Попаданец в Распутина и политические партии

Глава 1

Новый Распутин и возможные христианские политические партии в романе писателя Алексея Вязовского "Я - Распутин" https://author.today/work/159984

Прежде всего скажем о завязке самого романа. В начало ХХ века попадает наш современник, и на этот раз попаданство сопряжено с двумя оригинальными идеями. Первая - попаданец в странную и может быть даже одиозную фигуру Григория Распутина, что до этого в жанре попаданчества не наблюдалось, лишь сейчас пишутся одновременно два романа двух известных авторов: Алексея Вязовского "Я - Распутин" и Сергея Васильева "Распутин - наш!"

И вторая идея - попаданец в романе "Я — Распутин" собирается создать на политическом поле Российской Империи христианскую политическую партию, каковые не существовали в реальной истории и никогда не описывались в литературном жанре альтернативной истории.

Встаёт естественный вопрос: может ли христианство быть сопряженным с политикой? Познакомимся вначале с точкой зрения самой христианской веры. Ответ на это вопрос парадоксален как и само христианство. С одной стороны, если политику понимать как борьбу людей за земную власть, то Евангелие ясно свидетельствует об обратном: "Царство Мое не от мира сего" (Ин.18.36) И к вопросу об отношении к государственной власти можно вспомнить слова Христа: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф.22.21). То есть, прямого участия во власти и государственном управлении христианство не принимает, так как забота христианской веры совсем о другом: "Ищите же прежде Царства Божия и правды Его". (Мф.6.33)

С другой стороны, если политику понимать в исходном древнегреческом смысле как искусство управления полисом (городом-государством), дела полиса и общественные дела, или, по Аристотелю, правильное государственное устройстве и разумное управление для всеобщего блага, то христиане не могут оставаться в стороне от этого, так как являются гражданами и жителями государства. И в этом смысле христианская политика звучит не как участие в политической жизни от имени какой-либо организации, называющей себя христианской, или от имени церкви, а политика, проводимая по заповедям Христа: "...алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. ... истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне." (Мф.25.34-40)

Об использовании же политического влияния и власти в этом случае можно судить по следующим словам Христа: "...вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом. Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих." (Мк.10.42-45) Таким образом, истинная христианская политика не может преследовать цели приобретения власти как таковой, а её целью должны быть исполнение заповедей - защита голодных, нагих, бедствующих, болящих и прочих страждущих.

Понятно, что в этих евангельских словах содержится идеал, цель, к которой нужно стремиться каждому христианину. Но если и называть какую-либо политику христианской, то только в этом ключе. И, поскольку христианство говорит не только об отношении человека и Бога, но и об отношениях между людьми, об отношениях в обществе, то задача христианской политики неизбежно будет задачей социальной политики. Особенно остро такая задача стояла в Российской Империи во время первой революции 1904-06гг., во время течения сюжета книги "Я - Распутин".

Что же утверждает христианская вера об основаниях христианской социальной политики? О необходимости труда для человека апостол Павел ясно говорит: "Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь." (2 Фес.3.10) И пусть предпринимательство является также трудом, но по отношению к нанятым в предприятии работникам Библия прямо велит: "Не обижай наемника, бедного и нищего, из братьев твоих или из пришельцев твоих, которые в земле твоей, в жилищах твоих; в тот же день отдай плату его, чтобы солнце не зашло прежде того, ибо он беден, и ждет ее душа его; чтоб он не возопил на тебя к Господу, и не было на тебе греха". (Втор.24.14-15) И еще имеются библейские высказывания, исполненные тем же смыслом: "Горе тому, кто строит дом свой неправдою и горницы свои беззаконием, кто заставляет ближнего своего работать даром и не отдает ему платы его". (Иер.22.13)

В Новом Завете в послании апостола Иакова обличаются во многих прегрешениях те богачи, чьё богатство приобретено неправдою, и кто тратил богатство только на собственные наслаждения: "Вот, плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопиет, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа. Вы роскошествовали на земле и наслаждались; напитали сердца ваши, как бы на день заклания.". (Иак.5.4-5)

Ведь помимо платы работникам Библия повелевает богатым уделять из своих богатств нуждающимся: "Когда будешь снимать плоды в винограднике твоем, не собирай остатков за собою: пусть остается пришельцу, сироте и вдове; и помни, что ты был рабом в земле Египетской: посему я и повелеваю тебе делать сие." (Втор.24.21-22) "Как трудно надеющимся на богатство войти в Царствие Божие!" (Мк.10.24), говорится в Евангелии - "надеющимся" здесь в том смысле, что быть привязанным к богатству, надеяться на него во всём и тратить его исключительно на личное употребление.

Особенно сильно звучит предупреждение богатым в евангельской притче о нищем Лазаре и богаче (Лк.16.19–31), где богач был повинен в постоянных тратах богатства только на себя в сочетании с полным равнодушием к немощному и нищему Лазарю рядом с ним. Таким образом, речь идёт о неприсвоении богатства исключительно себе и о помощи нуждающимся - бедным, немощным, сиротам, вдовам, то есть о милосердии: "Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд." (Лк.6.36). Поэтому в Евангелии от Луки так и увещевается: "Подавайте лучше милостыню из того, что у вас есть, тогда всё будет у вас чисто." (Лк.11.41)

К сожалению в реалиях конца XIX - начала XX века не так много из облеченных властью и богатством людей прислушивались в полной мере к подобным библейским словам и поступали по заповедям. Не было пенсии по старости, не было у работников пенсии или страховки по болезни, не было бесплатной медицинской помощи, а потерявший трудоспособность работник не мог оплатить платную медицину. Условия труда были тяжелые, о безопасности труда не заботились, женщины трудились на вредных производствах, использовался многочасовой детский труд.

Устранение таких несправедливостей и привнесение милосердия в массовую общественную жизнь являлись важнейшей задачей. Как писал экономист, философ, а в дальнейшем священник, профессор С.Н.Булгаков в своём эссе "Неотложная задача. О союзе христианской политики": "В великой социальной борьбе наших дней, в которой на одной стороне стоит сила владения капитала, а на другой — эксплуатируемые и неимущие представители труда, страдающие и от безработицы, и от недостатка, и от порабощения, и от непосильного труда, Христова заповедь, об исполнении которой Он спросит нас, решительно повелевает стать на сторону труда, принципиально признать справедливость в общем и целом (конечно, частные исключения всегда возможны) именно требований труда. В этом смысле классовая политика (не нужно бояться этого слова), т. е. политика, сознательно преследующая защиту рабочих масс против их сильных угнетателей (не в индивидуальном, но социальном смысле), есть единственно возможная форма христианской политики для данного момента. Это вовсе не значит, чтобы мы разделяли догмы марксизма,— можно признавать классовую политику как факт." [1]

Однако в Российской Империи в то время христианская вера на политическом поле представлена никак не была. Нельзя считать таким представителем поддерживаемое официозным самодержавием и прикрывающееся якобы христианством "черносотенство", на деле к христианской вере отношения не имеющее. Защиту же угнетаемого населения взяли на себя, наоборот, придерживающиеся атеизма социалистические организации. "Сила материалистического социализма состоит не только в указанных выдающихся качествах,— энергии и самоотверженности его сторонников, но и в полном отсутствии конкуренции, бессилии его противников: фактически ему принадлежит пока монополия искренней защиты трудящихся классов и отстаивания социальной правды," - писал С.Н.Булгаков. [1]

С.Н.Булгаков призывал преодолеть этот перекос и включаться в общественную жизнь придерживаясь заповедей христианской веры. Причем выбираемая сторона им определялась однозначно: "Не менее ясны христианские идеалы и в области социальной политики. Если недопустимо политическое порабощение, то еще менее простительно порабощение экономическое, как более жестокое и унизительное, превращающее человека в вещь и средство для удовлетворения низших потребностей. Между тем все способы производства, существовавшие до сих пор в истории,— рабский, феодальный и господствующий в наше время капиталистический,— основаны именно на таком порабощении человека человеком. Современный капитализм исторически может быть, конечно, оправдываем, и могут признаваться его заслуги и преимущества пред предшествующими эпохами, но нельзя все-таки отвергать, что он основан на насилии и неправде, подлежащих устранению. Поэтому стремления к уничтожению этой коренной неправды капиталистического строя, которые в общем и целом объемлются понятием социализма или коллективизма, должны быть без колебаний включены в требования христианской политики." [1]

Нам сейчас, с некоторыми въевшимися клише, слова С.Н.Булгакова о христианстве и социализме могут звучать по меньшей мере странно. Однако верующий человек, очевидец первой русской революции 1905 года считал правильным именно так. Более того, и среди социал-демократии раздавались порой голоса о некоторой общности христианских и демократических целей. "Близость практических задач социализма и христианской политики понимается и в лагере социал-демократов. Фр. Штампфер в брошюре, уже цитированной выше, высказывает по этому поводу следующее: «Может ли христианин, действительный христианин, быть социал-демократом? В этом смысле, т.е. имея в виду не догматическую и церковную, но этическую сторону, вопрос этот является почти равнозначущим с вопросом· "Может ли христианин быть христианином?"... Первоначально христианство и социал-демократия (при всех глубоких теоретических разногласиях) имеют общую бессмертную идею о человеческом равенстве и братстве. Оба они обращаются к трудящимся и обремененным, первое с утешением, второе с призывом, и человеческим источником для обоих является любовь людей между собою. В этом смысле не только христианин может быть социал-демократом, но и каждый социал-демократ быть "христианином"» [1]

Безусловно С.Н.Булгаков понимал идейное различие между христианским движением и сложившейся атеистической социал-демократией. "...Между христианством (и в частности — христианским социализмом) и современным атеистическим гуманизмом и социализмом существует религиозная бездна, и нужно отчетливо сознать эту бездну и определить ее действительную глубину... Нужно бороться не с социализмом, как это делают иные невежественные или недобросовестные представители клира, но с религиозно-философской его основой, с духовным калечением человека, уступкой прав первородства за чечевичную похлебку". Но для этого следует признать ранее всего всю жизненную правду социализма и рядом с маской поставить настоящее живое лицо. Нужно врачу исцелиться самому и приступать к живому делу вместо гнусной и лживой проповеди пассивного безразличия и терпения, за которой скрывается просто трусливый индифферентизм..." [1]

Таким образом, по убеждению С.Н.Булгакова верующим христианам необходимо включаться в общественную жизнь с точки зрения христианских заповедей. Направление активности определено Булгаковым как поддержка требований левых партий. "Вырабатывать заново конкретные требования или практическую программу христианской политики для нашего времени не приходится, ибо это давно уже сделано гуманистическим движением, хотя и чуждым религии, но бессознательно выразившим именно ее требования, нужно прямо учиться у него. Другими словами, следует прямо принять и усвоить основную программу, уже выставленную нашими демократическими социалистическими партиями в их практической, так сказать, деловой части." [1]

Причем христианских политиков не должно запутывать то, что их действия могут быть направлены в противовес текущей политики самодержавия. "Церковь непогрешимо проповедует Христову Истину и преподает людям нравственные заповеди, исходящие от Самого Бога, а потому не властна изменить что-либо в своем учении. Не властна она и умолкнуть, прекратить проповедование истины, какие бы иные учения ни предписывались или ни распространялись государственными инстанциями. В данном отношении Церковь совершенно свободна от государства. Ради беспрепятственного и внутренне свободного проповедования истины Церковь не раз в истории терпела гонения от врагов Христа." [2]

Почему же, в таком случае, в Российской Империи начала ХХ века не сложились христианские политические партии? Первое и главное, как ни странно, у партий, заявивших только о своей приверженности христианской вере и более ничем к себе не привлекающих, скорее всего в это время в Российской Империи была бы маленькая социальная база. "В конце XIX в. заметки об отрицательных сторонах духовной жизни на страницах газет и журналов были редкими, но начиная с 1904–1905 гг. церковная периодика ими просто пестрит... Митрополит Московский Макарий (Невский) в одной из проповедей в начале XX в. говорил о нравственном и духовном состоянии русского народа: «Ныне разделился русский народ. Каждое сословие избрало для себя как бы свою особую веру, свои обычаи. Верхние сословия стали стыдиться веры своих отцов и остались совсем без веры или же пошли за изобретениями новых вер, сделались последователями новых лжеучений, образовавших новые секты, новые толки. Средние сословия избрали себе новых богов: торговое стало поклоняться золотому тельцу... ремесленник то занят своим делом, препятствующим ему служить Богу, то отдается греховному отдыху в виде разгула, попоек и разного рода увеселений. И торговцы, и ремесленники живут также без веры и без Церкви. Только низшее сословие пока держится унаследованной от предков верой и обычаями, но и то не все..." [3]

Высшие слои общества, естественно, не поддержали бы политические партии с подлинно христианскими призывами и неохотно бы шли на исполнение заповедей Христа в отношении неимущих и наёмных работников, так как им было просто не выгодно. Ведь гораздо проще обходиться формальным посещением церкви и бросить монетки нищим на паперти, чем землевладельцу уменьшить плату за землю или фабриканту улучшить условия труда рабочих. Образованный слой интеллигенции придерживался либо либерально-демократических взглядов, либо левых социалистических - и те, и другие либо с равнодушием и скепсисом, либо с отторжением относились к христианской вере. Та же часть интеллигенции, которая сохранила веру, желала освобождения церкви от подчинения государству и от превращения её в государственный институт, освобождения от "прислуживания государству". [4]

Рабочие составляли пёструю массу: "рабочая аристократия", рабочие-горожане, вчерашние крестьяне, сезонные отходники из деревень. Однако религиозное безразличие было общей чертой. "Один из священников того времени писал: «Чем больше город, тем больше в нем экономических контрастов, тем труднее священнику объединить своих прихожан в одну семью... внушить им убеждение, что все ведь мы одинаковые дети одного Небесного Отца». Как вспоминал Н.П.Розанов: «насмешкою звучали обращения священников к собравшимся в церкви людям – «братия»: братьев никаких не было, а были разные классы общества, которые даже и места для стояния в церкви имели разные»" [5]

В сравнении с Западной Европой, где "Католическая Церковь всячески способствовала развитию массового христианского рабочего движения в Западной Европе на основании официально сформулированной социальной доктрины", в Российской Империи "Русская Православная Церковь, не имея четкой социальной концепции, находясь в подчиненном государству положении, действовала в условиях активизации традиционного служения через приходские попечительства, общества трезвости, напоминая промышленникам о христианском долге и справедливости, а рабочим – о божественном установлении права на труд..." [5] Эти действия, конечно, были несколько смягчающими, но малодейственными в решении социальных проблем рабочих.

"...Церковь в условиях государственной подчиненности не имела возможности влиять на первопричины рабочей проблемы – низкую заработную плату, отсутствие страхования, самоуправство администрации, – вот почему обер-прокурор и Синод не могли и, очевидно, считали невозможным решительными действиями по примеру Католической Церкви смягчить, а тем более уничтожить социальное напряжение и антиклерикальные настроения. Отсутствие целостности и системности в планировании церковной политики в отношении «рабочего вопроса» до событий 1905 г. также совпало со слишком большим влиянием на жизнь Церкви личности К.П.Победоносцева. Убежденность обер-прокурора в патриархальности трудовых отношений и особом пути российского фабричного дела негативно повлияла на обсуждение и утверждение фабричного законодательства." [5]

Впрочем, до революционных событий 1904-1906гг. рабочая масса не была явно атеистически настроена, скорее, была религиозная индефферентность. Была даже первая попытка создать общественное движение рабочих - "Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга" с участием священника Георгия Гапона. Хотя это движение нельзя назвать христианским социализмом, скорее, "полицейским социализмом" сверху, поначалу с промонархическими взглядами, с лекциями, собраниями в чайной и танцевально-музыкальными вечерами. Лишь с вступлением в него авторитетных рабочих, в том числе группы (кружка) А.Е.Карелина "Собрание" получило более широкий охват, а заодно и демократическую направленность, полевело и обрело большее влияние на рабочих. [6] В дальнейшем требования "Собрания", записанные в знаменитой составленной Г.Гапоном Петиции, хоть и имели по форме верноподданическое обращение к царю и апелляцию к божеским законам, но по сути заявляли об ограничении самодержавия, требовали учредительного собрания, свободы совести в деле религии, отделения церкви от государства и другие политические и экономические требования рабочих. [7] Однако расстрел демонстрации 9 января 1905 года резко снизил возможность общественного движения среди рабочих с хоть какой-то лояльностью властям. С 1905 года распространение идей атеистического социализма среди рабочих резко усилилось.

Среди казалось бы поголовно верующего крестьянства тоже всё было не лучшим образом. "По словам участника Поместного Собора Л.З. Кунцевича, «вся вера народная выражается в постах, обрядах и обычаях»." [3] Вера крестьян была не осознанная, крестьяне в большей мере стремились выполнить полагающиеся обычаи. "В начале прошлого века в обществе складывается противоречивая ситуация. Сформировавшийся в городах пролетариат по большей части был безбожен, причиной чему стал изменившийся уклад жизни: появление в деревне рабочих, связанных с городом и утративших традиционные связи с селом, неготовность духовенства вести проповедь в новой обстановке, революционная агитация. Крестьяне в основной массе продолжали посещать храм, отмечать церковные праздники, исполнять требы, но все это сводилось лишь к формальному обрядоверию, за которым не было глубокого понимания православного вероучения." [3]

Даже обер-прокурор Синода К.П.Победоносцев, писал о духовном упадке в народной среде: "Наше духовенство мало и редко учит, оно служит в церкви и исполняет требы. Для людей неграмотных Библия не существует; остается служба церковная и несколько молитв, которые передаются от родителей к детям, служат единственным соединяющим звеном между отдельными лицами и Церковью. И еще оказывается в иных глухих местностях, что народ не понимает решительно ничего в словах службы церковной, ни даже в «Отче наш», повторяемом нередко с пропусками или прибавками, отнимающими всякий смысл у молитвы". [3]

По положению в обществе священнослужитель стоял выше крестьянина, но по материальному обеспечению сельские священники зачастую были беднее крестьянина-середняка, а диаконы прочие церковнослужители сравнимы с крестьянами-бедняками. Часто сельские священники были вынуждены заниматься крестьянским хозяйством, чтобы прокормить семью. Нередки были конфликтные ситуации между крестьянами и священниками по поводу оплаты треб. "Особый стиль отношений со служителями культа был характерен для богатых крестьян. Для них священник оставался ничтожным попом, который вынужден был крестьянствовать, и смиренно у них одалживаться. Главными недоброжелателями священников на селе были кулаки и торговцы (особенно водкой) – считали сами пастыри. Сельских богатеев раздражало то, что служители культа поддерживали общинные претензии к ним, боролись за закрытие питейных лавок. «Кулацкая религиозность» чаще ограничивалась «любовью к колоколам и голосистым дьяконам». Известны случаи, когда они принуждали священников служить дополнительно, строили персональные часовни, диктовали условия распределения церковных средств, поскольку являлись основными жертвователями..." [8]

По указанным причинам авторитет священства у крестьян в начале ХХ века снижался, росла агрессия со стороны крестьян: "В 1906 г. «Симбирские епархиальные ведомости» описали случай, имевший место после обычной воскресной беседы в храме. Один из крестьян вдруг заявил, что «всех господ и богачей нужно перебить, имущество их разделить по беднякам», ибо они – «кровопийцы». Возмущенный проповедник напомнил о библейских заповедях, но крестьянин отпарировал: «А господа и купцы не исполняют их. Они нас и грабят, и убивают... Их надо убивать и грабить». Совет священника – «терпи» – вызвал возмущение: «Ты за богатых стоишь, ...попы с господами и богачами заодно... Перебить их надо всех»." [8]

Хотя случались и обратные тенденции: "Священники нередко отказывались теперь от своих соглядатайских обязанностей. В 1906 г. в Тверской губернии через епархиальную прессу группа священников заявила об отказе выполнять предписания циркуляра МВД о выявлении крестьян-распространителей «Выборгского воззвания». Такие поступки также служили укреплению связей духовенства и паствы." [8]

В период революционных волнений 1905-06гг. приходские священники не были едины в политических предпочтениях. Многие священники игнорировали деятельность отделений черносотенного "Союза Русского Народа". Немало из священнослужителей, особенно сельских, возвышали свой голос в защиту крестьян и имели радикальные прокрестьянские взгляды. Бывали даже случаи распространения священниками воззваний РСДРП или призыва к участию в освободительном движении. Когда один из подобных священников, ратующих за интересы крестьянства и передел земли, был арестован, крестьяне угрожали полиции расправой. [8]

В результате, по картине, сложившейся в Российской Империи в начале ХХ века, видно, что одним только заявлением о приверженности вере любой общественной организации было бы трудно привлечь к себе мало-мальски весомую часть населения. Только реальные дела и защита интересов малоимущих (и самых многочисленных) слоёв могла бы завоевать у населения авторитет. Возможно, отчасти с этим же связано то, почему в Российской Империи не сложились политические партии христианской направленности, так как самым насущными вопросами, затрагивающими массы, в то время были вопросы выживания и улучшения своего существования, а не вероучительные. Впрочем, в Западной Европе в это время, несмотря на более активную социальную политику Ватикана, независимые христианско-демократические партии еще далеко не получили того широкого распространения, которое сложилось позже, после Второй Мировой Войны. [9]

Взлёт популярности христианских политических партий после Второй Мировой может объясняться несколькими причинами. В частности, тем, что Ватикан в то время стал более благосклонно смотреть на демократические организации и партии и помогать им. И тем, что с дискредитацией правых партий после завершения Второй Мировой большое влияние получили левые социалистические партии с атеистическими взглядами, значит, был запрос в Европе на выражение центристской позиции с христианскими взглядами для умеренно-правых и умеренно-левых, большей частью для так называемого складывающегося "среднего класса", хотя христианско-демократические партии Европы не ограничивали себя классовыми рамками и старались привлечь сторонников среди всех классов общества, что в политическом смысле шло им явно на пользу. [10]

В сравнении с ситуацией в Европе после Второй Мировой войны в начале ХХ века в Российской Империи Церковь была под государственным управлением и не смогла бы поэтому поддержать широкую демократическую инициативу по созданию партии. И, кроме того, центристские позиции занимали более влиятельные партии буржуазии и либеральной интеллигенции, которые преследовали свои интересы. Ситуация в Российской Империи обострилась, и часть интеллигенции была настроена радикально и отрицательно относилась к религиозности, другая часть, партия кадетов, также не поддержала, например, С.Н.Булгакова с его "Союзом христианской политики", так как либо видели в нём соперника за голоса и представительство, либо препятствие для привлечения к себе верующих других конфессий или атеистов. [11]

В итоге, вернувшись к попаданцу в Григория Распутина можно предположить, что для создания им массовой христианской партии в Российской Империи ему, скорее всего, будет выигрышнее опираться не на буржуазию или тонкий слой образованных людей, которые его с большей вероятностью не поддержат, а на те части народных масс, что еще не потеряли веру хоть в какой-то степени либо не приобретшие ещё явную атеистическую направленность. И для проведения своей политики, скорее всего, стОит провозгласить левые лозунги, во многом близкие к социалистическим, по крайней мере, в экономической части, с целью защиты интересов беднейших и самых многочисленных масс населения как с точки зрения исполнения христианских заповедей, так и для привлечения к себе населения.

Официальной поддержки от Церкви, находящейся в этот момент под государственным управлением, главный герой получить, по всей видимости, не должен, но как среди высшего церковного клира, так и среди простых иереев должны найтись немало приверженцев идеи освобождения Церкви от государственной зависимости, а то и вдохновляемые идеей восстановления патриаршества, отменённого Петром I.

В политической жизни партия, организуемая главным героем, будет иметь возможность с одной стороны, вероятно, блокироваться с кадетами, с другой стороны можно попытаться вести свою линию блокируясь с эсерами и социал-демократами, так как у партии героя и названных социалистических партий будет опора на разные слои населения внутри одних и тех же классов - сохранившие веру и атеистически настроенные.

Правда, один из политических "плюсов" у попаданца в Григория Распутина может обернуться на этом пути его же минусом, так как близость к царскому двору и императорской семье может играть отрицательную роль по причине падения авторитета самодержавия в народных массах. [12] Как же главный герой сможет выйти из такого положения, в которое угодил по сюжету, покажет в дальнейшем автор произведения "Я - Распутин.

**************************************

[1] С.Н.Булгаков "Неотложная задача. О союзе христианской политики" https://predanie.ru/book/220352-neotlozhnaya-zadacha-o-soyuze-hristianskoy-politiki/

[2] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви https://foma.ru/osnovyi-sotsialnoy-kontseptsii-russkoy-pravoslavnoy-tserkvi.html

[3] Ю.И.Белоногова. Приходское духовенство и крестьянский мир в начале XX в. https://azbyka.ru/otechnik/Istorija_Tserkvi/prihodskoe-duhovenstvo-i-krestjanskij-mir-v-nachale-20-v/2_1

[4] А.А. Полозов. Интеллигенция и церковь https://azbyka.ru/otechnik/Istorija_Tserkvi/intelligentsija-i-tserkov/

[5] М.Е.Грабко. Деятельность Русской Православной Церкви в рабочей среде Московской губернии в конце XIX – начале XX вв. https://azbyka.ru/otechnik/Istorija_Tserkvi/dejatelnost-russkoj-pravoslavnoj-tserkvi-v-rabochej-srede-moskovskoj-gubernii-v-kontse-19-nachale-20-vv/1

[6] Карусева И.М. Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга. К истории создания крупнейшей легальной рабочей организации под руководством Георгия Гапона https://cyberleninka.ru/article/n/sobranie-russkih-fabrichno-zavodskih-rabochih-sankt-peterburga-k-istorii-sozdaniya-krupneyshey-legalnoy-rabochey-organizatsii-pod

[7] Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга для подачи царю Николаю II https://ru.wikisource.org/wiki/Петиция_рабочих_и_жителей_Санкт-Петербурга_для_подачи_царю_Николаю_II

[8] Т.Г. Леонтьева. Вера и прогресс: православное сельское духовенство России во второй половине XIX-начале XX вв. https://azbyka.ru/otechnik/Istorija_Tserkvi/vera-i-progress-pravoslavnoe-selskoe-duhovenstvo-rossii-vo-vtoroj-polovine-19-nachale-20-vv/4_2

[9] Шаповалов В.Ф., Воронина С.С. Понятие социальной справедливости в концепциях европейской христианской демократии https://cyberleninka.ru/article/n/ponyatie-sotsialnoy-spravedlivosti-v-kontseptsiyah-evropeyskoy-hristianskoy-demokratii

[10] Алмонд Г. Христианские партии Западной Европы https://cyberleninka.ru/article/n/hristianskie-partii-zapadnoy-evropy

[11] Е. Я. Засядь-Волк. «Союз христианской политики» С. Н. Булгакова: исторический опыт создания в России христианской социалистической партии. https://cyberleninka.ru/article/n/soyuz-hristianskoy-politiki-s-n-bulgakova-istoricheskiy-opyt-sozdaniya-v-rossii-hristianskoy-sotsialisticheskoy-partii

[12] Таирова Н.М. Общественное мнение начала ХХ В. И падение авторитета царского режима в России https://cyberleninka.ru/article/n/obschestvennoe-mnenie-nachala-hh-v-i-padenie-avtoriteta-tsarskogo-rezhima-v-rossii