Таким образом, скончала жизнь свою прекрасная... Лиза!

Глава 1

Таким образом, скончала жизнь свою прекрасная... Лиза!

Эту книгу я хочу посвятить разбору одной ключевой цитаты Н.М. Карамзина:

«Таким образом скончала жизнь свою прекрасная душою и телом. Когда мы там, в новой жизни, увидимся, я узнаю тебя, нежная Лиза!».

Очень трогательная фраза, не правда ли? Вот в этой книге я проведу детальный анализ этой цитаты.

Для начала я разобью эту цитату на части.

Для начала я рассмотрю первую часть цитаты.

Скончала жизнь свою.

Вот что значит скончала? Слово «скончала» подразумевает завершение какого-то полезного дела. Только вот я ни разу не слышала, чтобы самоубийство было полезным делом. Насколько мне известно, самоубийство у нормальных и адекватных людей вызывает только отвращение. Если восхвалять самоубийство, то случаи самоубийств участятся в геометрической прогрессии.

Теперь я перейду к следующей части цитаты.

Прекрасная душою и телом.

А вот здесь самое интересное! И в чём же заключается её прекрасность? Вот этому вопросу я как раз и хочу посвятить основную часть книги.

Сейчас я пройдусь по тексту повести и всё станет ясным.

Вот как Н.М. Карамзин описывает Лизу:

«Одна Лиза, — которая осталась после отца пятнадцати лет, — одна Лиза, не щадя своей нежной молодости, не щадя редкой красоты своей, трудилась день и ночь — ткала холсты, вязала чулки, весною рвала цветы, а летом брала ягоды — и продавала их в Москве».

И вот что Н.М. Карамзин пишет о ней дальше:

«Еще до восхождения солнечного Лиза встала, сошла на берег Москвы-реки, села на траве и, подгорюнившись, смотрела на белые туманы, которые волновались в воздухе и, подымаясь вверх, оставляли блестящие капли на зеленом покрове натуры. Везде царствовала тишина. Но скоро восходящее светило дня пробудило все творение: рощи, кусточки оживились, птички вспорхнули и запели, цветы подняли свои головки, чтобы напитаться животворными лучами света. Но Лиза все еще сидела подгорюнившись. Ах, Лиза, Лиза! Что с тобою сделалось? До сего времени, просыпаясь вместе с птичками, ты вместе с ними веселилась утром, и чистая, радостная душа светилась в глазах твоих, подобно как солнце светится в каплях росы небесной; но теперь ты задумчива, и общая радость природы чужда твоему сердцу».

И вот что ещё Н.М. Карамзин о ней пишет:

«Они сидели на траве, и так, что между ими оставалось не много места, — смотрели друг другу в глаза, говорили друг другу: «Люби меня!», и два часа показались им мигом».

Исходя из выше изложенного, я сделала вывод, что Н.М. Карамзин сам себе противоречит. Он описывает Лизу как трудолюбивую девушку. И в то же время описывает как Лиза неизвестно сколько ждёт Эраста, да ещё и проводит с ним целых два часа. Ну и где она работает день и ночь и не щадит свою молодость?

Вот что ещё Н.М. Карамзин пишет о Лизе:

««Бог дал мне руки, чтобы работать, — говорила Лиза, — ты кормила меня своею грудью и ходила за мною, когда я была ребенком; теперь пришла моя очередь ходить на тобою. Перестань только крушиться, перестань плакать: слезы наши не оживят батюшки»».

Н.М. Карамзин описывает Лизу как заботливую дочь. Но насколько мне известно, если люди по-настоящему заботливые, то они заботятся молча. И мне совсем не ясно, зачем Лиза напоминает матери как та ходила за ней, когда она была ребёнком, и напоминает о своей очереди ходить за той? И зачем она говорит матери не плакать и о том, что слёзы не оживят батюшки? Да, слёзы не оживят батюшки, но слёзы очищают душу и от них становится легче. Так что, слова Лизы не являются ни заботой, ни утешением. Более того, они звучат как издевательство.

И вот что Н.М. Карамзин пишет дальше:

«Прошло два года после смерти отца Лизина. Луга покрылись цветами, и Лиза пришла в Москву с ландышами. Молодой, хорошо одетый человек, приятного вида, встретился ей на улице. Она показала ему цветы — и закраснелась. «Ты продаешь их, девушка?» — спросил он с улыбкою. — «Продаю», — отвечала она. — «А что тебе надобно?» — «Пять копеек». — «Это слишком дешево. Вот тебе рубль». — Лиза удивилась, осмелилась взглянуть на молодого человека, — еще более закраснелась и, потупив глаза в землю, сказала ему, что она не возьмет рубля. — «Для чего же?» — «Мне не надобно лишнего»».

Н.М. Карамзин описывает Лизу как честную и скромную девушку. Но ведь честность и скромность подразумевают не воровать и не попрошайничать. А Эраст сам предложил ей рубль. А рубль для крестьянки — это приличные деньги. Тем более у неё больная мать. И нормальная крестьянка, которой реально нужны деньги, приняла бы рубль с благодарностью. Так что, отказ от рубля — это чистой воды эгоизм по отношению к матери. И не только по отношению к матери. Эраст ведь хотел сделать ей приятное, но она его лишила этой возможности. То есть она не проявила любви к Эрасту. Она отказалась от рубля не от чистого сердца, а из-за своих личных амбиций. Она и по отношению к нему повела себя эгоистично.

Посмотрим что Н.М. Карамзин пишет дальше:

«На другой день нарвала Лиза самых лучших ландышей и опять пошла с ними в город. Глаза ее тихонько чего-то искали. Многие хотели у нее купить цветы, но она отвечала, что они непродажные, и смотрела то в ту, то в другую сторону. Наступил вечер, надлежало возвратиться домой, и цветы были брошены в Москву-реку. «Никто не владей вами!» — сказала Лиза, чувствуя какую-то грусть в сердце своем».

Н.М. Карамзин описывает Лизу как искренне любящую девушку. Но если бы Лиза искренне любила Эраста, то она бы задумалась, что он мог не прийти по уважительной причине. А она, даже не разобравшись в ситуации, решила заставить его почувствовать себя виноватым. А это не любовь, а манипуляция. Более того, она выбросила цветы, которые ей приносили доход. То есть подучается, что она выбросила деньги. И она опять проявила эгоизм по отношению к матери, лишив ту денежной поддержки.

И вот что ещё Н.М. Карамзин пишет о Лизе:

««Ах, Эраст! — сказала она. — Всегда ли ты будешь любить меня?» — «Всегда, милая Лиза, всегда!» — отвечал он. — «И ты можешь мне дать в этом клятву?» — «Могу, любезная Лиза, могу!» — «Нет! мне не надобно клятвы. Я верю тебе, Эраст, верю. Ужели ты обманешь бедную Лизу? Ведь этому нельзя быть?» — «Нельзя, нельзя, милая Лиза!»».

Н.М. Карамзин хочет показать как Лиза любит Эраста. Но если бы она на самом деле любила Эраста, то она бы ему доверяла, а не пытала бы его расспросами о любви. И то, что она делала, это не любовь, а эмоциональное насилие.

И вот что Н.М. Карамзин пишет дальше:

««Как я счастлива, и как обрадуется матушка, когда узнает, что ты меня любишь!» — «Ах нет, Лиза! Ей не надобно ничего сказывать». — «Для чего же?» — «Старые люди бывают подозрительны. Она вообразит себе что-нибудь худое». — «Нельзя статься». — «Однако ж прошу тебя не говорить ей об этом ни слова». — «Хорошо: надобно тебя послушаться, хотя мне не хотелось бы ничего таить от нее». — Они простились, поцеловались в последний раз и обещались всякий день ввечеру видеться или на берегу реки, или в березовой роще, или где-нибудь близ Лизиной хижины, только верно, непременно видеться. Лиза пошла, но глаза ее сто раз обращались на Эраста, который все еще стоял на берегу и смотрел вслед за нею».

Н.М. Карамзин хочет представить Лизу как искренне любящую девушку. Но он не обращает внимание на одну очень важную деталь. Лиза готова врать матери ради Эраста. Той самой матери, за которой она когда-то обещала ходить.

И вот что Н.М. Карамзин пишет дальше:

«Однажды ввечеру Эраст долго ждал своей Лизы. Наконец пришла она, но так невесела, что он испугался; глаза ее от слез покраснели. «Лиза, Лиза! Что с тобою сделалось?» — «Ах, Эраст! Я плакала!» — «О чем? Что такое?» — «Я должна сказать тебе все. За меня сватается жених, сын богатого крестьянина из соседней деревни; матушка хочет, чтобы я за него вышла». — «И ты соглашаешься?» — «Жестокий! Можешь ли об этом спрашивать? Да, мне жаль матушки; она плачет и говорит, что я не хочу ее спокойствия, что она будет мучиться при смерти, если не выдаст меня при себе замуж. Ах! Матушка не знает, что у меня есть такой милый друг!»».

Н.М. Карамзин опять хочет показать как Лиза искренне любит Эраста. Но если бы она его искренне любила, то она не стала бы ему рассказывать про сватовство за неё крестьянина, так как не захотела бы его расстраивать. Это чистой воды манипуляция. А обвинять его в жестокости только за то, что он посмел спросить соглашается ли она — это вообще верх эмоционального шантажа.

Посмотрим что Н.М. Карамзин пишет о Лизе дальше:

«Эраст целовал Лизу, говорил, что ее счастие дороже ему всего на свете, что по смерти матери ее он возьмет ее к себе и будет жить с нею неразлучно, в деревне и в дремучих лесах, как в раю. — «Однако ж тебе нельзя быть моим мужем!» — сказала Лиза с тихим вздохом. — «Почему же?» — «Я крестьянка». — «Ты обижаешь меня. Для твоего друга важнее всего душа, чувствительная, невинная душа, — и Лиза будет всегда ближайшая к моему сердцу»».

Н.М. Карамзин опять хочет показать как Лиза любит Эраста. Но если внимательнее перечитать текст, то можно обнаружить один жуткий момент. Эраст говорит, что заберёт Лизу к себе после смерти матери. А Лиза говорит о социальной пропасти, но она ни слова не сказала о том, что она не хочет, чтобы мать умирала, что она боится смерти матери. То есть получается, что она готова перешагнуть через жизнь матери, за которой когда-то обещала ходить. И какая у неё после этого чистая душа? И кто знает, если она готова перешагнуть через жизнь матери, то где гарантия, что она также не будет готова перешагнуть через жизнь Эраста?

Так, ну и что Н.М. Карамзин пишет дальше:

«Наконец, пять дней сряду она не видала его и была в величайшем беспокойстве; в шестой пришел он с печальным лицом и сказал ей: «Любезная Лиза! Мне должно на несколько времени с тобою проститься. Ты знаешь, что у нас война, я в службе, полк мой идет в поход». — Лиза побледнела и едва не упала в обморок. Эраст ласкал ее, говорил, что он всегда будет любить милую Лизу и надеется по возвращении своем уже никогда с нею не расставаться. Долго она молчала, потом залилась горькими слезами, схватила руку его и, взглянув на него со всею нежностию любви, спросила: «Тебе нельзя остаться?» — «Могу, — отвечал он, — но только с величайшим бесславием, с величайшим пятном для моей чести. Все будут презирать меня; все будут гнушаться мною, как трусом, как недостойным сыном отечества». — «Ах, когда так, — сказала Лиза, — то поезжай, поезжай, куда бог велит! Но тебя могут убить». — «Смерть за отечество не страшна, любезная Лиза». — «Я умру, как скоро тебя не будет на свете». — «Но зачем это думать? Я надеюсь остаться жив, надеюсь возвратиться к тебе, моему другу». — «Дай бог! Дай бог! Всякий день, всякий час буду о том молиться. Ах, для чего не умею ни читать, ни писать! Ты бы уведомлял меня обо всем, что с тобою случится, а я писала бы к тебе — о слезах своих!» — «Нет, береги себя, Лиза, береги для друга твоего. Я не хочу, чтобы ты без меня плакала». — «Жестокий человек! Ты думаешь лишить меня и этой отрады! Нет! Расставшись с тобою, разве тогда перестану плакать, когда высохнет сердце мое». — «Думай о приятной минуте, в которую опять мы увидимся». — «Буду, буду думать об ней! Ах, если бы она пришла скорее! Любезный, милый Эраст! Помни, помни свою бедную Лизу, которая любит тебя более, нежели самое себя!»».

Н.М. Карамзин в очередной раз хочет показать как искренне Лиза любит Эраста. Но если бы она его искренне любила, то она бы его поддержала. Ему самому тяжело. Он идёт на войну. А она ещё и грузила его своими страданиями. Да ещё она и обвинила его в жестокости только за то, что он попросил её не плакать. Тут невооружённым глазом видно, что она над ним просто издевалась. Да ещё слёзы для неё отрада! А это уже чистой воды мазохизм.

А вот финальная фраза Н.М. Карамзина о Лизе:

««Мне нельзя жить, — думала Лиза, — нельзя!.. О, если бы упало на меня небо! Если бы земля поглотила бедную!.. Нет! небо не падает; земля не колеблется! Горе мне!» — Она вышла из города и вдруг увидела себя на берегу глубокого пруда, под тению древних дубов, которые за несколько недель перед тем были безмолвными свидетелями ее восторгов. Сие воспоминание потрясло ее душу; страшнейшее сердечное мучение изобразилось на лице ее. Но через несколько минут погрузилась она в некоторую задумчивость — осмотрелась вокруг себя, увидела дочь своего соседа (пятнадцатилетнюю девушку), идущую по дороге, — кликнула ее, вынула из кармана десять империалов и, подавая ей, сказала: «Любезная Анюта, любезная подружка! Отнеси эти деньги к матушке — они не краденые — скажи ей, что Лиза против нее виновата, что я таила от нее любовь свою к одному жестокому человеку, — к Э... На что знать его имя? — Скажи, что он изменил мне, — попроси, чтобы она меня простила, — бог будет ее помощником, — поцелуй у нее руку так, как я теперь твою целую, — скажи, что бедная Лиза велела поцеловать ее, — скажи, что я...» Тут она бросилась в воду. Анюта закричала, заплакала, но не могла спасти ее, побежала в деревню — собрались люди и вытащили Лизу, но она была уже мертвая».

Н.М. Карамзин хочет показать трагическую гибель прекрасной Лизы. Но ведь смерть Лиза выбрала сама. Она сама решила, что ей нельзя жить. И начала ждать, пока небо упадёт на неё или земля её поглотит. Но у неба нет функции падения, а у земли нет функции поглощения. И её никто не просил бросаться в пруд! Это было сугубо её решение. Причём, она бросилась в пруд на глазах у Анюты. То есть получается, что она ещё и подставила Анюту, сделав ту свидетелем самоубийства. Ну вот и в чём заключается её прекрасность?

А теперь я рассмотрю последнюю часть цитаты, которой как раз и посвящена книга.

Когда мы там, в новой жизни, увидимся, я узнаю тебя, нежная Лиза!

Интересно, в какой такой новой жизни? Н.М. Карамзин, вероятнее всего, имел в виду, что в раю. А Лиза точно попала в рай?

Насколько мне известно, согласно православным учениям, самоубийство — это очень тяжкий грех. И я ни разу не слышала, чтобы самоубийцы попадали в рай.

И вот что я ещё знаю. Самоубийц даже не разрешается отпевать. А раньше их даже не разрешали хоронить на кладбище. И я ни разу не видела, чтобы в церкви восхищались самоубийством. И священники всегда говорят, что за самоубийство полагается отнюдь не рай, а место, противоположное раю.

И, более того, Лиза при жизни совершила немало грехов, которые я разобрала выше.