НА МУРОМСКОЙ ДОРОЖКЕ

Глава 1

«На Муромской дорожке, стояли три сосны…»

(музыка и слова – народные)

Прошлым летом мой друг предложил мне с моей женой съездить к нему на родину, в город Муром. Затея показалась мне забавной, тем более что из-за своих болячек мы с Леной редко покидаем пределы Столицы. И мы, конечно, согласились. Настал день отъезда. Поручив кота на попечение опять же своих друзей, мы «погрузились» в машину и выехали со двора. Поездка куда-либо интересна, а поездка на машине завораживающая своими деталями. Наверное, только так можно осознать всю ширь и красоту нашей страны. Разные дома, убранство фасадов коих зависит от достатка и приложение рук их хозяев. Необъятные поля с одинокой берёзой посредине. И лес! По обеим сторонам трассы. Сказочный, влекущий, обещающий открыть чудные тайны. Не знаю, как кому, а мне мелькающие в окне деревья напоминают древние ритуальные хороводы наших предков.

«На муромской дорожке, стояли три сосны…»… Эта старая, знакомая с пелёнок песня, звучала навязчивым рефреном почти всю дорогу в моей голове. Конечно, пресловутых сосен я не видел, а вот берёзок, берёзок «встретил» множество. И даже сделал несколько снимков этих красавиц.

А ещё, вдруг неожиданно для себя пришёл к выводу, что в какой-то момент пути наступает состояния философского созерцания личности. Покой укутывает мою душу, и глядя на мир из авто, я явственно ощутил миг астральной свободы. Я «летел» там, чуть впереди машины, вбирая в себя энергию Русского Простора. Подъезжая к Владимиру, меня охватило чувство восторга. Ведь сколько было прочитано исторической литературы о русский князьях, о набегах печенегов, половцев, монгол. О битвах и осадах этого города. А когда показался Успенский собор, я вдруг явственно понял, такую красоту могли построить только истинно верующие люди.

«Успенский собор стал крупнейшей постройкой князя Андрея Боголюбского в новой столице. Для соборного храма было выбрано наиболее выигрышное место в центре города, на возвышении. Его золотое пятиглавие виднелось издали с лесных дорог, ведущих к стольному граду. Первоначально собор был построен в 1158–1161 годах при князе Андрее Боголюбском на высоком берегу Клязьмы в центре города и мыслился не только как главный храм Владимиро-Суздальского княжества, его культурный, политический и религиозный центр, но и как главный храм всей Руси. Летописец сообщает, что «во Владимир Бог привел мастеров из всех земель», в числе которых и иноземных мастеров белокаменной техники с романского Запада. Это было демонстрацией отказа от Киевской помощи и художественных традиций. Белый камень для строительства собора привозили из Волжской Булгарии.»

Потом были Золотые Ворота. Боже, какой же сильный энергетический поток у этого места.

«Золотые ворота — редчайший памятник военно-оборонительной архитектуры. Они были построены в 1164 г. От древнего здания сохранились лишь две мощные белокаменные стены. Впервые здание пострадало в 1238 г., когда город осадили татары. В XV веке надвратную церковь реконструировали. Новые повреждения здание получило во время военных действий начала XVII века. Починка и восстановление Золотых ворот были произведены в конце столетия. И, наконец, в 1785г. здание претерпело последние переделки. Земляные валы, примыкавшие к стенам ворот, были снесены, свод здания переложен, возведена новая кирпичная церковь. Сегодня в здании расположена одна из экспозиций Владимиро-Суздальского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.»

И ещё одно чудо архитектуры.

«Храм Михаила Архангела. Владимир - «ворота» «Золотого кольца» России. Город славится своим зодчеством, а также известен во всем мире и своими сувенирами. Его древние храмы являются истинным украшением города. Царственность Успенского собора, мужественная величавость Дмитриевского храма, исключительная гармония и изящество церкви Покрова на Нерли.»

Можно бесконечно писать о красоте города Владимира, но мы лишь проехали по его улицам и опять понеслись по трассе.

Забыл сказать, что в пути мы делали пару остановок. На одной из них, нас встретила дружелюбная собачка. Симпатичная лохматенция, с умными глазами. Там же мы отведали прилично приготовленного шашлыка по сносной цене. Нет, из нормального мяса, а не из собачины, как могут подумать некоторые остряки…

Когда мы въезжали в Муром, мне показалось, что время откатилось назад. Нет, это вполне современный город, с многоэтажными домами, с ресторанами и прочими атрибутами нынешних городов. Но, «энергетика», если хотите дух города, был старым. Словно и не было тех веков, со времён Ильи Муромца.

Мы подъехали к отелю, и когда я узнал, что он частный, признаюсь, слегка напрягся, мысленно прикидывая, во что нам может встать проживание в нём. Я столичный житель и прекрасно знаю, сколько это может стоить в Москве. Подойдя к стойке администратора, я увидел милых женщин, которые и объяснили, во сколько нам станет трёхдневное проживание в этом отеле. Услышав цену, я испытал шок, сравнимый с тем, что испытал Кук, встретив аборигенов Америки. Она была весьма далека от той астрономической суммы, что я себе надумал. Ну, конечно, всё было дешевле…

Нам показали номер. Признаюсь, он мне сразу понравился. Уютный, хотя и не обременён излишним интерьером. Пока жена нас регистрировала, мы с другом вышли во дворик, покурить. После столичного шума и суеты, тишина и спокойствие этого города не привычно обволакивала и благотворно подпитывало моё сознание.

Нам сказали, что мы можем заказать ужин, ибо при отеле есть своя кухня. Что мы и сделали.

До ужина оставалось достаточно много времени, и друг предложил посетить близлежащий монастырь. И мы пошли в Спасо-Преображенский мужской монастырь.

«Спасо-Преображенский мужской монастырь города Муром - древнейшая обитель Святой православной Руси. (Старше его только Киево-Печерская лавра). Чудо земли русской! Стоит на высоком берегу Оки и, словно огромный православный ковчег, плывет в синеве неба. Два храма, ризница, братский корпус, часовни...»

Пройти надо было два квартала. Я шёл по незнакомому мне городу, и пытался представить какой он был тогда, в былинные времена русских богатырей. Но, увы, толи моя фантазия «уехала в отпуск» вместе со мной, толи мой мозг ещё не отошёл от многочасовой дороги, короче, ничего такого я представить себе не смог. Я понял, нам открылся вид обычного уездного города. Архитектурный стиль, которого можно было бы назвать «Перемежка по-советски». Ветхие бараки перемешивались с высотками, а «хрущёвки» соседствовали с частными домами. Мне-то, как приезжему это показалось каким-то милым альтруистическим шармом. Но, потом я вдруг поймал себя на мысли, а что чувствуют люди, которые здесь живут? Нет, несомненно, есть жители ценящие и любящие свой город. Но, есть и другие, клянущие судьбу за то, что она забросила их в это «убожество». Впрочем, в Столице таких людей тоже хватает…

Мы подошли к монастырю. Стайка пожилых цыганок, стояла у ворот и выполняла извечную работу, прося милостыню. Несмотря на святое место, они это делали шумно, чуть ли не с прибаутками. Что делать, национальный темперамент не спрячешь, и не оставишь дома, даже идя на паперть. Мы вошли в ворота, и я коснулся рукой монастырской стены. Сложно передать словами то, что я почувствовал. Наверное, это сродни ощущению, когда в первый раз опускаешь руки в море, доброе и ласковое, тёплое от южного солнца. Так и здесь, в мою руку проникло тёпло Добра! Всех, кто когда-то жил и молился в этом монастыре.

«В Спасо-Преображенском соборе находится восстановленный образ Ильи Муромца с частицей его мощей. Рака со скульптурным изображением преподобного Ильи Муромца. В шуйце хранится частица мощей святого. Вот как это было. Однажды, когда немощный молодец находился в одиночестве, ему явились святые старцы в образе «калик перехожих» и говорят властно: «Поди и принеси нам напиться». Воспитавший в себе монашескую кротость и послушание, Илья искренне желает выполнить волю старцев и встает на ноги, получив при этом силу свыше. Именно в этот момент была испытана его вера в милость и помощь Божию, ибо только имеющий великую веру мог усилием воли встать по требованию старцев, а не ответить им раздражительной бранью, обычно порождаемой немощью людей, не любящих Бога. Разве не об этом говорится в священном писании: «По вере вашей да будет вам». Милосердный и всемогущий Бог ничего не творит насильно. От Ильи требовались только вера и свободное устремление воли, чтобы все остальное получить даром по милосердию и благодати Божией. Ибо была на то треба великая - защитить русскую землю от нашествия половцев. И он встал, и пошел, и принес воды, и выпил ее по требованию старцев, получив при этом «силу великую». Будучи уже в зрелом возрасте, Илья не возгордился, но пронес богатырскую силу через всю свою жизнь, как драгоценный дар, данный ему Богом и принадлежащий не лично ему, а всему русскому народу, которому он бескорыстно и самоотверженно, в скорбях и лишениях служил до самой смерти. Чудодейственную духовную и физическую силу Илья Муромец использовал только для борьбы с врагами Отечества и восстановления справедливости. Даже перед битвой с половцем Калином он долго уговаривает его уйти добровольно, не проливая зря крови. И только встретив упрямство и злобу противника, русский богатырь вступает в бой. Известно, что Илья Муромец не имел поражений, но никогда не возносил себя и с миром отпускал поверженных врагов. С честью защищая Отечество на поле брани, он, даже не будучи монахом, являлся истинным подвижником благочестия в своем служении Богу и ближним. Поэтому, получив в одном из боев неизлечимую рану в грудь, он, повинуясь зову сердца, оставил мир, принял монашеский постриг в Киево-Печерской Лавре и затворился. Так завершилось его служение земному Отечеству и началось служение Отечеству небесному. Отошел Илья Муромец в Царство Небесное на 45-м году своей жизни 1 января 1188 года. К лику святых он причислен в 1643 году, а его нетленные мощи покоятся в Антониевых пещерах Киево-Печерской Лавры. Пальцы его правой руки сложены в троеперстии, и в этом всякий православный христианин видит знак извечной принадлежности земли Русской к Церкви Православной. В период борьбы со старообрядческим расколом этот факт служил сильным доказательством в пользу трехперстного сложения. Исследования мощей Ильи Муромца, проведенные в 70-х годах нашего столетия, установили, что рост его был 177 см (для XИИ века довольно высокий), сложение богатырское. На нетленном теле обнаружены раны и травмы, полученные в боях. Рана в области сердца, по мнению специалистов, послужила основной причиной его смерти.»

Мы вошли в храм. Друг сказал, что в нём находится рака с частицей мощей Ильи Муромца. Я, конечно, захотел её увидеть, прикоснутся. Мы прошли через соборный зал и вошли в небольшую, белую комнату. Там я и увидел раку с образом Ильи, который держал меч в руках.

Я родился и рос в то время, когда понятие веры были настолько попраны и извращены, что вспоминая об этом сейчас, мне признаюсь становиться стыдно. Что же до святых и Ильи Муромца в частности, то я воспринимал их не отъемливой частью мифическо-былинных поверий наших предков.

А здесь «Он» был рядом! Реальный! Нет, я конечно, понимал, что не всё тело находиться в раке. Но, то что частица былинного богатыря сейчас передо мной, казалось мне чем-то волшебным. Я коснулся рукой раки. И ощутил поток энергии. Суровой, но не злой, тяжёлой, но не подавляющий. Слово мудрый дед из древних веков пожал мне руку богославляя меня на неведомые подвиги. И я поклонился ему, благодаря его за это.

Мы покинули храм. Не знаю, но я уходил с чувством небольшой досады, ибо почему я не побывал здесь раньше? Не знаю…

Пройдя по какой-то дорожке, мы вышли на площадку, с которой открывался вид на Оку и другой берег реки. Вряд ли у кого хватит словарного запаса, чтобы всё это описать! Ибо, любая попытка это сделать, будет лишь бледной пародией на истинную картину. Нечто подобное можно встретить в фильмах Бондарчука, Тарковского, Роу. Величие вида завораживает, манит, очаровывает.

«Божественная красота открывается с вершины монастырского холма - необъятные муромские и нижегородские дали. Ока мощно и величественно несет свои воды к Волге. В этих местах накапливалбогатырскую силу Илья Муромец. Здесь жили русские святые князья Петр и Феврония – покровители семьи.»

И прям на берегу, словно в полёте через годы, века, время застыл Храм преподобного Сергия Радонежского.

«Храм преподобного Сергия Радонежского в Махринской подмонастырской слободе

До середины 18 века во владении Махрищского монастыря находились многие села и деревни, вокруг же самой обители образовалось небольшое селение, представлявшее собой слободу штатных служилых людей, принадлежавших монастырю, позднее получившее название Махринской подмонастырской слободы. По отобрании монастырских вотчин и по учреждении в 1778 году Владимира городом губернским, а Александрова уездным, все эти селения вошли в состав Александровского уезда. Жители 12 селений (помимо самой Махринской слободы деревни Афанасово, Малиново, Полосино, Данилково, Неглово, Юрцово, Рыкулино, Зеленцыно, Камшилово, Карабаново, Степково) составляли большую общину – Махринский приход, который, находясь во Владимирской губернии, подлежал ведению губернского и епархиального начальства, тогда как сам монастырь оставался в ведении Троице – Сергиевой Лавры. Прихожане и духовенство, однако, не имели своего храма, и по распоряжению митрополита московского Платона (Левшина), богослужения и требы совершались в надвратном монастырском храме преподобного Сергия с отдельно устроенным входом снаружи. Храм был холодный, и потому в зимнее время многочисленные прихожане охотнее посещали теплый храм, что приводило к частым недоразумениям между приходским духовенством и монастырским начальством. После 1824 года за крайней ветхостью Сергиевская церковь была запечатана, и приход остался и вовсе без собственного храма. Об этом затруднительном положении стало известно Преосвященному Парфению, епископу Владимирскому. Ревностный Владыка принял самые энергичные меры и помог приходу купить деревянную церковь в селе Ям у помещика Яковлева. В 1832 году махринский священник Иван Герасимов обратился с просьбой к Преосвященному Парфению об освящении вновь устроенной каменной теплой церкви в честь преподобного Сергия Радонежского. В 1851 году прихожане сумели собрать средства для переустройства храма. Была возведена новая трехъярусная колокольня и устроены два придела: по правую сторону в честь Святителя Николая, а по левую – в честь Тихвинской иконы Божией Матери. Одноэтажная каменная церковь имела вид корабля. Северный и южный приделы были размещены в трапезной части, с западной стороны располагался притвор, с пристроенной к нему трехъярусной колокольней. В 60 – 70 годы храм благоукрашался усердием и на средства ревностного приходского старосты крестьянина деревни Юрцово Ильи Васильевича Дворецкого. В храме был настелен мраморный пол, позолочен центральный четырехъярусный резной иконостас, стены были расписаны масляными красками, росписи выполнял Ф.Д.Лавровский. С 1877 по 1879 год, на средства того же старосты, была возведена каменная ограда. При храме действовало церковно-приходское училище и библиотека. В конце 30-х годов XX века храм был закрыт, разобраны алтарная часть и верхний ярус колокольни. Замечательный памятник архитектуры, включенный в ансамбль памятников Свято-Троицкого Стефано-Махрищского монастыря, долгое время прибывал в запустении так как средств на его восстановление у возрождающейся обители не было. Лишь в 2006 году нашлись благотворители, и были начаты реставрационные работы. 6 мая 2006 года, в день памяти вмч. Георгия Победоносца, был отслужен водосвятный молебен, состоялась закладка первого камня в основание разрушенной части Сергиевского приходского храма. Всего за четыре года удалось заново восстановить разрушенный храм. За три летних месяца 2009 года художники мастерской "Киноварь" под руководством известного московского иконописца Александра Александровича Лавданского осуществили написание возводящих ум к небесному фресок. 4 января 2010 года состоялось малое освящение храма в честь Святой Живоначальной Троицы. 15 августа 2010 года Святейший Патриарх Кирилл совершил в нашей обители чин великого освящения Троицкого храма и Божественную Литургию в новоосвященном храме.»

Немного постояв на площадке, мы пошли дальше. Моё внимание привлекло весьма странное строение, напоминавшее маленькую часовенку. Мы подошли к ней.

«На территории монастыря есть костница. Здесь находятся останки иноков, благодетелей и знатных горожан».

Увидев, что находиться внутри, я испытал небольшой шок. Черепа. Множество человеческих черепов, рядами уложенных на полках. Как-то невольно пришли мысли о бренности жизни. И что останется после тебя? Лишь отдающий в желтизну череп, смотрящий пустыми глазницами в вечность. Я долго стоял у костяницы. Что-то мешало мне повернутся и уйти. Быть может память? Но, я же не знал этих людей! Умерших, погибших за сотни веков до моего рождения. И нашедшее свой покой в этом некрополе. Ответ пришёл неожиданно просто. Я – русский! И это мои сородичи. Те, которые, по мере своих сил, возможностей, и мужества делали всё для возвеличиванья моего государства. России! И низкий поклон им за это…

Друг сказал, что на территории монастыря есть «живой уголок». И естественно, мы пошли туда. Помню как в моём детстве, мать водила нас с братом в Московский зоопарк. Уже став взрослым, я воспринимал зоопарк как некую экзотическую диковину в мегаполисе. Причуду людей, живущих и никогда не видевших на воле лошадей, волков, и прочею живность. Я не могу сказать, что люблю зоопарк. «Запах неволи», вот что всегда отталкивает меня от этого места. Странно, но маленький зоопарк при монастыре не вызвал у меня волны возмущённого отчуждения. Наоборот, мне показалось, что и ослик, и павлины, и пара лошадей органически вписываются в быть монастыря. Мы подошли к загону с лошадками. Я никогда не боялся животных. С раннего детства меня тянуло к собакам, кошкам, словно зная, что они не могут навредить. Некое единое поле энергии соединяло меня и их. И я безбоязненно протянул руку к серой лошади…

«Эту лошадь зовут Дашка, она жуткая попрошайка и щиплется» - сказала молоденькая мамаша с пузатым карапузом, угощая её сухариками.

Бог ты мой, ну откуда же мне было знать, что здесь могут понадобиться сухарики? Лошадка потянулась мордой к моей руке, но не учуяв привычный хлебный запах недовольно фыркнула. Потом она сделала некое «па» головой, отчего моему другу показалась, что она хочет меня цапнуть. Он быстро отодвинул мою коляску от загона. Представив эту сцену, я не смог сдержать смех. Получалось как у классиков юмора, чуть не попал под лошадь!

Мы вышли из монастыря. По дороге в отель я рассматривал дома. Конечно, может это плод моей фантазии, но как-то вдруг ко мне пришло ощущение, что под развалинами одного здания лежит старый купеческий клад. С золотыми царскими червонцами, кольцами украшенными кровавыми рубинами и синими сапфирами, нитками жемчуга. Шутя, я указал на дом и сказал, что если друг найдёт сокровища, то двадцать пять процентов мой. Друг проявил «щедрость» и пообещал отдать аж сорок процентов. Так, перешучиваясь, мы дошли до отеля. До ужина оставалась некоторое время. Мы сидели в номере, и обсуждали план поездки в Саров, в Дивеево.

Настало время ужина, и пришёл очередной момент для моего удивления…

Конечно, мы с женой не часто ходим в рестораны, кафе, кабачки, но, бывает случай, когда мы обедаем в присутственном месте. Так что приблизительно я знаю, во сколько может стать «средний» ужин на троих. Должен признать, что недолюбливаю «общепит» с детства. Ну не могу я вдыхать вонь полуготовых котлет на пару, есть скрипящую на зубах картошку, пить отдающий запахом «тряпки» чай. Скажу сразу, в этом при отельном кафе ничего подобного не было! Пища приготовлена как дома. Вкусно, сытно, да и обслуживанью нашим, московским, надо бы поучиться у этих милых, приветливых женщин. Получив расчётный чек, я вдруг понял, что живу в дорогом городе. Сумма, указанная за ужин на троих, не превышала четыреста рублей. Мало того, девушка поинтересовалась во сколько мы будем завтракать, и чтобы мы хотели съесть. Чем «добила» мой московский снобизм окончательно. Сделав заказ на завтрак, мы ушли в номер. Я лёг на кровать и отрубился. По-другому это назвать нельзя. По складу характера, я сложно засыпаю на новом месте. Бог знает, почему же здесь я уснул как в детстве, едва коснувшись головой подушки…

Проснулся я для себя рано. Дома поднять меня в семь – полвосьмого могут только неотложные дела, поездки, а всё остальное может подождать. К тому же каждый мой «подъём» сопровождается моими охами, ахами, стенаньями на тему несправедливости бытья в этом загаженном мухами мире, и всё в таком духе. Жена уже привыкла к этой утреней песни неордельтальца и практически не обращала на неё внимания. Но, проснувшись в номере муромского отеля, я вдруг понял, что хорошо выспался. У меня не болит голова, не ломят суставы, да и настроение можно сказать прекрасное. Я включил телевизор, дабы посмотреть новости. Столичная привычка, что ты! Жена уже пила кофе, а меня дожидался чай. Созвонившись с другом, она узнала, когда он подъедет, и мы отправились завтракать.

Завтрак был не просто завтрак, а как у мамы! Просто чудо. Блинчики с мясом, сырники со сметаной, чай с лимоном… вкусно! Да, готовили в этом отеле очень вкусно. Я ем быстро. Бог его знает, откуда взялась эта дурная привычка. А поэтому, расправившись с едой, и ожидая пока моя жена и друг откушают, я занялся созерцанием тех, кто помимо нас присутствовал в зале. Благо дело, мои тёмные очки позволяли это сделать, не нарушая покоя и аппетита присутствующих. Должен признать, меня всегда впечатляли русские мужики. То, что вечером вытворяет русский, красноречиво утром отражает его лицо. Посетителей было немного, но моё внимание привлекла троица, которая сидела за два стола от нас. Фиолетовый бланш под глазом одного, явно рассказывал о том, что мужики вчера гуляли по полной. Усердие, с которым он ел, воззвало у меня непроизвольное уважение. Ибо, засунуть в себя кусок с хорошего бадуна, надо иметь большую силу воли к жизни. Его «соратник» вяло что-то жевал, а глаза неизменно возвращались к бутылке с водой. Сушняк, философски определил я. Извечный вопрос, зачем пить, если завтра будет плохо, находил, лишь один ответ, но ведь это будет завтра. Чтобы не убить окончательно едва живое настроение этих работяг своей улыбкой, я отвернулся. Моё «окружение» закончило трапезу, мы расплатились, и вышли в дворик отеля.

Дорога в Дивеево показалась мне не такой сказочной, как я ожидал. Пожалуй, самое сильное впечатление, это проезд по мосту через Оку. Из-за дождя, река представилась мне неким бурлящим существом, выказывавшее своё неудовольствие на несносных людишек, снующих туда-сюда. Десять минут живого чудо. А потом были поля, дома с разнообразными заборами, полесье, и опять поля.

В Дивеево мы въехали около двух часов по полудню. Не успели ребята достать из багажника наши с женой коляски, как к нам подошла женщина и поинтересовалась, не нужна ли нам квартира на съём. Я чувствую людей. И намеренье, с которыми обычно они к нам приходят. Здесь же, я ощутил волну доброты и участия. Словно это был посланник небес, ненавязчиво предложивший мне свою помощь. Мы вежливо поблагодарили и отказались. Женщина продиктовала свой мобильный телефон и сказала, что если нам в другой раз понадобиться где-то остановиться, звонили ей. И ушла. Так просто.

«Дивеево / святое Дивеево - село в Нижегородской области на берегу речки Вычкинзы, которое находится не далеко от Арзамаса, не менее интересного провославного города. На данный момент в селеДивеево проживают около 9 тысяч жителей. Раньше на Нижегородскойй Земле мордва жила родами и старейшину звали Вычкинз, и жил этот род как раз на берегу той самой речки, где сейчас находится село. Через некоторое время рядом с мордвой "по - соседству" поселились русские люди. И речку они назвали в честь старейшины мордовского рода - Вычкинза. Во времена похода Ивана Грозного на Казань, здешние жители оказали помощь в борьбе, и царь в благодарность назвал село в честь отважного воина Дивея и решил отдать ему во владение всю округу - отсюда и название села Дивеево или святое Дивеево. Во второй половине 18 века Дивеево представляло небольшое село с деревянной церковью в честь Николая Чудотворца и Архидьякона Стефана. Церковь стояла на пересечении дорог, что вели в Саров. Паломники, которые шли в Саровский монастырь, останавливались на отдых у церкви. Существует четыре места на Земле, которые Пресвятая Богородица взяла под особое Свое покровительство. Это Ее земные жребии, или земные уделы — Иверия, Афон, Киев и Дивеево. Именно в Дивеево на нижегородской святой земле располагается удивительный Свято - Троицкий Серафимо - Дивеевский женский монастырь -единственное место, куда Богородица является ежедневно. И говорят, что, когда приежаешь в святое Дивеево нужно остаться там на ночь, чтобы получить благославение самой Богородицы. Называть монастырь в Дивеево Свято - Троицким стали совсем недавно, когда его освятили во имя Пресвятой Троицы. На протяжении долгих и трудных лет строился и облагоустраивался монстырь в Дивеево и история его создания, конечноже тесно связана с именем Святого преподобного Серафима Саровского. Строительство монастыря началось с Казанской церкви. Через некоторе время были пристроены церкви Рождества Христова и Рождества Богородицы, естественно по благославению преподобного Серафима, а потом построили и Троицкий собор, который расположился в центре монастыря. День освящения храма в Дивеево совпал с праздником иконы "Умиление" или "Всех Радостей Радость" как называл ее отец Серафим, пред которой всегда молился и коленопреклоненно скончался - 10 августа 1880 года, но освятили его во славу живоначальной и Животворящей Троицы. Далее в Дивеево предполагалось за Троицким собором на одной линии построить Преображенский собор, и в начале 20 века был заложен Преображенский собор, расположившийся сбоку напротив начала Святой Канавки. (как можно видеть на фотографии справа, два храма недалеко друг от друга). Собор воздвигался на большие пожертвования, в конструкции собора применен железобетон, еще не имевший в ту пору широкого распространения. Слова из летописи: "Серафимо - Дивеевский монастырь – есть необыкновенная обитель, как следствие своего основания, так и духовного роста. Первоосновательницей считается раба Божия, схимонахиня Александра, в миру – Агафья Семеновна Мельгунова, которая учредила общину, не по своей воле, но по воле и указанию самой Царицы Небесной, на месте, взятым Богородицей Себе в четвертый удел на Земле. Старец отец Серафим засвидетельствовал эту истину тысячам народа и поэтому во многих информационных объектах Святое Дивеево называется «четвертым жребием Божьей матери на земле. Троицкий собор или храм преподобного Серафима Саровского - главный храм обители в Дивеево, в котором в настоящее время покоятся мощи преподобного Серафима Саровского. Верующие люди, как и в прошлом, получают у мощей Преподобного благодатную помощь и исцеление. В Троицком соборе хранятся некоторые вещи, принадлежащие батюшке Серафиму: мантия, нательный железный крест, епитрахиль, кожанные рукавички, башмаки, чугунок и некоторые другие вещи. В алтаре хранится котелок, из которого отец Серафим оделял посетителей сухариками. Так же в храмах Дивеево монастырь почивают в святых мощах и другие её покровители: преподобные жёны дивеевские - Александра, Марфа, Елена; блаженные дивеевские - Пелагея, Параскева, Мария. В истории православной церкви Серафим Саровский занимает особое место как проповедник любви и мира. Как истинный подвижник он имел дар исцеления и прозорливости. Всегда помогал и обещал после своей смерти помогать своим девицам обители в Дивеево. Только просил, чтобы они приходили к нему на могилку и рассказывали, что в обители происходит. В Дивеево несколько источников, прославленных множеством исцелений. Это источники Казанской и Иверской икон Божией Матери, источник матушки Александры. Особенно любим паломниками источник батюшки Серафима, расположенный в в Саровском лесу, недалеко от мест, где жил и молился отец Серафим. Так же паломники могут поклониться мощам вновь прославленных святых преподобных Александры, Марфы и Елены, блаженных Параскевы, Пелагеи, Марии. В России, бесспорно, много замечательных монастырей, но Канавка - только в Дивеево. Святая Канавка, представляет собой молитвенное духовное сосредоточение Четвертого удела Пресвятой Богородицы - ее сердце. Преподобный Серафим говорил, что Царица Небесная сама своим пояском измерила и ежедневно проходит по Канавке, обходя свой удел и благословляя всех. Поэтому нужно остаться в Дивеево на ночь, чтобы получить благославение самой Царицы. Преподобный говорил: «Кто Канавку с молитвой пройдет, до полтораста Богородиц прочтет, тому все тут: и Афон, и Иерусалим, и Киев!». Значит, можно сделать вывод, что более святого и чудесного места, чем эти 800 метров Канавки в Дивеево у нас нет. После закрытия монастыря в Дивеево святая Канавка потерпела большие повреждения. Во многих местах ее засыпали, вал сровняли, в некоторых местах ее перерезали различные коммуникации. Восстанавливать ее начали в 1997 году и сейчас она имеет очень красивый и ухоженный вид, как и заповедовал отец Серафим (можно наблюдать по фотографии справа). Очень много чудесных исцелений произошло в Дивеево, а именно в этом святом месте. В 2003 году Православной Церковью и Российским государством широко отмечалось 100-летие прославления преподобного Серафима Саровского в лике святых, а в 2004 году - 250 летие со дня его рождения. В связи с этими торжествами большая часть храмов и зданий монастыря была обновлена, а старинная Казанская церковь почти восстановлена в прежнем виде. В дни празднования и прославления преподобного Серафима Саровского в Дивеево, и в наши дни происходят чудеса. Первое случилось когда ко дню рождения Преподобного восстанавливали Казанскую церковь. Едва строители приступили к очистке стен от плесени, как вдруг увидели, что на левой стене сами собой проявляются фрески! И восстановились нижние фрагменты росписи, на которой были изображены Апостолы Петр и Иоанн.»

Мы вошли в монастырь. О чём я думал в этот момент сложно сказать. Само место навивало мысли том, что всё бренно в нашем мире. И то, что люди всегда будут верить в Бога, святых, блаженных.

Мы прошли по святой Канавке. Конечно, я не сделал как полагалось, идя по тропке Божьей Матери. Нет, я не читал молитву. А просто впитывал в себя всю благодать, что дарило это место. И ни думал не о чём. Несмотря на не перестающий дождь, мне было спокойно и хорошо.

Увы, но как всегда бывает, за эйфорией следует разочарование. Троицкий собор или храм преподобного Серафима Саровского - главный храм обители в Дивеево, в котором в настоящее время покоятся мощи преподобного Серафима Саровского. Как только мы подошли к храму, я явственно понял, что к раки преподобного нам не попасть. Высокая, крутая лестница, с маленькими ступеньками из мрамора была для нас непреодолима. Нет, конечно, можно было бы обратится к прихожанам, и я уверен, что нас бы внесли в храм на руках. Но… как в любой работе, при нашем «подъёме» возникнет суета, деловизм, а это уже противоречило моему восприятию посещение таких мест. От этого у меня испортилось настроение, и я сказал жене и друзьям, что мы уходим. Тем более, что дождь усилился.

Признаюсь честно, назад я ехал в слегка удручённом состоянии. И дело было даже не в том, что мы не попали к раки святого Серафима, а наверное вообще, в целом ощущение себя не таким как все. Несомненно, что я не первый инвалид, который посетил этот монастырь. И что, все они так и уходили, не приложившись к мощам святого? Или находились «отчаянные» личности, которые рисковали доделать то, что не сделала природа, идя на штурм высокой лестницы, молясь не сломать шею при падение с неё? Не знаю, может и были такие. Я – не рискнул! Кто-то, может сказать, что Господь посылает мне трудности, дабы я их преодолел и укрепил свою веру в Создателя. Но, возникает резонный вопрос, разве Ему нужно, чтобы я оставил свои мозги на ступенях святого храма? Сомневаюсь…

Как-то, на одном сайте я увидел картинку, высоко в небеса уходит лестница Якоба, а перед ней инвалид-колясочник. Он изумлённо чешет затылок, а с губ слетает всем нам хорошо известное местоимение.… Как в нашей жизни.

Я попросил друга заехать на набережную Оки. Просто надо было сделать несколько снимков, для моих друзей по переписки в Интернете. Должен признать, этот процесс съёмки меня немного развеселил. Дело в том, что когда-то в этом месте стоял мост, и поэтому дорожка лихим уклоном уходила к реке. Но, новый мост построили в другом месте, а старый снесли. Так что лихая тропа кончалась крутым обрывом. Уже на середине этой дороги, я стал сомневаться в здравомыслии своей затеи. Но, «отступать» как-то не хотелось. Вот и он, край. Сильное зрелище. Могучая, спокойная река несёт свои воды в неведомые для меня дали и край обрыва. Посмотрев вниз, я понял, что если моя коляска туда «уйдёт», то без весёлой и находчивой сборной МЧС меня оттуда не достанут. Воздав молитву тормозам своей коляски, я повернулся спиной к реке, явственно ощущая близость пропасти «Муромского каньона». Боже, с каким чувством счастья я сел в машину. Но, снимки вышли неплохие. Пять-семь минут дороги, и мы опять около нашего отеля. Да, это не Московские расстояния, где из конца в конец порой тратишь несколько часов.

Не зная, когда мы вернёмся из Дивеево, заказывать ужин жена не стала. А посему, перекусив «чем Бог послал», я опять рухнул на кровать. Спать, спать, спать…

Последние полдня в Муроме начались с неприятностей. Мы позавтракали, сдали номер, попрощались с девушками на рецепшене, и подходя к машине поняли, у моей коляски проколото колесо. Ладно бы заднее, его можно было бы заменить камерой от велосипеда, так ведь нет, переднее, маленькое! А добыть к нему камеру, даже у нас в Столице задача не простая. Выхода напрашивались два, первый, наплевать на остальные планы и ехать домой, в Москву. Но, ей богу, как-то уж больно не хотелось заканчивать наше путешествие на такой печальной ноте. И выход № 2, поехать в шиномонтаж. Что мы и решили сделать. Но, видимо я не исчерпал лимит не удач, и садясь в машину за что-то там зацепился, и явственно ощутил как отвалилась подмётка у моего кроссовка. «Совсем хорошо!» - подумал я. Но, решать проблемы стали по мере поступления. В шиномонтаже мне залатали колесо, а в магазине купили новые кроссовки. Старые же, остались в неизвестном помойном баке, который достойно принял в себя историческую ценность от автора сих строк.

А мы отправились в ещё один монастырь.

«В старинном русском городе Муроме в Троицком женском монастыре находятся святые мощи Петра и Февронии, чей брак считается идеалом христианского брака. По легенде, святые Петр и Феврония долго и счастливо княжили в Муроме и умерли в один день. С тех пор считается, что, припадающие с молитвой к их мощам, получат исцеление от бесплодия, а также счастье в семейной жизни.»

Если честно, то монастырь не произвёл на меня большого впечатления. Только тогда, когда мы вошли в храм, где покоилась рака с мощами святых Петра и Февронии, я ощутил энергию чуда. Не смотря на то, что в храме было много народу, нам удалось подойти к усыпальнице. Я коснулся рукой раки. Не знаю, если где-то в мире и есть эфирное отражение Любви, то это было оно. Я, конечно, знал, что люди приходят к святым Петру и Февронии просить. Просить удачи в семейном укладе, родить детей. Да много чего просят у тех, чья жизнь была счастлива, несмотря на невзгоды. А что мог попросить я? Так сложилось, что я живу с любимым человеком, который меня любит и ценит, каков я есть. Что же до удачи и счастья.… Если говорить о настоящем, а не сказочном и значит вымышленном, то люди сами складывают свои отношения. Надо только проявить немного терпения и уважения к тому, кого любишь. Всё просто! И не верьте тем, кто говорит о неразрешимых проблемах с женой или мужем. Они просто не готовы отдать то, ради чего и совершается брак.

А раз просить мне было нечего, я просто мысленно сказал святым Петру и Февронии спасибо. И мы ушли из храма.

Ещё пару часов мы походили по Мурому. Побывали в парке, постояли на набережной Оки, покушали в кафе. Но, надо было возвращаться домой, в Москву. Уезжая из города, я почему-то почувствовал приступ грусти, словно оставлял что-то близкое, родное. Может это и было самое романтическое путешествие в моей жизни? Когда идёшь или едешь куда хочется, а не туда, куда надо...