Kifa

Технофеодализм

Глава 1. Определение

Технофеодализм - это форма организации общества, в котором суверенитет государств Модерна в той или иной степени отчуждён от политического класса (см. "Государства Модерна. Номенклатура") в пользу владельцев активов, опирающихся на лично преданных людей.

Актив - это:

- производящий ресурс: земля, производственные цепочки, технологии, космические агломерации;

- силовой ресурс: армия;

- разведывательно-технологический ресурс (см. "Частные разведывательные компании"; "Республики торгово-цифровые").

Владелец актива - негосударственный агент (техноаристократ).

Основой технофеодализма являются - отношения личной преданности людей к техноаристократу в ущерб институционального закрепощения, характерного для номенклатурных государств Модерна (см. "Демократия либеральная"; "Демократия. Основные типы") в условиях увеличения доступности технологий (см. Микроиндустрия. Базовые технологии.)

Технофеодализм сложился, с одной стороны, как ответ:

- на усложняющуюся вследствие научно-технического развития технологию, в том числе военную;

- усложняющийся социум, обслуживающий эту технологию;

- динамично усложняющийся внешний вызов со стороны иных государств и негосударственных агентов;

- желание людьми свободы от диктата номенклатуры централизованных государств Модерна во всё расширяющихся сферах, в том числе семейной и личной (см. "Технототалитаризм"; "Нейрототалитаризм"; "Цифровой тоталитаризм"; "Повестка"; "Марксизм культурный").

Всё это - в условиях неадекватности механизмов централизованного государства необходимости:

- управлять усложняющимся социумом,

-обуздывать некотролируемо растущие властные и имущественные похоти негосударственных агентов;

- динамично реагировать на внешние и внутренние вызовы.(Подробнее см. Технофеодализм: предпосылки.)

Вследствие перечисленных предпосылок разгорелся общепланетный кризис, симптомом которого стали события т.н. "Долгой Мировой Войны".

Данный кризис окончательно похоронил даже иллюзии о реализуемости политии (демократии) для больших структур/государств по причине некомпетентности честно избираемых делегатов от народа разобраться в проблемах управления.

Кризис подорвал и силу бюрократического государства, как неспособного динамично и гибко организовывать работу т.н. "национальных государств" и подобных структур, в общем называемых "государствами Модерна".

Большую роль в торжестве технофеодализа в планетарном масштабе сыграли пиратство и борьба с ним.

Государства, в которых произошло осознание объективного направления истории, был легализован технофеодализм. При этом номенклатуры переуступили до того узурпированный ими под прикрытием политических учений о демократии государственный суверенитет неправительственным агентам (техноаристократам). Разумные политические элиты уходящего типа государства сохранили в ведении централизованного государства то, без чего государства нет вовсе:

- суд для всех граждан вне зависимости от статуса как установление Бога для власти со времени Ноя (Быт.9:5);

- право на легальное применение силы внутри государства, проистекающее из права суда.

Государства, номенклатуры или иные типы правящего класса, которые не осознали ход истории, были уничтожены внешними силами, внутренними смутами или разорваны неправительственными агентами, узурпировавшими право суда.

История.

Тенденции к появлению такого типа государства накапливались давно, но явно проявились в первой половине XXI века. Первыми признаками стали: увеличение масштабов и технологичности терактов, масштабирование деятельности частных военных компаний до и выше "порога Пригожина" и массовое разочарование граждан мировых держав в господствовавших до того идеалах "Демократии Либеральной" (см.).

Первым событием нового этапа стал фактический захват администрации последних президентов первых США владельцами технологических активов (см. "США 1.0. Кланы политические") и их противоречивое вмешательство во внешнюю и внутреннюю политику страны...

Генрих Сэлдонус. Виципаедия Солярис.

Глава 2. Закон сложности

Эта глава общая для Микроиндустрии и Технофеодализма.

Закон сложности: Усложнение технологии влечёт за собой усложнение обслуживающего технологию социума.

При строительстве государства происходит усиление государственного контроля.

Усиление государственного контроля делает такой контроль изощрённым технически и сложным.

Поддержание такого контроля требует сложной изощрённой организации.

Сложная изощрённая организация порождает сложную социальную структуру поддержки контроля.

Сложная структура объединяет во множество групп великое множество людей высокой культуры с различными интересами.

Люди высокой культуры с различными интересами неизбежно конфликтуют с системами контроля.

Отсюда вывод, что суверенные тоталитарные государства не могут существовать длительное время. Либо системы контроля уничтожат сложные структуры и тем погубят основы своего существования и само

тотальтарное государство.

Либо сложная структура уничтожит системы контроля.

Современные централизованные демократические государства внедряют средства по сути тотального контроля за своими народами, в том числе элитными его группами.

Это с неизбежностью вызовет реакцию таких элитных групп в стремлении освободиться от такого контроля.

Такая реакция может привести к уничтожению этих государств и их народов. Следовательно, надо найти некий срединный путь.

Надо ли говорить, что я вижу два таких пути.

Приятный - это Микроиндустрия, с созданием массового слоя собственников производства:

Неприятный, но более реалистичный и точно лучший, чем цифровой тоталитаризм - технофеодализм:

Глава 3. Технофеодализм. Предпосылки

Сами идеи технофеодализма и Микроиндустрии, которые я в некотором смысле "толкаю" позволяют немного с неожиданного угла посмотреть на происходящее.

Именно с учётом:

- увеличения доступности средств производства (от уровня государства и мегакомпаний до уровня просто крупных собственников);

- увеличения сложности и вариативности систем технологий (доступность средств производства [на самом деле ещё и научных разработок, но этот момент я пока ещё не рассматривал].

Это порождает увеличение разнообразия как конечного продукта так и возможностей сочетания разных технологий и продуктов);

- что, в свою очередь, влечёт усложнение управления всем этим.

Что по сути означает невозможность централизованного управления производством без качественного падения разнообразия продуктов. Потому что:

Усложнение технологии влечёт за собой усложнение обслуживающего технологию социума.

Соответственно, если государство жёстко централизуется оно должно брать всю эту технологию под управление: прямо или через госкорпорации.

И тогда на поле боя выкатываются безаналогов единичные продукты, там где нужны массовые и гибкие решения.

Каковые решения могут дать такие вот собственники средств производств. Собственно, и выдают.

Я в принципе не марксист, но.

Дальше следует очень важная мысль: собственность порождает претензии на власть.

Каковые претензии приходится или учитывать в той мере, насколько важна собственность, или ликвидировать собственников "как класс".

Ещё два важных аспекта. Это усложнение военной и разведывательной технологий. Там всё то же самое. Отсюда в том числе идут ЧВК и частные разведывательные компании.

Поэтому имеет смысл говорить не просто о собственности, а об активах, как и говорится в определении.

И дальше следует очень важное качественное следствие. Если государство отдаёт часть функций войны и разведки, огромную долю технологии в частные руки - оно не может считаться даже и полностью централизованным.

А если не отдаёт - оно проиграет конкуренцию тем государствам, которые это делегирование произведут.

Образуются некие комбинации владельцев производящих, [научных], военных и разведывательных активов. Которые взаимно усиливаются. И разумеется, им не понравится тотальный "электронный концлагерь", который тихой сапой строят современные демократические государства. (А тоталитаризм, который строят на Западе им не понравится особенно.)

Так и размывается суверенитет государства как его понимают сейчас.

Где-то здесь, я считаю, и может получится вот этот самый технофеодализм.

Государства, которые не примут его, проиграют тем, которые примут.

Государства, которые не смогут обуздать властные и имущественные похоти нового класса "техноаристократов" (собственников активов, неправительственных агентов) - будут разорваны ими на части.

Государства, которые сумеют поставить на службу техноаристократов - победят.

Возможными методами контроля техноаристократии, помимо традиционных, могут быть:

- недопущение передачи права внутреннего суда техноаристократии;

- контроль добывающей и энергетической промышленности только государством - потому что вся эта технология будет требовать ресурсов, причем в виде полуфабрикатов как минимум, и энергии.

Ремарка. Например,Пригожин нечто такое интуитивно понимал. Отсюда Вагнер-центр, где, если верить официальной информации, собирались сделать технопарк. То есть собрать под одним зонтиком военный, научно-исследовательский и производящий блоки. И с точки зрения технофеодализма это был просто "фальстарт". Он попытался слишком рано.

Возвращаясь к основной мысли - в применении к России.

Россия, у которой в русском народе (282-я статья!!!) ещё сохранились кажется некоторые представления о служении, может справиться с этим вызовом, поставив техноаристократов на службу и выйдя вперёд в цивилизационной гонке.

Следующий кризис состоится спустя много времени, при вызревании предпосылок к Микроиндустрии. Но сейчас это ещё не актуально.

Глава 4. Технофеодальный зонтик над Микроиндустрией

Обнаружил интересную запись компетентного человека на тему: а что случится со всеми этими прекрасными волонтёрскими проектами оружия после войны?

(Кто не в курсе: уже второй "Абрамс" подбит частным, разработанным и произведённым в цеху текстильной фабрики на пожертвования людей дроном "Упырь". То есть продуктом Микроиндустрии. "Безаналогов" разработки могучего советского ОПК курят бамбук в сторонке.)

И мне стало страшно. Так технофеодальная модель ложится на реальность, даёт очевидный и выгодный ответ на поставленный вопрос!

Почему страшный? Потому что технофеодализм мне НЕ нравится. (Почему - долго объяснять.) Мне нравится микроиндустрия - общество свободных творческих граждан сильного за счёт опоры на них государства.

Цитирую:

Вспомнились разумные слова его котейшества, по поводу того, как организован у нас процесс экспорта вооружений. И собственно, заглядывая в достаточно близкое будущее, мы увидим ситуацию, когда после решения вопроса с ликвидацией Украины, во всём мире будет жуткий спрос на доказавшие свои характеристики виды вооружений. Ну либо те, которые были доведены до ума в ходе боевых действий.

Собственно за это, во многом, сейчас и лезут западные производители поставками для ВСУ, чтоб потом ставить в рекламе строчку, "что характеристики получили подтверждение в боевых действиях", ну и + какой то % к цене изделия.

И если наши экспортёры будут долго шевелиться, то большой кусок рынка могут забить западные концерны. Но это на самом деле даже не самое интересное, все таки традиционные вооружения во многом зависят от политики.

Самое вкусное, это гигантский, просто нереально вкусный рынок самых обычных уже для нас ФПВ дронов. Те молодые компании, которые сейчас зародились, после окончания боевых действий в значительной степени перестанут быть востребованы. При этом эта сфера деятельности разумеется будет взята под строгий контроль государства, и это правильно, так как это оружие значительно более опасное чем стрелковое.

И при этом какие появляются НО.. масса людей, будет вынуждена либо уйти под госаппарат, либо развернется и на четыре стороны. По той причине, что после достаточно комфортных и душевных условий команд энтузиастов, молодежи будет тяжело найти общий язык в традиционной промышленности.

Вопрос куда они пойдут? Можно не сомневаться, предложений будет с избытком. За границей. Наши мозги, которые сейчас созревают, уже являются целью вербовщиков по всему миру. А так как производство ФПВ дронов в значительной степени завязано на комплектующие, имеющиеся по всему миру, то уникальная ценность наших разработок сосредоточена исключительно в головах этих молодых в основном ребят.

Причём ребят крайне патриотичных, государственников в основном. Которые за счёт горизонтальных связей, зрелого мышления, спокойно выдерживают и достаточный уровень обмена информацией, и режима секретности, и взаимодействия с государственными структурами по линии безопасности. И при этом без кучи бюрократии с получением допусков, разрешениями, и тп. На моей памяти, толковое предложение от специалиста, с соблюдением всех требований по режимности, с проверкой его чуть ли не до рождения, прошло до обсуждения с руководителем высокого уровня, примерно за 1.5 часа. Вместо пары тройки месяцев при обычной процедуре, и это в лучшем случае.

Исходя из этого, заранее можно увидеть очень важный организационный вопрос, как по уму дать возможность сохранить значительную часть этих команд, держа разумеется под наблюдением, но создавая при этом лояльные и комфортные условия для их развития. Ведь очевидно, что после окончания боевых действий, основную часть загрузки для них может обеспечить только экспорт. А текущие боевые действия создали по сути гигантский рынок для таких решений. И мы на этом рынке имеем высокую репутацию. То есть все наши команды могут кормится с этого рынка, развиваясь на пользу родине. При маленьких условиях - не душить их бюрократической машиной...

Есть и альтернативный вариант. Всё останется как и раньше. Молодежь разбежится по Дубайскам и прочим теплым и горячим странам. У нас будет эйфория от победы, а выводы будут подшиты в папочку и в архив. А огромный рынок, который мы не захотели насытить, насытит ещё одна сторона, которая вторая на планете вместе с нами имеет команды, и огромный боевой опыт. К тому же они гарантировано сбегут сразу командами, унося в мозгах самоё ценное. Угадайте, кто это будет?

Вот поэтому, очень бы хотелось, чтоб нужные выводы не просто делались для отчётности, но ещё и воплощались в жизнь. Тем более что сам Верховный, обозначил что новая элита куется сейчас в огне войны, и что русскому бизнесу требуется поддержка. Поэтому заранее подготовить поле для захвата мирового рынка, будет крайне прозорливым государственным поступком.

Русский Инженер -

✅ подписаться

Конец цитаты из телеграмм канала Русский инженер, запись номер 3042

Ответ. Сбор активов в виде вот таких команд разработчиков, которые закрывают некую технологию под формально частным, фактически аффилированным с государством через неформальные связи зонтиком.

На зонтике нарисован условный "повар Путина". Сам зонтик держит чья-то волосатая лапа какой-нибудь госкорпорации.

Зонтиков таких должно быть несколько, по числу прорывных технологий. Воздушные дроны, наземные дроны, коптеры, лазеры. "Частный" космос у нас уже появился.

Чтобы это совсем хорошо работало, под каждым зонтиком должна быть своя ЧВК, которая будет в колониальных или наёмных войнах за денежку и по политзаказу обкатывать свою "зонтичную" технологию. А можно и смежников.

Те "зонтики", под которыми будут некие разведывательные технологии попробовать объединить с новой Частной Разведывательной Компанией имени Анны Чапмэн, которая и будет эти технологии отрабатывать.

Нельзя ни в коем случае объединять всё под одним зонтиком, потому что это будет, во-вторых - не столь эффективно, а во-первых, и в главных, тот, кто этим зонтиком будет владеть, сможет шатать политический режим. Пригожин просто сорвался, а если будет человек более выдержанный и осторожный?

Практически.

Первым шагом - восстановить Вагнер Центр в том виде, в каком он был задуман...

В общем, надо создать подконтрольных централизованному государству технофеодальные, эээ, кластеры в составе премикроиндустрии и силового блока.

Конец размышления.

Рано или поздно к этой идее придут. Просто, чтобы не проиграть гонку и рынки.

Так почему я за это "топлю"?

Если мне не нравится технофеодализм?

Очень просто.

Если нечто неизбежно, следует это сделать хоть сколько-нибудь управляемым. И чем больше людей осознают суть и закономерности технофеодализма, тем надёжнее будет контроль.

И - это ключевая мысль. Здесь происходит смычка зачатков Микроиндустрии (премикроиндустрии) с технофеодализмом.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге