Под знаком Южного Креста

В Африку гулять!

Надо мной снова теплое африканское небо, за окнами уже знакомый пустынный пейзаж, и автомобиль резво мчит нас навстречу с Лимпопо. Перелет прошел без приключений, оформленная заранее в прокате машина терпеливо дожидалась нас в аэропорту Йоханнесбурга, и как только рассвело, мы смело рванули вглубь ЮАР, пытаясь отыскать дорогу до границы с Ботсваной. До Претории, впрочем, добрались быстро и без проблем, а далее пришлось поплутать с довольно большими временными потерями, пока, наконец, мы не встали на нужную трассу N1 Претория-Мокопане. Взятый из Москвы навигатор показал нам фигу и многозначительно отключился, поэтому ориентироваться приходилось по картам, солнцу, чутью и указаниям местных жителей.

На таких вот железных конях бороздят саванну любители сафари. Этот транспорт не боится ни бездорожья, ни воды, ни песков. Просто зверь.

Первые впечатления о ЮАР довольно-таки оправдались. Много белокожего населения, все очень цивильно, тепло и сухо. Дороги, конечно, поразили воображение - безупречно ровные, прямые, пустынные – раздолье для мощных двигателей и любителей быстрой езды. Все трассы огорожены от саванны проволочным забором, чтобы живность не выбегала на проезжую часть. Впрочем, наши с «живностью» желания увидеть друг друга в этот день шли вразрез друг другу. Я только отыскала одиноко копошащегося в траве бородавочника и несколько раз видела антилоп. Коровы и козы не в счет.

Зато радовали глаза пейзажи саванны – с подсушенной травой (сейчас здесь осень), зелено-желтыми кронами невысоких и довольно редких деревьев с широкими раскидистыми ветвями, розетками гигантских алоэ и прочими суккулентами, к числу коих принадлежит, кстати, и всем известный баобаб. Это никакое не дерево, а почти кактус… чудны дела твои, Господи… а я бы вот так всю жизнь прожила и думала, что баобаб - дерево.

Причудливые строения термитов то и дело попадались по обеим сторонам дороги.

Поражала пустынность территории – несясь на приличной скорости, мы подолгу никого не видели ни впереди, ни позади себя. Вот сломается у тебя, допустим, автомобиль, и что делать? Впрочем, машины все-таки попадались, поэтому так или иначе спасение рано или поздно бы подошло.

Моя почетная должность штурмана сведена практические к нулю, поэтому я могу смело вертеть головой по сторонам , предаваться мечтам либо дремать, что особенно актуально после совершенно бессонной ночи в самолете. Впрочем, мечтам предаваться не выходит, равно как и дремать – мужа прорвало на разговоры. За день я, наверное, пыталась заснуть раз пятьдесят. И каждый раз видела какой-то сон. Один раз приснились Петька с Василием Ивановичем, а еще был сон про одного из начальников с предыдущей работы. Но каждый раз сны длились считанные секунды, потому как их прерывали очередные высказывания супруга, требующие немедленной реакции в виде ответа с моей стороны. В общем, это не жизнь, а какое-то мучение, решила я, и поэтому пришлось достать соленые тиксы, прихваченные из Москвы, и, грызя их, рассматривать обе стороны дороги. За окном проплывают то ли высокие холмы, то ли низкие горы. Каждый раз разные по форме – то как слоеные пироги – иссеченные ветрами пласты выступают причудливыми очертаниями, громоздясь друг над другом, ну чем не торт «Наполеон»? Красные и коричневые породы камней блестят в лучах солнца, красиво оттеняя живописную зелень, там и сям разбросанную по откосам возвышенности. А есть заросшие короткими и кудрявыми деревьями горбатые горки, совсем как овечки, прилегшие отдохнуть в поле. Или холмы с острыми башенками с высокими шпилями, как средневековые замки, только построенные самим мирозданием. Но особенно впечатлили меня горные холмы в районе Мокопане – лысые, огромные округлые валуны были нагромождены друг на друга, образуя гору из камней. Порой казалось, что валуны почти не держаться на поверхности и вот-вот покатятся на дорогу вниз. Блестя гладкими отполированными поверхностями, камни имеют глубокие округлые впадины, напоминающие пустые глазницы, смотрящие вверх. Такое впечатление, что холмы – это сложенные гигантские пирамиды из черепов великанов, которые окаменели с веками и теперь своими крутыми лбами упираются в самое небо, пугая грозным видом проезжающих мимо людей. Мне жаль, что мы не остановились сфотографировать «пирамиду из черепов», но мы торопимся к Лимпопо, на границу с Ботсваной, чтобы успеть затемно перебраться через нее и найти место для ночлега, что довольно непросто, учитывая дороговизну этой страны и ее малонаселенность.

…Где гуляет Гиппо-по по широкой Лимпопо…

Что бы я ответила, если лет так 35-40 назад мне бы кто-нибудь сказал, что я увижу эту самую Лимпопо? Что для меня тогда было это название? Сказка, мечта, недосягаемая цель или иллюзия, чудо из детства или, может, вера в волшебство? Дальше Лимопопо, насколько я себя помню, мое воображение не забредало, куда же дальше… там и звери разговаривают, и Бармалей, опять же, там где-то ошивался, злодей.

Наверное, если бы я в детстве увидела Лимпопо, то меня бы постигло большое разочарование – обезьян не видать, даже «Гиппо-по» куда-то запропастился, не говоря уж о Бармалее. Довольно живописная, неширокая, с водой изумрудного цвета, извилистая речка с заросшими берегами, ставшая естественной границей между двумя странами – ЮАР и Ботсваной. Как раз мост через нее – самая и есть граница. Остановиться и сделать фото нельзя, что ж… придется полагаться на память. Надеюсь, я запомнила Лимпопо хорошо.

Вот и еще одна мечта из детства исполнилась, с грустью думаю я. Быстро и довольно буднично. Наверное, именно для этого и существуют мечты - чтобы в своем воображении мы могли украсить и облагородить реальность. По берегам наших желаний бредут не только гиппо, но и давно пропавшие динозавры, говорящие животные и сказочные единороги, растут прекрасные деревья и цветы… Обязательно надо мечтать о таких местах…

А иногда я мечтаю о таких магазинчиках с сувенирами - здесь можно купить симпатичные фигурки животных и людей, предметы быта, текстиль и прочие сказочные богатства, выбор большой, и самое сложное - это отыскать нужную тебе вещь.

Куда мечта даже не забредала

Переход границу занял минимум времени и потребовал малую толику формальностей, все общительны, вежливы и дружелюбны. И вот, отмотав 500 километров, мы уже в другой стране Африки – Ботсване. Дороги малость похуже, народу поменьше, и впереди у нас быстро надвигающийся вечер, а за ним – ночь, которую негде провести. Надо признать, что несмотря на край света, Ботсвана на редкость недешевая страна. Пожалуй, самая дорогая из тех, что мне пришлось побывать. Скажем, номер в лодже, причем ничем не примечательном, может обойтись в тысячу евро за ночь, и больше. Однако, нам довольно быстро попался приличный отель «всего» за 200 с небольшим долларов, чему мы обрадовались весьма. Потому как предыдущий абсолютно пятизвездочный отель был забит под завязку и нас там не приняли.

Мясо импалы, поданное на ужин, было вкусным, а местное вино – прекрасным, но глаза слипались от усталости. К тому же у мужа козел оказался все-таки вкуснее, чем моя антилопа, но тут уж ничего не поделаешь. Я уже давно смирилась с обстоятельством, что еда соседа по ужину всегда вкуснее моей… Десерт я ела уже автоматически, и, даже ни разу не подняв глаза к небу, не походив по городку, который нас приютил, мы вяло прочапали мимо садика с маленьким бассейном прямо в номер. В эту ночь ни один сон не потревожил мой покой.

Ботсвана – это вовсе не дыра на окраинах цивилизации, как я думала раньше. Что я представляла пару лет назад, думая об этих краях? Кучки дикарей с ножами, ну в крайнем случае, какие-то партизаны, кочующие по лесам и пугающие миротворцев и «врачей без границ»… сельское хозяйство, пустыня, слоны и полный отстой во всем остальном. Ошибаетесь, граждане, думающие таким образом! Совсем не так. При маленьком населении всего в полтора миллиона человек и с большой территорией примерно с Францию, страна эта вполне современна. Приличные дороги, спокойные и улыбчивые люди, хорошие машины, все знают английский язык, вкусная еда, устойчивая местная валюта (никаких долларов, иди меняй) – при всем при этом еще и неплохой сервис. Конечно, видели мы и бедные деревеньки, почти развалюшки-дома, кривенькие заборы и все такое. Но при этом на дворах стоят машины, народ бодро копошится по своим делам, жизнь идет. Местная денежка – пула. За один доллар дают примерно 6-6,5 ботсванских денег. К примеру, ЮАРовские ранды – дешевле, за доллар дают семь рандов. На территории Ботсваны принимают кредитные карты, довльно часто - ранды, но в основном надо деньги менять на местную валюту.

Вот так выглядят отели в основном - под огромными соломенными крышами толщиной сантиметров в тридцать располагаются все помещения, а крыши защищают от жары и, кстати, от холода.

Сегодня за ужином мы потратили 100 долларов, это с одной бутылкой пива и одним бокалом вина. Не слабо. В супермаркете тоже оставили примерно столько же, купив себе воды, сока, местного бекона, хлеба, молока и всякой мелочи, чтобы жевать по дороге. Я, конечно же, купила три огромных манго примерно по 60 руб за килограмм – боже, как они вкусны, не описать словами. Обязательно прихватили с собой битлонги – сушеное говяжье и куриное мясо. Выглядит подозрительно, но оторваться невозможно. А потом хочется пить, естественно. Невероятно вкусный в Африке бекон – слабо соленый, практически без жира, тонко, почти прозрачно нарезанный, розовый, мягкий, ароматный и сочный. Положите его, не жалея, между двумя кусочками хлеба, и вместе с кофе – это волшебный завтрак/обед/ужин/и пр. И конечно же, молоко… Свежее, со сливочным вкусом, ласковое и прохладное, пьешь и чувствуешь, как в тебя вливается энергия с каждым выпитым глотком. В общем, я всю дорогу что-то ем, как хомяк, копошусь в пакетах, роюсь в коробках, шуршу пленкой, салфетками, оберточной бумагой или фольгой, а потом постоянно пью. А уж потом… не то, что вы подумали, нет…. Все время хочу спать! Всю дорогу борюсь со сном, вечером падаю замертво, не доползя до компьютера всего пару шагов. Но я работаю над собой, стремясь продлить свой активный день хоть пару часиков, чтобы посвятить их записям и наблюдениям. Посмотрим, что победит – желание отдохнуть или тяга к литературному поприщу :)

Глава 2. Макгадикгади – соленый дом для фламинго

На второй день путешествия мы проехали не так много – километров четыреста, достигнув города Ната, где был забронирован замечательный лодж в окрестностях города. Мне сразу понравилось наше место отдыха – под огромной и толстой соломенной крышей расположился живописный холл с ресепшн, магазином сувениров и баром. Наше шале оказалось уютным, в нем приятно пахло нагретым сухим деревом, а на небольшой террасе можно было сидеть и любоваться хвостом большой неизвестной птицы, которая нахально расселась на нашей крыше.

Местная живность не боится людей, пока мы сновали туда-сюда, перетаскивая пожитки, на крыльце сидела маленькая симпатичная птичка и посмеивалась над нами.

На ужин я заказала бычьи хвосты, которые оказались отменными. Все спальные места в этих краях на ночь закрываются противомоскитными сетками, и мы с мужем, как две огромные рыбки в отдельных аквариумах (я – худая рыбка, а он – толстая), погрузились в темноту и сон сразу после ужина, несмотря на мое честное намерение посидеть над записями перед сном. Ночью кто-то под дощатым полом сильно рылся и хрюкал, я думаю, что это был бородавочник.. хотя, может и просто местная жаба вышла погулять или какой-нибудь сурикат строил себе дом неподалеку, а мне казалось, что он устраивает подкоп под наш дом. Под утро было довольно холодно, и я порадовалась, что прихватила на кровать толстый плед, найденный в шкафу.

Ужасно не хотелось вставать в темноте, но сегодня у нас первая вылазка «на природу». Мы в сопровождении проводника едем на огромное соленое озеро Макгадикгади.

6

Первая живность, которая нам попалась, - вот эта птица. В Африке ее называют "летающий банан". Настоящей ее фамилии не знаю, признаюсь честно.

Мне холодно, сафарный джип открыт всем ветрам, не спасает никакая одежда. Солнце, вставай скорее, я сейчас превращусь в ледяную статую! Но до восхода пока далеко, а озеро – вот оно уже, совсем близко. По пути проводник показывает нам следы диких животных, разные травы и растения, птиц, листает страницы справочника и показывает картинки с названиями зверей и насекомых, и прочих змей. Озеро, конечно, поражает воображение. Представьте себе водный горизонт, сколько можете видеть. И вдоль горизонта, как прослойка между небом и водой, тянется толстая розовая полоска – это фламинго. Тысячи, десятки тысяч птиц. Очень красиво, просто и буднично.

Они бродят по воде, копошатся, дерутся, шумят, когда надо поругаться друг с другом. Я стою на берегу и смотрю не в сторону воды (никак вода меня не заинтересует, не моя это стихия), а в сторону саванны. Узнавая теперь некоторые следы животных и птиц, глядя на все эти просторы, я чувствую себя следопытом-траппером, похожим на Алана Квотермейна… меня волнуют эти сухие травы, широкие кроны колючих акаций, проплешины солончаков, одинокие фигуры антилоп и буйволов, запахи нагретой и потрескавшейся земли, крики птиц.

Я не хочу отсюда уезжать, зачем мне этот снег? Почему я должна быть там, а не здесь… почему так сложилось, и откуда у меня эта давняя, сильная и необъяснимая любовь к Африке? Вот говорят же «увидеть Париж и умереть»… ну, я понимаю … а, например, «увидеть бегемота и умереть» - как вам? Странно, да?

… Мы несемся на приличной скорости обратно в лагерь, подпрыгивая на кочках и ямах, то и дело слыша крики проводника – «берегись, ветки!» Или «осторожно, яма!» А потом невинный вопрос через плечо : «вы еще в машине?» или короче: «живы?» Я уворачиваюсь от колючих акаций, «отъезжая» в центр джипа, цепляюсь за металлические рамы переднего сиденья, клацаю зубами на кочках, но самое главное – наконец стало тепло, можно перестать трястись и получать удовольствие от поездки. Кто бы мог подумать, что в Африке я могу так мерзнуть?

На все четыре стороны

Мы упорно движемся вперед к цели нашего путешествия – водопаду Виктория. Эту ночь мы проводим в городе Касане, уникальность которого не только в том, что он ближе всех населенных пунктов в Ботсване находится к водопаду, но и в том, что из него одинакового близко до трех стран – Зимбабве, Замбии и Намибии. От Наты до Касане всего около трехсот километров, и нам надо приехать в Касане пораньше, чтобы успеть прогуляться по реке Чобе, берега которой изобилуют местной живностью. Но сперва надо доехать. А для этого надо смотреть в оба – то и дело дорогу пересекают слоны, обезьяны, не говоря уж о простых коровах и овцах. Слонов тут полно, о чем предупреждает необычный для нас дорожный знак.

По краям дороги то и дело возвышаются огромные, фаллической формы муравейники. Едешь по дороге, вдруг видишь, человек на обочине стоит. Подъезжаешь чуть ближе, неа, не человек… это, простите, член кто-то слепил и поставил… со всеми подробностями. Начинаешь чувствовать себя неловко, а потом понимаешь – да это муравьи постарались. Едешь вдоль дороги, утыканной «памятниками» со всех сторон, куда ни глянь… прямо хулиганство какое-то. Бывает, что и по два-три в ряд, прямо как на парад выстроились.

Кстати, обочин на дорогах тут практически нет. Остановить машину можно только в специальных местах для отдыха, которые предупреждаются за 1 км специальным знаком с деревцем и скамеечкой. Один раз нам пришлось просто встать на полосе, чтобы пропустить слонов, и заодно сфотографировать их.

Дорога настолько пустынна, что прям жуть берет. И при этом на ней полно дурацких знаков. Например, ограничение скорости 30 км в час. На совершенно пустой дороге. Или знак «Обгон запрещен» - в пустыне, на ровной трассе. А совсем хорошо – «Стоп». Муж взял и остановился. Я спрашиваю – зачем? Ведь нет никого, ни впереди, ни сзади… А он говорит – «а вдруг за кактусом полиция прячется?!» Нет, видать из нашего человека страх перед ГАИ ничем не выбить. Как же, поедет ботсванский гаишник в пустыню лежать под кактусом в засаде и ждать, когда Вася поедет. Но спорить бесполезно. Дочапали мы до Касане. И, как водится, начали плутать. Но Господь помогает тем, кто в пути. Каким-то необыкновенным образом мы почему-то выбрали правильную дорогу, и нашли свой отель. Честно говоря, ожидали мы увидеть довольно скромное строение в современном стиле, и смутились открывшемуся виду. Большой, в африканском стиле, с полями для гольфа, бассейном и с высоченной соломенной крышей, отель уютно расположился на берегу Чоби. Во внутреннем дворе отеля растет огромный баобаб, а само строение сооружено таким образом, что кажется, будто комнаты расположены вокруг дерева на его ветвях. Извилистые деревянные лесенки между этажами только усиливают это впечатление. Вечером под баобабом кипит жизнь - играют музыканты, обедают гости, я даже я сижу с ноутом и пишу эти строчки.

У нас чудесный номер на первом этаже, с настоящей деревянной мебелью -темной и тяжелой, с маленькой террасой и видом на Чоби, откуда, когда стемнело, начали изо всех сил стрекотать насекомые и кричать ночные птицы и прочее зверье. Номер нам достался на троих, как водится. На террасе живет ящерица, впрочем, она не претендует на комнаты, а мы не пытаемся лазить по ее стене со светильником, так что стороны пришли к взаимному соглашению о суверенности границ. Завтра при свете дня я постараюсь жильца сфотографировать и предъявить миру. Если его никто не съест до этого момента.

Глава 3. Двое в лодке, не считая еще человек пятнадцати…

Ура, мы успели на прогулку по реке. Прибыв за 25 минут до отправления лодки, мы в спешном порядке побросали свои вещи в номер, превратив его в свалку за 5 минут, переоделись, съели по бутерброду, а некоторые даже успели хватить на радостях коньяку, и бросились к пристани, как раз успев на отходящую моторную лодку. Запрыгнув на борт последними, мы странным образом заняли выгодное стратегическое положение рядом с холодильником с напитками. Поэтому вечер вполне удался. Причем настолько, что муж к его концу начал разговаривать с соседом по-японски.

Сначала все сидели, свесив ноги с борта лодки, и вертели головами по сторонам – где живность? И вот она появляется. Это слоны, в первую очередь. Много слонов, толпы, просто демонстрация, все жадно фотографируют.

Вот слон принимает грязевые ванны на берегу реки.

Поскольку мы в заповеднике, то постепенно переходим на шепот. На берег высыпают антилопы, вперемежку с бабуинами,

они полоскаются в воде в десяти метрах от нас… «почему я не могу баночку выпить, если не за рулем?! Я же в отпуске!» возмущается голос справа…. «С левого борта крокодил! – командует проводник. И все как один вмиг убирают ноги внутрь лодки.

И опять всюду слоны и слонята. Маленький слоник, смешно расставив ножки, с серьезным видом набирает в хобот воду, а потом засовывает тонкий, как веревочка, хоботок в рот и пьет. Это выглядит трогательно и смешно.

Поскольку слонов тут полно, то повсюду видны плоды их активной деятельности - поваленные и искореженные деревья.

За очередным поворотом реки два самца импалы выясняют отношения:

«Это антилопа Куду, а там орлы!» - мы вертим головами. «Смотрите, большой варан на берегу, а там старый буйвол пришел на водопой!» ... буйвол так близко, что я слышу как он шумно дышит, втягивая ноздрями воздух

Проводник видит проплывающего рядом гиппо и командует «максимальная тишина!»… и в этот ответственный момент я слышу как мой муж роется в ящике с напитками и в испуге замирает, застигнутый врасплох предательской тишиной… «А я воду ищу», некстати произносит он, и нет сомнений, что на самом деле муж ищет.

Огромные ящерицы, гиппо, то и дело уходящий под воду, дерущиеся антилопы, блестящие туши быков – все с удовольствием позируют перед фотокамерами. Перед самым поворотом назад на берег высыпало многочисленное, особей сто, семейство бабуинов. Обезьяны отправлялись на ночной отдых.

Собираемся потихоньку и мы. Наша лодка поворачивает, и мы быстро идем по полноводной Чоби между Ботсваной и Намибией, с удовольствием рассматривая оба берега. С нашей лодкой соревнуются в скорости припозднившиеся стайки птиц и тучи сумасшедших стрекоз, по бешеным траекториям носящиеся вокруг нас. Стремительно садится солнце.

Красота необыкновенная. «А я...это ... пиво не хочу…» - сообщает мне голос сбоку. Совершенно ясно по довольному тону, которым это было произнесено, почему. Удивительно, как мало надо человеку для счастья :)

Река красива и спокойна. Чоби впадает в Замбези, которая потом и образует водопад. Завтра мы едем его смотреть, и теперь я, как ребенок, волнуюсь, как бы река вся не «утекла» за ночь. А вдруг водопад прекратится? Ну ведь 5 миллионов лет уже течет.. И я не успею его посмотреть. Вот буду всю ночь спать и думать об этом. У меня уже было много лет назад подобное чувство страха, когда я боялась, что за ночь развалятся египетские пирамиды.

Так что завтра - Зимбабве, водопад Виктория и новые путешествия... при первой возможности подключиться к интернету я обязательно выйду на связь, всем привет!

Глава 4. Водопад Виктория, Гремящий дым или "Моси оа Тунья"

Этот день был настолько богат впечатлениями, что я думала, он никогда не закончится. Мы мчимся по дороге к Зимбабве, чтобы перейти границу и увидеть водопад Виктория - одно из 7 природных чудес света. В Зимбабве мы проведем всего сутки, но при этом планируем буквально забежать в Замбию, чтобы хоть как-то отметиться в этой стране и посмотреть на водопад с противоположной стороны. Переход границы занял пять минут, зато нам вклеили симпатичную Зимбабвийскую визу в паспорта и поставили внушительный штепсель. Еще на подъезде к водопаду мы увидели огромные клубы водяного пара на совершенно чистом небе. Шума я никакого ужасного не слышала, хотя ждала чего-то похожего на рев самолетных двигателей. Мы въезжаем в небольшой городок и в срочном порядке рулим к вертолетной площадке. Нас уже ждет арендованный вертолет, но предварительно взвешиваемся. …смотрю на свои весы – никаких неожиданностей, заглядываю к мужу и вспоминаю мультик про Винни Пуха … «это просто кто-то очень много ест». Но в вертолет нас пускают, тем не менее. Уже в кабине я вспоминаю, что забыла таблетки от укачивания, а у нас заказан длинный полет…

Вертолет мгновенно прыгает в воздух, и мы как-то быстро набираем высоту. Я нисколько не жалею, что мы решились на полет. С земли нельзя увидеть водопад целиком – его длина более километра. Это вдохновляющее и грандиозное зрелище. Мы зависли над самым гребнем водопада и мне страшно смотреть вниз, на бушующую воду и каньон, куда она стремительно падает. Не зря туземцы называли это место "Гремящий дым", на их языке это звучало как "Моси оа Тунья".

Этот водопад образовался 5 миллионов лет назад, и нам сильно повезло, что в месте разлома земной коры оказалась базальтовая плита. Это настолько крепкий материал, что за столько времени Замбези не источила стену и не промыла дно под водопадом.

Вот мы зависли над самым гребнем водопада. Страшно смотреть вниз.

Здесь всегда можно увидеть радугу, и даже лунную, просто чудеса какие-то. Мы щелкаем кадры один за одним, любуясь открывающимися видами. Поразительно, но на самом краю одной из расщелин расположились малюсенькие строения – там живут люди, я бы ни за что не согласилась жить на краю пропасти, какой бы базальтовой она не была. Неуютно.

Вертолет уносит нас совсем далеко от водопада, в буш. Мы видим удивленных жирафов, задравших головы вверх, а потом они драпали в высокие деревья, пытаясь спрятаться, но их шеи все равно торчали над верхушками деревьев.

Увидели слонов, чинно идущих по своим делам.

Посмотрели на лес, саванну и холмы, покрытые редкими зарослями. В некоторых местах на холмах отсутствует даже трава, и тогда можно увидеть, какого она необычайного красного цвета – от обилия в ней меди.

Потом меня начало мутить, так как мы активно нарезали круги над землей, рассматривая животных. Я уже считала минуты до посадки и потеряла интерес к полету. Слава богу, мы на земле. Это был мой первый полет на вертолете. Совсем нестрашно, увлекательно, только крутиться надо было меньше.

Теперь едем размещаться в гостиницу, а потом – водопад. Мы остановились в самой старой гостинице на водопаде –отеле «Водопад Виктория». Совершенно необыкновенное место. Отелю 108 лет, обслуживающий персонал носит униформу в стиле сафари и даже пробковые шлемы. Выглядит все это очень колоритно и увлекательно. Бросив вещи, мы уезжаем смотреть водопад. Самый красивый вид открывается на водопад со стороны Зимбабве.

Этот факт мы выяснили еще в Москве, планируя свой маршрут. Поскольку падающая вода образует постоянный дождь на противоположной стороне водопада, т.е. со стороны Зимбабве, то там выросли джунгли.

Перед входом в парк нам выдают напрокат плащи, и мы у цели нашего путешествия. Я стою на одной из многочисленных площадок напротив водопада и с ужасом и восхищением наблюдаю падающую воду. Меня окатывает миллион брызг, я мокрая с ног до головы, несмотря на мой резиновый плащ. Я совсем близко к обрыву, но мне нестрашно. Наверное потому, что я не вижу дна, а только часть стены с водой напротив себя. Люди вокруг меня похожи на привидения – в черных блестящих плащах, из-под длинных пол торчат голые ноги, бледные лица почти не видны под глубокими черными капюшонами. Маленькими кучками по 3-4 человека на площадке неподвижные фигуры стоят и смотрят на падающую воду. Над ними светит яркое солнце, но при этом постоянно идет дождь, рев воды смешивается с голосами, воздух пропитан туманными клубами, зелень блестит от влаги – вот такая картина запечатлелась в моей памяти.

Мы прошли весь водопад со стороны Зимбабве, в некоторых местах довольно таки сухо, а в большинстве – постоянный дождь. Пожалуй, это был самый приятный дождь в моей жизни. Я точно знала, где и когда он закончится. Две мелкие монетки, купленные на рынке за 1 доллар (мы свои монеты забыли в гостинице) заканчивают свою жизнь на дне базальтового каньона, прервав свое блуждание по рукам и карманам местных жителей. Пролежат ли они там еще 5 миллионов лет, или эти монетки вынесет река куда-нибудь на берега индийского океана, либо они будут съедены ржавчиной, истлеют и превратятся в прах – я не знаю, что с ними будет. Хочется верить, что река будет их хранить, как и я буду хранить память об этих местах. Теперь наша цель – мост. Это замечательный объект, достойный отдельного описания. Этот мост – граница между Зимбабве и Замбией. Теоретически, надо проходить паспортный контроль, чтобы попасть в Замбию. Но на самом деле нам выдают один на четырех человек квиточек с единственной цифрой «4» на нем и плетемся через мост в Замбию.

Я даже боюсь смотреть вниз. Мост был построен больше ста лет назад, и в моем понимании он с каждым днем становится..гм… все старее и старее. А тут еще по нему поехал автопоезд. Высота моста – 125 метров. Вниз даже страшно смотреть. А посередине моста стоит будка для тех, кто хочет с него прыгать. И такие смельчаки находятся. Я не стала пялиться на очередного сумасшедшего и быстрыми скачками пересекла мост и влетела на смотровую площадку уже на территории Замбии. Вид открывается замечательный. Не такой величественный, как с противоположной стороны, но все равно отличный.

Сядьте на высокий табурет у края веранды, возьмите себе воды или пива, какую-нибудь мелкую снедь на закуску и сидите любуйтесь на природные красоты – часа на два удовольствие вам гарантированно. Если только верткие обезьянки не украдут ваш обед, что случилось с нашими соседями по столу. Мы даже глазом не успели моргнуть, как одна хулиганка стащила гамбургер.

Пора возвращаться в Зимбабве. По дороге я нахожу в себе силы посмотреть вниз. Ужасное зрелище. Такое чувство, что я сейчас перегнусь против своей воли через перила и упаду вниз. Вцепляюсь в перила и передвигаю ватными ногами вдоль пешеходной дорожки. Зато здесь самая яркая радуга, она настолько плотная, что кажется ненастоящей.

Уставшие, но страшно довольные, мы возвращаемся в Виктория Фоллз Отель. У нас запланирован обед из крокодила. Точнее – из его хвоста. Похвалив наш выбор (к крокодилу мы выбрали еще салат Цезарь со страусом, звучит странно, я согласна) официантка удалилась за напитками, а мы продолжали любоваться на водопад и ажурный мост через каньон.

Наконец, еда. Крокодилье мясо – белого цвета. Очень приятное, рыбой не пахнет. Чем-то напоминает курицу, пожалуй, вкуснее. Пожалуй, это пока самое вкусное, что я ела за эту поездку. Оформлены все блюда очень красиво. Огромные порции вызывают сомнение в способности их одолеть до конца. Но я справилась, и это редкий случай, когда я оставляю после себя совершенно пустую тарелку.

Стремительно летит день, мы гуляем по парку, потом по внутреннему садику с большими розовыми кувшинками. На одной из них я увидела маленькую лягушку.

Наш долгий и полный событий день прошел.

Падает вечер, мы разрабатываем маршрут на следующий день. Впереди – национальный парк Чобе, ночевка в лесу, а потом переезд в Маун, в дельту Окаванго.

Глава 5. Сафари в Чобе. Седуду-Серондела

Сегодня мы отправляемся в национальный парк Чобе, где живет самое большое стадо слонов в мире – сто тысяч особей. Не представляю, где можно разместиться и прокормиться таким количеством, это же не мыши все-таки. Пока в ожидании проводника мы сидим в симпатичном маленьком садике с круглым бассейном около офиса туркомпании, которую мы нашли еще в Москве. Удивительная штука – Интернет. Мы договорились, что проводники приедут забрать нас в 9 утра в отеле, куда мы должны будем добраться на своем автомобиле через 2 страны, предварительно перелетев перед этим полмира. И ровно в девять в лобби отеля приходит парень в форме песочного цвета, спрашивает нас и везет к себе в офис, и все происходит как-то просто и буднично, как будто мы пришли с соседней улицы.

Территория дворика огорожена забором, вдоль которого растут банановые деревья, авокадо, гортензии и какие-то еще кустарники, под ногами на брусчатом полу вертятся две симпатичные колченогие собачки с короткими хвостами, я пью чай, откуда-то льется легкая музыка. Появляется соблазн купить себе здесь домик и остаться навсегда. И пусть в мою калитку каждое утро заглядывает смешной бородавочник, совсем как сейчас, и бугенвиллея будет цвести круглый год, склоняясь над окнами гостиной с огромными окнами, и шум Чобе по вечерам будет навевать романтические мечты. Здесь отличный климат, спокойная жизнь, я понимаю европейцев, уезжающих из шумных городов, чтобы провести здесь старость. Я буду сидеть и вязать носки внукам, играть в шахматы и писать любовные романы. Впрочем, с последними меня вряд ли ждет успех, но попробовать-то можно…

Через несколько минут мы стартуем. Сначала идем на лодке по воде, потом где-то будет пересадка на сафарные машины, и едем в парк. Ночуем мы в самом парке. Заряжать ноут в течение суток будет негде, так что все записи потом буду делать по памяти, и вообще неизвестно когда – у нас впереди еще одно авантюрное путешествие.

Стоит только отойти от машины на несколько метров, как появляются новые "пассажиры".

Прогулка по реке немного освежила нас и в машины мы уже садились бодрыми и готовыми на новые приключения. Открытый всем ветрам автомобиль вмещает 10 человек, не считая водителя. Въезд в парк мы оформили через Седуду гейт, все документы сделал проводник с удивительным именем Оушен, т.е. буквально - Океан. Наш гид влюблен в свою страну и природу, он может часами разговаривать на любые темы, будь то звери, птицы, живая и неживая природа, звезды, ветра, история и вообще все, что касается Африки. На нас выливается такой поток информации, что я уже перегружена фактами и знаниями и не успеваю усваивать услышанное.

Вот слон принимает грязевые ванны. Слон явно получает удовольствие от этой процедуры.

Теперь я верю, что тут живет 100 тысяч слонов. Они на каждом повороте – большие и маленькие, отдельные особи или целые стада, идущие, жующие, стоящие и даже плавающие и почти подводные – везде слоны.

Всюду видны их бурной деятельности – протоптанные к водопою тропки и поломанные и объеденные деревья. Слон за сутки должен выпить 160 литров воды и съесть 300 килограмм еды. Неслабый рацион.

Это кусочек парка Чобе в районе Седуду гейт.

Повезло нам со львами – видели их много раз, один раз попали прямо на обед к семейной паре. Лев был довольно сильно поранен, а львица ничего себе – жевала антилопу так, что только косточки хрустели.

Посмотрите, задняя нога льва потемнела и распухла. Отчетливо видны свежие раны.

Раз уж речь зашла о львах, то выкладываю несколько симпатичных фотографий одной сговорчивой дамы:

Вот львица заинтересовалась нами и идет к машине. Немного страшно.

А ее соседка тем временем завалилась поспать, хорошо видно, что у львицы - пятнистое пузо:

Надоело позировать - начинаем делать глупые морды:

... и смешные:

Все! Надоели туристы, пошли прочь!

Дороги в парке только песчаные, даже думать не стоит проехать тут хоть сто метров на обычном автомобиле – завязнете по горло. К тому же часть дорог проходит вдоль воды, и половина машины катится по дну реки, тогда как вторая половина пытается прокрутить мокрый берег. Я как раз сижу со стороны воды и с ужасом думаю, что будет, если из воды появится крокодил.

И тут появляется он, правда, маленький – всего метр длиной, месяцев 11-12 от роду. Это почти младенец , если принять во внимание, что крокодилы живут по сто с лишним лет. Я мечтаю, чтобы мы быстрее отъехали от берега в сторону саванны, но не тут-то было. Мы останавливаемся смотреть на буйволов, мимо которых ползет огромная ящерица.

Но я ее не боюсь, мне после крокодила – море по колено.

И вдруг видим молодого слона, который влез купаться и буквально по самую макушку погрузился в воду. Родственники тянут его на берег, а он упирается и не хочет выходить. Смешная сцена с выяснением отношений заставляет меня отвлечься от мыслей о крокодиле.

Удалось нанести визит и бегемотам:

Наконец-то отъезжаем внутрь суши. Вокруг полно антилоп импала. В Африке ее называют «фаст фуд саванны». Все так и норовят ее поймать и пообедать. Ловят и едят.

Вот такой нам попался "тяни-толкай", одно тело антилопы, две головы, чудеса.

Незаметно летит неумолимое время, я не успеваю заметить, как день клонится к вечеру. Мы буквально несемся к лагерю, т.к. в темное время передвижение по парку запрещено.

Наш лагерь находится в том участке парка, который носит название Серондела. На очередном повороте буквально сталкиваемся со слонихой, поверни мы на пару секунд позже – столкновения бы не избежать. Опять с моей стороны, кстати. Слониха оседает на задние ноги и чуть пятится назад, пропуская нашу машину. Мы облегченно вздыхаем… а уж как я рада.. представляете себе.

В воздухе к вечеру появляется армада стрекоз. Их тут не просто тысячи, я думаю, что их тут миллионы. Стрекозы большие и шумные. И я их боюсь. Натягиваю на голову капюшон – машина у нас открытая, стрекозы на ходу влетают внутрь и путаются в волосах, которые у меня от ужаса итак стоят дыбом. Потом понимаю, что несмотря на то, что уже темнеет, солнечные очки снимать не стоит – если стрекоза или жук попадут на ходу в глаза – мало не покажется. В общем, продвигаюсь к месту ночевки в условиях, близких к экстремальным.

В лагерь въезжаем уже затемно. Он представляет собой поляну в лесу с костром посередине, вокруг стоят палатки, штук 8-10, расставлены вокруг костра стулья и есть стол для еды. Ужин уже готов, я набираю себе в тарелку рис и цыпленка карри – необыкновенно вкусно, остро и пряно – как я люблю. Кружка горячего кофе приятно согревает желудок. Вокруг лагеря расставлены фонари – чтобы никто не потерялся в темноте, ну и чтобы местные жители, т.е. звери, не перепутали нас со своим ужином, отправляясь на охоту.

После ужина мы все сидим и таращимся на ночное небо. Я, например, научилась определять по созвездию Южный Крест как найти юг. Не думаю, что эти знания мне пригодятся, но было интересно.

Глава 6. Очередная страшная история со счастливым исходом

Пора идти спать, муж моментально начинает сопеть, а я подвешиваю фонарик на кольцо в палатке, залезаю под одеяло и включаю свой ноут. В лагере очень тихо – все разошлись по «пещерам» и я только слышу, как соседи возятся рядом, устраиваясь на ночь. Наша палатка – предпоследняя в ряду. Муж сначала выбрал самую крайнюю с лесом, но я настояла, чтобы мы перебрались в предпоследнюю – перспектива спать рядом с бушем мне показалась рискованной. Я тихонько стучу по клавишам, вспоминая события дня и предыдущие поездки, и слушаю ночную жизнь леса. Больше всего, пожалуй, мне нравятся звуки, которые издают гиппо – низкие рокочущие «Хо-хо-хо-хо-хо» напоминают мне время, проведенное в Масаи-Мара полтора года назад. Мне безумно хочется спать, к тому же вставать надо в 5 утра, чтобы застать ночных животных активными. В общем, сил больше нет, и я отправляюсь на боковую.

Не знаю, сколько я спала, по мне так минут 20-30, но возможно, и пару часов. Проснулась я мгновенно – кто-то быстро и легко прыгнул на палатку. Сказать, чтобы я сильно испугалась – неправда. Но сон как рукой сняло. Стало как-то неуютно. Лежу и думаю – доживу ли до утра или меня съедят. В голову почему-то опять пришли все ранее просмотренные фильмы про инопланетян. И вдруг слышу – кто-то скребется на входе в палатку. Сердце остановилось. Одновременно с сопением мужа. «Хрум-хрум-хрум»… тишина, потом все снова.

- Ты слышишь? – загробным шепотом спрашиваю я у мужа. Я сильно надеюсь услышать отрицательный ответ. - Слышу, - таким же могильным тоном отвечает он. – Кто-то копается в углу палатки.

Я слышу, как у мужа на голове шевелятся волосы от страха. Про свои я вообще не говорю – они уже скончались. - Подожми ноги на всякий случай, - упавшим голосом советует мне супруг. – На всякий случай, - еще раз повторяет он. Звучит очень ободряюще, и главное, вовремя. Я уже минут пять как не человек, а колобок – у меня непонятно уже, где какие конечности заплелись. – И не выходи пока из палатки. Хороший совет, правильный. Только бесполезный. Да сейчас во всем мире не найдется такой причины, которая бы меня из палатки заставила выйти, думаю я. Копание, между тем, в углу продолжается. Потом опять кто-то прыгнул на стенку палатки. А у того, кто копал, заучало в животе. Мне стало совсем грустно.

Я лежу и думаю – что хуже, знать, кто там копается, или не знать? Вот непонятно, это хорошо или плохо, что я его не вижу? Может, это всего лишь мышь или вообще, большой жук. Только зачем он палатку так громко скребет? «Хрум-хрум»… В моих мыслях неведомый посетитель постепенно увеличивался в размерах от хомячка до годзиллы, дальше я решила не фантазировать – уж больно страшно итак получалось.

Муж шипит : «Давай свет включим, оно испугается и убежит». А я ему «А ты уверен, что оно испугается?» Долгая пауза. Потом муж прошелестел еле слышно «Нет…. а с чьей стороны оно... роет?» Мне показалось, или в его голосе звучала надежда?

- С твоей, - с облегчением и некоторой долей злорадства сообщаю я. Муж обиженно и немного возмущенно засопел. Остаток ночи мы провели как два неприкаянных привидения, периодически вздыхая и еле шевелясь, полуживые от страха.

Что бы то ни было, но к утру оно стало рыться уже с моей стороны палатки, я уже настолько нервничала, что тихий голос проводника «Просыпайтесь!» в 5 часов утра показался мне райской музыкой, и я, как черт из табакерки, вылетела из платки ему навстречу, пронеслась к костру и там приросла к стулу.

За завтраком проводник сообщил, что лагерь посещала гиена, что она прошлась всюду в поисках еды, но еды никакой не нашла, и убралась восвояси еще за несколько часов до подъема. Значит, у нас рылся кто-то другой, ведь его деятельность продолжалась до самого утра. Перед отъездом из лагеря мы нашли в себе силы пойти посмотреть следы вокруг палатки. Нашли какие-то оскорбительно микроскопические отпечатки, не знаю, какого надо быть размера, чтобы их оставить. И уж точно надо быть хорошим следопытом, чтобы их обнаружить. Тут же вспомнилось, какие звуки издает мой Альфред, когда копается в своем туалете, и если его не видеть, то можно подумать, что это не кот, а лев. Мне значительно полегчало. Потом я ехала и думала, а почему это умное сравнение не пришло мне в голову ночью? Впрочем, мы все равно храбро пережили ночное испытание, несмотря на то, что нам было очень страшно.

По дороге мы еще видели грифов, я впервые оказалась рядом с ними.На вид - безобидные птички, мирно сидящие на ветках. Ни за что не скажешь, что это - хищники.

Наше путешествие по саванне закончилось, впереди - переезд в Маун, в дельту реки Окаванго.

Пока все идет по плану, что даже немного удивляет - никаких накладок и стрессов. "Годзилла" не в счет :)

Глава 7. Дороги, которые текут

Дельта реки Окаванго

Впереди сплошные загадки. Мы собираемся в дельту реки Окаванго. По сведениям, полученным от Интернета, дельта Окаванго - это место самой высокой концентрации животных на Земле. Раньше, примерно 10 тысяч лет назад, река Окаванго впадала в озеро Макгадикгади, про которое я писала ранее. Но озеро, к несчастью, высохло, и реке стало некуда вливаться. Таким образом, образовалась широкая дельта, и вода из реки впитывается песчаным дном на глубину до 150 метров.

Мы хотим провести в дельте две ночи, но пока непонятно, как мы туда доберемся и где остановимся. Это немного будоражит нервы и заставляет испытывать некоторую неуверенность. Навигатор здесь не работает, Гугл сообщает, что в его приложениях карт этой местности нет. В общем, приключение. Мой следующий выход в интернет, скорее всего, состоится уже на территории дельты, куда мы надеемся добраться и найти лодж, с которым списывались еще в Москве. Хочется верить, что место там для нас найдут. Бронировать домик заранее мы не стали, так невозможно было предугадать точные даты остановки. Пока все идет точно по плану, но кто же мог гарантировать, что у нас все так гладко получится. Хорошая асфальтированная дорога привела нас в задрипанный городок Маун, проехав который, мы наткнулись на Окаванго Ривер Лодж. Совсем недорогой и не помпезный лагерь, предлагающий размещение для туристов, приехавших на авто. В наше распоряжение поступил небольшой номер, правда симпатичный, с удобной кроватью. Самое большое богатство отеля - это его бар с пляжем и местная тусовка, отчаянно влюбленная в это место.

Мы сразу попали на «карри вечеринку», все столики на берегу были забронированы, но нам, как гостям отеля, выделили один. И вот я сижу на деревянной лавке, пью красное вино, ем отчаянно острый карри из курицы. У меня перехватывает дыхание, текут слезы, я запиваю съеденное водой, немного жду, когда утихнет жжение, и опять принимаюсь за курицу. Я считаю, это испытание. И его надо пройти. Между длинными промежутками отдыха от курицы я наблюдаю, как съезжаются местные жители. В основном, белые. Легко и без претензий одетые – в шорты, футболки, легкие свитера. На ногах сандалии и кроссовки. Они шумно встречают друг друга, обнимаются, живо обмениваются новостями. У всех загорелые и веселые лица. Как правило, это небогатые люди, имеющие свой небольшой бизнес в Мауне – магазинчик, студию или бюро. Белая тусовка – небольшая, все друг друга знают. Очень много детей. Все от души веселятся – звучит живая музыка, пьют пиво, совсем немного, и очень мало едят. Носятся собаки, дети, все шумит и сверкает. Над всем этим стоит черное и теплое небо, горят свечи в бумажных пакетах, тихо шелестит река. Я сижу и думаю, вот повезло же людям – не надо рыть сугробы, одеваться в шубы, торчать часами в пробках, толкаться в очередях. Даже комары, которых здесь полно, кажутся мне меньшим злом, чем ежедневный въезд в Москву в 8 утра с Киевского шоссе.

До конца вечеринки мы, конечно, не досидели, устали и ушли спать, т.к. всю предыдущую ночь мы противостояли «годзилле» и не сомкнули глаз.

Ранним утром с берега нашего отеля нас забирают на прогулку по дельте. Сначала мы несемся по длинным протокам на скоростном катере – это мой первый опыт подобного передвижения по реке. Я понимаю, что мне это очень нравится. Пожалуй, я нашла точку примирения водой и с механизмами для передвижения. Ненавижу автомобили, и терпеть не могу ими управлять. Не люблю воду и боюсь ее. Но управлять катером на неглубокой воде (глубина дельты редко превышает метр, а чаще всего – не глубже 50 см) – это то самое, что нужно именно мне. Ветер бьет в лицо, дыхание перехватывает от скорости, капитан закладывает крутые виражи, сыпется туча брызг, катер подпрыгивает на воде, обрывки слов слетают с губ и уносятся к заросшим берегам, светит жаркое солнце, но мне свежо и прохладно. Ни с чем несравнимый восторг - вот что я почувствовала во время поездки.

Да и позже, когда мы пересели в узкие длинные лодки «мокоро», и наши проводники, отталкиваясь длинными шестами от дна, тихо повели их в заросли и сады, полные разноцветных водяных лилий, я испытала умиротворение и ощутила глубокую связь с этим местом.

Здесь очень тихо, так как моторные лодки не могут пройти по мелководью дельты. Дно песчаное и чрезвычайно чистая вода. Ее можно пить, что проводники и пара смелых девчонок из соседней лодки и сделали. Совсем нет запаха тины или рыбы. Вода проточная, поэтому она не цветет.

Всюду растут тысячи, сотни тысяч водяных лилий, дно заросло травой, она торчит на поверхности и то и дело приходится уклоняться от ее острых листьев, ведь мы сидим глубоко в воде, и трава постоянно норовит хлестнуть по лицу. Я опускаю руку в воду – она теплая, я вижу дно, покрытое мелкой рябью, меня пригревает солнце, и я потихоньку дремлю. Пожалуй, это лучшее время за отпуск. Я так рада, что нашла для себя «правильную» воду. Об этом еще стоит подумать на досуге, переварить открытие и сделать какие-то выводы. Почему не море? Не океан, не обычная река, скажем, или на худой конец, не озеро? Почему, скажем прямо, практически болото – моя «правильная» вода? Я что – Шрек?

Управлять такой лодкой несложно, но нужны большая физическая сила, чтобы толкать ее вперед.

Наша лодка идет первой из трех, мы выходим на открытую воду из зарослей и останавливаемся. На противоположном краю открытого пространства воды я вижу бегемотов. Очень близко. Мне так не надо. «Мама!», - охаю я и оборачиваюсь к проводнику. Он улыбается. И тут высовывается еще один бегемот, совсем близко, по моим меркам, к нам. Я почти визжу от ужаса и начинаю паниковать – бегемоты очень опасны. Одно дело увидеть их с берега или с большой моторной лодки, и другое – с такого хлипкого «мокоро», да он даже не заметит, как раздавит нас своей тушей. Мы задвигаемся в заросли, но напряжение отпускает меня только тогда, когда мы коснулись лодкой берега. Это остров, коих в дельте тысячи. В воздухе звенит жара, я хочу взять в прогулку свою синюю шаль, но проводник качает головой – нельзя, она очень яркая. Так, обойдемся без шали, нам проблемы не нужны. И опять я первая. Для тех, кто еще не понял – мы идем на встречу со слонами. Мне не нравится быть первой, я не столько иду, сколько топчусь на месте и мешаю продвижению нашего маленького отряда. Один шаг вперед и два назад – вот мой план. Ф-фу. Наконец, мы останавливаемся. «Стойте и смотрите. При первой же опасности – быстро к лодке», - слышим команду гида. Вторую часть команды он мог бы и не произносить, только время зря терял. Ясное дело, что «быстро к лодке» - это даже близко не соответствует его представлениям, насколько быстро мы там сможем оказаться.

Ждать нам пришлось недолго. Сначала метрах в тридцати от нас вылез хобот, потом показался бивень, затем вылез весь слон. Вонючий такой и местами волосатый. Сперва он ломал ветки и ел. А потом нехорошо повернулся в нашу сторону и уставился на нас. Развернул уши. И замер. Я даже не вспомнила про фотокамеру, какое там. Мы начали как-то неуловимо скользить внутрь зарослей. Думаю, я, как первая и самая ближняя к слону, задала плавный темп этого скольжения. Резкие движения могли испугать и спровоцировать слона на агрессивные поступки, поэтому мы как-то подозрительно плавно «втянулись» под моим напором внутрь кустов, а потом уже просто кинулись в лодки и отчалили от берега. Не надо мне таких свиданий, спасибочки.

В местных водах водится вкусная телапия, рыбацкие деревушки занимаются ее промыслом, а заодно это и основной рацион питания жителей, плюс коровы, конечно, с козами. Отдельно стоит антилопа импала. Можно не выращивать корову или не покупать козу, можно заплатить 200 пула и пойти поохотиться на антилопу. По местным меркам это разрешение стоит копейки, вот слона, например, завалить, это уже 20 тысяч пула, это уже не мало, примерно 3 тысячи долларов. Поскольку антилоп много, то охота процветает, но только в местах, отведенных для отстрела.

Рыбаки живут незамысловато, деревня стоит в сухом поле, домики крошечные – глиняные с соломенной островерхой крышей, разбросаны в каком-то беспорядке, на мой взгляд. В принципе, основную часть жизни люди проводят на улице, а дом нужен только для ночного сна, да и то необязательно. Несмотря на примитивный быт, в деревне есть генератор и солнечные батареи, а на паре домов я увидела тарелки с цифровым телевидением. Несомненно, счастливые обладатели этого богатства копили на него немало времени. Я порадовалась за людей. В деревне есть целых два «бара» - крохотные полуразвалившиеся домишки, но с громкой музыкой! Там проводят время местные джентельмены, потягивая пиво. Но в основном вся деревня ходит к одному мужику, который делает пальмовое вино. Ясное дело, мы тут же потопали к нему. Нам вынесли одну на троих кружку чуть теплого вина. Оно мутноватое, вкусно пахнет кокосами и на вкус как чуть ферментированное кокосовое молоко. Приятное, чуть сладковатое, очень слабое. Одной кружкой мы не ограничились, естественно. Изрядно повеселевшие, возвращаемся через деревню на берег, как раз подходит наш катер. Мы прощаемся с проводником и пересаживаемся на борт катера, который заодно с нами еще прихватывает несколько местных – здесь сообщение только лодками, поэтому жители используют любую возможность для передвижения на лодках туристов, если получается. Мы мчимся по кривым протокам обратно, садится солнце.

Иногда вдоль берегов мы видим разных животных, вот как эти зебры, например.

Пахнет свежей водой и зеленью, кричат птицы, мы рассматриваем одинокие виллы по берегам проток. В Ботсване очень много свободной земли. Практически любой житель может застолбить себе участок и пойти оформить его в правительстве. Звучит неплохо. Я бы не отказалась иметь домик на берегу Окаванго. С куском берега, собственным пляжем и моторной лодкой. И наплевать на сугробы.

Вечером мы сидим в баре на берегу реки и планируем обратный маршрут в ЮАР. Мы хотим ехать по другой дороге, чтобы пересечь пустыню Калахари – родину моих любимых сурикат, хочется посмотреть новые места, пусть даже из-за стекла автомобиля. Вдруг я слышу возбужденные голоса местных завсегдатаев, они машут нам руками и зовут что-то посмотреть «Быстрее! Быстрее!», - кричат они. Мы подскакиваем и несемся в другой угол веранды. Каково же было мое удивление и восторг, когда я увидела редкого и красивого зверя – дикого кота.

Молодое и пугливое животное забралось на балку под потолком и, опасливо озираясь, сидело там в ожидании какой-нибудь добычи. Мне рассказали, что этот кот живет где-то неподалеку, но всегда очень осторожен, появляется только после ухода посетителей и иногда ворует продукты с кухни, если дверь неплотно прикрыта. Открыто появился кот здесь в первый раз. Через объектив камеры я отчетливо вижу, что изо рта кота торчит огромный рыболовный крючок. Местные тоже знают об этом, когда я указываю им на крючок. Да, видимо, кот воровал рыбу из сетей, говорят они. Надо вытащить, но кота при этом придется усыплять – он большой и опасный. Надо думать, как это сделать. Пощелкав красавца кота на камеру, мы оставляем нервничающее животное в покое и возвращаемся к своим бумагам. Я желаю коту избавиться от этого ужасного крючка, не похоже, чтобы он сильно страдал, но он явно не облегчает ему жизнь. Надеюсь, местные справятся с этой проблемой, раз кот стал приходить к людям, может, удастся его изловить и отвезти к ветеринару. Я буду надеяться на лучшее.

Я считаю, что кот – это счастливая примета. У нас будет хорошее путешествие впереди, и даже несмотря на то, что нам совершенно негде ночевать следующие две ночи, я спокойно засыпаю, ни о чем не заботясь. У нас тут разница во времени в два часа. Поэтому когда в Москве 9 утра, тут – семь. Я встаю «рано» легко и непринужденно. Добегаю до приветливого берега и закидываю в реку две монетки – как можно дальше, даже плечо заболело.

Местные с удивлением смотрят на меня - не понимают, зачем я бросаю деньги в воду. «Это такое верование?» – спрашивают они. «Скорее, традиция», - отвечаю. «Это значит, я хочу вернуться сюда вновь. Это значит, что мне здесь понравилось». Они улыбаются и понимающе кивают головами. Мне жаль уезжать. Но мое путешествие еще не закончилось, поэтому я с легким сердцем прощаюсь с Окаванго и сажусь в автомобиль. Моя работа штурмана началась.

Глава 8. Размышления путешественника через пустыню

Переезжаем пустыню Калахари. Первая часть дороги довольна плохая, много глубоких ям, и хотя движения вообще никакого нет, кроме нас, приходится внимательно следить за тем, что перед колесами автомобиля. Останемся без колеса – вряд ли к нам приедет техпомощь, а на шиномонтаж в пределах ближайших 300 километров рассчитывать не придется уж точно. Дорогу постоянно переходит домашний скот, который тут пасется в жутких количествах. Хоть и пустыня вокруг, но она относительно зеленая. То и дело останавливаемся, что пропустить то корову, то козлов, то ослов, то страусов. Вокруг настолько безлюдно, что мне нехорошо. Ну, конечно, пустыня… что же еще ожидать от этой местности.

Что меня действительно бесило в Ботсване – так это их дорожные знаки. Не надеюсь, меня когда-нибудь прочтет главный дорожный чиновник Ботсваны, но это просто издевательство: на совершенно пустынной трассе, ровной как стол, и уже без ям, видимость 100% … и стоит знак 60км/час. Зачем?! Чем этот участок дороги отличается от предыдущего, где скорость была 120 км/час? Ничем. И вот пилишь, пилишь километров 20-30 с такой скоростью, а потом видишь – о радость! – впереди новый знак. Слава богу. Подъезжаешь, здрасьте – 80 км/час. И опять полчаса еле ползем на дороге. За это время если встретим хоть одну встречную машину – то это уже много. Один раз вместо 60 км/час ехали 80 км. Я как раз дремала в это время, ритмично поклевывая носом в такт движению машины. И, представьте, из буша вылез полицейский и остановил нас. Пришлось платить штраф, договорились без протокола, примерно в 1500 руб. обошлось. Ну и что он там делал, подумать только? От одного города километров сто, до другого – вообще двести. Откуда он взялся? Разозлились ужасно, но скорость пришлось соблюдать, хотя нам хотелось как можно быстрее пересечь границу с ЮАР и найти место для ночевки. Тем не менее, переезд занял довольно много времени, и мы подъезжаем к границе Ботсвана-ЮАР уже в сумерках. Зато никого на паспортном контроле. Оформляем проезд за пару минут и галопом – к машине. У нас нет места для ночлега, а мы уже отмотали 700 километров.

Ночь опускается быстро и безжалостно. Мы вяло плетемся по отличной трассе и с надеждой поглядываем по сторонам, не виден ли огонек на обочинах? Но вокруг – чернота, саванна. Движение очень слабое, в основном грузовики. Шансы найти приют стремительно снижаются. Впереди видим какие-то слабые огни и огромные глухие ворота. Ну не съедят же нас там? Поворачиваем и решительно останавливаемся. Никого. Гудим и грозно сверкаем фарами. Тишина. Мы угрюмо молчим и не собираемся уезжать. В конце концов, можно прямо перед воротами заночевать, уж лучше, чем просто на проезжей части. Вдруг, ворота открываются с большой неохотой, выходит молодой парень. Говорит, что да, можно остановиться, ночь будет стоить какие-то копейки, пойдемте покажу. А не видно ничего, путаемся впотьмах, натыкаясь друг на друга, тащимся к какому-то строению. Нам досталась малюююсенькая комнатка с кроватью и кондиционером. Туалет, душ и пр. – отдельный домик на улице, причем, работает только мужской, а в женском нет электричества. Еды тоже никакой, и завтраков нет. Мы обреченно вздыхаем, и остаемся. Муж уже падает от усталости. Откупорив запасенную бутылку коньяка, «ужинаем». На десерт – пара конфет. Все остальное у нас на санитарном посту в Ботсване изъяли и сожгли. Тут такие странные правила. Ветеринарный контроль, называется. Покупаешь в одном городе упаковку ветчины, делаешь, например, бутерброд. И довольный едешь к бабушке в другой город. Навестить и пр,. а по дороге тебя останавливают и говорят: «с бутербродом – нельзя. И пойди вымой обувь в той луже!» Можно, конечно, съесть бутерброд и гордо пойти помыть подошвы всей(!) обуви, что у тебя с собой имеется. А если мяса много, то его просто не съесть, и надо выбрасывать. Наше мясо было в вакуумной упаковке, нетронутое. Куплено накануне в супермаркете, но все равно не разрешили провезти. По-моему, это какая-то глупость. Когда внутри одной страны нельзя перевозить промышленно изготовленные в этой же стране продукты в вакуумных упаковках. Я же не волоку за собой на машине тушу только что зарезанного буйвола, какие тут могут быть карантины? Манго, кстати, тоже пришлось съесть на посту, хорошо, что у меня был один. Так что фрукты и овощи тоже - нельзя. Вот таким странным образом мы остались без продуктов и ужин у нас был, мягко говоря, однообразный.

Спалось хорошо, хоть и было боязно. Как я поняла, мы прорвались в какой-то охотничий заказник, и это въезд в парк. Здесь ночуют охотники, есть навесы для машин, огромный сарай, внутри которого горел яркий костер, высокие глухие ворота, а за парой домишек – буш. Ночью выли и лаяли шакалы, прямо под окном, а их гоняли собаки. Но было нестрашно, домик у нас кирпичный, а шакалы размером с кошку, мы видели недавно парочку, как раз перебегали нам дорогу. Утром нам все показалось в более радужном свете – и двор побольше, и сарай не такой мрачный, никакой мистики. Отдохнувшие, помчались в ближайший город на завтрак.

До Йоханнесбурга добрались быстро и без приключений, сдали машину, нашли гостиницу. На этот раз – современную, совершенно безликую, и достаточно дорогую. Единственным утешением в этом царстве однообразия были автоматические жалюзи, отгораживающие ванную комнату от спальни. Я от нечего делать набрала воды, влезла в ванну, открыла жалюзи и оттуда смотрела телевизор весь вечер. Посещать самый криминальный город Африки не хотелось, сказалась усталость прожитых дней. Впереди у нас еще был перелет в Дурбан, в общем, так и просидели, вспоминая пережитое путешествие, весь вечер в номере.

Гиппо лайф

Все курорты мира более или менее похожи друг га друга – очаровательные и милые, солнечные, уютные и гостеприимные. У нас оказалась настолько симпатичная вилла, что ее даже невозможно описать. Очень стильная, с говорящим названием «Маленький прованс» - вся оливково-кремовая, со множеством деталей – чехлами, столиками на кривых ножках, подушечками, полосатыми гардинами и цветочными горшками – покорила нас с первого взгляда. Маленькие и извилистые улочки предместья Дурбана, где мы сняли жилье, полны цветущих кустарников и деревьев. Район Солт Рок – тихое и респектабельное место, из хулиганов здесь можно только встретить обезьян, да и то не каждый день. Еще сильно надоедают марабу своим ором и вечными спорами друг с другом, особенно ближе к вечеру. В остальном – типичная курортная жизнь, неторопливая, сонная и несодержательная. Пляжи здесь отменные. Береговая песчаная линия тянется километрами, практически безлюдная, только спасатели весь день торчат на своих вышках. Песок на берегах –крупный, темно-желтого цвета, ракушек совсем мало и они очень мелкие. Водорослей вода не приносит, и приливов-отливов, таких, как мы наблюдали на Занзибаре, здесь совсем нет. Я не купаюсь, для меня 23 градуса воды – это холодно. К тому же, здесь совсем другой океан, хоть и тот же Индийский, но к берегу подкатывают огромные 2-3 метровые волны, которые так и норовят тебя зацепить, опрокинуть, протащить по берегу, заставить нахлебаться соленой воды и затянуть на глубину. Здесь просто раздолье для любителей серфинга. А вот для отдыха с детьми я бы присоветовала другое место – с водой поспокойнее.

****** Недавно наблюдали двух клоунов. Пришли такие самоуверенные, все в фирменной экипировке два парня. Плюхнули на песок две доски. Долго и картинно разминались перед немногочисленной публикой. Весь берег, то есть шесть человек из числа загорающих плюс спасатели, с уважением и завистью поглядывали в их сторону, перестав заниматься своими нехитрыми делами. Когда наше терпение уже стало испытывать колоссальную нагрузку, наконец, полезли они в воду. Вот тут наше ожидание было вознаграждено. Я давно так не смеялась. Один еще как-то умудрился через волны перебраться, а второго кувыркало с доской так, что у меня слезы текли от смеха. Я понимаю, что это неправильно, но сделать ничего не могу. Смотрю на спасателей, они тоже на песке корчатся. Значит, я не одна такая злодейка, выходит. В общем, ничего у ребят не вышло, сколько они не старались. Я выдержала минут тридцать, а потом ушла с берега. Побоялась, что живот заболит от хохота. Если бы они деньги за представление брали – обогатились бы, факт.

***** Какая здесь еда… Местная кухня – великолепна, будь то пряные бычьи хвосты, томленая баранина, мидии в сливочном соусе или ароматное карри. Поскольку тут живет самая большая община индусов в мире (кроме самой Индии, разумеется), то здесь процветает культ карри. Однако, это не для слабых желудков – даже адаптированные к европейской кухне, индийские блюда все равно слишком остры. Мы с удовольствие ходим в местный ресторан и пробуем все блюда подряд. Ужин стоит приемлемо – до 1000 рублей на двоих с бутылкой местного вина. Порции – гигантские, мы ни разу не доели до конца, это просто невозможно. Из-за обилия еды у меня почти не остается возможности попробовать местные фрукты. Иногда через силу я заставляю себя съесть манго или папайю. Последние просто шикарны здесь, гораздо вкуснее, чем в Танзании.

******* У нас в номере живет таракан. Или это жук такой, не знаю. Огромный, сантиметров пять в длину. И усы по пятнадцать сантиметров. Очень страшный. Я бы, правда, его не заметила, мне его муж показал. Сказать, чтобы меня новость сильно обрадовала, не могу. Я не выношу тараканов. Он сидел в ванной комнате на одной из ламелей горизонтальных жалюзи. Наверное, он просто смотрел в окно, поскольку на нас внимания никакого не обращал. Но я считаю, что для него целая ванная – слишком жирно. О том, чтобы самой прогнать таракана, речи быть не может. Пришлось прибегнуть к дипломатии и упросить мужа. Тут же с его стороны в дело пошел шантаж. Для боя с чудовищем ему понадобилось «для храбрости» принять бутылочку пива. А таракан сидел и ждал, тихонько шевеля усами. Кстати, я его видела прямо из комнаты – настолько он был большим. В общем, поход на таракана закончился фиаско – он оказался слишком прытким и метнулся на пол неожиданно резво, шустро пролетел под ноги раковины и там нырнул в норку в углу.

У мужа «случился стресс» по этому поводу и пришлось запить бокалом вина, которое мы вообще-то припасли для маленького семейного праздника, но пришлось срочно откупорить бутылку и накапать «защитнику» стаканчик успокоительного. Короче, он пока сидит там и не высовывается, как мне кажется. Бороться с пришельцем бесполезно, т.к. тут окна и двери все открыты, ползи кто хочешь, а всех не перестреляешь… Теперь я боюсь ходить в эту комнату и всегда внимательно изучаю обстановку – не крадется ли враг?

Глава 9. Дурбан

На днях съездили в Дурбан. Это симпатичный и довольно большой город, но на меня он не произвел никакого впечатления. Наверное, сказался избыток предыдущих приключений.

Cамый лучший вид на город открывается со стороны стадиона, на крышу которого ездит "небесная машина" - skycar. За моей спиной видна набережная и та часть, которая называется в городе "Золотая миля" - здесь расположены шикарные отели, магазины и развлекательные заведения города.

Вот по этим рельсам на высоту 160 метров мы забираемся на стеклянной платформе на смотровую площадку.

Купила довольно старую коллекционную маску из дерева и много симпатичных сувениров на старом индийском рынке. Тут можно копаться часами, выискивая себе что-нибудь необычное, настоящее, сделанное не на ширпотреб, а в единичном экземпляре - тонкие серебряные украшения в фигурками бушменов, старинные маски, украшенные раковинами, искусный батик, резьбу по кости и пр.:

Конечно же, приобрели себе три вувузелы, я вечером пыталась извлечь из нее звуки, один раз вырвался истерический вопль, как у марабу, и больше не получилось. Не понимаю, как это получается у футбольных фанатов. Буду тренироваться. В Дурбане заходили в симпатичный ресторанчик в африканском стиле, так там всем гостям разрисовывают лица специальными красками. Я согласилась, понравилось.

Правда, окончательный результат не запечатлели на фото, но засняли процесс.

Насмотрелась на рыб и прочую живность в аквариуме.

Через толстенное стекло постояла рядом с огромными акулами, черепахами и скатами, но самое большое впечатление произвела рыба-камень.

Стоун-фиш как будто осыпана драгоценными камнями - на поверхности рыбы есть и изумруды, и топазы, горят рубины, мерцают фиолетовые вкрапления аместистов, не рыба, а целое сокровище.

Понравились скаты.

И акулы.

А это - крылатка. На вид безобидная симпатяшка. На самом деле жутко ядовитая.

Через пять минут осмотра поняла, что меня начинает мутить – из-за толстого стекла рыбы и предметы внутри аквариума искажаются и надо адаптировать зрение, чтобы объекты приобретали четкость. Постоянное настраивание зрения на просмотр через стекло сыграло злую шутку. Когда я вышла из аквариума – меня штормило не хуже чем после вертолетной прогулки. Из-за этого почти не полюбовалась на интерьер внутри самого здания аквариума, выполненного в виде перевернутого корабля, т.е. люди буквально ходят по потолку, а над головами – металлический пол корабля, привинченные скамейки, какое-то заржавевшее оборудование. Везде торчат трубы, какие-то коммуникации идут – немного жутко и напоминает Титаник после катастрофы. В общем, производит впечатление.

Мой отпуск подходит к концу и, как это обычно бывает, мне становится немного грустно. Африка за время последних путешествий стала мне близка и понятна. Здесь, в ЮАР, я почти на краю земли – но этого ощущения нет. Тут вовсю кипит жизнь, а Европа отсюда уже не кажется мне такой далекой и недоступной. Расстояния перестают пугать, а неведомое уже не кажется чужим и подозрительным. Возникает удивительное чувство сопричастности к жизни всей планеты и людей, ее населяющих, какими бы разными они ни были – по цвету, роду занятий или стране проживания. Я начинаю осознавать, насколько, при всем его многообразии, невелик наш мир и сколь условны его политические границы. Это значит, что свои уроки из путешествий я извлекла, но жизнь продолжается, и впереди – новые открытия.

Я скоро возвращаюсь и буду скучать по увиденным местам, как, впрочем, и по всем предыдущим в прошлые поездки. Для этого я веду свои записи, включая в них не только описания увиденных мест, но и свои чувства и мысли. Зашифрованные знаками и символами, мои приключения сохранятся на страницах этого дневника и будут доступны долгое время не только мне, но и любому, кому близки и понятны мои переживания. И стоит только захотеть – я открою свои записи и вновь окажусь в дельте Окаванго, у края водопада, в Калахари или на берегах сказочной Лимпопо. В мечты возвращаются. Это так.