Ледяные модэрн

Глава 1

У нас было два пакета травы, пол ампулы...

Стоп! К черту. Ни хрена у нас не было. Только мороз минус двадцать, и ожидание.

А всё почему? Любовь! Всмысле наш кент Пушистый внезапно повернул стрелки часов вспять.

Купидон пронзил его стрелами амура, после чего некая, на тот момент 17-ти летняя тусовщица, переехала к нему жить.

Это означало что ежели Пушистик идёт добывать наркоту, то мне с Некром надо тоже где-то ожидать. Всмысле где угодно, но не на одной жил площади с дамой его сердца.

Перспектива лишённая напрочь логики, но- мы же друзья, по херу, что мороз драл наш кожный покров как голодный зверь. Демоническая была зима в 16-м...

Так вот, накачавшись пивом, и как следует разработав предполагаемый маршрут прогулки, мы изрыгнули тела в ночь. А наш друг поехал покупать гашиш.

Удручало только наличие фактов из биографии торговца этими липкими кубиками.

Это были два малолетних барбитурщика, с вполне очевидными пристрастиями к гомо-ебле, и начальным этапом экспериментов с уличным метадоном.

Мы в свою очередь держали себя подальше от малолетних педиков с их опиатами.

Но гашиша хотелось. Оттого забирать поехал демократичный Пушистик.

Он ведь тоже, как и они любил русский рэп.

Поехал за гашишом на такси.

Мы с Некром проводили машину взглядом. В темноте красные фары удалялись, обрамляя зимний холод ядовитым паром из выхлопной трубы. Романтика пивного запоя потихоньку уступала вполне ощутимому холоду. Улица была пуста, снег покрывал ледяные выступы бордюров, летом здесь восседают детишки и обвисший жир старух сочиться с лавок у подъездов. Сейчас здесь были только две тёмные фигуры. Мы прикинули соотношение ожидания и шагнули в темноту, подальше от пытливых окон.

Город погрузился в кому, мороз выгнал с улиц всех недоброжелателей, редкие машины медленно, гололёд же, проезжали мимо, а мы шли не используя никаких заготовок маршрута.

Алкоголь убаюкивал, и отуплял.Впервые на моей памяти благословенный семнадцатый микрорайон был похож на зимнюю сказку.

Иногда нужно было подумать-бездельников тоже мучает усталость.

Если вы думаете, что напиваться и торчать это легко, то идите в жопу.э, ибо на бездельника вселенная направляет куда больше тумаков чем на рабочего пацана.

Закурили.

Сигаретный дым грел лица и руки, ледяная мгла от него казалась краше. Сейчас было главным думать про что угодно лишь бы не про отметку -20.

Некр эту мысль опроверг.

-Минус 27 уже, его острый нос стал красным как у алкоголика.

Он возвышался на до мной работая как щит от морозного воздуха.

-И чё?

Некр огляделся, людей понятное дело не было. Дворняжка юркнула в темноту цокнув по льду когтями. Ее шерсть переливалась в свете единственного фонаря.

Двигалась она враскоряку- сказывалась собачья жизнь.

-Пошли на 23-й?

-А там что?

-Там еб*ня, там детство мое прошло...

Огромный ледяной полумесяц уставился на нам десятками окон. Три дома посреди пустоты, чахлые ёлочки, звук трансформаторных будок заменял ветер.

Окраина двадцать третьего микрорайона.

Мороз поработал над тем, чтобы двор выглядел игрушечным как сувенирный купол который встряхивая осыпает декоративный домик снежинками.

Если встряхнуть улицу Солнечную то на головы дремающих бомжей, бродячих собак, и одиноких маргиналов польется дождь из замёрзшего кала, шприцов, и битого стекла. Да и тот разобьётся в пыль.

Тени наши скакали по стене. Подъезд был открыт.

Нужно было тепло, мы поднялись на этаж, попутно меня настиг флэшбек:

"Нам по девять лет, на лестницах валяются залипающие наркоманы, и особая похвала ждёт того, у кого хватит смелости перепрыгнуть через раскумареное тело." Отогнал эти воспоминания.

На шестом этаже было тихо и бело. Полная луна делала окружающее пространство неоновым. Площадку недавно побелили.

Закурили снова.

-Мы тут это...Влад пытался сформулировать наше положение придав происходящему оттенок декаданса. Мы тут как из той книги, которая, ну это.. про городское дно.

-Мы и есть городское дно Влад.

Спорить с этим было бесполезно. Тут же по Вайберу Пушистый сообщил что будет через час. Час это для нас ледяная вечность.

Теплый падик растопил мою исполнительную систему, мочится на стены дома детства я не мог.

Пошел на этаж выше- мусоропровод был там.

На седьмом не хранилось вспышек детской памяти. Но оторопь взяла не из-за них. Огромный белый как стены пёс неподвижно сидел у жерла мусоровода. Два темных глаза понимающе смотрели на меня. Он гордо вытянул спину, два облачка пара вылетали из ноздрей. Массивные лапы упирались в пол. Размером он был с добрую пони, а может это была игра света.

Дружелюбие сменилось любопытством и лёгкой паникой.

Прищурившись я отметил что голова у него вполне может находится на уровне моего живот, и это при том что животное сидело.

-Он встанет на задние лапы, и глаза его больше моих. Мысль отчего то взбудоражила муравейник в желудке. Поползли мурашки.

Пёс кивнул, этот жест я воспринял как приглашение к мистицизму. Да только на сегодня его и так хватало. Уважительно кивнув в ответ я вернулся на шестой.

Влад тем временем изучал наскальную живопись.

Кем-то криво выцарапаный, может даже мной из 2003-го, логотип ВИА КИШ, радовал его глаз настолько, что цветные линзы весело плясали в темноте.

-Омовил?

-Не чувак, подъездные бесы не дремлют, погнали на воздух.

-А шо Пушистый?

-Сказал ещё час.

-Погнали на лифте..

Со времен детства кабину оборудовали зеркалом.

- Шо, давай селфач?, запомним эту блядскую, морозную ночь.

Влад не возражал. Звук лифта не изменился со времён девяностых.

Снова уличный холод, и такой широкий ледяной двор.

В центре двора толпились люди. Поздний час был не помехой для народного гулянья. Снова запахло флэшбеками. Особенно меня будоражил румяный, в темноте его щёки горели, карапуз с визгом летящий с горки. Взрослые стояли полу кругом, шутили обволакивая себя клубами морозного пара. Их дети тёрлись рядом, катаясь по льду и с той же горочки. На ум пришли советские дворовые собрания из комедий Гайдая, если там были такие.

Почему-то картина давала депрессивный толчек, словно пар над головами сложиться в глумливые пухлые буквы:

"Они успешны а вы нет".

Транспорант для сублимированной совести. Блядь.

Люди как-то дружно окружали невидимый нам кусок заледенелой поляны, что стало прямо таки интересно. Что же там может быть?

Оказалось народ окружил мужичка. Роста ниже нас, с откровенно помятым лицом он обхватил руками сияющий алюминиевый бидон. Снег возле него щедро усыпан содержимых карманов. Я насчитал проездные билеты, отвёртку, пассатижи, кусок проволоки, кошелек, кнопочный телефон с овальным корпусом.

Мужичок тяжело дышал и пугливо опирался. Получилось так, что мы стали против этой кучки людей.

Ему было тяжко, лёд под его ногами хрустел, да и сам пассажир был нетрезв. Запах дешёвого коньяка и Кока-Колы долетал до моих обоженных морозом ноздрей. Приятно,блин.

Румяный карапуз обогнул нас и прижался к женщине. Снова панические атаки.

Мама была такой же румяной как и ее дитё, и очень жирной. Бывает полнота симпатичная, а бывает нет. Актриса Рэбэл Уилсон вызывала умиление. Вид этой мадам вызывал тревогу и отторжение.

Она была с белой кожей,оттенка розового сала, и постоянно спалилась. Только зубы отсвечивающие в темноте были больше похожи на два ряда подушечек орбита.

Её сын жался к ногам, и кусал варежку. Он игриво глянул на нас, а потом куда-то за наши спины, там где располагались старые голубятни.

Луна ещё больше вышла из-за туч, все стало ледяным и серебряным.

Кто-то одновременно тронул нас. Подумалось о неком пенсионное, что тоже пришел на это непонятное сборище посреди ночного двора.

Мы с Некром разом повернулись.

Луна отразилась в белесых круглых плошках, золотое сияние поймали ее в пеньках зубных коронок. Хрип вырывался из дыры что звалась ртом. Она шла у людям на ощупь, ибо белые как у вареной рыбы глаза не могли видеть.

Старуха выставив вперёд руки пыталась пройти к толпе. Но на пути были я и Некр.

Дальше мы поступили как полагается- свалили к херам. Ближе к безмолвию домов, подальше от ритуальных действ.

Когда странные обитатели домов стали настолько вдалеке что напоминали инкрустированных куколок из того же рождественского купола - мы выпали на одну единственную лавку.

Вновь закурили.

Черная точка приближалась к нам пока не стала вполне себе улыбчивым дядечкой.

Зубы у него были нормальными. Гнилыми цвета грязи. В руке его болтался молоток на длинной ручке. Сверкающий.

- Встаньте пожалуйста.

Мы были вежливые странники в ночи. Оттого не задавая вопросов встали с лавки. Дядечка благодарно кивнул, растер руки, молоток он сунул в разрез куртки. Затем надел перчатки, подошёл к лавке, посмотрел на нас. Кивнул.

- Понадобиться.

Лёгким движением руки он поддел доску на которой мы грели жопы, положил ее под мышку. Ростом он был аки Влад оттого доска сразу утратила свою внушительность, а дядечка нет. Молоток он так и нем в левой руке.

Его удаляющая спина пробудила ассоциации, тысячи их сейчас клубились в голове..

Но разом сгинули- звонил Пушистый.

- Как думаешь,нам ещё ожидать?

-Еще час - и снег красным станет.

-Ага, и белоснежные псы, меня тянуло на философию, откроют нам тайны мироздания…

- На хер эти тайны, лучше полемики только гаш.

Закурим?

Пушистый был задумчив и доволен. В тот год он выглядел как модель для британских журналов прошлого века. Его пассия жевала курагу и предложила нам.

Мы закурили.

Жирные кубики гашиша легли в наши ладони, мы причастились и выпали на диван.

Тепло квартиры и конопляные пары приятно пульсировала под кожей. Стояла глубокая ночь.Никто не гнал домой, а пива было несколько литров.

Пушистый потрепал её по голове, и благосклонно разрешил поставить музыку. Ещё бы не разрешил.

Влад улыбался, прихлебнул пива, повернулся к Пушистому.

- Как съездил?

- Та такое, зашёл, они в трусах оба, кровать раздрочена, Guf играет, а вы как?

Некр задумался, что-то проигрывая в голове, потом понял что покой марихуаны лучше болтовни,откинулся на диван и вполголоса проговорил,

- Странные у вас районы пацаны...

Конопляный покой накрыл нас умиротворенным одеялом.

Ледяная мгла за окном превратилась в сказку, где тишина шептала только хорошее. Мы вывалились на диване в мерцании Ока плазменного телевизора, и тут я подумал что из нашей компании в данный момент получится отличный новогодний купол. Лишь бы будущее не наступало. А возраст не переваливал за отметку 27-м.

И столько будет чудес, сколько нам бродить ночными дворами.

Конец.