Магический кристалл улыбки

Глава 1

Геннадий Константинович Сюньков презентуют свою очередную книгу

И это всё о нём

Родился Геннадий Константинович Сюньков в деревне Дубёнки Куйбышевской (ныне Ульяновской) области 6 января 1940 года.

Окончил факультет журналистики Уральского государственного факультета, высшие курсы сценаристов и режиссёров при Госкино СССР. Стал кандидатом филологических наук.

Работал заведующим отделом редакции газеты «Вечерний Свердловск»; литературным сотрудником отдела прозы журнала «Урал»; редактором газеты «Приазовская правда»; главным редактором газеты «Крымские известия»; пресс-секретарём министерства финансов Крыма. Затем переехал в Самару, где стал первым заместителем редактора газеты «Волжская заря». Преподавал в Самарском педагогическом институте.

Среди многих граней его дарования – высочайший литературный талант. Он с лёгкостью неимоверной, просто играючи, мог написать о чём угодно. Успешно совмещал прозу и поэзию, едкий памфлет с изящной пародией, суровую сатиру и тончайший юмор. И всё это на таком высочайшем уровне, что уже само по себе бросалось в глаза, вызывая удивление и уважение. Геннадий столь виртуозно обращался со словом, что выделывал с ним настоящие чудеса. Как иные люди от избытка сил не просто идут, а при этом ещё и приплясывают, так делал и он. Потому в его творчестве заметный перевес имела поэзия. Зачастую публицистические статьи он писал рифмопрозой. Возможно, прибегал к этому просто из экономии места, ведь оформи тот же текст как стихи, то площадь в газете для его публикации пришлось бы удвоить. Со многими поэтами я бывал знаком, но он, наверное, в числе самых-самых в этом качестве.

Скончался Геннадий Константинович Сюньков 4 мая 2015 года в Самаре. Что тут сказать? Разве что вспомнить его слова:

Когда однажды я из дома

Умчусь на чёрном скакуне,

Мои друзья, живите долго

И вспоминайте обо мне…

Часто вспоминаю хорошего человека и большого поэта. Храню книги Геннадия Сюнькова с его автографами. У меня всего их несколько из десятков, изданных им.

Геннадий автор свыше 30 книг прозы и поэзии, множества публикаций в литературных и научных журналах, текстов песен, документальных фильмов, снятых по собственному сценарию.

Русский талант с юмором

«Без юмора русского таланта не бывает», - любил повторять король фельетонистов Влас Дорошевич. Сказанное в полной мере относится к творчеству поэта, журналиста и писателя Геннадия Константиновича СЮНЬКОВА. У него есть немало лирических, философских произведений, но лично мне особенно симпатичен его самобытный, многогранный, истинно русский талант юмориста.

Я всегда думал (надеялся на это), что умру от старости, но уже при первом знакомстве с творениями Геннадия Константиновича у меня родилось ощущение, что я могу помереть со смеху. До того считал, что я и сам со смехотворными усами, немало натворил всего на поприще юмора и сатиры, но в данном случае мысленно снимаю шляпу перед этим юморных дел мастером… нет, большим мастером, гроссмейстером. Окажись случайно под рукой чей-то чепчик, то я тут же бросил бы его вверх, восхищенно говоря: «Ай да Геннадий Константинович! Ай да молодца!..»

Мне крепко врезались в память первые строчки стихотворения Геннадия Константиновича, они показались мне шедевральными:

«Я куплю себе барана,

Назову его Народ…»

Ещё в одном творении поэта прочёл:

"Не от работы притомились –

От безработицы спились…"

И ещё такое же:

"Пришельцам родины не нужно,

Пришельцы выживут везде,

Им утомительно и чуждо

Любить страну свою в беде,

Мечтой о родине согреться,

Принять душой её привет,

О ней заплакать кровью сердца,

Но у пришельцев сердца нет.."

Эти слова относились к тяжелейшему периоду жизни страны – к достопамятным 1990-м годам. Да и первые нулевые были не легче, ведь Владимир Путин не сразу всё перестроил, инерция была слишком велика…

Среди наиболее удививших меня творений Геннадия Константиновича – рифмованная проза. Само по себе сие – большая редкость, а уж столь высокого уровня я просто никогда не встречал, несмотря на весьма хорошее знакомство с смехотворным творчество юмористов и сатириков как необъятной России, так и зарубежья, ближнего и дальнего.

У Геннадия Константиновича несомненный и явный талант юмориста и сатирика. Правда, таковых немало и среди тех, кто заполонил телевидение и эстраду. Но одна особенность выделяет его, делает его дарование если не уникальным, то, в отличие от них, крайне редко встречающимся, вроде крупного самородка в золотоносных россыпях. Его талант – сугубо русский, плоть от плоти народа, среди которого он живёт.

Истинно русский юмор – это не пустое зубоскальство, ехидное ёрничество, эпатаж с фигой в кармане или интеллектуальная эквилибристика с расчётом на эффект, при котором ради весёлого словца не щадят ни мать, ни отца, ни самых почитаемых святынь, а всё подряд без разбора оглупляется, порой используется в самых низменных целях. Юмор Геннадия Константиновича – светозарный, искромётный, от его широкой и доброй души, от внутренней удали и молодечества, осознания своей беспредельной мощи творца, но также и не выставляемой напоказ сердечной боли за всё происходящее вокруг, словно всё несовершенство мира лежит на совести его.

«Но я не выдумал всё это,

Есть убеждение моё:

Во мне клокочет скорость света,

Я генерирую её.

И как полёт бы ни был труден,

Я верю: мне преграды нет,

Ведь я лечу на помощь людям,

Чтоб излучать тепло и свет».

«Зазеркалье-С», 20.03.04)

Известно, хорошо смеётся тот, кто знает цену слезам. А Геннадию Константиновичу она известна, да ещё как!

«Мы всю Россию промотали.

Всё в пыль пустили, что могли,

Надеясь в следующем квартале

Ещё плотнее влезть в долги…

Но не без грёз о скором счастье

В своей канаве мы сидим:

А вдруг кому-то на запчасти

Свою машину продадим?..»

(Сб. «Звезда над бездной», с. 91)

Схожий образ государства-автомашины используется автором и в другом стихотворении:

«Сломалась ржавая пружина

Машины, нас везущей в рай,

И завертела-закружила

Людишек новая мораль…

Уже сегодня не проступок

Для всякой плесени людской,

Что легионы проституток

Стоят рядами вдоль Тверской.

И под презренный звон металла

На фоне дедовских знамён

Россия бродит, как путана,

Среди мерзавцев всех племён».

(«33 несчастья», с. 16)

С предельной болью звучат следующие строки поэта:

«Но, уподобясь примитивным

Идеалистам субъективным,

Где так расходятся зловеще

Сознанье и природа вещи,

Субъект поставлен над объектом,

И всюду, сколь охватит глаз,

Пиров истории объедком

Лежит в пыли рабочий класс».

(«Зазеркалье-С», 20.03.04)

Великан и лилипуты

В своей совокупности обширное творчество Геннадия Константиновича – является своеобразной энциклопедией русской жизни, увиденной им через магический кристалл юмора. Русская жизнь пропущена им через отзывчивое русское сердце и подана в русском ракурсе, выражена по-русски.

Именно русскость, наряду с элементарной завистью, породила легион его врагов, завистников, клеветников. Патологические русофобы готовы из штанов выпрыгнуть в раже очернительства, по-шакальи тявкая на него и суетясь вокруг, словно лилипуты возле исполинского тулова Гулливера. Силятся сделать вид, что в упор не видят его масштабного дарования. Большое видится на расстоянии, господа литературные пигмеи и карлики презираемой всеми породы журналюг. Находясь в лесу, не видите леса, уткнувшись сопливым носом в трухлявый пень или гнилую ветлу.

Литературные маргиналы натолкнули поэта на следующие мысли:

«И нет постыдней жребия,

Что ныне выпал нам,

Когда пришла разбойная

В поэзию пора,

Куда сегодня боязно

Ходить без топора…

Российская поэзия,

Собой не дорожа,

Гарцует, как на лезвии

Бандитского ножа.

В Тамбове или в Пензе ли,

В Приморском ли краю

Пошли строчить рецензии

На рукопись мою.

На в муках мною созданный

Духовный капитал,

Поверишь, слова доброго

Никто не написал…

И весь – Христа подобие

(Всмотрись в мой скорбный лик) –

Влачит он годы долгие

И ждёт изданья книг.

Но издаются бездари,

Нас, гениев, подмяв.

Они и дар свой предали,

На баксы разменяв».

(«33 несчастья», с. 18-21)

И ещё:

«Там лишь одна макулатура.

Там много слов пустых одних,

Но только русская культура

Не ночевала вовсе в них».

(«33 несчастья», с. 24)

Сила слова Геннадия Константиновича – в его мысли. Энергичной, страстной, необоримой. А на мысли, дышащие силой, как жемчуг вяжутся точные слова. Ему дан в полное владение самый богатый в мире, меткий, выразительный, могучий и поистине волшебный русский язык. Геннадий Константинович владеет им ювелирно точно и умело, творя из самых обычных слов дивную алхимию магических по воздействию на читателя фраз.

Потому его глаголы жгут сердца людей, а эпитеты прошибают самую замшавелую коросту мещанских душ, чего не дано виршиплётам. Последние понимают это, потому и, не надеясь превзойти коллегу на профессиональном поприще, пускаются во все тяжкие, стремясь замазать грязью творчество ненавистного им титана. Они походят на злобных, обделённых умишком субъектов, которые плюют кипятком против ветра-урагана.

В далёкой древности Демокрит изрёк: «Смех – привилегия богов и людей». Геннадию Константиновичу Сюнькова дана свыше подобная привилегия, а вот его многочисленным заклятым друзьям в подобном напрочь отказано: они способны лишь ехидничать, зубоскалить, криво шипеть и оплёвывать наши святыни.

Также этим лилипутикам не дан настоящий ум, ведь юмор – позывные ума, производное от него, он говорит о наличии большого интеллекта. У Геннадия Константиновича юмора хватит не на одного, а значит, и разум наличествует в той же пропорции. Но это уже не просто ум – умище, мудрость. Если человек теряет чувство ума, то его место занимает глупость. Потуги с предельно серьёзными минами литературных карликов оплевать творчество Геннадия Константиновича лишь подтверждают это: они смешны и нелепы, как ослы, щеголяющие в львиных шкурах, обезьяны, рядящиеся в пурпур, или коровы с седлом на спине. Правда, сами они сие не замечают.

Геннадий Константинович Сюньков

«33 несчастья»

Русский юморист в современной России, где русофобы правят бал, - это Атлант, держащий на себе мир. В таланте своём, неимоверно тяжкой работе, он живёт для других. А вот завистливые карлики – лишь для себя самих, походя на куриц и экскаваторов: те всегда гребут под себя.

«Глаголом жечь сердца людей

Сегодня им неинтересно.

Сегодня гений и злодей

Вполне и накрепко совместны».

(Сб. «33 несчастья», с. 26)

Уже один тот факт, что Геннадий Константинович Сюньков – русский, говорит о том, что его жизнь не была сладкой малинкой. А честность, идеализм и постоянная обида-боль за Державу – верная «гарантия» многочисленных проблем, бед и несчастий. Не случайно одна из книг им названа «33 несчастья».

Один из лозунгов В.Жириновского звучал: «Мы за русских, мы за бедных». Политик указал очевидную – нерасторжимую! – связь русскости и бедности. Об униженном, бесправном положении русских говорилось и говорится многими другими политиками.

Нелегко поэту жить в подобной ядовитой атмосфере. О том он написал в стихотворении «Рожки да ножки»:

«Я из созвездья Козерога

И без житейского ума,

А потому моя дорога

Порой извилиста весьма.

Я не могу властям продаться,

Мне так свобода дорога,

Что остаётся лишь бодаться,

Когда хватают за рога.

Я от природы не бодливый,

Но надо мной довлеет рок,

И этот мир несправедливый

Меня спешит загнать в порок.

Но не хочу одной гребёнкой

Я быть причёсанным с людьми,

Я чист, как поцелуй ребёнка,

Готов за правду лечь костьми.

Но те, кто на кривой дорожке,

Навяжут мне свои бои,

И там останутся лишь рожки

Да ножки резвые мои».

(Зазеркалье-С. 20.03.04)

Трудная жизненная стезя выковала и соответствующую натуру, ведь на лёгких дорогах рождаются лёгкие характеры, а на столь тяжёлых они не лепятся – куются. Как сталь самой высокой марки. А жизненные передряги закаляют, придают алмазную твёрдость.

«Мы сроду – не стяжатели

И вовсе не утратили

Того, что за столетия

Вошло в народный быт».

(«33 несчастья», с. 10)

Внимание читателей к творчеству Геннадия Константиновича объясняется помимо вышесказанного, тем, что он не отделяет себя от народа, от страны. Не прошёл мимо известной демографической проблемы, написал очень много на эту злободневную тему. Приведу лишь одно стихотворение «Племя»:

«Мужское племя вымирает,

Оно, скажу ему в упрёк,

Иных путей не выбирает,

Как только через пузырёк.

Мужское племя выпивает,

Редеет в схватках ножевых

И постепенно выбывает

Из списков особей живых.

В мужчинах мужество погибло,

А посему расклад такой:

Мужского племени могила

Его же вырыта рукой».

(«Зазеркалье-С», 28.12.05)

Всё несовершенство мира

И другая проблема упомянута с такой горечью, словно всё несовершенство мира лежало на совести поэта:

«Мы, коренные жители,

И не такое видели.

У нас все предприятия

Чужим принадлежат.

Кто прямо, а кто косвенно

Скупили нашу собственность?

Те, у кого в достатке

Нахальства и деньжат.

А если б быть ревизии,

Тогда бы мы увидели,

Что русского народного

Имущества уж нет…

Картина очень грустная,

И, как Москва нерусская,

Так и Самара топчется

На этом рубеже…»

От имени Фрола Лапотникова автор высказался о кознях мировой закулисы, известной программе разрушения СССР Аллена Даллеса:

«Мы шутили и смеялись,

Жить спешили и любить,

Но задумал Аллен Даллес

Как Россию истребить.

Он подсунул вероломно

Чужаков в поводыри,

Пусть, мол, пятая колонна

Всё разложит изнутри…

Нам мозги промыли водкой,

Чтоб туда внедрялась дурь,

Чтоб всё наше достоянье,

Наши мысли и труды

Агентуре сдать влиянья

Из предательской среды…

И когда к нам весть плохая

Долетала из Москвы,

Говорил народ, вздыхая:

«Рыба тухнет с головы».

И сегодня в море водки

Вся страна сошла с ума:

Тонут атомные лодки,

И взрываются дома.

Превратилось в море крови

Море водки и вина –

Наводненья, катастрофы

И чеченская война.

До скончанья, видно, века

Обречён народ страдать.

Ни привета, ни просвета,

Ни надежды не видать».

(«33 несчастья», с. 45-50)

В ноябре 2004 году Геннадий Константинович опубликовал в газете "Волжская Заря" следующие проникновенные строки:

Россия мне чарует очи.

О ней печалюсь дни и ночи.

Ужель и впрямь её судьба -

"Тысячелетняя раба"?

Как может подленький политик,

В ней не имеющий корней,

Не зная дел её великих,

Глумиться яростно над ней?

Увы, Россия, ты веками

Наводнена клеветниками,

Сегодня, как и в толще лет,

От них России спасу нет.

Вотще злословы! Трепещите!

Не впрок коварная игра!

Русь вечно будет под защитой

Десницы светлой бога Ра».

Снова и снова мне вспоминаются слова В. Дорошевича «Без юмора русского таланта не бывает». У этой фразы есть продолжение: «Мы идём тяжёлой дорогой, и если бы не посмеивались. Что бы из нас было?..»

Наверное, мы бы не пропали без таких пророков с магическим кристаллом юмора, как Геннадий Константинович Сюньков, но наша жизнь была бы ещё мрачнее, беспросветнее, тяжелее.

Александр ЗИБОРОВ.

В кругу друзей (Г.К. Сюньков крайний справа)