Как же оно так получилось?

Предисловие

Ещё в школе я столкнулся с тем, что мне совсем непонятно, как же мы смогли победить в Великой Отечественной Войне. Нет, я много чего читал по теме, но понимания даже близко не появлялось. Даже хуже. Чем больше я читал, тем меньше понимал, почему получилось так, а не строго наоборот. Описанный массовый героизм и подвиги советских граждан, так, как оно подавалось, только укрепляли меня в том мнении, что я полный идиот.

Причём получалось странно. Вроде хронический идиотизм по жизни не бил меня по голове. Я где-то учился, куда-то поступал и даже служил в армии и находил работу. Только отлично работавшие в обычной жизни мыслительные навыки оказывались бесполезными, как только дело касалось истории ВОВ. Словно сверло по дереву, когда пытаешься работать им по бетону, они гнулись и крошились без всякой пользы. Чем дальше шло дело, тем меньше я понимал, и сдвинуться с мёртвой точки самостоятельно у меня не получалось. Слава богу нашлись люди и не сразу, но кое что начало проясняться.

Если вы находитесь примерно в такой же растерянности, и интересуетесь темой ВОВ, то возможно моя книга для вас. Сразу предупрежу вас. В секретные архивы меня не пускали, и опираться я буду в первую очередь на здравый смысли и те факты, которые уже есть в открытом доступе. Возможно я где-то ошибусь, но уж врать точно не стану. Ну а раз так, то вы сами сможете легко заметить мои ошибки и сделать свои выводы. В общем, удачи читатель!

***

Я лично считаю, что сноски в конце это вещь бесполезная, разве, что в научных работах. Поэтому я размещу ссылки на авторов, которых использовал здесь. Просто потому, что надеюсь, что вы прочитав мой краткий текст захотите узнать больше. Поверьте мне, эти люди написали вещи, ознакомиться с которыми будет интересно всякому, кто вообще хочет знать о той войне. Если вы уже прочитали моё творчество, то здесь вы быстро найдёте интересные вам ссылки.

Балаев Пётр. Миф о Большом терроре. (https://ruszamir.ru/catalog/mif-o-bolshom-terrore-trete-izdanie/)

Балаев Пётр. Клим Ворошилов. Первый Маршал страны Советов. Друг Сталина, враг Хрущёва. (https://ruszamir.ru/catalog/klim-voroshilov-pervyj-marshal-strany-sovetov-izdanie-2/)

Балаев Пётр. Клевета на Красную Армию. (https://ruszamir.ru/catalog/kleveta-na-krasnuyu-armiyu-istoriografiya-1941-goda-izdanie-vtoroe/)

Балаев Пётр. Жаркое лето 1942 года. Шах и мат Фон Боку от Тимошенко. (https://ruszamir.ru/catalog/zharkoe-leto-1942-go-shah-i-mat-fon-boku-ot-timoshenko/)

Берг Николай. Серия Люди на войне. (https://author.today/u/nikoberg151)

Берг Николай. "Кукушки", борцы с "мифами" и немного про Симу Хайхя (https://author.today/reader/106065/858907)

Тонина Ольга. В списках не значатся или пропавшие в никуда 10 миллионов солдат вермахта .(https://samlib.ru/t/tonina_o_i/poteri-vermaxt.shtml)

Тонина Ольга и Афанасьев Александр. К вопросу о подсчете военных потерь Германии во Второй Мировой войне. (https://samlib.ru/t/tonina_o_i/poteri-vermaxt-07.shtml)

Тонина Ольга, Афанасьев Александр. Некрофилы Третьего Рейха. Гриф секретности снят. Гламурненько. (https://samlib.ru/t/tonina_o_i/poteri-vermaxt-08.shtml)

Кыш. Азбука Кыша. (https://samlib.ru/n/nemez/azbuka.shtml)

Глава 1. Война никогда не меняется

Эта фраза из игры «Фолаут» отлично подходит для названия первой главы. Я предполагаю, что вы мой читатель немного знакомы с историей вообще и историей СССР или России в частности, и не стану утомлять вас изложением общеизвестных фактов. Так, что если вы встретите незнакомые имена полководцев и названия войн, то не взыщите - интернет вам в помощь. Я же обещаю не злоупотреблять эрудицией.

Прежде чем говорить о миллиметрах брони и скорости истребителей, стоит рассмотреть обстоятельства неизменные, и от таких деталей мало зависящие. Для упрощения понимания таких вещей я предлагаю вам для начала попробовать сравнить двух полководцев: Наполеона и Суворова. Какой из них лучше? Кто превосходит другого? Оба жили в одно время. Тактика и вооружение обоих армий русской и французской отличались, но не настолько, чтобы однозначно обречь одну из сторон на поражение. Оба ни разу не встретились на поле боя, и оба относились друг к другу с известной долей уважения. Как же их сравнивать?

Чтобы двинуть размышления с мёртвой точки, я попробую напомнить, что армии под началом у того или иного великого полководца не берутся из воздуха. Ну а раз так, то именно, как он сумел распорядиться тем, что дала ему судьба и определяет его мастерство. Остальное, увы не в его власти. Армия — это всегда часть общества, а точнее порождение государства (или другого сообщества, не важно племя это, или торговая компания). Как таковая армия несёт на себе неизгладимый отпечаток породившего её общества. Все её достоинства и недостатки отпечатаны, как узор с формы остаётся в отливке.

Возьмём, например, вооружённые силы Франции. Французская армия до Великой Французской Революции мало чем отличалась от прочих армий Европы. Особенно заметно это было в бесконечных войнах Людовика XIV. Чем дольше длилась война, тем больше играл роль фактор численности. Статистика сглаживала отдельные успехи отдельных полководцев и безжалостно диктовала тот принцип, что победа любит бОльшие батальоны. Соседи навалившись числом принудили Францию отступать и укрываться за неприступными крепостями.

Что же изменилось с приходом Наполеона? От чего так ярко взошло солнце славы французского оружия? Какое такое ноу-хау смогли изобрести? Атомную бомбу? - Нет. Новые ружья и пушки? - Да, но нет. Кое-что сделали, но не настолько круче соседей, чтобы этим объяснить такие успехи. Может тактика? Пресловутый рассыпной строй? Так его и так практиковали все. Даже дикие американские колонисты, не умевшие воевать по-взрослому, и те умели в рассыпной строй.

Изменилось со времён Людовиков ровно одно. Государство Франция стало буржуазным. Теперь не только лишь феодалы из избранных семей были допущены до участия в жизни страны, как равноправные участники. Не только маркизы, графы, и прочие д'Артаньяны и Монморанси теперь считались людьми и могли рассчитывать, что при дележе благ материальных их интересы будут учтены. Каждый, буквально каждый солдат, теперь носил в своём ранце маршальский жезл. Ну а те, кто не носил, помнил: дома их ждут свой кусок земли, конфискованный у маркиза, лавочка в предместье, с которой не нужно платить налог очередному графу, или что-то ещё не менее дорогое сердцу, что отнять у него кроме, как по суду в новых реалиях очень и очень непросто. А ещё миллионы людей просто почувствовали себя не скотиной безмолвной, а маленьким, но всё-таки человеком. Они с большего понимали за что, каждый из них воюет, а ещё они были уверены, что их усилия имеют значение.

Гений Наполеона был в том, что он понял, как использовать эти обстоятельства на поле боя. Теперь его армия стала не толпой насильно согнанных вместе рекрутов, или бандой грабителей, которым плевать на исход войны. Наёмникам нужно только одно, лишь бы она подольше длилась, а им шли денежки. Стало возможно делить армии на корпуса и действовать меньшими подразделениями. Просто потому, что больше было ненужно было приставлять офицера к каждому солдату, когда тот идёт в сортир, чем грешила прусская армия. Там гадить ходили ротой и по команде. Ну а после боя на муштру пополнения уходило в разы меньше времени. Вы представьте, насколько легче научить того, кто хочет учиться, по сравнению с тем, кого насильно забрили в солдаты? Ну а ещё, у вас теперь появился выбор, кого назначать в офицеры, и это не маленький список из десяти знатных фамилий. Кадровый резерв у вас вырос не в разы, а на порядки. Причём всё это чудо бесплатно!

Вот и начала французская армия совершать быстрые марши опережая врага. Разделяться на части и заходить с тыла. Потому, что солдаты не разбегались, а генерал у них — это не пьяный граф, а бывший контрабандист, знавший слово топография. В случае неудачи, всё чаще солдаты не бросали ружья, а смыкали ряды и стояли, дрались и переламывали проигранные сражения, даже когда за их спиной не стоял капрал с палкой. Раз за разом удача врага обламывала зубы об упорное желание французского солдата выполнить приказ. Сотни тысяч людей, которым хотя бы немного не пофиг на исход всего происходящего, даже если они не герои, то это сила, меняющая ход истории. В жизни мало просто сесть на хорошую лошадь или машину. Надо уметь выжать из них то, что они могут, и он мог это, как никто другой. Величие Наполеона — это его собственная работоспособность и понимание того, что дала ему в руки судьба. Только без этого подарка, я уверен, был бы он хорошим, но не выдающимся генералом.

Ну а что же Суворов? Армия Российской Империи ничем передовым похвастаться не могла. Нет не подумайте, я не ругаю её. Она была на уровне регулярных армий того времени. Ружья у нас чистили кирпичом, как и везде. Строились в линию и стреляли из пушек не хуже прочих. Так отчего почитай с Нарвы и до самого Аустерлица не проигрывала Россия генеральных сражений? А у нас методом втыка обнаружили то, чем воспользовался Наполеон. Сначала в войнах против Турции это получалось само собой. Что такое набеги крымчаков, за которыми стоял султан из Стамбула, знали все. От Тулы и до Смоленска уговаривать дать татарам мзды было никого ненужно. Это не замедлило сказаться на результатах. Меньшие русские армии, мотивированные на победу, били большие турецкие. Людям было понятно зачем драться, и раз уж драться, то и учиться тоже. Заметьте, где оказались проблемы с пониманием зачем нам эта война, всё шло куда труднее, и шведа ломали через колено долго, и как говорят, с кровью.

Вы спросите, а как же извечное желание пограбить? Оно вроде тоже должно было толкать турецко-поданных стараться победить чтобы потом стать богаче? Должно было и толкало. Только есть уйма людей готовых убивать за деньги, но лишь немногие готовы за них умирать. Вот это и стало тем водоразделом, который чётко определил, кто налево, а кто направо, и кто в войнах России и Турции будет жертвой.

Вот тут как раз обнаруживается в чём Гений Суворова на мой взгляд превзошел таковой у Наполеона. Почему? А потому, что он не только разглядел, в чём разница между солдатом мотивированным и тем, кто просто тянет лямку. Суворов последовательно, стал из своих солдат делать активных целеустремлённых людей. Вся его чудаковатость — это просто его фирменная метода. Он воспитывал в армии у обычных людей то самое ощущение собственного достоинства и сопричастности к происходящему. Суворов умел взращивать то, что подарила судьба Наполеону просто так - даром. Александр Васильевич не только на поле боя умел руководить войсками и организовать их снабжение, он умел воспитать качественно превосходящих противника солдат и офицеров.

Потому, я при всех личных закидонах и довольно реакционных взглядах Суворова ставлю его выше прогрессивного свободолюбца Наполеона. Ну а вас уважаемый читатель попрошу запомнить этот момент, что армия, в которой люди понимают, что и за чем они делают. Армия в которой, солдату не всё равно на исход войны. Армия, где люди будут чувствовать себя людьми. Такая армия при всех прочих равных будет бить ту армию, которую двигает жажда наживы, или всё делается из-под палки. Дисциплина и муштра бьёт бардак, а дисциплина и инициатива бьют и муштру, и численность. Это будет первое и второе блюда.

Почему и второе сразу? Да потому, что нужно понимать, если люди делают что-либо с полной выкладкой или из-под палки, это две огромные разницы. Надо понимать, что полководец не может заставить армию делать то, что она сама категорически не хочет. Равно и наоборот. Удержать войско от глупости невозможно, когда в армии все от солдата и до маршала полны решимости сделать что-то. Значит главнокомандующему остаётся только приспосабливаться к обстоятельствам и готовиться к неизбежному.

Примеров в истории масса. Бывало ли такое, что армия стремиться в бой вопреки необходимости и трезвому расчёту? Конечно. Да в нашей собственной истории есть яркий пример: Барклай де Толли не смог переломить намерение русской армии дать генеральное сражение. Оно было ненужно. Захват Москвы ничего стратегически не давал Наполеону, но это было дело принципа и назревал бунт. Отдать столицу без боя – это было просто невозможно, за гранью добра и зла, и плевать на доводы разума! Назначение Кутузова было вызвано именно этой причиной. Раз стоит выбор, армия даст ненужное сражение или превратится в толпу, раздираемую внутренними противоречиями и интригами, то пусть будет ненужная битва. Император Александр был отнюдь не дурак, "плешивый щёголь, враг труда" (с), но не дурак. Кутузова он очень не любил, но понимал, что никто не способен сделать эту работу лучше светлейшего князя Смоленского. Главное же, что, только Кутузов не позволит армии погубить себя самоё.

Поначалу Михаил Илларионович надеялся, что вся эта буза — это нетерпение группы самых молодых и амбициозных офицеров. Нужно просто всё спустить на тормозах. Не вышло. Это была дурь, но не личная, а совсем даже не молчаливое решение армии. Не желая устраивать бессмысленной бойни, Кутузов тянул как мог долго, откладывая сражение. Позиция у Бородино была плохой, но пятится больше некуда. Раз выбор или бунт армии или бой, то всё. Кутузов заткнул недовольным рты, сейчас "умная" болтовня была только во вред. Понимая настроение людей и принимая неизбежное, Кутузов практически устранился от командования.

Армия построена, генералы и солдаты на месте. Всё. Дальше сами. Хотите драки? Я умываю руки, только присмотрю, чтобы вы орлы не убились бы совсем. Тут, как известный по фильму Гибсона – Ульям Уоллес, когда он перед боем сказал: "Я привёл вас на это поле и построил в круг. Дальше пляшите сами." Единственное, Михаил Илларионович, чтобы убедиться верно ли он понимает настроение войск, приказал пронести по войскам Смоленскую икону Божией Матери «Одигитрии». Когда солдаты причащались, надевали чистое бельё и отказывались от водки – всё окончательно становилось понятно. Люди готовятся завтра встретится с Богом, какая тут в жопу водка. Они решили драться, чего бы им это ни стоило. Эти мужики с ружьями понимают, что завтра их ждёт ад битвы. Раз будет драка, то и цена им известна. Иллюзий Николеньки Орлова, что его такого красивого могут захотеть убить, у них нет. Эта армия не побежит, однако и манёвров хитрых затевать не стоит.

В итоге, Кутузов не ошибся. Начиная с генералов и заканчивая рядовыми все делают всё, что нужно. "Армия управлялась лучше нежели на параде..." Не выносивший Багратиона Барклай отдаёт тому свои резервы, а ведь сколько нервов Багратион вымотал де Толли! Простые солдаты стоят и дерутся, хотя убыль офицеров чудовищная. При всём кажущемся фатализме — это не тупой мазохизм. Армия яростно и изобретательно дерётся. Соотношение убитых и раненных после боя чётко рисует картину происходившего. Очень мало раненных в русской армии. После ядер выживают единицы. Зато десятки тысяч раненных французов, госпиталя просто не справляются. Это работа нашей пехоты, конницы и артиллерии, что огнём и белым оружием раз за разом отбрасывали врага.

Выдержав огонь более дальнобойной артиллерии французов, русская армия не побежала. Она впитала урон и ответила, да ответила так, что Наполеон понял — это поражение. Порох сожжён, дальше продолжать обстрел нечем, а русские не бегут. Атаки кавалерии и пехоты сдвинули их на сто шагов назад и всё. Даже если сейчас он бросит гвардию в огонь что произойдёт? Он потратит последний резерв, чтобы заставить русских сделать ещё сто шагов назад, а что потом? Что если она, как и все прочие не добьётся успеха? Когда произошёл рейд казаков император французов окончательно понял — это тупик. Сражение, ставшее вершиной его гения, ему не выиграть.

Он выдохся, ничто не мешает русским самим нанести удар. Едва он свяжет гвардию боем, они тут же ударят в другое место. Армия посыплется, а дальше разгром сметёт и его и гвардию. Он сам бы так и сделал. Эти казачки только первый звоночек. Его щупают. Провоцируют, чтобы он сделал ошибку и потратил резервы. Раз выиграть сражение уже невозможно, то остаётся делать хорошую мину при плохой игре, и объяснять горячим маршалам, почему он не даст им гвардию. Думаю, он был рад этому поводу. Солдатская причина не жениться. Вдруг война, а я уставший?

Ну а есть пример, что будет когда армию толкали вперёд против её желания? Есть! Одно из самых ярких наступление генерала Нивеля в Первую Мировую Войну на западном фронте, где без перемен. Армию расстрелами и заград-отрядами погнали в наступление. Итог - кровавая бойня без особых результатов. Наступать было нужно, к наступлению готовились, но люди не хотели воевать. Итог горы трупов, миллионы снарядов в никуда, поля, превращённые в лунный пейзаж и ничего хорошего. Бойня Нивеля.

Так к чему же я веду? Веду я к тому, что дисциплина может заставить делать хоть что-то, но это не сравнится с тем, что люди делают с полной отдачей и по собственному желанию, даже когда они сильно неправы. Да не только желание, но и страх тоже может придать сил. Тогда люди будут раз или два драться с решимостью обречённых, но рано или поздно они сломаются. С таким настроением войну можно только проиграть.

Третье, армия марширует брюхом, а ведро пота экономит стакан крови. Война — это снабжение + тяжёлый труд. Что бы люди могли трудиться о них нужно заботиться и снабдить инструментом. Долго, очень долго неприхотливость русского солдата была его конкурентным преимуществом. Его можно было недокормить, недоучить, обокрасть, а он всё равно преодолевал невзгоды и тяготы армейской службы.

Царское правительство настолько привыкло к такому долготерпению, что потеряло всякие берега. Оно не сильно сумняшися, втравило страну в Первую Мировую Войну, рассчитывая рассчитаться человеческим мясом за кредиты на особняки для своих блядей. Николай, который второй, думал, что затягивать войну до тех пор, пока союзники не согласятся на любые его условия, это хороший план. План-шантаж может и хороший, только вышло всё так, что терпелка у людей лопнула. Солдаты решили, что дальше они готовы стойко переносить какие угодно невзгоды и тяготы, только теперь, чтобы никогда не иметь таких начальников, как Николай 2 и вся его гадская семейка.

Если армия воюет и добивается результатов, то это всегда не чудо, вроде хождения Исуса по водам озера – это всегда результат кропотливой работы тыла. Пока армия была не больше банды, ну ладно пускай в ней было даже десяток тысяч, то она могла прожить сама на подножном корму и грабеже. Уже при Наполеоне размеры армий выросли до размеров государств. Теперь надо было как-то выкручиваться. Всю эту массу людей нужно вооружать, кормить, учить, одевать, обувать, мыть, лечить и хоронить. Если не делать чего-то, то это обязательно скажется на результате. Армия — это государство в государстве. Недокормленная армия это просто беда. Она не верблюд, чтобы напившись раз в месяц в оазисе, снова превратиться в стройного красавца, корабль пустыни. Кормить её нужно всегда, когда она нужна и не нужна. Это как сторожевая собака, корм у неё должен быть ежедневно, а не только тогда, когда пора отдавать команду "Фас!". Если собаку не кормить, то она не только хилой вырастет, она ещё, чего доброго, хозяина покусает и бешенством заразит.

Четвёртое, кадры решают всё. В отличии от общества, армия сама размножаться не умеет. Во всяком случае пока. Что главное в любой работе, кроме наличия инструмента? Конечно, наличие тех, кто им пользоваться умеет. Да, я про офицеров, прапорщиков и сержантов, а местами и про солдат. Чем дальше, тем сложнее будет становиться техника, и тем больше специфических знаний и умений будет требоваться. Людей нужно учить. На войне их убивают. Значит людей нужно учить с запасом чтобы, когда убьют обученных, кто-то мог их заменить. Желательно вот прямо мгновенно и сразу заменить.

Если, не дай боже, война затянется, и в одной армии взводами будут командовать обученные офицеры, а в другой сержанты после учебки, то произойдёт нехорошее. Когда убьют ротного, кто станет на его место? Сержант взводный или лейтенант, который пока учится людьми руководить на взводном уровне? Как думаете разница есть? Я вам скажу есть. Причем, чем дольше будет идти война, чем чаще будут на должности офицеров ставить сержантов, а то и рядовых, тем больше такая армия будет отхватывать от той, где обученные кадры замещаются другими обученными же кадрами.

Про ротного вам понятно? Что будет когда поднимемся на уровень выше? Надо рассказывать или поймёте сами? Думаю поймёте, что ротой командовать проще, чем батальоном, а батальоном чем полком. Требования к начальству там только растут. Офицеров нужно много, сильно больше минимального минимума. А чтобы в обществе образованных людей хватало не только на армию, то и просто образованных людей нужно не просто много, а очень много. Это только дураки сами родятся. Даже ежу понятно, что когда я говорю, про массовое образование, то это речь о фактическом образовании, а не о наличии в стране недорогих дипломов. Стране, если она надеется отбиться от добрых соседей, нужна настоящая система обучения людей, а не набор учреждений, продающих доступные по цене образовательные услуги.

Пятое, дом разделённый надвое не устоит, а пустое брюхо к учёбе глухо. Раз нам нужно много людей образованных и желательно хорошо образованных, нужно сделать так, чтобы у них было время, желание и возможность учиться. Это означает, что жить в нашем богоспасаемом государстве должно быть хорошо невероятно подавляющему большинству граждан. А иначе никак. Армия же стоит на плечах экономики, в которой, заняты все. Если там всё устроено на тоненького, то едва военные усилия надавят, то всё! Оно, как гнилые штаны лопнет, стоит едва присесть, даже ещё не от напряжения.

Если где-то вдруг у нас с тобой, только пять человек или даже пятьдесят процентов населения всем довольны, это просто беда. Это значит, что вторая половина хоть вроде и воюет, но только воюет в свою сторону. Война, которая большая, она ляжет на все плечи, и особенно тяжело ляжет на плечи большинства обычных человеков. Если у людей и так будет терпение на пределе, что случится? Где толстый сохнет, там тощий сдохнет. Исключение бывает только, если люди уже довольно-таки продолжительное время ощущают положительную динамику своего существования. Т.е. пускай пока нет молочных рек, и кисельных берегов, но каждый день становится лучше. В крайнем случае, конструктивные жалобы и критика не затыкаются, и люди знают, что закон для нас всех един, а сами они для государства люди, а не быдло. Если вокруг не частная лавочка для пары десятков состоятельных ребят, а наша собственная Родина-мать, то тогда есть смысл корячится, жизнью рискнуть. Ты не одинок, и вокруг все именно этой работой заняты. Спасают свою заслуженно любимую Родину. Иначе даже попав на войну человек не воевать будет, а выживать. Если он дома выживал, от чего на войне станет жить по-другому? Только сильная экономика, ориентированная на удовлетворение потребностей подавляющего большинства граждан (в том числе и потребности в защите) способна вытянуть войну.

Теперь десерт. Армию должны любить! Причём искренне и без половых извращений. Можно создать какую угодно экономику, школу, сделать миллиард летающих танков, но если люди защищать свою страну не рвутся, а на военных смотрят, как на ущербных неудачников, то толку не будет. Служить в армии — это не должно быть уделом тех, кто просто слишком туп, чтобы воровать или устроиться в бизнес. Военный – должно означать обеспеченный и умный. Когда армия — это отстойник для неудачников, то победить она не сможет. Корячиться возможно, пускать пыль в глаза на парадах запросто, а вот побеждать искусного противника – нет. Кто сейчас идёт в армию? Чем он озабочен, не имея возможности заработать в бизнесе? Какие там проходные балы в военные училища? Кто хочет видеть этих людей у себя на работе сотрудником или дома соседом? Каков их культурный уровень? Сколько фильмов, книг, телепередач, блогов вы вспомните, в которых вы увидели реальный образ современного военного, которому хочется подражать? А если нет, то почему нет? Простые вопросы? Да. Ответы вы сами знаете, и всё это ответы на вопрос, почему одна армия побеждает, а другая нет.

Закончу эту главу словами героя Булгакова, подводящими итог всем рассуждениям, лучше них я не скажу: "Нужна любовь, а без любви ничего не сделаешь на войне!" Нельзя на войне без любви к своему солдату. Ну а любовь к солдату невозможна, пока нет любви к простым гражданам, особенно у власть предержащих. Солдаты ведь не с Марса берутся. Это те самые простые граждане, только в форме. Нельзя без любви! Даже тупой крестьянин знает, что бить свою корову дурость!

Начав главу с цитаты, я цитатой из «Бега» её и закончу: "И еще скажите, что заграничным шлюхам собольих манжет не видать!" (с)

Глава 2. Экскурс в историю и странности в официальной истории войны

Итак, приступим помолясь. После первой мировой войны распалось несколько империй: Турецкая, Австро-Венгерская, Российская и Немецкая. Немецкая Империя – Второй Рейх оказалась среди тех стран, которые потерпели поражение в войне, и была вынуждена потерять все свои колонии, часть территорий, и обязана выплачивать огромные компенсации за причинённый ей материальный ущерб. Крупнейший промышленный район Германии – Рур был оккупирован французской армией, в качестве гарантии этих выплат.

Россия войну не проиграла, но она вышла из неё, не претендуя на репарации и аннексию территорий. На месте рухнувшей Российской Империи образовалось сразу несколько стран. Это Польша, Финляндия и СССР. СССР – Союз Советских Социалистических Республик, как и Германия - Веймарская республика находился в незавидном положении. Его промышленность была разрушена Первой мировой и Гражданской войнами и, кроме того, он находился в дипломатической блокаде. Не удивительно, что два изгоя Германия и СССР нашли общий язык, и между ними было достигнуто соглашение о военном сотрудничестве. В ряде работ даже напрямую указывается, что немецкий меч ковался в СССР, и в тех военных школах, что действовали на земле первого государства рабочих и крестьян, была обучена элита немецкой армии.

Военно-промышленное лобби Германии не могло смириться с условиями навязанного им Версальского мира и Германия отказавшись от ограничений, наложенных на неё, стала безнаказанно наращивать военные мускулы. В это время выиграв на выборах к власти в стране, пришла национал-социалистическая партия. Она запретила все остальные партии, а её лидер Адольф Гитлер стал главой Германии. Он объявил о создании Третьего Немецкого Рейха, который должен править миром. Для начала Рейх мирно и без войны поглотил Австрию. Потом аналогично в два приёма присоединил Чехословакию. Параллельно, он заключил соглашения с Италией и Японией образовав так называемую Антикоминтерновский Пакт, или Ось Берлин-Рим-Токио.

Подписав с СССР пакт о ненападении, Третий Рейх развязал себе руки для нападения на Польшу, на которую он и напал осенью 1939 года. Разделив с СССР земли Польши, Рейх обратил свой взор на запад быстро захватил, Данию, Голландию, Бельгию, Люксембург, Норвегию, разгромил Францию и заставил Англию эвакуировать с континента остатки своих разгромленных сухопутных войск. Потом Германия захватила Югославию, Грецию, остров Крит, и летом 1941 года вероломно напала на Советский Союз.

Руководитель СССР И. Сталин, за несколько лет до этого, развязал в 1937-38 годах в стране массовые репрессии, и меньше чем за два года, истребил более 636 тысяч человек, в том числе и лучшее военное руководство страны. Ещё более полутора миллионов граждан СССР оказались в концлагерях. Полностью доверяя Адольфу Гитлеру, Иосиф Сталин держал армию страны неготовой к войне. Лишённая лучших кадров Красная Армия оказалась полностью неподготовленной к войне и была практически уничтожена в боях летом и осенью 1941 года. Решимости Германии совершить нападение придала неудачная Советско-финляндская война (1939—1940), где СССР потерял по разным оценкам от 250 000 до 600 000 человек против чуть более 25 000 потерянных Финляндией. Так же фатальную роль сыграла с армией потеря командных кадров. В РККА основные посты занимали ретрограды-конники, которые не сумели провести модернизацию, и в результате войска не были, как следует, обучены и не имели хорошего вооружения.

К зиме 1941 года Вермахт и его союзники дошли до Москвы и окружили Ленинград на севере, а на юге достигли Ростова. Под Москвой по причине плохих погодных условий РККА отбросила врага, но на следующий год история повторилась. Немецкие войска победным маршем дошли до Волги в районе города Сталинград и захватили Кавказ. В ходе тяжёлых боёв вокруг города Ржева наша армия потерпела тяжёлое поражение, но смогла удержаться. Был окончательно потерян Крым, пал Севастополь, а все попытки РККА деблокировать Ленинград провалились. Опять начавшаяся зима лишила Вермахт победы. Войска Рейха под Сталинградом попали в окружение и сдались.

Восстановив силы обе стороны летом 1943 года вступили в Курскую битву, которую СССР выиграл, потеряв втрое больше войск чем Германия. С этого момента с помощью поставок союзников РККА била врага. Союзники: Америка и Англия открыли Второй фронт в Европе и в 1945 году война завершилась в Берлине подписанием безоговорочной капитуляции со стороны Германии. Потери Рейха на восточном фронте составили около трёх миллионов человек, а СССР потерял двадцать миллионов. Вот вроде и всё, если не вдаваться в подробности.

Начиная эту главу, дорогой читатель, я хотел просто описать, что же мне было известно о войне и уже от этого плясать, убирая непонятное. Однако оказалось, что всё не так просто. В разное время я знал о войне разное, и зачастую противоположное предыдущим знаниям. То что я написал, это компиляция наиболее распространённых версий событий. Думаю, ты хочешь почитать книгу о войне, а не о том, как я искал для себя правду? Жаль расстраивать тебя, но немного придётся познакомиться и с моим путём к выводам. Ну а раз так, то начну с того, что более-менее понятно.

Начиная с Сталинграда, а вернее с Курска война выглядела для моего юного ума хотя бы немного понятной. Что я хочу сказать? Мы выигрываем сражения, не все, но всё чаще и чаще. Мы тесним врага, и захватываем пленных. Успех за успехом и наконец побеждаем. Вроде всё логично. Выигрывали и победили – закономерный итог. Если так, то первый же вопрос, который возник, а что такое волшебное произошло в 1943 году, что практически непрерывные поражения сменились на победное шествие? Мы наладили выпуск анти-материальных винтовок? Изобрели стелс пехоту? Внедрили волшебную тактику, которую наш противник повторить не смог? Произвели прорыв в науке? Придумали гениальное административное решение? Что же мы сделали такого, что вдруг нас перестали избивать в одну калитку?

Может у нас новые гениальные полководцы появились? Разочарую — нет. Всё те же фамилии. Да, некоторые новые имена зазвучали, но уже когда произошёл перелом. Точнее их повышать стали и чаще награждать, вот и начали они мелькать в сводках чаще. Так может дело не в генералах? Может наши простые парни в грубых шинелях научились наконец делать то, что нужно для победы? Но как?! Как они смогли?! Нас же буквально безответно били с 1941 года. Несколько раз была истреблена и взята в плен вся Красная Армия. Из тех, кто мог набраться опыта должны были выжить единицы. Вся наша армия к зиме 1942 года — это армия желторотиков на 99,99%. Как так возможно, что наши профи выращенные, выкормленные кадровые военные терпели одни поражения, а как набрали новобранцев с одной винтовкой на троих, так мы сразу стали бить великолепно образованных и вымуштрованных немцев?

Так может в войска пошла техника пусть и не революционная, но много? Не без этого. Как раз в этот период начинает набирать обороты наша промышленность в эвакуации. Вот скажите вы! Война моторов! Вот оно! Увы, я снова вас разочарую. В 1941 году, если верить историкам, техники было куда как больше, а технологическое отставание от немцев было меньше. Т.е. нам в 1942 стало только хуже. Мы стали делать всего больше, но оно было хуже относительно нового вражеского. Во всяком случае, так выходит, если читать официальных историков, что в России, что в Германии.

Да и сами действия нашего врага выглядят предельно странно. Он побеждал, побеждал, и вдруг раз, как отрезало! Дальше только красные стрелки в сторону Германии. Вот в том самом 1943 году, это в Рейхе изобрели и сделали много новых типов супер-танков, новые самолёты, оружие пехоты, снаряды хитрые, ракеты баллистические, на подходе были реактивные самолёты и самонаводящиеся торпеды. Массово изобрели новое они, и это новое всё очень из себя такое крутое, что просто отвал башки. Сколько пришлось пострадать от всех этих придумок и нам и союзникам. Ну а что, в результате? Кто новое сделал, тот и проиграл! Выходит, у немцев до Сталинграда был порядок, а потом развал? Да вроде нет! У них всё время производство шло только в гору до самого 1945 года, и чем больше я узнавал, тем больше в этом убеждался. Выпуск оружия в Рейхе постоянно рос, новые типы вооружения появлялись, а победа, наоборот, ускользала из рук. Реформу в промышленности провели, и вал и качество подняли, от налётов ключевые предприятия в шахты спрятали. Всё бесполезно – фашистов словно сглазили.

Так как же мы его переломали этот перелом? Выходит даже самая понятная и логичная часть войны не такая уж понятная. Она просто никак не состыковывается с тем, что было до неё. Как две части из разных фильмов. То была трагедия, то раз, и пошла комедия. Непонятно откуда она берётся, и почему не взялась раньше, и сколько я ни думал не вытанцовывалось у меня.

Странно всё было, очень странно. Например, у нас враг у ворот столицы и ужасающие потери, а в армию пацанов и стариков не берут. Кто назовёт хоть одну пионерскую дивизию? Ну а может были ветеранские полки, где герои Шипки составляли большинство? Даже наше ополчение — это нормальные мужики и юноши призывных возрастов. Да, есть девочки санитарки и даже зенитчицы, или снайпера, но это не система, а скорее исключение для тех кто хочет и готов. Т.е. вроде совершенно ясно, что наши мужики перебиты целыми возрастами, а в армию призывают только нормальных же мужиков. Детей и стариков не гребут. Как в компьютерной игре с читами, у СССР каждый раз, когда надо, хоба и готова новая дивизия. Плюс эти новые дивизии чем-то вооружены и одеты, обуты, накормлены. Кто помнит мемуары, где говорили, что у нас на фронте есть нечего? Будто наколдовали Советскому Союзу новые войска, сразу с оружием, обученных и жратвы им.

Немцы же всю войну несут смешные потери и в абсолютных числах, и в процентах к их населению, а с 1943 начинают массово использовать школьников старших классов в расчётах ПВО, а в 1944 году начинают загребать в армию всех тех, кто уже ходит, и тех, кто ещё ходит. Так может это потому, что у них девушек туда не брали? Нет. Брали девчонок. Фотографии есть, и форма одежды для женщин имеется. Всё как у нас, с их собственной спецификой. Однако факт – тотальная мобилизация работает, как пылесос, и буквально метут всех под ноль, а армия при этом у них численно не растёт. Куда все эти люди деваются? Они словно вода в песок уходят в никуда.

Да ладно бы победный для нас 1945-й, может эти фольксштурмы разбежались. Странно другое. Имея более слабую оружейную промышленность СССР, не встречает серьёзных проблем со стрелковым вооружением. По крайней мере винтовок, автоматов ППШ и наганов хватает на всех. Зато Германия, получившая в трофеи горы оружия лучших европейских армий, вынуждена вооружать свой фольксштурм одноразовыми винтовками ужасающего качества. У неё и запасов оружия больше, и производится его больше, но не хватает, а в СССР такой проблемы не стоит. Это при том, что по версии наших же историков, мы потеряли дважды всю нашу армию, а значит и их винтовки достались врагу или ржавеют по буеракам.

Ну а с подсчётом потерь полная неразбериха. При смешных потерях у начальника штаба сухопутных войск Германии Гальдера в дневнике встречается такое:

9 июля 1941 г. (среда). 18-й день войны Пополнение подвижных соединений личным составом из пехотных дивизий (лучше всего за счет пехотных дивизий, намеченных для оккупации). Вопрос о пополнениях личного состава: полевые запасные батальоны в основном уже исчерпаны.

Две с половиной недели, а обученных резервов для танкистов и мотопехоты уже нет. Надо брать людей из пехотных частей и направлять в танковые. Какие интересно танкисты там у них в пехоте? Об этом мы ещё поговорим, а пока просто отметим тенденцию.

26 июля 1941 г. (суббота). 35-й день войны. Майор фон Белов (офицер связи при штабе танковой группы Гудериана) доложил о действиях противника и об обстановке на фронте 2-й танковой группы. Боевой состав соединений после пяти дней отдыха можно будет довести в среднем до 50 %. Личный рапорт фон Белова с оправданием своих действий.

Дальше больше. Уже и пехотные доноры не восполняют потери в танковых частях. За пять недель войны осталось меньше половины? 2-я танковая группа это не исключение, а правило. Почитайте сами и убедитесь, что в ней всё ещё более-менее неплохо. Читаешь слова - победа, потом смотришь цифры по каждой танковой группе, а потом думаешь, как оно между собой соотносится, и чаще всего никак. Ведь части потерявшие 30% состава обычно считаются разбитыми, так это победа или как? Это только один пример, как одно прямо противоречит другому.

Точно в тех же не мемуарах (задним числом можно понаписать разного), а в дневниках приводятся смешные цифры потерь в Вермахте, какие-то менее 100 000 убитых и общая убыль менее 12% от всего состава войск в 3,81 миллиона солдат за первые пару месяцев войны (это даёт до 450 000 в сумме с раненными и больными). Одновременно с этим записи о том, когда же наконец удастся восстановить численность войск до 50 – 60% их штата? Как это стыкуется? Месяц войны и уже вопросы, как восстановить части хоть до половины! Может это только в ударных группировках такое счастье, но ведь туда, как насосом качают из пехоты людей? Почему не хватает? В пехоте тоже нехватка?

Тот же самый Гальдер пишет словами о том, что бои идут гораздо более упорные чем во Франции, а по его цифрам среднесуточные потери у Вермахта меньше? Самое при этом странное, что они сокращаются. Чем дольше идёт война, тем меньше погибает немецких солдат в день. Так может Германия выигрывает войну? Таки нет. Я снова запутаю вас, дело идёт прямо к поражению Вермахта под Москвой.

Добавим сюда и наши мемуары, и запутаемся окончательно. Потому, что почти везде мы встречаем, что наши войска наносили кратно большие потери немцам, но отступали. Вот буквально, как в фильме "Они сражались за Родину". Неполная рота (всё, что осталось от последнего стрелкового батальона полка) успешно бьётся с полком немцев. Вы скажите враньё и художественный вымысел? Кстати по документам эта роты выходит каким-то Н-ским полком Н-ской дивизии. Знамя своё сохранили и даже один офицер остался. В немецкой литературе этот полк наверняка будет фигурировать, как полноценная часть. Теперь представьте, что там написано. Такой-то русский полк был разбит несколько раз, отошло не больше роты. Ну а по факту противник несколько раз понёс несопоставимые потери. Поэтому, нужно разбираться, кто и против кого воевал. Ведь аналогичным историям от немцев у нас принято верить безоговорочно. В их мемуарах — немцев мало, наших много. Немцы наших бьют нещадно, а потом вдруг раз и поражение под Москвой.

Как так вышло? Убивали безответно, а войну проиграли? Под Москвой все замёрзли? Т.е. шли месяц, второй, третий, осень провоевали уже и к зиме приспособились, и вдруг замёрзли? Стоило появиться нашим свежим войскам и мороз стал невыносимым? Потом снова, лихо идут к Сталинграду, и снова контрудар и замёрзли? Так стопЭ, а на Кавказе опять замёрзли? Вроде там не холоднее Баварии, ну на худой конец Бранденбурга? Ладно. Думаю, что всю глубину своей растерянности и непонимания я уже донёс.

И вот вопросов накопилось столько, что впору садиться и писать книгу. Как, например, побитая Германия смогла взять и отказаться от Версаля? Зачем нам было с ней сотрудничать и что из этого вышло? Почему к власти пришел именно Гитлер, и как он за три года создал многомиллионную армию? Ладно, это предыстория. А что с самой войной? Как на самом деле повлияли репрессии и Финская война на нашу подготовку? Каков был реальный план Сталина и почему всё пошло не так в июне 1941-го? А может наоборот всё шло, как и было задумано – да только куда оно в итоге пошло? Куда делись миллионы немецких солдат, если потери у них были «смешные»? И главное — как нам удалось перевернуть ход войны, если всё было настолько плохо? И да, кстати, кто и зачем написал ту историю войны, которую я знал со школы?

Глава 3. Малой кровью, могучим ударом?

Эта фраза в названии главы уже настолько стала штампом, что и я не удержался. Неужели всё, что делалось для обороны страны было проникнуто этим духом шапкозакидательства? Давайте разбираться, как готовилась РККА защищать СССР?

А была ли у нас вообще единая концепция построения вооруженных сил и ведения боевых действий? Как часто она обновлялась? На первый вопрос ответ - да, военная доктрина у нас была. Автором её был Михаил Васильевич Фрунзе. К сожалению он умер, и не смог лично воплотить её, но авторство его оспаривать смысла нет. Конкретные планы менялись в зависимости от обстановки, но сама доктрина оставалась неизменной. Это подтверждается переизданием брошюры "Единая военная доктрина и Красная армия" перед Великой Отечественной Войной. Что говорит эта доктрина о предстоящей большой войне? Дадим слово Фрунзе:

Анализируя вероятную обстановку наших грядущих военных столкновений, мы заранее можем предвидеть, что в техническом отношении мы, несомненно, будем ниже наших противников. Обстоятельство это имеет для нас чрезвычайно серьезное значение, и мы, помимо напряжения всех сил и средств для достижения технического совершенства, должны искать пути, могущие, хотя до известной степени, уравновесить эту, невыгодную для нас, сторону.

Некоторые из них имеются. Первым и важнейшим является подготовка нашей армии к выполнению маневренных операций крупного масштаба.

Размеры наших территорий, возможность отступить на значительное расстояние, не лишаясь способности к продолжению борьбы и прочее, представляют благоприятную почву для организации маневров стратегического характера, т.-е. вне поля боя. Наш командный состав должен воспитываться преимущественно на идеях маневрирования, а вся масса Красной армии должна обучаться способности быстро и планомерно производить марш-маневры.

Вот кат-то так. Никого шапками забрасывать не собирались и готовились драться с технически превосходящим противником. Ну а что в песнях пели, так не реквием же петь,? С похоронным настроением проще сразу в могилу ложиться. Заметьте, что в доктрине чётко сказано, что оставление территорий это, то что будет, то к чему нужно готовиться. Основной вид боя маневренный, удержание территорий не фетиш.

Основной задачей текущего дня в этом отношении, на-ряду с углублением и расширением политработы на низах, стоит работа по приобщению к общей красноармейской массе нашего командного состава. Государство должно всем весом своего влияния в кратчайший срок покончить с теми остатками политической разъединенности, которые до сих пор наблюдаются в Красной армии. Люди с идеологией, враждебной идеям труда, должны быть оттуда изъяты. Это отнюдь не означает необходимости для всего командного состава Красной армии стать членами коммунистической партии. Но это значит добиться такого положения, чтобы командный состав стал фактически советским, чтобы исчезла всякая почва для каких бы то ни было подозрений политического порядка по его адресу, чтобы у него с низами, с рядовой красноармейской массой чувствовалась полная спайка и взаимное понимание. Только при этом условии нам фактически удастся ликвидировать институт военных комиссаров, как излишний придаток, и перейти к системе единоначалия.

Вот и ещё новинка. Если у нас большинство армии будет из советских людей, то и комиссаров ненужно. Единоначалие этот идеал, к которому следует стремиться. То, что я писал в первой главе. Дом разделённый надвое не устоит. Комиссары - это средство против имеющегося в обществе идеологического раскола, а никак не нечто обязательное и постоянное. Коммунистические идеи - это не религия, и боевых попов в армии ненужно.

На вопрос о характере военных задач, могущих встать перед нами, т.-е. должны ли они быть строго оборонительного характера, или Красная армия республики должна быть готова в случае нужды к переходу в наступление, совершенно определенный ответ вытекает из всех предшествующих соображений. ...

... В организационном отношении основой наших вооруженных сил для ближайшего периода может быть только постоянная Красная армия. Это вытекает из всего, что говорилось выше об общем характере наших боевых задач.

Подведём промежуточный итог. На нас нападёт враг оснащённый лучше нас и более многочисленный. Нам придётся вести маневренную войну и вероятно отступать, ровно до тех пор пока условия не позволят нам перейти в контрнаступление. Нужно крепить единство общества и строить армию на принципах единоначалия. Единственной правильной формой организации армии следует признать армию регулярную. Всякая махновщина, ополчение, территориальная оборона, и прочая самодеятельность, нам ни к чему.

При строевом обучении элемент "муштры" в Красной армии должен отойти на самый задний план; при этом самое понятие "муштры" совершенно должно быть изменено. О муштровке в старом смысле этого слова, т.-е. в смысле чисто механического, с применением суровых мер воздействия, обучения красноармейцев элементам строя, не может быть и речи. Нам не к чему стремиться к достижению такой выучки строевиков, которая являлась идеалом для всякого рода любителей парадов и показной стороны. Достаточно добиться известной стройности, быстроты и правильности при выполнении определенных построений. Механичность при этом вовсе не требуется; необходимо все строить на достижении этих эффектов путем максимального развития личной инициативы и самостоятельности каждого красноармейца. В этом отношении особенности характера нашего государства и нашей армии открывают самые широкие перспективы. Мы имеем полную возможность строить единство армии не путем палочной дисциплины, а путем максимального умственного развития красноармейцев. В то время, как всякое буржуазное государство должно опасаться пробуждения и развития духовной деятельности рабов капитала, для нас это самое развитие является вернейшим залогом победных достижений. Применительно к этим требованиям должен быть приспособляем весь аппарат нашего обучения одиночного бойца.

Тупые дуболомы и просто послушное мясо, варвары в погонах, такие солдаты это - не наш идеал. Нам нужно учить людей инициативных и творческих, бойцов понимающих обстановку, способных действовать активно, самостоятельно. Буквально то, что делал Суворов. Века идут, а люди остаются людьми. Это нужно помнить. Про то, как следует поддерживать дисциплину почитайте сами. Я итак злоупотребил с цитированием. Ну а потом подумайте, сочетается ли такая армия с палочной дисциплиной, запугиванием расстрелами или заградительными отрядами стреляющими в спину своим.

Ну а что насчёт неумения нашей армии копать окопы?

В связи с этим в общей экономии наших военных средств инженерная оборона и нападение, игравшие такую колоссальную роль в империалистической войне, в нашей армии должны отойти на задний план. Основная роль, которая должна быть отведена этому роду оружия, сводится к вспомогательному средству для операций полевого характера. Пользование местностью, широкое применение к ней и ее искусственное усиление, создание искусственных временных рубежей, обеспечивающих выполнение общего марш-маневра, - вот область приложения сил и средств этого порядка.

Понятно? Армия не должна надеяться, что будут созданы непробиваемые волшебные линии Мажино, Маннергейма, Сталина. Рассчитывать, что так удастся остановить противника - это заблуждение. Основу действий будет определять маневр, а значит придётся быстро возводить оборонительные рубежи, чтобы обеспечить как наступление, так и для экономии сил при удержании ключевых объектов. При этом, однозначно определяется, что и эти рубежи важны ровно в том смысле, в которым их удержание полезно для общего успеха операции. Оборудовать оборону нужно, но цепляться за укрепления, если обстановка требует другого, не следует. Чтобы у вас не было впечатления, что это простые декларации, то рекомендую почитать вам полевые уставы РККА и убедиться, что и в них с рытьём окопов полный порядок. Кроме того советую посмотреть статистку возведения временных укреплений в РККА. Вы удивитесь, что чем больше мы наступаем, тем больше их строим.

Не стоит тут удивляться. Наступление - это апофеоз маневренной войны. Это сочетание ударов, контрударов, обходов и прочих манёвров. Фронт противника прорывается, в том числе, чтобы заставить врага покинуть свои подготовленные позиции. В таком случае нашим войскам, уже прорвавшимся в глубину вражеской территории, нужно удержать захваченное. Вот и приходилось, немногочисленным пока частям, использовать все возможные преимущества, в том числе и полевые укрепления приспособленные к местности. В точном следовании с военной доктриной Фрунзе. Тут он как в воду глядел. Точнее, те, кто нашу армию учил и готовил, читали и эту брошюру и много других подобных ей материалов.

Что в Европе разразится новая глобальная война, сомнений у военных не было. Споры шли только, в русле: что, где, когда. Ну и раз доктрина штука стратегическая, то рассмотрим, что было сделано для подготовки к неизбежной войне на уровне стратегии.

Во-первых, правительство СССР чётко понимало, что сильная армия без сильной экономики не бывает. Раз именно бытие определяет сознание, то личное благополучие, а точнее его неуклонный рост, определяет то, насколько граждане лояльны к своему государству и готовы его защищать. Сильная экономика и возрастающее благосостояние граждан - вот прочная и стабильная основа любого строя. Продукты потребления производит промышленность, а еду сельское хозяйство. Раз без еды ничего не будет, ни промышленности, ни самого государства, то с неё и начали.

Если в промышленном отношении РИ отставала от конкурентов на 75 - 100 лет, то в сельском хозяйстве отставание было 200 - 300 лет. Село замерло в реалиях едва ли не семнадцатого века. Выход излишков зерна был 7 - 8% при царе батюшке у крестьянина отнимали куда больше 10% обрекая его на вечное недоедание, превращавшееся регулярно в голод каждые 2 - 3 года, и каждые 5 лет в России происходил Царь-голод. Вот так и жили каждые пять лет не выдуманный, а настоящий Голодомор. При этом экспорт хлеба не уменьшали, денег на блядей и Монте-Карло дворянству надо было много, вот и жили по принципу: "Недоедим, но продадим". Только за счёт разделения труда голодали одни, а продавали другие.

Беда усугублялась тем, что бедные индивидуальные хозяйства не могли себе позволить многополье, удобрения, агрономов, закупку семян. Из удобрений вообще был один навоз, а скотины было чудовищно мало. Её не хватало для восстановления плодородия нещадно эксплуатируемых почв. Проблему очень маленьких наделов решила Революция. Помещичью землю разделили моментально. Сразу стало легче. Только не сильно. Скотина мгновенно не расплодилась, умение вести многопольный севооборот не возникло из неоткуда, технические культуры возделывать частнику по прежнему было невыгодно. Ну а раз так, то природу не обманешь. Небольшой экстенсивный рост был, но он не сильно перекрыл прежние объёмы.

Тут пришла новая беда. Оказалось, что разгромленной промышленности нечего предложить селу из того, что там хотят купить, а надо строить оборону, но и людям надо, что-то дать за хлеб. Только не говорите деньги. Это ведь только отложить проблему. Зачем они человеку? Чтобы их потратить! Ну а потратить их некуда. Приехали. Те же яйца - вид сбоку.

Выходом стало образование колхозов. Только не стоит думать, что это была палочка выручалочка. Вжух и порешали проблему. Почему нет? А потому, что накопилось в селе много внутренних проблем и искренней любви к зажиточной части крестьян - кулакам. Эта прослойка занимала место современных микрокредитных организаций. Они давали в долг под скромные 75 - 300% процентов годовых. За это их искренне и крепко любили все прочие. Что писал о кулаках академик Энгельгарт до Революции:

Этот (кулак) ни земли, ни хозяйства, ни труда не любит, этот любит только деньги. Этот не скажет, что ему совестно, когда он, ложась спать, не чувствует боли в руках и ногах, этот, напротив, говорит: «работа дураков любит», «работает дурак, а умный, заложив руки в карманы, похаживает да мозгами ворочает». Этот кичится своим толстым брюхом, кичится тем, что сам мало работает: «у меня должники все скосят, сожнут и в амбар положат». Этот кулак землей занимается так себе, между прочим, не расширяет хозяйства, не увеличивает количества скота, лошадей, не распахивает земель. У этого все заждется не на земле, не на хозяйстве, не на труде, а на капитале, на который он торгует, который раздает в долг под проценты.

Его кумир — деньги, о приумножении которых он только и думает. Капитал ему достался по наследству, добыт неизвестно какими, но какими-то нечистыми средствами, давно, еще при крепостном праве, лежал под спудом и выказался только после «Положения». Он пускает этот капитал в рост, и это называется «ворочать мозгами». Ясно, что для развития его деятельности важно, чтобы крестьяне были бедны, нуждались, должны были обращаться к нему за ссудами. Ему выгодно, чтобы крестьяне не занимались землей, чтобы он пановал со своими деньгами. Этому кулаку очень не на руку, что быт крестьян «Счастливого Уголка» улучшился, потому что теперь ему тут взять нечего и приходится перенести свою деятельность в дальние деревни.

Не было не то, что образованных кадров или понимания у людей, что происходит. Просто коммунистов бывало, что оказывалось одна штука на 50 км. Как вести дело, не знали, что нужно делать представляли смутно. Люди вообще писать и читать могли плохо. Пришлось вложить дикие миллиарды авансом в образование, медицину, промышленность. Нужно было обучить людей грамоте, провести хотя бы минимальное разъяснение, куда мы идём, и что делать. Нужно было построить тракторные заводы. Добыть удобрения на рудниках, которые тоже нужно было построить. Для работы заводов построить электростанции. Обновить железные дороги. Сделать достаточно паровозов и вагонов. Подготовить агрономов, ветеринаров и трактористов. Собрать людей в организации достаточно крупные, чтобы оплатить труд этих специалистов.

Даже кооперация бывшая до колхозов этого не вытягивала. Авансы в нашем случае означают одно - налоги. Средства из неоткуда не берутся. Думаете можно напечатать денег и всё? Нельзя! Инфляция это тот же налог, только неявный. Причём инфляция ложится и на крестьян и на рабочих. Если у крестьянина хотя бы есть еда, то у рабочего только зарплата. Ну а платить много у нас нет возможности. Точнее, пока спираль с интенсификацией сельского хозяйства не раскрутится мы обречены платить рабочим минимум. Дополнительный налог с них взять невозможно. Значит за всё в итоге платит крестьянин. Это создаёт на селе нездоровую атмосферу. Добавим сюда появление новой элиты. Множество людей вписались в новые условия и смены их не желали. Так на Украине существовали такие организации как комитеты бедноты. Это была местная придумка, и там собралось приличное, а точнее неприличное число горлопанов. Эти люди совсем не желали лишаться кормушки, и закрыть эти организации удалось только после голода, последовавшего сразу после коллективизации.

Люди неоднозначно воспринимали всю эту движуху с организацией колхозов. Тракторов пока нет, удобрений тоже, а налоги вот они и они драконовские. Днём высылаем недовольных в Сибирь, вечером в избе читальне записываем новых в колхоз. Старые обиды. Карьеризм. Настоящее вредительство. Террор кулаков. Воровство. Страх, как бы не попасть под раздачу. Весело. Не скучал никто, ни бедный, ни богатый, ни коммунист, ни беспартийный. Кто хочет почитать подробнее, рекомендую работу И. Сталина "Головокружение от успехов" или книгу Шолохова "Поднятая целина". Зачем я всё это описываю в книге, которая вроде как про войну? Потому, что в Великой Отечественной Войне крестьянство стало надёжной опорой правительства. Крестьяне на свои деньги строили самолёты и покупали танки. Бывало, что не вскладчину, а лично. В отличии от РИ в СССР не было крестьянских бунтов, а призывники из деревни не только не саботировали службу, а несли её тяжесть наравне со всеми. Очень важно понять почему такое происходит! Объяснение этого факта рабской психологией русского крестьянина, это сказка для дурака. Которых тогда было никак не больше нынешнего. Зато частая близость голодной смерти учила всех смотреть на жизнь с исключительным реализмом. Сила общества, и откуда она берётся, это вопрос жизни и смерти на войне. Очень важно разбираться в том каковы её корни, и что растёт на её ветвях! Так что стояло за всей весьма неоднозначной и очень, очень, очень сложной затеей с колхозами?

Секрет прост. Имея лошадь с однокорпусным плугом можно вспахать 1 га за время от 20 часов до нескольких дней. Если у вас соха, а не плуг, время вырастет значительно, ну а если лошадка статью не вышла, то всё совсем грустно. Я забыл сказать, что при этом пахарь уработается так, что вам и не снилось. Это не пахота, это самая настоящая пытка! Думаете от чего сев и уборка в русском языке называется страда? Вот от этого самого корня страдать. Надрывная, тяжёлая работа, а если ты не успел посадить в тот короткий промежуток, пока можно, то привет голод! Самый плохой трактор сделает эту работу за 3 часа. Надо продолжать? В восемь раз быстрее, всего на всего, а насколько легче - это мне вам не описать. Я за плугом и не ходил толком. Потом начнётся обработка картошки и прочее, прочее, прочее. Потом будет уборка. Кто жал серпами? Три шага из строя. В общем, без всяких преувеличений на каждый килограммчик хлеба и картошечки пришлось почти на два порядка меньше усилий после механизации.

Да, пришлось из урожая 20% заплатить МТС, потом продать до 20% по фиксированной цене государству, и с продажи конечно уплатить налог. Остальное тебе выдавали на трудодень в натуральной форме. После у тебя оставалось ещё примерно 2/3 свободного времени, зерно, картошка и приусадебное хозяйство. Ну а там свиньи, телёнок, овцы, пасека, сад и огороды. Зерно станет мясом, а его ты продашь на рынке. На рынок ты понесёшь яблоки и прочее. Колхоз тридцатых и восьмидесятых - это две разные конторы. Тебе не нужно было ходить на работу, как на завод. Сделана работа, свободен. Размер приусадебного хозяйства регулируется собранием колхоза. Вот и решай, что тебе нужно, большой огород или поле под хлеб, что сдашь в счёт заготовок, земля ваша. Некоторые колхозы наглели и оставляли в колхозной собственности столько земли, чтобы минимально выполнить те самые 20% обязательных поставок рассчитанных для вашей местности. По бумагам получалось, что почти 100% выращенного сдали. По бумажкам нищета, а у крестьян дом полная чаша.

Ну хорошо, а какова альтернатива? Если у тебя нет лошади, то альтернатива взять её в аренду у кулака под скромные 75%, это если у того совесть есть, а так 100 - 150%. После этого начнутся те самые кровавые мозоли и 20 - 25 часов на гектар, потом уборка вручную, серпом. В итоге, ты если прокормишь семью, то весной снова пойдёшь за кредитом к кулаку. Лошадь есть? Уже молодчина. Только работать тебе придётся не меньше безлошадного, а зерна тратить больше, и ещё сена надо будет заготовить. Ну вы поняли, почему крестьянство когда распробовало, что такое нормальный колхоз, уже не бунтовало?

Откуда трактора взялись? Где на них деньги у честного труженика? А появилась, как теперь говорят аутсорсинговая контора - МТС, они продавали услуги по вспашке, уборке, обработке. Т.е. на крестьянина никто не вешал покупку дорогущей техники, которую ещё пойди почини. Ему государство позволяло брать инвентарь в аренду (за 0 рублей, не как у кулака за 150%). Ещё если крестьянин шёл помощником к тому же трактористу, и садился на сеялку, то уже МТС платил ему за работу. Мало? Ещё колхоз централизованно закупал удобрения, нанимал агронома, ветеринара, если надо закупал хорошие семена, новых сортов или повышенной урожайности. Вы знаете, сначала просто стало хватать хлеба, пропал голод. Засухи были, а голода, как при царе не было. Чудо! Потом появились деньги от продажи мяса с подворья, и излишков с трудодня. Жить стало лучше, жить стало веселее! Хотя в период коллективизации говна хлебнули все, по самые ноздри. Зато, если раньше 16 центнеров зерна с 1 га был результат изматывающего труда, теперь 20 и более давались с на порядок меньшими усилиями. Ещё оказалось, что раньше была земля до которой руки не доходили. Не успевали, потому как, и так работали на износ. Так начали её обихаживать, мелиорация всякая, а с неё технические культуры пошли. Лён, свекла сахарная, подсолнечник, рапс ...

Ну а, что в городе? А в городе был второй жупел либерастов, первый колхозы, второй конечно коммуналки. До этого рабочий, при царе батюшке работал 12 - 18 часов в сутки, и по царски снимал койку с почасовой оплатой в казарме. Люди жили там немного плотнее, чем в немецком концлагере. Ну а если женился, то приходилось снять роскошный угол. В своём углу за занавеской можно было поиграть в тетрис укладываясь спать. Зато советская власть растоптала эту патриархальную идиллию. Каждой семье стали давать комнату в коммуналке. Были ли те кто жил не так до Революции? Были - небольшая прослойка квалифицированных рабочих и инженеров. Остальные буквально выживали, как черви в грязи. Что народ кушал, я описывать не берусь. Тут рекомендую читать Гиляровского, его книги великолепное зеркало московской жизни. Ах да, я забыл про то, что безжалостные большевики заставили рабочих наконец работать по 8 часов. Гарантировали им выходные дни, появились санатории, отпуска, путёвки, бесплатные школы, больницы, дешёвый транспорт. В общем отрывались на людях, как могли. В университеты стали пускать кухаркиных детей. Сволочи. Без всякой жалости народ развращали, даже баб.

Ну ещё оказалось, что чем больше делаешь, тем больше зарабатываешь. Стахановец получал на руки больше министра. Не берегли нервную систему у рабочих. Зависть плодили. Из села в город житель перебираться массово стал. Не нужен он на селе оказался. Часы работы с пахоты перешли в заводские цеха. Заводы строились десятками, а при них строились дома, а не нравилось тебе типовое, то была программа ссуд на строительство. Правда тут тоже работать нужно было. Хочешь ссуду побыстрее получить? Перевыполняй план и будет тебе счастье. Ну а лучше иди учись. Это даже гражданин Корейко знал, что в стране образованный человек на вес золота. Ну ещё заводы заработали и начали делать и галоши и красивые ткани, много чего, что захотелось крестьянам, и те стали работать, чтобы купить шкафы и рюмочки в них поставить.

Вы поняли, почему за ту страну люди готовы были убивать даже без особой агитации? Агитация была нужна, только, чтобы указать кого убивать нужно, чтобы путаницы или ошибки не вышло, и по два раза никого не убили. Остальное - сами справимся. Вокруг людей была Родина, и защищать её было так же естественно, как дышать! В голову нормальному человеку иное не приходило.

Во-вторых, накормив людей, в СССР занялись образованием населения. Современная война требует много образованных людей. У кого их больше, тот получает преимущество. У него есть кадровый резерв, и чем дольше идёт война, тем больше становится это преимущество. Если у одной стороны на место выбывшего командира заступает кое как подготовленный сержант, а у другой закончивший училище офицер, то стоит войне затянуться и армию с неумёхами начнут бить в одну калитку. В СССР создали систему подготовки офицеров. Училища, академии и прочие школы и курсы.

В Германии с этим заморачиваться не стали. Что там придумали я потом расскажу. Как – так и почему? Дорого это и главное бессмысленно! Зачем быдлу образование? Оно ему только во вред, а правильных людей среди буржуазной элиты, один чёрт, на армию не напасёшься. Не хотят элитарии в армию. Потому как, повторю, что убивать за деньги, на это готовы многие, а вот умереть за чужие деньги – дураков нет. Вот нормальный буржуин в армию и не рвётся. Что характерно, это верно, как для дворянских фон-баронов, так и для детей коммерческих гениев и банкиров. Это приводит к тому, что в армиях капиталистической страны происходит негативный отбор.

Если на нижнем и среднем уровне ещё есть выходцы из низших классов, которых на службу толкнуло желание кушать или сделать карьеру, то на верхнем уровне почти сплошь те, кто не смог устроиться в бизнесе. Вот их родня и пропихнула в армию, чтобы с одной стороны защитить свой бизнес от неожиданностей, а с другой ради лоббизма. Потому не стоит искать гениев среди немецкого генералитета. Это 98% посредственности, устроенные туда по блату, или идиоты-аристократы, которых в Вермахте собрали в специальную дивизию 1-ю кавалерийскую. Вот уж случай, когда целый род войск превратили в заповедник для дворянчиков. Такой простите за каламбур, Риттер спорт сделали (der Ritter (нем.) — всадник, рыцарь, дворянин). Кроме всего прочего голодной куме все хлеб на уме! Хорошее образование в бедной стране невозможно, людям не до него. Поэтому, в правительстве СССР с удвоенной силой занимались пунктом один, читай заботой о материальном благосостоянии граждан.

В-третьих, в той стране подняли до небес престиж военного. Создай какую угодно систему военного образования, но если народ туда не идёт, то толку не будет! Загнать из-под палки людей можно куда угодно (ну или создать им невыносимые условия, когда армия - это прямо свет в окошке). Только они разбегутся при первой возможности, а ещё мысли их будут не про службу, а исключительно про себя любимого. В СССР Красная армия и флот стали любимой частью народа. Значит молодежь не смотрела на военных, как на неудачников, у которых одна извилина в голове, и та от фуражки. Лучшие молодые люди охотно шли в армию и не из-под палки учились воевать. Ну а раз современная война требует многих знаний, то поэтому ещё больше занимались пунктами один и два.

В-четвёртых, серьёзно занялись обеспечением армии. В отличии от капстран, где в армию попадает то, что хочет продать капиталист, у нас, занялись серьёзным пересмотром системы вооружений. Под эту лавочку наломали дров, как водится в новом деле. Разные Курчевские и прочие проходимцы руки погрели, но в целом положительный выхлоп перебил потери понесённые от творчества разных шарлатанов.

Для сравнения стоит почитать историю принятия на вооружение любого оружия на Западе. Годами идут конкурсы. Осваивают налоги. Что в итоге? В итоге принимают то, что пропихнёт один из концернов. Важно, кто у тебя куплен в нужном министерстве, и плевать насколько оружие удовлетворяет потребностям. Наглядный пример 37 мм противотанковые пушки Вермахта. Наделали их массу, а толку после 41-го года от них оказалось ноль. Для сравнения 45 мм ПТО орудие РККА, это немецкая же разработка, по нашему заказу. Точная копия, брат-близнец немцев, но с правильным калибром. Она успешно провоевала до 1945-го года. С модернизациями, но провоевала.

Вот так вот, с трудом, с потом, методом проб и ошибок, но главное не опуская рук, целенаправленно готовились к страшному.

Глава 4. Армия хауптманов

Для тех, кто новичок в теме поясню хауптман – это не фамилия такая. Это воинское звание Вермахта, Hauptman – аналог нашего капитана, ну так в немецком языке оно называется. Глава эта посвящена подготовке кадров Вермахта в период до Гитлера. С момента поражения Германии в Первой мировой войне и до прихода нацистов к власти прошло 17 лет и лишь четыре года прошло с 1935 до нападения на Польшу. Очень важно понять, как культурная Европа собиралась разгромить варварский СССР? Кто должен был идти в бой ради жизненного пространства, и кто командовал этими отчаянно храбрыми парнями?

Начну я всё же вильнув в сторону. Хочется понять, как же описывают подготовку Красной армии наши маститые историки? Дадим слово А.В. Исаеву:

В то время как у нас занимались дорогостоящими социальными экспериментами, на полях сражений последних двух лет Первой мировой войны рождалась новая тактика пехоты. По опыту позиционных боев 1914–1916 гг., помимо короткой, но мощной артиллерийской подготовки было предложено создавать тактические штурмовые группы. Эти группы хорошо подготовленных бойцов за складками местности подбирались к окопам, забрасывали их гранатами и выжигали огнеметами. Далее они просачивались в глубь обороны противника, атаками с фланга и тыла уничтожали огневые точки и узлы сопротивления.

Не готовили армию у нас выходит, а занимались социальными экспериментами. Ну раз историк не видит, что буквально вся страна готовилась защищать свои социальные завоевания и достижения, то и бог с ним. Зато в Европе, если верить Исаеву, придумали гениальную тактику. Гениальность которой сводится к просачиванию, и умению подойти к окопам врага используя складки местности. Уровень идиотизма в этой фразе зашкаливает. Не бежать по простреливаемому полю, а подкрасться тишком – это оказывается тактика, которой нужно было учиться ценой миллионных потерь. Что делать, когда нужных складок местности нет, или там мины и прочие заграждения, эта гениальная тактика не говорит. Вот где есть складки, там и будем воевать, а если наш противник не организует нам удобный подход к своим окопам, то мы так не играем. Что же, слепота историков явление не новое, как и низкопоклонство перед Западом. Банально, и заслуживает лишь упоминания, как наиболее одиозный стереотип.

Чтобы понять, как непросто развернуть маленькую армию в большую нужно знать некоторые цифры. Например, в Стране Советов, офицера в военном училище готовили от двух до четырёх лет. Значит за десять лет можно подготовить 5 выпусков офицеров самых простых специальностей, ту же пехоту и танкистов, или 2 выпуска артиллеристов и лётчиков. Самый сложный военный специалист — это врач, хороший врач это 8 – 10 лет подготовки. Эти люди вообще на вес золота. Конечно всё это проделать можно при условии, что у вас есть учителя, учебники и училища. Людей нельзя, как винтовки быстро наштамповать, просто разместив заказ на ещё одной фирме. Кроме начального обучения, выпуская офицеров им нужно обеспечить должности в армии. Если должностей нет, то время, потраченное на подготовку специалиста выброшено в никуда. Без практики знания его окажутся мёртвым грузом, а он быстро потеряет квалификацию, вынужденный заниматься совсем не тем, чему его учили. Значит, командира нужно не только научить, а потом поставить его на должность, ему нужно время от времени практиковаться в ремесле, в максимально приближенно к боевой обстановке. Ну а это подразумевает проведение масштабных учений.

Всё описанное выше есть мероприятия растянутые по времени, и если ими пренебречь, то быстро справиться с последствиями не получится. Вместо обученного офицерского корпуса, вы получите черти знает что. При этом, нужно понимать, что массово можно готовить максимум командиров рот (а лучше бы взводов, это проще), помощников командиров батарей, лётчиков базовых специальностей. Для получения уже командиров батальона просто научить человека за партой мало. Это уже тот уровень, когда обязательно нужны не только знания, но морально-волевые качества и реальный жизненный опыт. Да, увы, не всё можно почерпнуть из книг. Некоторые вещи нужно прожить и впитать на практике. Именно эта самая практика показала, что уже будущих командиров полков, бригад и дивизий проще отобрать в армии, посмотрев, насколько они справляются, и только потом давать им теоретические знания полезные в их работе. Храбрость, инициативность, гибкость ума очень трудно сформировать за счёт одного лишь образования. Проще из массы подходящих людей отобрать кандидатов, уже имеющих эти качества, а потом дать им формальные знания. В правильного человека можно впихнуть знания, а в знающего человека впихнуть храбрость ой как трудно. Отбор и подбор штука кропотливая, и требует ещё больше времени.

Молодой полковник пехоты в мирное время должен сначала стать лейтенантом. Это уже пара лет учёбы. Потом нужно дать ему время покомандовать небольшим подразделением. Хорошо бы, чтобы оно было действительно небольшим. Так он и дров не наломает и опыт приобретёт. Это ещё годик на взводном уровне. Потом пару лет на ротном. Почему пару? Во-первых, нужно к нему присмотреться, а во-вторых, надо устраивать среди людей конкурс (чтобы отобрать самых способных). Ну а конкурс, это серия испытаний, вот и набегает пару лет минимум. После этого, наш будущий полковник, идёт доучиваться в академию. Учёба на этом уровне — это опять два года минимум. В результате мы всё ещё не получим полковника, мы получим того, кто, может быть, станет им. Поэтому, он вернётся из академии на батальон. Здесь на уровне батальона, он скорее всего остановится и будет служить до ближайшей войны. Лишь самые лучшие из командиров батальонов реально смогут стать полковниками. Даже в большой армии, это уже немалая должность, и вакансий таких не много. Да и вопрос серьёзный, цена ошибки высока, так, что комбат это в лучшем случае на три года, а скорее всего пять лет. Зато в качестве бонуса доучивать его уже не нужно. Проверили жизнью, можно назначать. Итак: 2(училище) + 3(служба взвод-рота) + 2 (академия) + 3 (батальон) = 10 лет минимум по уму занимает вырастить полковника. Если мы решили отвоевать наши нивы и села у врага или защитить народные завоевания, то хорошо бы за десять лет до мероприятия озаботиться тем, кто у нас будет командовать полками. Настоящий полковник это десять лет.

Генерала сделать ещё трудней. Это уже штучный товар, его бы хорошо начать выращивать лет за пятнадцать до того, как он понадобится. Это как бонсай, труда и терпения нужно много, и результат не гарантирован, очень не гарантирован. Потому, как генерал это не просто людьми командовать, это командовать ими лучше, чем вражеский генерал. Это сплав из знания людской психологии, очень светлого ума, большого объёма специальных знаний, закреплённых на практике, амбиций, активности и самостоятельности. Да, активность, амбициозность, самостоятельность, желательно ещё и храбрость. Без этого генерал не может быть командиром даже бригады или дивизии. Потому, если я говорю плохой генерал, это не неуважение к человеку. Это он по сравнению с другими генералами не тянет, а если его со мной сравнить, то сравнение может выйти очень не в мою пользу.

К чему этот весь рассказ? А к тому, что генералы Вермахта были сформированы в Рейхсвере за те самые 17 лет Веймарской республики. Гитлеру при всём его желании неоткуда было взять новых Наполеонов. Это лейтенантов можно за четыре года сделать в два раза больше, чем было, и почти без потери качества. В три раза больше, можно потеряв сильно в качестве. Ну а что, если надо больше? Тогда готовьтесь – ваша армия получит людей тех качеств, какими обладает весьма средний член вашего общества, и при этом с весьма условным же знанием военного дела. Если в стране много образованных людей с широким кругозором, то оно может и не плохо. Есть даже шанс зачерпнув, извлечь из этой массы, скрытые в ней самородки. Заковыка в том, что человек образованный, культурно развитый, это человек небедный. У него должны были быть, как минимум возможность доступа к книгам, и время учиться или читать. У него должны быть деньги, чтобы позволить себе культурное развитие. Ему нужны интересные занятия и снова время и деньги. Хорошо бы организовать ему доступ в театр, консерваторию, музеи, галереи, библиотеки. Да и просто время, на всякую ерунду, ведь эта самая ерунда и формирует кругозор. Узкий специалист подобен флюсу. Когда за счёт специальной подготовки достичь успеха не получится, то в дело вступят эти самые бесполезные знания о мире.

Что же было в этом плане в Веймарской республике? А было вот что: кризис, инфляция, безработица. Постоянные пертурбации, постоянный стресс. Жизнь большинства людей описывается словами: выкручиваемся и выживаем. Только небольшая прослойка граждан может себе позволить образование по желанию, развлечения, хорошее питание. Учреждения культуры в принципе не ориентированы на массового потребителя. Они обслуживают вкусы узкого круга лиц, имеющих деньги. Образование сугубо утилитарное, вырабатывающее простейшие практические навыки в узкой профессиональной нише. Понимание основ не формируется, как ненужное. Есть навык? Этого достаточно. Значит и абстрактное мышление не развивается. Всё, что реально умеют люди – это выкручиваться в обществе себе подобных.

Времени у людей на собственное развитие нет. Это вообще не считается приоритетом в обществе. В качестве не абстрактного образца приведём пример, что из развлечений имел типовой немецкий офицер в военном городке? Кантина (столовая-бар), публичный дом, казино. В большом гарнизоне, возможно библиотека по специальности. Где в этом списке, дом культуры, баня, детский сад, школа? Вы тоже не нашли? Досуг буквально ограничен формулой: водка, бабы, гармонь и лосось. Ой нет, это Германия, а не Сибирь, значит: шнапс, бляди, колбаса и карты (карты игральные, а не топографические). Не удивительно, что это пленный советский лётчик говорит полковнику люфтваффе, что по радио играют бранденбургские концерты Баха. Немецкий полковник не знает, что это такое. Для него это просто приятная незнакомая музыка.

Прежде чем перейти к подробностям подготовки специалистов в волшебном царстве немецкого генерала фон Секта, взглянем на Рейсхвер со стороны, как на вещь на фоне эпохи. То, как жилось в это время (1919-1935 года) в Германии я уже сказал. Повторю, что скажем честно, жилось там хреново. Репарации, кризис за кризисом, инфляция страшная, безработица, уличные беспорядки, преступность. Что, в таких невесёлых обстоятельствах представляет из себя армейская служба? Это в первую очередь тихая гавань и гарантированный кусок хлеба. Ну а что такое офицерское место? Это уже шанс получить хлеб с маслом, но в армии на 100 000 персон офицерских постов раз-два и обчёлся. Несколько десятков новых вакансий в год. Ну и практический потолок на уровне батальона. В полковники выйти – это уже вопрос связей и родовитости. Как же в этой армии появлялся офицер?

Для начала нужно было подать заявление. Потом экзамен и там будет часть блатных. Вы, конечно, спросите откуда они в Германии, там же все кристально честные? Не знаю – были, наверное, по экспорту завезли из Турции. Блатные скорее всего уже имели тот самый кадетский корпус за плечами и хоть какое образование, потому им режим благоприятствования, а остальным жёсткий отсев. Ну хорошо, пускай прошли вы это сито. Теперь вы кандидат в офицеры, по-немецки – фанен-юнкер. Теперь вам придётся очень-очень-очень понравиться вашему командиру. Вы послужите у него и только получив от него положительную характеристику, двинетесь дальше. Куда? На трёх-четырёхмесячные курсы, потом экзамен, и на новое место службы. Всё? Вы офицер? Не-а! Это нужно сделать 4 раза, и каждый раз получить хорошую характеристику. Иначе никак.

Внимание вопрос: одному мне кажется, что такая система воспитывает умение лизать зад начальству, а не формирует боевых офицеров, профессионалов своего дела?

Дополнительный вопрос для любознательных: понятно, почему Гальдер жаловался, что пехоты сравнимой с той, что была в начале Первой мировой у Вермахта не было? Скажите, а откуда ей было взяться?

Теперь попробуем посмотреть, что по цифрам могли успеть подготовить до Гитлера? С конца Первой мировой войны и до 1935 года в Германии был Рейхсвер. Отмена Версальским соглашением воинской повинности и его ограничения, позволявшие Германии иметь небольшую армию с длительными сроками службы, означали, что с каждым новым годом количество обученных, годных к военной службе и доступных в качестве запаса мужчин, будет уменьшаться. При двенадцатилетнем сроком службы солдат Рейхсвера к 1932 году среди немцев в возрасте от двадцати до тридцати пяти лет только 100 000 получили бы военную подготовку — и эти бы имели мало практических навыков и знаний в области авиации, танков, тяжелой артиллерии и т.д. Французы специально потребовали от Рейхсвера двенадцатилетнего срока службы, чтобы сделать невозможным создание обученных резервов, обеспечив таким образом, что германская армия будет пустышкой, вооруженной силой без какой-либо возможности роста. Поэтому создание резервов, которые были бы достаточно подготовлены для ведения оборонительных действий в составе милиционных формирований, оснащенных минимумом современного вооружения и которые были бы способны к активным действиям в качестве дисциплинированной, полноценной армии, было, возможно, самой большой проблемой Рейхсвера. Без обученных резервов даже десяти элитных дивизий Рейхсвера было бы крайне мало для скорейшего перевооружения и расширения армии.

Зато в 20-е годы для борьбы с революцией в Германии процветали частные армии, это были, как местные милиции, так и националистического толка военные организации, например фрайкор. Этих сил хватало, чтобы давить бунты рабочих или закидоны крайне правых, но правительство последовательно проводило курс на роспуск личных армий олигархов. До 1935 года Германия не проводила агрессивной политики. Ну раз так, то СССР, сам испытывавший трудности на международной арене, не видел ничего плохого в том, чтобы сотрудничать с Веймарской республикой в военной сфере. Раз Германия не могла иметь ВВС, танки и нормальную артиллерию, то и готовить специалистов для них, на своей земле немцы не имели возможности. СССР предложил открыть у нас школы, где офицеры Рейхсвера могли изучать эту технику, и заодно передавать нам уже имевшийся опыт. Запомните, до 1935 года нужных учебных заведений в Германии просто не было!

Насколько полезным это сотрудничество оказалось для Германии? Ответ я вам предложу искать самим. Я изложу факты. За время действия программы у нас было подготовлено около двух сотен иностранных офицеров. Возвращаясь домой, эти люди сталкивались с тем, что применить на практике свои знания им было негде. Не было на родине у них ни танков, ни самолётов, ни химического оружия, ни пушек хороших калибров. За год-два знания забывались без всякой пользы. Правда среди выпускников оказалось немало известных имён, например: фельдмаршал Вильгельм Кейтель, фельдмаршал Вальтер Модель, фельдмаршал Вальтер фон Браухич, генерал Манштейн, Крузе, Горн, Файге, адьютант Гитлера от ВВС полковник Николас фон Белов и многие другие. Как же так получилось? Ответ прост, программа обмена с немецкой стороны была очень узкой, и в неё попадали изначально те офицеры, кто имел блат и хоть какие-то карьерные перспективы, это была ступенька для тех, кого продвигали. На фоне тех, кто служил дома, и вообще не имел никакого опыта работы с современной техникой, эти специалисты окончившие русские школы были сияющим образцом. Не удивительно, что их карьера шла в гору, особенно при наличии связей. Ну а сколько советских граждан прошло чрез эти школы? Тысячи, не десятки тысяч, конечно, но более чем на порядок больше, чем у немцев. Это достигалось постоянной ротацией советских кадров. Причём, эти люди получив знания, сразу имели возможность их применять на практике, закрепляя и углубляя их. Так, что решайте сами, кто больше выиграл от этого сотрудничества.

С 1920 по 1935 год в Германии фактически была армия размером в 100 000. Такое уже бывало в девятнадцатом веке после того, как Пруссия в 1807 году была побеждена Наполеоном, прусская армия в соответствии с мирным договором была сокращена до 42 тысяч человек. Шарнхорст обошел это ограничение, призывая большое количество рекрутов на короткий срок военного обучения. Пропуская молодежь страны через учебный курс длительностью лишь несколько месяцев, эта система к 1813 году смогла создать запас из 150 000 человек, когда Пруссия снова вступила в войну против Франции.

Насколько удачно действовали немцы на этот раз? Они, конечно, не смирились, и придумали способ обойти навязанный им срок службы в 12 лет для рядового состава и 25 лет для офицеров. С помощью разной казуистики получалось увольнять ежегодно некоторый процент военнослужащих, по достижению ими максимального возраста. До 1926 года – это было до 13-16% от общей численности, а после довели до 25%. Сколько же это оказалось в абсолютных числах? Не более 321 000 за все семнадцать лет. Это весь резерв обученных военному делу солдат. Если сравнивать с веком девятнадцатым, это очень солидная цифра, а вот если вспомнить, что немецкие вооружённые силы на пике имели численность свыше 7 миллионов человек, то капля в море. Этого недостаточно даже для обеспечения потребности в унтер-офицерах. Особенно грустно становится учитывая, что в эти цифры входили не только солдаты, но и офицеры.

Ну а что можно сказать сколько было этих офицеров? Так вот, среди отслуживших была едва ли тысяча (реально сильно меньше) тех, кто имел опыт командования батальоном, остальные ушли с ротного уровня, и только единицы имели счастье покомандовать полком. Эти счастливчики в большинстве своём переводились в штаб и продолжали свою службу уже там. Если считать, что каждый из этих подготовленных батальонных начальников до войны не растеряет свои навыки на гражданке, и будет в состоянии управлять батальоном, то можно будет развернуть армию численностью до 860 000. Конечно, при этом у нас не будет никакого резерва офицеров, но это мелочи. Будем считать, что школы работают, война проведёт отсев, а фрау ещё нарожают. Для понимания проблемы, стоит учесть, что буквально через четыре года эта армия распухнет до нескольких миллионов, а на 22 июня только на советско-германской границе одних сухопутных сил будет развёрнуто 3,8 миллиона, плюс ещё 1,5 миллиона в ВВС плюс ещё примерно 0,5 миллиона разных ремонтников, железнодорожников, полицаев, строителей, и вспомогательных частей. Заметьте, опытных танкистов нет совсем. Опытные пилоты в некотором количестве есть, но это в основном действующие и бывшие пилоты Люфтганзы. За четыре года наготовить нужное число нормальных офицеров не получалось. Приходилось вешать новые погоны на старые плечи.

Что же изменилось после прихода к власти нацистов? Проблема номер раз — артиллеристов готовить долго, их вообще по уму надо делать после десятилетней школы. Раз делать их сложно, долго, дорого, то в нужной пропорции их не заготовили. Слишком мало оказалось таких специалистов в Рейхсвере, а если задуматься, что противотанкист, миномётчик и офицер гаубичной артиллерии — это немного разные по подготовке люди, то становится совсем грустно. Здесь, знающий человек поймёт, почему в Вермахте будет сплошная гаубизация, орудий калибра свыше 76-мм. Унификация подготовки! Не получалось готовить всю номенклатуру спецов. Решили, что пусть будут хоть эти. Да и в промышленности гаубицы были очень доходной статьёй. Станки были, прибыли хорошие, а то, что это орудия прошлой войны, это мелочи.

Никто толком не готовил специальные кадры для борьбы с танками, а всё противотанковое хозяйство получило максимально скороспелых эрзац-офицеров. Более-менее опытные кадры начинались от полковника (который, по сути, капитан, получивший звание просто за счёт роста армии). Только полков ПТО не было. В том числе по той причине, что командовать ими было некому. Артиллерийские полки были, в них тоже ПТО включали. Только основа ПТО дешёвая в производстве, примитивная пушка, способная бороться только с противопульной бронёй. Ей бы как в СССР добавить калибр с 37-мм, до 45-мм, только это переоснащение производства, а значит затраты, значит потеря прибыли. Поэтому, по советскому заказу немецкие конструкторы переделали немецкое ПТО орудие на калибр 45-мм и передали разработку со всей документацией. Самим немецким промышленникам делать такое дешёвое и эффективное орудие, воевавшее до конца войны было не интересно. Прибыль не та. Безусловно, среди немецких ПТО-шников были и те, кто готовился в Рейхсвере. Это как раз те, кто не выдержал экзамены, чтобы стать артиллеристом для гаубиц.

Ну а что касается гаубиц? Тут чем меньше был калибр орудия, тем больше их требовалось, и значит тем ниже была планка подготовки расчётов. Это была одна из причин, почему так мало выпустила немецкая промышленность орудий больших калибров. Пушки были, точнее их можно было ещё сделать. Стрелять из них было, по сути, некому. Учить долго и дорого. Ну а то, что артиллеристы были подготовлены так себе, сказывалось на том, что им не стремились дать качественные орудия, а продолжали практически всю войну гнать вал, числом побольше, ценой подешевле. Это в свою очередь оборачивалось тем, что превращало кадры немецкой артиллерии в смертников. Получалось, что готовить пушкарей долго, а на нижнем уровне народ не выживает и опыта не набирается. Там ещё была отдельная драма с материальной частью, но пока мы говорим про подготовку людей.

Большие потери в массовой артиллерии небольших калибров не давали накапливать более опытные кадры для батарей крупных калибров и, как результат проседание качества личного состава во всём роде войск. Почему скажите немцы не имели ни разу такой плотности орудийного огня, как Красная армия в Берлинской операции? Да потому, что они своих пушкарей не выучили в нужном числе. Не получилось у них. Пехоты в немецкой дивизии было больше нашего и значительно, а вот пушек меньше и качеством хуже. Вот и пришлось немецкой пехоте расплачиваться мясом за такие просчёты в штатной структуре. Зато артиллеристы могли утешать себя, что они стреляют мало, но очень точно. Проверить же некому.

Тоже самое касалось и зенитчиков. Этих ребят мало того, что подготовили недостаточно, так ещё на них повесили роль противо-танкистов. Представляете, как можно замаскировать зенитку размером с сарай на поле боя? Ответ очень не просто, и пока противник попадался неопытный, это прокатывало, а потом пришлось платить цену кровью и уже с 1943 года снаряды зенитчикам подносили школьники старших классов. Мужиков уже не хватало. Вот такая вот история.

Таких структур, как артиллерийский корпус прорыва, немцы не осилили. Мало было офицеров подготовлено, из них даже преподавательский состав училищ сформировать не выходило. Сначала надеялись воевать короткими компаниями по 2 – 3 месяца. Потери минимальные, и затевать долгое сложное мероприятие по созданию мощной массовой артиллерии смысла нет. Когда пришли к нам в гости, постепенно пришло осознание, что что-то идёт не по плану, однако уже поздно оказалось пить боржоми. Решили и дальше углубить ставку на авиацию и танки. УглубИли, можно сказать, усугубИли. Тигры, пантеры, реактивные самолёты, крылатые ракеты. Итог? Лавировали, лавировали и не вылавировали. Не хватило в стране образованных людей на ВВС, ВМФ, танкистов, и пушкарей. А ведь в СССР в танкисты брали менее образованных парней, типичный контингент, бывшие сельские ребята из МТС. К пушкарям изначально у нас были требования выше, и готовили их дольше и тщательней. Именно в этом лежит корень многих наших успехов. СССР развернул систему образования, которая позволила к 40-м годам брать в артиллерийские училища ребят исключительно с 10-ю классами. Их выучили, выпестовали, и залпом тысяч батарей, за слёзы наших матерей, за нашу Родину. Огонь! Огонь!

Теперь перейдём к немецким панцеркампфвагинистам, по-русски называемых танкистами. (от нем. der Panzerkampfwagen – танк) До 1935 года они были простыми водилами в автомобильной службе Рейхсвера. Числились они там, а от остальных отличались правом катать на велосипеде, во время учений, специальный фанерный ящик с брезентовой попоной. Многократно встречал, глумливое описание, как наших танкистов готовили пешим-по-таковому. Конечно, ну куда нашим лапотникам до немецких велосипедистов?!

Оно в общем даже неплохо, пока нельзя настоящие танки иметь, собрать в кучу разное автомобильное и потренироваться заправлять и чинить. Только тут мы напарываемся на первый гвоздь в крышку гроба немецких танковых войск. Водить танк должен водятель, а чинить его должен специальный чинитель. Никак иначе. На этом мы экономим время, потому как, ненужно водятеля обучать по полному параду по устройству танка. Он правда потом его будет ломать по своей дурости чаще, но для этого нужно иметь нормальную ремонтную службу. Ну а каждый отдельный панцеркампфвагинист должен оставаться, как можно более недорогой и легкозаменяемой штукой.

Когда при австрийском художнике наконец появились настоящие, а не фанерные танки, то ломаться всё стало просто чудовищно. Ну а что вы хотели? Как готовили, так и поехали. Скажем ещё спасибо немецким конструкторам, что сделали эти панцеркампфвагены удобными для ремонта. Ну да ничего, Германия страна небедная, добавили людей в ремонтные службы, и стали с этим жить. Только до самого 1945 года немецкие ремонтные службы жаловались, что у них очень мало тягачей. Закономерность. Понятно почему советские не жаловались, имея смешные по немецким меркам количества тягачей? Если нет, я подскажу. Наш Вася или Ваня из МТС разбирался, что не надо делать с танком, лучше, чем Ганс или Зигфрид. Это не чудо, его так учили. Наш Ваня становился водителем-механиком и механиком он был весьма неплохим. Да, ему приходилось бывало и с платформы прыгать без насыпи или настила, и прочие дурацкие фокусы делать. Только статистически, он калечил свою ласточку меньше. Хотя, например на протяжении всей войны число утопленных машин в РККА не менялось, и поделать тут было ничего не возможно. Подозреваю, что дело тут не в том сколько утопили, а в том сколько могли вытащить.

Таким Макаром в каждом тяжелом танке РККА начальником всегда был офицер, а в лёгкой танковой роте уже каждый второй танк был под началом офицера. В славной Германии по большинству обходились унтер-офицерами, по-русски сержантами. Вот эти славные парни – фельдфебели и заменяли выбывших командиров рот, а ближе к концу войны и батальонов. Схема такая: он заступил на место убитого офицера, служил пару месяцев, а потом ехал на курсы повышения квалификации месяца на три, и возвращался уже в погонах. Ещё одна итерация, и он уже комбат. Вот когда у немцев массово комбатами стали такие экс-фельдфебели, то начали наши ветераны говорить, что немец уже не тот.

Ну а ещё немецкие генералы, которые танки заказывали, они в них ни дня не воевали. Вот и заказали они шикарную оптику от Карла Цейса. Блюдца, так ласково называли немцы свои прицелы. Большие, шикарные линзы засирались русской пылью моментально, и чуть медленней на них намерзала разная дрянь. Вот и возникла лихая традиция в танковых войсках Рейха, прицелы закрывать, а командиру танка высовываться из люка башни. Сколько их таких лихих уехало в верхнюю тундру, один немецкий бог знает. В советской пехотной роте, как раз было по два снайпера, да и ПТР ружья потом добавили. В общем, удачное решение с прицелами ситуацию с кадрами не улучшало. Чем дальше, тем ниже становилась планка набора в танкисты, туда к 1943 году стали пускать таких, как Кариус. Метр с кепкой и то в прыжке. Потери очень сильно били по моральному состоянию войск, и начальству приходилось мириться с пьянством. Немецкий танковый ас О. Кариус едва получив новый Тигр отюнинговал его, заменив фугас для самоликвидации на бидон самогона. Не стоит после этого удивляться, таким милым рассказам, как стрельба из ракетницы внутри танка, и рядам подбитых русских танков до горизонта. Это я вам напомню крем-де-ля-крем, сливки из сливок танковой элиты Германии. Что позволяли себе ребята попроще, я даже не берусь представлять.

До 1935 года говорить про авиацию не приходится. Слава богу, на самокатах там никто не ездил. Просто велся учёт гражданских пилотов. Полетать на военном железе удавалось только счастливчикам и то строго в СССР. Но пришло время, сделали самолёты, и занялись подготовкой пилотов. Внимание вопрос:

– Как определить обучен ли пилот?

Я честно скажу, что не знаю. Зато знаю, как на это смотрели в Третьем Рейхе. Если ты налетал нужное число часов, и не убился, то поздравляю Гарри – ты волшебник, то есть поздравляю Вальтер – ты пилот. Вали в эскадрилью. Воюй. Простой, ускоренный курс по аэродинамике и в кабину, налетал лимит с инструктором и выжил – готов. Поэтому, подавляющее число истребителей Люфтваффе маневренный бой не вели, при атаке отступали, потеряв ведущего чаще всего из боя выходили. Что умели? Атаку с пикирования и уход. Остальное учили сами и на свой страх и риск. У кого до поступления в школу были богатые родители, лётная школа, опыт на планерах, те на фоне серой скотинки выглядели просто волшебниками.

Не удивительно, когда один из ассов Люфтваффе вспоминает, как он по пути на фронт застрял на промежуточном аэродроме, а самолётов, на которых он учился летать нет. Не сильно сумняшися, этот люфтваффер лезет в первый попавшийся самолёт. Он уже Х часов полетал и не убился. Фигня, что машину он не знает. Самолёт же-ж. Уверенности до фига, а понимания нету, слабоумие и отвага. От винта, на взлёт. В общем, самолёт он разбил, снёс здание администрации, и за это ему ничего не было. Почему не было? Ну так это же система, толку его такого пороть, они все там такие! Ну а что вы хотели? В условиях блицкрига пилот истребителя вещь расходная, и нужен он только в первой фазе сражения. Как только задавили аэродромы противника, толку от него не много. Вы думаете от чего храбрые пилоты месершмитов поливали из пулемётов колонны беженцев? Эти стервятники прекрасно знали, что, если не удалось подловить наших подранков, то в воздушном бою у них нет шансов. Вот и выплёскивали свою злость, там, где не было риска встретить отпор. Как пилоту отчитаться, если прилетит с полным БК? Вот и старались, как могли. Если не получалось внезапной атакой сбить врага, то оставалось просто уйти и попытаться повторить наскок. Только этот фокус для тех, кто смелый, а кто чутка трусоват, тому беженцев стрелять.

Ну а может, это ястребков у них учили по остаточному принципу? Бомберы то, в Люфтваффе были ух! Среди них один чуть не целую танковую армию нам сжёг в одно лицо. Бомберов готовили лучше, факт. Там на 10 – 15 машин уже были такие парни, как штурмана и опытные ведущие. Они вели эскадрилью на цель, они начинали пикировать на цель, и они же показывали, когда выходить из пике. Остальные просто не умели определять нужный момент. Вот так. Ошибся штурман и сам в землю впечатался, а за ним больше десятка его подчинённых один за другим. Это не басня, это реальная история, про уровень подготовки. В этой связи очевидно, что тот стервятник, что нам якобы спалил море танков, только врать в одно лицо горазд. Раз по факту его усилий никто не заметил, то это просто потому, если он атаковал столько машин сколько заявил сожжёнными, то уже хорошо.

Для контраста давайте глянем, как учили летунов в кровавом СССР. Сначала почти год аэродинамика, топография, ориентирование в полёте и устройство самолёта. Потом практика на бипланах. Угадайте сколько должен был налетать часов наш курсант на диплом? Правильный ответ – пока не сдаст экзамен. Никак иначе! Сдаст экзамен, значит готов учиться дальше. Не сдал? Вот тебе корочка техника, будешь чинить, раз летать не можешь. Так, что авиамеханик в фильме «В бой идут одни старики» не хуже комэска понимает, что там в небе. Только уже сам не тянет, староват. Потом, выпустился ты из училища, умеешь взлёт-посадка-коробочка, дорога твоя не на фронт. Дорога твоя в запасной учебный полк. Там тебя будут учить на конкретную машину. Увы! Что ты хотел? Нам покойники не нужны, нам пилоты нужны, что своих не бросят, и в воздухе не потеряются. Всё равно в первый боевой вылет приходилось водить «за ручку» на спокойное задание. Старались во всяком случае. Вот так-то. В сумме до фронта могло быть у нашего лётчика и много и мало налёта. Летал он пока не сдаст экзамен, а цифры налёта — это больше для докторов, чтобы следить за здоровьем парнишки. При этом мало, это не значит, что пилот плохой, скорее наоборот.

Это было про спецов, пушкарей, танкистов, лётчиков, а что там вообще по начальству? Давайте поговорим про генералов. Большинство из них вышли из коротких штанишек полковников и капитанов Рейхсвера. Вторым общим признаком было наличие приставки фон в имени, и учёба в кадетском корпусе. Конечно, это не военное училище, это школа, только с уклоном на подготовку к службе в вооружённых силах. Поступали туда в детстве. Принимали детей чиновников, дворян и потомственных военных. Закончив корпус, ты мог надеяться, что чины будешь получать быстрее обычных служак. После корпуса запросто можно было идти служить в полк своего папы, и там стать офицером после полугодичных курсов. Если карьера шла в специализированном роде войск, например артиллерии, то хорошо бы ещё в соответствующей школе поучиться полгода – год. Для тех, кто шёл по штабной линии была предусмотрена практика стажировки в генеральном штабе. Так, например Франц Гальдер возглавлявший немецкий Генштаб в 1941 – 1942 годах, формально нигде кроме курсов не учился, и в этом был не одинок.

Так вышло, что генеральский состав Прусской армии во время Первой мировой был весьма возрастным. Эти люди сошли со сцены. Наступали новые времена, а очень маленький размер Рейхсвера не позволял брать в него лишних людей. В итоге, в узком кругу счастливчиков оказались в основном бывшие капитаны и майоры западного фронта. Для того, чтобы окончательно не растерять школу прусского генерального штаба генерал фон Сект на командные должности пригласил очень много близких ему по духу штабных работников. Это и определило будущие проблемы Вермахта, унаследованные им от Рейхсвера. Главной проблемой был очень низкий потолок роста. Командир батальона или батареи уже был значительным лицом, командир полка или дивизии практически небожитель. Вот и росли кадры умеющие командовать на этом уровне. Маленькая армия даёт мало вакансий.

У кадров Рейхсвера была выработана привычка думать на тактическом уровне, зато отсутствовало практическое мышление нужное для управление армией или фронтом. Это скажется в целом на всём рисунке войны. Нет, не подумайте неверно, идиотов там не было, просто таланты большинства немецких капитанов и майоров, ставших генералами Вермахта, лежали вне поля стратегии. Они привыкли решать вопросы на уровне батальон-полк-дивизия. Возьмём, к примеру план «Барбаросса». Что является его первой целью? Оказывается, взятие Ленинграда. Это обеспечивало фланг наступления на Москву и отрезало СССР от возможных поставок через Мурманск. Одновременно с этим нужно было, не допустить отхода Красной армии за Днепр на юге и в центре. Потом надо было взять Москву. Потом с севера, вдоль основных рек спуститься на юг и добить остатки войск на Украине. Очевидно, что при этом Кавказ и Баку становились под удар, и можно было или надеяться на мир, или занять их в ходе следующей компании. Итак схема: Ленинград – Москва – Украина.

Для начала удар по расходящимся направлениям уже выглядит, как плохая стратегия. Почему же её выбрали, и почему решили основной удар сделать северней Полесья? Во-первых, до падения Франции Румыния была её союзницей, это потом она легла под Третий Рейх. Был план войны против СССР с территории Польши. Давайте не будем напрягаться, просто его переделаем. Работа большая, по воспоминаниям Паулюса на разработку такого рода операции тратилось от полугода. Так обстоятельства изменились! Ну и что! Прикажете теперь выкинуть наработки в мусорку?

– Ну а что там у русских на Украине?

Там хлеб, там металл, там уголь, там непотопляемый авианосец Крым, откуда можно бомбить нефтяные поля в Румынии, там путь на Кавказ и в Поволжье, там самая сильная войсковая группировка большевиков. За всё это русские будут драться, как черти. Чтобы там воевать с размахом, надо в Румынии обновить ж/д сеть. Построить кучу всякой инфраструктуры. Задача подъёмная, но потом придётся всё это подарить румынам. Резюме:

– Перетопчутся румыны с болгарами! Что у русских северней Полесья?

В Белоруссии и Прибалтике промышленность не развита, ж/д сеть не ахти, дороги тоже. Да и рельеф так себе, конечно, не горы, но лес, болота дорог маловато. Маловато, но есть! У нас и грузовиков всяких достаточно. Заодно за Прибалтикой – Ленинград. Это уже приз. Если его занять, то с севера угрозы считай нет, а с юга те самые полесские болота прикроют. Так можно и на Москву пойти. Ну а ещё русские тут держат меньшую часть своей армии! Вот Генштаб Вермахта решил в стиле комполка или дивизии. Нужно бить туда, где у противника уязвимое место! Наступаем, где нас много, а его мало. Логично? На уровне дивизии – конечно!

Ну а на уровне фронта уже нет. Почему? Потому, что командующий фронтом уже должен учитывать, развитие операции на пару-тройку месяцев вперёд. Он обязан позаботиться, о том, чтобы не оказаться в логистическом тупике, и не скучить войска в одном месте без пользы. На уровне дивизии такая проблема редкость. Снабжение ему подаёт начальство, оно же нарезает зону ответственности. Можно прочитать тысячи книг, но пока ты не прожил такой опыт, всегда есть искушение сделать очередной гениальный ход, и не важно, что тебя там ждёт стратегический тупик. Ну а ещё ни учения, ни операции против Польши, Франции, Югославии, Греции не учили, как это планировать на три месяца и больше. Успевали победить раньше. Как, пока не будем разбирать, но побеждали.

Вот так и получился гениальный план «Барбаросса»: Ленинград – Москва – Украина. Вот тут судьба сделала Вермахту крупный подарок. Амбициозность, некомпетентность и трусость генерала Павлова парализовала управление войсками ЗапОВО. Однако эта же ошибка сыграла злую шутку с немцами. Захотелось быстрей выехать к Смоленску и план Ленинград – Москва – Украина был забыт, а армии начали расползаться, как тараканы из коробочки, по карте. Т.е. война превратилась в ряд тактически оправданных операций, которые в сумме не вели к достижению ни одной из поставленных целей. До поры до времени общее трёхкратное превосходство Вермахта позволяло ему продвигаться вперёд за счёт массы. Не удивительно, что в Генштабе РККА не могли угадать направление ударов Вермахта. У нас полагали, что войну ведут с оглядкой на стратегическую цель. Ради неё все усилия, и эта цель разгром противника. Ну а Вермахт словно вода тёк по уклону. Этот подход:

– Нас никому не сбить с пути, нам по-фигу куда идти!

Угадать план, которого нет невозможно. Это стиль пьяного богомола, только в этот раз немцы не имитировали хаотичные движения пьяницы, они так воевали. Захотелось фон Боку быстрее в Смоленск, и он не стал помогать удару на Ленинград. Упёрлись две танковые группы под Смоленском в стенку. Их начали распихивать. Надо бы по плану на севере взять Ленинград. Надо! Только фюрер и Гудериан захотели на юг. Причём Гудериан хотел с юга Москву обойти, а фюрер хотел на Кавказ. Пришлось Генштабу Вермахта заворачивать Гудериана, который лез головой в петлю. Раз он уже уполз далеко на юг, то его с трудом повернули в помощь группе армий «Юг». В итоге доигрались. Гудериана, конечно, спасли. Только к началу операции Тайфун стало предельно ясно, что ни одна из трёх целей не достигнута.

Армия противника не уничтожена. Ленинград не взят, Москва тоже. Зато теперь не было генерала Павлова, и халява закончилась. Именно Тайфун ярко продемонстрировал, отсутствие стратегического мышления у немецкого командования. Почему их первый удар стал неожиданным для РККА? Потому, что это был шаг в стратегический тупик. Обход расположенных на смоленской дороге армий давал немцам возможность угрожать им окружением, но это же лишало снабжения их собственные ударные группировки. Им оставалось и дальше расползаться, как нефтяное пятно, снова и снова пытаясь обойти Красную армию. Второстепенные просёлочные дороги и грузовики Вермахта стали играть против снабжения с железных дорог у РККА. Каждый раз разумное решение разводило ударные кулаки Вермахта в стороны. Трудности снабжения заставили разъехаться на севере за Калинин, а на Юге всё дальше и дальше обходить Тулу.

Плечо снабжения росло и пришлось делать первый непростой выбор: топливо для ВВС или бензин и снаряды для танков? Очевидно, что танки на вражеском аэродроме — это лучший вид ПВО, и по-прежнему есть цель захвата Москвы. Значит самолёты на прикол. Мало топлива? Значит против 1000 русских самолётов активно работать могут едва 500 немецких. Пропадает разведка. Вермахт напарывается на неожиданные контрудары, а из окружения через не залатанные дыры выходят русские армии.

Плечо снабжения ещё выросло. Грузовики теперь везут бензин для того, чтобы привезти бензин для самих себя. Боеприпасы почти не подвозятся. Оторвавшиеся танковые группы сами не могут взять города, а логистический коллапс убил разведку и непонятно, где у противника дыра в обороне. Раньше ВВС подсказывали, а теперь они без топлива. Всё халявы нет! Обход больше не вариант. Вермахт ослеп и нужно проламывать стену лбом. Только боеприпасы текут тоненьким ручейком, а дороги забиты бесполезными без них пушками, бензиновый голод душит теперь и подвижные части.

РККА спокойно подвозит резервы, и её небольшие силы легко опрокидываю фронт, потому что он висит на плохих дорогах, а плотную связку обеспечивать не выходит. Армии немцев каждая сидит на своей тонкой ниточке, и не выходит соскочить с неё, придя на помощь соседу. Остаётся просто переть вперёд вдоль дороги. Это умножается кратно, на привычку врать в отчётах. В Берлине все уверены, что ещё немного и парад в Москве. Все части снабжаются плохо, и это при том, что Варшава забита тёплыми вещами. Теперь выбор уже стоит патроны или шинели? Оба варианта плохие. А не надо было залазить в обходы! Но ведь это казалось таким правильным, таким соблазнительным решением!

Сначала обойти окружить, потом снова, потом снова, потом мы ослепли и не можем найти куда ещё обойти. Этот результат был очевиден в Генштабе РККА, там не думали, что имея столько войск немцы совершат настолько элементарную глупость. У нас ожидали, что фашисты сыграют в размен. Этот вариант, был тяжелее, но логистика диктовала его, как единственно верный путь, на котором есть шанс победы. Надо было прогрызать фронт перешивая ж/д колею, перемалывать русских, и может быть потом броситься в обходы. Только генералы Вермахт в такое не умели, как научились воевать на манёврах, так и воевали. Там обычно одно удачное решение выявляло победителя, потом шли праздновать и пить шампанское. Здесь всё было иначе.

Так опытные шахматисты в Ставке РККА не верили в глупость противника. Москва стала тем поворотным моментом, когда у нас раскусили суть немецкой кухни. Именно эта недальновидность, неспособность высших офицеров Рейха понять далёкие последствия принимаемых решений и приведут Германию к поражению. Стратегия без тактики, это просто долгий путь к победе. Тактика без стратегии, просто ненужная суета перед поражением.

Глава 5. Как и зачем откармливали волка

Надеюсь, что я довольно подробно изложил, что Вермахт – основное орудие агрессии Третьего Рейха, возник из Рейхсвера и нёс в себе все недостатки присущие армии Веймарской республики? Немецкая военщина, все эти промышленники и их обслуга в виде генералов и политиков, несомненно желали реванша. Правда со своими желаниями, они оказывались в положении тигра из миниатюры Райкина. Этот тигр мог съесть сразу и 50 килограмм мяса. Только кто же ему их даст? Проигравшая Первую мировую войну Германия, была поставлена на колени странами победительницами. Элита Британии и Франции не желали иметь конкурента. Потому сделали всё, чтобы немецкая элита не имела шансов построить нормальную армию и защитить свою страну от ограбления. Да, это была страна не немецкого народа, а дойная корова небольшой и очень недружной компании дельцов и аристократов.

Вот эти ребята хотя и были очень недовольны тем, что приходилось отдавать почти всё надоенное в заботливые руки конкурентов, но поделать ничего с этим не могли. Я даже больше вам скажу, они в той позе «зю», куда их поставили, так и стояли бы по сю пору, если бы не одно большое, НО. Это, НО называлось Союз Советских Социалистических Республик. Сделав всё возможное для развала Российской Империи, её союзники по Антанте получили такой нежелательный побочный эффект, как первое в мире государство рабочих и крестьян. Правда не стоит упрекать союзников в невероятном коварстве или особой злобности. Царь расейский и его друзья сами вели себя не лучше по отношению к французским и английским элитам. План затягивания войны до тех пор, пока Германия не вымотает из них все силы, был не менее людоедским. В Антанте царило полное согласие и каждый норовил обуть каждого. Кто кредитами опутывал и навязывал займы, кто как Россия придуривался неспособным воевать, до тех пор, пока не получит желанных проливов и территорий.

Воюя против центральных держав, каждый член Антанты держал в кармане нож, которым надеялся прирезать союзников после победы, или на худой конец строил планы, как ловчее кинуть всех и стать царём горы. Шёл нормальный политический процесс. После войны всё продолжилось ровно в том же ключе. Война закончилась всеобщим истощением сил, миллионами убитых и искалеченных. Только вот беда, разрушить заводы конкурентов не получилось. Колонии у Германии отобрали, но сколько было тех колоний, и каков там был рынок сбыта? Слёзы. Бывшая Австро-Венгрия тоже хоть и распалась, как рынок не обеспечивала нужной прибыльности, чтобы возместить все затраты победителей, и была надежда, что гиены капитализма смогут утолить голод трупом Российской Империи, которую Англия и Франция разделили ещё при Временном правительстве. Только вот незадача, большевики не только отбили в 1918 – 1921 годах три похода Антанты, но и сами агрессоры подхватили в России социалистические идеи.

Простые люди везде чувствовали себя обманутыми. Ради чего они принесли все эти жертвы? Им говорили о патриотизме, о необходимости борьбы со злом, и против варварства, а потом просто заключили с варварами мир, который не сделал жизнь простых людей ни капельки лучше. Именно недовольство простых Джонов, Жанов и Михелей было одним из тех факторов, которые помогли отбиться СССР от интервенции. В результате ни дармовых ресурсов, ни выплат по грабительским займам, ни новых колоний на месте бывшего колосса. Ещё и собственное быдло начало смотреть, что там в дикой России, и стало бузить и задавать вопросы. Причём чем дальше, тем больше. Что в Англии, что во Франции вставал во весь рост призрак коммунизма. С этим нужно было кончать!

Кроме старых хищников не дремал и молодой. Америка, сказочно нажившись на всех участниках мировой бойни лопалась от денег. Точнее её банкиры, не подумайте, что простым американцам перепало с этого, что-то кроме крови и пота. Куда девать такую прорву бумажек? Если капиталу некуда утекать из экономики, то её разорвёт, как котёл с перегретым паром. Вот и началась Великая депрессия. Внешние рынки сбыта закрыты, их как держали старые игроки, так и держат. Вот так вот сразу Англии, Франции и США понадобился в Европе злобный хищник, ненавидящий большевизм и готовый на всё. Только если США были заинтересованы в том, чтобы он перед тем, как сдохнет, разнёс бы в хлам всю европейскую промышленность, то английские и французские буржуи просто хотели уничтожить СССР, а потом придушить своего пса, и самим пожинать плоды. Всё, как всегда. Есть пёс и есть охотник. Не сговариваясь эти трое, стали выкармливать волчонка.

То, что делали немецкие военные в Рейсхвере – это было тем максимумом, что они будучи скованными Версальскими соглашениями могли. Все эти фокусы с школами в СССР и игрой с увольнениями из крошечной армии большего чем положено числа людей, это предел, потолок. Это бунт на коленях. Ничто. Они так бы и прозябали, строя нереалистичные планы мести, надувая щёки, и говоря о необходимости отпора наглым французам. На политической сцене Германии до 1935 года доминировали социал-демократы. Эта была компания проституток, не имеющих по сути отношения ни к социализму, ни капитализму, ни к национализму, ни вообще к какому-либо изму. Просто клуб извращенцев и космополитов готовых говорить, любую либерально звучащую ерунду, и одновременно обслуживавших интересы как своего, так и иностранного капитала. Под сладкие песни о свободе, это именно они задушили немецкую революцию. Сначала расплодили ЧВК, а потом испугавшись, начали их душить. Эти «демократы» продавали немцев с особым бесстыдством и цинизмом, при этом умудряясь рядиться в защитников народовластия и прав простого рабочего.

Злее немецкой социал-демократии в период между мировыми войнами не было у немецкого народа врага. Когда я называл их извращенцами, это не фигура речи, у людей реально от вседозволенности и цинизма ехала крыша и шёл в разнос тот придаток в голове, что заменял им мозг. Будучи отнюдь не дураками, большинство из этой братии отлично понимали, что они творят, и что наняли их, чтобы уничтожить немецкую нацию, и обобрать её как материально, так и духовно. Вот они и старались изо всех сил, боясь одного, что их заменят на ещё более разбитных и отмороженных извращенцев. Видимо есть в мире высшая правда. Потому, что такие нашлись. Полицейский агент в рядах крошечной маргинальной партии, сидя в тюрьме, написал книжку, на которую обратили внимание нужные люди. Книжка называлась – «Моя борьба». Манифест ненависти к коммунизму, русским, как сердцу славянского мира, и одновременно призывающую к миру и союзу с Англией. Вот тут и закончились мытарства неудачливого австрийского художника из Граца, и родился вождь немецкого народа Адольф Гитлер.

Что характерно, Веймарскую Германию уже подкармливали американским кредитами, только волчонок не рос, потому что хозяева Европы – английский и французский истеблишмент постоянно его придушивали. Американские же вложения плавно перетекали в их карманы, что за океаном не вызывало никакого понимания. Зато, когда возник консенсус интересов, то уже ничто не смогло остановить золотой поток, хлынувший в руки нацистов, точнее, как они себя называли национал-социалистов. Для удобства грабежа в то время в побеждённой Германии процветал невиданный доселе плюрализм мнений. При отсутствии чётких понятий, что хорошо, что плохо, где есть народные и национальные интересы, очень удобно выкачивать из страны за рубеж все соки, и при этом до поры не вызывать взрыва народного негодования. Потом, когда жизнь станет невыносимой, придёт черёд хунты и открытого террора, а до поры до времени, можно терпеть даже настоящих коммунистов. Один чёрт у них винтовок будет меньше, чем у либералов, об этом есть кому позаботиться.

Вот так в Германии совпало всё сразу. С одной стороны, было желание американского финансового капитала взломать сейф с названием Европа, и развязать в ней войну, которая должна погубить нынешних хозяев мира. Понятное дело, чтобы занять их место и подхватить в свои руки колонии, где вместо режима прямой оккупации ввести кредитную кабалу ФРС. С другой Англия и Франция наконец нашли пса, который для них разорвёт на части СССР и даст поживиться его землями прирастив свои колониальные владения. Французы видимо всё же побаивались, но им в затылок дышала компартия Франции, и в результате и они решились. Хрен с вами. Банкуйте! Мы подстрахуемся линией Мажино.

Вот так вот вдруг, все резко ослепли и перестали замечать, что Германия начала позволять себе ранее недопустимые вольности. Англии не сразу удалось убедить французских союзников и уход тех из Рейнской области и Рура проходил не без эксцессов, но в целом всё шло к общему удовольствию сторон.

Есть миф, что в самом начале Гитлер и его партия честно смогли выиграть на выборах, и до поры до времени вели себя прилично, а уже потом показали свой звериный оскал. Это, мягко говоря, не так. С одной стороны, немцы осатанели от того шабаша, что устраивала в стране их социал-демократия. Эти сытые глумливые рожи много кому переставали нравиться, и простой немец в условиях, когда нацисты в каждой газете развернули компанию пропаганды, спрашивал себя: «А может этот фронтовик с усиками под противогаз дело говорит? Нас же реально грабят. Ведь я точно знаю, что хорошо, когда моя фрау сытая, а дети ходят в школу, а когда мужик с мужиком – это не по-христиански. Вот это вот блядство, это их культура?! Это же дегенераты! Ведь когда кайзер говорил, что у нас есть интересы и их нужно защитить, то жилось то не так уж и плохо. Это хорошо, когда в жизни есть определённость, и плохо, когда инфляция 1000%.» Если бы под этими рассуждениями не было ничего, то нацисты бы не смогли набрать те проценты, что они набрали. Однако большинства на выборах они не получили. Весь вой купленной прессы не помог им, и коммунисты набрали не сильно меньше голосов. Ну а канцлером, как и раньше стал герой войны генерал Гинденбург. Фигура компромиссная, но, по сути, из того же гнилого болота.

Вот именно ему, знающие люди сделали предложение, от которого он не мог отказаться: либо он назначает вице-канцлером Гитлера, и потом сам уходит в закат, либо пускай готовится читать в прессе подробности того, как он воровал военное имущество, и про прочие свои подвиги. Кристально честный человек был, настоящий прусский генерал. Потому и выбрал первый вариант. Ну а дальше пошло-поехало. Поджог Рейхстага, законы запрещающие другие партии и прочая, прочая, прочая. Но и после назначения Гитлера всё можно было вернуть взад. Если бы социал-демократы и коммунисты объединились, то ничего бы не было. Только скажите вы верите, что либераст будет думать про что-либо кроме своей лично пользы? Эти подлецы думали, что они будут нужны при любом правительстве, ну какое же правительство без болтунов и людей без моральных принципов? Оказалось нет. Стоило нацистам прийти к власти, и все эти политические проститутки поехали в один концлагерь с коммунистами. Вы знаете, за них никто практически не заступался. Большинство смотрело на это с сухими глазами и молчаливым одобрением. Люди не дураки, и с этими болтунами простому человеку никогда не было по пути.

Вот так лидеры мнений, ораторы с трибун, гениальные художники поехали на перевоспитание и утилизацию. Никто не хотел их защищать. Разгром коммунистов сопровождался шумом, столкновениями с полицией, громкими судебными процессами и шельмованием в прессе. Просто так немцы отказывались верить в то, что это враги нации. Зато в то, что либералам самое место в земле, не возражал никто. Тем более, что поначалу речь шла о обычном перевоспитании. Что этой публике надо дать ремня был согласен, буквально каждый первый. Антисемитизм, поначалу был просто личным заскоком Гитлера, да и евреи были удобной мишенью. Нужно же было на ком-то безответном тренировать штурмовиков? Это уже сильно потом дискриминация превратилась в истребление. Поначалу, это было банальное ограбление и возможность простому немцу, из тех, кто не слишком образован, на ком-то выместить свою злость на весь бардак в стране.

Это вопросы социальные, политические, и даже психологические, а что происходило с деньгами, в промышленности и армии? Как он ковался меч нацизма? Вопрос номер раз был в том, что, опасаясь возрождения Германии её основательно обкорнали и окружили враждебными странами. Ну а ещё, у авторов проекта было чёткое ощущение, что времени у них не много. Не терпелось господам по тысяче причин. Европейцам хотелось быстрее решить вопрос с русскими большевиками, а американцам с зажравшимися жадными европейцами, ни у с большевиками, только не влезая в войну. Волчонок рос слишком медленно, его придушили очень уж качественно. Разрешили строить самолёты, танки, делать пушки, увеличивать армию. Только это всё шло слишком медленно. Нужен был допинг. Именно тогда Гитлеру позволили присоединить Австрию. Именно позволили. В это время растущий Вермахт больше походил на дистрофика. Ни запасов, ни моб резерва на случай даже маленькой войны в стране не было! Достаточно было сказать строго – Фу, и всё! Фюрера немецкой нации генералы бы вынесли на блюдечке. Он их буквально заставил присоединить Австрию. Все, кто понимал реальную мощь, а точнее немощь немецкой армии были в ужасе от такого космического авантюризма. Только Гитлер был уверен. Идиот? Гений? Давайте не станем сложные варианты, может он просто был уверен, что это ему позволят хозяева Европы?

Вполне обоснованно вы можете спросить меня, а не выдумываешь ли ты всё это? Позволит, не позволит, это всё только домыслы на грани конспирологии. Согласен! Нужно опираться на факты. Возьмём Версальский и Сен-Жерменского договоры (1919) и Женевские протоколы (октябрь 1922) в них были статьи, запрещавшие объединение Германии и Австрии. В марте 1931 года правительства Германии и Австрии выступили с предложением о всего на всего таможенном союзе. Однако страны-победительницы воспротивились этому. Даже таможенный союз нельзя, пока к власти не пришёл Гитлер. Зато потом пришло время накачивать силой агрессора, и в ноябре 1937 года английский министр Галифакс, во время переговоров с Гитлером, дал от имени своего правительства согласие на «приобретение» Австрии Германией. Чуть позднее, 22 февраля 1938 года, британский премьер Невилл Чемберлен заявил в парламенте:

Мы не должны обманывать, а тем более не должны обнадёживать малые слабые государства, обещая им защиту со стороны Лиги Наций и соответствующие шаги с нашей стороны, поскольку мы знаем, что ничего подобного нельзя будет предпринять.

Придёт время, и эти же люди будут кричать, о необходимости вооружённой помощи Финляндии, которая сама была агрессором, но сейчас увы. Никак помочь не можем. Вот так вот, без всяких рептилоидов и теорий заговора. Никакого гениального прозрения. Гитлер сначала получил зелёный свет и гарантии, того, что наказан не будет, а потом съел Австрию. В ответ все демократические страны одобрительно промолчали. Только агрессивный, мечтающий захватить весь мир, СССР 21 сентября 1938 года СССР в Лиге Наций заявил решительный протест против поглощения Австрии.

Я вам даже больше скажу, эта тема с поглощением стала набирать популярность. Основываясь на международном признании аннексии Австрии Третьим рейхом, польское правительство решило, что 17 марта 1938 года необходимо предъявить Литве ультиматум с требованием дать безусловное согласие на установление дипломатических отношений с Варшавой в течение 48 часов и завершить взаимную аккредитацию не позднее 31 марта 1938 года. Установление дипломатических отношений де-факто означало отказ Литвы от притязаний на Виленский край и Вильнюс, оккупированные поляками. В случае отказа Польша оставляла за собой право использовать все соответствующие меры для обеспечения безопасности своей границы. Странно, но и на этот раз против был только злобный большевистский режим.16 марта 1938 года народный комиссар иностранных дел СССР Максим Литвинов вызывал польского посла Вацлава Гржибовского, разъяснив, что несмотря на отсутствие военного союза между Литвой и СССР, Советский Союз заинтересован в сохранении независимости Литвы и выступает против развязывания войны, в противном случае советское правительство денонсирует без предупреждения польско-советский пакт о ненападении и в случае вооруженного нападения на Литву оставит за собой свободу действий.

В общем все миролюбивые страны были довольны, и только в СССР считали, что происходит нечто нехорошее. Увы, но Советский Союз на этом празднике единения был одиночкой, вопиющим в пустыне, и помочь Австрии не смог, на что хватило сил, так это отстоять независимость Литвы и только. Итак, что же давало нацистам поглощение Австрии? Давало оно золото Австрийского банка и дополнительные миллионы рабочих рук. Сейчас, Австрия по принятой там официальной точке зрения является первой жертвой нацизма. Раз так, то все, кого призвали из её жителей в Вермахт и СС (а равно и добровольцы), только лишь жертвы обстоятельств. Наказания они не получили, и успешно интегрировались в органы власти возрождённой после 1955 года страны. Политика денацификации в Австрии не проводилась, а борьба действительных жертв нацизма за свои права осуждалась, как попытка обогатиться за счёт всего народа. Между тем жертв в стране хватало: были физически истреблены более трети евреев, около трёх тысяч коммунистов, больше пяти тысяч представителей консервативной партии, и даже немало поддержавших нацистов католических священников. Немного портит позицию жертвы нацизма и факт, что Австрия, в которой прожевало 8 % населения Рейха, дала 14% персонала СС и 40% персонала лагерей смерти. Австрия была чуть ли не единственной частью Рейха, где истребление еврейских рабов в мелких крестьянских хозяйствах носило массовый характер. Вот как-то так. Кто-то боролся с нацизмом, а кто-то ему помогал.

Так или иначе, а подарок Гитлеру вышел неполным. Маловато было. Это была не страна, а обрубок бывшей империи. В этой связи, скажите, а какой регион бывшей Австро-Венгрии считался наиболее промышленно развитым? Не мучайтесь, если не знаете – это конечно Богемия. После первой мировой войны, эта самая Богемия населённая преимущественно чехами, объединилась с областями населёнными словаками и стала называться Чехословакией. Бывшие коллеги солдата Швейка, оказавшиеся в Сибири во время Гражданской войны, оказались хваткими парнями и вписались в ту свалку всех против всех. Когда запахло жаренным, они ловко прибрали к рукам золотой запас Колчака, а самого его сдали Советам. Сами с золотом поехали через Владивосток домой, и на эти денежки учредили своё государство с блэкджеком и шлюхами. Ой, с госбанком и оружейными заводами. Концерн Шкода — это, между прочим, почти четверть мирового производства стрелкового оружия, а ещё хорошие танки, отличные пушки, паровозы, оборудование шлюзов Суэцкого канала и многое, многое другое. В общем, положа руку на сердце, Австрию дарить без Чехословакии было даже как-то неприлично!

Ну а раз так, то давайте сюда и Чехословакию. Это сейчас Чехия больше славится туризмом, пивом и видами Пражского града. Ну а в то время её промышленность в определённые моменты превосходила немецкую. Правды ради и сейчас люди, разбирающиеся в оружии, не морщатся, услышав слова чешское оружие. Да и автомобили «Шкоды» пользуются заслуженным уважением. Понятно, что аппетит приходит во время еды, только съесть это блюдо было не так уж и просто. Снова проклятая Версальская система мешала. Франция, Англия и СССР являлись гарантами целостности Чехословакии. Правда был нюанс. Франция не желала, чтобы проклятые большевики имели право вмешиваться в европейские дела без её ведома. Потому, защищать чехов СССР имел право, только в том случае, когда сама Франция окажет им вооружённую помощь. Верх цинизма. Советскому Союзу отводилась лишь роль пушечного мяса в случае, когда это понадобится Франции. Тогда почему мы пошли на это? Может быть потому, что стремились любой ценой сохранить мир в Европе? Конечно нет! Ясно же, что СССР спал и видел, как вспыхнет Европа, и он её захватит. Такой же волк, как и Третий Рейх. Это же явно. Агрессивные режимы они такие, постоянно норовят обеспечить территориальную целостность соседей.

На одни только договора чешское правительство не надеялось и в стране была одна из самых хорошо оснащённых армий, а линия укреплений на границе с Рейхом вполне могла соперничать с сооружениями линии Мажино. Чехи умели и любили строить и делать всякие механизмы. Не вызвало сомнения, что один на один эта страна способна, если и не разгромить Третий Рейх, то отстоять свою независимость. Любому, кто в теме известно, что среди парка тяжёлой артиллерии Вермахта, доля чешских пушек была очень высока. Ну а в то время, в 1938 году – это были чешские пушки и адекватного ответа Вермахт не имел, поэтому укрепления чехов, в случае войны, должны были стать огромной проблемой. Доты даже, если никто не мешает их раздолбать пушками, тоже не сахар, ну а если в ответ летят тяжёлые «чемоданы», задача взлома оборонительных линий становится нетривиальной. Чехословакия выглядела словно ёж, ощетинившийся пушками и заручившийся дополнительно поддержкой международных договоров. Ни что не предвещало скорого конца. Тем более, что страна гостеприимно распахнула свои двери французскому капиталу, а как раз Франция выступала главным военным гарантом независимости Чехословакии. Элита страны считала, что они вполне рукопожатые и приличные парни, которых не бросят на произвол судьбы.

Как же был расколот этот орешек? Для начала Германией был поднят вопрос о приграничных областях Чехословакии, где компактно проживали около трёх миллионов немцев. Совершенно случайно, как раз там и были выстроены наиболее серьёзные укрепления. Так в стране появилось своё Косово – Судетская область. Вот вокруг судьбы её жителей и завертелись жернова политики. Германия стала требовать предоставить этому меньшинству право на самоопределение. Вместе с ней Польша и Венгрия предъявили аналогичные требования на приграничные области Чехословакии, утверждая, что и проживающие там представители их народов, ничуть не менее немцев заслуживают такого же права. Чехи обратились за помощью к Франции, Англии, и СССР, как к гарантам своей целостности. Англия и Франция ответили, что в случае нападения Германии они помогут Чехословакии, но если, между чехами и немцами вопрос будет решён мирно, то вмешиваться они не станут. Что делать, если в спину Чехословакии ударят Польша и Венгрия оставалось за скобками.

Весь сентябрь в Мюнхене шли переговоры. Только не между немецкой и чешской делегациями о судьбе судетских немцев. Переговоры шли между министрами Великобритании, Франции, Италии и Германии. Представители Чехословакии Войтех Мастны и Хуберт Масарик на переговоры допущены не были. Всё время, пока шли обсуждения чехословацкого вопроса СССР, оказавшийся за бортом основного процесса, пытался сначала начать урегулирование спора в Лиге Наци. Однако, советские предложения об обсуждении проблемы коллективной поддержки Чехословакии в Лиге Наций были блокированы Англией и Францией. Не имея возможности помочь дипломатическими методами Советский Союз при консультациях с чешскими дипломатами неизменно заявлял о своей готовности прийти ей на помощь, даже до того, как Лига Наций примет какое-либо решение. Он последовательно и твёрдо сохранял свою позицию не смотря на угрозы Польши расторгнуть Договор о ненападении и объявить ему войну. После совместных консультаций с немецкими представителями советник британского премьер-министра предложил Чемберлену заявить следующее:

Германия и Англия являются двумя столпами, поддерживающими мир порядка против разрушительного напора большевизма, и что поэтому он желает не сделать ничего такого, что могло бы ослабить тот отпор, который мы можем вместе оказать тем, кто угрожает нашей цивилизации.

Ну а чешским представителям заявили, что:

Если же чехи объединятся с русскими, война может принять характер крестового похода против большевиков. Тогда правительствам Англии и Франции будет очень трудно остаться в стороне.

В переводе с дипломатического на русский, это означало, что если чехи примут помощь СССР, то те страны, которые обещали им защиту, поступят строго наоборот. Они сами нападут на Чехословакию вместе с Германией, Польшей и Венгрией. Верх цинизма. Даже в такой ситуации, Советский Союз был готов оказать конкретную военную помощь Чехословакии без Франции, но при двух условиях: если Чехословакия попросит Москву о такой помощи и если сама будет защищаться от военной интервенции нацистской Германии.

29—30 сентября в Мюнхене в Фюрербау состоялась решающая встреча. Под давлением Польши и Венгрии к мюнхенскому соглашению были добавлены приложения, требующие от чехословацкого правительства в трёхмесячный срок путём двусторонних переговоров решить с Польшей и Венгрией вопросы относительно территорий с преимущественно польским и венгерским населением. В час ночи 30 сентября 1938 года Чемберлен, Даладье, Муссолини и Гитлер подписали Мюнхенское соглашение. После этого в зал, где было подписано это соглашение, была допущена чехословацкая делегация. Ознакомившись с основными пунктами соглашения, представители Чехословакии выразили протест. Но, в конечном счёте, под давлением руководства Великобритании и Франции подписали договор о передаче Чехословакией Германии Судетских областей. Утром президент Бенеш без согласия Национального собрания принял к исполнению данное соглашение. Тогда же – 30 сентября между Великобританией и Германией была подписана декларация о взаимном ненападении, схожая декларация Германии и Франции была подписана чуть позже.

Вот так чешские парни вдруг оказались не партнёрами, а прислугой, которую отдали в пользование новому хозяину. Все их протесты и возмущение, вызывали лишь вздохи, и остались без реакции. Хорошо бы, всякий, кто склонен доверять свою судьбу духовным наследникам этих европейских демократий помнил, как очень легко и быстро можно сменить статус с «любимой жены султана» на «жалкую бесполезную псину».

Конечно всё не завершилось отторжением приграничных областей. Потом был ещё парад суверенитетов. Раз пошла такая пьянка, словаки выскочили из состава Чехословакии. Тут же вызванный в Берлин президент Чехословакии Гаха был ознакомлен с заранее подготовленным Риббентропом договором, в котором говорилось:

Сегодня в Берлине фюрер и рейхсканцлер Германии в присутствии министра иностранных дел Риббентропа принял президента Чехословакии доктора Гаха и министра иностранных дел Хвалковского по их просьбе.

При состоявшемся обмене мнениями было обсуждено серьёзное положение, возникшее в последние недели на территории бывшей Чехословакии.

При этом с обеих сторон последовательно была высказана уверенность в том, что обе стороны считают необходимым приложить все усилия для сохранения спокойствия, порядка и мира в этом регионе Центральной Европы. Президент Чехословакии при этом заявил, что ради этой цели и достижения окончательной договорённости он с уверенностью вручает судьбу чешского народа и страны в руки фюрера Германии.

Это заявление было принято фюрером, который согласился взять чешское население под защиту Германского Рейха и со своей стороны обеспечить ему подобающее существование в рамках автономии.

К четырём часам утра, после перенесённого сердечного приступа, вызванного угрозой Геринга бомбить столицу, Гаха связался с Прагой, а затем принял немецкие условия, согласившись на ликвидацию независимости и оккупацию страны. Всё, представление закончилось, занавес.

Глава 6. Тяжело без пулемёта, когда у соседа автомат

Думаю, что любой, кто более-менее интересовался историей на вопрос, когда закончилась Гражданская война в СССР, ответит – в начале двадцатых годов прошлого века. Какой конкретно год можно спорить, считать присоединение ДВР концом или победу над басмачеством в Средней Азии – это дело личного вкуса. Википедия говорит, что конец войны — это 1922 год, и следует в русле устоявшегося у нас консенсуса. Ну так и в чём вопрос? Ну а вопрос в том, что ответ на него немного неожиданный. Правильный ответ: Гражданская война закончилась в 1918 году триумфальным шествием советской власти. Дальше началась интервенция. Сначала немецкая, а параллельно ей от союзников по Антанте. Не стоит обманываться, что воевать белые господа хотели в основном руками граждан бывшей Российской Империи. Вон Англия захватила Индию с смешным количеством собственно английских войск, остальное сделали за них местные сипаи. Методика вполне отработанная, а когда имеешь дело с большой и рыхлой страной ещё и выгодная. При этом наши бывшие союзники сразу договорились, как будут делить страну. Они это дело решили провернуть ещё при Временном правительстве начав двухсторонние консультации в Париже. Двухсторонние это не между ними и Россией, а между правительствами Французской республики и Британской империи. Процесс был сложный и тяжёлый, и только переход власти в России к большевикам придал ему достаточный импульс. Завершился этот парад цинизма Франко-английским соглашением от 23 декабря 1917 года. Там же, скинулись деньгами и начали.

Первый поход Антанты был весной — осенью 1919 г. Связан он с наступлением армий под командованием адмирала А. В. Колчака (на момент событий британский офицер) с востока и генерала Н. Н. Юденича, пытавшегося сидеть на всех стульях, (часть его войск были за немцев, и они подняли против генерала мятеж) на Петроград. Страны Антанты оказывали им значительную материально-техническую и финансовую помощь. Очень помогло в тот период, что ставленник Германии Маннергейм и британский представитель Юденич (назначенный Колчаком) не договорились. Потому и не состоялась блокада Ленинграда в тот раз. С востока помогал им Чехословацкий корпус подконтрольный французам, кроме того, Колчака поддерживали американские и японские экспедиционные войска. С большими усилиями к концу 1919 года наступления этих армий были остановлены и отбиты Красной Армией.

Сейчас судьба Чехословацкого корпуса обросла мифами, даже есть такая бездарная компьютерная игра «Last Train Home» (англ. Последний поезд домой). Лауреат приза Игра 2023 года в Чехии. В ней несчастные беженцы, гонимые невзгодами, пытаются уцелеть в стране диких орков-большевиков, и из последний сил стремятся домой. Законопослушные чехи рвутся в уютную тихую Богемию, а злобные красные (только, что не краснокожие) людоеды им в этом пытаются помешать. Для правильности восприятия произошедшего напомню, что начался мятеж законопослушных братьев-славян, с того, что они отказались вернуть выданное им во временное пользование оружие. Это оружие им по неосторожности доверило российское государство, оно же их кормило, одевало и возило по стране, оно же их уже везло бесплатно на ту самую родину в Европу. Так что, это «приключение» началось с банальной кражи. Чехи с подачи французских офицеров решили, что стать ворами это хорошая идея. Ну и как часто это бывает, начав с воровства быстро перешли к грабежам. Ну а дальше пошло-поехало по нарастающей. Бессудные расправы. Изнасилования. Расстрелы. Грабежи. За Уралом эти гости оставили по себе очень недобрую славу, фашисты туда не дошли, зато чехи постарались за них. Прекратили свой разгул эти сиротки, которых приютили в трудный час, отнюдь не по доброй воле. Только когда за них всерьёз взялась Красная Армия, только тогда засобирались собратья бравого солдата Швейка на Родину.

Дорога им предстояла долгая, и чтобы было, чем питаться, чехи прихватили с собой золотой запас РИ. Вот так вот. Отнюдь не несчастные беженцы, отбивающиеся от дикарей, ехали домой, а вооружённая банда мчалась по Сибири, убивая и грабя мирных жителей, насилуя женщин, и силой забирая всё, что понравилось. Отбиваться чешским бандитам без сомнений приходилось жестоко, как от благодарных дикарей, у которых легионеры отнимали последнее, так и от коллег по опасному бизнесу. Легионеры наворотили такого, что земля горела у них под ногами, но проявленный героизм в деле борьбы за чужое добро принёс свои плоды. Эти люди смогли на кровавые наворованные деньги наконец организовать своё государство. Что характерно расстреливать, пытать, вешать русских рабочих у непрошенных богемских гостей получалось очень ловко, зато, когда дошло дело до защиты своей родины – Чехословакии никто из этих беженцев не проявил себя. Вообще никак, ни единого выстрела. Что, впрочем, очень типично, вор, бандит, это всегда дрянной солдат. Жалея Чехословакию всё же, не стоит забывать, что это было за государство. Грабить оно при случае умело и любило не хуже прочих.

Второй поход состоялся осенью 1919 г. — весной 1920 г. На этот раз главными действующими лицами был сипайский корпус Вооруженных сил Юга России под командованием генерала А. И. Деникина, который достиг наибольших успехов, заняв обширные территории на Юге России и на Украине. Правда, поход этот мог начаться и раньше, но без западных оружия и денег, желающих не было. Тогда амбициозный Корнилов пытался доказать иностранным нанимателям, что это он самый перспективный сипайский генерал. Киев был буквально забит отставными офицерами, но отморозков готовых рвать свою страну зубами среди них было маловато. Корнилову надо было всего на всего захватить хоть какой крупный город на Украине и "короновать" себя. Не вышло. В армию самопровозглашённого спасителя почти никто бесплатно не рвался. Армия не набиралась, получалась банда, а на фоне анархистов Махно даже и не крупная.

Помните, я в начале книги писал, что армия не станет делать то, что не желает, и военачальник скорее должен уметь приспосабливаться к обстоятельствам, а не пытаться плетью обух перешибить? Вот вам пример, когда корниловская банда, называемая только им армией, расшибла лоб в попытках взять Екатеринодар, то в комнату к нему залетел снаряд трёхдюймовки. Причём неожиданно, и так аккуратно, что стены не разрушил, дверь не выбил, а убил только самого Лавра Георгиевича. Прямо умная бомба, сейчас такие делать разучились. Ну а может это была граната, которую в комнату с обезумевшим властолюбцем подбросил кто-то из своих? Кто теперь проверит? Сменивший его Антон Иванович Деникин отлично осознавал расклад, разбирался в людях его окружавших, и потому написал для потомков:

Неприятельская граната попала в дом только одна, только в комнату Корнилова, когда он был в ней, и убила только его одного. Мистический покров предвечной тайны покрыл пути и свершения неведомой воли.

Как бы то ни было, новый главком из себя уже самостоятельного фельдмаршала не строил и честно лёг под французов согласившись на всё. Те с англичанами дали деньги, оружие, и понеслось. Понимающий намёки Деникин устраивал всех за рубежом, только воевать у него не получилось. К весне 1920 года войска ВСЮР потерпели поражение, а его армия была эвакуирована в Крым.

Когда стало ясно, что ещё одна попытка провалилась, то без паузы Антанта устроила третий поход весной — осенью 1920 г. Основной силой, задействованной в этот период, стала польская армия, которую Антанта активно поддерживала вооружением и военными советниками. В ходе украинско-польской войны армия Пилсудского вторглась на территории Украинской рады и Белоруссии. Пришлось РККА спасать соседей от интервенции. Потому не удивительно, что та Украина и Беларусь сами вошли в состав СССР. С одной стороны милая Польша, которая норовит обкромсать всё до чего дотянется, а с другой СССР, который предлагает прирастить Украину Донбассом и Харьковом, а белорусам предлагает часть смоленской губернии. Выбор оказался очень несложным, и никаких бомб под Россию. Все довольны и добровольны. Также к этому этапу относят действия армии генерала П. Н. Врангеля в Крыму, который наследовал Деникину. После разгрома войск Врангеля и поражения под Варшавой, война затихла. Не имея в тылу Красной Армии сипайских войск, Польша и её хозяева оценивали свои шансы на победу, как весьма сомнительные, и пошли на переговоры. Это была ничья, где обе стороны хотят разойтись измотанные до предела. Ясно, что в таких условиях мир не может быть прочным.

Прочный или нет, но мир был нужен, страна устала. В жизни простых людей началось то, что по непонятной мне причине называлось новой экономической политикой. Что в ней было нового ума не приложу? Даже сам Ленин её никакой новой не считал, а этот НЭП начался буквально сразу после прихода большевиков к власти. Строительство социализма в понимании лидеров ВКП(б) никогда не было связано с директивной отменой частной собственности. Если для кого-то откровение, то знайте, собственность никто у людей не отнимал. На заводах вводились комитеты народного контроля и профсоюзы. От владельцев требовали всего-навсего перестать грабить рабочих, ввести восьмичасовой рабочий и предоставлять отчёт о том, куда деваются прибыли, и честно платить налоги. Если, что такое происходит сейчас везде и всюду, и за это никого убивать не принято. Это сейчас, а тогда страну захлестнула волна саботажа и террора.

Владельцы выводили средства за рубеж и вешали замки на ворота. Банки отказывались работать, а на большевиков начались покушения. В принципе ожидаемо. Мошенник отлично знает, что будет если раскрыть его обман, потому и начинает кричать в такой ситуации первый, что это его грабят. В ответ на саботаж и стала происходить национализация сначала банков, а потом и некоторых предприятий. Причём, тех кто не устраивал демаршей, кто продолжал работать, допустив на предприятие профсоюзы, и соблюдая законодательство, оказалось большинство. Кому хватило ума не вляпаться в противостояние Гражданской, активно поддержав наёмников интервентов, те сохранили и жизнь, и собственность. Едва наступил мир, эти люди продолжили жить нормальной жизнью. Так в Ленинграде до тридцатых годов частная верфь Александра Леонтьевича Золотова делала военные катера. В 1930 году её хозяин добровольно продал свою долю государству и предпочёл дальше работать на верфи в качестве конструктора. Эта верфь существует и поныне с 1970 года предприятие получило название «Алмаз».Данная верфь является одной из ведущих в своём классе не только в России, но и в мире.

Постепенно даже интервентам вернули часть концессий и выплатили компенсации за утрату ими имущества. Не было правительство большевиков вором, это был солидный, честный с гражданами своей страны товарищ. Впрочем, и с гражданами других стран он был честен. Никаких тайных дипломатических соглашений и документов СССР не подписывал. Это называлось – политика открытой дипломатии. Так что, встретив слова тайное соглашение СССР, смело плюйте в глаза пытающемуся врать вам, или разъясните добросовестно ошибающемуся человеку его неправоту. До середины 50-х годов двадцатого века тайных соглашений или дополнительных секретных протоколов к, заключённым Советским Союзом соглашениям, нет и не было. Даже военные школы Веймарской Германии создавались открыто, и советская сторона действовала строго в рамках подписанных и доступных всем для ознакомления документов. Про эти секретные школы знали все, потому что никакой тайной они не были.

Что ждало страну, если бы СССР просто оставили бы в покое? В этом вопросе большого ума или фантазии не понадобится. Достаточно посмотреть в сторону Китая. Там обстоятельства позволили не бояться, что буквально завтра к ним придут и устроят кровавую баню параллельно с ограблением. Страна и по сей день имеет смешанную структуру собственности, сохраняются частная собственность. Наибольшее число предприятий при этом являют предприятиями коллективной формы собственности. Это такая форма, когда заводом или сельхозпредприятием владеет её рабочий коллектив. Никто ни у нас, ни в Китае директивно ничего не отменял. Запрещалось воровство у работников, и вот это было нестерпимо. Возникал очень неприятный для соседей прецедент. То, что являлось веками освящённой нормой, больше таковой не являлось. С момента рождения СССР, всё хуже и хуже получалось прятать всю грязную правду под фиговым листочком пропаганды. Кроме этого, Страна Советов это был наглядный пример, что можно не смириться с обстоятельствами, а добиться победы в борьбе за свои, по сути, вполне законные интересы.

Для бандита честный человек всегда объект ненависти и презрения, а иначе как его грабить? Ты же тогда не герой, а патентованная гнида в своих глазах получаешься. Поэтому без выворота сознания никак, и мир между такими людьми и обычным тружеником возникает лишь под влиянием внешнего давления. Причём бандит едва принуждение исчезнет, чаще всего немедленно будет стремиться наверстать упущенное по вине обстоятельств. Вот и Советской России спокойно жить не давали. Необъявленная война с Финляндией в нашей Карелии, поток диверсантов на западных границах от Балтийского до Чёрного морей, гибридная война с басмачами в Средней Азии. Разве, что на границе с Тувой и Монголией тихо, а потом снова Дальний восток и тот же поток шпионов через границу. Ну да ничего, с этим понемногу научились бороться. Это у Ильфа и Петрова «Союз меча и орала» — это смешная придурь провинциалов. В каждой шутке, как говорят есть доля шутки, остальное правда. Последние иллюзии, что можно спокойно развиваться исчезли в 1927 году.

В Китае шла Гражданская война. С одной стороны, была клика различных полевых командиров, поддерживаемых Лондоном, а с другой НРА – альянс Гоминьдана и КПК. В марте 1927 года НРА подошла к Шанхаю и Нанкину. В ответ на это в городах вспыхнуло и победило коммунистическое восстание. Складывалась ситуация благоприятная для прихода к власти в стране патриотического коммунистического правительства. Немедленно Америка и Англия обрушили на китайские города снаряды корабельной артиллерии. Оправдано это было тем, что во время беспорядков в городе погибли один американец, два британца, француз, итальянец и японец. Оказывается, обстрел города из крупнокалиберных орудий помогает спасти его жителей от гибели. Причём это лучше делать без малейших попыток разобраться в ситуации. Ведь может оказаться, что вины в гибели граждан местные власти не несут. За что же их обстреливать тогда?

Главе Гоминьдана – Чан Кайши 11 апреля 1927 г. Англия, США, Япония, Франция и Италия направили ультиматум. Либо он физически уничтожит коммунистов, либо эти державы нападут на Китай. В ответ на ультиматум и испугавшись роста влияния коммунистов в Китае националистическое правительство начало резню членов компартии в Шанхае, также солдаты НРА ворвались в советское посольство и арестовали граждан СССР. Возражения СССР о недопустимости иностранного вмешательстве в дела Китая вызвали ярость Лондона. Дело в том, что в самой Англии происходила масштабная забастовка, в которой принимали участие более 5 000 000 человек. Срочно требовалось отвлечь людей и выставить это, не как законное недовольство сокращением зарплаты на 13%, а как заговор внешних сил. Этим создавалось юридическое обоснование для репрессий против забастовщиков.

12 мая 1927 г. около четырёх часов дня отряды полисменов в сопровождении детективов (всего около 200 человек) неожиданно окружили здание по Мооргет-стрит 49, которое занимали АРКОС и торгпредство СССР. Ворвавшись внутрь, они закрыли все выходы наружу. В здании, находились два учреждения: торгпредство СССР и акционерное общество АРКОС, но внутри каждое из них занимало отдельные помещения, точно обозначенные. Торгпредство, согласно ст. 5 торгового соглашения 1921 г., пользовалось дипломатической неприкосновенностью, АРКОС же, капитал в котором был советский, но который юридически был оформлен, как английская торговая компания, никаких дипломатических привилегий не имел. Никакого контроля со стороны служащих за действиями полицейских агентов не было. Те могли делать, что хотели, забирать любые документы торгпредства или, наоборот, подсовывать в торгпредские шкафы собственные фальшивки. Полицейские потребовали у шифровальщиков торгпредства шифры и, когда те стали сопротивляться, избили двух из них.

Что искали на Мооргет-стрит организаторы налета? Судя по тому, что происходило накануне налета, можно было с определенностью заключить, что они рассчитывали найти в АРКОСе и торгпредстве материалы, изобличающие в «коминтерновской» деятельности. Если бы им это удалось, то сразу был бы поднят страшный вой о том, что советские торговые организации являются лишь ширмой для прикрытия подрывных акций против других стран и Британской империи. Когда выяснилось, что никаких «коминтерновских» материалов и АРКОСе и торгпредстве нет, министерство внутренних дел Англии, желая как-либо прикрыть свой провал, спешно, на ходу, во время самого обыска (ведь он продолжался четыре дня!), пустило в оборот другую версию. Теперь оказывалось, будто бы незадолго до налета из государственных архивов был похищен важный «документ крайне секретного характера» и будто бы этот документ находился в сейфе торгпредства. Так как, агенты Скотланд-ярда не обнаружили на Мооргет-стрит и такого документа, то легенда о шпионской деятельности советских торговых организаций также рассыпалась, как карточный домик. Несмотря на это, 27 мая Остин Чемберлен направил советскому посольству ноту, датированную 26 мая, с сообщением о состоявшемся решении парламента и давал 10-дневный срок для ликвидации дел и выезда из Англии всего состава советских учреждений.

Советское правительство ответило нотой от 28 мая, врученной британскому поверенному в делах в Москве, в которой оно резко протестовало против действий правительства Болдуина, подчеркивая бесцеремонное нарушение им торгового соглашения 1921 г., гарантировавшего дипломатическую неприкосновенность торгпреда, а также обязательства сделать 6-месячную предварительную заявку о расторжении соглашения. Обращаясь к мотивам, побудившим британское правительство к его авантюристическому шагу, Советское правительство заявило:

Для всего мира совершенно ясно, что основной причиной разрыва является поражение политики консервативного правительства в Китае и попытка прикрыть это поражение диверсией в сторону Советского Союза, а ближайшим поводом — желание британского правительства отвлечь общественное внимание от безуспешности бессмысленного полицейского налета на АРКОС и торговую делегацию и вывести британского министра внутренних дел из того скандального положения, в которое он попал благодаря этому налету.

Как бы там ни было консерваторы в Британии получили возможность развязать компанию против СССР. Срочно начал организовываться блок из Польши, Румынии и Финляндии для войны против СССР. Только очень быстро выявилось, что правительства этих стран опасаются в одиночку вступить в войну, тем более что формальных поводов для её объявления не было. В торгпредстве ничего, что могло быть использовано как доказательство советской подрывной деятельности не нашли. Раз не было повода то его нужно было создать. В СССР хлынул поток террористов, а по всей Европе началась охота на советских дипломатов. 7 июня 1927 года советский полпред в Польше Войков был убит на Варшавском вокзале, это сорвало подписание пакта о ненападении между Польшей и СССР. Днём ранее в Москве была брошена бомба в бюро пропусков ОГПУ, кроме того был убит начальник ОГПУ БССР Опанский, и это только самые резонансные события, верхушка айсберга. На стороне создаваемой коалиции могли быть выставлены кадровые армии численностью порядка 2,5 миллионов человек, а вся армия Советского Союза, на тот момент, была всего на всего шестьсот с небольшим тысяч человек, в основном милиционных формирований.

Убийство дипломата и волна терактов, должно были сыграть роль выстрела в Сараево. Только проявленная правительством Советского Союза сдержанность позволила избежать начала большой войны. Слава богу те, кому предстояло напасть на СССР узнав, что Англия намеренна лишь ограничиться помощью, сильно остыли. Так и не договорившись о размере этой помощи Румыния, Польша и Финляндия войну объявить не решились. Кроме того, Румыния ориентировалась на Францию, Польша вертела головой во все стороны, а Финляндия предпочитала иметь дела с Германий, но всё больше и больше смотрела в сторону Британии, разочарованная слабостью Веймарской республики. Война в тот раз не перешла из гибридной стадии в активную, но в СССР стало ясно, что без сильной армии государство обречено. То, что сейчас удалось чудом отойти от пропасти Второй Мировой, не значило ровным счётом ничего. Именно с этого момента у Страны Советов не оставалось другого выбора, кроме проведения ускоренной индустриализации. Больше не осталось времени для ожидания, когда сельская кооперация сама породит крупные хозяйства, а растущий внутренний спрос позволит неспеша строить промышленность. Надо было это делать сверху и немедленно, а это означало, что на всех граждан страны ляжет пресс огромных расходов. Всё то, что происходило потом, было результатом сильного внешнего давления. Само по себе правительство страны не горело желанием устраивать гражданам экстремальное испытание на прочность.

Так получилось, что элита крупнейших стран мира видела в СССР причину всех своих бед. Нет, не подумайте, не свою жадность или желание обворовывать рабочих, превращая их жизнь в ад, а то, что есть альтернатива этому, которая наглядно показывает как можно жить по-другому. Когда в жутко бедной стране, где люди при царе выживали на грани возможного, становилось доступным для простых людей: жильё, здравоохранение, образование на уровне близком к тому, что получала элита капстран, это наводило на мысли. Это было понятно даже весьма простым людям, а те кто понимал в том откуда, что берётся, удивлялся, как же это всё удавалось без ограбления половины мира в колониях?! Лозунгом британских консерваторов стал: «Чтобы жила Британия, большевизм должен умереть.» Пока они говорили о большевизме, но очень скоро риторика эволюционирует в Большевик = Русский, и дальше будет сделан следующий вывод: «русский должен умереть, чтобы освободить место немцу». Австрийский художник не сам придумал эту концепцию с нуля, он её творчески доработал, переняв у английских идеологов. Потому и получил всестороннюю поддержку.

Жить как на вулкане, в окружении врагов и при этом надеяться бесконечно на везение, и то, что хищники в очередной раз не договорятся, за чей счёт война и кому какой кусок достанется, это извините меня, благодушие и идиотизм. Потому, не из теоретических соображений, а от ежедневной суровой реальности, данной в конкретных ощущениях, взялись строки военной доктрины СССР:

По своему характеру, своей сущности, наша родина представляет собой государственное образование совершенно нового типа. В отличие от всех остальных государств, существующих сейчас на земном шаре, Р. С. Ф. С. Р. является единственным в мире государством, где господство принадлежит труду;

Между нашим пролетарским государством и всем остальным буржуазным миром может быть только одно состояние: долгой, упорной, отчаянной войны не на живот, а на смерть, - войны, требующей колоссальной выдержки, дисциплины, твердости, непреклонности и единства воли. Внешняя форма этих взаимоотношений, в зависимости от меняющихся условий и хода борьбы может измениться; состояние открытой войны может уступать место какой-либо форме договорных отношений, допускающих известное мирное взаимодействие. Но основной характер взаимоотношений эти договорные формы изменить не в состоянии. И нужно до конца осознать и открыто признать, что совместное параллельное существование нашего пролетарского советского государства с государствами буржуазно-капиталистического мира длительное время невозможно. Энергия буржуазии, удесятеренная фактом ее свержения хотя бы в одной нашей стране в предчувствии надвигающейся на нее гибели, не может успокоиться, пока не уничтожит очага, являющегося рассадником и источником всемирной опасности капиталистическому могуществу. При первом удобном случае волны окружающего наш пролетарский остров буржуазного капиталистического моря вновь ринутся на него, стремясь смыть все завоевания пролетарской революции.

Это было со всей наглядностью продемонстрированно военной тревогой 1927 года. Надо было строить армию, иначе СССР ждала скорая смерть, а для его граждан это означало: голод, бесправие, чудовищную детскую смертность, неграмотность, бесконечные эпидемии, и рабский труд. Если вы хотите сказать, что это всего лишь фантазии, то пожалуйста вспомните, что из этого списка не было реализовано на оккупированных фашистами землях. Ну а когда вспомните, то надеюсь поймёте, что и почему пришлось сделать Советскому правительству, и стоило ли оно того. При подсчёте соразмерности цены и возможных последствий, хорошо бы вам учесть и то, что было запланировано фашистами, но не успело воплотиться в реальность. В качестве напоминания, я скажу, что альтернативой коллективизации и индустриализации была мучительная гибель 30 миллионов человек в течении одной зимы, что было только первым этапом зачистки от большевизма.

На этом, конечно, останавливаться не планировали, и я бы тут не сильно ругался в сторону именно немцев. Это не их расовая или национальная особенность. Англичане отлично и многократно устраивали голод в Индии, морили голландских поселенцев в концентрационных лагерях в Южной Африке, расстреливали из пулемётов мирные собрания верующих. Голландцы сами не стеснялись в своих колониях и проводили там режим террора, красочно описанный у Джека Лондона. Бельгийцы без затей вооружали отряды полицаев-людоедов, следивших за «порядком» в Конго. Людоедов не фигурально, а буквально. У меня стынет в жилах кровь, от фотографии негра, держащего в руках ладошку своей дочери. Это всё, что осталось от неё. Остальное съели полицаи-эволюэ за то, что папа сам или его деревня не выполнили, установленный белыми господами план. Таким способом в Конго меньше чем за 10 лет успешно истребили почти половину населения. Ну а может вам нравится японская манера устраивать соревнования по рубке голов на оккупированных землях? Принудительная наркомания? Опыты на людях? Ловля женщин в бордели для солдат? Это была система капиталистической эксплуатации, и национальные особенности лишь придавали ей незабываемый культурный флёр.

Если вы вдруг подумали, что, отрёкшись от большевизма можно было запросто избежать всех этих чудес, то я напомню, что ни в Африке, ни в Индии, ни в Азии его практически не было, и это никак не повлияло на участь жителей. Ну а если вы думаете, что третий мир это одно, а Россия это другое, то напомню, что делить её союзники по Антанте стали ещё до Октябрьской революции. Большевизм был не причиной ненависти, он стал лекарством от тех ужасов, которые неминуемо ожидали наших предков. Именно за это его ненавидят элиты западного мира, людоеды впервые получили отпор и заслуженное осуждение, что никогда не забудут и не простят. При этом очень прошу вас крепко запомнить, что простым людям в Европе нечего было делить с неграми Африки, индусами, китайцами, индонезийцами или русскими. Это жалкое меньшинство обезумевших от жадности уродов, мечтало устроить ад на земле, ради потакания своим нездоровым наклонностям.

Это очень важно понимать на будущее, мы – русские, украинцы, белорусы, славяне, китайцы, вьетнамцы, немцы и прочие, прочие, прочие на 99,99% состоим из нормальных людей. Кушать своих соседей ни фигурально, ни физически не рвёмся. Однако, если последовательно, непрестанно, изобретательно воспитывать в людях худшие их качества, то можно достигнуть зияющих высот и воспитать из них настоящих зверей. К моему сожалению, славяне не имеют никакой прививки от этого, а для примера, я напомню вам одно современное государство, начинающееся на У и заканчивающееся на А. Вода камень точит, и если там смогли воспитать пушечное мясо против России, то точно так же в самой России могут вырастить манкуртов против Китая. Разделяй и властвуй.

Именно поэтому, для меня лично, большевизм всегда будет предпочтительней капитализма. Просто от того, что мало того, что он эффективней в экономическом плане (смотрите на успехи Китая), но и в людях он опирается на взращивание лучших их человеческих качеств. Даже, если я глубоко не прав, и выбирать приходится из двух утопий, то я выберу большевизм мечтающий построить царство божие на земле для всех и каждого, вместо капитализма, который каждый день строит здесь филиал ада, и мешает ему достигнуть полного успеха, только наличие альтернативы в виде блока социалистических государств.

Глава 7. Бездонная прорва

Хочется сказать, «когда стало окончательно ясно, что спокойной жизни СССР ожидать не стоит». Очень хочется, но эта ясность она была с самого начала и лишь на короткий промежуток времени удалось забыться и жить, будто после победы Революции, стране больше ничего не грозит. Можно было понимать, что армия нужна, но всегда и везде приходится жить по пословице: «По одёжке протягивай ножки». Потому, сразу после войны армию ждало сокращение. Кроме экономики, как всегда, в деле была замешана политика, которая по сути есть концентрированная экономика. В высших эшелонах власти СССР в это время шла борьба за выбор пути развития страны. С одной стороны, было многочисленное разрозненное болото троцкистов, анархистов, эсеров, и прочая, прочая, прочая. С другой были те, кто считал, что страна должна развиваться по новому пути. Осколки прежних политических партий и движений, плюс новый широкий пласт выдвинувшихся во время Гражданской лидеров, вся эта масса продолжала мыслить в парадигме старого порядка. Всё, что хотели они, это сменить вывеску. Был царь – мы сделали революцию, теперь наша очередь править. Лично наша очередь. В точности, как основная масса крепостных при Екатерине II, хотели не отмены крепостного права в стране, а желали без затей, сами владеть крепостными. В итоге в голове у многих был тот же капитализм, только с новыми лицами. На мой взгляд, так себе обмен. Стоило ли вообще затевать революцию ради этого? Этого ли хотели простые граждане?

Ну ладно, а какова альтернатива? В чём он новый путь? Путь этот был по своей сути прост, и открыт задолго до Маркса. Ещё Макиавелли в 15 веке говорил, что чем больше граждан государства без принуждения и на равных, участвует в его экономической жизни, тем богаче такое государство и соответственно сильней. За это как раз его и придавали анафеме выставляя жутким циником, да чуть ли не людоедом выставляли. Ну а его труд «Государь», где итальянец убедительно демонстрировалось, во что обречены превратиться тиран или замкнутая группа элиты, считали оправданием мерзостей, а не их критикой. Невыносимо было королям и папам, что с них так явно срывали маски. Тот, кто из государства делает частную лавочку (для себя или себя и небольшого круга лиц) всегда превращается в аморальное чудовище, и гибнет разорванный на клочки такими же чудовищами, как он сам. Исключений не будет, а перед смертью такой «властитель судеб» будет вынужден совершить кучу мерзостей. Закон природы. Точнее закон джунглей.

Марксу же принадлежит заслуга вскрытия механизма ограбления трудящихся, и как следствие понимание, как простому люду жить в достатке, а элите избежать деградации до нелюдей. Маркс не теоретически, а практически объяснял, как построить общество, где учитываются интересы большинства его членов. Основная идея, если свести её до одного предложения звучит так: «Все граждане – равноправные капиталисты».

Каждый, кто работает сидит не на зарплате, а имеет долю в прибыли. За всяким, а не только за капиталистом закрепляется это право в равной мере. Равенство здесь понимается именно, как равенство правовое. Когда никакая категория граждан не имеет незаслуженных привилегий перед другими. Хочешь большую долю в общей прибыли? Внеси больший вклад в её создание. Руководи заводом, организуй сеть прачечных, предлагай полезные рационализации, на худой конец делай больше других. Никак иначе. Преимущество не даётся по праву рождения, его нельзя получить в наследство, оно связанно исключительно с твоим собственным трудом, вложенным в производство. Причём заметьте речь идёт не о труде вообще, а о именно производительном труде. Если тупо копать и закапывать ямы, создавая видимость бурной деятельности, то прибыли не будет, и соответственно твоя доля от нуля, будет ноль. Это ставило благосостояние всех людей в чёткую зависимость от результатов их труда. Больше делаешь – лучше живёшь! Именно это и есть основная идея социализма. Все люди равноправные капиталисты и покупая чужой труд, будь добр оплачивай его, как сам бы желал получать за эту работу (или, как велит закон). Не хочешь? Ну тогда давай сам. Трудись в одно лицо. Проявляй себя.

Социализм не уравниловка потребления. Это скорее финт капитализма, когда холопам внушают мысль, что нужно затянуть ремни, в пользу дяди или, как любят троцкисты (ширма капитализма) ради мировой революции. Простая уловка, когда для массы вводится некий «разумный минимум» потребления, который, конечно, устанавливает капиталист. Под это подводится куча красиво упакованных идей, начиная от разумного потребления и заканчивая крайними формами аскетизма. Социализм — это именно общество бесстыдного постоянно возрастающего потребления. Почему бесстыдного? Да потому, что стыдиться нечего, всем ясно, что человек богат потому, что он конкретно вложился в общее благополучие. Смотрите идёт тот, кто сделал очень много ради нашей с вами сытой жизни! Чудесный человек! Спасибо ему!

Только пожалуйста не путайте такого человека с тем, кто смог втюхать многим какую-то ненужную хрень и разбогател. Продажа – вот это бог капитализма. Потому, что потребление его интересует мало. Бог капитализма – капитал – прибыль. Его интересует продать, а насколько проданное полезно и удовлетворяет потребности – это дело двадцатое. Прибыль максимальна, когда ничего обмениваем на всё. Воровство — вот самый эффективный бизнес. Ну а постоянное снижение потребительских качеств и долговечности ради снижения себестоимости основной тренд. Это не нужно доказывать, это окружает нас каждый день. Не стоит думать, что оружие или услуги образования, здравоохранения, и управления, это товары на который не действуют эти законы.

Что в этом плане показала Гражданская Война, что её опыт дал Красной Армии? Опыт показал в первую очередь силу мобильных армий, а при вдумчивом изучении тупик Первой Мировой оказывался порождением классовой сути капиталистического общества. Военное строительство во всех участницах мировой войны велось с целью наживы, и поэтому все армии не были оснащены должным образом для ведения войны. Немцы пренебрегали пушками, а французы гаубицами. Ручных пулемётов в значительных количествах не сделал никто. Обучение армии хромало на сорок ног, как сороконожка. Откуда взялись многодневные обстрелы перед наступлением, после которых враг 100% знал где будет удар? Да просто не было достаточно пушек, но самое главное не было артиллеристов. Запасы снарядов мало того, что были недостаточны у всех сторон, но ещё и в ходе войны они не восполнялись должным образом. Производители были заинтересованы продать их дороже, а не обеспечить нужды армии. Это всё сказывалось на том, что средства сокрушения обороны оказывались недостаточными. Зато миллионные потери в мясных штурмах — это очень выгодно для промышленников. В целом для стран и её хозяйства потеря такого числа работников и потенциальных покупателей — это беда, но для конкретного магната-олигарха астрономическая прибыль.

Армию с точки зрения капиталиста нужно вооружить тем, что он готов продать, а не тем, что нужно для победы. Капиталист с удовольствием и по максимальной цене будет продавать всё, что нужно для продолжения войны. Победа? А насколько это прибыльно мне? Забавно, что в дальней перспективе олигарху невыгодно поражение его страны в войне. Это будет означать, что придётся умерить свои аппетиты, только всякий, кто пойдёт против госпожи сиюминутной выгоды, рискует исчезнуть с рынка задавленный более оборотистыми конкурентами. Так, что эти соображения отступают на второй план. Какая разница если завтра я могу проиграть, когда мне уже сегодня грозит проигрыш? Тем более, всегда есть законный вопрос: «А почему, собственно, за мой счёт нужно решать общие завтрашние проблемы?» В итоге патриотизм и капитализм в одном человеке не сочетаются. У капитала нет и не может быть родины. Поэтому, патриотизм при капитализме – это сказка для низших каст, не имеющих доступа к созданным ими богатствам. Это обман потому, что у рабочего Родину украли капиталисты, украли, чтобы продать её подороже.

Сама суть капиталистического общества, общества, где лишь небольшая часть его имеет право присвоить произведённые всеми блага, исключает возможность создания армии способной решать глобальные задачи. Именно так. Бесспорно, что капитализм создал промышленную базу для массовых армий, но он же препятствовал тому, чтобы они могли раскрыть заложенный в них потенциал. Даже если, оставить за скобками рассуждения о том, что причиной войны стала бессмысленная, безудержная жажда групп монополистов к увеличению собственных барышей. Даже если, задаваться исключительно лишь вопросом, не зачем, а как вести войну, то приходишь к такому выводу. Именно невозможность приспособить капитализм к закрытию потребностей общества, приводит в кровавый тупик, где миллионы людей были убиты в бесплодном бодании на истощение. Армия капиталистического государства — это прежде всего инструмент ограбления, и для другого она приспособлена плохо. Грабить выгоднее всего слабого, а драться с дикарями и против настоящей армии это две большие разницы. Именно это проявилось в ходе Первой Мировой Войны. Начальные успехи Германии можно было объяснить тем, что лишённая возможности слишком сильно грабить убогих, она чуть лучше подготовилась к войне с равными. Впрочем, выше головы не прыгнуть, это её превосходство привело исключительно к большим потерям.

С тех пор как индустриальное общество позволило производить всё, в том числе и оружие в огромных количествах, то армии выросли до размера прежних государств. Сравните: при Петре I в 1719 году первая подушная перепись выявила 3,8 миллиона податных душ, а после повторных проверок — 5,6 миллионов. Во время Второй Мировой в РККА было мужиков, как в петровской империи. Промышленно-развитое государство нового времени, могло выставить для войны целое государство прежней эпохи. Вот с таким исполином и нужно было уметь бороться. Как всегда, вставал вопрос: «За чей счёт банкет? Кто заплатит за вооружение?» Ответ всегда был один – народ. Сначала власть имущие с народа удержат всё, что свыше обычного выживания, а потом он пусть ещё и за войну заплатит. Прибыль она не для быдла, а для нашей красивой жизни, бляди сами себя дворцами, яйцами фаберже, дорогим шмотьём и машинами не обеспечат. Понимать нужно, что важно в балете! Ривьера, казино, это святое.

При социализме тоже в итоге за всё платит народ. Только у этого народа куда как больше денег, и покупает он не право ограбить соседа, а своё спокойствие. Это само по себе меняет качественный состав армии. Теперь обществу не нужна банда отморозков страшная как самим, так и соседям. Кадровая армия социалистического государства – это ровно те люди, к которым ты случись что, побежишь за защитой. Это защитники ваших общих интересов, а не отморозки на жаловании у узкой кучки лиц. Это именно, что самая любимая и уважаемая часть народа. Армия перестаёт держать страну в заложниках, а начинает служить ей. Вот тут самое время вспомнить, что с каменного века, война требовала от всех участников проявления исключительных качеств, чтобы в соревновании без правил одолеть врага. Война всегда требовала обучения, а с развитием техники стало недостаточно простых физических навыков, появилась необходимость изучения наук. Математика, баллистика, логистика, топография, делопроизводство, физика, химия, специфическая медицина, это далеко не всё. Для кадровой армии нужно было готовить заранее много специалистов.

Их нужно непросто много, а очень много, чтобы хватало и на армию, и на всё остальное общество, потому, как если армию некому кормить и вооружить, то она долго не протянет. Вы видели государство, которое не кушает? Ну хоть самое маленькое? Я – нет. Так и армия. Массовость армии требует от общества наличия массового же хорошего образования. Образования такого уровня, когда у человека формируется не просто набор механических навыков, а он умеет осознанно адаптировать своё поведение в новых условиях. Это требует понимания закономерностей жизни, а не только зубрёжку готовых формул. Такое образование формирует в обществе среду, когда многие из его членов понимают в чём их интерес. Они способны отличать выгоду настоящую от выгоды мнимой, иллюзорной. Следующим шагом после осознания выгоды личной, становится умение видеть преимущества общежития. Ну а там и до патриотизма рукой подать. Только до настоящего патриотизма, когда есть любовь к Родине, а не банальной ксенофобии и жажды поживы за чужой счёт.

Феодальная война была по-своему была честной. Граф или князь и его приближённые резались с такими же как они, а народ при этом был сторона. Если бы при этом всём народ бы не грабили и не убивали, то такая олимпиада была бы даже забавной. Увы, князья в своих конфликтах истребляли простых людей без меры. Ещё при этом самом феодализме каждый феодал норовил подтянуть себе в помощь, какое-никакое ополчение. В новое время этот тренд дошёл до конечной точки развития. Людей ради интересов, которых ведётся война на поле боя почти не осталось. Откройте «На западном фронте без перемен». Почитайте. Просто, доходчиво, правдиво. Люди там выживают, оказавшись в опасном месте. Победа немецкого оружия, слава Пруссии – это всё химеры, которые из них выбивает первый же обстрел, и всякий, кто поступает иначе, рискует не дожить до конца войны! В армии капстраны есть несколько категорий людей:

- маньяки, которым нравится убивать;

- люди, загнанные в армию под давлением обстоятельств;

- обманутые пропагандой;

- сознательно привлечённые возможностью заработка или карьерными перспективами.

Из них, пожалуй, обманутые пропагандой единственные, кто готов стараться для победы, остальные мечтают просто не умереть. За победу в случае войны, будет отвечать обманутое недалёкое меньшинство, остальные будут просто выживать. В понимаете, что на поле боя дело передаётся в руки подлецов, гонящих обманутых ими глупцов? Только глупец — это плохой солдат! Глупость на войне наказуема смертью! А вы как думали? Если человек проходит эту школу, то он волей-неволей вынимает голову из задницы. Немного роняет на каменный пол свои розовые очки, и начинает хотя бы спрашивать, а что мне за это все полагается? При всей своей наивности, такие ветераны задают очень верные вопросы.

Теперь, попрошу вас сделать мысленный эксперимент. Что если у вашего противника, большинство людей на фронте это те, кто вполне адекватно понимает, что он тут делает? Не просто те, кого сюда загнали обстоятельства или нужда, а именно образованные люди понимающие, что вы (их противник) пришли сюда их лично ограбить, разрушить их лично дом. Они здесь вынуждены делать грязную и опасную работу, которую вы им навязали, и чем лучше и качественней они разберутся с вами, тем скорее смогут вернуться к желанной мирной жизни. Да, среди любых людей есть, кто норовит въехать в рай на чужом горбу, только положа руку на сердце скажите, где таких будет больше в первой или второй армии. Моё мнение в первой армии таких окажется на порядок больше. В итоге победа во второй армии нужна почти, что всем, и они готовы ради неё пойти на многое. Одна на всех, и за ценой готовы постоять! Именно тогда возникает такая ситуация:

Там, где обнаруживается противник, он упорно и храбро сражается до последнего. О перебежчиках и сдавшихся в плен не сообщается.

Такое поведение, это не мазохизм, не глупость, не истерический всплеск, это осознанное и естественное поведение человека, проистекающее из такого множества причин, что их рассматривать по отдельности не имеет смысла, это так глубоко и естественно, как одеваться по погоде, не забывать дышать, или любить своих детей. Суммарно такой человек, не утративший восприятия реальности, действует гораздо разумней сволочи или оболваненного идиота. Он проявляет стойкость в тех обстоятельствах, в которых другой сдался бы. Это огромный плюс, который ложиться на весы перебивая, даже возможное чудовищное невезение. На кого вы поставите свои деньги, на техничных ребят отбывающих номер, или на тех, кто будет рубиться изо всех сил, вопреки всему?

Ну а каков офицерский корпус в капиталистической стране? Ну во-первых стоит сразу разделить офицеров на блатных и прочих. Блатные в армию попали стараниями родни, а прочие совсем другой случай – это скорее всего люди вполне готовые постараться ради своего будущего. Только вот для этих самых прочих путь наверх почти закрыт. Хотя именно они, как раз и образуют наиболее образованною часть армии. Эти люди обречены корячиться всю жизнь, смирившись с тем, что они существа второго сорта. Пока война идёт хорошо то и плевать. Скажите, а что станет если фортуна повернётся задом? Куда будут смотреть эти люди второго сорта? Может они решат, что пить чужое пиво вкуснее? Да и давайте скажем, что собой представляет человек смирившийся с тем, что он в некотором роде говно? На ком он отыграется? Как он подготовит солдат? Как долго служба будет у него в приоритете? Не будет ли в такой армии процветать воровство, рукоприкладство, дедовщина? Вы точно уверены, что он будет реально учиться воевать, а не сдавать зачёты, красить бордюры или лизать зад начальству? Мне нужно продолжать? Нет, свой минимум он вызубрит наизусть, но это, пожалуй, и всё.

Это всё может показаться бредом кабинетного философа, только вспомните пожалуйста: Чехословакию, Норвегию, Бельгию, Голландию, Данию, Италию. Польшу и Францию я попрошу вспомнить позже, их армии сгнили, но не до основания. Вы скажите, что всё это когда было? Время прошло, сейчас всё не так. Хорошо: Ирак, Ливия, Панама армии этих стран казались такими сильными и настоящими. Парады красивые были. Что в итоге? Зато красные кхмеры резались в джунглях лет десять, если не двадцать и отстояли свою позицию. Заметьте партизаны! Порождение, якобы кровавого режима. Без поддержки извне, только на помощи местных жителей. Боже упаси если вы подумали, что я призываю заменить современное оружие на некий «боевой дух», я просто хочу напомнить, что инструмент должен быть в руках тех, кто умеет им пользоваться и настроен решительно добиваться поставленных целей. Ну а эти цели, должны хоть немного совпадать с его собственными, ну хотя бы по касательной.

Теперь вернёмся к блатным, нужно же поговорить и о Франции с Польшей. Блатные или избранные, это не обязательно родня олигархов. Эти как раз в военные палестины не стремятся. Как правило блатные, это выпускники разных элитарных кадетских корпусов, ну и да родня военных, уже занявших определённые позиции в армии. Если в стране все умные люди заняты бизнесом, то кто у нас позвольте спросить поколениями идёт в армию? Ответ: неудачники; такие же умники, пришедшие сюда ради бизнеса; временные люди; фанатики своего дела. Неудачники они почему такие? Потому, что не умеют вести дела и, если задуматься, как много из них сумеют перехитрить врага? С умниками вроде дело получше, только вот беда, они отлично умеют зарабатывать на армии (читай воровать), а вот воевать их ум часто не приспособлен. Ну и храбрость нужна на войне, даже генералам. Ну а вор максимум на что способен – наглость. Наглость — это плохо, потому как это неадекватность. Раз проскочит, второй, а потом за неё его накажут, а пострадает от этого дело. Временные люди, пожалуй, самая вредная категория, они в армии нагадят и свалят, хорошо если быстро. Ну а если такой живчик застрял в армии? Так от него одна беда. Наказать его сложно (он может и не ворует), а шума от таких много. Нередко именно они громче всех кричат, что всё пропало, и нужно новое чудо-оружие, которое решит все проблемы. Чаще всего кричат с чужого голоса и про последствия не думают.

Ну и на закуску фанатики. Это как правило боль в заднице у любого начальника в мирное время, и как правило только из этой категории что-то полезное и выходит. Эти неуёмные ребята, как ни странно, хотят заниматься профессией и проявить себя буквально завтра, а лучше позавчера. От них много проблем пока всё спокойно, а вот когда жаренный петух клюёт в темечко, то от таких людей почти ничего кроме пользы. Среди генералов такие попадаются. В отечественной истории можно припомнить: Суворова, Кутузова, Ермолова. За рубежом: Бонапарт, прусский генерал Блюхер, глава австрийского генштаба Конрад, да тот же генерал де Голь. Это великие люди, только строить оборону страны на лотерее, что в этом поколении случайно найдётся у нас Александр Македонский не вариант. Не вариант ещё и потому, что один гений уже не решает. Война стала огромным делом и уже при Наполеоне оказалось, что там, где он там победа, только на всех остальных фронтах беда, в итоге вот он Лейпциг и война слита. Способных военных генералов должно быть с запасом, и голова у них должна думать в первую очередь о войне.

Когда в стране не благополучие подавляющего большинства жителей, а барыш сотни олигархов стоит во главе угла, вы сделать нормальную армию не сможете. Мало того, что денег эти ребята вам дадут в обрез, так ещё армия сама – это бездонная прорва вроде этих же олигархов, в ней до дела доходят совсем не те суммы, что в неё вкладывают. Эта армия — это бездонная прорва, потому что она тоже – бизнес, как и всё в стране. Ну а закон бизнеса говорит, что главное, как много ты получишь прибыли. Т.е. как хорошо живёт генерал. Причём каждый из них это чей-то человек, а значит и бизнес. Армия превращается в охотничьи угодья или дойное стадо кланов. Вы просто посмотрите на Вермахт, куча дублирующих структур, даже генштаб. Заказ танков сам по себе. Корабельное лобби само по себе. Авиация вообще отдельная империя, с пехотой. Да это немецкий род войск – авиаполевая пехота, не путать с десантом. ПВО в полку получается отдельной конторой, что может комполка послать лесом. Здорово? Пушки вроде вместе с пехотой командуются, но уже закупки их – это другая контора. Дорожное и военное строительство снова свой шабаш. Военная полиция опять отдельно. Элитные войска СС вообще хрен поймёт чьё, и кто там кормится. Это всё чудо объясняется тем простым фактом, что каждая банда олигархов немецких желала иметь свою кормушку. Австрийский художник пытался всех их согнать в стадо и заставить работать хотя бы некоторое время вместе. Проводил реформы, крутился, но всё это был бунт на коленях. В итоге не он пережил олигархов, а они вышли сухими из воды, повесив на него все общие художества.

В общем, если вы думаете, что, оказавшись попаданцем (есть такой жанр в фантастике) в тело любого президента или фюрера сможете переиграть эту кодлу, то нет. Есть мизерный шанс, что удастся сломать систему и тогда построить новое общество. Только это дело не для одиночки. Время одиночек ушло, теперь правит система, партия единомышленников. Либо в стране будет нормальная система, где все граждане кровно заинтересованы в её существовании, либо никак. Вру, есть ещё вариант жить на чужих подачках, как делает страна 404. Только её люди расплачиваются за такой подход своим мясом и в итоге они не получат ничего, кроме горя, слёз и нищеты. Потому, что ничего не дают даром, все подачки не подачки, а долги, которые придётся вернуть с процентами. Тут разумно проявить хитрость и аннулироваться, обрадовав иностранных людоедов, как большевики, союзников по Антанте. Только думаю всякий фокус работает один раз. Ну и для него нужны большевики, а их в стране 404 я не вижу. Так, что кровь, смерть и нищета ждёт братский народ и неважно будет победа или поражение в войне. Для них приготовлен один итог. Очень жаль этих простых людей.

Глава 8. Межвоенный период для РККА

Как шаг за шагом готовилась РККА к войне, и главное была ли она готова? Начнём с начала. К концу 1920 г. в Красной армии насчитывалось 5,5 млн человек, из которых 83,4 % составляли мобилизованные и 16,6 % добровольцы. Содержать такую многочисленную армию государство было не в состоянии, прежде всего по экономическим причинам. Собственно, чтобы скинуть это тяжёлое ярмо и заключался весьма спорный и невыгодный мир с Польшей.

При Троцком господствовало мнение, что специальных военных учреждений стране не требуется. В стране с 1921 года работали только командирские курсы. Хватало ли этого? Сложно сказать, но, например Минские курсы в среднем в год выпускали до 600 командиров всех уровней и родов войск (преимущественно пехотные кадры) для 5,5 миллионной армии это была капля в море. Учитывая, что многие из выпускников правдами и неправдами уходили на гражданку, то армия постоянно испытывала кадровый голод. Причём одновременно оставалась проблема низкого уровня подготовки у имеющихся командиров. Созданная при Троцком кошмарная система финансирования и обеспечения больно била по людям вызывая текучку кадров. Не желая всерьёз заниматься непростым обустройством войск, финансовым контролем, проведением учений, нарком Троцкий фактически уничтожил армию разложив её хозяйственную часть. Доходило до вопиющих случаев, когда жёны младшего комсостава были вынуждены заниматься проституцией. При этом на верхнем уровне бесконтрольно тратились огромные суммы на непонятные вещи. В условиях идущего сокращения армии, казалось бы, что насытить её грамотными офицерами было несложно. Однако намеренно проводилась политика изгнания из армии нелояльных наркому. Критика снизу означала риск подвергнуться увольнению и попасть под компанию шельмования. Доходило в отдельных случаях до самоубийств.

Первая реформа РККА связана с именем Михаила Фрунзе. Выступив против Троцкого Фрунзе, занялся весьма опасным делом сокращения армии. Почему опасным? А потому, что большинство высших командиров ничего подобного не желали. Внешне это выглядело, как дискуссия о путях развития армии. Сторонники Троцкого, и, как ни странно, его противник в это время, Тухачевский выступали со сходных позиций. Их главный лозунг был о полной бесполезности конницы. Логика была следующей: раз впереди страну ожидала большая мировая война, то и тратится нужно было на ту армию, которая в ней будет полезна. Ну а раз конница в мировой войне проявила себя никак, то давайте-ка наших доморощенных «Чингисханов» из первой конной поставим на место. Пусть шуруют коней разводить в деревню, а армией должны командовать профессионалы.

Тухачевский, официально выступая против Троцкого, выпустил книгу «Поход на Вислу, война 1920 года». В ней он перекладывал вину в поражении под Варшавой на армии Будённого, не оказавшего ему должной поддержки, Главный штаб РВС, не подавший ему резервов и косность польских пролетариев. Получалось, что пока воевали против рыхлых формирований белых, анархистов и всяких бандитских атаманов, то красная конница годилась, да вот беда. Стоило ей столкнуться с организованной по-европейски армией Польши, сразу выявилась её реальные мощь, а точнее немощь. Эта работа била в туже цель, что и декларации Троцкого. Ответом на эти нападки стала статья Б.М. Шапошникова: «Конница». Там он показывал, что утверждение о бесполезности конницы фактически неверно. Критики просто не владеют материалом. Разбирая именно примеры из ПМВ, он показал, что конница оказалась полезной не только в тактическом плане, но и как активный стратегический инструмент. Причём всем сторонам конфликта. Более того, проблемы её применения, поднимаемые теоретиками на западе, были у нас разрешены на практике. За счёт насыщения конницы пулемётами, орудиями, самолётами для разведки, этот род войск успешно действовал и в маневренной войне, и в условиях статичного фронта. Забавно, что многие доводы Шапошников брал у иммигрантских авторов пытавшихся осознать, как же их разгромила Первая конная армия. Прямо указывая на заслуги Будённого, Шапошников показывал, что никто из его критиков не удостоился такого явного признания личных качеств даже со стороны противников. Так была выбита теоретическая почва из-под ног троцкисткой оппозиции.

Доводы доводами, общественное мнение всегда важно, но важнейшим фактором оказалось то, что руководил Московским округом – Клим Ворошилов, а те самые мобильные силы конармии находились под началом Будённого. Сняв угрозу военного переворота, правительство СССР последовательно блокировало Троцкого, и само перехватило идею реформ. Троцкий выставил себя горлопаном, и когда основная масса командиров увидела, что под его тезисами нет ни военной силы, ни правды, вообще ничего кроме трескотни, то он оказался в изоляции. Армия не без труда, но прошла через чистилище сокращения.

Были созданы кадровые части с более-менее полной комплектацией и части учебные-территориальные урезанного состава. Учебные-территориальные дивизии имели 2400 человек кадров и 10 681 человек переменного состава проходящих обучение. В случае войны из 2400 кадра выделялись группы по 622 и 602 командира. Они отвечали за формирования новых частей первой и второй очереди получая соответственно 11 734 человек для первоочередной и 11 604 для дивизии второй очереди. Параллельно из 190 человек постоянного состава образовывался учебный центр для формирования пополнений. Командный состав кадровой дивизии РККА составлял 41 % военного времени, а территориальной 51 %.

Конница была сохранена, хотя тоже не избежала реформ. Число кав. дивизий уменьшилось. Из них была образована стратегическая конница. Для сохранения численности командиров в состав кадровых пехотных дивизий были включены кавалерийские полки и эскадроны. Была проведена стандартизация численности кавалерийских подразделений. Теперь кав.полк равнялся по численности пехотному батальону. Дивизия – полку. Корпус трёх дивизионного состава был равен пехотной дивизии. Это решение максимально сохранить командные кадры конницы в итоге стало спасением РККА. Просто поищите в интернете, какие и сколько из генералов и маршалов победы начинали свою карьеру в коннице! Эти части имевшие опыт маневренной войны, сохранившие обученных инициативных людей, стали донорами для построения танковых, десантных и даже авиационных войск.

В дальнейшем создание территориально милиционных частей шло полным ходом. Уже 1 апреля 1926 г. в армии 49 стрелковых дивизий, 3 стрелковых полка, 2 кав. дивизии, 1 полк бронепоездов были территориальными. Всего в перечисленных соединениях и частях насчитывалось 98081 человек кадрового и 563 853 человек переменного. Заметьте кадровый состав был примерно равен численности Рейхсвера. Только срок службы там был в 4 – 8 раз короче, и были ещё части в полмиллиона, где регулярно проходили трёхмесячные и полугодичные сборы для парней призывных возрастов. Остальное в кадровых частях дополнялось призывниками, это были своего рода практические курсы для лиц, уже имевших командный опыт в ПМВ и Гражданской. Пока не было нормальным образом организованна система военных училищ – это было попыткой сохранить имевшиеся кадры. После изгнания Троцкого за почти год работы удалось преобразовать их в командные школы при военных округах.

Попрошу заметить, что через Рейхсвер тоже текли в некотором количестве люди, только шёл этот процесс за счёт выбытия возрастных военнослужащих. Там искусственно понижали верхнюю планку для солдат и унтер-офицеров, и таким Макаром обучали больше разрешённого договорами числа призывников. Учтите этот момент, большинство этих запасников уже имели немалый возраст и оставались годными к призыву в течении ориентировочно десяти лет. Когда пришло время польской кампании, те кто прошёл Рейхсвер в 1929 году, были весьма условно годны к службе вообще, и за прошедшие десять неспокойных лет, почти наверняка, забыли всё чему их учили. Офицеров, как следует Германия не готовила, полагаясь на то, что кривая вывезет. Ну а те люди, что были, отлично разбирались, как руководить батальоном, но не имели практического опыта для управления соединениями уровнем выше.

Для СССР осложняла положение, общая проблема с грамотностью населения, но уже в середине 20-х годов она была решена, а минимальные сроки предварительного школьного обучения, для поступления в командирские школы только росли, дойдя до требования в 10 классов для моряков, авиаторов и артиллеристов в 1938 году. Многое делалось для привлечения к службе кадров различных национальностей, но тут следует признать, что больших успехов мы не имели. 90 % представителей народов Средней Азии, 45 % армян, 95 % азербайджанцев, и 35 % грузин русским языком в должной мере не владели и были завёрнуты назад на этапе призыва. В целом широкая кампания обучения русскому языку заработала только в том же 1938 году, только выпущенные по ней парни, могли быть призваны на службу не ранее 1956 года. Это сильно сказалось на доступности призывных ресурсов. Фактически более половины мужского населения СССР оказывались непризывными. Это в большой мере касалось коренных народов Дальнего востока, Сибири и Крайнего севера. Те дивизии, что формировались в Казахстане, Сибири или на Дальнем востоке были в значительной мере укомплектованы за счёт русского населения и той части местной интеллигенции, которая самостоятельно овладела русским языком.

Не очень полезна оказалась и частая смена руководителей Штаба РККА. До апреля 1924 г. его возглавлял П. П. Лебедев. Его сменил М. В. Фрунзе и пробыл в этой должности до февраля 1925 г. Именно тогда проводилась реформа армии и была создана военная доктрина, оказавшаяся актуальной до самой войны. С февраля по ноябрь 1925 года штаб возглавлял С. С. Каменев; в ноябре 1925 года начальником Штаба РККА стал М. Н. Тухачевский. В мае 1928 г. На это место пришёл Б. М. Шапошников, который предложил провести новую реорганизацию, что было сделано в январе 1930 г. В состав Штаба РККА были переданы из Главного управления РККА все вопросы мобилизации, комплектования и подготовки начсостава запаса. В результате мобилизационные вопросы были снова переданы в ГУ РККА, а из Штаба РККА выведено Разведывательное управление с переподчинением его непосредственно наркому. Эти меры были направленны на превращение Генерального штаба в орган аналогичный Генплану в промышленности. Он должен был объединять все военные усилия страны, сосредоточив в своих руках проведение оперативных вопросов. В этом случае, внешняя разведка действительно должна была подчиняться инстанции более высокого уровня, как инструмент стратегии, важный не только армии и флоту, но и всей стране. В ведении же ГШ оставалась войсковая разведка. В дальнейшем, Шапошников был подвергнут критике, и был с июня 1931 заменён на А. И. Егорова, который руководил ГШ по май 1937 г. Это был период больших изменений и нужно рассмотреть их подробней.

Стало ясно, что в Европе складывается блок агрессивных государств. Англия и Франция, испытывая трудности, связанные с существованием коммунистического движения в этих странах, нуждались в том, кто будет за них непосредственно осуществлять агрессию против СССР. Как показала военная тревога 1927 года, страны созданного вдоль границ Советского Союза санитарного пояса, действительно проводят внутри себя ярую реакционную политику, лишь немногим отличающуюся от открытого фашизма. Только вот слабость их промышленности, и их зависимость от зарубежных спонсоров, так отлично устраивавшая всех на начальном этапе, теперь сильно мешает. Нет индустрии – нет армии. Попробовав свои силы в локальных и гибридных войнах, эти страны-гиены осознали, что в случае затяжного конфликта они не способны обеспечить свои вооружённые силы, и есть большой риск потерпеть поражение в столкновении с СССР. Уже был опыт как самой Антанты, так и интервенции против Советского Союза. Опыт это показывал, что прочного взаимодействия между крайне националистическими правительствами этих стран достичь не удаётся. Плюс между великими державами и молодыми хищниками существует значительное недоверие. Польша, Румыния, Финляндия не уверены, что в случае серьёзных затруднений, они не будут брошены с проблемой один на один.

В итоге всё инвестированное в них время и силы оказывались выброшенными на ветер. Эти страны вместо крупномасштабной агрессии против большого и постоянно усиливающегося соседа предпочитают устраивать разборки между собой. Поэтому дальнейшее спонсирование их военных амбиций не приведёт к желаемому результату: страна источник коммунизма не исчезнет. Фактически это означало, что антисоветский курс мировых гегемонов Франции и Англии оставаясь в русле прежней политики должен сменить тактику. Этой новой тактикой стало потакание фашизму в Германии, Италии и Японии. Фашизм, как идеология открытого террора элиты против трудящихся масс отлично подходил для формирования враждебного СССР государства опирающегося на промышленную базу разбитых в ПМВ претендентов на мировое господство. Италия и Япония хоть и не попали в число проигравших, но по итогам так и не получили желаемое. Они, по сути, относились к тем, кто потерпел поражение. Приход Гитлера в 1932 году к власти и его курс на истребление коммунистов и славян, означал, что выводы сделаны и переход к горячей фазе мировой войны дело пять семи лет. Политика США в этих условиях сохраняла некую видимость нейтралитета, но, по сути, была направлена на разжигание большой войны во всём мире. Элита Америки нуждалась в буре, которая уничтожит или сильно ослабит Францию и Британию, а их место смогут занять сами США. Проблема коммунизма при этом истеблишмент США волновала гораздо меньше, и уничтожение или существование СССР для них был вопросом скорее тактики, чем стратегической целью номер один.

Прежняя система территориально-милиционных частей в сочетании с подготовкой к партизанским действиям могла обеспечить устойчивую оборону против наскоков кидавшихся по одиночке на СССР мелких хищников. Да, эти части были недостаточно подготовлены, но они были, и они не давали противнику вторгнуться именно в наиболее населённые области страны, где и размещалось это, по сути, ополчение. Кроме обычной проблемы, связанной с подготовкой людей на краткосрочных сборах, оставался открытым вопрос защиты протяжённых границ. Действуя на периферии даже небольшими силами, враг мог надолго захватывать территории СССР, и удерживая их как плацдарм, развивать агрессию в глубь. Как показали бои в Карелии, на озере Хасан, и конфликт у реки Халхин-Гол, нанести поражение противнику смогли только подошедшие из внутренних округов войска. Милиционные же формирования оказались очень зависимы от качеств местных руководителей. Например, В.К. Блюхер фактически провалил дело подготовки местной милиции. Это обернулось, как большими потерями, так и едва не привело к перерастанию небольшого конфликта в полномасштабную войну.

Для большей ясности, давайте разморим произошедшее, к 1938 году Блюхер был завербован японской разведкой, имевшей на него материалы компрометирующего характера (пьянство, аморальный образ жизни, педофилия и венерические заболевания). В возникшем пограничном споре в районе озера Хасан, он повел себя более чем странно. Изначально, без разбирательств, вопреки фактам, сразу заявил о правоте японской стороны. Целых трое суток при наличии нормально работающей телеграфной связи с Москвой с ним не могли добиться разговора. Блюхер взялся за оперативное руководство армией. Только при этом более чем странном руководстве он не ставил войскам ясных задач на уничтожение противника, а мешал боевой работе подчинённых ему командиров. Командование 1-й армии фактически отстраняется им от руководства своими войсками без всяких к тому оснований. Блюхер дезорганизует работу фронтового управления и тормозит разгром находящихся на нашей территории японских войск. Вся эта странные усилия маршала Блюхера завершились отдачей им приказа о призыве 12 возрастов. Этот приказ Блюхера провоцировал японцев на объявление ими своей мобилизации и мог втянуть нас в большую войну с Японией. Как оказалось позже Блюхер действовал не только на свой страх и риск, а надеялся на то, что его действия прикроют заговорщики на высшем уровне.

Реформа Фрунзе сохранив в армии много людей умевших воевать, вместе с действительно способными и полезными для дела обороны страны кадрами оставила в ней и политических противников СССР, мелких наполеоньчиков, сепаратистов, и просто тех, кто считал, что революция была сделана исключительно, чтобы лично их сделать властителями судеб. Увы. Михаил Васильевич не успел провести чистку. Теперь приходилось столкнуться с тем, что мало того, что нужна реформа, готовящая страну к битвам с первоклассными армиями, но одновременно назрел вопрос предотвращения государственного переворота. Ну и как же мы докатились до жизни такой?

Помните я писал, что военачальник при всём желании не должен отрываться от реальности и творить дичь, которую не примет армия? Вот именно так, советское руководство, которое никогда не имело исключительной личной власти, вынужденно было считаться с имеющимся раскладом сил. Не секрет, что карьера большинства командиров высшего уровня происходит, не только лишь, по причине их личных выдающихся качеств. Очень и очень нередко такие люди продвигаются некоей группой лиц, которую и возглавляют, хотя бы формально. У такой группы есть общие взгляды, интересы, планы, короче, они помогают друг другу. Я даже скажу, что это не является криминалом в принципе, пока это не мешает делу. Ну а ещё любой такой фронтмен – фигура хоть и компромиссная, но очень и очень неглупая. Вот так и оказываются на постах люди вроде Якира, Уборевича, Гамарника, Тухачевского, Блюхера, Егорова, Берии, Дыбенко. Это хоть и нередко бессовестные, только почти всегда достаточно способные люди. Сделать карьеру нужно уметь. Поэтому, когда того же Тухачевского обвиняют в глупости, я позволю себе усомниться. Дурак, чисто статистически, может выдать как вредную глупость, так и высказать мысль если и не верную, то вполне неплохую. Другое дело умник, работающий с чужого голоса и по заданию врага. Этот всегда будет гадить, и лишь обёртка у такого вреда может выглядеть глупо. В конце концов, случись что, глупость лучшее алиби. За неё убивают редко. Ну пожурят и понизят, совсем не тот риск, когда ставят к стенке. Кроме умников есть те, кого подловили на компромате. Тут уже завербовавшая его разведка будет помогать, через своих людей продвигая своего спящего агента. Ну и есть низшая каста заговорщиков, эти просто – если деньги, водка, секс и прочие радости плывут в руки, то не думают о цене, а хватают.

Причём в один период своей жизни, человек может быть вполне способным и искренне преданным стране работником. Только время не стоит на месте, происходят разные события и вскрываются разные обстоятельства. Человек может спиться, пойти по наклонной, попасться на провокацию вражеской разведки, обидеться наконец, посчитать, что его не ценят, или наказали не по делу. Затевая именно государственный переворот, а не собираясь украсть немного денег, обычно люди стремятся быть уверенными, что соседние страны не бросятся им мешать, и хотя бы, одобрительно помалкивая, постоят в стороне. Ну а это уже шаг в сторону иностранной разведки, и не одной. А как ещё связаться заговорщикам с правительством соседа? Так, а чего, собственно, испугались или захотели такие, как Тухачевский или Егоров?

Попробую объяснить. Служите вы генералом или даже маршалом в некоторой армии. Цену себе, как полководцу знаете плюс-минус. Вот вам стало предельно ясно, что скоро война, и ваша страна её по вашим же прикидкам не выиграет. Особенно неприятно, что и вас лично попросят проявить таланты, которых вы увы лишены. Деньги вы, как настоящий военный брали, а случись война, так хоть увольняйся. Не хочется. Ну а если прикинуть, палец к носу, посмотреть в будущее и навести справки у вероятного противника, как он смотрит на то, чтобы ему вы страну сдали, и нельзя ли договориться, чтобы всё как прежде, но только при новом правительстве? Раз уж изнасилования не избежать, то может сразу расслабиться, и получить удовольствие? Вот примерно так и рассуждали заговорщики 1937 года. Ну а ещё было немало людей, кто видел, что на Страну Советов идёт страшная гроза. Многие из этих людей считали, что революция сломала им жизнь, карьеру, погубила их светлое олигархическое будущее. Так может новые хозяева не против вернуть всё взад? Может стоит, сейчас, заранее подстелить соломки и позаботится о светлом послевоенном будущем, выхлопотав себе пост полицая, или даже гауляйтера?

Вот так довольно нехитрым образом на корабле под названием СССР оживились различные крысы. В армии эти милые люди растрачивали деньги, продвигали явно бесполезные проекты, а нужное вооружение топили в бесконечных спорах и согласованиях. Разбирать, как тот же Тухачевский зарабатывал свой пропуск в гауляйтерское будущее я не хочу. Есть и без меня кому это сделать. Просто перечислим, что им в этом плане было сделано:

продвигались на вооружение пушки, которые и не зенитки, и не ПТО, и не гаубица, а всё вместе взятое. Гибрид ужа с ежом. Только хуже, а весят как дом и стоят как золотые;

самоходки по весу сравнимые с Маусом так, что мосты не выдержат и моторов, для которых нет;

гранатомёты, которые по цене как аэроплан, и делать их никто у нас не может;

наштамповать за два года 100 000 (именно столько) лёгких танков, вместо вообще всех тракторов и грузовиков. Так чтобы у нас ни хранить их, ни заправлять, ни чинить, ни экипажами обеспечить, не было возможности, а с/х пусть без тракторов сохой землю ковыряет;

чтобы лётчикам не было обидно наделать ещё самолётов дикие тысячи из буквально говна и палок;

самолёты без хвостов. Конструкция интересная, но только для реактивной авиации, которой у нас нет, и не предвидится;

радио-танки и радио-корабли. Только у нас нет видеокамер, ЭВМ для ИИ и управлять ими можно, только не видно куда, это чудо едет, плывёт и стреляет;

многобашенные танки, которые в соседних странах сделали пару штук на пробу;

вместо нормальных железных дорог, и хороших шоссе с грузовиками, предложить наделать игрушечных паровозиков на тонюсеньких рельсах. Всякий раз прокладывать эту игрушечную железную дорогу за наступлением. Вот с какой скорость прокладываем, с такой и наступаем;

объявить забракованный ещё при царе-батюшке артиллерийский кадавр, чудо-оружием и начать разработки под это чудо, платформ в небесах на земле и на море;

В общем старались, как могли, в том числе и в Генштабе. В итоге из армии пришлось уволить больше одиннадцати тысяч человек, а из них почти треть оказалась, либо бездельниками, либо заговорщиками. Остальные оказались выбитыми из колеи и выпали из процесса реформирования РККА. Таким пострадавшим, но вернувшимся в армию, оказался, например, К.К. Рокоссовский, и не он один. Люди вернулись, но время и возможности для многих из них были упущены. Парализовало ли это армию? Разрушило ли офицерский корпус в целом? Ответ – нет. Прежняя система содержала в себе большое количество командиров, которые уже ждали повышения. Только поучить его они могли лишь в начале большой войны. Реформы 30-х годов без войны открывали дорогу людям, которых готовили быть командирами полков и дивизий. Чистки армии происходили в 1937 году, в следующем проходила компания пересмотра этих дел, и многие из вернувшихся успели себя зарекомендовать до нападения Германии на СССР. Напомню снова, что три года — это примерный срок, за который можно успеть проверить офицера на соответствие занимаемой должности. Вот так и произошло. Собранные предыдущей системой комплектования, как вода в запруде, кадры были выпущены, когда пришло время. Люди были готовы, они ждали такой возможности, и наконец получили возможность себя проявить. Их проверили, и кое-кого понизили, заменив хорошо проявившими себя новичками.

Теперь дивизии нового образца к 1938 году уже не хранили в себе три урезанных штата офицеров. Каждая дивизия стала полноценным образованием, ждавшим, лишь когда они наполнятся солдатами и транспортом (которого постоянно не хватало). Был снижен с 21 года до 18 лет призывной возраст и эти парни стали тем резервом бойцов, что должен был заполнить новые формирования. В ходе реформы дивизии нового штата по сравнению с такой же частью 1929 года имели вдвое больше стрелков, а их винтовки на 70% к 1941 году были заменены автоматическими моделями. На 70% к общему штату, только в дивизии на одного пехотинца на ЛБС приходилось 1,5 – 2 солдата всяких служб и тех же артиллеристов. Это давало почти 100% оснащение автоматическими винтовками боевых подразделений пехоты. В 2,5 раза больше стало ручных пулемётов. В части поступило в 2 раза больше орудий. Практически с нуля возникли миномётные батареи. Штат предусматривал в шесть раз больше грузовиков, чем прежде. Кавалерия и броневики в разведке заменялись лёгкими танками. Создавались самостоятельные танковые корпуса, авиационные части. Кавалерия, отдавшая огромное число народа в новые рода войск, сама выросла в 2,5 раза. Возникали формирования тяжёлой артиллерии РГВК и стратегическая авиация. Ну а самое главное, что реформа предварялась массовым открытием военных школ. Если в 20-е годы вошли с примерно тремя десятками военных школ, то теперь их было более 200. Такое количество требовалось для закрытия огромного числа вакансий взводных командиров в базовых родах войск. Происходил взрывной рост артиллерии. Кадров не хватало и даже вышли постановления запрещающие брать в танковые училища десятиклассников, и требующие их направлять в артиллерийские.

Огромнейшая работа была проделана для обеспечения армии в мирное время врачами. Была создана система оказания первой мед помощи и эвакуации раненных с поля боя туда, где они получат квалифицированное лечение. В РККА не считали, что солдат — это собственность генерала, на которой тот имеет право, как следует заработать. У нас полагали, что в случае ранения нужно его поскорее убрать подальше от поля боя. Лечить его в грязи передовой неудобно, это приводит только к усугублению последствий травм. Немецкий подход удерживать солдата в части максимально возможное время, оправдывался с точки зрения возможности получения на него разных видов довольствия, но для лечения оказывался негодным.

Про разницу в организации быта наших солдат и солдат нарождающегося Вермахта говорить не приходилось. Конечно, в дивизии РККА ни по каким штатам не предусматривался походный бордель, но зато был банно-прачечный батальон. Вши, венерические заболевания, тиф – этот бич немецкой армии, в нашей её до вступления в Европу проблемой не были. Причём, даже в самые тяжёлые моменты войны. Это было не чудо, а работа санитарной службы и служб тыла. Это были не шуточки, маршевые потери 19 века превышали боевые. Причины: грязь, антисанитария, отсутствие горячего питания, вынужденная сухая диета из галет и сушёного мяса. У нас этим занялись, а Вермахт считал, что чистота проблема самих солдат. Пусть они этим и занимаются. Захотят помыться – найдут способ! Результат? Неистребимая в немецких госпиталях грязь приводила к таким явлениям:

… вши заводятся в гипсовых повязках. Они просто превосходно чувствуют себя в мягких ватных прослойках, великолепно размножаются и чрезвычайно досаждают пациентам. Против них делается все возможное: под повязки даже впрыскивают эфир и хлороформ. Но ничто не помогает. При наложении повязок мы насыпаем между ватными слоями порошок от паразитов. Смешиваясь с потом, он начинает источать жуткое зловоние и вызывает кожные экземы. Все напрасно, вши никуда не деваются. Так неизбежно возникают огромные проблемы.

На границе в целях дезинфекции с раненых с переломами костей бесцеремонно срывают гипс. С какими усилиями мы вправляли и фиксировали переломы, снимали боль и жар! Теперь места переломов вновь становятся подвижными. В результате кости срастаются неправильно. Лечение переломов затрудняется и замедляется, образуются ложные суставы. Творится что-то невообразимое! И все из-за проклятых тифозных вшей.

Остричь, вымыть больных, одеть в чистое, и поддерживать гигиену некому. Заметьте немецкий доктор, описавший это в мемуарах не считает своей задачей обеспечение каких-либо санитарных норм. В книге такого понятия нет! Его задача лечить. Вот он и лечит, вытрясая вшей из гипса. Всё, что предлагал Рейх в этом случае это дуст и сожаления персонала.

В СССР была пересмотрена система организации питания, полевые кухни были привязаны к боевым частям. Были организованы службы доставки продовольствия на передовые. Изготовлены термоса для горячего. Разработаны нормы питания включавшие в себя обязательные супы.

Вещевая служба тоже приводилась в порядок. Вы в курсе, что в Вермахте всю войну не было понятия норма выдачи имущества и сроков его носки? Что это такое? Это такая штука, которая гарантирует, что новая одежда или обувь будет обязательно выдана солдату по истечении определённого срока. Можно и раньше, но никак не позже. Это приводило к тому, что немецкий солдат каждый раз для получения кителя, исподнего, или сапог, должен был полагаться на добрую волю своего офицера. Если тот считал, что в текущем можно ходить, то приходилось ходить в чём было. Ну или давать взятку. Вы представляете взятку за портянки? Ладно, меня понесло. Вернёмся к обучению командиров и солдат.

Проблема реформы была не в том, что начальники занимали свои должности слишком мало времени. Они и так уже засиделись в урезанных тройчатках на должностях ниже своего уровня. Количественно кадры уже были. Не было их достаточного резерва, но его готовили. Каждая конкретная дивизия проходила стадию слаживания, когда начальство, пришедшее после повышения, и новоиспечённые лейтенанты притирались друг к друг. В некотором роде тот факт, что большинство младших командиров почти поголовно были новичками без опыта, создавал проблемы. Это была советская молодёжь, получившая хорошее образование. Учились, что характерно в среднем больше и дольше немецких визави. Это происходило не по причине низкого начального уровня или врождённой тупости. Просто обучение должно было формировать кругозор, давать теоретическую базу, а вот доведение рефлекторных навыков до идеала, никогда не было сильной стороной той образовательной системы. Т.е. всё знакомое по фильмам Кубрика: крики сержантов, чтобы оболванить призывников, или чистка ружей часами, это считалось лишним. У нас готовили людей способных думать, которые пока должны командовать взводом, но в случае потерь обязаны были знать и понимать всё нужное ротному, чтобы заменить его.

Проблема была лишь в том, чтобы соединить в одной голове всё выученное в классах с практикой. Проверить всё и утрясти. В определённой степени это касалось и старших начальников. Долгое сидение на малых должностях многим не пошло на пользу. Был шанс, что мы получим армию капитанов, не видящих дальше своего носа. Слава богу, подход, когда учат принципам дела, когда учат умению учиться, оказался в целом верным. В 1939 году армия нового образца со всеми её проблемами и достоинствами встретилась наконец с одним из тех противников, против которых готовили территориально-милиционные части. Пришлось сравнить, насколько созданная система лучше или хуже прежней. На пороге была Зимняя война с Финляндией.

Глава 9. Зимняя война

В истории мало настолько оболганных войн, как Советско-Финская война 1939 – 1940. Разберём, что пишут о ней официальные историки. Проводя агрессивную политику СССР, не имея на то оснований, потребовал от маленькой Финляндии значительных территориальных уступок. В СССР подготовка к военному конфликту с Финляндией началась в 1939 году, и после вооружённой провокации на границе советские войска перешли границу Финляндии. В напряжённых боях с 30 ноября 1939 года по 12 марта 1940 года СССР смог победить маленькую, но гордую Суоми. Потери сторон соответственно были 26 000 убитых финнов против 600 000 солдат РККА. Ход войны, и соотношение потерь сильно повлиял на решимость Адольфа Гитлера напасть на СССР летом 1941 года. Маленькая Финляндия по результатам войны потеряла ряд территорий и стала союзницей Третьего Рейха, чтобы вернуть их. Участие финнов во Второй Мировой Войне было продиктовано исключительно желанием вернуть утраченное в ходе Советско-Финской войны.

Давайте разбираться. Как же возникла независимая Финляндия? После распада Российской Империи Великое княжество Финляндское получило независимость. Какой строй выбрало население молодого Финского государства? В результате внутреннего конфликта к власти стране пришли социалисты. По просьбе представителей финской буржуазии немецкие и шведские войска оккупировали страну, и при их содействии был развязан политический террор, быстро обернувшийся истреблением славян, читай русских, по национальному принципу. В 1918 году новое буржуазное правительство Финляндии закончив зачистку страны от русских и коммунистов развязало войну против СССР. В результате агрессии финны захватили часть территорий СССР, ранее не входивших в состав Финляндского княжества, результаты этой агрессии были зафиксированы в Тартуском мирном договоре.

Два года спустя, не смотря на заключённый мирный договор, без объявления войны, финские части вновь напали на советскую Карелию. Это вторжение сопровождалось террором против мирных жителей, и военными преступлениями. Происходили расправы с русскими жителями и представителями советской власти. Преуспев в совершении преступлений, финские бандиты, а они именно так себя и вели, предсказуемо оказались плохими солдатами. Они вскоре были разбиты и отброшены значительно уступающим им по численности частями. Официальное правительство Финляндии заявило, что оно не имеет к происходящему никакого отношения, а вторжение дело добровольческих военных формирований. Однако оно же не запретило их, и не выдало СССР их членов, совершавших военные преступления в Карелии. По итогам этой бесславной агрессии 21 марта 1922 года в Москве было подписано «Соглашение между правительствами РСФСР и Финляндии о принятии мер по обеспечению неприкосновенности советско-финляндской границы».

В 1932 году Тартуский мирный договор и новое соглашение были дополнены пактом о ненападении до 1945 года. Однако в Финляндии была развязана оголтелая пропагандистская компания против СССР, о чём властям Суоми было неоднократно заявлено с советской стороны. Так наркоминдел Литвинов информировал финского посла, что:

Ни в одной стране пресса не ведёт так систематически враждебной нам кампании, как в Финляндии. Ни в одной соседней стране не ведётся такая открытая пропаганда за нападение на СССР и отторжение его территории, как в Финляндии.

Всё это происходило параллельно с непрекращающимися пограничными провокациями с финской стороны. Власти Финляндии не скрывали претензий на северные территории СССР. Будучи обеспокоенным тем, что граница с очень неспокойным соседом проходит в 30 км от Ленинграда, СССР предложил изменить границу так, чтобы хотя бы обезопасить город от обстрелов дальнобойной артиллерии. Просьба СССР касалась той части земель, что были захвачены финнами в ходе интервенции 1918-1920 годов. Так же к Советский Союз обращался с просьбой предоставить в аренду несколько небольших островов в Финском заливе для размещения там военной базы. В качестве компенсации предоставлялись двухкратно большие земли и денежные выплаты за аренду земель под военную базу.

Переговоры шли трудно. СССР неоднократно предлагал различные варианты и шёл на значительные уступки финской стороне. В 1939 он вывел часть войск из ЛенВО направив их для участия в походе в Западную Белоруссию и Украину. Финские историки расценивают мобилизацию в эти части, как явное намерение напасть на Финляндию. Однако это только лишь домыслы, а факт в том, что по признанию самих финнов, точнее Карла Маннергейма, миролюбивая Суоми сама в одностороннем порядке, скрытно произвела полную мобилизацию своей армии, доведя численность вооружённых сил до 600 000 человек. Что характерно, никаких подобных действий СССР не проводил. В ЛенВО новых частей не создавал, и к моменту обстрела нашей территории в местечке Майнила имел численно меньшую группировку. Следует учитывать, что в ЛенВО входили части охранявшие границу на всём протяжении от Латвии до Мурманска. В самом городе и его окрестностях войск располагалось сравнительно немного.

Якобы агрессивный СССР вёл себя предельно миролюбиво. Он не производил никаких действий для подготовки к войне, а на переговорах раз за разом предлагал новые выгодные для Финляндии варианты. Именно в этот момент произошёл очередной инцидент. С финской стороны были обстреляны наши пограничники и трое из них были убиты. СССР потребовал у Финляндии отвести войска от границы, на что получил отказ. Более того сама Финляндия потребовала отвести пограничные части СССР практически в Ленинград. Одновременно с этим, финские диверсионные группы переходили границу, и вопрос стоял в том, что в случае эскалации конфликта бои могут развернуться на улицах города.

Имел ли Генштаб СССР планы войны с Финляндией? Да, в виду агрессивной политики Финляндии планы военных действий на случай возможного конфликта были. Главной посылкой в нём было то, что финны выступят в составе военной коалиции капиталистических стран. Правительство Финляндии стремилось создать такую коалицию, ориентируясь на страны, как Бывшей Антанты (Франция и Англия), так и продолжая сотрудничество с Германией. В интересах разведки последней финны провели заброску в СССР около 400 агентов.

В случае вероятной войны в СССР предполагалось развернуть на севере группировку общей численностью до 700 000 человек. Кое какие меры для этого были приняты. В частности, Кирилл Мерецков в своих воспоминаниях рассказывает, что было немало сделано для расширения и улучшения дорожной сети. Только учитывая почти полное отсутствие нормальных дорог на всём пространстве от Ленинграда до Мурманска, это само по себе не было агрессивным актом. Не смотря, на то, что масштаб работ был для этой местности значительным, но в целом ничего исключительно выдающегося сделано не было. Всё же СССР был страной не богатой и большие инфраструктурные проекты давались ему нелегко.

Главная ошибка Генштаба СССР была в том, что там недооценили склонность финского правительства к военным авантюрам. Всё же ведение войны в зимний период расценивалось у нас, как маловероятное. В результате РККА столкнулось с тем, что завершившая мобилизацию финская армия, на театре боевых действий почти в три раза превосходила советскую. Реальностью стала возможность вторжения на нашу территорию и вероятно превращение Ленинграда в поле боя. Напомню, что сам город и районы вокруг него были местом, где было сконцентрировано до трети советских наукоёмких предприятий. Это было сердце передового советского производства. Качественно финские войска сильно уступали советским. Это касалось, как выучки, так и вооружения. Советская дивизия по совокупной огневой мощи пулемётов и миномётов в два раза превосходила финскую, а по огневой мощи артиллерии — в три раза. В частях РККА на данном ТВД не было на вооружении пистолетов-пулемётов, но это компенсировалось наличием автоматических и полуавтоматических винтовок, а также большим перевесом, качественным и количественным, в ручных пулемётах.

Сложилась ситуация, когда СССР не имел возможности предотвратить захват своих земель многочисленным противником. В данном случае разбросанные погранзаставы и отдельные гарнизоны могли были быть скованными финскими регулярными частями, а многочисленные вспомогательные части финских вооружённых сил были не связанны ничем. Командующим ЛенВО Кирилл Мерецков, осознавая невозможность обеспечить устойчивую оборону, предложил план контрудара имеющимися в наличии силами. Численно меньшие силы РККА перешли в наступление и отбросили силы финской армии к укреплениям основной Линии Маннергейма. Было почти без боя захвачено всё предполье, и обеспечена возможность развёртывание войск, по первоначальным планам защиты от агрессии. Паника, начавшаяся среди финских войск, помогла успеху контрудара. Войска РККА с ходу попытались преодолеть главную позицию укреплений на Карельском перешейке, но не смогли это сделать. Однако сам Маннергейм признаёт, что начало войны оказалось совсем не таким, как рассчитывали финны. Правительство Суоми проведя мобилизацию думало наверное, что сумеет занять значительные территории СССР и в течении полугода и более продержится до прибытия частей из Англии, Франции и Швеции.

Сорвав вторжение на свою территорию, армия СССР начала развёртывание ударной группировки по прежним планам. Т.е. в Генштабе СССР полагали, что Финляндия нападёт не одна. Были ли под этими предположениями реальные основания? Ответ – да. Не смотря на очевидность всех фактов, именно СССР был объявлен агрессором и исключён из Лиги наций, даже без рассмотрения обоснованности его действий. Уже находящиеся в состоянии войны с Германией, Франция и Англия стали оказывать помощь Финляндии. Деньгами, оружием и людьми. То, что было в это время между Третьим Рейхом и странами Бывшей называлось Странной войной. Франция и Англия, выступили в защиту Польши, и объявили войну Германии, но боевых действий не вели. Финляндии рассчитывала, что ей удастся сгладить противоречия между немцами, французами и англичанами, чтобы те смогли выступить против СССР единым фронтом. Эти её надежды имели под собой серьёзные основания. Германия, Англия и Франция, будучи в состоянии войны друг с другом каждая оказали помощь Суоми. Франция стала даже готовить экспедиционный корпус, который рассчитывала весной отправить на север.

Одновременно с этим Англия и Франция разработали планы по захвату советского Закавказья. В октябре 1939 года посол США во Франции У. Биллит телеграфировал в Вашингтон о том, что:

в Париже обсуждается возможность бомбардировки и разрушения Баку.

Именно поэтому в дальнейшем Америка настойчиво желала развернуть в Басре крупную базу для сборки, ремонта и обслуживания самолётов. О чём писал в своих мемуарах Черчилль.

Положение в Ираке обострилось. Мы должны обеспечить безопасность Басры, так как американцы все энергичнее настаивают на создании там большой авиа-сборочной базы, куда они могли бы непосредственно доставлять свои самолеты. Этот план представляется весьма важным, поскольку центр войны явно перемещается на Восток.

Тут речь шла о событиях 1941 года (оккупация Ирака англичанами), но стоит учесть, что говорится о том, что американцы уже неоднократно и последовательно проявляют такое желание. Зачем на Ближнем Востоке иметь авиа-сборочное предприятие, если никаких целей для авиации там нет? ВВС того же Ирака представляли собой 60 устаревших машин. Большой завод нужен там, где рассчитывают вести войну и терять самолёты. Единственная страна в регионе, для сокрушения ВВС которой, могут потребоваться длительные усилия это СССР.

В Иране и Сирии готовились части французской и английской армии для сухопутной операции с территории Ирана, нацеленной на занятие района Баку и Грозного. В рамках подготовки этих планов английскими ВВС были осуществлены разведывательные полёты над Баку, и произведена его фотосъёмка. В такой обстановке план Генштаба должен был учитывать вероятность присоединения к нападению на СССР третьих стран. Стоит учитывать, что буквально недавно СССР столкнулся с нападением на его территории на Дальнем Востоке. Там Япония осуществила две масштабные провокации, которые имели явное намерение прощупать возможность дальнейшего развития агрессии в глубь СССР.

Если на Карельском перешейке РККА остановилась перед укреплениями линии Маннергейма, то новые части начинавшие прибывать на театр боевых действий предприняли попытку нанести удар в обход Ладожского озера, в северной Финляндии и Заполяье. Здесь сложилась ситуация, когда в условиях зимы действия могли идти только вдоль немногочисленных дорог. Пользуясь затишьем в боях на линии укреплений, финны собрали в кулак свои лучшие части и организовали контрудары. Следует признать, что командование советских 168-й и 18-й дивизий оказалось не на высоте. Однако тут проявилось превосходство в вооружении и высокая стойкость бойцов РККА. Попав в окружение эти части вели действия до самого конца войны, а блокировавшие их части финской армии понесли такие потери, что использовать их на других участках фронта оказалось невозможным. Получилась ситуация, когда лучшие финские формирования действуя на знакомой земле, имея хорошие карты, не только не смогли полностью разбить две обычных советских дивизии, но и сами пришли в небоеспособное состояние.

Если в Заполярье РККА вышла на норвежскую границу и отрезала Финляндию от сухопутных поставок военной помощи, то южнее всё было не так успешно. В северной Финляндии две дивизии 163-я и 44-я понесли тяжёлые потери и командование их было отдано под трибунал. Третья 54-я была блокирована, но на этом успех финнов закончился. Финская армия, действуя на знакомой территории, использовала преимущество знания местности, замедляла части РККА устраивая засеки и засады, но при боевом столкновении тут же сказывалось преимущество Красной армии в стрелковом оружии, артиллерии, бронетехники, более высокая стойкость и выучка бойцов. РККА, даже попадая в окружение вела бои до последней возможности. В случае когда нужно было отойти, им приходилось бросать тяжёлую технику, но это происходило, когда уже были израсходованы горючее и боеприпасы. В литературе довольно подробно, хотя и однобоко освещены действия этих соединений, но мало говориться о 122-й дивизии, которая смогла рассечь территорию Финляндии надвое и успешно продвигалась ко второму крупнейшему порту страны.

Подведя к линии Маннергейма полки тяжёлой артиллерии РККА, произвела доразведку укреплений, и смела их артиллерией. После чего весь фронт на Карельском перешейке обвалился. Одновременно с этим Финляндия оказалась отрезана от Норвегии, и возникла угроза, что успешно наступающие части 122-й сд Красной армии выйдут к западному побережью страны. Все пути получения поставок вооружения извне оказались либо перерезанными, либо попали под угрозу захвата. Армия Суоми начала разваливаться. Не имея больше боеспособных войск, Финляндия капитулировала. Операция по отражению финской агрессии заняла три с небольшим месяца. Примерно столько же по времени занял разгром Финляндии в 1944 году. Значит, в целом эффективность действий Красной армии была лишь немногим меньше, чем тогда. Единственно на, что следует сделать поправку, это на необходимый в 1939 году период мобилизации.

Цифра в 26 000 убитых финнов явно является недостоверной, потому что в случае таких потерь, даже прорыв линии укреплений не имел бы большого значения. 600 000 мобилизованных за вычетом 26 000 и допустим до 75 000 раненных даёт ещё способную воевать армию в пол миллиона. Только, по признанию самих финнов, к тому моменту, когда пала линия Маннергейма, резервов для парирования действий Красной Армии у них не было. Куда же они пропали? Так же вызывает сомнение цифра советских потерь в 600 000. Даже по самым пиковым подсчётам для войны планировалось развернуть до 750 000 солдат. Только этого не потребовалось, справились гораздо более скромными силами.

Поэтому, заявленные советской стороной 48 745 убитых 158 863 раненных, обмороженных и больных выглядят более реалистично. Финская же сторона потеряла более 60 000 только убитыми и свыше 250 000 раненными. Таким образом финны из имевшихся под ружьём на начало войны более 600 000 потеряли больше половины. Только при таких потерях армия страны могла прийти в полностью небоеспособное состояние. Косвенно такие потери объясняют небольшие успехи финской армии в Войне продолжения 1941 – 1944 годов. Лучшие военные кадры страны были выбиты в ходе Зимней войны, и восполнить быстро такие катастрофические потери Финляндия не смогла.

Рассматривая вопрос о несопоставимости военного потенциала СССР и Финляндии, стоит учесть следующие факты:

Англия поставила финнам 101 самолёт, 114 орудий (финны потом из них Ленинград обстреливали), 184 000 снарядов, 100 зенитных орудий, 15 700 бомб, 10 000 противотанковых мин. Был подготовлен корпус в 100 000 штыков, но он не успел отправиться по назначению до начала марта, а потом стало поздно. Эти сведения были взяты из отчёта Чемберлена перед английским парламентом, возможно, что помощь носила более широкий характер.

Франция поставила финнам 179 самолётов, 472 орудия, 795 000 снарядов, 5 100 пулемётов, 200 000 ручных гранат. Так же был готов 50 000-й французский экспедиционный корпус.

Швеция поставила финнам 1/5 имевшихся у тех самолётов, 84 000 винтовок, 575 пулемётов, 300 орудий, 300 000 гранат, 50 миллионов патронов.

Италия послала финнам – 50 самолётов.

Наконец, светоч западной демократии США, по неполным сведениям, поставили 350 самолётов, 1 500 орудий, 6 000 пулемётов, 100 000 винтовок, 650 000 гранат, 2,5 миллиона снарядов, 160 миллионов патронов.

Итого Финляндия получила: около 700 самолётов, 2386 орудий, 100 зенитных орудий, 11 675 пулемётов, 184 000 винтовок, 3,379 миллиона снарядов, 2,1 миллиона патронов, 1,15 миллиона гранат и многое другое.

Остается вопрос, почему всё же правящие круги Англии и Франции, а также некоторых других стран так активно участвовали в этой войне на стороне Финляндии, против Советского Союза. Известно, что правительства Англии и Франции предпринимали отчаянные усилия, чтобы помешать окончанию войны и восстановлению мира в Финляндии, хотя они не связаны никакими обязательствами по отношению к Финляндии. Учтём, что в свое время даже при наличии пакта взаимопомощи между Францией и Чехословакией, Франция не пришла на помощь Чехословакии. Не прошло еще и года, как Италия захватила и уничтожила независимую Албанию, состоявшую членом Лиги Наций. И что же? Выступили ли Англия и Франция в защиту Албании, подняли ли они хотя бы слабый голос против захватнических действий Италии, насильно подчинившей себе Албанию, не считаясь с ее населением, составляющим свыше миллиона человек, и не обращая внимания на то, что Албания – член Лиги Наций? Ответ – нет! Зато для Финляндии, воюющие Англия и Франция подготовили к отправке экспедиционный корпус численностью более 150 000 солдат.

Поговорим теперь о якобы готовящейся советизации Финляндии и правительстве Куусинена. Уже в феврале месяце 1940 года стало ясно, что финская армия всё. Правительство Финляндии заявило о желании договориться с СССР, но на самом деле просто тянуло время надеясь на прибытие 150 000 солдат из Англии и Франции. Тогда СССР и поставил им ультиматум. Вы господа нехорошие, либо прекращаете валять дурку, или вас ждёт правительство Куусинена, уж он вам припомнит всё, что вы там наворотили с террором. Хотите? Финны не захотели Куусинена и предпочли договариваться. Вот и вся сказка. Без этого стимула, хитрые северные соседи, наверняка крутили бы хвостами до упора, а в результате, за их блядские фокусы пришлось бы расплачиваться простым финнам и советским гражданам.

Теперь, скромно подходим к действиям финской армии в 1941 – 1944 годах. Не нужно быть географом, чтобы отметить заняли они на несколько порядков большую территорию, чем утратили в Зимней войне. Немедленно развернули на ней сеть концлагерей для славянского населений. По общедоступным сведениям, размещённым в сети Интернет, смертность в их лагерях превысила аналогичные показатели в лагерях Третьего Рейха. Согласитесь, это достижение! Моё мнение, руководство Финляндии и её армии честно заслужили себе место среди военных преступников на Нюренбергском процессе. Жаль, что им не довелось там оказаться.

Стоит напомнить, что в тот раз руководство Суоми купилось на заверения европейских стран о помощи и их уверения в том, что можно будет безнаказанно грабить соседа. Закончилось это для них очень плохо. Могло закончиться хуже, но СССР был очень доброй страной. Задуматься про это нужно крепко, очень крепко. Добрых в этом мире всё меньше и меньше. На этом считаю, что обсуждать то, что было между СССР и Финляндией смысла больше не имеет. На сладкое для тех кто готов с пеной у рта восхищаться финскими "кукушками" рекомендую эту статью: Берг Николай. "Кукушки", борцы с "мифами" и немного про Симу Хайхя (https://samlib.ru/n/nikolaj_b_d/kukushki.shtml).

Глава 10. Кривой инструмент блицкрига

Когда совпадение интересов элит Франции, Англии и США привели к власти в Германии фашистское правительство, немецкие военные наконец получили надежду, что удастся выстроить сильную армию. Вроде бы наконец звёзды сошлись, только, как всегда, вмешался вечный бич капитализма – конъюнктура важнее стратегии и сегодняшняя прибыль важнее расчёта в долгую. По самый 1932 год военное строительство должным образом не велось, армия превратилась в застойную организацию для своих, численность подготовленного резерва не могла превышать 400 000 человек. Это если, что напомню на всё про всё. Эти 400 000 нельзя превратить в большую армию просто потому, что доля офицеров и унтер-офицеров в них была очень низкой. Можно было разве, что раздать чины авансом, просто закрыв глаза присвоить звания фельдфебелей, и потом постепенно заниматься подготовкой смены и подтягиванием отстающих.

Только вот незадача, тех кто должен и хочет учить не было. Большинство из тех кто остался в Рейхсвере это были бывшие штабные работники очень далёкие от знаний того, что требуется на поле боя. Беда усугублялась ещё тем, что многие из них всю предыдущую войну провели на Западном статичном фронте в очень небольших чинах, что не давало им опыта мобильной войны и не формировало самостоятельного мышления. Над ними всегда был тот, кто словно бог решал все вопросы стратегии. Потом последовал период службы в небольшой армии, обитающей в постоянных казармах. Редкие учения, но частые интриги, проблемы со снабжением, необходимость договариваться с промышленниками и финансистами – это всё формировало людей умеющих, что угодно кроме ведения войны. Дураками безусловно они не были, только привыкли жить в парадигме – я его слепила из того, что было. Пожив все двадцатые годы в чёрном теле, они мечтали о лучших временах, но в большинстве своём предпочли бы не воевать.

Отчасти первоначальная боязливость немецкого генералитета была обоснованной. Очень уж они хорошо понимали, насколько слаб рахитичный Вермахт. Когда вводили войска в демилитаризованную рейнскую область, то одну из дивизий пришлось искать с полицией. Это было отличной демонстрацией уровня подготовки Рейхсвера. Армия которая должна была быть золотым фондом нации, где каждый фельдфебель может командовать полком оказалась просто способом пережить трудные времена для блатных и приблатнённых счастливчиков. Помните, я писал про разделение офицеров в капиталистической армии? Ну так вот, тех кто реально хотел делать карьеру военного (т.е. воевать) в той армии было мало. Ну и никогда не исчезал сословный барьер между офицерами и унтер-офицерами, потому и не являлись последние серьёзным резервом для производства их в офицеры. Нет, звания им пришлось давать, но это ничего не меняло, как были они удобными для начальства фельдфебелями, так и оставались. Кругозор и знания офицера для таких людей считались лишней роскошью.

Ладно, бог с ним с кругозором. Какова же была немецкая пехота? Нужно сказать, что у меня в процессе изучения вопроса сначала возникло недоумение, а потом я проникся некоторым уважением к немецким солдатам. В чём же было моё недоумение? Ну во-первых их не учили стрелять. Заряжать, разряжать, чистить оружие – учили, как следует. Это сначала показалось странным. Третий рейх готовился истребить большевизм и на закуску покорить мир, ну а значит воевать, и силой оружия доказать право на доминирование своей страны. А тут такое? Ну а чем же нужно было вооружить грозных воинов арийской расы? Конечно, в массе своей обычной не самозарядной винтовкой прошлой войны. Не умеешь стрелять, не стоит это делать часто. Принцип даже логичный. Для компенсации такой немощи в каждое отделение был выдан стандартизированный (универсальный) пулемёт МГ, с очень высокой скорострельностью. Получалось, что в отделении есть один хорошо обученный стрелок и у него машинка-молотилка. Остальные фактически носят патроны для этого парня. Потому, как уничтожив его, вы уменьшаете силу огня пехотного отделения Вермахта на 99,9%.

Пулемёт этот рождался, как обобщение опыта ПМВ сквозь призму нужд создающихся танковых войск. Делать то, что хотела бы пехота не стали. Тут происходила ровно та же история, что и с пистолетом пулемётом MP-38. Модели одобренные пехотой, но не удобные для танкистов просто выкинули вон. Потому над ним подшаманили придав ту самую универсальность. По рекламным заявлениям пропихнувших его на вооружение он годился как ручной, станковый и для установки на технику. Конечно, на технике он смотрелся действительно неплохо. Стреляем с перерывами, но сразу выдаём хороший вес залпа. Пока ездим ствол успевает остыть, а патронов можно увезти с собой много. Как станковый оказывался слишком лёгким, и приходилось часто менять стволы. Ну а значит пока меняем не стрелять. Кроме того, нужно было иметь эти самые стволы в запасе. Правда, летом даже в специальной ванне с маслом стволы остывать не хотели. Поэтому, стреляем часто-часто, меняем ствол, снова часто-часто, всё приехали – ждём пока оба ствола остынут. Так, конечно, не делали, плевали на инструкции, но в результате ствол быстро изнашивался и попадать на нужных для станкового пулемёта дистанциях становилось сложновато. Получался пулемёт, из которого можно очень интенсивно пострелять, но очень недолго. В общем у пулемёта образовался большой расход патронов и стволов, не приносящий соразмерной пользы. С точки зрения тех, кому это таскать, вещь сомнительной ценности, зато продавать такое чудо очень прибыльно.

Если вы капиталист и открыли шиномонтаж, то ваша мечта всем в городе проколоть шины, чтобы к вам очередь, желательно бесконечная. Вот так и производители этого пулемёта. Пропихнув его в двух ипостасях, сдерживаться не собирались и сделали его и ручным тоже. В такой своей ипостаси у него выявился новый недостаток. Большая чувствительность к пыли и грязи. Понимаете? Это ручной пулемёт. Он постоянно должен стрелять при наличии этих самых пыли и грязи. Окопы — это не тир с чистым брезентом и не стерильная операционная, это даже не танк, где всяко этой грязи поменьше. Значит что? Значит, прежде чем стрелять, нужно было аккуратно постелить брезент, желательно полить землю перед оружием, поставить на брезент пулемёт и уже тогда стрелять. Только после этого можно более-менее надеяться, что у очень скорострельной машинки от пыли не откажет механизм, или не порвёт гильзу. Этот самый обрыв гильзы из-за высокого темпа стрельбы не поправили до самого конца войны. Ёжики плакали, берегли, как зеницу ока штучку для выколачивания и выковыривания этих гильз, но кушали кактус. Только про это особо не писалось, все знали, смирились, и жили с таким знанием. Зато везде можно встретить восторженные похвалы уникальной немецкой Пиле Гитлера.

Проблема высокой точности подгонки деталей обернулась вовсе уж анекдотичными ситуациями. В условиях высокой влажности, например под Ленинградом, на севере в приморских районах и т.п., эти детальки смерзались за ночь намертво. Пулемёт нужно было отогревать и поить спиртом, иначе стрелять оно отказывалось. Приходилось частям осаждающим Ленинград, доставать из трофейных закромов французские пулемёты Гочкиса, которые, конечно, не вундерваффе, морально устарели, и вообще не айс, но в мороз стреляют. Вы помните про повышенный расход патронов? Так вот, это для станкового пулемёта он повышенный, а для ручного бешенный. Ну и для обслуживания этого чуда полагалось 3 человека. Т.е. из 10 человек в отделении 1/3 просто обслуживала его величество пулемёт и носили они пистолеты, потому, как руки заняты. Зато остальные могли сдать им значительную часть своих патронов. Не привыкали много стрелять, и не стоит начинать. Ведь этот МГ – это прорва, сколько не дай всё выжрет.

Не удивительно, что в итоге в Вермахте на фронте, могло не хватать чего угодно, кроме водки. Водки? «Не патронов?» – спросите вы. Да водки! Не подумайте, это не для пулемётов. Это для остального отделения. А почему? А потому, что в гипотетической дуэли стрелковых отделений Пила Гитлера стреляя часто-часто имеет шанс заплевать любую цель. Только вот беда. Отделение РККА 1941 года, это 1 пулемёт ДП и 8 или 9 самозарядных винтовок. Темп стрельбы немецкого пулемёта и магазинных винтовок остального отделения перепутать невозможно. Верите ли вы, что клинических идиотов в Красную Армию не брали? Если да, то при первых же выстрелах им будет видно, кто тут молотит, как дурной. Ну и вся любовь и ласка достанется этому шустрику. Каждый кто сможет будет стрелять в него. Ну, а что видит немецкий пулемётный расчёт? А видит он 8 – 9 вспышек, сильно не отличающихся друг от друга. Самозарядная винтовка и ДП, когда работают короткими очередями очень и очень похожи. Значит немцу предстоит сыграть в лотерею 1 к 9 и угадать, где наш пулемёт. Даже угадав, он ослабит огонь советского отделения процентов на 20%. Ну а ещё два из четырёх отделений в стрелковом взводе РККА имеют в своём составе обученного снайпера с самозарядной винтовкой. Этот снайпер спит и видит, пострелять по пулемётам врага, офицерам, вражеским корректировщикам огня или артиллеристам. У него отличный оптический прицел, которого нет у ручной версии немецкого пулемёта МГ.

Вот такая вот петрушка. Хорошо быть пожарным, и зарплата и отпуск хорошие, но как пожар, так хоть увольняйся. Вот тут начинается уважение к немцам пулемётчикам. Они научились виртуозно прятаться. Типовой тактикой в наступлении стала игра в подсадных уток. Где есть расчёт МГ в засаде и остальное отделение, что должно вызвать на себя огонь русских и молиться, чтобы это было не зря. Вот пока они не закончатся их «камерад» за пулемётом и должен перестрелять большевиков. Тут главное не умереть самим и молиться богу, чтобы этот пулемётный парень действительно хорошо прятался. Ведь в отделении хорошо стреляет только он. Патроны все, что можно у него. У тебя осталось пара обойм на всякий случай, и чтобы не страшно было. Вперёд тебе никак нельзя. Ведь там впереди русские солдаты и рукопашная. Ну а у тебя от такой игры в приманку нервы ни к чёрту и по совету товарищей ты уже полечил их шнапсом или шоколадкой с первитином. Это значит, что ты подшофе, а в драке это приговор. В драке пьяный или наркоман жертва и получит своё. Ну а твоё сейчас смерть. У русского ведь не палка в руках, а винтовка и стреляет он хорошо и дерётся злобно. Вперёд нельзя и назад не податься, там офицер и временами заградительный отряд. В общем болтаемся, как известно, что в проруби, и молимся, чтобы не отъехать в верхнюю тундру, и так день за днём.

Тяжело. Вечером же тебе не помыться ни поесть нормально. Кухня она в расположении, а ты в наступлении. Колбасу вы слопатили уже, или офицер волком смотрит на тебя и твой НЗ. Нельзя! Орднунг! Только кушать хочется, как чёрту. Вот и начинается: мамка, курка, сало, яйки. Обобрать местных, набить живот, морду лица обмыть в ведре, и спать. Ну а когда приходится спать на земле, а где постираться, помыться – твоя проблема, то у тебя скоро появляются вши. Ты их дустом посыпаешь, только ничего кроме экземы и жуткой вони не выходит. Ну вонь не беда, тебе одеколон продают маркитанты. Вот и посыпался ты дустом, почесался, облился одеколоном, чтобы совсем уж не смердеть и полный вперде. От такой жизни народ натурально звереет. Тут ещё и парень из конторы Геббельса под руку говорит, что русские — это хитрые нелюди, животные по своей сути. Их убить и ограбить это и не преступление. Ведь смешно же, как можно ограбить муравьёв? Ну а ты и так сам живёшь словно зверь, на одних инстинктах. От такой жизни, если не деградировал, если остался человеком, то уже достижение. Хотя у многих крышу срывало. Оно от такой жизни запросто получалось.

Приходилось немцам крутиться ужом, потому, как твоё выживание — это твоя проблема и не дай бог тебе заболеть. Ну и в каждом бою кому-то не везло, и поделать ты с этим ничего не мог. Вот от такого и стрелялись люди в ходе успешных, казалось бы, наступлений. Вот от такого и в плен сдавались, кто поумней. Ты тут сейчас выживаешь, и даже герой, а вернёшься домой, и через месяц ты обычная рабочая скотинка. Твои проблемы, это твои проблемы. Одна надежда, что может быть тут тебе подарят хутор, пяток славянских рабов, и тогда заживёшь. Только это не скоро, а те самые, кто поумней уже прикинули, что хутора и рабы, они скорее всего, достанутся гауляйтерам, а простому человеку может и не хватить. Не сахар, совсем не сахар. Загнали тебя в угол и выживай, как получается.

Да, я тут упомянул про русских снайперов, в каждом взводе их двое. Это конечно не боевая пара, просто двое ребят с навыками и очень хорошей винтовкой, для которой сначала Карл Цейс, а потом и сами большевики по лицензии наделали очень много хороших прицелов. Снова повторяется та же история, что и с 45-мм ПТ пушкой, когда для русских за деньги в Германии могут делать отличные вещи, ну а свои перетопчутся. Почему? В цене не сошлись или пролоббировать некому. Между делом по мнению современных любителей пострелять из антиквариата, снайперский комплекс РККА лучший за ту войну в мире, по совокупности факторов. Ну да ладно, лучший, худший, плевать! Один ариец стоит десять унтерменшей. Лишь бы он отыскался и дело пойдёт. Сколько снайперов по штату в немецком взводе? Ноль. У русских двое. В роте? Ноль, а у русских к тем двум, что в каждом взводе ещё обученная пара. Ну а что вы думали, эти большевики думали воевать с серьёзными ребятами. В общем я честно скажу, что сколько не поднимайся вверх по штатному древу подготовленных арийских снайперов, вы не найдёте года эдак до 1942-го.

Отношение немцев к снайпингу во многом напоминало отношение американцев и британцев – его роль на поле боя в целом игнорировалась. Во время ПМВ немцы эффективно применяли винтовки с оптическим прицелом, однако перед Второй Мировой Войной вермахт отказался от снайпинга. В июле 1935 года, через месяц после принятия на вооружение и начала производства карабина 98 Kurz (K98k), вермахт издал директиву, предписывающую списать все винтовки с оптическим прицелом, находящиеся на хранении, поскольку они больше не будут использоваться. Телескопические прицелы должны были быть сняты с оружия и проданы. Уже в феврале 1938 года их начали распродавать офицерам, старшим сержантам и гражданским чиновникам.

После 1941 года немцы встрепенулись и начали выпускать в больших количествах винтовки K98k, оснащенные прицелом Zf.41 - с большим выносом выходного зрачка, который устанавливался над целиком. Это был маломощный прицел с малым полем зрения и кратностью 1,5x, который солдаты считали бесполезным и неэффективным. Только это были винтовки, но пока к ним не было снайперов. Кроме того, с 1943 года выпускались в больших количествах полуавтоматические винтовки Gewehr 43 (G43) с 4-кратным прицелом Zf-4. G43 была не такой точной, как K98k, но ценилась за свою огневую мощь и возможность быстрой стрельбы.

Вот так, в Рейхе к 1943 году стали выпускаться винтовки похожие по возможностям на те, с которыми 1941 год встретила РККА. Ну а пока суть да дело, то приходилось обходиться прицелом Zf.39. Что о нём написал американский эксперт Дейв Эмари:

Прицел Zf.39 имеет худший механизм вертикальной поправки среди снайперских винтовок того времени. Это был просто ходовой винт с крупной резьбой и небольшой выступ на сетке, который зацепляется за резьбу. Это давало сомнительную повторяемость и большой люфт. Возможно, это был неплохой охотничий прицел, но не высокоточный винтовочный. …

… Точная корректировка была практически невозможна. В снайперской школе людей учили точно пристрелять оружие на 300 метров и больше не трогать прицел…

… Эффективность резко снижалась бы на дистанции более 500 ярдов из-за маломощного прицела, толстой сетки и необходимости использовать поправки вместо настройки прицела.

Сравним это с характеристиками советской снайперской винтовки:

Винтовка Мосина-Нагана 91/30 ПУ продемонстрировала наивысшую точность среди снайперских винтовок времен Второй мировой войны с патронами того времени … 91/30 ПУ выиграла от использования самого удобного прицела с малым люфтом и удобной регулировкой. Барабанчик поправок по вертикали хорошо соответствовал советским патронам с легкой пулей.

Благодаря небольшой и резкой сетке и хорошему разрешению прицела в сочетании с точной стрельбой на короткие дистанции, опытный снайпер с большим количеством качественных боеприпасов мог эффективно стрелять из этой винтовки на дистанции 600-700 ярдов.

Двести ярдов в дистанции — это примерно 180 метров форы для советского снайпера при всех прочих равных. Только вот до Сталинграда вермахт не сильно чесался. Проблемы выживания солдат под огнём противника, это не проблемы командования. Вот когда понадобилось объяснить, почему упёрлись лбом в руины города на Волге, тогда наконец забегали.

Снайперы и точный огонь пехоты с точки зрения блицкрига есть вещь разорительная и ненужная, людей учить долго, потом с ними возись. Если ты от них с большего не зависишь, то так спокойней. Для стада участь пушечного мяса подходит равно хорошо, умеет оно стрелять или нет. Ну и что ещё хорошего находили немецкие генералы в солдатах РККА? Это я хочу узнать, чтобы понять уровень. Вот так я скажу, что в шахматы играю или копьё кидаю. Вам же это ничего не сообщит само по себе. Ну а если я скажу, что играю лучше гроссмейстера и копьё могу закинуть дальше мирового чемпиона, то уже понятно, хорош ли я в своём хобби. Вот так и тут. Что умели пехотинцы в Красной Армии? Они по мнению немецких генералов, лучше воевали ночью, хорошо окапывались, были изобретательны. Ну окапывание можно и муштрой воспитать, хотя приспособить укрепления к местности — это тоже работа головой. А вот ночной бой и изобретательность — это признаки, что солдат чаще прикладывает свой ум к делу победы. Ночью ориентироваться сложно, и запросто можно оказаться в ситуации, когда ты сам себе командир. Это требует самостоятельности и хорошей мотивации. Ну а что считали слабостью? Склонность залегать под обстрелом. Оказавшись под огнём тяжёлой артиллерии русские теряют наступательный пыл. Т.е. плохое пушечное мясо русские. Наши в вермахте лучше подходят для мясных штурмов. Ну тут уж кто на что готовил свою пехоту.

Про пушки и миномёты даже говорить не хочется. Здесь вермахту похвастаться совсем нечем. Этот вопрос полностью провален. Если сравнивать по характеристикам, то на каждом уровне рота-батальон-полк-дивизия-корпус немцы проигрывают в дистанции огня.

Рота. Миномёты 50 мм. Дальность: РККА 800м, вермахт 520м. (300 м разницы).

Батальон. Миномёты 80мм. Дальность: РККА 3040м, вермахт 2200м. (840 м разницы).

Полк. Пушки 75мм. Дальность: РККА 6700м (при использовании спец боеприпаса -7100м), вермахт 3550 м. (3150 м разницы).

Полк. Пушки 75мм. Дальность: РККА 6700м (при использовании спец боеприпаса -7100м), вермахт 3550 м. (3150 м разницы при стрельбе самым ходовым боеприпасом).

Эта полковая пушка вермахта была самой распространённым орудием во время ВМВ. Принято сетовать на чудовищный коммунистический режим или насмехаться над ним, когда в бою советский артиллеристы сопровождают пехоту огнём и колёсами. Дескать бедолаги, идут в её боевых порядках в атаку. Так вот, это чудо вермахта именно для таких же задач и предназначалась. Только дострелить до советской полковой пушки или хотя бы до 120 мм миномёта шансов имела мало. Ведь 5900 м дальности у русского миномёта, это 2750 м запаса. Два с половиной километра. Значит от того места откуда немецкая пушка ещё не добивает даже до миномёта, примерно полчаса идти пешком до того места, откуда уже достаёшь на пределе до советских позиций. Русский командир батареи пока можно покурить, обсудить письмо с родины, провести политинформацию, и тогда вступить в огневую дуэль с фашистами. Фашист при этом будет на максимальном доступном для него расстоянии, и точность его будет хромать, ну а русский миномётчик будет стрелять на комфортной дистанции. Заодно учтём, что поражающая сила 120-мм мины куда выше, чем у снаряда 75-мм полевой пушки.

Далее. 105-мм гаубица вермахта имела эффективную дальность 10 675м. Её противник в РККА стреляла на 11 800 м всего то на километр дальше, 10 минут пешком. Тут только покурить и успеешь. Только 105 мм в Красной Армии не жаловали и вместо наша гаубица была 122-мм. Это при прочих равных в три раза мощнее снаряда 105-мм. Значит даже при криворукости русского артиллериста принцип носорога будет на его стороне. Носорог говорят видит так себе, но при его массе и скорости, это не его проблемы.

Что там дальше? 152-мм гаубица вермахта дальность 13 325 м, ну а советский аналог 12 390м. Ага, вот оно! Только вот дело какое, 13 325 км это спец. боеприпас, а 12 390 м это ходовой. Если взять и советским артиллеристам дать спец боеприпас, то выйдет уже 13 700 м. По сути тоже самое. Гаубиц 152-мм в СССР было выпущено 4165 шт. против 5403 шт. немецких. Вроде меньше? Только снова нужно считать аккуратно. Вместе с просто гаубицами в СССР делали и пушки-гаубицы в калибре 152-мм. Их сделали немного, всего 6950 шт. Ну и когда 152-мм гаубица вермахта стреляла на 13 км (спец снарядом), советская пушка-гаубица обычным стреляла на 17 км. Когда наконец немцы сделали снаряд для стрельбы на 18 км, то в РККА уже был свой вариант на 20,5 км. Надо ли говорить, что потери артиллерии в бою в Красной Армии всю войну были очень умеренными, а тяжёлой скромными. Теперь понятно, почему не взяли Сталинград, и что заставило осаждать Ленинград годами?

Всякий раз, когда вопрос вставал о попытке взятия укреплённого города, немецкая артиллерия оказывалась в незавидном положении. За неё приходилось работать (умываться кровью) немецкой авиации. Лишь полностью изолировав Севастополь его смогли взять примерно за год. В Ленинграде такой фокус не прокатил, в Сталинграде тоже. Дом Павлова выстоял, потому что к нему подойти не могли, стоило рыпнуться и из-за Волги летели в немецкую пехоту чемоданы. Потому, что в том доме, был наш корректировщик, а за Волгой железная дорога, что везла и везла большевикам боеприпасы, а фашистам похоронки.

Завершая здесь тему пушек, следует вспомнить одного титулованного российского историка Исаева. Он продвигает идею золотого сечения – идеального штатного состава дивизии. Как всякий современный историк, Исаев очень любит вермахт и считает, что именно там, и нигде иначе, было найдено то самое «золотое сечение». Остальным оставалось только плакать, молиться и копировать, когда получалось. Оставим это утверждение на его совести, если она у него есть. Посмотрим на цифры.

Вермахт 12 – 150-мм гаубиц против 12 – 152-мм гаубиц в РККА.

Вермахт 36 – 105-мм гаубиц против 32 – 122-мм гаубицы РККА, кроме того, в Красной Армии было на этом уровне ещё 12 – 120-мм миномётов.

Вермахт 26 – 75-мм пушек против 34 – 76-мм пушек РККА.

Вермахт 24 – 50-мм и 36 – 37-мм противотанковых пушек (суммарно 61 шт.) против 54 – 45-мм противотанковых пушек в РККА;

Вермахт 54 – 81-мм миномета против 54 – 82-мм миномёта РККА.

Вермахт 84 – 50-мм миномета против 84 – 50-мм миномета РККА.

Как видим даже не паритет, а превосходство РККА. Только в немецкой дивизии на каждом уровне получается приличный шанс недостать своего противника при контрбатарейной борьбе. Т.е. не просто бороться с противником, но испытывать трудности, а принципиально не иметь возможности его поразить. Зато артиллеристы РККА могли в ответ, отойти за зону действия оружия врага, и уже без риска ответного удара нанести свой удар. Только главное даже не это. Главное, что всё это счастье было в вермахте на 16860 человек личного состава, а в Красной Армии на 14483 человек. По факту на начало войны в дивизиях вермахта было 18 – 20 тысяч, а РККА в среднем по 12,5. Значит при одинаковом числе дивизий Красная Армия будет иметь в 1,44 больше пушек и гаубиц на одного солдата, а вермахт на столько же больше пехоты на одну пушку или миномёт. Вот и думайте сами, кто дал своей пехоте в полтора раза больше артиллерии, а кто запасался пушечным мясом и учил её не паниковать в мясных штурмах, когда враг безответно засыпал ваши боевые порядки снарядами.

Глава 11. Луч света в тёмном царстве

Ладно, хватит о грустном. Я правда и не начинал, грустное – это немецкие госпиталя. Это врачи, которые вчера продавали таблетки от насморка бабушкам, и вдруг оказались хирургами и главными врачами полка. Поговорим лучше о иконах любого германофила: люфтваффе и панцерваффе, а по-русски про ВВС, ПВО и танковые войска.

У тех, кто начинает гонку вооружений позже остальных есть некоторое преимущество. Какое? Отстающий уже может посмотреть на лидеров и оценить, где и каких шишек они набили. В общем, учиться на чужом опыте и вместо долгого и дорогого поиска сразу перейти к реализации проверенных другими схем. Версальские соглашения запрещали делать танки, но школу полностью в Германии не утратили. Инженеров в Германии было не мало, и среди них оказались даже такие, кто пытался проектировать и делать танки. Только на дворе капитализм и это в основном энтузиасты, а не главы фирм или конструкторских бюро. Фактически опыт того же Гротте и постройки экспериментальных машин в СССР был выброшен в мусорную корзину. Начали всё с чистого листа.

Начинали с нуля ещё и потому, что обмануть жизнь невозможно. Как обычно развивается школа проектирования? Делаем нечто, свое самолепное или воруем, покупаем, заказываем у других, пока не важно. Это нечто запускаем в войска. Даём настоящим людям поделать на нём настоящие вещи, хотя бы на учениях, а лучше в боевой обстановке. Сразу вылазят косяки. Это происходит всегда. Кто читал отзывы с мест даже о самых великолепных образцах техники может быть шокирован просто огромным числом претензий. Эти замечания анализируются, начинают устранять недостатки. Вот в этом процессе и рождается школа. Допустим, поставили слабый мотор. Ставим получше, а он тяжелее, и греется сильнее. Нужно больше места для него и ещё систему охлаждения всунуть. Всунули – ура! Оказалось, с него выход мощности больше, и если спроектировали передаточные механизмы предельными, то они не держат нагрузку и шестерни сыпяться. Надо переделывать всё и снова впихивать по новой. Заодно появляется опыт, что в этом вопросе хорошо бы заложить запас на модернизацию. Впихнули, но пришлось сдвинуть башню, и ещё надо навесить броню, а корпус подрос по габаритам. Хоба, а передняя часть машины перетяжелена и на один или пару небольших катков идёт повышенная нагрузка и они летят. Машина растёт, а сборочная линия нет, начинаются вопросы на заводах. Тут оказывается, что всё приехали. Список проблем ещё от Дортмунда до Владивостока, а резервов в конструкции уже нет.

Всё приплыли. Надо делать новую машину. Как понятно любому, только набив большое количество настоящих шишек, спалив километры своих нервов, конструктор понимает наконец нечто. У него нарабатывается огромный список ответов типа да/нет на миллион практических вопросов, и он и его коллеги могут не только учесть всё на качественно новом уровне, но и передать этот опыт молодёжи. Если же просто упражняться, делая опытные модели, то всего этого не возникает в головах у людей. Ну сделали одну две машины идеального качества. Ну покатали их на полигоне? Так можно более-менее проверить один из узлов или дать ответ на пару вопросов. В жизни есть только один критерий истины – практика. Ну а любое оружие становится способным повлиять на исход войны только тогда, когда оно применяется массово. Пока прототип не перестанет быть прототипом и не превратится в сотни тонн железа, то считай вы не имеете школы проектирования тех же танков. Именно наработанное массовой практикой использование техники, рождает понимание, как правильно быть бескомпромиссным, а где следует прогнуться под изменчивый мир.

Вы просто посмотрите, на линейки советских танков и танков третьего рейха. Не видите никаких аналогий? Если видите, то объяснять мне вам нечего. Ну а если нет, то я вам подскажу. В двадцатые и тридцатые годы у нас, что не машина, то свой коленкор. Зато начиная с конца тридцатых годов чётко определяется линия развития. Машины больше не выглядят, как разнородные уродцы. Появляется высокая унификация, набор осмысленных и чётких проектировочных решений. В межвоенный период РККА прошла через череду кризисов, пытаясь нащупать верный путь разработки систем вооружения. Поначалу проекты просто приспосабливаются к тому, что промышленность вообще может делать. Только чем дальше, тем больше конструктора диктуют заводам, куда развиваться и какие технологии осваивать. Это же касалось и авиации. Ранние машины, это зачастую метание из одной крайности в другую. Оставим за скобками вредительскую деятельность. Если начинать разбирать принципиально и подробно, то мы рискуем уйти в увлекательные, но бесполезные для целей этой книги дебри. Потом школа устаканивается и начинается планомерное развитие, которое, как снежный ком всё больше и больше обрастает практическим опытом и всё меньше и меньше допускает детских ошибок.

Признаком рождающийся технической школы как раз и служат метания. Каждая конкретная машина хоть и может быть весьма неплохой, но следующая за ней имеет с ней мало общего, и создаётся скорее, как отрицание предыдущей. Вот именно это всё и прослеживается в истории немецкого танкостроения и авиации. Промышленность довольно быстро осваивала производство новых машин, но время всё равно требовалось. Те самые семь – десять лет метаний пришлись на войну и потому немцам и пришлось на ходу пытаться родить концепцию такого танка, который бы принёс им победу. Процесс шёл, и война ускорила его, но соревноваться им пришлось не с таким же новичком, а с теми, кто уже ушёл в отрыв. Какое то время рейх спасала эвакуация нашей промышленности, но когда заводы заработали на всю катушку, то не смотря на все фокусы оказалось поздно пить Боржоми. Если бы в третьем рейхе смогли бы объединить усилия различных бюро, и фирм, то очень вероятно, что вал смог бы победить класс, но слава богу, капитализм — это конкуренция производств, а не идей. Цель подмять конкурента, ну а подмяв его большая часть наработок соперника идёт в корзину. Так, что принудительная картелизация, проведённая в Германии в ответ на неудачи на восточном фронте, смогла дать вал, но только усугубила проблемы развития инженерной школы.

Вроде описанное мной вполне очевидно и понятно, но тут есть один подводный камень. Свобода творчества, она должна быть, но при этом конструктор на своей шкуре должен чувствовать негативную обратную связь. Как быстро будет собран негативный опыт? В каком виде он поступит к автору проекта? Насколько своевременно и чётко сказываются на создателе, все его косяки и промахи? Можно ведь сделать гроб на колёсиках и получив премию жить припеваючи. Не самому же на этом воевать! Насколько собственное благополучие творца зависит от того, как обещанное отличается от сделанного? Ну и тут Германия, как и все капстраны оказывается в невыгодной позиции. Ведь война — это дело, затеваемое ради прибыли олигархов. Цель его получить максимальную прибыль. Поэтому конструктору будут ставить задачи напрямую направленные на её получение, а всё остальное будет идти вторым и третьим номером. Здесь не стоит впадать в идеализм и думать будто проблема лежит в плоскости правильной формулировки технического задания. Человек тварь изобретательная, и способен обойти любые формальные запреты и указания. Особенно когда речь идёт о собственном благополучии. Как не расписывай задание в нём останутся лазейки. Ну а если задать его предельно конкретно, то получится готовый проект. Спрашивается, а если у нас заказчик (читай армейский офицер) может сам всё сделать то, к чему нам все остальные инженеры? Ну и не начнётся ли с их стороны саботаж производства, даже если каким-то чудом мы-таки родим проект без их участия?

В чём конкретно спросите вы, выражались эти проблемы? Например, все танки отличались плохой тяговооружённостью. Это вообще бич европейских танков. Причина бюджет, а точнее прибыль. Зачем закладывать более мощный двигатель, если этот обеспечивает минимальные требования? Более мощный значит более дорогой, значит при ограниченном бюджете прибыль ниже. Потом ситуация улучшается, только время уходит, да и модель устаревает. Появляются новые запросы, на которые она уже ответить не в силах. Узкие гусеницы. Ну а зачем широкие? На твёрдых грунтах проблем нет? На дорогах тоже. Так зачем широкие? Вроде нужны хорошие приборы наблюдения, но желательно их иметь подешевле. В результате получаем прицелы легкозасоряемые. Значит их закрывают до боя и постоянно маячат, высунувшись в люки. Скольких так убили русские снайпера или бронебойщики? Таже башенка для командира весьма спорное решение. Это как раз желание удешевить машину и не монтировать более дорогие перископы кругового обзора. Маленькая башня и хроническая ненависть немецких инженеров к кормовым нишам в ней. Высокий корпус. Его квадратность, упрощающая производство, но требующая ставить всё более и более толстые бронеплиты потому, что угол встречи их со снарядами противника почти идеальные для бронепробития 90 °. Просто сравните, что получили военные в качестве лёгкого танка в Германии: Теперь фото того, что они реально хотели:

Заметна разница в ходовой части, защищённости, приборах наблюдения?

Раз всё познаётся в сравнении, посмотрим, а что там в СССР с лёгкими танками? Ну если не брать в расчёт первые копии танков Рено, имевших в РККА название МС-1, то это либо БТ-1, БТ-2. Эти танки имели все недостатки немецкого Pz-1, только вот делать их прекратили за год до начала его производства. Да и никогда они не позиционировались как наиболее массовые, или базовые машины для всей армии. Это были танки-гибриды, тот самый случай, когда искали решение проблемы быстрого износа гусениц. Их недостатки прямо проистекали из достоинств и приходилось с ними мириться. Только Pz-1 не был ни гибридным, ни специализированным танком, как например плавающие. К началу производства Pz-1 всем, кто имел танки становилось понятно, что машины призванные быть становым хребтом вооружённых сил должны иметь защиту хотя бы от 45-мм пушек, хотя бы в лобовой проекции, а желательно держать удар 76-мм орудий пускай и не со всех сторон и не в упор.

Франция, Англия, СССР двигались в этом направлении. Их средние машины имели соответствующую бронезащиту. Причём у французов даже лёгкие танки приближались по защищённости лба к нашим танкам Т-34. Конечно, им не хватало ни вооружения, ни мощности двигателя для соревнования с тридцатьчетвёркой, но это были лёгкие машины другого класса, дополнявшие имевшиеся одновременно с ними средние. Такое впечатление, что танки Pz-1, Pz-2, Pz-3, немцы строили, вообще не заморачиваясь что это и зачем. Главное, чтобы их было можно делать много, быстро, они хорошо чинились, были просты в освоении и проходили по габаритам и массе в ограничения стандартных железнодорожных платформ. Боевые качества машин приносились в жертву их ремонтопригодности и скорости выпуска. Аналогом их в РККА может служить разве что танк Т-26. Машина была разработки фирмы «Виккерс». Производилась для насыщения войск танками, и переставшая выпускаться в пулемётном варианте за год до выпуска первых немецких танков. Значит, понимание куда дует ветер у немцев могло быть. Могло и наверняка было, только моду диктовали магнаты и концепция танка-запорожца победила. Числом побольше, ценой подешевле и плевать, что создают стремительно устаревающие машины.

Такое более-менее понятно было в СССР, где промышленность только-только вышла из пелёнок и производить сложные машины могла с трудом. Наверное, времена Веймарской республики сильно ударили по индустрии Германии. Ну а может там приняли другую концепцию войны. Сначала Гитлер (и связанное с ним руководство страны) были уверенны, что воевать по-настоящему им не придётся. Во всяком случае с европейской армией, ну а против СССР с его слабой промышленностью должно было прокатить, что угодно, главное, чтобы много. Много так много. Раз так, то очень быстро стали готовить кадры. Первый же марш без войны в Австрию и половина танков стала. Водитель водит, механик чинит. Каждый делает, что его учили. Водитель устройство танка знает плохо и не понимает, что творит. Заплакали, но рук не опустили. Опыт учли и добавили и танков, и ремонтников в штат. Теперь оно ломалось так же легко и часто, но его чинили быстрее. Это как в шутке про плотину, которую чинят быстрее чем её размывает, и потому такая плотина считается вечной. Пришлось в каждой дивизии вермахта завести свой завод на колёсах, но это уже мелочи. В итоге получилось, что получилось и пока не приходилось воевать всё вообще было отлично.

Правда обзаведение танковыми войсками вылезло боком пехоте. До начала гонки вооружений в Германии потихоньку делали разные пистолеты пулемёты. В общем и целом, получалось примерно то же, что у нас с ППШ. Конечно, с поправкой на ветер и другое производство, но тем не менее. Зато, когда появились панцерваффе, то эти наработки выкинули и сделали ПП такой, какой нужен танкистам. Тоже самое стало и с пулемётом МГ. Раз он подходит танкистам, значит его и приспособим для остальных. Определённая логика в этом была. Раз подготовка классических родов войск провалилась, то давайте не будем кормить эту мёртвую лошадь. Давайте быстро сделаем технически продвинутые рода войск. Там и людей надо меньше и зависит всё больше от техники. (Спойлер – всё совсем не так). Только казалось, что миллиметры брони и километры в час смогут заменить долгую работу по подготовке классической армии. Так или иначе, но ощутив в Польше и Франции, что с танками что-то не так, сделали наконец настоящий танк Pz-4, а заодно поставили в строй всё, что досталось трофеями. Ну а что? Более 6 000 танков ничем не хуже немецких. Их что выкидывать? Кое-что пришлось переделать в самоходки, но остальное пошло как есть, и заводы, производящие их во Франции, не простаивали по крайней мере до 1942 года, исправно поставляя медленных, но хорошо защищённых бегемотиков, сначала в строй панцерваффе, а потом вооружаяя ими части союзников Рейха.

Как верно заметил один мой читатель, параллельно на вооружение принимались одинаково сомнительные машины Pz-3 и Pz-4. Боролись при этом не концепции, а разные кланы промышленников. Причём, когда стало ясно, что нужно модифицировать танки с учётом реалий восточного фронта, то Pz-3 не имеет резервов конструкции. Думаете его сняли с производства? Н-е-е-т! Вы очень неправы, на его шасси стали делать другие машины. Да и плевать, что в армию с учётом трофеев и союзников идёт чудовищная номенклатура запчастей, что это логистический ад. Главное, что нужные люди получат прибыль!

Ну а что с самолётами? Да примерно тоже самое. Только чутка лучше, здесь немцам сильно помог доступ к зарубежным разработкам в основном к американским. Беда была с кадрами. Хороших лётчиков едва хватало на бомбардировочную авиацию, а штурманов вообще не хватало. Именно это поставило крест на идее стратегической авиации и отрицательно сказалось на создании морской авиации, причём не в смысле строительства авианосцев, а в целом. Потому и пришлось сделать ставку и здесь на предельно простые машины, а не на более сложные. Знаменитый Юнкерс-Штука и Мессершмит – это дети этой концепции.

Сам знаменитый Мессершмит Bf-109 был переработкой упрощённой и облегчённой гоночной машины. Он победил конкурентов простотой обучения и обещанной скоростью изготовления. Тут, конечно, как говориться Вилли немного обманул родную страну, но куда без этого. Ну и конечно плевать, что лётчик в его самолёте, буквально сидит на бензобаке. Это проблема пилота. Как всегда, трудности индейцев шерифа не волнуют. Важно было другое, как быстро АВС школы могут делать пилотов? Оказалось полгода и готов новый пилот. Если не задаваться целью обучить его пониманию аэродинамики, устройству самолёта, а сразу перейти к практике, то можно уложиться и в более сжатые сроки. Когда припёрло, то обучение ужалось до четырёх месяцев, но пока войны не было и можно было не спешить. Людей не требовалось обучать умению вести маневренный бой, или ориентироваться по карте. Нужно было добиться от них взлёта, работе с рацией, атаке с пикирования и посадки. Ассы люфтваффе, даже не понимая какую дичь они пишут в своих мемуарах, хвастаются забавными приключениями, когда они не умеют читать карты. Это норма. Вести в бой будет ведущий, но и ведущие были отнюдь не короли воздуха.

Топ 10 немецких ассов: Эрих Хартманн – сбит 14 раз; Герхард Баркхорн – сбит 9 раз; Гюнтер Ралль – сбит 8 раз; Отто Китель – сбит 4 раза; Вальтер Новотны – в биографии не указано, сбит он бывал, значит 1 раз; Вильгельм Бац – 4 раза; Ханс Липферт – один раз точно, но возможно и больше; Йозеф Брендель, Герберт Шак, Пауль Дюттманн – данных нет. Итак, из подтверждённых данных: 41 раз. Топ 10 советских лётчиков были сбиты один раз немцами и один раз своими, разница в 20 раз говорит о том, как учили пилотов люфтваффе. Напоминаю пилоты сравнимые по классу относительно своих собратьев в СССР были сбиты минимум в 20 раз реже чем немецкие (а реально куда реже). Учитывая, что все советские лётчики прошли практически одинаковое по уровню обучение, я сомневаюсь, что на других уровнях соотношение будет не в пользу РККА. Это объясняется тем, что готовили их даже в самое трудное время почти в два раза дольше, чем немецких. Что являлось признаком того, что немецкий пилот прошёл обучение? Налёт часов с инструктором. Если он провёл в воздухе нужное время, и не убился, то годен! Он пилот. Логика простая: берём упражнение, прикидываем длительность, умножаем на нужное число повторов, всё. Если он не умеет, его проблемы. Отчего это берётся? Да от того, что лётчика натаскивали на исполнение простых действий.

Что было признаком, что советский курсант наконец может быть выпущен лётчиком? Сдача им упражнений и экзаменов. Не можешь выполнить нужные маневры в воздухе? Извини, будешь механиком. Ну а налёт твой никого не интересует. Нам нужно пилотов готовить, а не гнать мясо. Сказался ли немецкий подход к обучению на качестве лётного состава? Конечно. Был поставлен мировой рекорд по числу одновременно погибших лётчиков. 15 августа 1939 года люфтваффе проводило показательные учения с бомбометанием, на бомбометание вылетели три эскадрильи Ю-87. Метеослужба дала им облачность на высоте 900–2000 метров. Ведущий зашёл на цель и начал пикировать, начал проходить облачность, она не кончалась, значит, высота ещё допустимая, падаем дальше. Внезапно облачность рассеивается и – земля перед носом! Ведущий смог вытянуть машину, но за ним 13 «Штук» врезались в землю. Это учебное бомбометание в осложнённых метеоусловиях, в мирное время.

Что действительно удалось в Третьем рейхе – это производство огромного числа различных бронетранспортёров, тягачей, грузовиков повышенной проходимости, штабных автобусов, бронированных подвозчиков боеприпасов, самоходных лафетов, самоходных орудий, плавающих машин, просто машин и грузовиков, мотоциклов, тяжёлых грузовиков, ручных тележек, радиостанций, заправщиков и на закуску канистр. Последних сделали столько, что до сих пор они имеются в товарных количествах в моей родной Беларуси. Правда, если осветить этот вопрос, то окажется, что предстающий в книгах немецких историков нищим, сирым и убогим вермахт станет огромным и ужасным великаном.

Так в чём там дело? Ну во-первых спрятать данные по производству автомобилей сложнее. Сразу миф о малой численности арийской армии накроется медным тазом. Когда выясниться сколько всего ездило в немецкой армии, то станут понятны и причины её успехов. Обычное численное превосходство. Других способов там не было. Численное превосходство, логистика и иногда удача. Про удачу не стоит морщится. Она улыбается всем, а если фашисты сумели ей воспользоваться, это очко им в зачёт.

Во-вторых, всплывёт тот факт, что логистические возможности немецкой дивизии в два раза выше советских. Что это значит? А значит, оно, что к месту боя припасы можно подвозить в два раза быстрее. Вот закончилось первое столкновение, когда обе стороны выстрелили носимый/возимый боекомплект, и дальше на тонну боеприпасов, привезённых Красной Армией, вермахт привезёт две. Если при этом он не добивается немедленного успеха, то воюет в разы хуже! Ну а если немецкому солдату не привезли эти тонны боеприпасов, то вопрос почему? Что его командование бездари? А может они жлобы, попилившие бюджет и до фронта не доехало положенное? А почему немецкий солдат при таком изобилии ел тёплую еду в лучшем случае раз в сутки, а русский два раза? Почему всю войну оставалась проблема эвакуации раненных в немецкий тыл?

В-третьих, вспомнится, что численность дивизий сильно различалась. У нас она была 14 тысяч по штату, а в Германии около 17 тысяч. Учитывая, что войну мы встретили имея в среднем 12,5 тысяч на дивизию и почти не имея транспорта в её тыловых подразделениях, возникнет вопрос, а почему вермахт не смял нас после первого столкновения? Ведь получается, что одна дивизия РККА это 12 500. Если против неё оказались две дивизии вермахта то получаем 34 тысячи против 12 с половиной. Это превосходство в 2,72 раза. Почти трёхкратное. С учётом логистики его можно превратить в шестикратное огневое на поле боя. Почему так не получилось? Да просто потому, что вермахт гнал своих солдат в атаки с винтовками ПМВ, а РККА в боевых частях поголовно имела автоматическое оружие. Немецкая артиллерия вынуждена была вести огонь на максимальных дистанциях и расход боеприпасов без пользы подскакивал в разы. Это всё несколько снимает нимб сияющих уберменьшей с солдат вермахта и приоткрывает дверцу к пониманию, что каждый шаг в сторону Москвы покупался большой кровью и мясом. Как только в рейхе стали заканчиваться люди, то фокус перестал действовать. При численном паритете вермахт смог только отступать. Хотя с каждым днём в нём учились на своих ошибках, и армия Германии в 1945 была кратно лучше организована, чем в 1941 году.

В-четвёртых, более высокая подвижность моторизованных частей вермахта. Это означало, что при отходе РККА будет не успевать за наступающим противником. Что при прочих равных приводит к тому, что, захотев пройти одинаковое с вермахтом расстояние Красная Армия рискует опоздать. Отсюда следует вывод, что всякий раз, когда этого не происходило, вермахт либо делал серьёзные стратегические ошибки, либо РККА сбивала ему темп своими контрударами. Что если немецкий генерал в своих мемуарах пишет о бессмысленности русских фланговых ударов, то он публично расписывается в своём непонимании азов стратегии. Если вермахту где-то, когда-то не хватило времени, это не несчастное стечение обстоятельств, это следствие провальных решении или успех русского оружия. Всегда, без исключений.

Связь, логистика, механизация, численность, огромная промышленная база и большие людские резервы. Вот киты, на которых стоял Вермахт. Это корни его побед и пока они питали великана, победить его было почти невозможно. Вермахт давил массой и подвижностью, почти неотразимая комбинация. Быстрее противника сосредоточить на узком участке фронта трёх, пяти, десятикратно больше войск. Пробить танками брешь. Устремиться в глубину и расширить брешь. Занять центры снабжения врага. Перерезать пути его снабжения. Дождаться, когда он сложит оружие. Это называется блицкриг. Если у врага нет сравнимой по подвижности армии, то всё, считай победа. Во всяком случае, так это виделось в берлинских кабинетах, и так это работало против европейских соперников за мировое господство. План был надёжный, как швейцарские часы. Однако что-то пошло не так.

Глава 12. Всё познаётся в сравнении

То, что в Германии до поры до времени больше надували щёки, чем занимались подготовкой к войне я думаю показал. Даже потом, когда руководство страны получило карт-бланш на развертывание армии, которую планировали натравить на СССР, эта подготовка велась в большей степени так, чтобы принести выгоду определённым лицам. Ну а какую цену придётся заплатить простым немцам за предстоящие победы руководство Рейха не задумывалось. Проблемы индейцев, как всегда, шерифа не волновали. Тут возникает важный вопрос: «Можно ли сказать, что СССР, последовательно готовившийся к войне, тоже несёт на себе клеймо агрессора и виновен в её разжигании?

Вопрос элементарный, и ответ на него очевиден, но он намеренно поднимается снова и снова. Давайте посмотрим был ли Советский Союз государством агрессивным? Нет. Наоборот, он постоянно подвергался вторжениям со стороны соседей как ближних, так и дальних. То, что теперь деликатно называется Гражданской войной в своё время открыто называлось отражением Интервенции. Три похода Антанты. Сама гражданская война закончилась ещё в 1918 году триумфальным шествием Советской Власти. Дальше происходила защита страны от внешнего вторжения. Белые армии, будучи сипаями других государств без их поддержки разжечь Гражданскую войну не могли и не смогли бы. После отражении открытого нападения 14 государств, начался период гибридных войн на всех границах СССР. Начиная с басмачества в Средней Азии, заканчивая визитами «добровольцев» в Карелию, это всё звенья одной цепи. Ну и описанная мной военная тревога 20-х годов. Когда стало очевидно, что в любой момент гибридная война может превратится в полномасштабное вторжение.

На этом фоне Страна Советов имеет совершенно смешную по сравнению с размером страны армию. От полумиллиона, эта армия медленно растёт до чуть более двух. Эта армия фактически минимально достаточная для обороны границ от одиночных провокаций. До 5,3 миллионов её довели буквально перед войной. Я описывал, что в стране разворачивалась обширна система военных училищ. Не сравнить с Германией, наше руководство не боялось учить людей, и более того оно это делало потому, что оно думало о людях. Никого ведь не удивляет, когда в местности, где часто бывает цунами или землетрясения, людей готовят к борьбе с такими опасностями. Именно в таком же ключе руководство СССР готовило своих людей к возможной войне. Ну а что касалось подготовки офицеров, которую у нас вели активно, и в итоге создали лучший в мире офицерский корпус, стоит посмотреть сколько же на одного военного специалиста у нас готовили гражданских. Тогда окажется, что гражданских специалистов подготовили на два порядка больше. Страну готовили не к войне, страну готовили к будущей счастливой жизни. Её учили всему, учили в том числе воевать. Защищать свои границы так же важно как, и налаживать мирную жизнь, что бы в любой момент соседи не могли устроить вам Опиумные войны, или воровать ваше руководство, устраивая маски-шоу и публичные судилища, а потом превращая ваши страны в нищие клоаки. Слабого бьют. «Ты отстал, ты слаб — значит ты неправ, стало быть, тебя можно бить и порабощать». «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». Это не лозунги, это горькая констатация фактов и законов капиталистического мира.

Ну а когда после 1932 года стало очевидно, что мировая война на пороге, в нашей стране стали готовить армию и к этому испытанию. Никто не превращал страну в фабрику, где делают только оружие. Более того именно за желание превратить СССР в казарму перманентной революции и попёрли таких деятелей как Троцкий и Тухачевский. Последний хотел сделать 50 000 танков за пару лет. Что люди от такого зубы на полку положат и дохнуть начнут, это таким «гениям» было неинтересно. Слава богу почистили страну от них, не до конца, но почистили. В результате у нас к 22 июня смогли довести численность армии до 5,3 миллионов. Процесс этот шёл с середины двадцатых годов. Это было быстро, очень быстро, если заниматься вопросом военного строительства серьёзно. У нас сожалели, что недостаточно подготовили людей, хотели сделать это лучше. Этот как раз тот случай, когда чемпион не останавливается на текущих достижениях, а всегда смотрит в будущее. Именно такое его качество и делает его чемпионом.

Из 5,3 миллионов на западной границе можно было держать 2,3 – 2,5 миллионов. Много ли это? Если сравнивать с Петровской Россией цифра колоссальной величины. Но если сравнить с вермахтом, перевалившим к этому времени за 7 миллионов – это мало. А ведь у нас граница с союзной Рейху Японией имелась. Причём зараза, но перебросить быстро войска с одной границы на другую расстояния не позволяют. Да и пусть мы перебросим, что оставим на Дальнем Востоке? Чем там будем защищаться? Понятно теперь почему наше правительство не жалело сил и средств помогая китайским товарищам, и не товарищам тоже? СССР, помогая китайцам защищал свои дальние рубежи, и спасибо жителям этой страны, они не подвели нас. Япония увязла в Китае, и именно активные действия армии Гоминьдана и Красной Армии Китая спасли нас от рокового удара в спину. Да, мы и сами не сидели сложа руки. Смогли показать Японии, в ходе двух конфликтов, что лёгкой прогулки здесь не будет. Однако, если бы не активные действия Китайской рабоче-крестьянская Красной армии этого было бы недостаточно.

Более полутора десятков лет РККА медленно росла вместе со страной, набирая силу пропорционально индустриальному развитию СССР. Вермахт появился и рос взрывообразно. Хлынувшие в Германию кредиты и снятые с неё ограничения позволили раскрутить на всю катушку маховик индустрии. Однако даже при таком раскладе, понадобилось почти три года для восстановления поражённой кризисом промышленности Рейха и выхода её на полную мощность. В 1941 году немецкая промышленность потребляла (не производила, а именно потребляла) 32 тысячи тонн одного только алюминия в месяц! Думаю, вы не испытываете иллюзий, что этот алюминий пошёл весь на ложки с тарелками? То же самое касалось любой отрасли промышленности. Рейх буквально превратился в фабрику смерти, и бешенным темпом летел к своему банкротству. Оружие нельзя есть, его нельзя надеть и носить вместо одежды, в танках неуютно зимовать, а линкоры и подводные лодки не заменят пароходов и круизные лайнеры. Этот весь праздник военных заказов кто-то должен был оплачивать! Выбранный нацистами курс на милитаризацию неизбежно толках их к краху экономики или агрессии, просто для компенсации затрат. К тому же военное лобби получив такие средства обрело сопоставимое влияние. Теперь уже нельзя было загнать этого джина обратно в бутылку. За право получать такие прибыли и дальше похоронили бы любого гениального фюрера.

Рейх, своим руководством был поставлен в ситуацию, когда он не мог и не хотел останавливаться. Ему была нужна война, причём не любая война, а война грабительская. Война, позволяющая ему отбить расходы и надеяться рассчитаться по кредитам, или убить кредиторов. То, что население, согнанное в армию толком не обучено, бонз Германии не волновало. Жить захотят научаться. Ну а со своей стороны генералы постарались превратить армию в машину, где от каждого винтика требовалось как можно меньше думать. Тот самый принцип, водитель едет, механик чинит. Не нужно готовить дорогого и умного водителя-специалиста способного чинить свою машину. Надо сделать много машин и подготовить много обезьян, что буду их водить, ломая по возможности не быстрее, чем мы делаем новые. Школы и курсы Рейха штамповали «офицеров» и специалистов, как конвейеры, к 1941 году в Германии подготовили 12 000 одних только «пилотов». Ну как пилотов, людей умеющих поднять самолёт в воздух и следовать за ведущим. Если ведущий при этом врежется в землю, по причине своего малого опыта, ошибки или чего-либо ещё, эти пилоты пойдут за ним, как утята за мамкой-уткой. Но двенадцать тысяч — это чудовищно много, а им ещё и делали самолёты, по 70-80 штук в день.

В целом, авиационная промышленность Рейха по числу рабочих превосходила нашу почти в 7,3 раза. На них работало свыше 2-х миллионов человек. Всё это счастье при 90 миллионах населения коренных земель Германии и Австрии, а ведь ещё кто-то делал танки, пушки, линкоры, подводные лодки и оружие пехоты кто-то делал. Я просто молчу про тех, кто кормил всю эту ораву дармоедов. Да! Дармоедов, если этим оружием не воспользоваться! Это всё произошло не вдруг, этот маховик был намеренно раскручен и именно это, и называлось планированием и подготовкой агрессивной войны. СССР с его менее чем 300 000 рабочих на авиационных заводах мог спокойно жить и не тужить себе. Не будь войны, Страна Советов просто развивалась бы по выбранному пути. Ни что, кроме угрозы нападения не толкало Красную Россию на путь милитаризации. Более того СССР был чуть ли не единственным, кто делал всё для предотвращения бойни, даже в ущерб себе. Помните кто защищал Чехословакию? Кто предлагал реальную помощь Польше и хотел заключить с ней договор о защите от нападения третьих стран?

В конце концов, почему Прибалтика вошла в состав СССР? Да потому, что люди там перед лицом неизбежной немецкой оккупации делали свой выбор. С одной стороны Германия, нагло забравшая Клайпеду, выкинувшая посла Литвы словно щенка с борта военного корабля. С другой стороны, Советский Союз, предлагающий передать в состав Литвы, Латвии, Эстонии дополнительные земли. Тут выбор очевиден, и местные элиты и простые люди особо не сомневались. Да хотелось бы вообще остаться самим себе хозяевами, но при выборе Рейх или СССР Прибалтика сделала свой выбор. Что потом в этих странах нашлось немало нацистских коллаборантов, это правда. Только немало – это не большинство, это просто не мало! Не стоит путать народ и отдельные страты населения, тем более, когда это не явная элита, а именно в основном паразитические слои, лишившиеся возможности вести прежний образ жизни. Да такой народец падок на наживу, да только солдаты из него весьма посредственные. Зато палачи, каратели и тюремщики выходят отличные. Убивать за деньги эта публика умеет, но только, когда нет угрозы ответного возмездия.

В милиционный период развития РККА у нас в стране ещё была надежда, что придётся иметь дело с стаей государств-шакалов, навроде Финляндии или Польши. Кстати, война с финнами показала не только проблемы, имевшиеся в РККА, но и готовность страны к таким конфликтам. Значит, тот подход к развитию был выбран верно, и не только выбран, но и воплощён в реальность. Армия получалась настоящая, ей ещё не хватало техники, самолётов, радиостанций, но это была именно армия. В целом рабочий механизм, который можно совершенствовать и улучшать, но уже сейчас, это была рабочая машина для защиты страны. Были ли у нас на пути к 22 июня неожиданные победы, или просто накатывающая на нас стена чёрного ужаса? Конечно, были успехи. Удалось, например, вернуть свои законные территории западных областей Беларуси, Украины, а когда Франция перестала быть гарантом целостности Румынии, то и Бессарабию. В очень тонкой политической игре не удалось предотвратить начало самой второй мировой, но удалось оттянуть её насколько возможно.

Даже нападение Финляндии на нас, мы смогли обратить себе на пользу. Финны и сами явно не хотели нападать, да видно у их элит выбора не было. На фоне того, как Англия и Франция бросили под ноги немцам Польшу, отказаться было чревато последствиями. Зачем создали Чехословакию? Воевать с СССР. Она воевала? Нет. Её цинично скормили Германии. Зачем выкормили Польшу Пилсудского? Воевать с СССР! Она воевала? Да, один раз, и потом всё. Только гибридные войны, диверсии, терроризм. Более того, Польша сама стала вести себя не как прислуга, а как великая держава с претензиями. Зарвались поляки, и её цинично бросили немцам, как кость. Когда пришла пора финнов, думаю они решили не кочевряжиться. Раз приказали, значит придётся напасть. Нельзя сказать, что не старались, старалась Суоми изо всех сил, но не смогла. Вышло у них плохо, лучших людей положили, дали СССР возможность решить эту проблему отдельно, с глазу на глаз. Что было бы, если бы уничтоженные в ходе Финской войны кадры участвовали бы в нападении на нас летом 1941 года? Да думаю ничего хорошего. Финляндия потому и поменяла хозяев с Лондона и Парижа на Берлин, что обиделась за подставу, когда ей не пришли на помощь и пришлось умыться кровью. Берлин оказался хозяином получше, но финны урок выучили. Когда запахло жаренным, они предадут этого хозяина, как Франция и Англия их самих.

Большим успехом было, что государству пролетариата удалось не допустить создания коалиции Англии, Франции и Германии против СССР. Да, в угоду этой цели пришлось кое чем пожертвовать. Во многом руки Страны Советов оказались связанными, и это мешало готовиться должным образом к войне. СССР как белорус из стихотворения Купалы вместо «спасите» должен был кричать «спасибо». Скажите, а что вы предпримите, если вашему государству угрожает другое (нацистская Германия), и оно не то, чтобы разворачивает военное производство, а уже его развернуло и массово занимается обучением граждан в том числе и военному делу? Попробуете напасть превентивно? Даже несмотря на то, что ваш промышленный и призывной потенциал ниже? Точно хотите напасть?! Ну а может вы решите создать на западной границе мощную группировку? Учтите, что вы государство изгой. Любое ваше движение на дипломатической арене встречает не просто осуждение, а вы уже подвергались неспровоцированной интервенции со стороны четырнадцати государств? Будете ли вы столь же смелы в своих порывах? Любое массирование войск на западных границах неизбежно вело к одному: СССР получал бы ярлык коварного агрессора, замышляющего гнусности против Европы, Франция, Англия и Германия единым фронтом обрушились бы на вас. Это кошмар, которого удалось избежать, благодаря усилиям советской дипломатии. А ведь планы европейских государств провернуть новый крестовый поход на восток были, и та же Финская война была прелюдией к нему. Ведь так хорошо бы получалось, европейцы отринули старые обиды и защищают демократию от коммунистов и «жидо-монголов».

Более того американский конгресс (точнее те, кто за ним стоит) решил, что в конфликте СССР и Германии наша страна объективно слабее и для затягивания военного пожара в Европе нужно помогать нам, иначе Рейх слишком легко и быстро получит в своё распоряжение огромные ресурсы. Контролировать его станет почти невозможно, и главное он не разрушит Британскую колониальную империю, чьи рынки хотела для себя Америка. Для США Советский Союз был дальним противником, и мы воспользовались конъюнктурой, чтобы склонить Америку на нашу сторону. Так и образовался союз Великобритании, США, СССР и Китая. Мы смогли войти в войну с точки зрения большой политики идеальным образом. Лучше было вообще не лезть в эту заварушку, а жить себе поживать, да добра наживать. Только такой вариант в меню отсутствовал. СССР и его судьба были главным блюдом на этом пире стервятников. Франция и Англия запустили свой немецкий проект для разрушения Советского Союза чужими руками. У них самих слишком сильны были компартии и рабочее движение, вот и пришлось вооружать отморозков из Берлина. Уже в этот план вклинился ещё один, пока не признанный гегемон – США. Им немцы нужны были против самих европейцев, и Рейх в такой ситуации увидел для себя окно возможностей. Взять всё у европейцев, а потом опираясь на американцев избавиться от поводка англичан и французов, ну а дальше и самих гостей из-за океана можно послать подальше. В любом случае СССР был обречён, он должен был стать донором, отдавшим всю свою кровь на дело построения Великого Тысячелетнего Рейха. Война, конечно, дрянь и ради забавы в такие игры играть не стоит. Но если уж приходится нырять в это говно, то стоит делать это правильно.

Не удалось в СССР в полной мере создать всю необходимую промышленную базу. Работа была проделана огромная, но одновременно создать тракторные, моторные, автомобильные заводы и всю массу предприятий, производящих станки для них, было невозможно. Пока налаживали бы своё станкостроение, пока ставили бы эти станки на заводы, пока доводили всё до ума, прошли бы десятилетия. Поэтому целые заводы покупались за рубежом, что называется под ключ. Ну а параллельно с этим возводились и те самые производства станков и механизмов. Покупалось всё где? В основном в Америке за золото, лес и прочая, прочая, прочая. Конечно, принято говорить, что капиталист продаст тебе верёвку, на которой ты его повесишь, только реальность несколько сложнее. Продать то нам продали, но купленное закрывало лишь половину расчётных потребностей. Хотели купить больше, но уже всё – нельзя.

Так и появились пустые площадки под заводы в восточной части страны. Что за площадки? А это место, куда есть дороги, подведены коммуникации и электричество. Даже размечены площади под цеха, а местами и фундаменты есть, только заводов самих нет. Их планировали закупить, но как вы поняли не сложилось. Это всё тоже оказалось не выброшенными деньгами. Когда промышленность поехала в эвакуацию, то оборудование не выбрасывали посреди ничего. Уже были и электричество, и ж/д станция. Да не было заборов вокруг территории, жилья и крыш в цехах, но было где развернуть всё на новом месте. Никакого чуда не было, был кропотливый труд и планирование вдолгую.

В СССР удалось построить танковые войска. Удалось произвести немало танков. Не стоит особо прислушиваться к замечаниям, что они были «устаревшими». Устаревший – это ярлык. Танки Reno-FT по сути машины первой мировой вполне себе воевали во Франции и даже Берлине до самого финала, а на площадках сбора битой трофейной техники стояли рядом с Пантерами и T-IV. Чтобы оценить проделанную работу верно использовать не идеологические термины, а считать исправные машины. Тут у нас всё грустновато. Танки у нас носили, как те носки из анекдота, когда носков уже собственно и не остаётся присутствует один запах. Их латали и чинили бесконечно. Причём часто силами экипажей, что хотя и мера вынужденная, но говорит о квалификации наших танкистов. За более чем пятнадцать лет удалось выпустить более 20 000 танков. К сожалению, более 10% от них к началу войны уже не ездило совсем и еще около 20% доживали последние дни без должного обслуживания. Причина банальна, заводы не успевали выпускать и новые машины, и весь спектр запчастей для старых. Дефицит запчастей это была цена за рост данного рода войск. Конечно, если бы была возможность, их бы и чинили, и обслуживали как следует, но объективно получалось всё по принципу: «что выросло, то выросло». С этим боролись, как могли, но выше головы прыгнуть не удавалось.

С самолётами так, как с танками не получалось. Не жили столько крылатые машины из дельта-древесины. Это было и хорошо, и плохо одновременно. Парк обновлялся быстрее и мёртвых инвалидов в ВВС было меньше. Что касается моделей и характеристик самолётов, то следует признать, что они были вполне в духе времени. Да, именно на рубеже сороковых произошёл новый скачок характеристик моторов и самолёты произведённые раньше оказывались в уязвимом положении. Они могли вести бой и давать отпор новым машинам, но навязывать бой противнику им было сложно. Приходилось, как говорят, играть чёрными. Второй особенностью, этих машин была меньшая автоматизация. И-15, И-15 бис и И-16 были машинами, на которых было трудно летать. Кто умел летать на них получал такие навыки, что все прочие модели были ему по плечу. Ну и скажем честно, даже на автомобиле коробка автомат, штука чертовски удобная, но профессионалы предпочитают ручную. С ней сложнее, но и польза в руках умелого водителя несомненна. Осталось только получить этих самых умелых пилотов. Тут не кривя душой можно сказать, что их подготовить удалось. Удалось обучать их даже быстрее, чем справлялась наша промышленность с производством новых самолётов. Третий аспект — это рост времени пребывания в воздухе машин новых типов. Вот здесь, пожалуй, было самое уязвимое место наших ВВС. Приходилось либо мириться с просадкой эффективности, либо придвигать аэродромы ближе к фронту.

Учитывая все особенности и, была выработана тактика применения авиации. Те же тройки, это была не блажь. Разделение на группы и их состав диктовались характеристиками машин. Удавалось ли обеспечить нужный ударный потенциал или нет, вот, что определяло число машин в группе. Были даже четвёрки, не только тройки. Ну и наше командование имея более подготовленных пилотов могло ставить им более сложные задачи. Например, у нас истребители, обязаны были прикрывать бомбардировщики, а не страдать ерундой занимаясь свободной охотой за скальпами. Они в отличии от немецких пилотов умели вести маневренный бой, без которого нормальное прикрытие было невозможно. Сколько раз в мемуарах встречается, как немецкие мессеры даже не пытаются отогнать наши истребители от своих бомбардировщиков. Они просто ждут в стороне возможности напасть на наши машины, выходящие из атаки. Вот такая дружба, дружбой, а табачок врозь были в люфтваффе. Ну а что вы хотели? Кто на что учился. Что умели, то и делали.

Обычно за разговорами о миллиметрах брони и километрах в час, очень мало говориться про питание, санитарные условия и медицинскую помощь. Здесь можно сказать РККА ушла в отрыв от вермахта. Мало того, что было подготовленно большое количество врачей, имеющих специфические навыки, но и сама организационная структура наших служб тыла и медицинских частей были ориентированы, на сохранение здоровья, хорошее питание и обеспечение человеческих условий жизни для бойцов. Так была проделана большая работа по налаживанию рутинной доставки раненных в тыл, где им оказывали медицинскую помощь. Время, которое на это тратилось и сами условия оказались недостижимыми для немецкой военной машины. Такие случаи, массово встречаемые в немецких мемуарах, когда человека неделю и больше футболили от одной инстанции к другой и на стол к хирургу он попадал фактически лишь на похороны, такого в РККА практически не было. Ужасающая антисанитария немецких госпиталей вырастала из общей запущенности этого вопроса. Приходилось даже запрещать использовать немецкие блиндажи и землянки нашим бойцам. Одна ночь там и обязательно будут вши.

Более лёгкие тылы РККА, давали в том числе и такой побочный эффект, что всё необходимое быстрее и раньше оказывалось там, где оно должно быть. Тёплая еда попадала на передовую дважды в сутки (в том числе суп), а всё медицинское оборудование оказывалось доступным для использования. Что толку от наличия по штату в немецкой дивизии рентген-аппарата, когда он был чёрте знает где?! Что толку в провизорской службе, когда вместо антисептика приходится использовать прижигание? Это варварство использовалось в вермахте до 1943 года. Заметьте в пору победных маршей и огромных успехов с раненными в немецкой армии обращались хуже, чем со скотиной. Потому, что скотина — это имущество, а немецкий солдат – это просто кусок мяса в сапогах. Позже такой подход аукнулся нацистам, и произошло некоторое улучшение условий, но причина тут была невесёлая, начали заканчиваться мужики в Рейхе. До такого в СССР даже близко не дошли. У нас были сыны и дочери полка, но призывать от 14 до 80 у нас ни разу не пытались. Когда вам станут рассказывать про потери РККА, вспомните пожалуйста этот факт, и постарайтесь понять, в чём причина. При этом не забудьте, что вся Средняя Азия, малые народы Сибири, значительная часть населения Кавказа и Закавказья из призыва выпадали, по причине плохого знания русского языка. Ну а жители оккупированных территорий по понятным причинам призваны быть не могли, и всё равно при этом не гребли в армию стариков и детей. Не было у нас такого явления как фольксштурм, миловал нас боженька и коммунистическая партия от такого счастья. На этом о подготовке к войне у меня всё. Пора рассматривать, что же произошло летом 1941-го года.

Глава 13. Ожидание сторон

Часто войну сравнивают с шахматами. Что-то в этом есть, если не забывать, что война, это совсем не чистенькое развлечение интеллектуалов, а большое горе и много грязной тяжёлой работы для простых солдат. В той партии, что назревала между фашисткой Германией и СССР последний был вынужден играть чёрными и очень желательно было предугадать, что же будет делать противник. Довольно известный факт, что перед войной в Генштабе РККА была проведена масштабная военная игра. Цель такого мероприятия была в том числе и отрепетировать наиболее вероятные сценарии начала, уже не гипотетической, а будущей войны. Это само по себе было понятно, непонятным для меня оставались вводные условия такой игры. Ну а если точнее, почему изначально закладывалось, что у нас будет период, когда получится провести мобилизацию и выдвинуть войска на желаемые исходные рубежи? Казалось бы, раз мы отдаём инициативу врагу, то стоит ожидать, что наши части будут где угодно, только не на месте? Ну не идиот же противник? В том то и дело, что считали, что не идиот.

Давайте вместе попробуем повторить рассуждения наших штабистов. В чём суть молниеносной войны? Если уж мы делаем ставку на тактику блицкрига, что хорошо для нас, а что плохо? Главное, за счёт большей мобильности сосредоточить на выбранном направлении подавляющую противника группировку войск. Нанести ими удар, гарантированно проламывающий его оборону. Ввести в пробитую брешь свои мобильные части, первыми занять узлы логистики (в глубине его территории) и прекратить подвоз к противнику всего, что ему требуется. Замкнуть котёл. Потом, когда враг станет отходить, снова рассечь его на части, дробить и бить противника на марше, когда у него уже нет ни укреплений, ни достаточно боеприпасов. Ну а раз так то, чем больше противник стянет к будущему фронту войск, тем для нас лучше. Всё равно мы быстрее создадим ударную группу и проломим фронт в выбранном нами месте. Ну а враг не может создать везде такую плотность войск, чтобы мы даже теоретически не могли пробить его фронт.

Вот так и думали в Генштабе РККА. Немцы дадут нам подтянуться к границе, чтобы потом прихлопнуть нас одним ударом. В стратегической перспективе, чем мы будем больше уверенны в своей силе, чем больше войск стянем в первый стратегический эшелон, тем больше это на руку немцам. Именно это лежало в основе вводных для игры на картах. Дальше, не очень понятно почему по итогу игр наше командование осталось довольным? На первом этапе играя за немцев Жуков сумел занять Беларусь против Павлова. Что в этом хорошего? Ну во-первых, это был гипотетический вариант. Пока не пала Франция, у Германии был смысл строить планы для нанесения главного удара с территории бывшей Польши. Однако всё теперь изменилось. Что, по-вашему, дорогой читатель, может быть целью полномасштабной войны? Видимо победа? Верно! Ну а какой самый надежный способ её достичь? У нас полагали, что, самый верный способ одержать верх, это лишить противника промышленной и продовольственной базы. Ну а что у нас в БССР? Кустарная обувная промышленность, мастерская по ремонту бипланов и стратегически важная фабрика, где шьют теплые шлемы для лётчиков. На этом всё. Дорожная сеть так себе, ж/д тоже не сказать, что сильно развита. Аэродромов мало, что досталось от поляков и наши старые в районе Минска.

Ну а что, у нас южнее? Южнее у нас Украина. Там, хлеб, сталь, марганец, уголь, танковая и паровозная промышленность. Через Украину идёт прямая дорога на Кубань и Кавказ к Баку с его нефтью. Захватив Украину и Кавказ можно, поставить СССР на колени. Без нефти воевать тяжело. Ну а ещё там Крым, который, по сути, непотопляемый авианосец, откуда можно бомбить нефтяные поля в Румынии. Значит и его нужно захватывать. В общем за то, чтобы захватить Украину много доводов, а вот, что делать в болотах северней не ясно вовсе. Т.е. Павлов не проиграл в чистую, а отступая защищался. То, что он потерял Минск, не значило ровным счётом ничего. Войска его округа на игре разгромлены не были. Точно так же, как в 1812 году потеря территории при сохранении армии, это ни в коем случае не означало поражение. Эта фаза игры показала, что даже если Павлов будет просто действовать без грубых ошибок, то свою задачу он выполнит. Его цель избежать разгрома, пока судьба войны будет решаться на Украине. Это и показала вторая фаза игры. Та самая, где Жуков оборонял Украину. Начальник Генштаба РККА репетировал оборону самого важного направления, и с этим он опять-таки справился. Вот почему результаты игры были сочтены хорошими.

Если Украина была настолько выигрышным вариантом, то почему же всё произошло так как произошло? Отчасти причина этого лежит в медленной работе немецких штабов. Уже на пике своих возможностей на планирование крупной стратегической операции им требовалось около шести месяцев, это хорошо известно нам со слов пленного фельдмаршала Паулюса. Ну а у нас с той же задачей справлялись за три – четыре месяца. Именно в этом причина и наград, и уважительного отношения Сталина к маршалу Шапошникову. Не будучи гениальным военным, тот сумел наладить систему армейской бюрократии должным образом. Её взяли в качестве базы и улучшили, пригласив более сильных полководцев в состав Генштаба. Тут я говорю в первую очередь о Мерецкове, Жукове, и Тимошенко. Последний хоть и не был членом Генштаба, но являлся наркомом обороны и ему напрямую подчинялся наш Генштаб. Сам Шапошников, кстати, отлично понимал свои слабые и сильные стороны и не возражал такой замене. Впрочем, он к началу войны уже был больным человеком. Сохранились приказы Ворошилова требующие ограничить Шапошникову нагрузку, чтобы не приходилось его госпитализировать или держать в штабе наготове кислородные подушки.

Как бы там ни было, но изначально немецкая Барбаросса рождалась в условиях, когда общую границу Третий Рейх и СССР имели только в Беларуси и Прибалтике. Румыния была союзницей Франции и было сомнительно, что удастся развернуть армию на её землях. После разгрома Франции ситуация изменилась кардинально, а вот выкинуть в корзину старый план в берлинских штабах не захотели. К тому же, большая война – это много перевозок. Перегретая военными тратами экономика Германии не справлялась с производством невоенной продукции и железные дороги лихорадило. Не хватало персонала и паровозов, а ведь предстояло осуществить перевозку армии и снабжения в невиданных доселе объёмах. Нужно было принять решение, быстро провести реконструкцию железных дорог в Румынии, Венгрии, Словакии или вложить средства в своё собственное генерал-губернаторство? Решили, что своя рубашка ближе к телу. Ну а потом просто выдали нищету за добродетель. Германия теоретически могла нанести основной удар на юге, а практически интересы монополий не давали это сделать. Такая глупость не укладывалась в головах наших военных, но немецкие никаких изъянов в своей логике не видели.

Ставку вермахт сделал, на то, что он первым ударом сможет словить в котлы и полностью уничтожить все наши войска севернее Полесья. Это создавало такую дыру в нашем фронте, которую было бы невозможно заткнуть ничем. Ну разве, что союзники могли нам помочь экспедиционными силами на севере. Поэтому план Барбаросса и предусматривал в ходе первого удара полностью уничтожить войска РККА в Беларуси. Частично или полностью окружить и блокировать отход наших войск в Прибалтике. Это делалось с целью быстрого выхода к Ленинграду, захват которого и был первой промежуточной целью кампании. В результате Балтийское море превращалось во внутреннее море Немецкой Империи и давало под контроль крупный промышленный узел. Мурманск и Архангельск при этом теряли своё значение, и союзники не могли надеяться оказать быструю помощь Красной Армии. На Украине же планировалось рывком вдоль Полесья достигнуть Киева чтобы захватить его мосты и ж/д узел. После фашисты намеревались развернуть танковую группу на юг, и нанося удар вдоль Днепра, помешать отходу наших частей на его восточный берег. После чего предполагалось, что Красная Армия закончится, и дальше будет лишь поездка в маршевых колоннах до линии Архангельск-Астрахань.

На всю операцию отводилось 6 месяцев с мая-апреля по сентябрь-октябрь. Раньше начинать было нельзя по причине вероятной распутицы, а позже затягивать тоже было нежелательно, по той же самой причине. Три летних месяца плюс-минус прихваченные один два из весны и осени. Расчёт строился на скоростной аннигиляции большей части Красной Армии в приграничном сражении и занятии промышленных центров без боя или почти без боя. Что внушало немцам надежду в успешности своего плана? Во-первых, своё численное и качественное превосходство. Да, вермахт был очень сырой, ему тотально не хватало выучки, но это было более семи миллионов солдат и офицеров. При том, что более трёх миллионов СССР вряд ли мог выставить на своей западной границе в ходе первой фазы войны. Общее трёхкратное превосходство в силах отличная заявка на успех. Во-вторых, высокая степень моторизации. По оснащённостью транспортом каждая немецкая дивизия превосходила советскую вдвое. Это на практике означало, что в тех случаях, когда РККА будет упорно сопротивляться, то можно будет подвозить к месту боёв вдвое больше боеприпасов. Если же Красная Армия будет отходить без боёв, то она неизбежно попадёт в котлы потому, что вермахт будет быстрее осуществлять перемещения войск. Так же в случае затруднений, немецкая сторона будет быстрее маневрировать резервами. В-третьих, чудовищное превосходство в бронетехнике. Вермахт был насыщен огромным числом новой и новейшей техники. Противостоящие им советские танки, более чем наполовину представляли собой, либо машины с убитым ресурсом, либо новые образцы ещё имевшие неизжитые детские болезни. В-четвёртых, огромное численное превосходство в самолётах и количестве пилотов. Более 12 000 пилотов люфтваффе и почти 20 000 машин, с перспективой произвести ещё столько же за полгода. В-пятых, союзники Германии были сосредоточены вокруг границ СССР и были готовы вступить в войну немедленно, что в Европе давало ещё 600 000 солдат сразу, и более двух миллионов в случае затягивания конфликта. В-шестых, до самого последнего момента сохранялась надежда на нейтралитет Америки или даже союз с США.

Да, план совершенно игнорировал возможное противодействие противника. Что делать в том случае, когда РККА не испарится после первого же удара, в штабах Германии даже не задумывались. Идея была в том, что после приграничного сражения Красная Армия будет настолько ослаблена, что оказать серьёзное сопротивление не сможет, ну а значит, можно будет с этим разобраться по ходу дела и без предварительного планирования. При таком развитии дел, совершенно не важно, займём мы производственные центры врага сразу или погодим пару недель. Всё государство противника достанется нам почти целым за два – три месяца. Именно столько отводилось на горячую фазу Барбароссы. За это время любые заводы СССР просто не будут способны произвести решающе значимое количество вооружений. Ну а учитывая, что мобилизация Советского Союза тоже окажется сорванной, то спустя три месяца вермахт будет ожидать разве, что волна хилых частей ополчения, а не армия. Вот с такими планами и собиралась действовать Германия. Тут даже было желательно, чтобы удар пришёлся по наиболее слабой части РККА. Это только усилит эффект. Уничтожить армию противника по частям каждый раз имея преимущество в численности, это ли верх полководческого мастерства?

Было ли такое планирование немецкой стороны полной неожиданностью для советского командования? Всё указывает, что принципиально нет. У нас внимательно изучили опыт Польши и Франции. Изучили и стали серьёзно думать, как сделать таблетку против блицкрига. Что стало неожиданностью, так это самонадеянность и авантюризм фашистов. У нас в штабах даже не допускали мысли, что любой противник, после первых боёв поднимет лапки вверх и сдастся. Ну а раз так, то планирование врага рассчитанное исключительно на игру в одни ворота выглядело абсурдно. Это был огромный риск. Зачем рисковать, если можно играть наверняка? Имея превосходство можно было сыграть выгодный для тебя размен и достичь своих целей играя наверняка. Стратегическое планирование советских военных предполагало, что противник будет стремиться к выигрышу наиболее надёжным гарантированным способом особенно, когда у него есть для этого все возможности. Потому и готовились в РККА встретить основной удар на Украине.

Кроме того, наша дипломатия и разведка сделали всё возможно и невозможное для того, чтобы либо предотвратить войну в 1941 году, либо сократить окно возможностей для Третьего Рейха. В этой связи стоит отметить успех в Югославии, где произошёл переворот и Вермахт вместо Польши вынужден был поехать на Балканы. Падение Югославии, Греции и Крита были ожидаемы, но то насколько быстро это произошло, это было неприятным сюрпризом. Удалось лишь отсрочить войну. Она не началась в апреле, потом в мае, потом началось лето и у таких военных, как генерал Павлов возникло ощущение, что всё времени у немцев нет. Раз до осени захватить Киев, Ленинград, Харьков, Москву не реально, а воевать в долгую потенциальный противник не планирует, то всё! «Галя у нас отмена!» В этом году можно выдохнуть, и тут самое главное не повестись на провокацию. Ну а в следующем 1942 к маю у нас будут новые танки в мех. корпусах и новые самолёты в приграничных округах заменят отлетавшие своё И-16. Заметьте, я не говорю негодные или устаревшие! Я говорю, про списываемые самолёты, те, которые уже отлетали свой срок. Устаревшее оружие – это тоже оружие, и не стоит кривить нос имея исправное, но устаревшее. Нервничать нужно, когда оно не работает.

Руководство страны правда таких иллюзий не питало, и того же Павлова информировало, что ничего не закончено, расслабляться нельзя. Но тут уж человеческая природа, когда кто-то решит, что он один умный и всё лучше всех видит и понимает, это просто беда. Потому и начали у нас в ЗапОВО забирать прицелы на сверку, запретили выдавать снаряды для противотанковых пушек и артиллерии выше трёх дюймов. Всё чтобы только не произошла провокация. Перебдели от «большого» ума. Но генерал Павлов хоть и сделал роковую ошибку в оценке разумности поведения немецких генералов, но в главном был прав. Нападение 22 июня 1941 года на СССР была необдуманной авантюрой с большим шансом неудачи. Серьёзные люди в серьёзные игры так не играют. Ну и тем более не ожидал генерал Павлов, что против его никому ненужного округа окажется половина немецкой армии. Их тут ни снабжать толком не получалось, ни внятных целей для них не было. Ну а то, что тут могло появиться, он был готов встретить в любом случае. В общем готовился генерал Павлов, что ему кирпич на голову упадёт и ходил в каске, а ему на голову упал вагон с кирпичами, которые должны были по всем соображением ехать в Киев! Вот так вот люди разумные в Генштабе РККА не смогли предсказать поведение авантюристов. Там просто не могли поверить, что имея огромные шансы на победу в тяжёлой войне в вермахте решатся на запредельную авантюру. Что война будет, это понимали все, но что практически сразу германские генералы решат променять на красивый гамбит все шансы на успех в партии, этого предсказать не смогли.

Зато готовились к срыву блицкрига, и в итоге смогли найти лекарство от уготованной нам участи. Самое главное, что было сделано, РККА не была вытянута в одну линию вдоль границы. В случае прорыва механизированные части врага ждал сюрприз. Напрасно в вермахте питали надежды, что будут громить ополчение или милиционные части. За первым эшелоном стоял второй. Он занимал ключевые транспортные узлы, гарантируя надёжное обеспечение снабжения войск первого эшелона. Никто не собирался сдаваться немцам после первых неудач. Никто в СССР не боялся своего народа, и перед ужасом повторения Парижской коммуны, не был готов сдаваться на любых условиях, ради сохранения своей власти. Старая техника была собрана в огромные, почти неуправляемые соединения, но эти соединения могли дать жару новейшим частям танковых войск Рейха. Старые самолёты, ожидая отправки на слом открыто стояли на аэродромах, а новые старались беречь и прятали в ангарах. Пилоты жили в казармах проклиная руководство не понимающее, что у них семьи и хочется провести время с ними, а не за забором части. Железные дороги работали готовые мгновенно включится в ритм военных перевозок. Когда на заявление ТАСС от 14 июня, немцы просто промолчали, стало понятно, что война неизбежна. В сообщении ТАСС чётко сказано, что никаких разногласий между СССР и Германией нет. Договор о ненападении соблюдается обеими сторонами и выставленных претензий нет.

– Смотрите все – говорит документ – слушайте, и не говорите, что не слышали! Если Германия не опровергнет эту бумагу, то любая агрессия с её стороны будет неправомочной и вероломной. Ну а если она опровергнет наше сообщение? Ну тогда с нашей стороны будет новое заявление, начнутся проволочки, переговоры, уступки и глядишь уже и август. А тут и сказочке конец. В этом году воевать поздно. Тайм аут до 1942 г. Расходимся товарищи. Ну а как согласятся? Тоже самое. Тайм аут до 1942 г. Значит они сами решили в этом году не воевать. Намеренно на весь мир сказать, что претензий нет, и немедленно броситься в атаку, это прямо позор-позор ниже всякого плинтуса. Да и глупость несусветная.

Ну а как промолчат? Значит в этом году быть войне непременно. При свидетелях слова хранить мир не дают? Значит в кармане фига. Итак, ждём-с. Дождались. В немецком посольстве жгут бумаги. Ваше мнение, что будет дальше? Не нужно быть гением, чтобы понять, как сожгут, то тут же побегут к нам с объявлением войны. Сегодня на завтра. Желательно так, что даже звонить в округа будет поздно, но обязательно до нападения. Так и на ёлку фашистская дипломатия залезет и жопу не оцарапает. Ой, то есть лицо сохранит и агрессором формально не станет. Позиция будет такая: Мы т.е. Германия, если что, слова не воевать не давали. Вот наши претензии и война в нагрузку. Мы как осмыслили ваше заявление ТАСС, так и ответили сразу. Вопрос, а надо такая радость для СССР? Ответ очевиден - нет! Помогать врагу мы не станем.

Нарком ин.дел обычно лицо для послов доступное. Обычно, но только не 22 июня. Едва узнали, что творится в немецком посольстве, тут же разогнали правительство отдыхать. Шуленбург спалил все, какие нужно, бумажки и прибежал куда положено. Ну а тут никого нет. Люди отдыхают. Вот и замок на дверях уважаемый посол. Смотрите окна не горят, людей нет. Где я вам его возьму наркома? Давайте завтра с утречка, как все люди приходите, что у вас срочное? Не война же? Хотите сказать, что вас всем правительством динамят? Ну что вы дяденька посол, не надо так со шнапсом. Ладно бы нарком! Все разошлись, даже товарищ Сталин.

Вот и мечется немецкий посол, желая прочитать важную бумажку нужному человеку. Только все отдыхают, и фокус не получается. Не выходит каменный цветок, ой как не выходит. Вот почему Шуленбург едва не расплакался, зачитав заявление об объявлении войны. Он не о нас пёкся, и не о судьбах стран, континентов, планеты. Человек провалил важнейшее порученное ему дело. Его как дурачка, цинично обыграли. Вот и бегал посол Германии по Москве, целовал ставенки, пока время не ушло и не стало поздно. Война началась. Проходит уже полтора часа с нападения. Уже позвонили отовсюду, позвонили обратно, проверили, убедились и приняли его болезного. Как говорит кот Матроскин в известном мультфильме: "Поздравляю, Шарик! Ты дебил!" Германия гарантированно становится вероломным агрессором. Дипломатический шах и мат ещё до начала войны. У нас теперь в союзниках всё общественное мнение и любому, кто захочет помочь Рейху, придётся сначала своим гражданам объяснять от чего он вдруг воспылал любовью к конченным отморозкам, плюющим на нормы международного права. Ну а ещё Германия больше недоговороспособна. Её обязательства не стоят и бумаги, на которой написаны.

Теперь элиты США решившие, что будут поддерживать слабейшего против сильного в Европе, становятся на нашу сторону. Агрессор, тем более такой циничный, конечно, выглядит тем, кому нужно дать укорот. Теперь Рейх ждёт только война против всех. Каков итог? А итог таков, что Вячеслав Михайлович Молотов сказал всё верно: "Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за всё время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей."

Неожиданным оно не стало, и наш нарком до лжи опускаться не стал. Всё в заявлении предельно точно. Сначала Ось устроила войну, а уже потом в наше правительство припёрся Шуленбург и стал говорить, о претензиях. Извините, так это не работает! Думать нужно, а не авантюрами заниматься.

Глава 14. Соотношение сил

Начнём потихоньку считать. Обычно, что немецкие авторы, что другие западные считая общее соотношение сил сторон любят приводить весьма странные цифры. Что-то порядка 2-3 х миллионов в армии Третьего рейха против более 5 миллионов РККА. Как же это у них получается?

Методика простая. Считая РККА, учитывается общая численность: армии, ВВС, внутренних войск, пограничных войск, ПВО, дорожных, железнодорожных служб и прочих военных формирований на всей территории СССР. Ну а при подсчёте вермахта и союзников, считают только части официально сосредоточенные на восточной границе, при этом: ВВС, ПВО, строители, дорожные службы, сапёры, военные строители — это не Вермахт и из списка они вычёркиваются. В то время как люфтваффе это порядка 2,5 миллионов человек и из них почти 2 однозначно брошены против СССР. Так же строители, дорожники, куча всяких снабженческих и строительных организаций, обеспечивающих вермахт – это ещё 1,5 – 2 миллиона на нашей границе. Они не воюют? Так и наши стройбаты воюют не больше немецких, но они включены в подсчёты на общих правах. При подсчёте сапёрная армия РККА это армия, а их у нас было несколько.

Если не придерживаться двойных стандартов, то по весьма ангажированным источникам численность ударной группировки вермахта и его союзников составляла 5,5 миллионов. Цифра это берётся из подсчёта, исходящего из штатного состава дивизий, но при изучении мемуаров ясно, что в дивизиях у немцев был значительный перехлёст за штат. В войска выпихнули из резерва всех, кого могли и довели численность отдельных пехотных дивизий вместо примерно 16000 штатных до реальных 20000.

Тут меня можно упрекнуть в необъективности. Однако даже самые про-немецкие авторы соглашаются с утверждением, что в армии резерва т.е. втором эшелоне немецкая армия имела ещё 1,2 миллиона солдат. Т.е. по факту я ещё и довольно скромно предлагаю считать лишь части первой линии.

Подумайте сами, у нас назревает решающая военная компания. Она фактически определит кому будет принадлежать мировое господство. Рейх, получив восточные земли закроет бреши в экономике за счёт ограбления и порабощения СССР. Кроме этого, он получит доступ к новым ресурсам и получит потенциальную неуязвимость промышленной базы к ударам с воздуха. Бескрайние просторы СССР станут его бескрайними просторами.

Ставка сделана на один мощный удар. Всё должно решиться в приграничном сражении, значит, если руководство Германии не клинические идиоты, этот удар должен быть максимально сильным! Это не моя фантазия, это то, о чём говорят все немецкие мемуары: «Усилия ОКХ были направлены на то, чтобы сосредоточить все имевшиеся силы на решающем театре военных действий против Советского Союза, не считаясь с трудностями и угрозами, которые в результате этого могли возникнуть на других театрах войны.»

Второй приём: занижаеть численность союзников фашистов. Их стараются считать на начало войны, хотя многие части по причине логистических и дипломатических соображений вводились в дело не 22.06.41. Однако они участвовали в приграничном сражении, и стоит открыть воспоминания Гальдера, то видно, что перед самым нападением он посещает этих самых союзников, общается, уговаривает. Да и потом пишет о желательности их участия. Он торопит союзников и указывает, где следует применить их силы. Это означает, что контингенты их были значительными и реально влияли на ход дел.

Особенно это касается боевых действий на Украине. Если в Белорусии фашисты сосредоточили почти половину своей армии, то южнее войск у них было меньше. Отлично понимая цену своей армии руководство Рейха пыталось максимально включить в работу и союзников. Поэтому, по живой силе можно смело считать, что желаемого общего 3-х кратного превосходства в живой силе фашистам удалось добиться на всём театре боевых действий.

Приём номер три: ловкость рук при подсчёте численности технических родов войск.

– Вот скажите, сколько же было танков у Германии на момент нападения? В этом вопросе, самый любимый автор у отечественных «историков» почему-то Б. Мюллер-Гиллебранд. Его работа в некотором роде фетиш, для них. Хотя, казалось бы, у нас и фельдмаршалы в плену были, но у них мы не догадались спросить, и теперь приходится верить честному немецкому историку с двойной фамилией и опытом службы в вермахте.

Итак, что говорится у него о наличии танковых сил в Третьем Рейхе на начало войны. 17 танковых дивизий обычного состава и 2 танковые дивизии особого состава в сумме обе – 350 машин. Всё про всё, танки и штурмовые орудия "В действующей армии на востоке на 22.06.41", по его словам, было 3582 единиц бронетехники. Это подчеркну, что танки и самоходки всех типов. Ну ещё немного опоздали примерно 300 самоходок Stug III, только они поступили в войска не все сразу, а постепенно за время с лета до зимы и на фоне цифры в 3582 погрешность меньше 10% простим человеку.

Впечатляет! Первая мысль, как же их было ничтожно мало. Настоящие арийские герои сокрушившие орды большевистских танков. Сколько там на одного немца приходилось наших танков? Если судить по некоторым подсчётам, то против них выставили 25 000 и даже более советских машин. Без малого по семь танков на одного. Так в головы читателя самым простым образом вкладывается вывод, что наши военачальники были бездарностями, техника ­– металлом, а солдаты — бесполезным, запуганным системой пушечным мясом.

Именно поэтому очень интересно, откуда берутся такие цифры?

Неужели, автор кропотливо поднял документы, посчитал танки в каждой части и получил 3582. Оцените результат, не более 3500, не около 3600, а точное число. Увы я вас разочарую, хотя автор, несомненно, по долгу службы был знаком с вопросом очень хорошо, но он просто взял штат подразделений и по нему посчитал, сложив в столбик.

– Ну и что? – спросите вы – Пускай бы и по штату ну даже если и ошибся, то немного. Штат он ведь для того и придуман, чтобы по нему собирать подразделение, а нюансы вряд ли важны.

– Всё верно, дорогой читатель! Всё так. Тем более, что автор всю войну занимался комплектованием той самой армии Третьего Рейха, значит, случайно он может ошибиться очень не на много, даже совсем на чуть-чуть. Зато соврать может как захочет, а если решит писать честно, то никто его не остановит и не запутает. Он эту кухню знает от и до!

Давайте и мы вместе с ним будем считать, исходя из того, что автор в здравом уме и трезвой памяти делится с нами историческими находками. Итак, сразу всплывает странная деталь. Штат почему-то взят на осень/зиму 1941/42 годов. Нападал вермахт на нас летом, а штат взят для наступления на Москву. Что за путаница? Может это один и тот же штат? Нет.

Хорошо, а чем он отличался от летнего штата? А вот тут загадка, и вопросов больше, чем ответов. Что известно точно? После активных боёв фашисты решили переформировать свои танковые части, сделать все их однотипными. Новый штат предполагает наличие в каждой дивизии одного полка танков из двух батальонов. По этому штату в войсках есть немало лёгких танков Pz-I, Pz-II. До перестройки совершенно точно были дивизии по 2, 3, 4, 5 и даже более танковых батальонов. Военная мысль билась в поисках оптимальных решений и получалась вот такое разнообразие. Зато осенью 1941-го взяли и навели порядок подровняв всех под новую гребёнку.

Напомню, везде стало два батальона сведённые в один полк, это совпадает с данными нашей разведки. Штат такой осенней дивизии разведка давала – чуть больше 200 танков. Наши данные 100 танков на батальон вместе со штабом и разведкой, немецкие 70-75. Ну а сколько в среднем получается танков на дивизию у немецкого автора? (3582 – 350) / 17 (число однотипных ТД на восточном фронте) = примерно 190. Сходится? Почти, сходится. Так в чём вопрос, если в среднем по палате плюс минус бьются цифры?

Для начала спросим, а что было со штатами летом? Автор сообщает нам:

«дивизии сильно отличались друг от друга по количеству танков, колебавшемуся от 147 до 299 машин».

Снова эта восхитительная точность 299, а не триста, никак не триста. Ну а что есть в документах по этому поводу. В документах у нас есть косвенно полученные штатные расписания на период реорганизации армии после французской кампании. Подлинников самих документов нет, но есть восстановленные немецкими же авторами списки и тут начинаются новые странности.

Ближайший восстановленный штат — это февраль 1941 года. Зима накануне войны. Танковый полк в дивизии один, батальонов в нём три, танков Pz-I нет вообще, танков Pz-II значительно меньше, чем в штате осени. Т.е. февральская дивизия на треть больше и в ней почти не осталось лёгких танков. В основном Pz-III и Pz-IV, а Pz-II только в разведывательных подразделениях или переделаны в машины командиров.

Наличие третьего батальона даёт уже не 200 и не 190 танков в полку, а 300, а может и больше. Сразу поднимая на треть общее количество машин 3582 + 3582 / 3 = 4 776. Это само по себе на 1194 машины больше. Если прикинуть по 147 машины на дивизию, можно сформировать ещё восемь штук. Причём, это почти исключительно средние танки! Никаких тебе Pz-1!

– Ну хорошо, а что говорят мемуары и воспоминания?

После победы над Францией в ставке Гитлера решали, как дальше готовить армию к войне с СССР. Это совещание описано во многих воспоминаниях. Можно не сомневаться, оно точно было. Что же там решили? Документов полных снова нет, но пересказ имеется. Нужно было создать дополнительно 180 дивизий разных типов. В том числе увеличить вдвое танковые войска. Вместо 10 – 12 ТД планировалось для похода на восток иметь 24 ТД.

Для их создания делалось следующее: из состава каждой ТД выделялся один из двух её полков. На его основе формировалась новая дивизия. Запомните, во Франции в ТД был не один, а два полка в каждом либо по два, либо по три батальона. Оба этих полка в дивизии были сведены в бригаду. В новых дивизиях бригадный уровень исчезает. Зачем его убрали? А затем, что из этих офицеров образуются штабы новых дивизий. Заметьте никто не говорит, что один полк — это итог преобразования. Сам по себе роспуск бригадного уровня продиктован нехваткой офицеров для новых штабов дивизий.

Нигде не сказано, что это конец трансформации – готовая дивизия, а не росток. Что сами немцы думали и делали до этого момента?

Для начала коснёмся немного тактики. Если РККА считала механизированные корпуса средствами нанесения поражения противнику уже после прорыва фронта, то немецкая военная мысль шла по другому пути. Немецкие танки должны были не врываться в прорыв, сделанный пехотой и артиллерией, а сами взламывать оборону врага. Исходя из этой идеи и были сформированы штаты для Польской кампании.

В этой концепции успех зависит не от того, столько у нас тяжёлых орудий на километр фронта. Он зависит от того, как много танков мы используем на узком участке нанося удар неотразимой силы. Удар неотразимой силы, это сколько танков? Г. Гудериан считает: минимум 400, а лучше 500 танков. Значит для обеспечения этого числа и нужно рассчитывать тылы. Почему так? Потому, что если вам придётся массировать танковые дивизии, то в одном месте будут перемешаны тылы сразу двух и так не маленьких частей, а возможность напихать поплотнее механизированные части прямо упирается в конкретный расклад дорожной сети. В любом случае будет дурдом, но если он происходит в рамках одной дивизии, где все под одной рукой, то можно с ним совладать. Другое дело, когда происходит удвоенный или утроенный коллапс, ещё и с разными начальниками над ним. Это задача неберучка. У семи нянек, как известно, дитя будет без глазу.

Мы можем создавать ТД любой численности, но сокращая танки, мы должны сокращать и тылы, жёстко контролируя число автотранспорта в дивизии. Несколько кокетничая Г. Гудериан говорит: «Если число танков станет значительно меньше 400, то обслуживающий аппарат (количество людей и колесных машин) не будет соответствовать подлинной ударной силе дивизии. К сожалению, в настоящее время у нас нет уже ни одной, полностью боеспособной танковой дивизии. Однако успех боевых действий, как этого года, так и последующих лет зависит от того, удастся ли нам снова создать такие соединения.» Это если, что его речь, не о подготовке плана «Барбаросса», это его доклад перед Курской битвой.

– Вы замечаете?

Главный человек отвечавший за структуру танковых войск Германии в 1943-м году считает: а) что нужно иметь в дивизии минимум 400 танков, б) в войне против русских такие дивизии уже у него были, и сейчас пришло время снова восстановить их!

Что сами немцы хотели получить из танковых войск, я думаю, понятно? Что же они сделали? Бои под Варшавой показали, что без подхода пехотных дивизий танки сокрушить упорную оборону не смогли. Урок идёт впрок и меры приняты. Добавляют больше танков, и вводят бригадный уровень. Штат против Франции: одна бригада из двух полков. Что с транспортом? Его добавили, что логично. Больше танков ­– больше грузовиков. Урок Франции? Средние танки сильней лёгких. Снова, самостоятельно танки не могут одолеть противника, и снова усиление танковой компоненты. Логично? Логично!

Началась подготовка к войне против СССР, создают новые части и вот тут логика ломается. Если верить немецкому автору, то дивизии просто поделили надвое, да так и пошли воевать! Так может он не врёт? Проверим его на косвенных.

В 1940 году немецкая танковая дивизия имела на 400 танков около 2400 машин обеспечения. Соотношение, пять - шесть машин на один танк. В феврале 1941 года, согласно новому штату, танков стало меньше, а машин обеспечения – по-прежнему и даже кое-что из трофеев добавили. Что это значит на практике? Чтобы нанести удар прежними силами в 400 танков, требовалось теперь вдвое больше машин. Это даёт два штаба, два тыла, две колонны на одной дороге. Как в одну дырку на один стержень просунуть сразу два? Это задачка, как впихнуть невпихуемое!

Либо не получается создать ударный кулак, либо дивизии имели больше танков. Тенью отца Гамлета встаёт тот самый второй полк, что испаряется из танковой дивизии осенью 1941 года. Вы ведь видите, что такой вопрос возник у меня после довольно простых рассуждений. Неужели грамотный военный, понимающий эту кухню, не способен предсказать подобные сомнения? Так почему бы ему сразу, не взять и просто использовать штатное расписание дивизий на 22 июня 1941 года? Это был бы железобетонный, адамантиевый, несокрушимый аргумент, закрывающий все и всякие инсинуации! Да возьми, в конце концов, тот же февральский расклад! Чем он не угодил?

Единственный ответ почему нет: настоящие штаты просто убивают миф о небольшом вермахте, напавшем на огромную РККА! Это не исторический труд, это пропагандистская литература, лишь маскирующаяся под публицистику и историю. В итоге мы в принципе не можем узнать точную цифру. Зато совершенно точно, что нам нагло врут. Поэтому решайте сами, где правда, а где ложь.

Вот вам несколько вариантов расчёта, просто для информации:

17 дивизий * 1 полк * 2 батальона * 75 машин (по немецким данным) + (350 машин из особых дивизий) = 2900. 17 дивизий * 1 полк * 2 батальона * 100 машин (как было по данным РУ РККА на осень) + (350 машин из особых дивизий) = 3750. 17 дивизий * 1 полк * 3 батальона * 100 машин + (350 машин из особых дивизий) = 5450.17 дивизий * 2 полка * 2 батальона * 100 машин + (350 машин из особых дивизий) = 715017 дивизий * 2 полка * 3 батальона * 100 машин + (350 машин из особых дивизий) = 10550– На этом всё?

– Нет! Горе мне дураку!

Я увлекся и считал только танки. Я, как и немецкий автор упёрся в танки, и совсем забыл про самоходки. Кстати, а почему автор не любит лёгкие самоходки и даёт статистику лишь по машинам Stug III? У меня есть своя клеветническая версия. Дело в том, что танки и самоходки сами по себе не воюют. Они не существуют поштучно. Они все входят в состав подразделений. Каких подразделений спросите вы? Механизированных противотанковых батарей, бригад и батальонов. Сказав про лёгкие самоходки, придётся говорить и про эти подразделения, а они в пехотных дивизиях. Значит расчёт придётся вести сначала. Не только танковые дивизии считать. Смело можно сказать, что усиленных техникой пехотных дивизий было не менее 120 штук.

Некоторые люди говорят, что далеко не у всех их были эти самые механизированные противотанковые соединения. Я тут даже спорить не стану, не у всех были специализированные соединения только из переделанных в самоходки танков или полновесные батарей Stug III. Зато в каждой дивизии было много танков класса FT-17 или разнообразных бронированных тягачей / самоходных зениток / транспортёров боеприпасов на базе средних танков и всё это с пулемётным и даже пулемётно-артилерийским вооружением. Эти машины имея приличный моторесурс и по своим характеристикам превосходя наши танки типа Т-37, МС-1, БТ-2 были в каждой пехотной дивизии вермахта.

Какая скажите разница, когда, притащив свою артиллерию на исходные, на вас поедет машина, которая формально не называлась танком? Станет такая дура на приличном расстоянии и будет поливать ваш окопчик из станкача или автоматической пушки. В чём будет разница, и что вы делать будете? Вот именно для того, чтобы прекратить такое браконьерство и пошли в войска РККА массово противотанковые ружья. Забегая вперёд, скажу, что средство помогло.

Мои данные допускаю, что не идеально верные. Однако, считая я получил примерно 60 единиц техники на среднюю пехотную дивизию. Это даёт ещё: 120 * 60 = 7200 машин. Мне указали в ходе дискуссии, что, во-первых, таких соединений не было, а во-вторых, в них было максимум 40 - 45 машин. Спорить не буду и сразу соглашусь на предложенный минимум 40 машин. Это даёт - 4800 самоходок или аналогов лёгких танков. Тут вроде и всё, но нет.

Мы ещё не касались машин с гаубицами. Немцы их самоходками не считают. Это у них орудийная машина, самоходный лафет и прочее чудо словесности. Штуки они очень полезные, и надо бы и их посчитать, только я уже тону. Принципиально картина не изменится. Да и вам самим должны остаться загадки для разгадывания.

Решайте сами прав ли я, когда вижу на границах мирного СССР от 15 000 до 18 000 машин разных типов. Большинство из них с хорошим ТО, сравнительно новых, с хорошими рациями, с немецкой оптикой и кучей всякой спец техники для их работы. Это всё замешано в кучу броневиков по классу точно не хуже советских, и на десерт подпёрто ордой бронетранспортёров и грузовиков повышенной проходимости, которых РККА не имеет вовсе. На всём этом ездящем таборе за каждым танком едет толпа мотопехоты. Поэтому вопросов, когда танк остаётся без сопровождения пехоты не возникает.

Отдельная тема, это бронетранспортёры. На лето 1941 года они ни в чём не уступают лёгким танкам. По самым скромным подсчётам их было никак не меньше 5 – 7000, а скорее всего больше. Давайте прикинем, что можно было бы противопоставить им за того, что выпускала советская промышленность. Тут и увы, и ах. В Красной Армии машин такого класса не было совсем.

Т.е. что мы имеем на начало боевых действий примерно 6 миллионов военнослужащих в вермахте и армиях его союзников против 2,3 миллионов частей РККА в двух стратегических эшелонах на границе. В первом эшелоне при этом находится менее двух миллионов солдат.

Это даёт фашистам общее трёх кратное численное превосходство в живой силе. Ну а против 6000 – 7000 советских танков, находящихся на ходу, у немцев от 8000 до 12000 танков и самоходок плюс не 5 – 7000 бронетранспортёров. За спиной есть промышленность способная сделать любые запчасти и восполнять ожидаемые потери. С такими начальными условиями можно наступать везде, без всякой стратегии и тактики!

Говоря, что немецкие генералы посредственные военные, я нисколько не имел ввиду, что они дураки. Эти силы не будут размазаны равномерно, как масло на хлеб. Их соберут в кулаки добившись трёх, пяти, десятикратного превосходства. Почти половина вермахта, итак, стоит против несчастного ЗаОВО.

Вы понимаете теперь, чего испугался генерал Павлов? Конечно, была в его испуге и приличная доля его вины. Ведь, что главное для военачальника? Главное для него — это связь, иначе он просто нервный человек в штабе, а связь он сам завалил.

Очень уж не верил генерал Павлов в настолько безумный авантюризм немцев. Да и что им вообще могло понадобиться в БССР такого, чтобы для этого сосредоточить половину армии против ЗаОВО? Да и давайте говорить честно, Павлов знал себе цену. Не потерять армию против примерно равного противника он мог, а вот что делать с половиной немецкой армии не представлял совсем.

Что ещё могло испугать Павлова? Принято считать, что одним из факторов вызвавшим шок руководства ЗаОВО была катастрофа с потерями ВВС округа. Менее чем за сутки было выбито более 1000 машин. Тут следует немного обратиться к истории вопроса и посмотреть в первую очередь, а сколько было потерянно экипажей. Ну а вот этот вот вопрос совершенно другого толка. Не стану нагнетать интригу, но противник в первый же день войны понёс большие потери в экипажах, чем округ.

Создавая образ криворукой армии не готовой к войне, наши «историки» намеренно лгут, не указывая, а сколько самолётов было в округе на одного лётчика. Лгут они потому, что прекрасно знают, что в это время происходил переход на машины новых типов. Пока промышленность не справлялась с обеспечением частей этими самолетами, то в округах не списывалась старая техника. Её постепенно передавали на слом и в учебные заведения. Ангары и укрытия освобождались под ожидаемые уже новинки, а старьё выставлялось на открытые площадки. Львиная доля из той самой 1000, это именно такие машины. Без вооружения, со слитым топливом, старые И-15, И-16. Именно они попали под удар.

Вот так люфтваффе заплатила своими самыми высокими одномоментными потерями, за уничтожение списанного хлама. В начале войны причина «доминирования» немцев в воздухе не спящие аэродромы, а чудовищное численное превосходство их ВВС, где против примерно 3000 – 4000 наших экипажей действовало не менее 7000 немецких, причём восполнение материальной части у фашистов происходило на порядок быстрее. Авиационная промышленность Германии работала в полную силу и гнала на фронт вал машин. Мессеры и Штуки для недоучек, Хейнкели для тех, кто поопытней, а элита садилась на многомоторные бомбардировщики. Наши ВВС оказались в ситуации, тотального численного превосходства противника на фоне его плохой выучки и общей низкой мотивации пилотов люфтваффе.

Пока эвакуированные заводы не заработали в полную силу нашим пилотам приходилось буквально воевать за себя и за того парня. Такие люди как Кожедуб не от того томились в учебных полках, что им работы не было. Банально не хватало машин всех классов. Не мог довоенный СССР повесить на своих граждан ещё и такое ярмо, как немецкая авиационная промышленность. Именно этот факт наиболее чётко показывает, кто летом 1941 года был агрессор, а кто его жертва. Кто на что тратился, и кто и как собирался эти траты отбить.

Тоже касалось и флота. Там можно и нужно разбирать всё по шагам и деталям, но даже без этого очевидны следующие факты. На Чёрном, Балтийском, Северном морях немцы имели кратное превосходство в кораблях. Однако их флоты так и не смогли провести ни одной десантной операции или предотвратить хотя бы один десант, осуществлённый нашими флотами. Это очень показательно. Я не говорю, что мы не несли потери. Несли конечно. Только Краснознамённые флоты выполнили все поставленные пред ними задачи и не дали противнику осуществить ни одну операцию. Флот Германии не смог справиться с численно гораздо скромным советским флотом.

Подводим итог: по живой силе противник имел общее трёхкратное превосходство. На направлениях главного удара он мог его довести до пяти, семи и даже десятикратного. Это парировать было невозможно никаким способом. Что касалось техники, то по танкам он имел несколько более скромное превосходство. Желаемых по науке Х-3 достичь не удалось, но тут у фашистов были свой козырь – тотальное превосходство в бронетранспортёрах, мотоциклах, броневиках. Это означало вездесущую бронированную маневренную разведку и быстро подтягивающиеся за танками мотопехотные части. По авиации изначально люфтваффе превосходило наши силы более чем вдвое по экипажам и могло почти в пять – семь раз быстрее восполнять потери материальной части. Вот с такими раскладами началась кампания лета 1941 года.

Глава 15. Когда часы отсчитывали последние секунды

В истории ВОВ большое значение имеет утверждение о внезапности нападения Германии. Именно вокруг неспособности предсказать дату точного нападения наверчено много лжи. Это с одной стороны позволяет объяснить отступления первых месяцев, но с другой стороны, при вдумчивом анализе выставляет наше руководство, стадом баранов. Именно эта "внезапность" словно ручеёк даёт начало совершенно неверному восприятию событий всего 41-го и 42-го годов. Всякие россказни о Сталине, верившем Гитлеру или, что ещё хуже, прячущему словно страус голову в песок именно из таких сказок и ростут.

Приведём для начала устоявшуюся версию. Она была разработана и принята после 20-го съезда партии, и звучит она так:

Войска были не готовы. Люди в увольнениях, отпусках, транспорт в народном хозяйстве. Накануне войны к нам перебегает границу ефрейтор Лисков. Замечены провокации самолётов. Слышат у границы рёв моторов. Среди ночи Жуков и Тимошенко пишут в войска директиву без номера. Иногда её именуют: документ №121, иногда приказ №1. Её посылают в войска ночью, но уже поздно. В войска она не доходит. Давайте же прочитаем этот короткий документ.

ДИРЕКТИВА ВОЕННЫМ СОВЕТАМ ПРИГРАНИЧНЫХ ОКРУГОВ О

ПРИВЕДЕНИИ ВОЙСК В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ В СВЯЗИ С

ВОЗМОЖНЫМ НАПАДЕНИЕМ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ

б/№

21 июня 1941 г.

Военным советам ЛВО, ПрибОВО,

ЗапОВО, КОВО, ОдВО.

Копия: Народному комиссару

Военно-Морского Флота СССР.

1.В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2.Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3.Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточено и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко. Жуков

21.6.41г

ЦАМО РФ, ф. 48-А, оп. 1554, д. 90, л. 257—259. Подлинник.

Опубл. Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. М., 1971, С. 233—234.

Прочитайте этот текст пожалуйста, и ответьте себе на вопрос, кто писал его? На мой взгляд хотя такой документ есть в архиве, но это чистая подделка. Опубликован он в 1971 году, до этого он видимо дозревал.

Давайте я попробую объяснить, что же с ним не так.

1)возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО - если документ писался до войны (которая может ещё и не будет) то никаких фронтов нет. Нет такого понятия фронт округа. Можно, например, сказать на всём протяжении гос. границы и перечислить округа. Так может это описка? Нет! Потому, что есть отдельные директивы о преобразовании округов в фронты.

Более того, в воспоминаниях маршала Баграмяна есть упоминание о разворачивании, с соблюдением всех мер секретности, фронтовых управлений накануне войны. Создание фронтов — это агрессивный акт и повод для фашистов развязать войну, потому оно не производилось. Было приказано провести разворачивание управлений. Это случись может утечка можно списать на учения. Куда делись эти управления, созданные с ведома и Жукова и Тимошенко? Они что оба вдруг лишились памяти, а их замы? Массовый военный склероз?

Этот документ должен был либо приказать создать фронты и им дать указания, либо использовать другие понятные и принятые термины. То, что написано не соответствует нормам и обычным формулировкам того времени. Зато оно логично, когда и если автор писал бумагу задним числом, и уже после войны. В его сознании фронты уже были. Как говорят: "Завтра была война".

2) войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников. - снова ерунда. Тот кто писал это не в курсе, что есть такое понятие как, планы. В том числе есть планы прикрытия границы в случае нападения. Лежат они в соответствующих пакетах. В войсках они были, эти самые пакеты с планами (не путать с запрещёнными веществами). Даже было сделано несколько вариантов таких планов. Ситуация менялась и планы обновляли. Приказ должен был просто указать, какие вскрыть пакеты и выполнить, что там сказано по поводу прикрытия границы.

Только если сказать, выполните планы прикрытия границы, то не выходит картины неготовности. Если в войсках куча планов, то какая это неготовность. Пункт 2 - это попытка показать неготовность, да только человек писавший текст не был военным. Про то, что по тексту приказа, войскам можно поддаваться на провокации в тех случаях, когда последствия несерьёзные, я просто промолчу. Ну и слова о немцах и их союзниках, это просто вишенка на торте. Если нет документа о том, что ты союзник Германии или он секретный, то отражать агрессию с твоей стороны нельзя. Тут уши после-знания и анти-сталинской пропаганды торчат совсем бесстыдно.

3) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе - для начала пульбаты уже занимают эти самые районы. Они живут там в казармах или лагерях. Дальше снова косяки гражданских лиц. Приказ повелевает занять огневые точки. Значит предполье занимать ненужно? Ну а если у нас есть наблюдательные сооружения, где сидят корректировщики артиллерии, электростанция, пункт управления и связи? Их тоже занимать ненужно?

Нормальный военный приказал бы иначе. Он привёл бы части в УР в нужную готовность по плану, приказал занять сооружения, а не огневые точки... Он приказал бы занять предполье войскам прикрытия... Он послал бы зенитчиков и прочих... Всё что угодно, но только не это вот убожество. Только, тогда наличие войск в УР не вызовет ощущения брошенности. Опять в тексте встречаем игнорирование принятой практики, специфического военного языка, реальных условий, только ради того, чтобы выставить армию неготовой.

4) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать; – за такое расстреливать нужно! Причём фальсификаторов первых. В реалиях 1941 года ночным полётам была обучена лишь малая часть лётчиков, почти исключительно из служб ПВО! Потребовать сделать это перед рассветом, зная про возможность нападения противника, это вторая причина для расстрела.

Выкатить из укрытий самолёты на взлётку, чтобы их там было удобно бомбить? А ведь перегонять их будут те самые несколько пилотов из ПВО. Кто писал это - жил в реалиях реактивной авиации 70-х годов. Оно там летало уже и днём, и ночью. Да и самолётов реактивных стало нужно меньше, чем винтовых. Перегнать 100 самолётов и 1000 — это задача разной организационной сложности. Само указание перед рассветом — это идиотизм. Не сметь перегонять всю ночь, а только перед рассветом, но ещё затемно. Писалось такое разве, что для того, чтобы поднять градус ощущения паники и идиотизма. Причём снова военные такое не написали бы. Видимо написали глупость про ночью, спохватились, но убирать не стали. Исправили на "перед рассветом".

5) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточено и замаскированно; - Вы поняли? Рассредоточено держать их! Вы хотите держать танки МК собранными в кулак? Нельзя - вам запретили! Тоже самое с пехотой и артиллерией. Кто это писал точно не военный, а пропагандист. Он вообще или не понимает, что и как работает, или пишет для идиотов. Это фальшивка потому, что текст документа невозможно использовать для исполнения. Это не указания, а бессмысленная каша. Зато даже дурак поймёт из него, как там всё плохо было. Первый признак фальшивки, она, как плакат должна быть понятна сразу и по-фигу, что там мусор. Иначе как пропаганда она не сработает! У пропаганды обычно один шанс. Зашло, значит успех. Не зашло, провал. Указания пишут иначе, их пишут так, чтобы было ясно, что делать, и никаких лазеек для хитрованов не оставалось!

6) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов; – снова идиотизм. Затемнение — это дело гражданской власти (оно так и называется – меры гражданской обороны). Вы или крестик снимите или трусы наденьте! Либо тихо, и без беспокойства, либо поднимаем даже гражданских.

7) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить - выходит планы прикрытия границы отменяются? Выходит конверты уже не содержат ничего важного? Ну а как быть с теми, кто их вскрыл, таких полармии минимум оказалось? Под трибунал гадов?

Это снова писал некто, кто сочинял сказки про страшного дурака Сталина, без которого мыши в стогу не дышали. Это всё по отдельности могло бы прокатить, затесалась в текст одна такая глупость – для приказа не критично. По легенде люди спешили, но если в каждом пункте только либо послезнание, либо пропаганда, и никаких внятных распоряжений, то эта бумажка не важно, где и в каком архиве лежит, подлинным документом быть не может. Ещё раз скажу – Документ и Пропаганда — это разный жанр. В этом тексте всё от пропаганды и ничего от документа! У него даже номера нету!

Ну а что же там было?

Честно скажу, что подробно описать не могу. Зато грубыми мазками картина была чёткой. Войска были в местах дислокации, в достаточном удалении от границы, где не могли попасть под немедленный удар. Читая мемуары всех кроме разве, что пограничников мы убеждаемся, что войска штатно приводятся в готовность без всяких идиотских приказов "без номера". Он от того без номера, что на все номера есть и были приказы. Пришлось лепить чрезвычайщину, чтобы не спалиться на косвенных. Иначе пришлось бы гарантировать, что нет бумаг МО где ссылки идут на твой подложный приказ номер Х.

Не известно, что думали в ту ночь наши военные и как её провели, но точно ни Тимошенко ни Жуков в истерике по кабинетам не бегали, и вот это убожество не писали. Писали её по указанию бонз из КПСС годах в 60х - 70х. Наше начальство пичкая нас сказками про страшного Сталина, уже плотно вело страну к банкротству и приватизации. Что же касается Г.К. Жукова, то к тому времени был совсем не боевой маршал. Жить ему оставалось немного, можно было от его имени рассказать разное. Учитывая, как он сам замарался в госперевороте Хрущёва, он бы подтвердил, что угодно. Даже то, что Гитлер по секретному телефону приказал Сталину войска не поднимать.

Обратите внимание на текст: "ЦАМО РФ, ф. 48-А, оп. 1554, д. 90, л. 257—259. Подлинник." Если вы вдруг подумали, что слово подлинник, это значит, что документ настоящий, то разочарую вас. Архивы документы хранят. Слово подлинник значит, что на этом месте в архиве лежит именно такой документ и никакой другой. Экспертиза не дело архивов. Их дело хранить материалы, которые специальные люди туда положат. Если нужно будет положить, то положат, что угодно и никаких претензий к архивистам если, что. Это не их задача ловить фальшивки. Пусть берегут и такое, чтобы потом было ясно кому, и за что сказать спасибо!

Итак, на страну накатывало 22 июня, когда «ровно в четыре часа...» Потом к согражданам обратился Вячеслав Молотов.

"Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковав нашу границу во многих местах и подвергнув бомбежке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской стороны и со стороны Финляндии.

Это неслыханное нападение на нашу страну, несмотря на наличие договора о ненападении между СССР и Германией, является беспримерным в истории цивилизованных народов. Вся ответственность за это нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германское фашистское правительство. ..."

Когда текст выступления попал в печать, его немного подредактировали и теперь оно было таким:

"Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.

Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за всё время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей. ..."

Как мы помним из предыдущей главы, дипломатическая ловушка для Шуленбурга сработала безупречно. Германское посольство не успело вручить ноту до перехода войск в наступление, и Берлин лишился главного — возможности представить всё так, будто он лишь отстаивает свои законные интересы от недобросовестных партнёров. Эта моральная победа мгновенно обрела материальное измерение. Теперь американские и британские корпорации, ещё вчера накачивавшие Рейх кредитами и технологиями, не могли делать это открыто — нейтралитет, позволявший им оставаться в стороне, стал политически несостоятельным. Напротив, с этого момента администрация Рузвельта получила прочную моральную позицию для запуска ленд-лиза и помощи Советскому Союзу. Все силы, дружественные или нейтральные СССР, теперь могли действовать в открытую, опираясь на безупречную правовую и нравственную базу. Дипломатический шах и мат был поставлен ещё до первых разрывов бомб.

Я уже закончил писать текст, но дал его почитать другим людям, и мне Николай Берг напомнил одну вещь. Такие фокусы с вручением претензий вместе с объявлением войны - это был самый модный писк среди дипломатов Берлина, Токио, Рима. Японцев чутка позже американцы за такие фокусы тоже наказали. Оно и понятно. Гадское поведение спускать нельзя.

Глава 16. Человеческий фактор Д.Г. Павлов

Скажу сразу: всю кампанию 1941 года я оцениваю как беспримерный образец мужества, героизма и умения управлять войсками. СССР сумел в итоге не только нанести поражение вторгнувшейся армии фашистской Германии и её союзников, но и сам перешёл в контрнаступление. При этом, хотя под давлением противника были оставлены большие территории, враг заплатил за них огромную цену. К знаменитому ноябрьскому параду на Красной площади фашисты потеряли убитыми, пропавшими без вести и ранеными более четырёх с половиной миллионов человек. РККА лишилась убитыми 350 тысяч, пропавшими без вести 378 тысяч, а ранеными — один миллион двадцать тысяч человек. Сведения эти были взяты верховным главнокомандующим И.В. Сталиным из сводок генштаба и озвучены накануне известного парада на Красной Площади.

Чтобы оценить успех или неудачу, примем для простоты, что в 4,5 миллиона немецких потерь на одного убитого солдата в среднем приходятся трое раненых. При таком допущении убитых получается ¼ от общего числа потерь, то есть более 1,125 миллиона человек. Значит, выходит, что, имея трёхкратное превосходство в силах на 22 июня, агрессор нёс потери в 3,2 раза выше. Для раненых этот коэффициент будет 3,3, но мы не станем цепляться за цифры и согласимся на 3,2. Это просто чудовищные цифры, особенно учитывая, насколько велико было начальное преимущество. Да, за эти успехи пришлось заплатить не только землёй и попавшими под оккупацию нашими людьми, но и практически всей приготовленной перед войной техникой в ВВС и танковых войсках. Значительные потери понесла и артиллерия, хотя и не в боевых столкновениях, а при бесконечных маршах и манёврах. Сказалась более низкая механизация. Люди шли через «не могу», а техника ломалась и всё.

Однако не стоит думать, что всё происходившее тогда в 1941 году шло идеально. У нас были неудачи, и неудачи эти, как ни обидно, были связаны с человеческим фактором. Причём провалы случились на высшем уровне. Можно выделить в начальный период войны несколько эпизодов, которые по крайней мере теоретически можно было бы переиграть с лучшим результатом. Да, история не имеет сослагательного наклонения. Я это знаю, но именно эти наши неуспехи, по моему мнению, лучше всего иллюстрируют и сильные стороны Красной Армии, и Советского Союза. Итак, позвольте перестать говорить общими фразами и перейти к конкретике.

Речь в первую очередь о Дмитрии Григорьевиче Павлове, командующем ЗапОВО в момент начала войны. Если подвести итог его пребывания на этом посту, получится следующее:

«№ 0250 28 июля 1941 г.

По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д. Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В. Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А. Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А. А.

Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д. Г., Климовских В. Е., Григорьева А. Т. и Коробкова А. А.

Судебным следствием установлено, что:

а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д. Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В. Е. с начала военных действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;»

Вот такой неприятный итог. Что говорят историки в массе своей о причинах произошедшего? Тут мы имеем классический случай шахматной вилки:

Версия а) Павлов был начальником невеликих способностей, склонен к пьянству, был не в состоянии заниматься систематическим управлением войсками, а морально разлагался и занимался интригами.

Версия б) Павлов был способным военачальником, но на него повесили всех собак и показательно расстреляли. То ли для устрашения остальных, то ли для того, чтобы обелить высшее руководство страны, которое само виновато в произошедшем в Беларуси.

Обе эти версии явно растут из фразы Хрущёва: «Я согласился потому, что в основе-то виноват был не Павлов, а Сталин. Павлов был совершенно не подготовлен, и я увидел его неподготовленность, когда познакомился с ним. Я сказал об этом Сталину, а он вместо того, чтобы сделать соответствующий вывод и подобрать более подготовленного человека на этот пост, передвинул его с повышением.»

Какую версию ни принимай, а виноват Сталин. Как всегда! Давайте разбираться, тем более вопрос важнейший!

Так был ли генерал Павлов бездарностью или алкоголиком? Моё мнение однозначно – нет! Скорее всего, версия с алкоголизмом и бездарностью берёт начало из мемуаров генерал-полковника Хаджи-Умара Мамсурова. Только стоит открыть их, и буквально сразу становится ясно: это либо переделанный в угоду политической конъюнктуре текст, либо вообще ложь, написанная штатным пропагандистом, даже не слишком знакомым с военным делом. Да, Мамсуров знал Павлова лично довольно неплохо и даже участвовал в его аресте. Только объективность его вызывает серьёзные сомнения. Сами мемуары — это классический образец антисталинской пропаганды в стиле худших сказок самого Хрущёва, где армиями руководят по глобусу и прячутся под столами от телеграмм с фронта. Воспринимать написанное в этих мемуарах стоит очень осторожно.

В частности, пресловутое пьянство якобы началось ещё со времён Испании, где, по словам Мамсурова, Павлов получил прозвище «Генерал Бадяга»! Однако в реальности ничего такого не наблюдается, ни советские источники, ни зарубежные никакого пьянства за Павловым в тот период не замечают. Более того, он постоянно занят управлением войсками и организацией успешных контрударов. Именно за его деятельность на посту советника в Испании он получает звание Героя Советского Союза. Ему банально некогда было напиваться, да и скрыть такое, будучи в чужой стране у всех на виду, просто невозможно. Думаю, вы согласитесь, что алкоголизм командующего в причинах поражения ЗапОВО не повинен.

Был ли Павлов неспособным к военному делу человеком? Снова – ответ отрицательный. За действия на посту военного советника в Испании он получил высочайшие награды. Потом обобщил опыт применения лёгких танков в Испании. Стал одним из инициаторов разработки машин Т-34 и серии КВ, танков, по сути, ставших определяющими применение и развитие бронетехники на протяжении всей войны. Он был наблюдателем на Халхин-Голе, участвовал в Финской войне, работал в комиссиях по реорганизации армии и руководил Автобронетанковым управлением РККА. Никто при этом не приводит примеров его некомпетентности. Даже в ходе предвоенных игр на картах он доказал, что в должной мере понимает, что от него требуется, и в качестве командующего округом вполне на своём месте.

Да, Дмитрий Павлов был карьеристом и человеком амбициозным, не слишком щепетильным в плане средств продвижения по карьерной лестнице. Это так. Он явно считал своё назначение на пост главы ГАБТУ карьерным тупиком. Писал доносы на Ворошилова, обвиняя того в дискриминации и зажиме молодых кадров. Именно так он добился назначения на пост главы округа. Немного уделим внимание этому моменту.

Сразу после Финской войны в армии происходил разбор полученного опыта. Ворошилов пошёл на повышение и с поста наркома обороны стал вице-премьером, получившим руководство не только над армией, но и над флотом. На пост Ворошилова пришёл отлично проявивший себя на Финской С. М. Тимошенко, а в Генеральный штаб на место главы пришёл Кирилл Мерецков. Одной из причин таких перестановок стал вопрос о реорганизации танковых корпусов. Тема, как мы заметим, не чуждая Павлову.

По опыту освободительного похода в западные районы СССР, самой Финской войны и по наблюдению за действиями немцев в ходе уже идущей Второй мировой войны был сделан вывод, что наши корпуса нужно реорганизовать. Мнения разделились кардинально, и обсуждение вылилось в жаркие споры, участия в которых сам Павлов не принял. Казалось бы, его вотчина, но он самоустранился.

Щаденко и Будённый настаивали на создании корпусов по штату, принятому в реальности. Более 1000 танков, лёгкие машины старых типов и новые средние и тяжёлые сведены вместе. Сильная моторизованная дивизия в составе корпуса. Фактически мини-армия. Шапошников, Кулик были категорически против такой реорганизации. Управление и логистика этой массы машин представляли, по их мнению, неразрешимую задачу. Например, на тот момент в СССР не было достаточного числа специальных машин для заправки танков. Если танки были распределены побатальонно по дивизиям, то заправка нескольких десятков машин с использованием канистр — это не проблема. Теперь представьте, что нужно обслужить одновременно уже не 50–60 машин, а 1000? Тут заправка канистрами может занять сутки и более, а вокруг война. Да и грузовиков-цистерн не хватало. Не хватало и радиостанций для настолько крупной и мобильной части, как новый танковый корпус. Манёвренные дивизии могли за сутки разбежаться на сотни километров. Как ими командовать? Даже осторожный Б. М. Шапошников настойчиво высказывал большие сомнения в жизнеспособности такого чудовища.

Так заблуждались ли Будённый с Щаденко? Скорее всего, нет. Их расчёт строился на вполне понятных практических вещах. Вермахт создаёт дивизии нового образца, по 500 танков в каждой. Это машины в хорошем состоянии, способные к манёвру, обеспеченные спецтехникой, запчастями, транспортом снабжения. В большинстве своём эти танки ещё далеко не выработали свой ресурс. Нужно создать противовес этим ударным кулакам. Но как?!

У нас есть только масса лёгких танков со слабой бронёй. Да, начался выпуск машин КВ и Т-34. Сколько позволит время, мы их выпустим. Да вот беда, запчасти к лёгким танкам мы выпускать перестали. Не справлялась промышленность с освоением новинок и изготовлением номенклатуры деталей для старичков. Выбор был либо-либо. Решили делать новые танки. Хорошо. Делаем. Хорошие танки, но это новые образцы, у них куча детских проблем, это явление нормальное для всех образцов революционно новой техники. Надеяться на то, что все новые танки будут должным образом работать, мы тоже не можем. Тут ещё отсутствие или дефицит запчастей к старым танкам подпирает, а ведь это минимум на 70% танки, выработавшие свой ресурс. Их работоспособность — подвиг экипажей и технических служб. Что же делать?

Идея Будённого и Щаденко: свести их в крупные соединения и добавить к ним новые машины. Так мы, во-первых, объединяем склады и ремонтные службы. Это позволяет лучше распределить запасы запчастей, лучше обслужить старичков и продлить им жизнь. Во-вторых, новые машины — это качественно другой уровень танков. Описания боёв с их участием — это просто истребление противника, наглое, безответное, но! Огромное «НО», моторесурс дизеля В-1. Он мал, это пока ещё сырое изделие. Это пока не тот двигатель, что вынесет всё, что проедет тысячи часов по любому бездорожью. Именно тут и помогут старички. Как, спросите вы? Они выполнят роль разведки. Когда будет найден противник и где лёгкие танки не справятся, туда и направят тридцатьчетвёрки и КВ, которые там противнику устроят бойню. Вместо того чтобы стать бесполезной жертвой, старые машины принесут пользу. В-третьих, они тоже чего-то да стоят, число имеет значение. Россыпью они уйдут как вода в песок, а вместе дадут сдачи. В-четвёртых, пока одни подбитые танки будут чинить, другие будут сражаться. Раз у лёгких танков нет превосходства в классе, то возьмём количеством. Размер соединения — это резерв для ведения боя и ошибок. В-пятых, подбитый танк — это не всегда уничтоженный навсегда. Нередко его можно снова вернуть в строй на фронте. В маленьком соединении это сделать сложнее. В-шестых, Шапошников против потому, что полагает, что это постоянная структура. Только 1000 танков — это решение буквально на первые несколько недель, если не дней войны. Потери сами собой сократят штат, главное успеть извлечь из этого пользу.

Предложение Будённого и Щаденко — это не волшебная палочка, решающая проблему, это тяжёлый и кровавый способ вывернуться в почти безнадёжной ситуации. Массовое немецкое 37-мм ПТО, самоходки и танки почти бесполезны против наших новых танков, но старые они бьют легко. Разбросать ЛТ понемногу по частям — и их легко выбьют. Выбор стоит между тем, чтобы потерять танки без всякого смысла или, понимая все проблемы, получить в свои руки кулак, способный выбить зубы оппоненту.

Ну а почему молчал Павлов? Потому, что он в это время активно интриговал против Ворошилова, пытаясь снова вернуться на командные должности. Глава ГАБТУ — это высший пост для организатора или технаря, но Павлов — это в первую очередь амбициозный полевой генерал. Он видел свою карьеру, судя по всему, в том же ключе, что и Жуков. Вмешайся он в спор — значит придётся выбрать сторону, взять на себя ответственность. Следующий шаг предлагаешь – делай. А вот это ему нафиг не упало. Это работа и тяжёлая, и неблагодарная в плане карьеры. Поэтому, когда экспрессивный Кулик кричал на совещании, что с такой реорганизацией танковые войска нам вообще не нужны, и следует их разогнать, раздав машины в пехотные дивизии, Павлов деликатно молчал.

В ходе обсуждения он устранился, а потом выпустил статью за всё хорошее против плохого. Статья Павлова о том, что нужно сделать небольшие корпуса примерно похожие на более поздние бригады 1942 года было, по сути, ни о чём. У нас не было нужного числа уже изживших болезни роста боевых машин. При всех трезвых мыслях, эта статья не отвечала на главный вопрос: «Что делать в реалиях 1941 года?». Он просто взял паузу и ждал назначения на реальный пост в войска, избегая тяжёлой и неоднозначной работы. Оставим за скобками, что маленькие бригады образца 1942 года в стратегическом плане были бесполезны и драться с танковыми группами не могли. Это тема отдельного разговора.

В итоге Павлов добился своего. Военное руководство РККА пошло ему на встречу. Раз Павлов не идиот, он умён, хоть и увлекается интригой, доверить ему второстепенное направление можно.

Так за что же его в итоге расстреляли?

По косвенным данным, что войны не избежать, высшему командованию было очевидно уже в феврале. Напомню, что состоялся приход С. Тимошенко, Г. Жукова и К. Мерецкова на посты в наркомате и Генштабе — это подготовка к войне, как и сосредоточение в одних руках руководства армией и флотом. К. Ворошилов, став вице-премьером по вопросам обороны, координировал действия РККА и Флота. Если вы вдруг встретите в книгах, что эти две инстанции — это два параллельных мира накануне ВОВ, то задумайтесь о качестве самой книги.

Наиболее опытный военный бюрократ прежнего состава Генштаба, Шапошников был переключён на строительство укреплённых районов. В округах были проведены полковые учения по возведению укреплённых полос и действий по их занятию. Это иллюстрация к вопросу, собирались ли закидать немцев шапками и закончить войну через месяц в Берлине. В дипломатическом плане было крайне важно сформировать антигитлеровскую коалицию и не допустить вступления в войну на стороне Гитлера ни Англии, ни США. Поэтому помимо учений остро стоял вопрос возможных провокаций. В этой ситуации войска были в двояком положении. С одной стороны, их, как пса перед боем, накручивали, а с другой — и в прессе, и по другим линиям жёстко одёргивали, не давая ответить на явные провокации. Вопрос стоял, как это осуществят руководители округов.

Павлов решил, что будет хорошо начать сверку артиллерийских прицелов, ужесточить нормы контроля за снарядами калибров от 75-мм и выше, оставить большую часть войск в постоянных казармах. Просто потому, что в летних лагерях их трудней контролировать. Весной и КОВО, и ЗапОВО оборудовали фронтовые командные пункты. Только если перед самой войной Кирпонос и командование КОВО перебралось на КП, то в Беларуси Павлов, будучи полностью уверен, что в этом году уже поздно и немец не рискнёт, оставался в Минске. Каковы были последствия его действий?

1) Дивизионная и полковая артиллерия стояла в парках без снарядов. Их можно было оперативно подать в войска, но для этого нужна была идеальная связь со штабом округа, который на себя замкнул эти вопросы. Артиллерия, главная ударная сила пехотных дивизий РККА, осталась без возможности стрелять много и прицельно.

2) Не перейдя на КП, Павлов полностью полагался на использование гражданской связи для управления армией. Был не проведён переход на свои каналы. В процессе перехода всё ещё используются обычные линии связи, и занимает это не так уж и много времени, но это до войны. Если враг уже перерезал провода, то часы превращаются в дни и недели, и все меры оказываются почти бесполезны при быстром продвижении противника.

3) Части могли в зимнее время жить только в казармах ещё польского времени. Их расширили и дооборудовали, но переместить их было невозможно. Если части не вывести в летние лагеря, то они станут идеальными мишенями для первого удара немецкой артиллерии.

4) Военное планирование и обсуждение курса действий Павловым велось в ключе предотвращения провокации, и в случае начала войны это само по себе сильно замедляло скорость принятия решений.

Павлов замкнул на себя (на штаб округа) все решения о действиях в случае войны. Не наладил связь с войсками. Не перевёл штаб из Минска на КП. Части 4А в районе Бреста оказывались в роли идеальных мишеней для первого удара врага. Заметьте, мехкорпус в Гродно, который тоже бомбили, успел начать действовать. Ему повезло, что добить из пушек от границы до Гродно было невозможно.

Ну и в итоге вишенкой на торте стали действия Павлова в момент начала войны. Он просто не поверил. Потерял время до утра. Потом попытался спихнуть вину на начштаба и начальника связи, а самому уехать в войска. Это не получилось, и Павлов, понимая, что ехать на КП почти бесполезно, просто разослал посыльных вроде генерала Болдина, кого куда. Потом стал оформлять бумаги, что он якобы сделал, что якобы отменил из своих запретов.

Худо-бедно, но сведения стали поступать. Какова была картина? Нужно обеспечить снабжение войскам. Это можно сделать, если есть связь, а связь установить невозможно. Диверсанты парализовали гражданские линии, а без них на начальном этапе не получится. Значит, КП фронта — это ловушка, ехать туда — это ехать навстречу немцам. 4А – судя по всему, всё. Она разбита. Гродно дерётся, туда отправлен Болдин. Выслав противотанковые части примерно навстречу врагу, Павлов покидает столицу БССР. Судя по всему, он прекрасно сознавал, что натворил, и, понимая, что связи с войсками нет, частей в Минске кот наплакал, уехать самому в один из корпусов не получается, и он запаниковал. Стоило появиться признакам подхода немцев, и генерал вместе с тем, что ещё осталось от штаба, рванул по направлению Бобруйск – Могилёв. Направление, не лишённое смысла. Могилёв — крупный центр. Не зря там была ставка царя в Первую мировую. Это фактически запасная столица БССР. Для этого есть связь, транспортный узел и даже дом правительства, как в Минске.

Был ли Павлов храбрецом, покинувшим Минск в последний момент под давлением обстоятельств? Нет. Маршал Кулик не застал Павлова в Минске и отправился на запад, где встретил Болдина. Сам попал в окружение и вышел из него. Разница в поведении очевидна. Павлов убыл подальше от фронта исключительно по своей воле, а не по приказу. Не поставил никого в известность. Не исчерпав все средства повлиять на ситуацию, просто сбежал. Конечно, можно предположить, что Могилёв — это лучшее место для того, чтобы попробовать начать всё сначала, спасти положение. Мы не знаем, что творилось в душе Павлова в эти дни. Но мы знаем, что он делал, а чего не делал. А его действия — точнее, бездействие — говорят сами за себя. Прибыв в Могилёв, командующий фронтом становится пассивен.

Для контраста стоит сравнить, как встретил войну командующий КОВО Кирпонос. Во-первых, он оказался на своём КП, а не в театре. Сразу приступил к руководству войсками. Во-вторых, воспоминания Д.И. Рябышева – командира 8-МК содержат упоминание, что он получал указания не от одного нарочного, а к нему прибывали один за другим офицеры из штаба. Т.е. у штаба округа была связь и офицеры для доставки приказов на места, а ведь Украина, куда как больше Беларуси. В-третьих, командующий Южным фронтом Тюленев, проезжая из Москвы на фронт не застал в Киеве Кирпоноса, но общался с ним по телефону и получил сведения о обстановке. Значит и сам командующий КОВО был на связи. В-четвёртых, вылетевший в КОВО, Жуков легко нашёл командование фронтом и даже участвовал в организации его контрударов. У Кирпоноса была связь с подчинёнными ему войсками, соседями, командованием. Он реально управлял фронтом.

Разберём обстоятельства ареста Павлова, описанные Мамсуровым, которые вызывают сомнения. Павлов находится в лесу, нет ни охраны, ни оборудованного шлагбаума. Зато он кушает кашу, которую, неизвестно кто ему приготовил её. Вместе с ним находится маршал Шапошников, который то впадает в лихорадочную активность, то лежит больным. Какая-то дешёвая мелодрама получается, но кое-что из этой клоунады, явно состряпанной во времена Хрущёва, можно восстановить.

Это не просто место в лесу, а расположение штаба. Павлов, как минимум пытался войти в контакт с местными органами власти. Иначе, как туда, в лес попал маршал Шапошников. Борис Михайлович, конечно, тоже оказался в Могилёве, но лесов вокруг немало, и ловить на удачу в них командующего фронтом идея так себе. Другое дело если знать, что рядом его штаб. Итак, Павлов явно понимал свою вину, он прощупывал почву перед тем всплыть на новом месте. Именно так его и нашёл маршал, бывший в инспекционной поездке. Почему Шапошников не сместил Павлова и не арестовал его сам? Потому, что был всего-навсего начальником строительства укреп районов. Ни начальником Павлова, ни человеком, хорошо знавшим, что происходит в сейчас округе он не был. Да и сместив Павлова Шапошников устроил бы ещё больший бардак. Связи нет, Павлов арестован, поди сообщи всем, что ты теперь вместо него, а это решения явно временное. Потом снова надо сообщить, что я тут не командую, а вместо меня другой. Зато он остановил бегство командующего ЗаОВО и сообщил порученцу Ворошилова, где искать Павлова. В течении суток в Могилёв прибыл и сам Климент Ефремович, имевший все полномочия решить вопрос с арестом или снятием с должности.

Дальше разгребать последствия провала Павлова стал С. М. Тимошенко. Это было фиаско, но личное фиаско руководителя ЗапОВО и его ближайшего окружения. Подобрав себе команду под стать, Павлов не вытянул порученное ему дело. Да, расплачиваться за его неудачу пришлось солдатам и офицерам округа. Однако, они сделали со своей стороны всё возможное и кое-что из невозможного, когда наконец на Западном и Центральном фронтах появилось нормальное управление. Сохраняй он спокойствие, пытаясь руководить войсками хотя бы ещё неделю, всё могло бы обернуться иначе в Смоленском сражении. Уже когда он появился в Могилёве из глубины страны выдвигались свежие армии. Окружённые в Белостокском котле войска не были беспомощной жертвой. Они дрались и выходили из окружения почти середины августа. Вырвавшиеся вперёд танковые группы фашистов и в реальной истории не смогли замкнуть сплошное кольцо окружения.

Что было бы, если из кольца выходило больше войск, сохранивших лучшую организацию? Особенно, учитывая тот факт, какие понесли потери танковые группы напоровшись под Могилёвом и Витебском на свежие армии Тимошенко? Павлов оказался в психологической ловушке карьериста одиночки. Сам бы он не стал помогать соседу, не встал бы горой за начальника, не стал бы ставить дело превыше личных амбиций. Потому ему даже в голову не пришло, что Тимошенко прикроет направление и фактически будет спасать его Павлова шкуру. Да Тимошенко не ставил себе цель помочь именно Павлову, он решал задачи уровня безопасности всей страны. Но Павлову после всех его интриг ради места главы округа даже в голову не пришло, что можно обсуждать с руководством в деловом ключе решение вопросов обороны, без перехода на личности, концентрируясь на общей цели. Не было у него никаких общих целей, были свои личные. Потому он занимался больше приведением документов в порядок задним числом, а не реальным управлением. Его энергия оказалась направленна на спасение себя любимого.

История Павлова — это ответ на вопрос: всё ли произошло, как планировали? Личная трусость, самоуверенность и перестраховка, нежелание заниматься связью и тратить силы и время на контроль войск перед войной — это привело к тяжёлым последствиям, которых могло бы не быть. Увы, не все командиры в Красной Армии были одинаково хороши. Тут почти невероятным образом совпало, что в месте, где вермахт сосредоточил максимум сил, оказался далеко не самый храбрый генерал, думавший больше о карьере, чем о пользе для страны. Важный вопрос, был ли Д.Г. Павлов предателем или заговорщиком? Моё мнение нет. Предатель пошёл бы к врагу за своими тридцатью сребрениками. Для заговорщика хотевшего свернуть строй он тоже действовал нелогично. Надеяться, что за совершенное его не накажут – это был верх оптимизма. Уж лучше сдаваться немцам и записываться в гауляйтеры. Павлов просто побежал от фашистов в панике подальше от фронта. Это поступок труса, растерявшегося человека, но не предателя.

Глава 17. Человеческий фактор И.В. Тюленев

Я честно скажу, что намеренно касаюсь подробно неудач РККА настоящих или мнимых. Мне, по моему разумению, кажется, что именно при разборе этих ситуаций раскрывается по-настоящему происходившее в 1941 году. Итак, следующая иллюстрация влияния человеческого фактора, это всё связанное с окружением частей двух наших армий под Уманью и ролью командующего Южным Фронтом И.В. Тюленева в произошедшей трагедии.

Кто такой Иван Владимирович Тюленев? Каков он, как человек? Что он писал в своих мемуарах про эти события? Начнём с начала.

Несомненно, генерал Тюленев человек по-настоящему храбрый. Без скидок и славословия, полный георгиевский кавалер, эти его награды даже пристрастный биограф не назовёт политически ангажированными. Он из тех, кого можно называть ветеранами Первой Конной Армии. Там он выделился на общем фоне, прошёл путь от члена солдатского комитета до командира бригады и начальника разведки армии. Причём это совсем не кабинетный аналитик, эдакий Штирлиц. Разведка Первой Конной – это разведка боем, а Тюленев – человек, прошедший проверку на практическое понимание сути маневренной войны. Он проявил не только таланты храброго бойца, но и умного руководителя, остро чувствующего пульс войны.

Читая любые мемуары, можно запросто довериться автору и невольно поверить в намеренную ложь. Зато автору, как правило, сложно скрыть, что он любит, что делает со страстью и удовольствием. Так вот из автобиографии Ивана Владимировича у меня сложилось мнение, что лично участвовать в бою, возможность отдавать приказы, увлекать людей и влиять на исход сражения — это то, что ему нравилось. То, что по его ощущениям подходило ему лучше всего. Одновременно с этим, читая его приказы, я не заметил, что это тупой рубака. Никаких явных глупостей, анализ ситуации адекватен, горячку никто не порет, и в панику не бросается.

Это особенно удивило меня. Потому, что первое знакомство с генералом Тюленевым у меня произошло по книге генерала М.Д. Грецова «НА ЮГО-ЗАПАДНОМ НАПРАВЛЕНИИ (июнь-ноябрь 1941 г.)» Воениздат 1965 год. Книга эта очень подробная, с большим количеством цитат из различных документов, и, скажу сразу, книга коварная. По ней Тюленев выходит некомпетентным и недалёким человеком, который не очень понятно, как получил свою должность. Его качества — чуть ли не главный фактор в той неудаче, что привела к окружению в районе Умани.

Только вот читая приказы самого Тюленева и его переписку с Будённым, складывается строго обратное впечатление. Даже стиль общения между ними скорее доверительный, не панибратский, но Будённый не ставит под сомнение доклады Тюленева. Он ему доверяет, видимо, исходя из опыта личного общения. Доклады штаба ЮФ вызывают у Семёна Михайловича вопросы, а информацию от командующего он не оспаривает. Это очень весомый аргумент в пользу Тюленева при любых толкованиях происходящего.

К сожалению, воспоминаниям самого Ивана Владимировича верить без оглядки нельзя, там явно поработала рука редактора, далёкого от военного дела. Например, в главе о начале войны есть такой момент:

«В 3 часа ночи 22 июня меня разбудил телефонный звонок. Срочно вызывали в Кремль… Сразу возникла мысль: «Война!..»

По дороге заехал в Генштаб. Г.К. Жуков по ВЧ разговаривал со штабами приграничных военных округов. После телефонных переговоров Жуков коротко информировал меня:

– Немецкая авиация бомбит Ковно, Ровно, Севастополь, Одессу.

Я поспешил в Кремль. Меня встретил комендант и тотчас проводил к Маршалу Советского Союза Ворошилову. Климент Ефремович спросил:

– Где подготовлен командный пункт для Верховного командования?

Этот вопрос меня несколько озадачил.

– Такую задачу передо мной никто не ставил, – говорю я Ворошилову. – Штаб Московского военного округа и ПВО города командными пунктами обеспечены. Если будет необходимо, можно передать эти помещения Верховному командованию…

Затем мне было объявлено, что правительство назначило меня на должность командующего войсками Южного фронта. Отбыть к месту назначения предлагалось сегодня же.»

Ворошилов, будучи главой армии, а потом и флота, оказывается не в курсе, что никаких сооружений для него (верховное командование — это пока он сам) не существует? Это явная, неприкрытая глупость. Климент Ефремович либо знает, что и в планах подобного нет, либо оно есть, но тогда Тюленев идиот. Какие военные объекты в его округе могут существовать вне его внимания? Неужели кроме Московского военного округа, которым командует Тюленев, есть ещё некий Секретный МВО, где и планируется тайно развернуть КП для руководства страны? Этот разговор абсурд, хотя бы и потому, что он не завершается ничем. Нет КП и бог с ним, не очень-то и нужно. Чего тогда спрашивали? Зато единственное, что ясно читателю, — в стране бардак сверху и донизу.

А вот дальше идёт довольно интересный момент, который с моей точки зрения многое объяснит в будущих событиях:

«Затем мне было объявлено, что правительство назначило меня на должность командующего войсками Южного фронта. Отбыть к месту назначения предлагалось сегодня же.

Каждая минута была дорога. Штаб МВО согласно моим указаниям срочно выделил полевой штаб для Южного фронта из командиров Московского военного округа и стал готовить специальный железнодорожный состав для отправки штабных работников на фронт.»

Штаб — это группа офицеров, без которых МВО может отлично работать. Учитывая, что ЮФ считался тихим фронтом, скажите, что это за люди? Сливки военной элиты? Вспомните, кто командует МВО? Это важная деталь! Командует МВО сам Тюленев! Это он должен подобрать себе команду. Как вы думаете, это важный вопрос? Стоит ли уделить в книге воспоминаний ему хоть пару строчек?

Чтобы пояснить смысл вопроса, я перескочу к тому, что поразило меня в мемуарах К.К. Рокоссовского. Я впервые читал эту книгу ещё мальчишкой, в надежде найти там батальные сцены или великие мысли самого полководца, но я был разочарован. Вместо этого, описание каждой операции он начинает с описания своих подчинённых: штабистов, начальников служб. Он говорит о них поимённо, перечисляя их достоинства и иногда недостатки. Чувствуешь, его штаб — это его команда. Он часто просит начальство дать ему конкретных людей. Оно и понятно! Эти его люди — это его оружие, его руки, глаза и уши. Без них он никто, и Константин Ксаверьевич уделяет им должное внимание, потому что его успех — это их успех. Он безусловно дирижёр, но они оркестр.

«22 июня в 15 часов я снова был у Г.К. Жукова и хотел получить от него оперативную обстановку и задачу для Южного фронта. Но лично от Жукова никаких указаний не получил, так как он, как и я, спешил в этот день выехать на фронт. После этого я был в Оперативном управлении Генштаба, где мне сказали, что обстановку и задачи я получу на месте.»

«Во время следования с эшелоном на юг мы вместе с исполняющим обязанности начальника штаба фронта генерал-майором Г.Д. Шишениным и членом Военного совета А.В. Запорожцем изучали район предстоящих боевых действий.»

Вот и всё, ни слова, ни полслова. Будущий штаб ЮФ возникает сам собой. Я дал указания и всё. С самого начала товарищ Тюленев действует, как одиночка. Он активен, но он не собирает команду, а своих сослуживцев он узнаёт уже в поезде. Причём из подчинённых упоминает только начальника штаба. Оцените разницу в подходах. Для Тюленева штаб – это слитное нечто, даже своего нач. штаба он больше не вспомнит. А ведь это человек, с которым он буквально съел пуд соли, и на них в равной мере лежит ответственность, слава, и если что, то и позор! Начальник штаба — это твой главный инструмент, он крутит всю машину военного управления, пока ты принимаешь решения. Если этот человек не на месте, или штаб не справляется, то ты всего-навсего человек с картой и карандашами, а не полководец.

Итак, проезжая через Киев, Тюленев имеет короткий разговор с нач. штаба бывшего КОВО, а теперь ЮЗФ, о сложившейся обстановке. Быстро связаться с командующим ЮЗФ не получается. Связь есть, но нужно обождать, а Тюленев не ждёт. Отметим, он не пытается наладить нормальные каналы неформального общения со своим единственным соседом. Это тоже не слишком красит нашего героя. Командир — это тот, кто работает с людьми, и связи для него, по идее, это не пустой звук. К чему такая спешка? Но может, я себя накручиваю? Может. Решайте сами. Я не уверен, что тяжёлый груз ответственности за свои промахи не давил на Тюленева, когда он писал свою книгу, но тут сами факты вряд ли были им искажены. Он всём при том, не трус и себя описывает довольно честно.

Уже на месте происходит крупная неприятность:

«Надо было спешить на командный пункт Южного фронта в Винницу. Прибыли мы на КП 24 июня, и я был страшно разочарован его неподготовленностью. Передо мною сразу встал вопрос: как же отсюда управлять войсками? На КП не оказалось ни одного телефонного и телеграфного аппарата, ни одной радиостанции.

Пришлось мобилизовать местные средства и с их помощью устанавливать связь с войсками, на что терялись драгоценные часы.»

Само по себе такое сомнительно. Особенно учитывая, что дальше написано:

«Из переговоров со штабами 9-й армии и 17-го стрелкового корпуса (штаб 18-й армии прибыл с опозданием и развернул боевую работу лишь 28 июня) стало известно…

… О положении на Юго-Западном фронте мне вкратце сообщил по ВЧ командующий фронтом генерал-полковник Кирпонос… »

Дело в том, что связь с армиями, судя по дальнейшему тексту, всё же была — и с 9-й армией генерала Черевиченко, и с Юго-Западным фронтом по ВЧ. Так что же тогда означают слова «на КП не оказалось ни одного аппарата»? Скорее всего, штаб Южного фронта, прибывший из Москвы, просто застал пустое место. Их никто не встречал с готовым узлом связи — и это нормально для того хаоса. Тем более, что ЮЗФ уже вёл бои, а ЮФ пока был «тихим углом».

До войны штаб Одесского военного округа размещался в Одессе. В начале июня 1941 года управление округа по плану прикрытия границы было выдвинуто в Тирасполь, где и встретило начало войны. Именно там на базе управления ОдВО формировался штаб той самой 9-й армии.

Винница — где разворачивался штаб Южного фронта — находилась вне зоны ответственности бывшего Одесского округа, и ожидать накрытую поляну было, как минимум, странно. Возможно, поговори Тюленев с Кирпоносом из Киева, то ситуация не оказалась бы для него сюрпризом. Тут главное другое: Тюленев не поручает наладить связь начальнику связи или своему штабу, а сам «мобилизует местные средства». Это действие он запоминает и описывает — в отличие от формирования собственного штаба. Это важное дело, но почему начальник связи не в состоянии разобраться с вопросом? Кстати, как его зовут? Никак! Если эпизод важен, то это или успех, или неудача, почему же не указать персоналии?

Дальше сами мемуары становятся неудобочитаемыми. Почему? Иван Владимирович сначала описывает начальное положение войск, а потом сразу перескакивает к событиям под Уманью. Совершенно не ясно, как относительно стабильное состояние фронта мгновенно превращается в критическое. Да, человек в теме может сообразить, что между соседними абзацами прошло немало времени, но читатель, впервые взявший книгу в руки, не понимает ровным счётом ничего. Тут я бы посоветовал читать того же Грецова. Тогда вам станет понятно, что, отходя под давлением противника, фронт вел активную оборону.

Почему же генерал Тюленев пропускает этот важный момент? Мне кажется, потому что в действиях фронта очень много нерасторопности. Точнее, приказы хорошие, но вот реагируют на них войска с медленно. Да, есть проблемы, и Грецов, и Тюленев о них говорят. Более того, и сам Тюленев, и Будённый недовольны примерно одним и тем же. Улавливаете? Если приказ нормальный, то отчего сбои выполнения? Методом исключения причин несколько: связь, проблемы с выучкой офицеров, плохая работа штаба.

Вот в этот момент я сразу скажу, что вступаю на скользкую почву предположений. Да, есть проблемы на местах, и не всё идеально. Для Тюленева это не абстрактные вещи, а значит, он ими занимался. Такое впечатление, что он бросается на решение главной задачи, а штаб оставляет работать сам по себе. Получается, что в штабе его нет. Руку на пульсе он держит и отдаёт правильные приказы, но дальше всё идёт само собой. Вот тут и начинаются сбои. Когда всё хорошо, то реализовать приказы удаётся, а чуть идут трудности, и дело стопорится, никто лично не отвечает, до тех пор, пока не получит указаний. Штаб или саботирует действия командующего или просто предпочитает не напрягаться, перекладывая на Тюленева привилегию разбираться с трудностями. Ну а что? Так ведь проще, когда укажут и прикажут.

Сам Тюленев постоянно занят решением очередного оперативного кризиса, а вот общее управление не его сильная зона. Вопросы снабжения, логистики накапливаются, исполнение приказов контролируется неудовлетворительно. Тут начинает казаться, что «матерное» управление Г.К. Жукова куда как лучше! Оно уж точно не позволяет спускать на тормозах сложные вопросы. Без жёсткости и личной ответственности за их исполнение, распоряжения превращались в бумагу. Простые вопросы решались медленней, чем нужно, а что происходило со сложными вопросами? Они замирали ровно до тех пор, пока сам Иван Владимирович не брался за них. К сожалению, у человека в сутках только 24 часа и надо ещё есть и спать. Именно в этот момент Южный фронт получает подарок. Две новые армии из состава ЮЗФ. Штаб, как рахитичный ленивец, неторопливо справлявшийся с проблемами двух сильных армий ЮФ, получает ещё две, но крайне ослабленные, и под этим грузом система командования ложится.

Будучи до конца честным с читателем, я всё-таки предупрежу о возможной проблеме в разборе мемуаров Тюленева. Он сам, и это чувствуется, тяжело переживал произошедшее. У всякой победы тысяча отцов, любое поражение — сирота. Упоминание конкретных фамилий и персонального вклада в поражение двух армий непременно вызвало бы ссоры и имело последствия для самого автора. Возможно, на это накладывалось чувство личной ответственности, в этом случае перекладывание на других вины не то, чего хочет сделать автор.

Книга Грецова тоже хоть и помогает с фактами, но делает это очень странно. В ней почти не освещается деятельность штабов высокого уровня, а ведь ЮФ и ЮЗФ не дрались сами по себе, они были частью общих усилий в период активной обороны и накопления сил. Это создаёт неверное впечатление, особенно когда речь идёт о пополнении фронта резервами.

Так может автор просто предоставляет документы и позволяет нам самим решить, что было, чего не было? Нет. Он имеет свою позицию и не стесняется делать анализ. В итоге действия как Ставки, так и командования Южного направления приобретают несколько карикатурный оттенок. Они не руководят и не организуют действий фронтов, а просто раздают указания. Это очень важный момент. Например, тот факт, что С.М. Будённый к моменту отхода фронта от Днепра уже организовал возведение тыловых рубежей для новой обороны, выясняется косвенно, из переписки, посвящённой другому вопросу, и так постоянно.

А ведь это очень важный момент. Особенно в свете кризиса при принятии решения оставлять ли Киев? Одно дело, если С.М. Буденный и Ставка в принципе занимают немотивированную позицию, «ни шагу назад» воспринимая в штыки любые попытки манёвра, и совсем другое дело, если читатель знает про то, что во время обсуждения отхода командование направления уже возвело новый рубеж для продолжения борьбы. Строительство таких масштабов — дело не мгновенное, оно начинается заранее. Почему в книге почти нигде не даётся материалов, кто, где, когда начинает готовить оборонительные линии? Без этого обсуждение действий выливается в простое хочу/не хочу. Читатель не понимает, на основе чего возникает запрет отходить и почему спустя некоторое время его отменяют.

Если вернуться к кризису под Уманью, то здесь в первую очередь нужно выделить документы от Будённого в войска и штаб ЮФ, идущие как бы через голову Тюленева. Это формально неверно, разрушает линию командования, создаёт путаницу. Однако сам Иван Владимирович нигде не сетует на такое вмешательство. Следует понимать, что С.М. Будённый отлично знал своего бывшего подчинённого. То, что у Тюленева есть проблемы, проявилось не после Умани, и Будённый частично с него снимает лишний груз. Снимает, вмешиваясь в работу фронта, но действует грамотно, лишь усиливая посыл, а не отменяя решений самого ком. фронта. Также руководство направления, убедившись, что штаб ЮФ не справляется с моб. мероприятиями, взяло их на себя. Это именно оно собрало целую армию, которая унаследовала от разбитой под Уманью номер 6.

Ладно, хватит психологии, перейдём к фактам. Пока ЮФ отступал с оборонительными боями в Молдавии, на Украине происходило одно из двух крупнейших танковых сражений лета 1941 года. Наши механизированные корпуса выбивали немецкие танки, и уже буквально в первую неделю боёв план немецкого командования был сорван. Это не отменяло того факта, что у фашистов было огромное количество войск. Если не получалось наступать как планировали, то общее численное превосходство позволяло наступать везде, фронтально давить массой и пытаться провести фланговые удары танковыми частями.

Сильные, как в кадровом отношении, так и в части технического оснащения армии ЮФ постепенно отходили на восток. Причина отхода была проста. Нужно было не допустить возникновения разрыва между ЮФ и ЮЗФ. Под чудовищным давлением ЮЗФ отступал, огрызаясь контрударами, разменивая расстояние на время. При этом он не только не получал подкреплений, но и сам был донором для Центрального и Западного фронтов. Его самые западные 12-я и 6-я армии почти непрерывно вели бои, не получая пополнения. Основные полученные из резерва силы ЮЗФ получал по железной дороге в район Киева. Под давлением противника между киевской группой и отходящими на восток возник разрыв.

Сами 12-я и 6-я армии смогли сохранить свою артиллерию и тылы, но пехотные подразделения понесли большие потери. Они больше не могли растягиваться бесконечно. Отводить же ЮФ быстрее было нельзя. Его ещё некуда было отводить, и, очень важно, его отход означал срыв мобилизации на западном берегу Днепра в Украине. Если отказаться от мобилизации, это означало потерю целой общевойсковой армии. Фашисты не смогли оторвать полностью части ЮЗФ от ЮФ, но в самой линии ЮЗФ получился разрыв между 6А и Киевом. Кроме того, 12-я и 6-я А отходили всё больше не на восток, а на юг и юго-восток, вступая в зону разграничения ЮФ.

Что значат эти зоны разграничения? В данном конкретном случае это означало, что тылы армий начинали снабжаться из той же ж/д сети, что и армии ЮФ. Они вмешивались в действия тыловых служб ЮФ и ломали и так сбоящее расписание поставок. В книге Тюленева отход этих двух армий назван беспорядочным и хаотичным. Из документов ЮЗФ следует обратное, армии отходят организованно, но им приходится часто реагировать на действия противника и менять планы. Понятно, что если генерал Тюленев вынужден был решать проблемы своего фронта и не уделял достаточно внимания действиям соседа, то это могло создавать впечатление хаоса.

Итак, получилось, что две армии ЮЗФ оторваны от основной группы его войск. Их тылы находятся уже в зоне соседнего ЮФ, и средств полноценно руководить ими и обеспечивать снабжение через чужую зону ответственности у ЮЗФ нет. В книге Грецова вопрос планирования того, что делать с прорывом, не освещается. Просто на читателя вываливается множество документов, освещающих частные вопросы отдельных решений об отходе, контрударах и жёсткой обороне. Мотивация штабов и разъяснение сути требования сторон остаются за кадром. Это сразу превращает повествование в хаос и лишает действия РККА осмысленной логики. Да, в действиях Красной Армии были чисто реактивные моменты, но и общая линия присутствовала всегда.

Я не претендую на полное понимание, но у меня складывается такая картина ликвидации прорыва фашистов:

Первое, ЮЗФ получает резервы для усиления своей 26А – самой восточной армии на левом берегу Днепра. Он собирает их в кулак и с востока наносит последовательные удары во фланг 1ТГ немцев, пытающейся пройти в излучину Днепра. Резервы приходят, к сожалению, не одновременно. Негативное последствие этого — ослабление силы ударов и утрата внезапности. Положительный момент — неослабевающее давление на фланг 1ТГ. Предоставленных ЮЗФ сил в любом случае было недостаточно для полного разгрома группы армий Юг, и растянутость контрударов во времени скорее играла в плюс, давая закончить мобилизацию на Левобережной Украине. Большой и неосвещённой проблемой являлось то, что сами эти резервы в значительной мере должны были пополнить две обескровленные армии, переданные в состав ЮФ. Эти люди были очень нужны в обеих армиях, но переправить их через разрыв фронта было невозможно.

Можно было упрекнуть руководство ЮЗФ, что оно не передало их ЮФ, но тут скорее вопрос коммуникации и послезнания. Будучи сам в состоянии постоянной нехватки войск, штаб ЮЗФ вполне мог считать, что он распорядится пополнением лучше, чем просто отдаст соседу. Тем более, что организация снабжения у ЮЗФ получалась лучше. Это объяснялось как опорой на киевский ж/д узел, так и лучшим знанием театра войны и наличием личных связей на местах. Штаб ЮФ был группой москвичей, причем москвичей, которых можно было взять, не парализуя работу МВО. Это были пришлые люди, ещё не слишком расторопные.

Второе, в излучине Днепра уже заканчивала формирование новая армия. Её проблема была в нехватке артиллерии и автотранспорта. Ну а без этого было сомнительно, что новые формирования могут остановить танки. Войска уже были, но бросить их в бой пока было нельзя. Всё, что они действительно могли делать, — это оказать сопротивление противнику, который на них напорется сам. На слаживание части и её комплектацию транспортом требуется 2–3 месяца, а с начала войны прошло гораздо меньше. Само наличие войск в такой степени готовности — это большое достижение штаба ЮЗ направления и С.М. Будённого лично. Эти условно боеспособные части гарантировали, что случайные прорывы авангардов 1ТГ фашистов не будут иметь серьёзных последствий. В излучине Днепра была не полная пустота, и с каждым днём эта новая армия становилась сильней.

Третье, сами 12-я и 6-я армии передавались в состав ЮФ. Изначально им ставилась задача, обороняясь, наносить контрудары навстречу киевской группе, создавая давление на обе стороны разрыва. Эту задачу им не будут отменять почти до самого конца драмы. Такая постановка задачи со стороны командования направлением поначалу кажется излишне оптимистической, если не сказать утопической. Однако не станем торопиться.

Уточним, что думал про это сам противник. В описаниях допросов командармов 12-й и 6-й немецкие офицеры спрашивали, осознают ли советские военачальники, насколько они были близки к разгрому 1ТГ? Это означает, что, даже почти лишившись пехоты, обе армии имели настолько сильную артиллерию, что противник оценивал их боеспособность на уровне полнокровных армий. Это было буквально, как в фильме «Они сражались за Родину». Когда старшина спрашивает у Лопахина: «Ты ведь понимаешь, что они думают, что нас тут целая дивизия?».

Не наступать немецкое руководство не могло, но чем больше войск рвалось вперёд, тем больше бы потом оказались в котле, а чувствительность к снабжению у танковых и моторизованных дивизий выше обычной. Сумей части, переданные в ЮФ, выполнить задачу, и летом на Украине случился бы Сталинград.

Что же пошло не так? Во-первых, чего не было у переданных армий и что в итоге привело к плачевным результатам больше всего? У них не было снарядов и еды. Я уже писал, что транспорт нашей пехотной дивизии позволял подвозить в два раза меньше грузов, чем у немецкой. Это было неслучайное решение. Наши тылы и наши дороги подходили друг для друга. Сколько было можно, столько и подвозили, кроме случаев, когда действия шли возле крупных шоссейных дорог. В сухом итоге это значило, что мы за счёт меньших подвижных тылов немного сглаживаем проблему мобильности. Советская пехотная дивизия становится на марше почти такой же быстрой, как немецкая. Меньше таскаем, быстрее ходим.

Однако есть оборотная сторона медали. Меньше таскаем, меньше одномоментный объём запасов. Значит, нужно чаще подавать снабжение, пусть и меньшими порциями, чем у противника. Значит, нужно внимательно организовывать снабжение. Нет, у дивизий есть устойчивость и вовсе под обрез никто боеприпасов и еды не имеет. Только следует понимать, что приходится соревноваться с противником, у которого подвоз лучше. Чем дольше наша оборона и наступление находятся на одном месте, тем больше у противника будет превосходство в запасах. Наша система была ориентирована на мобильную войну, где пехота тоже не будет статистами, а составной частью манёвренной обороны.

К моменту перехода в состав ЮФ армии Понеделина и Музыченко уже некоторое время сражались на голодном пайке, а разрыв фронта между ними и 26А сделал невозможным подвоз, кроме как через зону ЮФ.

Что должен был сделать штаб ЮФ?

1) Заранее, когда вопрос только обсуждался, связаться со штабом ЮЗФ и уточнить, какие у них грузы есть для снабжения армий. Где они находятся и когда их передадут ЮФ. План максимум включал в себя ещё и вопросы пополнения для пехоты, но в целом это могло подождать.

2) Тогда же или сразу после решения о передаче установить канал связи с новыми армиями. Это было нужно, чтобы управлять ими и понимать, куда предоставить снабжение.

3) Сообщить, хотя бы в момент передачи армий, руководству направления, какие есть проблемы с транспортом и насколько загружены ж/д узлы. Обрисовать ситуацию с подвижным составом. Это они сами должны были организовать разборку скопившегося порожняка и паровозов до включения армий, а не Будённый и в разгар кризиса.

4) Организовать подвоз к новым армиям. Уточнить наличие средств и способов доставки. Ведь уже в ходе отхода армий Тюленев и Будённый нашли запасы парашютов и часть припасов смогли отправить по воздуху.

5) Авиационное прикрытие. Нужно было либо потребовать авиацию из состава ЮЗФ, либо подчинить свои соединения новым армиям. Вопрос авиации до окрика Будённого вообще висел в вакууме.

Что было из этого сделано? Ничего. Ни сам ком. фронта, ни штаб нормально взаимодействие с соседом не организовали. Иначе у нас были бы документы о передаче запасов и запросы о них. Также это оставило бы след в описании действий ж/д. Старые резервы запасов 12-й и 6-й армий остались в ведении ЮЗФ. Приём новых не был обеспечен ж/д составом. Штаб уже имел проблемы с тем, что скапливался порожняк и паровозы, но он относился к проблеме потребительски, как к делу исключительно железнодорожников. Похоже, в головах штабистов ЮФ ещё не произошло переключение в военный режим.

Связь снова оказалась в штабе никому не нужна, кроме Тюленева. Его делегаты прибыли в армии, но это не превратилось в систему управления. Человек слетал, вернулся, и такое ощущение, что это оказалось личным делом Ивана Владимировича! Штаба, что связь не касается, это что подходы? Ёж птица гордая? Пока не пнёшь не полетит?

Результат: пока почти неделю шли разговоры, в армиях закончился хлеб и топливо. Подошли к концу боеприпасы всех видов. Новые сведения не поступали в штабы армий. ЮФ не бездействовал. Ком. фронта обеспечил коридор отхода для частей на юг. Только никто в окружении не был в курсе этого. Одна армия до последнего пыталась пробиться к 26А, выполняя исходную задачу. Когда стало ясно, что выполнить её нельзя, обе армии, объединив усилия, стали пробиваться на свой страх и риск на юг. Понятно, что они двигались куда сами считали нужно, а не в сторону пробитого для них выхода. Всё. Более двадцати тысяч погибли или оказались в плену, вышло около сорока пяти тысяч без пушек и техники, в основном с личным оружием.

Как вишенка на торте, история с авиацией. Прикрытие с воздуха организовано не было вообще. За время изоляции части в образующемся котле привыкли, что всё, что в воздухе, – враг. Когда же транспортная авиация начала сбрасывать им припасы, то свои же зенитчики расстреливали эти самолёты. Примерно по той же причине пропала связь через нарочных, отправляемых по воздуху.

Две армии оказались разбиты! Не уничтожены, а разбиты. В фронте на их месте образовалась дыра, а резервная армия в излучине Днепра ещё не закончила формирование. Вопрос встал иначе. Теперь речь шла о том, не погибнет ли вместе с армиями Понеделина и Музыченко весь ЮФ?

Что же с самим И.В. Тюленевым? Его никто не расстреливал и в подвалы чекистов не волок.

Избавившись от непосильной задачи по управлению четырьмя армиями, фронт заработал. 2-кк успел перехватить и удержать переправы, дав отойти всем частям, и тут проявилось то, что самая дальняя из них, 9А, которой пришлось дольше и трудней прочих вырываться из ловушки, смогла сохранить по разным оценкам от 80 до 90% своей артиллерии. Это та самая армия, штаб которой был создан на основе управления ОдОВО. Когда работа способного командира Я. Червиченко оказалась подкреплена хорошей штабной работой, результат, как говорится, налицо!

Сняли ли Тюленева с должности? Нет. В самый решительный момент кризиса Будённый отдаёт Тюленеву недвусмысленный приказ! Отправиться в самое горячее место, где решается, будет фронт жить или погибнет, и не появляться без вверенных ему войск. Вот тут Иван Владимирович проявляет себя великолепно. Он справляется, он не щадит себя, и до самого момента, пока он не покинет фронт, спокойных дней у него не будет. Тюленев сам водит людей в бой, командует войсками, и это предсказуемо заканчивается тяжёлым ранением. Узнав про обстоятельства дела, ГКО издаёт специальное постановление, запрещающее командирам такого ранга самим участвовать в бою. На этом война для Тюленева не закончится, и он ещё не раз проявит себя достойно, но груз поражения так и будет давить на его совесть.

Тут невольно вспоминается книга Шапошников «Мозг армии». Книга на первый взгляд вовсе бесполезная, раз за разом капитан очевидность приводит избитые факты и делает из них тривиальные выводы. Стиль свойственный больше книгам 19 века, а после прочтения растерянность. Что такого нового мне сообщили? Так-то оно так, но, судя по всему, книга полезная. Ведь одна из главных мыслей, которую буквально замусоливают на примерах – воевать, как Наполеон, больше нельзя! Управление армией становится настолько сложным, что без широкого коллектива специалистов это невозможно. Если так не делать, то неизбежно окажешься в ситуации, когда ты что-то упустишь, а враг обязательно тебя на этом подловит. Тривиально? Да. Только вот вам Умань, как пример, где способный человек пытается справиться в стиле Наполеона. Где он – там победа! Ну а где его нет, там что? Поражение? Понимаете?