Тренеры. Увлекательные истории о лучших наставниках мирового футбола

Как Герберт Чепмен навсегда изменил мировой футбол

Пламя бросало мрачные отсветы на снег, покрытый копотью и изрешеченный, как шрапнелью, разлетевшимся на мельчайшие кусочки фюзеляжем. Оставшиеся в живых люди, остатки одной из лучших команд мира, в панике старались поскорее покинуть место катастрофы, опасаясь нового взрыва. "Босс", несмотря на тяжёлые травмы, был спасён, хоть и провёл в больнице больше двух месяцев. Однако, мировому сообществу понадобится ещё больше времени, чтобы осознать истинные масштабы Мюнхенской катастрофы 1958-го года.

Среди погибших, помимо футболистов и членов тренерского штаба Манчестер Юнайтед, был ряд журналистов, описывавших первые шаги команды на европейской арене в таком тесном контакте с игроками, о котором не могли бы и мечтать современные репортёры. Самым опытным из них был 65-летний Донни Дэвис из Guardian, планировавший закончить свою журналистскую карьеру через несколько месяцев. Он хотел опубликовать свои мемуары, в которых нашлось бы место профессиональной игре в крикет в Ланкашире, поездкам в Австрию, Венгрию и Румынию с любительской сборной Англии по футболу и выживанию в немецком лагере для военнопленных, где Донни чуть не погиб от недоедания. Но главной работой своей жизни этот уже немолодой человек считал серию репортажей о "малышах Басби". Романтика, окутывавшая этих молодых людей в красном, уже покорила всю Англию - а армия их поклонников росла после каждой игры. За несколько дней до катастрофы "МЮ" одолел Арсенал на Хайбери в сумасшедшем по накалу матче, который завершился со счётом 5:4, однако, Донни Дэвис был в большей степени очарован тренером "малышей" - Мэттом Басби, невероятная эффективность которого была в большей степени перенята у самого британского из великих тренеров двадцатого века: Герберта Чепмена.

***

Что делает футбольного тренера по-настоящему великим? Новая тактика, которая меняет лицо футбола? Трофеи? Или его наследие? У Чепмена были все три этих составляющих, но, помимо этого, он делал свою работу настолько революционными методами, намного опережавшими его время, что его наработками пользовались команды через 20 и 30 лет после его смерти, а все великие тренеры середины двадцатого века с полным правом могли бы назвать себя учениками Герберта Чепмена. С самого зарождения футбола вплоть до времён Мэтта Басби, футбольные тренеры были кем-то вроде секретарей компаний, где все основные решения принимались владельцами клубов и приближёнными к ним людьми, а тренеру оставалось лишь следить за фищической подготовкой, минимально влияя на выбор стартового состава или тактику игры. Но Чемпен был слеплен из другого теста. Дэвис писал:

Он принялся организовывать футбол также, как магнат распределяет средства для получения максимальной прибыли. Его философия была довольно проста: каждое устройство, которое использует промышленник для ускорения производства товаров, может быть использовано также для ускорения достижения цели.

Подобные сравнения вовсе не взяты с потолка: промышленность и производство были краеугольными камнями в воспитании Чепмена. Он родился в 1878 году в шахтёрском посёлке Кивитон-Парк, Северный Йоркшир, и его судьба, также как и судьба его деда, отца, братьев, была предопределена: поколение за поколением Чепмены уходили под землю, сначала учиться шахтёрскому ремеслу, потом работать в течении многих лет, а в конце земля принимала их на вечный покой. О другом жизненном пути никто даже не помышлял, но у Герберта всё сложилось иначе. Его отец умер, когда ему было всего два месяца. Семья жила очень бедно, и будущий великий тренер, совсем ещё ребёнком, был вынужден подрабатывать в местных пабах, участвуя в нелегальных боксёрских поединках, которые, наряду с петушиными боями, составляли всю программу развлечений Кивитон-Парка.

Герберт был одиннадцатым ребёнком Джона и Эммы Чепменов, четверо его братьев и сестёр умерли в раннем детстве. Уже с семи лет Чепмены были вынуждены подрабатывать на шахтах, часто получая не больше 15 пенсов в неделю, однако, Герберт никогда не спускался под землю, зарабатывая себе на хлеб, а позже, и на учёбу, развлекая уставших после бесконечных смен шахтёров в питейных заведениях. Он начал изучать горное дело в Шеффилдском колледже, и, вкупе с его строгими методистскими моральными принципами, эта специальность сильно повлияла на мировоззрение и формирующуюся философию Герберта.

Задолго до того, как СМИ стали по-настоящему массовыми, а к газетам стали относиться, как к листам бумаги для хозяйственных нужд, любая информация, в особенности, относящаяся к спорту, достигала маленьких городков с большим опозданием. Но одна великолепная футбольная история почти моментально достигла даже ушей жителей Кивитон-Парка. Престон Норт Энд, возглавляемые богатым владельцем хлопковой фабрики Билли Саделлом, который сыграет заметную роль в формировании принципов Герберта Чепмена, провели сезон 1888/89 без поражений, став главной темой для обсуждений в кругах любителей футбола.

Престон выиграл Кубок Англии в том сезоне с составом, в котором было всего четыре англичанина и не меньше десяти шотландских "наёмников" - и это в те времена, когда наличие в команде игроков из другого графства уже считалось чем-то невероятным. Несмотря на то, что футбол получил в Англии профессиональный статус в 1885 - и футболисты стали получать за него деньги - шотландская футбольная ассоциация по-прежнему не считала спортсменов работниками, которым должна была выплачиваться зарплата, что и послужило причиной массового оттока шотландцев в английскую лигу, к более богатым и прогрессивным клубам. Стало привычной практикой фиктивно принимать футболистов на работу в компанию, связанную с каким-либо клубом, чтобы удовлетворять требования чиновников. Человек числился, к примеру, бухгалтером, получал зарплату, но, вместо нарукавников и гроссбухов, символами его истинной профессии были гетры и мяч.

Билли Саделл был мастером на подобного рода махинации, безжалостно борясь за малейшее преимущество, которое мог получить его клуб. Как писал полвека спустя Дэвис, это оказало большое влияние на Чепмена - он с готовностью вбирал в себя информацию, перерабатывая её и препарируя по-своему. Саделл не только переманивал к себе шотландцев, убеждая футболистов не иметь дело с их футбольной ассоциацией, но и раздавал деньги направо и налево, потратив на новых игроков 5000 фунтов стерлингов (в эту сумму входили фиктивные оформления на работу, взятки чиновникам, оформление документов, подъёмные футболистов и прочее), в то время как сумма рекордного трансфера 1893 года составила сто фунтов. После великолепного сезона успех Престона сошёл на нет, а Билли Саделл попал в тюрьму за свои махинации.

Отношения Чепмена с деньгами были отнюдь непростыми, учитывая атмосферу, в которой он вырос, и футбольные реалии, воспитавшие его. Он был достаточно проницательным, чтобы быстро понять, каким важным колёсиком в сложной машине успешного футбольного клуба являлись финансы. В каком-то смысле, его видение успеха в футболе ничем не отличалось от философии современных руководителей больших клубов. Самым ярким примером, пожалуй, является Флорентино Перес, который выстроил мадридский Реал, как бизнес-проект, сделав его, пожалуй, самым финансово независимым клубом в мире. Хорошо это или плохо судить не будем, но за сотню лет до Переса Чепмен хладнокровно делал практически то же самое, руководствуясь своей хорошо развитой деловой хваткой и постулатом, что, в конечном итоге, за победы надо платить.

Карьера игрока у Герберта сложилась не слишком успешно. За 12 лет он сменил 11 клубов, большая часть из которых была любительскими, став играющим тренером в последнем из них, Нортгемптон Тауне, в 1907. Ему было тогда всего 29 лет. Интересно, что только после этого он завоевал свой первый трофей, став чемпионом Южной лиги в сезоне 1908/09, после чего завершил карьеру игрока, оставшись, впрочем, на посту тренера Норгемптона. Два брата Герберта также стали футболистами, причём Гарри стал двукратным чемпионом и обладателем Кубка страны в составе Шеффилд Уэнсдей - и через десять лет спас карьеру своего младшего брата. Том играл за Гримсби Таун, а ещё один брат, Мэттью, стал впоследствии директором этой команды.

После Нортгемптона Чепмена пригласили в борющийся за выживание во втором дивизионе Лидс Сити. Здесь Герберт прежде всего убедил руководство Лиги допустить клуб, занявший 19-е место из 20, к следующему сезону без понижения в классе. После этого тренер настоял на приобретении Джимми Спейрса из Брэдфорда, автора победного мяча в финале Кубка Англии в сезоне 1910/1911. Команда Чепмена играла в яркий футбол, став второй по количеству забитых мячей (70), но ей отчаянно не хватало стабильности. За победой со счётом 5:1 следовало поражение 0:6, так что по итогам сезона Лидс занял шестое место в лиге. Но команда показывала красивую атакующую игру, средняя посещаемость домашнего стадиона Элланд Роуд выросла за сезон почти вдвое, и Чепмену выделили немалые суммы на приобретение новых игроков. В следующем сезоне Лидс остановился на четвёртом месте, и снова не смог подняться в Высшую лигу, но зрители любили ходить на матчи команды, доходы росли и руководство было довольно работой своего тренера.

Герберт Чепмен едва ли не впервые применил на практике тактические концепции, предварительно разработанные им на бумаге. Когда он только пришёл в Лидс, его первым заявлением было: "никто до меня не пытался организовывать победу, все просто играли и надеялись на лучшее."

Первым тактическим новшеством стала оттянутость назад центрального хавбека, что впоследствии станет одним из важных моментов в создании схемы W-M. Кроме того, Чепмен впервые в английском (да и в мировом) футболе начал готовить свою команду к игре, учитывая все аспекты предстоящего противостояния, от дороги к стадиону до величины раздевалок и крепости каркаса ворот. Эта идея возникла у него ещё в ту пору, когда он был играющим тренером и выехал со своей командой в Саутгемптон на матч Кубка. Поезд, которым они ехали, останавливался подолгу на каждой станции, а когда они, наконец, прибыли на стадион за считанные минуты до матча, обнаружилось, что все футболисты Нортгемптона обуты в ботинки, предназначенные для морозной погоды, а поле представляло из себя огромную лохань с жидкой грязью. Клуб Чепмена поставил анти-рекорд, потерпев поражение со счётом 11:0.

В Лидсе Чепмен с первых же дней постарался вывести роль тренера на новый уровень, взяв под свой контроль всё, что только возможно. Если его предшественник, Фрэнк Скотт Уолфорд, считался прогрессивным реформатором, который взял на себя функции скаута и менеджера команды, то Герберт захотел руководить командой на всех фронтах, принимая участие в каждом, самом незначительном событии в жизни клуба, будь то обсуждение цвета шнуровки или заключение контракта со строительной компанией для расширения восточной трибуны стадиона.

Чепмен также понимал, что клуб может добиться больших успехов ещё и потому, что его владелец, Норрис Хепворт, был очень богатым и влиятельным сыном основателя компании по производству одежды, которая через много лет превратится в ритейлера под названием Next, что прямо перекликалось с философией Герберта, считавшего деньги одной из важнейших составляющих футбольного успеха. Хепворт, несмотря на баснословное богатство, с некоторой тревогой наблюдал, как напористый тренер облегчил его капитал на 15.000 фунтов стерлингов, но ещё одним качеством Чепмена, которое очень помогло ему в жизни, было отличное умение общаться с людьми. В личном разговоре, по признанию знавших его, Герберт Чепмен мог убедить кого угодно и в чём угодно. Не зря Лидс, вместо вылета из второго дивизиона, что предусматривалось правилами Лиги для команд, занявших места с 18 по 20, продолжил выступать в нём и в следующем сезоне - и произошло это только благодаря Чепмену.

Но в планы Хепворта и Чепмена вмешалась Первая мировая война. Посещаемость игр, по понятным причинам, резко упала, в команде скопилось слишком много футболистов, а тренер всё никак не мог определиться со стартовым составом и терпел поражение за поражением. С 1915 по 1918 общеанглийских соревнований не проводилось, Лидс, как и остальные клубы, играл в региональных лигах, многие игроки ушли на войну, другие покинули футбол из-за резкого снижения зарплат, во многих командах играли так называемые "гостевые футболисты", кочевавшие из клуба в клуб. В 1916 Чепмен решил поддержать свою страну в Великой войне и ушёл с поста тренера Лидса, став управляющим на местной фабрике боеприпасов. Он рекомендовал своего помощника Джорджа Криппса на пост главного тренера команды с сохранением всех полномочий, которыми обладал сам на этой должности, но новое руководство Лидса посчитало, что Криппс не справится с финансовыми делами клуба и разрешило бухгалтерам со стороны взять их под свой контроль.

После окончания войны Чепмен вернулся в клуб и нашёл его в состоянии, близком к катастрофическому. Лидс влачил жалкое существование, оставшись практически без средств, на поле выходили игроки, которых до войны Герберт бы и близко не подпустил к стартовому составу, а один из бывших футболистов клуба, Чарли Коупленд, пожаловался на Лидс в футбольную ассоциацию Англии. Команду обвинили в незаконных выплатах тем самым "гостевым футболистам" - и, несмотря на то, что доказательств этих обвинений представлено не было, футбольная ассоциация Англии, далеко не в последний раз оказавшаяся не на высоте, инициировала расследование. Клуб отказался предоставить свою финансовую отчётность для проверки, что было сочтено признанием вины. В октябре 1919 года Лидс Сити был исключён из футбольной лиги и расформирован, игроков распродали с аукциона, а пять руководителей клуба были пожизненно остранены от футбола. В их число попал и Герберт Чепмен. Будущая легенда британского тренерского цеха работал на добыче угля и нефти в Селби, близ Йорка, но, к счастью для мирового футбола, это продолжалось не слишком долго.

***

Через полтора года клуб из высшего дивизиона Хаддерсфилд Таун пригласил Чепмена, к тому времени оставшегося без работы, на должность помощника главного тренера. Это не было слепой удачей, поскольку тренер команды, Эмброуз Лэнгли, играл вместе с братом Чепмена, Гарри, в Шеффилд Уэнсдей. Руководство клуба помогло Герберту добиться отмены его отстранения от футбола, и Чепмену пришлось не один час объяснять, пользуясь своим даром убеждения, что во время незаконных выплат он даже не работал в Лидсе. 1 февраля 1921 года Герберт Чепмен официально стал помощником главного тренера Хаддерсфилда - скорее, номинальным, поскольку обладал теми же полномочиями и получал в два раза больше Эмброуза.

Вскоре Лэнгли ушёл из клуба, а Чепмен стал его главным тренером. Именно в Хаддерсфилде в полной мере проявился гений 43-летнего специалиста, который тут же начал перестраивать команду, занявшую в сезоне 1920/21 17 место из 22. Герберт начал с трансферов, и одному богу известно, как он смог убедить руководство клуба выложить 4000 фунтов за Клэма Стефенсона из Астон-Виллы - при максимальной зарплате в футболе в 8 фунтов в неделю, - а затем купил никому неизвестного и очень молодого Джорджа Брауна. Первый вскоре стал капитаном команды, а второй - лучшим бомбардиром в истории клуба.

Следующий сезон Хаддерсфилд завершил на 14 месте в таблице, но выиграл первый трофей в своей истории - Кубок Англии, обыграв в финале Престон Норт Энд, а затем и Суперкубок, выиграв его у чемпиона страны Ливерпуля.

Чепмен вновь прибег к тактике, работавшей в Нортгемптоне и Лидсе: его команда славилась своей обороной и быстрой игрой в контратаках. Футболисты Герберта Чепмена отлично умели играть в короткий пас, перемещались с мячом по полю, заставая соперника врасплох, и постоянно атаковали с флангов, растягивая оборону противников. Тренер по-прежнему контролировал все аспекты жизни клуба. Он следил, чтобы резервные команды играли по той же схеме, что и первый состав, постоянно выделял средства на поиски молодых талантливых игроков и подбирал футболистов, готовых тут же встроиться в его тактические смены.

Помимо тех качеств, о которых мы уже говорили, у Герберта Чепмена было ещё одно, едва ли не самое главное. У тренера было потрясающее чутьё, благодаря которому он мог точно предсказывать результаты многих матчей (в том числе и тех, в которых его команда проигрывала), почти всегда знал, какой игрок "выстрелит", а какой не принесёт пользы клубу, и мог предвидеть те или иные события на многие годы вперёд. Так, он ещё в начале 20-х считал, что английским клубам нельзя вариться в собственном соку, и они должны выезжать на континент для игр с командами из других стран. Это был нонсенс в заносчивом британском футбольном сообществе, которое считало, что местные команды заведомо сильнее каких-либо других (из-за чего ни английская сборная, ни английские клубы не принимали участия в международных турнирах), и лишь через тридцать лет это мнение потихоньку начало меняться. Чепмен твёрдо верил, что будущее английского футбола - в прочных связях между клубами из Англии и Европы, поэтому ещё до Великой войны ездил с Нортгемптоном на товарищеский турнир в Нюрнберг, а вместе с Хаддерсфилдом стал первым английским тренером, который провёл предсезонную подготовку своей команды на континенте, выиграв несколько матчей в Париже. Это может показаться мистикой, но Герберт Чепмен ещё до наступления 1930 года предсказал, что в Европе появится интернациональный турнир между лучшими командами континента, который затмит кубок Митропы (первый европейский международный кубок, который сначала разыгрывался между странами, бывшими в своё время в составе Австро-Венгерской империи, а затем просто игрался между государствами Центральной Европы). Речь шла, как мы сейчас понимаем, о Кубке Европейских чемпионов, но Чепмен говорил о нём за 27 лет до его появления!

Взгляды Чепмена разделяло всего несколько британцев, также способных видеть чуть дальше собственного носа - и что это были за люди! Вилли Гарбатт, игравший в Южной Лиге за Рединг во времена Лидса Чепмена, а затем переехавший в Геную, ухватившись за шанс стать первым профессиональным тренером на Апеннинском полуострове, и тренировавший в Италии и Испании на протяжении 36 лет. Фред Пентленд, игравший в своё время за КПР, стал тренером Атлетика из Бильбао, а также сборных Франции и Германии.

А когда Чепмен, в бытность свою игроком Тоттенхэма, делил раздевалку с Джимми Хоганом, оба и не подозревали, что станут великими тренерами, только по разные стороны Ла Манша. Первый привёл к успеху английские клубы, которые на протяжении десятилетий пользовались его наработками, а наследие второго позволило великой сборной Венгрии разгромить сборную Англии в 1953. После того исторического матча тренер Густав Шебеш говорил именно о Хогане, отдавшем венгерскому футболу семь лет жизни:

<..> играли в футбол, как учил нас Джимми Хоган. Когда будут рассказывать нашу футбольную историю, его имя должно быть вписано туда золотыми буквами.

Хоган и Чепмен часто обсуждали развитие футбола вместе с ещё одним потрясающим тренером, Хуго Мейслем, возглавлявшим австрийскую "Вундертим", по мнению многих, сильнейшую сборную мира в первой половине 1930-х годов. Они находили общий язык, несмотря на что, что все трое исповедовали разный подход к игре и к тактике, и казалось невероятным, что три таких разных тренера жили и работали в одно и то же время, перекраивая мировой футбол, который, благодаря им, навсегда перестал быть прежним.

Но лучшим из них, пожалуй, был всё же Герберт Чепмен. Более полувека самые различные клубы и сборные использовали вариации его классической схемы W-M, с насыщенным центром поля, тремя защитниками и тремя нападающими. Многие люди, поверхностно разбиравшиеся в футболе, считали Чепмена ориентированным на игру от обороны тренером, который опускает в защиту чуть ли не по 7 человек сразу. Младший брат Мейсла, Вилли, выпустил книгу под названием "Революция футбола", где критиковал Герберта за то, что он отрицательно повлиял на эволюцию игры благодаря своему тактическому мастерству. Но автор, как и многие подражатели впоследствии, не совсем правильно восприняли тактическую схему Чепмена. Его главной целью было совместить правильную схему с правильными игроками, которые чётко бы исполняли возложенные на них роли, и в атаку он вкладывал не меньше, чем в оборону.

Такое же непонимание преследовало позже "катеначчо" Рокки и Эрреры, итальянскую вариацию всё той же схемы Чепмена, которую неумелые подражатели сделали "игрой от обороны" и "автобусом" у собственной штрафной. Эленио Эррера, легендарный тренер Интера, писал позже:

Проблема в том, что большинство тренеров, которые скопировали меня, сделали это неправильно. Все они забыли включить в свою схему игры те атакующие принципы, которыми отличался мой катеначчо. Да, у меня был Пикки, исполнявший роль уборочной машины, но у меня также был Факкетти, первый в мире защитник, забивавший столько же голов, сколько форварды.

Ровно то же самое происходило с многими, кто пытался повторить схему Чепмена. Только вместо Джачинто Факкетти у Герберта был Алекс Джеймс - однако, мы слишком забежали вперёд.

***

После победы в Кубке Англии Хаддерсфилд, благодаря своим доходам, смог купить несколько новых игроков, среди которых выделялись вратарь Тед Тейлор и форварды Уилсон и Кук. В сезоне 1922/23 команда заняла третье место в итоговой таблице, а уже на следующий год впервые в своей истории стала чемпионом Англии, опередив Кардифф Сити по дополнительным показателям. В сезоне 1924/25 Хаддерсфилд сумел отстоять свой титул, сделав впечатляющий камбэк по ходу сезона, немыслимый в наше время, когда после яркого старта клуб потерпел серию поражений, опустившись на девятое место, а вратарь Тейлор получил травму. Чепмен купил вместо него Билли Мерсера и сумел переломить ход сезона. Его команда одинаково успешно оборонялась и атаковала, одерживая одну победу за другой, и стала чемпионом Англии, всего на два очка оторвавшись от ближайшего преследователя, Вест Бромвич Альбион.

Но Герберту Чепмену хотелось ещё большего. Ему стал тесен провинциальный городок, и его амбициозность указывала ему на Лондон, как на наилучшее место для продолжения карьеры. Кроме того, тренеру хотелось вновь повторить собственное достижение: взять изначально слабую команду, выстроить её с нуля и сделать из неё лучший клуб страны. Вскоре ему представился такой шанс.

Арсенал в то время переехал на север английской столицы, в поисках большей посещаемости и популярности клуба, но планы эти провалились: сезон 1924/25 команда завершила на самом дне турнирной таблицы, чудом не вылетев во второй дивизион. Денег у Арсенала не было, поскольку 20.000 фунтов уже были израсходованы на землю, на которой строился стадион Арчибальд Лейч, а глава клуба Генри Норрис постоянно отказывал тренеру Лесли Найтону в деньгах на трансферы, чтобы не усугублять бедственное финансовое положение "канониров". После провального сезона Найтон был уволен, а Норрис опубликовал в газете Athletic News следующее объявление:

Футбольный клуб Арсенал открыт для претендентов на пост менеджера команды. Это должен быть опытный, высококвалифицированный человек с выдающимися способностями и хорошим характером. Джентльмены, которые способны создать хорошую команду лишь при наличии огромных средств, нам не нужны.

Деньги, сэкономленные на трансферах, проницательный Норрис собирался выплатить подходящему кандидату. Таким образом, всё сошлось для Герберта Чепмена, который был отнюдь не аскетом. Арсенал предлагал своему тренеру 2000 фунтов против 1000 в Хаддерсфилде, так что Чепмен почти не колебался и с удовольствием принял новый вызов.

Если перевести этот поступок в современные реалии, представьте себе Пепа Гвардиолу, который, после чемпионства с Манчестер Сити в сезоне 2017/18, летом становится тренером Брайтона.

Главная задача, стоявшая перед Чепменом после его прихода в Арсенал - убедить Генри Норриса расстаться с деньгами, чтобы реструктуризировать команду. Как мы уже неоднократно видели, умение убеждать не раз помогало Герберту в его карьере, не подвело оно его и на этот раз. Патрик Барклай в своей книге "Жизнь и времена Герберта Чепмена", объяснял:

При подходящих условиях, Лесли Найтон вполне мог управлять клубом. Но заслуга Герберта Чепмена в том, что именно он сделал условия подходящими.

Норрис нехотя открыл кубышку, и первое что сделал новый тренер Арсенала - купил 34-летнего форварда Сандерленда Чарли Бьюкана, который до сих пор является одним из лучших бомбардиров в истории "чёрных котов". Все считали, что лучшие годы футболиста уже позади, но Чепмен доверял своему чутью - и оказался прав.

В июне 1925 года ФИФА изменила правила об офсайдах ввиду значительного снижения результативности игры (Хаддерсфилд Чепмена, например, стал чемпионом забивая всего 1.4 гола за игру в среднем), и теперь, чтобы форвард не находился в положении "вне игры", перед ним должно было находиться всего два игрока соперника (раньше было три). Теперь нападающие получили гораздо большую свободу действий, а количество голов резко возросло. Бьюкен, который в силу возраста и опыта не боялся высказывать всё, что он думает, даже действующему чемпиону Англии, потребовал у Чепмена, чтоб тот внёс соответствующие изменения в свою игровую тактику. Вместо того, чтобы вспылить и отказаться, Герберт, который ещё со времён Билли Саделла был готов впитывать любую информацию, которая могла бы помочь его команде, неожиданно согласился с форвардом.

Здесь пришло время для небольшого разоблачения. Дело в том, что, несмотря на то, что Герберт Чепмен считается создателем схемы W-M, её уже вовсю использовали другие клубы, когда он только возглавил Арсенал. Но тренер настолько хорошо сумел использовать её преимущества и нивелировать недостатки, что остался в истории, как автор этой тактики. В лондонском клубе Чепмен проявил ещё одну грань своего таланта: если до этого его знали как человека, который умеет принимать жёсткие и волевые решения, то в Арсенале все увидели, каким безграничным терпением обладает этот человек. Он умел ждать, бесконечно пробуя вариант за вариантом, и не подстраивал игроков под выбранную схему, а адаптировал её согласно игрокам.

Амбициозный Генри Норрис и неожиданно терпеливый Герберт Чепмен нашли друг друга. Первый построил новый вместистельный стадион, а второй построил команду, которая добилась аншлагов на этом стадионе. Чепмен вновь старался вникать во все аспекты управления клубом, принимая решения, которые должны были повлиять на него не только в текущие моменты, но были ориентированы на далёкое будущее. Так, именно он лоббировал смену названия ближайшей к стадиону станции метро на Гиллеспе Роуд и отстаивал идею с нумерацией футболок. Он ввёл в красную форму Арсенала белые рукава и реорганизовал академию клуба. Он также был в числе тех, кто продвигал первую в истории Англии радиотрансляцию футбольного матча, а медицинская служба клуба и тренировочные объекты в Хайбери были предметом его особой гордости.

В сезоне 1925/26 Арсенал стал вторым по итогам сезона, уступив чемпионство Хаддерсфилду, который в третий раз подряд стал лучшим клубом Англии. В последующие несколько лет Чепмен продолжал перестраивать команду, покупая новых игроков. В клуб пришли вингер Джо Халм, который станет одним из лучших футболистов в истории Арсенала, форвард Джек Ламберт и защитник Том Паркер. Последний вскоре сменил Бьюкена на посту капитана. В 1927 году вокруг клуба разгорелся скандал: оказалось, что Чарли Бьюкен тайно получал дополнительные выплаты, что нарушало установленный лимит зарплат. Генри Норрис был отстранён от руководства клубом и, впоследствии, от футбола, Чепмен и Бьюкен не пострадали.

Новым руководителем (сейчас бы мы сказали "президентом") команды стал Хилл-Вуд, при котором Чепмен получил ещё большие полномочия. У клуба появились деньги, которые Герберт тут же тратил на новые трансферы. Так в Арсенал пришли Алекс Джеймс, ставший ключевой фигурой в схеме игры Чепмена, и Дэвид Джек. Трансфер последнего сопровождала анекдотическая история: Болтон запросил за своего игрока немыслимую сумму в 13.000 фунтов, после чего тренер Арсенала во время переговоров хитростью напоил руководство Болтона и сумел снизить запрашиваемую сумму до 10.890 фунтов - что всё равно стало рекордным трансфером в Англии.

В сезоне 1929/30 Арсенал выиграл Кубок Англии, победив в финале Хаддерсфилд со счётом 2:0 - забивали Джеймс и Ламберт, а затем в Суперкубке был обыгран Шеффилд Уэнсдей. Эпоха доминирования Арсенала в английском футболе началась.

Чепмен, наконец, после многих проб и ошибок, выстроил идеальную схему игры команды. Арсенал отлично играл в контратаках, практиковал быстрый пас и отказывался от дриблига и владения мячом. Оборона команды играла довольно глубоко, а к трём защитникам, стоило только мячу оказаться в центре поля, добавлялись два хавбека, что оставляло противника перед массированной защитой в пять человек. Как только мяч был перехвачен, он тут же доставлялся вперёд, где уже находилось пять футболистов (два инсайда, два вингера и центрфорвард). При необходимости к ним быстро добавлялись полузащитники, что делало атаку как нельзя более массовой. Подобная тактика требовала от футболистов хорошей физической подготовки и отличной реакции, и, как это всегда бывает в случае успеха, Арсенал Чепмена принимали далеко не все. Одни обвиняли команду в скучной и маловыразительной игре, другие - в том, что ей просто постоянно везёт, третьи старательно не замечали большого количества забитых "канонирами" голов и утверждали, что оборонительному футболу не место в Англии.

В сезоне 1930/31 Арсенал стал чемпионом страны, на семь очков опередив Астон-Виллу и забив 127 голов в 42 матчах лиги - феноменальный результат, который и по сей день остаётся рекордом клуба. На следующий год клуб остался без трофеев, заняв второе место в чемпионате и уступив Ньюкаслу в финале Кубка. Сезон 1932/33 также начался для Арсенала не слишком удачно: сразу пять футболистов основного состава заболели гриппом перед кубковым матчем с клубом из Третьего северного дивизиона Уолсоллом - и полурезервный состав команды проиграл со счётом 0:2, что стало одной из главных сенсаций года. Разгневанный Чепмен дал волю эмоциям и в течении двух недель продал Блэка и Уэлша, на которых возложил основную вину за поражение. Клуб снова стал чемпионом Англии, разгромив в решающем матче своего основного соперника, Астон-Виллу, со счётом 2:0.

В мае 1933 Чепмену предложили поработать со сборной Англии - и он не смог отказаться, хотя выбор состава взяла на себя футбольная ассоциация, а ему осталось только давать установки команде. Агличане сыграли вничью с итальянцами (1:1), которые в следующем году стали чемпионами мира, и разгромили швейцарцев 4:0.

В межсезонье Герберт Чемпен, после переговоров с руководством, начал омолаживать стареющий состав Арсенала, купив молодых Боудена, Бисли и Данна. В конце лета клуб завоевал Суперкубок, обыграв чемпиона страны, Эвертона, со счётом 3:0. Перед командой Чепмена, которую он так своевременно перестроил, казалось, открывалось великолепное будущее с множеством трофеев, но жизнь редко бывает похожа на блестящую сказку.

30 декабря 1933 года состоялся матч Арсенал - Бирмингем (0:0), после которого лондонский клуб шёл на первом месте в таблице чемпионата с четырёхочковым отрывом. События нескольких последующих дней показывают, на каком сверхъестественном уровне работал Герберт Чепмен, стараясь охватить максимально возможное количество аспектов развития клуба. После празднования Нового года в Лондоне Чепмен поехал на матч Бери и Ноттс Каунти, чтобы просмотреть перспективного игрока. На следующий день он был уже в Йоркшире, на матче следующего соперника Арсенала, Шеффилд Уэнсдей. Ещё через день, уже сильно простыв, он посетил матч третьей команды своего клуба с Гилдфорд Сити, после чего слёг. У Чепмена началсь пневмония, пошли осложнения, и он буквально сгорел за пару дней. 6 января 1934 года Герберт Чепмен скончался в своём доме в Хендоне, в возрасте 55 лет, оставив жену и четырёх детей. После его смерти до конца сезона Арсенал возглавлял Джо Шоу, а затем 13 лет главным тренером "канониров" был Джордж Эллисон. Арсенал был чемпионом страны в сезонах 1933/34 и 1934/35, а до конца 30-х годов стал обладателем ещё двух Суперкубков, Кубка и чемпионского титула - в чём, без сомнения, была немалая заслуга Чепмена.

***

Наследие, которое оставил Герберт Чепмен мировому футболу сложно переоценить. Его наработками пользовались тренеры всего мира не один десяток лет, а его успех с лондонским Арсеналом послужил вдохновением и примером для многих команд. Великий Реал, выигравший пять Кубков Европейских чемпионов подряд, играл по схеме W-M (Ди Стефано как центрфорвард, Пушкаш инсайд и Хенто вингер) - и это была лучшая команда Европы, когда Чемпена уже не было на свете больше двадцати лет! Оценка тактической схемы Чепмена, к которой сейчас принято относиться с некоторым пренебрежением, должна быть, наконец, пересмотрена. Все, кто сетуют на излишнюю оборонительность и отсутствие зрелищности при игре по схеме W-M не должны забывать, что Арсенал Чепмена забивал больше 100 голов в своих чемпионских сезонах, и эти цифры говорят больше, чем любые другие аргументы.

Даже у современных тренеров можно найти черты, которые были присущи Чепмену. Это внимание к деталям перед подготовкой к матчам, как у Пепа Гвардиолы, подход к футболу, как к спортивной науке, как у Арсена Венгера и определённая безжалостность и твёрдость в принятии решений, как у Алекса Фергюсона. Но Герберт Чемпен, пожалуй, выделялся из всех умением совмещать работу тренера и менеджера, бесконечным терпением при поисках правильной игровой схемы и подборе футболистов, а также своим общим отношением к футболу, который, благодаря его работе, изменился навсегда.

И, в качестве завершения нашего рассказа, дадим слово самому Герберту Чепмену:

Средний уровень игры повысится, когда результат перестанет быть самым главным итогом каждого отдельно взятого матча. Страх перед поражением и потерей очков съедает уверенность в своих силах у футболистов. Всегда можно победить или проиграть, это зависит от множества факторов, и настоящие профессионалы умеют быть выше единичного результата, но когда это поймут и все остальные, вы увидите, какой прекрасный футбол у нас будет.

Гильермо Стабиле: тренер, выигравший семь турниров, который плевать хотел на тактику

Невысокий центрфорвард сборной Аргентины отправился в прорыв, надеясь, что кто-то из партнёров по команде его заметит. Получив передачу, он вошёл в штрафную, сместился вправо и неотразимо пробил низом в левый угол ворот. Капитан сборной Уругвая Хоссе Нассази тщетно попытался убедить арбитра, что аргентинец находился в офсайде, но гол был засчитан, и на перерыв команды ушли при счёте 2:1 в пользу сборной Аргентины. Шёл финал Кубка мира по футболу 1930 года, первого турнира под эгидой ФИФА в истории.

Во втором тайме Уругвай забьёт в ворота сборной Аргентины три безответных мяча, став чемпионом мира. Но обладателем Золотой Бутсы станет аргентинский форвард Гильерме Стабиле, который забил в финале ЧМ-1930 свой восьмой гол в четырёх матчах за сборную, став лучшим бомбардиром чемпионатов мира на 24 года, пока Шандор Кочиш не побил его рекорд в 1954. Это была серьёзная заявка на попадание в сонм легенд мирового футбола, но оказалось далеко не главным достижением последнего романтика тренерского цеха, считавшего футбол прежде всего игрой, а потом уже полем для тактической работы.

***

Стабиле родился в 1905 году в районе Парке-Патрисьос на юге Буэнос-Айреса. В начале века это место претерпевало серьёзные измения: были снесены скотобойни и бордели, заложен большой парк и начато строительство государственного жилья для рабочих. А в 1924 году здесь был открыт стадион Томас Адольфо Дуко, домашняя арена местного клуба Уракан, к которому Гильерме присоединился ещё подростком, в 1920. В то время команда из Буэнос-Айреса была на подъёме, выиграв чемпионат Аргентины в 1921 и 1922 году.

Гильермо оказался в составе первой команды Уракана как раз в год открытия нового стадиона, и играл поначалу на позиции правого вингера. Его клуб завоевал чемпионство в 1925 и 1928 годах, а молодой игрок атаки быстро завоевал любовь болельщиков, за исключительные голевые показатели называвших его "Infiltrator" ("Проникающий"). Статистика футболиста и вправду впечатляла: за шесть лет Стабиле сыграл в чемпионате в 119 играх, забив в них 102 мяча. Несмотря на такие весьма впечатляющие цифры, Гильерме никак не мог попасть в сборную Аргентины, считавшейся в те годы одной из лучших в мире, по слухам, из-за конфликтов с тренерами Васкесом и Мильяном (напоминает историю с Икарди в 2018, не так ли?). Аргентинцы в 1920-х выиграли четыре чемпионата Южной Америки, взяли серебро на Олимпиаде в 1928 и считались одними из фаворитов первого чемпионата мира по футболу в 1930. Перед турниром Стабиле был вызван в сборную, но в ту эпоху, когда замены в футболе не предусматривались, у новичка практически не было шансов сыграть в турнире.

Но после первого матча, который Аргентина выиграла у Франции со счётом 1:0, Гильермо получил место в стартовом составе из-за очень странного поворота событий. Великий форвард Бока Хуниорс Роберто Черро, чей бомбардирский рекорд в чемпионате Аргентины в 1930 продержался 70 лет, неожиданно выбыл из турнира, сославшись на нервы. Стабиле ухватился за выпавший ему шанс, и дуэт наставников сборной в лице Оласара и Трамутолы не пожалели о своём выборе. Во втором групповом матче Аргентина разделалась с Мексикой, обыграв её со счётом 6:3. Гильермо забил первый, третий и шестой мячи своей команды, став автором, как считалось в течении 76 лет, первого хет-трика в истории чемпионатов мира (в 2006 году ФИФА объявило, что автором первого хет-трика в истории чемпионатов мира по футболу является американец Берт Пэтноуд, второй гол которого в ворота Парагвая изначально был записан на другого игрока). В третьей групповой игре против Чили и в полуфинале против США Стабиле записал на свой счёт по дублю.

Последним голом нападающего на том чемпионате мира, стал мяч, который он забил в финале в ворота сборной Уругвая. Эта игра стала для Стабиле последней не только в сборной Аргентины, но и в Южной Америке, поскольку его блестящая игра заинтересовала итальянский клуб Дженоа (тогда Дженова) (о массовом переезде аргентинских звёзд в Италию можно прочитать здесь). В своём дебютном матче против Болоньи Гильерме забил три мяча, мгновенно влюбив в себя фанатов, но затем играл довольно мало, из-за травм голени и малой берцовой кости, полученных им в 1931 и 1933, и проведя за Дженоа в Серии А всего 41 матч за 4 года. Именно эти травмы помешали Муссолини пригласить талантливого нападающего в сборную Италии, как он сделал с другими аргентинцами, Монти и Орси. Зато в сезоне 1931/32 Гильермо, в 26 лет, стал играющим со-тренером Дженоа, пробыв им меньше года.

После генуэзского клуба Стабиле поиграл год в Наполи, а в 1936 получил заманчивое предложение от клуба Ред Стар из Парижа, за которым, как говорят, стоял сам легендарный президент ФИФА Жюль Риме, который, в частности, разработал и воплотил в жизнь концепцию чемпионатов мира по футболу и считается одним из главных людей в истории мирового футбола. Во Франции Стабиле также стал играющим тренером и кумиром болельщиков парижан, вернув свою команду в Лигу 1 после релегации, а в 1939 завершил футбольную карьеру и уехал на родину.

В 1940 Стабиле стал тренером своего "альма матер", аргентинского клуба Уракан. Несмотря на то, что он не смог повторить успеха команды 1920-х годов, которая завоевала четыре чемпионских титула, его влияние на Уракан нельзя недооценивать. Под его руководством клуб перестроил свою тренировочную базу и реконструировал домашний стадион, а его пристальное внимание к академии команды помогло воспитать целое поколение, среди которого выделялся Альфредо Ди Стефано, дебютировавший в 1946.

В сезоне 1948/49 Уракан финишировал последним в чемпионате, и смог удержаться в высшем эшелоне Аргентины только благодаря плей-офф, но Стабиле к тому времени уже нашёл себе новый клуб - и это был Расинг из Авельянеды, ставший чемпионом страны в том же сезоне, один из старейших клубов страны, входящий в так называемую "Большую пятёрку" ("Cinco grandes") аргентинского футбола, наряду с Бока Хуниорс, Индепендьенте, Ривер Плейт и Сан-Лоренцо. Здесь Стабиле сумел выиграть чемпионат страны в 1950 и 1951 годах, сделав Расинг первым клубом в аргентинской истории, выигравшим "трикампеонато" - три чемпионских титула подряд. Но история Гильермо - тренера на клубном уровне меркнет перед историей Гильермо - тренера сборной.

***

Даже с тем политическим напряжением, которое всё сильнее ощущалось в Европе в конце 30-х, Гильермо Стабиле планировал остаться во Франции. Его клуб поднялся в Лигу 1, его любили болельщики и предидент команды, а зарплата была более, чем достойной. Но в начале лета 1939 он получил предложение, от которого действительно не смог отказаться. Стабиле позвали возглавить сборную Аргентины - невероятный случай по нынешним меркам, учитывая, что на тот момент играющему тренеру Ред Стар было всего 35 лет. Гильермо прибыл в Аргентину всего за несколько недель до начала Второй мировой войны.

Стабиле пробыл на посту тренера сборной двадцать лет, до лета 1960 (с перерывом на год в 1959). "Инфильтратор" стал, пожалуй, последним тренером в современном футболе, который предлагал играть в футбол ради удовольствия, не ставя во главу угла результаты и шарахаясь, как чёрт от ладана, от тактических схем, наработок и прочей аналитической работы, без которой сегодня немыслима работа футбольного тренера. Сложно сказать, в чём заключался секрет успеха бывшего нападающего - а его сборную, несмотря на отдельные провалы, слабой командой назвать никак нельзя. В общем, команда Стабиле выиграла шесть чемпионатов Южной Америки из восьми, в которых принимала участие - феноменальный результат - и успешно расправлялась со сборными Бразилии и Уругвая, в 50-х считавшихся одними из сильнейших в мире. Кроме того, Стабиле два раза возрождал свою команду с нуля после смены поколений - и каждый раз вновь выигрывал титулы.

Каденцию Стабиле в сборной Аргентины можно условно разделить на два периода, в первый из которых, в 40-х, в команде доминировали игроки Ривер Плейта ("La Maquina"), а во второй, в 50-х - "Los Carasucias" - пять футболистов из Расинга, Бока Хуниорс и Ривер Плейт.

La Maquina

"Машина" - прозвище команды Ривер Плейт с 1941 по 1947 год. Впервые оно появилось в статье уругвайского журналиста Борокото в Эль Графико, после победы Ривер Плейта над Чакарита Джуниорс со счётом 6:2. Репортёр использовал слово "машина", чтобы описать игру линии нападения команды, которая поразила его своей динамикой и слаженностью действий. Основными игроками "Машины" были Хуан Карлос Муньос (39 голов в 184 матчах лиги), Хосе Мануэль Морено (156 в 256), Адольфо Педернера (131 в 278), Анхель Лабруна (293 в 525 году) и Феликс Лустау (101 из 365). За семь лет, проведённые вместе в Ривер Плейт они выиграли четыре чемпионства, три Кубка Аргентины и три Кубка Альдао (турнир, который разыгрывался между чемпионами Уругвая и Аргентины).

Задачей Стабиле было органично встроить эту готовую линию нападения в свою сборную, с чем он справился просто блестяще. Аргентинцы с "Машиной" в составе выиграли 4 чемпионата Южной Америки, в 1941, 1945, 1946 и 1947, причём ни одна команда до сих пор не смогла повторить достижение сборной Стабиле и стать чемпионом континента три раза подряд.

В чемпионате 1941 года принимало участие 5 команд, так как сборные Бразилии, Колумбии, Парагвая и Боливии отказались приезжать в Чили, страну, принимавшую соревнование. Каждая из сборных участниц сыграла 4 матча, победитель определялся по количеству набранных очков (за победу полагалось 2 очка, за ничью одно). Аргентинцы выиграли все свои игры, среди которых была непростая победа над их принципиальными соперниками из Уругвая со счётом 1:0 и уничтожение сборной Эквадора (6:1), с пента-триком футболиста Тигре Хуана Марвесси, который больше не забивал ни в одной игре, но всё равно стал лучшим бомбардиром турнира. Стабиле тогда было всего 36 лет и он был самым молодым из тренеров участвовавших в чемпионате сборных.

В следующем году сборная Аргентины заняла второе место из семи участвовавших команд, уступив первенство Уругваю, который выиграл все шесть игр. Зато команда Стабиле установила рекорд Америки для клубных и международных матчей по разнице мячей в одном матче, снова заставив страдать несчастную сборную Эквадора, только на этот раз счёт на табло был уже 12:0 - и лучшими бомбардирами турнира стали сразу два аргентинца, Масантонио и Морено с семью забитыми голами у каждого.

На чемпионате 1945 года сборная Аргентины огорчила уже другую сборную, из Колумбии, обыграв её со счётом 9:1. Впрочем, главные соперники команды Стабиле на том турнире, бразильцы, всё же раскатали эквадорцев 9:2 - и, по итогам шести матчей, лишь на одно очко отстали от сборной Аргентины, которая завоевала чемпионский титул. Звание лучшего бомбардира турнира поделили между собой аргентинец Мендес и бразилец Элено, забившие по шесть мячей в ворота соперников.

В 1946 главными соперниками чемпионата вновь стали Аргентина и Бразилия. В отсутствие сборной Эквадора среди участников, в роли мальчика для битья выступила команда Боливии, пропустившая 23 мяча за 5 игр, и если бразильцы смогли забить ей только три гола, то матч со сборной Аргентины закончился со счётом 7:1. Главной игрой турнира, безусловно, стало противостояние двух главных соперников в последний день чемпионата, причём к моменту начала игры у бразильцев было 7 очков, а у аргентинцев 8. Таким образом, сборной Бразилии обязательно нужно было побеждать, тогда как Аргентине достаточно было ничьей. Но интриги не получилось: на глазах у 80 тысяч зрителей Мендес сделал дубль, забив два ранних мяча на 14 и 20 минутах, после чего игра, фактически, прекратилась. Лучшим бомбардиром турнира стал уругваец Хосе Мария Медина, забивший 7 из 11 голов своей команды.

В следующем году Бразилия отказалась от участия в чемпионате Южной Америки, но неожиданно хорошо сыграли сборные Парагвая и Уругвая, занявшие второе и третье места соответственно. В составе Аргентины блистал Ди Стефано, сделавший хет-трик в матче со сборной Колумбии (6:0), а самым результативным матчем команды стала игра со сборной Боливии (7:0). Эквадор на этот раз отделался всего двумя пропущенными мячами. Сборная Стабиле в третий раз подряд стала чемпионом Южной Америки, а Альфредо Ди Стефано завоевал единственный международный трофей в своей карьере, став с шестью забитыми голами вторым в списке лучших бомбардиров чемпионата. Уругваец Николас Фалеро опередил аргентинца на два мяча.

Будущий великий нападающий Реала больше за сборную Аргентины не играл, повторив судьбу своего тренера, поучаствовавшего с национальной командой всего в одном турнире.

К 1949 году Стабиле столкнулся с серьёзными проблемами, поскольку аргентинские футболисты начали протестовать против низких, по их мнению, зарплат и плохих условий контрактов. Начался массовый отток игроков за рубеж, куда они уезжали в поисках лучшей жизни. Это был нелёгкий период как в домашнем чемпионате страны, так и в сборной. Аргентина отказалась от участия в чемпионатах Америки в 1949 и 1953 годах. Но и в это сложное время команда Стабиле всё же одержала важную для себя победу в противостоянии, ставшем одним из классических в мировом футболе.

В 1951 году сборная Аргентины отправилась в Англию, чтобы сыграть с местной сборной в товарищеском матче. Игра на Уэмбли закончилась поражением гостей со счётом 2:1, но гости держались достойно, к удивлению довольно заносчивых хозяев, со своим обычным апломбом предрекавшим разгром "латинским американцам". Через два года состоялись две ответные встречи в Буэнос-Айресе, и в первой из них родоночальники футбола потерпели неожиданное поражение со счётом 3:1. Учитывая, что в том же году Англия проиграла дома сборной Венгрии с сокрушительным итогом 6:3, неудивительна реакция FA на поражение от сборной Аргентины. Англичане отказались считать этот матч официальным, признавая лишь результат второй встречи, прервавшейся из-за сильного ливня за 36 минут до её завершения при счёте 0:0.

Но ФИФА, как и футбольная федерация Аргентины считают, что первую свою победу над британцами сборная Аргентины одержала именно в 1953, что вызвало немалый резонанс во всей Южной Америке. Один из местных политиков на радостях заявил:

Ранее мы национализировали железные дороги, а сейчас мы национализировали и футбол!

Это была большая победа для команды Стабиле, переживавшей не лучшие времена.

Los Carasucias

В середине пятидесятых ситуация в сборной изменилась к лучшему. В команду пришли молодые игроки, из которых выделялась пятёрка футболистов: Орест Корбатта, Умберто Маскио, Антонио Анджелилло, Омар Сивори и Освальдо Круз. Сейчас уже принятно называть их всех "Los Carasucias" ("Ангелы с грязными лицами" - отсылка к персонажам классического фильма Хамфри Богарта 1938 года из-за физического сходства), хотя изначально это прозвище относилось лишь к троице Анджелилло, Сивори, Маскио, которые уехали в Европу в поисках лучшей зарплаты, и носило несколько расистский характер, поскольку подчёркивало цвет кожи нападающих. Мало того, группа игроков из Сан Лоренцо в 1964 году также носила прозвище "Los Carasucias", поскольку, из-за плохого состояния полей, часто завершали матчи, перемазанные грязью.

В любом случае, сейчас речь пойдёт о пяти "ангелах", которые, пусть и ненадолго, составили костяк сборной Стабиле, вытащив её из глубокого кризиса и оставшись в памяти нескольких поколений, как один сильнейших составов аргентинской команды середины прошлого века.

В 1955 сборная Аргентины приняла участие в очередном Копа Америка, став чемпионом в пятый раз за время пребывания Стабиле у руля национальной команды. Турнир в том году получился коротким, поскольку в нём приняли участие всего 6 команд - бразильцы, колумбийцы и боливийцы отказались играть в соревновании. Аргентинцы одержали громкую победу над сборной Уругвая со счётом 6:1, но неожиданно разошлись миром с Перу (2:2). Итоговые 4 победы и одна ничья, тем не менее, позволили им занять первое место в турнирной таблице, опередив сборную Чили, хозяйку соревнования, на два очка. Лучшим бомбардиром турнира стал аргентинец Родольфо Мичели с 8 мячами.

В следующем году на чемпионат также приехало 6 команд, только вместо Эквадора в нём приняла участие сборная Бразилии. Однако, турнир стал, в некотором роде, сенсационным, поскольку два заведомых фаворита, Аргентина и Бразилия, заняли в итоговой таблице третье и четвёртое места соответственно. При этом, команда Стабиле выиграла три игры и проиграла две, Уругваю и той же Бразилии, которая, в свою очередь, потерпела сокрушительное поражение от Чили 4:1. Лучшим бомбардиром соревнования был признан чилиец Ормасабаль всего с четырьмя забитыми голами.

Чемпионат Южной Америки 1957 года стал одним из самых ярких в истории соревнования, а сборная Аргентины, которая стала его победителем - настоящей сенсацией. Свой турнирный путь команда Стабиле начала с победы 8:2 над сборной Колумбии, в которой покером отметился Маскио. Затем были победы над Эквадором (3:0, дубль Анджелилло) и Уругваем (4:0, дублем отметился на этот раз Маскио). Через восемь дней под каток сборной Аргентины попали чилийцы - игра завершилась со счётом 6:2, а по дублю записали на свой счёт всё те же Анджелилло и Маскио. Главным соперником аргентинцев на том турнире считалась сборная Бразилии, которая уничтожила сначала Эквадор (7:1), а затем Колумбию (9:0, пента-трик на счету Эваристо), но затем оступилась в напряжённейшем матче с Уругваем, который закончился поражением бразильцев со счётом 3:2. Предпоследним матчем соревнования стала битва Бразилии и Аргентины, но те, кто ожидал равной борьбы, были разочарованы. Команда Стабиле хладнокровно переиграла своих грозных соперников со счётом 3:0, обеспечив себе победу в турнире, даже несмотря на поражение от Перу в последней игре. Аргентинец Маскио и уругваец Амбройс стали лучшими бомбардирами чемпионата с девятью забитыми голами у каждого, а на один мяч отстали от них ещё один блестящий игрок Аргентины Анджелилло и два бразильца, Эваристо и Диди. Всего дружина Гильермо Стабиле забила 25 мячей за 6 игр, проведя потрясающий турнир и войдя в его историю, как одна из сильнейших команд, принимавших участие в чемпионате Южной Америки.

К сожалению, этот триумф стал последним для Los Carasucias. Можно долго рассуждать, "что было бы, если бы", но делать подобные прогнозы - занятие довольно неблагодарное. Факт остаётся фактом: в том же 1957 сборную покинули её сильнейшие игроки, переехавшие в Италию за более высокими зарплатами и, как это было принято в то время, принявшие итальянское гражданство, чтобы выступать за национальную сборную. Худшего времени для подобного шага Los Carasucias выбрать не могли, ведь в 1958 году сборная Аргентины впервые за 24 года должна была сыграть на чемпионате мира в Швеции. Стабиле ничего не смог сделать без Маскио, Анджелилло и Сивори, потерпев сокрушительные поражения от ФРГ (3:1) и Чехословакии (6:1). Победы над Северной Ирландией оказалось недостаточно для выхода из группы, и аргентинцы с позором вернулись на родину, где, в аэропорту Буэнос-Айреса около 10 тысяч человек встретили свою сборную криками, свистом и уничижительными плакатами. Чемпионат мира 1958 года получил в Аргентине название "El desastre de Suecia" ("Катастрофа в Швеции").

Гильермо Стабиле подал в отставку, но его команда несколько реабилитировалась в глазах болельщиков, выиграв очередной чемпионат Южной Америки в 1959. Затем Стабиле вернулся на год, чтобы помочь своей сборной к подготовке к Панамериканскому чемпионату - соревнованию, которое проводилось всего три раза, и последний из них был как раз в 1960. В нём принимали участие сборные, входящие в Панамериканскую футбольную конфедерацию, объединявшую национальные команды стран КОНМЕБОЛ и КОНКАКАФ. Здесь Аргентина, после стартовой ничьей с Коста-Рикой, сумела обыграть дважды Мексику и один раз Бразилию, и, несмотря на поражение в ответном матче с костариканцами, стала победителем соревнования.

После этой победы Стабиле окончательно покинул сборную, которой отдал 20 лет своей жизни, одержав 83 победы в 127 матчах и выиграв семь трофеев. Последние годы своей жизни он провёл на посту руководителя Аргентинской Национальной школы футбольного менеджмента, помогая своим бывшим и будущим коллегам вернуть местному футболу, переживавшему в 60-х годах определённый спад, вернуть себе былую славу.

Гильермо Стабиле был неисправимым романтиком до конца своей жизни, вновь и вновь удивляя современников отказом от тактических новшеств и аналитической работы. В 1954, после поездки в Швейцарию, где Стабиле присутствовал на чемпионате мира по футболу, он с горечью говорил:

Все эти команды и их тренеры одержимы тактикой. Они настолько погрузились в свои схемы, что забыли дать футболистам самое главное - возможность играть. Я никогда не буду так работать со своей сборной, потому что наша сила - не в тактике, а в мастерстве наших игроков. В футбол нужно играть с удовольствием, а не подчиняться заученным приказам. Это не армия.

По сути, эти слова - идеальная характеристика Стабиле, который всегда умел, ломая стереотипы о тренерском цехе, выудить из своих игроков их лучшие качества, позволяя им играть в футбол ради удовольствия от самой игры. Он, определённо, стал последним романтиком в мировом футболе, не уставая доказывать всем и каждому, что можно и нужно выходить на поле только ради того, чтобы играть в любимую игру.

А это, наверное, и есть счастье.

Секс, кокаин и трофеи: как Кристоф Даум стал самым рок-н-ролльным тренером в истории

В августе 2017, на одной из своих пресс-конференций, главный тренер сборной Румынии Кристоф Даум буквально взбесился после нескольких вопросов о собственном будущем, расценив их, как атаку на себя со стороны местной прессы. Эпатажный немецкий специалист не стеснялся в выражениях, заявив, что он "румын получше", чем собравшиеся в зале представители СМИ, и что румынские газеты годны только для того, чтобы "заворачивать в них рыбу".

Неудивительно, что уже на следующей пресс-конференции журналисты появились с подарком Дауму - удочкой. Судя по лицу Кристофа, он был бы не против тут же воспользоваться своим новым приспособлением, но сумел подавить свой мгновенный порыв засунуть подарок первому попавшемуся репортёру туда, где солнце не светит, ограничившись желчным замечанием:

Вы начинаете ломать комедию, или хотите поговорить о футболе? Когда же вы станете спортивными журналистами... или вы по-прежнему собираетесь уйти из профессии? То, что тут происходит, не имеет никакого отношения к футболу, вы просто хотите получить очередную забавную историю. А я пришёл сюда поговорить о футболе.

Поразительное заявление от тренера, которого в румынских спортивных СМИ всё чаще называли не иначе, как "клоуном". Через месяц с небольшим Даум был уволен с поста главного тренера сборной Румынии, после того как команда не смогла пробиться в финальную часть чемпионата мира 2018.

***

2000 год. Тренер леверкузенского Байера, 46-летний Кристофер Даум, как никогда близок к тому, чтобы возглавить сборную Германии, где он должен был сменить Эриха Риббека после ужасающего провала команды на Евро-2000. Всего через десять лет после триумфа на ЧМ-1990 в Италии немецкая сборная явно сильно регрессировала. Берти Фогтс, который находился на тренерском мостике сборной 8 лет, на протяжении всего этого времени показывал со своей командой полярные результаты. Победа на Евро-1996 компенсировала разочарование после поражения от Дании, ставшей лучшей командой континента четырьмя годами раньше, а с ЧМ-1994 в США и ЧМ-1998 во Франции Германия вылетала в четвертьфиналах. Во втором из них сборная Хорватии окончательно развеяла ауру непобедимости, которая всё ещё окружала "немецкую машину", а к моменту начала матчей группового этапа на Евро-2000 сборная Германии не просто выглядела сравнимой со своими соперниками, она казалась даже более уязвимой.

Немцы квалифицировались на чемпионат Европы из, относительно, слабой группы, но даже здесь команде Риббека пришлось нелегко, поскольку они проиграли сборной Турции в гостях, а в ответном матче в Мюнхене с трудом удержали безголевую ничью. Если бы турки победили, Германия пришлось бы отправиться в плей-офф. Но квалификация на Евро ничем не помогла Риббеку и его сборной, где был совсем нехарактерный для немцев бардак, а присутствие в команде стареющего Лотара Маттеуса (39), судя по всему, только раздражало остальных игроков сборной. На Евро-2000 Германия с треском провалилась, не сумев выйти из группы. После ничьей в матче с Румынией (1:1), немцы проиграли Англии (1:0, гол на счету Алана Ширера) и Португалии (3:0, хет-триком отметился Консейсау). Вскоре после вылета с чемпионата Европы Эрих Риббек, который оказался тренером сборной с наихудшей статистикой в истории (всего 10 побед в 24 играх), оставил свой пост. Кристоф Даум, по мнению немецкого футбольного союза (DFB), был тем самым тренером, который мог бы возродить "Ди Манншафт".

Даум, как и многие тренеры с мировым именем, не добился особых успехов на поприще игрока, проведя десять лет в любительских командах Хамборн 07, Айнтрахта из Дуйсбурга и Кёльна. В 27 лет он получил тренерскую лицензию Немецкого футбольного союза, после чего возглавил любительскую команду Кёльна, в которой провёл последние 6 лет своеё игровой карьеры. В сезоне 1985/86 он присоединился к одноимённому профессиональному клубу в качестве ассистента наставника команды Георга Кесслера. Несмотря на то, что дуэту Кесслер - Даум не удалось улучшить положение Кёльна в Бундеслиге, где клуб болтался в середине таблицы, "козлы" сумели добраться до финала Кубка УЕФА 1986 - правда, здесь немцев поджидал мадридский Реал, не привыкший проигрывать в финалах европейских турниров.

В те годы финал второго по престижности клубного соревнования Европы был двухматчевым. Игра первого круга проходила на Сантьяго Бернабеу, и после того, как Кёльн усилиями Клауса Аллофса открыл счёт на 29-й минуте, Королевский клуб ответил пятью голами в исполнении Уго Санчеса, Гордильо, Вальдано, который сделал дубль, а точку в матче поставил ветеран Сантильяна, который вышел на поле на 81-й минуте встречи, чтобы забить свой гол на 89-й. Ответный матч превратился в формальность, и, несмотря на победу немцев со счётом 2:0, никак не повлиял на общий итог финала. Реал стал обладателем Кубка УЕФА, а уже в начале сезона 1986/87 из Кёльна ушёл главный тренер Георг Кесслер. Наставником "красно-белых" стал Кристоф Даум, которому не исполнилось и 34 лет.

Сезон Кёльн провёл на редкость неровно, начав с беспроигрышной серии из семи игр и поднявшись в зону еврокубков, но скатившись на десятое место в итоговой таблице Бундеслиги, не одержав ни одной победы в последних шести играх сезона. В 1987 году в Германии разгорелся скандал после публикации книги "Стартовый свисток" голкипера Кёльна Харальда Шумахера, того самого, что чуть не убил во время чемпионата мира 1982 Патрика Баттистона. В своей книге Шумахер рассказывал о своих подозрениях в приёме допинга игроками сборной Германии, а также вспоминал, что во время матча Кубка УЕФА с московским Спартаком в сезоне 1984/85 футболисты Кёльна принимали запрещённые препараты, что и позволило им обыграть советскую команду. Неудивительно, что Шумахера, несмотря на звания лучшего футболиста ФРГ 1984 и 1986 годов, попросили уйти как из сборной, так и из клуба.

Это, безусловно, была тяжёлая потеря для Кёльна, но в сезоне 1987/88 клуб, неожиданно для многих, начал свой путь в Бундеслиге более, чем уверенно, потерпев первое поражение лишь в пятнадцатом туре, в матче против Бремена. Сезон Кёльн завершил на третьем месте, пропустив вперёд лишь Вердер и Баварию. В двух последующих сезонах команда Даума становилась второй в Бундеслиге, не в силах одолеть чемпиона тех лет, мюнхенскую Баварию, а в 1990 году лишь благодаря героической игре Ювентуса в обороне Кёльн не вышел в финал Кубка УЕФА, потерпев поражение в двухматчевом противостоянии с общим счётом 3:2.

Но летом 1990 года, с ещё одним потенциально успешным сезоном Кёльна впереди, и всего через четыре дня после того, как сборная Германии обыграла Голландию на чемпионате мира, Кристоф Даум был уволен с поста главного тренера Кёльна без официального объяснения причин. Решение принимал лично президент клуба Дитмар Арцингер-Болтен, и оно стало фатальным для клуба, который с тех пор ни разу не поднимался на те же высоты, которые покорял с Даумом на тренерском мостике. Стоит отметить, что вся тренерская карьера Кристофа - это череда бесконечных увольнений или уходов с поста тренера, которые объяснялись одинаково неуклюже: семейные причины, здоровье, личные проблемы. Все, кроме громкого скандала, связанного с наркотиками, который разгорелся через десять лет (о нём, и весьма подробно, чуть ниже). Дауму тогда припомнили историю с увольнением из Кёльна, пытаясь спровоцировать его на откровенность, но любитель кокаина был нем, как рыба.

Кристоф, наблюдавший за началом чемпионата Германии из удобного кресла в собственной гостиной, недолго оставался безработным. Уже в ноябре 1990 Штутгарт, начавший сезон из рук вон плохо, пригласил Даума на пост главного тренера. Это был неплохой вызов для 37-летнего специалиста, поскольку клуб располагался в непосредственной близости от зоны вылета, на 15 месте, и не спускался ниже лишь из-за чуть лучшей разницы забитых и пропущенных мячей. Даум принял предложение Штутгарта.

Начало карьеры Кристофа со "швабами" получилось как нельзя более драматичным, поскольку уже через четыре дня после своего назначения на пост тренера Штутгарта Дауму предстояло встретиться ни с кем иным, как со "своими бывшими", то есть с Кёльном. Игра получилась напряжённой и Штутгарту, "летевшему" к началу второго тайма 2:0, удалось совершить камбэк и победить со счётом 3:2. Новый клуб Даума стал медленно, но верно ползти вверх по турнирной таблице, всё больше отдаляясь от зоны вылета. Во втором круге чемпионата матч нынешнего и бывшего клубов Кристофа закончился полным разгромом Кёльна со счётом 6:1, а по итогам сезона Штутгарт попал в еврокубки, всего на одно очко опередив "козлов", оставшихся без европейских соревнований на следующий сезон.

Сезон 1991/92 стал одним из самых потрясающих за всю историю Бундеслиги. В отсутствии многолетнего чемпиона, мюнхенской Баварии, которая проваливала матч за матчем и, в итоге, завершила сезон на 10 месте в таблице, борьба за титул разворачивалась между Айнтрахтом из Франкфурта, который боролся за чемпионство впервые с 1959 года, дортмундской Боруссией и Штутгартом Даума. Невероятно, но все три клуба возглавляли турнирную таблицу с одинаковым количеством набранных очков (50), при этом, Айнтрахт, пользовавшийся поддержкой большинства нейтральных болельщиков, находился на первом месте с лучшей разницей забитых и пропущенных мячей, Штутгарт был вторым, а у Боруссии этот показатель был значительно хуже.

Драматизма ситуации добавило то, что все три команды играли в последнем туре в один и тот же день, более того, в одно и то же время. Боруссия забила в Дуйсбурге, рано открыв счёт и на какое-то время возглавив турнирную таблицу. Даум приготовился к очередному второму месту в Бундеслиге, когда Штутгарт пропустил от Байера. В матче Айнтрахта с Ганзой из Ростока счёт оставался нулевым. Ситауция была накалена до предела, особенно, учитывая то, что все три клуба, борющиеся за чемпионство, играли на выезде, будучи традиционно сильны в домашних матчах и уязвимы в выездных. К перерыву Штутгарт сравнял счёт после спорного пенальти, а в начале второго тайма Айнтрахт пропустил в Ростоке. Через несколько минут команда Даума осталась вдесятером, а франкфуртцы сравняли счёт. Боруссия по-прежнему возглавляла турнирную таблицу, но Айнтрахт вновь пропустил, а за четыре минуты до конца матча Гвидо Бухвальд великолепным ударом головой снял все вопросы о чемпионе Германии сезона 1991/92.

Кристоф Даум завоевал первый (и самый престижный) свой трофей, всего через 17 месяцев после того, как возглавил идущий на 14 месте Штутгарт. Ему было 39 лет и, казалось, его ждала блестящая тренерская карьера на ближайшие лет двадцать. Но затем удача отвернулась от тренера. В сентябре 1992, в только что созданной Лиге чемпионов, немцам достался чемпион Англии Лидс, которого они и раскатали в Германии со счётом 3:0. В ответной встрече в Йоркшире команда Даума сумела забить один мяч, но голы Макаллистера, Чепмена и Кантоны сделали ситуацию угрожающей. Кристоф отреагировал соответственно, выпустив в концовке матча сербского защитника Йово Симанича, чтобы продержаться до финального свистка. Казалось, что финальный счёт 4:1 позволяет Штутгарту пройти во второй раунд соревнования, но Лидс подал жалобу на действия немецкого клуба, указав, что на поле появился четвёртый иностранец, тогда как регламентом разрешено было появление в составе команды не более трёх представителей других государств. Англичане требовали, чтоб Штутгарт был удалён с турнира, но УЕФА, посовещавшись, вынесло решение засчитать немцам техническое поражение 0:3 и провести переигровку на нейтральном поле. Команды встретились на полупустом Камп Ноу, где Лидс и выиграл со счётом 2:1.

Даум так и не оправился после этого удара. Симанич больше ни разу не сыграл за Штутгарт, проведя на поле лишь семь минут, а чемпионы Бундеслиги остались без еврокубков, завершив сезон на седьмом месте. В середине сезона 1993/94 Кристоф Даум ушёл с поста главного тренера Штутгарта, решив, что пришло время поработать где-нибудь заграницей. Уже через месяц он был назначен новым наставником Бешикташа.

В мае 1994 Даум завоевал Кубок Турции, обыграв в финале грозный Галатасарай, а затем стал обладателем Суперкубка страны. Следующий сезон принёс Дауму и его команде чемпионство, но после того, как в сезоне 1995/96 Ферербахче обошёл Бешикташ в борьбе за победу в чемпионате, Кристоф решил, что ему пора вернуться на родину, тем более, что туда его усиленно зазывали представители леверкузенского Байера. Титулованный и совсем молодой (по тренерским меркам) Даум возвращается в Германию.

Леверкузен, с трудом избежавший вылета в прошлом сезоне, преобразился с приходом нового тренера. В последующие четыре года команда завершает каждый из сезонов в тройке лучших, причём, трижды становится второй, однако, чемпионство раз за разом ускользает от Байера. Именно в те годы тренер получает прозвище "Герр Второе Место". Кристоф Даум считается одним из самых перспективных тренеров Германии, постоянно появляясь на различных мероприятиях и собирая урожай индивидуальных спортивных наград. В сезоне 1997/98 Леверкузен доходит до четвертьфинала Лиги чемпионов, где встречается с мадридским Реалом. Первый матч завершается результативной ничьей 1:1, но в ответной встрече Леверкузен терпит поражение со счётом 0:3, пропустив будущих обладателей Кубка в полуфинал.

В сезоне 1999/2000 Даум был как никогда близок к тому, чтобы стать чемпионом Германии вместе с Байером, отставая от идущей на первом месте Баварии всего на три очка, но в последнем туре проиграл со счётом 2:0, а мюнхенцы в домашнем матче без труда одолели Вердер. Леверкузенцы вновь не сумели стать чемпионами Германии, но заслуг их главного тренера в глазах Немецкого футбольного союза это отнюдь на умалило.

Неудивительно, что Кристоф Даум, после четырёх успешных каденций в клубах, которые он сумел преобразить до неузнаваемости, стал первым кандидатом на пост тренера сборной Германии в 2000 году, как специалист, умеющий перестраивать команды, терпевшие до того поражения.

***

Но тут слухи, которые до того ходили в кулуарах немецкого футбола и передавались от человека к человеку едва слышным шепотком, начали расползаться по стране, перекочевав на первые полосы спортивных газет.

Во второй половине 90-х DFB начинает проводить новую кампанию, под названием "Футбол без наркотиков", в рамках которой проводились различные акции, привлекались игроки, бывшие звёздами немецкого спорта прошлых лет, а соответствующая символика активно продвигалась во время футбольных матчей. Кроме того, обществу предлагалось сообщать об известных им случаях употребления наркотических веществ всеми, кто был как-то связан с миром футбола. Это можно было делать анонимно, но тренер Ули Хеннес, наставник постоянного соперника Леверкузена последних лет, мюнхенской Баварии, не стал скрываться, заявив в одном из интервью, что Немецкому футбольному союзу стоит внимательней присмотреться к своему кандидату на пост главного тренера сборной Германии, поскольку тот употребляет кокаин и не гнушается диких оргий с проститутками в дорогих отелях.

Это заявление, как и следовало ожидать, произвело эффект разорвавшейся бомбы во внешне чинном немецком обществе. Страна разделилась на два лагеря и с упоением следила за телевизионными дебатами двух тренеров, один из которых обвинял другого во всех смертных грехах, а второй твёрдо заявлял, что не понимает, о чём идёт речь.

Хенесс, казалось, сделал своей главной целью отстранить Даума от работы со сборной, в каждом своём публичном выступлении возвращаясь к моральному облику тренера Байера. Наконец,9 октября 2000 года, под давлением СМИ, Кристоф Даум сообщил на специально созванной пресс-конференции, что с радостью предоставит образцы крови, мочи и волос для анализа на наркотики. Фраза, которую он при этом произнёс, стала в Германии крылатой.

Я делаю это с абсолютно чистой совестью!

В скандал оказались вовлечены многие суперзвёзды немецкого футбола. Так, Франц Беккенбауэр публично поддерживал Хенесса, заявив, что слухи о Дауме ходили ещё задолго до его шокирующего увольнения из Кёльна, прозрачно намекнув, что причины этого увольнения до сих пор неизвестны и вполне могут быть связаны с невоздержанностью Кристофа. При этом, подчёркивал Дер Кайзер, если результаты анализа окажутся чистыми, DFB должен будет взять Даума на работу.

Другой очень уважаемый бывший игрок, Пауль Брайтнер, говорил, что как бы не закончилась вся эта история, Германия лишится одного из двух своих героев, как только прояснится, кто из них прав, поскольку ни клевете, ни употреблению наркотиков нет места в немецком футболе.

А Джимми Хартвиг, обладатель Кубка Европейских чемпионов 1983 и один из первых темнокожих игроков в немецкой сборной, подлил масла в огонь, заявив буквально следующее:

Даум делал всё, в чём его обвиняет Хенесс. Я знаю, в какой гостинице он это делал, знаю, как он это делал - и есть ещё несколькго человек, которые прекрасно знают, что все эти обвинения правда. Кристоф врёт сам себе, когда пытается оправдаться.

20 октября 2000 года, за двадцать четыре часа до домашнего матча Байера с дортмундской Боруссией, всего через трое суток после потрясающей игры с мадридским Реалом на Бернабеу, которая завершилась со счётом 5:3 в пользу хозяев, Германию буквально взорвала новость: пробы на кокаин, взятые из волос Даума, дали положительный результат.

Леверкузен, тесно связанный с фармацевтической компанией "Байер", поспешил уволить Даума, а DFB в одностороннем порядке разорвал подписанный ранее контракт о вступлении Кристофа в должность главного тренера сборной с 1 июня 2001 года. Тренер уехал (скорее, сбежал) во Флориду, напоследок ещё раз заявив о своей невиновности. Ули Хенесс, вышедший победителем из этого противостояния, остался в Германии праздновать свою победу, которая, учитывая последствия всего произошедшего для престижа немецкого футбола, на поверку оказалась никчемной..

В январе 2001 Кристоф вернулся в Германию, где признался в нерегулярном употреблении кокаина, отказываясь, тем не менее, называть себя наркоманом. Здесь на него завели уголовное дело по факту употребления наркотиков, и впоследствии, Даум был признан виновным и уплатил штраф в размере 10.000 евро.

***

Для многих специалистов такой скандал оказался бы однозначным поводом для завершения карьеры, но только не для Кристофа Даума. Немцу хватило перерыва в пять месяцев.

В марте 2001 Даум вновь возглавил Бешикташ, пройдя курс лечения и пытаясь восстановить свою разрушенную репутацию. После завершения сезона, в котором клуб вышел в финал Кубка Турции, Кристоф в свойственной себе манере покинул команду без объяснения причин. Затем последовал золотой дубль с Аустрией из Вены, с которой тренер завоевал чемпионство и Кубок страны в сезоне 2002/03, но уже в июне 2003 специалист вновь возвращается в Турцию, став тренером Фенербахче, с которым дважды становится чемпионом страны. В июне 2006 Даум ушёл из клуба, объяснив своё решение состоянием здоровья.

Уже в ноябре Кристоф Даум немало удивляет всех поклонников Кёльна, вернувшись на тренерский мостик команды через 16 лет после своего загадочного увольнения. В то время бывший гигант немецкого футбола с трудом держится в середине таблицы в Бундеслиге 2. Уже в следующем сезоне Дауму удалось вернуть свой клуб в высший эшелон немецкого футбола, но ещё через год тренер воспользовался пунктом контракта, позволявшим ему самостоятельно расторгнуть соглашение с Кёльном, и ушёл из клуба.

В 2009 тренер вновь возглавляет Фенербахче, завоевав с ним Суперкубок Турции, но уже через год уходит из команды, объяснив это семейными причинами. Через 9 месяцев Даум опять возвращается в Германию, чтобы попытаться спасти Айнтрахт от вылета из Бундеслиги, но, не справившись с этой задачей, покидает клуб через два месяца.

С ноября 2011 по май 2012 Кристоф тренировал бельгийский Брюгге, который под его руководством занял второе место в чемпионате Бельгии, и снова объяснил свой уход из клуба семейными причинами. Затем Даум семь месяцев проработал в Турции с Бурсаспором, после чего в его карьере последовал длительный перерыв.

Летом 2016 года Кристоф, наконец, вновь получил возможность поработать на международном уровне - после 16 лет ожидания подходящих предложений - и, на этот раз, назначение, безусловно, талантливого, но на редкость противоречивого тренера на пост наставника сборной Румынии прошло без скандалов.

Правда, как мы уже знаем, Даум был уволен через год, не сумев воспользоваться своим запоздалым шансом возродить карьеру на международном уровне.

***

Несмотря на свой образ эпатажного "плохого мальчика", более, чем странные фото гримас которого наводняют Интернет, Кристоф Даум у многих почему-то вызывает симпатию, в отличие от того же Ули Хенесса, который точно также разрушил свою жизнь и репутацию, отсидев в тюрьме полтора года по обвинению в сокрытии налогов.

Судя по всему, лучшие годы Даума остались позади: свой последний трофей он завоевал ещё в 2009, и из четырёх команд, которые он тренировал после этого, относительным успехом можно считать лишь второе место Брюгге в чемпионате Бельгии в 2012. Кристофер Даум уже давно сидит без работы, изредка появляясь на телевидении и различных спортивных мероприятих в качестве эксперта. Но где-то в глубине души хочется верить, что главный рок-н-ролльщик тренерского цеха 90-х и 00-х тряхнёт стариной, вернувшись в один из европейских чемпионатов и завоевав ещё пару-тройку титулов.

Просто потому, что волшебная формула "Sex, drugs & rock'n'roll" - вечна.