а на скамью попал один Лев Иванович. К своему адвокату он относился с небольшим подозрением, так как подозревал его в сговоре с прокурором.

- Голубчик вы не переживайте- лаского шептал адвокат, обращаясь к подсудимому.- Всё будет хорошо...

- Как тут не переживать, все смотрят на меня , как на негодяя и подлеца, хотя я впервые обвиняюсь в таких ужасах и до этого была чистейшая репутация.

- Вы впервые на суде?

- Да, впервые... Но на суд это не похоже. У прокурора ещё усы не выросли, присяжных вообще с улицы привели, кругом негодяи и подлецы.

Лев Иванович с презрением взглянул на адвоката, потом на прокурора и в заключении на присяжных. Действительно среди присяжных были непонятные люди и совершенно неизвестно, где их подобрали, но среди этих негодяев Лев Иванович увидел двух чиновников, с которыми ему приходилось работать. Все надежды он возложил на этих двух чиновников.

- Хочу спросить,- обратился Лев Иванович во время прокурорской речи к своему адвокату,- Уж больно этот мальчишка ко мне придирается, его ненависть ко мне видна абсолютна всем... Может подсунуть ему барашка в бумажке?

Адвокат ехидно улыбнулся и глаза его засверкали, но через секунду он выдал:

- Вы с ума сошли, Лев Иванович!

Льва Ивановича обвиняли в том, что он закрывал глаза на хищения, вымогательства, взятничество и спекуляцию, предварительно получая за это конверты с деньгами на сумму 150р, таких конвертов было обнаруженно всего два, но прокурор настаивал на то, что подобных конвертов Лев Иванович получил не меньше пятнадцати. Речь молодого прокурора была блестяща, он говорил о справедливости, об уважение к закону, о правовых нормах, о чести, пытаясь показывать всё своё красноречие. После всего этого он перешёл к обстоятельствам дела и специально сгущал краски и рисовал ужасную картину о том, что по вине одного только Льва Ивановича спекуляция, хищения, взятничество и т.д, приобрели большой маштаб. Лев Иванович слушал все его речи и недоумевал. Первой половины его обвинений он и не понял, а со второй не мог согласиться так, как считал себя человеком чести. Несколько раз он хотел прервать прокурорское красноречие и заявить:" Да почему вы меня судите за сущие пустяки, о которых и говорить-то не стоит? Если уж собрались судить за это, так судите всех". Но Лев Иванович молчал так, как не хотел подставлять других. Прокурор закончил свою речь острой и колкой фразой:

- Господа в этом человеке умерло все человеческое, кроме страха наказания...

Прокурор с довольной улыбкой взглянул на обвиняемого, публика в это время подавлена и молчала. Лев Иванович сидел с опущенной головой, глаза его смотрели в пустоту, а руки тряслись.

- Господа присяжные и господа судьи!- зычным голосом начал говорить адвокат Льва Ивановича.- Господь нам судья и все мы грешные люди...

Лев Иванович широко раскрыл глаза от удивления: вот так адвокат, ах как... Ловко!. Ловкий приступ адвоката встряхнул всех и даже прокурора.

Теперь Лев Иванович был уверен, что его оправдают, но только в том случае, если будут судить по справедливости и по совести. Присяжные любят красивые речи и боятся гнева божьего, адвокат начал играть именно на этом.

Речь адвоката так лилась рекой. Он ловко подхватил несколько грубых выражений из прокуроровской речи, нашёл несоответствия в деле, очертил показания свидетелей и привёл в свою аргументацию слова господа. Дремавшие присяжные с удивлением смотрели на адвоката, что он скажет в пользу кругом виноватого человека. Красивые речи сыпались с адвокатского языка, точно дождь пошёл.

- Я характеризую подсудимого проще и более уважительно, чем господин прокурор,- говорил защитник.- Это законный сын нашего господа и благородный муж нашего строя жизни. Мы все рабы времени, в какое живём, и платим ему тяжёлую дань. Если на подсудимого надеть мундир прокурора и посадить его на прокурорский стол, а самого прокурора посадить на скамью подсудимых, то сам господь бог осудил бы прокурора по той мере, по которой судит он сам...

- Господин защитник, вы отклонились в сторону,- Перебил адвоката председатель.

- Господа, я лишь хотел сказать только то, что понять человека можно не иначе, как поставив себя на его место. Пусть ваша совесть обвинит среду, людей и привычки, которые довели подсудимого до настоящего положения, а люди- Везде люди, и подсудимый не хуже вас с нами... Другой на его месте сделал бы ещё больше зла. Мой подсудимый смотрит вам прямо в глаза, он не боится правды и готов за неё отвечать.

Это горячая защита продолжалась битых два часа, так что адвокат под конец начал хрипеть и вытирать вспотевшее лицо платком. Наконец адвокат кончил свою речь. После него говорил, что-то прокурор, потом сделал своё резюме председатель и наконец дали последнее слово подсудимому.

- Нет, я не виновен...- прохрипел Лев Иванович, хотел ещё что-то сказать, но и слова не мог выговорить, поэтому только махнул рукой.

После совещания присяжные заседатели вынесли свой вердикт, и старшина громко прочитал:

- Да виновен...

Сначала Лев Иванович не понял смылса этих слов, а потом схватился за решётку и громко крикнул:

- Господа, да за что же? Бога не боитесь или сами не такие! Уж если судить так всех и прокурора, и адвоката... Э, да что тут говорить!...

После суда адвокат Льва Ивановича вышел на улицу, достал и закурил трубку, выпустил несколько клубов дыма, почесал затылок и вполголоса сам себе сказал:

- Эх, а ведь действительно надо было барашка в бумажке дать прокурору и дело с концом.