К 200-летию восстания декабристов

Движение декабристов

Цвет нации российской понимал:

Отечество отстало от Европы.

Элита в государстве правит бал –

Ей чужды либеральные реформы.

Пытались офицеры просвещать,

Подталкивать дворянство к переменам.

Однако подавляющая часть

Осталась равнодушна к их идеям.

Решила оппозиция тогда

Пойти путём Риеги, Сепулведы:

На сторону свою склонив войска,

Добиться над монархией победы.

О будущем подумали они –

На это счёт имелось два проекта.

Крестьянской опасались лишь войны –

Пытались избежать её эффекта.

В период междуцарствия мятеж

На севере и юге провалился.

Казнили и сослали власти тех,

Кто больше пред режимом провинился.

Россия всё ж очнулась ото сна –

Добились декабристы важной цели.

Посеяны свободы семена –

Народ с себя готов был сбросить цепи.

Но тянется борьба уж двести лет.

Реакция по-прежнему всесильна.

Так в чём же демократии секрет?

Конца дороги к ней пока не видно!

Кондратий Фёдорович Рылеев

Обучался в корпусе кадетском.

В конной артиллерии служил.

Вирши и статьи писал он с блеском,

Сразу подбирая нужный стиль.

Как женился, армию покинул

И назад вернулся в Петербург.

Не сулил ему высокий титул,

Раз уж либералам верный друг.

Декабристы приняли поэта,

Что желал свободы для крестьян.

Крепла с литератором надежда,

Что падёт когда-нибудь тиран.

Был ещё судьёю уголовным.

С русскою Аляской вёл дела.

Видел государством образцовым

Новую державу – США.

Издавал с Бестужевым совместно

Альманах «Полярная звезда».

На Сенатской рисковал смертельно,

За собой товарищей ведя.

Оказался он в числе казнённых –

Не страшась взошёл на эшафот.

Стал героем граждан угнетённых –

На борьбу подвигнул весь народ.

Помнит о Рылееве Россия –

Актуально творчество его:

Двести лет прошло, но та стихия

Не утихла в обществе ещё!

Кондратий Фёдорович Рылеев и Северное общество декабристов

Рылеев К. Ф. Сочинения / Сост. Г. А. Колосовой. Вступ. ст. и прим. А. М. Пескова. - М.: Правда, 1988. - 352 с.

Отставного подпоручика, принявшего активное участие в организации восстания 14 декабря 1825 г., противники справедливо считали главной «пружиной возмущения». Он действительно находился в самом центре событий на Сенатской площади, отдавал распоряжения соратникам и, оказавшись в заключении, не отрёкся от своих убеждений.

Выпускник Первого пажеского корпуса, участник Заграничных походов русской армии, соприкоснувшись с жизнью европейцев, вскоре превратился в ярого сторонника либеральных преобразований в родной стране. В этом отношении Рылеев являлся типичным представителем своей эпохи: континент сотрясали революции (Италия, Португалия, Испания, Греция), многие представители интеллигенции стремились к духовной свободе, обрести которую при деспотизме не представлялось возможным. Свободолюбие стало категорией сознания, и оно позволило молодому поэту направить творческие силы в конструктивное русло.

С приездом в Петербург поэзия Рылеева уже ориентировалась на продвижение передовых идей, превратившись в инструмент борьбы с реакцией. В 1820 г. было опубликовано сатирическое стихотворение «К временщику», адресованное графу Аракчееву. Открытое выступление против режима явилось значимым гражданским поступком, показавшим, что поэзия и политика тесно переплетены и творческие люди способны бросить вызов всесильной власти.

Поэт быстро получил известность ещё и благодаря работе в уголовном суде, где он старался не допускать вынесения несправедливых приговор. Наконец, в 1823 г. Рылеев вступил в Северное общество декабристов и в течение двух лет совместно с Бестужевым издавал альманах «Полярная звезда», на страницах которого печатались труды многих российских литераторов.

К тому времени творчество Рылеева уже обрело зрелость и пользовалось большим успехом. По его мнению, слова человека, пишущего на злободневные темы, следовало приравнивать к политическому выступлению, поскольку они направлены на формирование в умах людей антиправительственных убеждений. Молодой автор и свою частную жизнь пытался подчинить достижению общественного блага, ведь он прежде всего «гражданин, а не поэт».

Даже исторические произведения ("Думы") Рылеев максимально адаптировал к современности, вкладывая в уста деятелей прошлого программные тезисы декабристов. Точность была не нужна, ведь цель таких стихов сводилась к распространению оппозиционных идей среди читателей и к воодушевлению населения подвигами предков.

Неудивительно, что его лирические герои разочарованию и равнодушию предпочитают гибель за правое дело. Поэт и себя считал простым орудием борьбы за светлое будущее России. После смерти Рылеев стал одним из ярких символом подобного противостояния и жертвенности во имя справедливости, поэтому эмигрировавшие из страны Герцен и Огарёв назвали издававшийся ими альманах «Полярной звездой», тем самым отдав дань уважения всем участникам декабристского движения.

Кондратий Рылеев. Претерпевший до конца спасётся

Вечером 14 декабря 1825 г. Николай I отправил в Варшаву письмо своему брату, Константину Павловичу, в котором сообщил о вступлении на российский престол ценой жизни своих подданных. Ему уже было известно, что за восстанием на Сенатской площади стоял простой штатский – поэт Кондратий Фёдорович Рылеев, арестованный в тот день. К бунтовщику на удивление отнеслись мягко: разрешили вести переписку не только с близкими, но даже с самим царём.

Находясь в Петропавловской крепости, Рылеев просил пощадить друзей, беря всю вину за случившееся на себя. Следователи отнеслись к нему непредвзято, поэтому поначалу процесс не сулил декабристу смертной казни. Суд признал в нём главного зачинщика мятежа, однако истолковал это как проявление его искреннего желания добиться блага для России.

Но 14 апреля 1826 г. Рылеев лишился последней надежды на будущее: на исповеди он признался в намерении ликвидировать всю царскую семью, чтобы избежать в стране кровавой гражданской войны.

Одним словом, поэт давно пришёл к мысли, что между монархией и простыми подданными не может быть примирения. Он понимал, что путь борьбы с режимом опасен, но без страха бросил вызов сложившейся системе. «Известно мне: погибель ждёт того, кто первый восстаёт на утеснителей народа…», – эти строки из поэмы «Наливайко» стали негласным девизом Северного общества декабристов.

Оппозиционер давно смирился со своей участью, чего нельзя сказать о его супруге. Наталья Михайловна Рылеева уже 19 декабря 1825 г. обратилась к царю с просьбой разрешить ей свидание с мужем. Николай I выслал ей материальную помощь в размере 2000 рублей, императрица пожертвовала ещё 1000, но увидеться с «государственным преступником» жене и дочери разрешили только 9 июня следующего года.

Даже в заточении дух поэта оказался несломленным. Он находил утешение в религиозной литературе, продолжал заниматься творчеством и вёл переписку с Е. П. Оболенским.

Придя на место казни, состоявшейся 13 июля 1826 г., Рылеев был уже морально готов принять выпавшую на его долю участь. Декабрист видел в себе мученика за великое дело свободы, и в таком качестве он навсегда вошёл в историю России, став примером для других борцов за идеалы демократии.

Статья написана по материалам передачи «Библейский сюжет» (выпуск «Кондратий Рылеев. Претерпевший до конца спасётся»).

Вильгельм Карлович Кюхельбекер

Друг Пушкина (учился с ним в Лицее).

Преподавал словесность в институте.

Стремился до конца к заветной цели:

С сознания народа сбросить путы.

«Привить любовь к свободе надо с детства!

Раскрыть должны в ребёнке дарованья!» –

Гуманной педагогике нет места,

Пока в России есть самодержавье.

Считаться стал опасным для режима,

Как с лекцией он выступил в Париже.

Не мог пройти поэт Сенатской мимо:

Был каждый к демократии там ближе.

Тюрьма, потом сибирские мытарства –

В Тобольске смерть настигла декабриста.

С друзьями пошатнул устои царства,

Хотя протест закончился их быстро.

Вильгельму Кюхельбекеру дороже

Поэзии была его Отчизна.

И если б императора жил дольше,

Увидел бы приход либерализма.

Образ Вильгельма Карловича Кюхельбекера в литературе

Васильев А. И. С надеждою быть России полезным…: Историческая повесть./Послесл. Сергеева М. Д. – Свердловск: Сред-Урал. Кн. Изд-во, 1986. – 208 с., ил.

Повесть тюменского писателя раскрывает страницы жизни известного поэта-декабриста Вильгельма Карловича Кюхельбекера (1797-1846), который дружил с Пушкиным, Грибоедовым и другими прославленными деятелями русской литературы.

Особое внимание уделено периоду пребывания политического заключенного в Сибири, но также по ходу повествования приводятся факты из предыдущего периода его жизни, что позволяет читателю составить цельное представление о личности оппозиционера.

Кюхельбекер поступил в Царскосельский лицей в 1811, где он обучался вместе с Пушкиным. В молодости он был горячо влюблён в родственницу поэта, Авдотью Тимофеевну, которая долго оставалась его наречённой невестой.

Окончив Лицей с серебряной медалью, Вильгельм поступил на службу в Главный архив иностранной коллегии, читал лекции по русской литературе в благородном пансионе при педагогическом институте, оказав серьёзное влияние на умы студентов. «В шалостях отроков появились опасные для власти направления… Среди ночи по всем этажам, в дортуарах всех классов одновременно, пугая дежурных дядек, вдруг раздавалось., тотчас смолкая: «Отечество наше страдает…» (с. 65).

Педагог-либерал избежал ареста только благодаря счастливой случайности: камергер двора А. Л. Нарышкин уезжал во Францию, и ему требовался секретарь. Дельвиг уступил место приятелю, который тут же ушёл в отставку и в 1820 г. отправился за границу.

По пути Кюхельбекер посетил Веймар, где встретился с Гёте, с которым когда-то обучался его отец.

В июне 1821 он читал лекции в парижском антимонархическом обществе «Атенес», за что попал в немилость. Диссидента специально отправили на Кавказ, чтобы там его подставили под пули горцев, однако генерал Ермолов, разделявший идеи либерализма, не стал подвергать жизнь молодого человека опасности.

Вскоре Кюхельбекер оказался в Москве, потом вернулся в столицу, где принял участие в восстании декабристов. На Сенатской площади он попытался выстрелить в великого князя Михаила Павловича, но пистоле дал осечку.

Поэт провёл в тюрьме десять лет. Отбывал наказание в Петропавловской, Шлиссельбургской, Динабургской, Вышгородской и Свеаборгской крепостях. Режим содержания был вполне приемлем для тех лет: ему зачастую разрешалось писать, читать и встречаться с родными.

В 1835 г. Кюхельбекера отправили в забайкальское село Баргузин, где находился его младший брат, Михаил. Там он сочетался узами брака с дочерью почтмейстера, Дросидой Ивановной Атеновой (Артеневой), от которой у него родилось двое детей. Причину этого шага поэт пояснил Жуковскому следующим образом: «Я женился, потому что я христианин, потому что в жилах моих кровь горячая, потому что не надеялся на себя; а споткнуться после десяти лет затворничества было бы уже из рук вон» (с. 57).

Однако союз с буряткой, которая на 20 лет была его моложе и не принадлежала к высшему свету, не принёс никому счастья. Семья жила в страшной бедности. Если бы не помощь сестры, Юстины, и многочисленных друзей, чета Кюхельбекеров осталась бы без средств к существованию.

Поэзия не могла принести материальных благ, так как печатать произведения декабриста строго запрещалось. Наконец, ему разрешили заниматься педагогической деятельностью в пограничной крепости Акша, где он находился с 1839 по 1844 гг.: «Преображённый душою, он светски одет, светски галантен: ученицы – сударыни, ученики – господа» (с. 73).

Кюхельбекер, в отличие от большинства нынешних педагогов, прекрасно понимал, что долг учителя – дать развиться таланту. Он обрушивается с критикой на Министерство просвещения, словно давая оценку сегодняшней системе образования: «Как редко ученики попадают в хорошие руки! При всём желанье добра воспитатель, равнодушный к миру воспитанников, слепым следованием канонов убивает в них лучшие задатки, многообещающим росткам даёт неправильное направление. Лишь самые сильные, выносливые смогут противостоять его рутине. Не самые способные – самые выносливые! А если под началом таких педагогов окажутся не одна-две девочки, а один-два института, не один-два мальчика, а десятки университетов?!» (с. 75).

Встречаясь с другими декабристами, Кюхельбекер продолжал отстаивать свою приверженность идеям демократии и либерализма, ради которых оппозиция выступила 14 декабря 1825 г. Поэт осуждал диктатуру: «Власть развращает людей. Будь проклято единоправие. Одного и того ж человека долго нельзя оставлять у власти неограниченной – превращается в деспота» (с. 176).

Таким же было настроение и других участников восстания. Князь Сергей Петрович Трубецкой: «Какое разное назначение у людей в жизни.. Одни живут для того, чтобы облегчить её для себе подобных, другие – усугубить. Первые чаще в конце концов надевают арестантский халат, вторые – знаки высшей государственной власти» (с. 103). Князь Сергей Григорьевич Волконский: «Её (армии) ряды заполняются грубыми невеждами, налагающими оковы на даровитые личности. Ненавидящими всякую науку, потому способных людей там не остаётся. А направление это развилось под неусыпным бдением Незабвенного, ещё в пору своего бригадирства провозгласившего: «Мне не нужны думающие, мне нужны делающие». Девиз столь же неудачен, как неудачен головою провозгласитель его. Недумающий – значит, неделающий» (с. 108). Иван Иванович Пущин: «Я вступил в общество с надеждою, что в совокупности с другими могу быть России полезным слабыми моими способностями и меть влияние на правительство оной» (с. 120).

Из Акши политзаключённого перевели в Курган. Оттуда ему разрешили выехать для лечения слепоты в Тобольск, где поэт умер от давно беспокоившей его чахотки в 1846 г.

Кюхельбекер не жалел о своём участии в борьбе за лучшее будущее для России. Именно этим, а не поэзией и педагогической деятельностью, он послужил Отечеству. Литератор также понимал, что приход демократии в нашей стране – сложный и длительный процесс, а реформаторы всегда столкнуться с противодействием как со стороны деспотической власти, так и с отсутствием поддержки у значительной части населения: «Искра божия теплится в душе, не даёт покоя. Искра божия – правда, которая нужна народу… Только власть предержащим она противна, и они не дают ей права быть услышанною. Просвещённый ум на Руси обречён чувствовать себя находящимся посередине тоннеля, в котором нет дороги назад, ибо там его убеждения, он несёт их в себе, но и впереди мрак, которому те убеждения ненавистны. Застоялый воздух империи губителен для всего живого» (с. 192-193).

Причина тому – отсутствие гражданского общества, то есть объединения свободных людей, которые бы взяли под контроль правительство, чтобы не допустить проведения политики, идущей в разрез с интересами простого народа: «Но в светлых пространствах от Поднебесной до Швеции живут не миллионы граждан – миллионы людей самих по себе, одиночек. Кто их теперь попытается собрать воедино?! Непомерный разобщённый труд во имя продления никчёмного существования в этом мире – удел каждого. И каждому ясно: он один может постоять за себя…» (с. 30). Чиновники, не имеющие над собой подобного надзора, неизбежно превратят страну в личное владение и станут нещадно эксплуатировать её жителей: «Только верха объединены, но тем же началом – выжить. Не красотою Россия им родина, но богатством. Чем выше сан, тем больше ухватывают. И не Россия она для них – Романовия, Бенкендорфия… Просто переименовать не решаются» (с. 30).

Прошло почти 200 лет с выступления первых борцов за демократию, а такое ощущение, что ничего не изменилось: «Вся Россия под замком – большая холодная камера» (с. 82). Однако восстание декабристов не прошло даром. Кюхельбекер и его братья по духу указали нам правильный вектор движения и своим неудачным примером показали слабые стороны протестного движения в России: «Выпади им другая доля, они украсили бы отчизну науками и искусствами, но выпало им пробивать дорогу к благоденствию. Они зажгли свои имена над российским мраком и осветили путь поколениям, идущим за ними».

Нынешние диссиденты должны уяснить простую истину: «Занёс руку – бей! А мы деликатны, светское воспитание… Мы не на площади протоптались полдня – в первой четверти века протоптались…» (с. 143-144). Разве это не похоже на события 2011-2013 годов?

Пётр Григорьевич Каховский

Поручик отличился на Кавказе.

Окончив службу, выехал в Европу.

Хотел сражаться с турками вначале,

Чтоб Греции помочь вернуть свободу.

Узнав, что и в России грянет буря,

Каховский на Сенатской оказался.

Сразила Милорадовича пуля.

К спасенью не имел и Стюрлер шанса.

Убил он двух противников восстанья –

Как прежде проявил в сраженьи доблесть.

И не были напрасны те старанья:

Проснулась у дворян в итоге совесть.

Пошёл на казнь, не сломленный духовно –

Республика осталась идеалом!

В его мечтах все люди жили вольно,

Ведь подлинным являлся либералом.

Да ж на суде Каховский дерзновенно

Отстаивал идеи пред монархом,

Ведь знал: царизм не может длиться вечно –

Закончится судьба режима крахом!

Сергей Иванович Муравьёв-Апостол

У истоков он стоял движенья,

К демократии толкавшего страну.

Оказал царю сопротивленье –

Полк Черниговский поднялся на борьбу.

Муравьёв-Апостол был уверен:

Население поддержит их мятеж.

Только произвол народу вреден –

Пугачёвщина отпугивала всех.

Видя грабежи и мародёрства,

Учинённые солдатами его,

Приказал в конце свершить геройство –

Артиллерия сгубила войско то.

Но Сергей Иванович победу

Над реакцией морально одержал:

Кто стоит за правую идею,

Будет биться, невзирая на провал!

Никита Михайлович Муравьёв

Умеренным считался демократом

Никита Муравьёв за свой проект:

Правительство осталось за монархом,

Но пред страной несёт оно ответ.

Парламент избирается лишь теми,

Кто смог пройти имущественный ценз.

Дворяне сохраняют свои земли –

Крестьянам же дадут её в обрез.

Всем людям – либеральные свободы

И более широкие права.

За эту «Конституцию» на годы

Был сослан он в сибирские края.

Там главный идеолог декабризма

Скончался, не дождавшись перемен.

Поныне тащит бедная Россия

Груз многих нерешённых им проблем!

Павел Иванович Пестель

Согласно «Русской правде», президент

Является главою государства.

Парламент избирают на пять лет

(Такой же срок правительству давался).

Сословия уравнены в правах.

На выборы идут одни мужчины.

Отдать крестьянам землю был замах,

Но в этом декабристы не едины.

Минуя Муравьёва, для южан

Такой проект составил Павел Пестель.

Казался радикальным его план –

Посыл убить Романовых известен.

Услышав о разгроме северян,

Утратил веру в новое восстанье,

Хоть знал, что от военных в ряде стран

Уже пришло тиранам воздаянье.

Сей замысел кровавый не простил

Полковнику правитель самодержный.

Реформы бы стране придали сил –

Ещё б тогда на путь вступили верный!

Михаил Павлович Бестужев-Рюмин

Михаил Бестужев-Рюмин

Тесно с Пестелем дружил.

Офицеру был не нужен

Самовластия режим.

За правление народа

Неустанно выступал.

В смерти царственного рода

Видел благо радикал.

Шёл с черниговцами вместе

На борьбу за новый строй.

Казнь ждала на лобном месте,

Но смирился он с судьбой.

Много сделал для восстанья,

Четверть века лишь прожив.

Либеральные мечтанья –

Что души младой порыв.

Вспоминают декабриста

Только изредка теперь –

Не дано в России быстро

Распахнуть к свободе дверь.

Михаил Павлович Бестужев-Рюмин и Южное общество декабристов

Будущий декабрист, Михаил Павлович Бестужев-Рюмин, родился в 1801 г. в Нижегородской губернии. Он был выходцем из семьи небогатого дворянина, занимавшего должность городничего в Горбатове.

С детства мечтал о дипломатической службе, для чего в 1818 г. приехал в столицу и успешно сдал экзамены в университет. Однако родители настаивали на том, чтобы сын сделал военную карьеру, и он пошёл учиться в пажеский корпус.

Так Бестужев-Рюмин оказался в Семёновском полку, солдаты которого осенью 1820 г. подняли восстание. Хотя подпрапорщик не принимал в нём участия, его убрали из гвардии и отправили в Полтаву.

Несправедливое наказание, скучная жизнь в провинции и нереализованная детская мечта способствовали радикализации взглядов Михаила, что вкупе с либеральными убеждениями привели его в тайное общество декабристов, в котором уже состоял друг, Сергей Муравьёв-Апостол.

В 1823 г. Бестужев-Рюмин встретился с полковником Павлом Пестелем, возглавлявшим оппозицию на юге России. Молодой человек полностью поддержал замысел руководства о необходимости вооружённого свержения самодержавия и установления временной диктатуры, став активно продвигать эти идеи среди офицеров.

Однако режим посчитал действия подпоручика опасными для незыблемости сложившегося строя отнюдь не за агитационную деятельность. Во-первых, он вёл успешные переговоры с Польским патриотическим обществом, договорившись о том, что после восстания местные революционеры убьют великого князя Константина Павловича, находившегося в Варшаве. Во-вторых, ему удалось склонить на свою сторону ещё одну подпольную организацию – так называемое «Общество соединённых славян» численность около 50 человек. Наконец, в-третьих, декабрист настаивал на необходимости ликвидации монаршей семьи для сохранения республики и требовал от соратников Пестеля клятвы о готовности к совершению подобного поступка.

Всё это, наряду с участием в восстании Черниговского полка, в совокупности тянуло на смертный приговор, вынесенный ещё четырём видным деятелям движения декабристов.

Судебный процесс длился около полугода и носил максимально открытый характер. Ход разбирательства подробно освещался в прессе и держал в напряжении всю страну. Николай I пообещал удивить Европу своим милосердием, и в целом сдержал обещание. По законам того времени, смерть грозила ещё как минимум 35 обвиняемым, но на эшафот пошло только пятеро, а остальных отправили в ссылку.

Казнь революционеров повергла в шок просвещенную часть российского общества, ведь среди столичной интеллигенции были широко распространены идеи либерализма. К тому же некоторые состояли в родстве или дружеских отношениях с «государственными преступниками».

Тем не менее большинство граждан, как и в наше время, поддерживало реакционный режим и считала приговор декабристам «чересчур мягким». Оппозиция оказалась слишком малочисленной, расчёт на военную революцию без участия простого народа не оправдался, поэтому даже таким талантливым и смелым людям, как Бестужев-Рюмин, не удалось одержать победу над тиранией, причём эту историческую задачу не удалось решить до конца даже к 200-летию восстания 1825 года.

Статья написана по материалам документального фильма "Декабристы. Михаил Бестужев-Рюмин. Час истины".

Выступление Северного общества декабристов

Восстание Северного общества декабристов, начавшееся утром 14 декабря 1825 года, с самого начала разворачивалось не по плану. 3000 солдат выстроились в каре, но так и не предприняли решительных действий. Каховский не убил царя, Якубович не привёл обещанные подразделения, а предводитель мятежников, князь Сергей Петрович Трубецкой, вообще не пришёл на Сенатскую площадь.

Когда стемнело, верные Николаю I войска открыли по декабристам огонь из пушек. Погибло около 1000 человек, 600 оказались под следствием. 36 заговорщиков приговорили к смертной казни, но приговор был исполнен лишь в отношении пяти из них (Рылеев, Пестель, Муравьев-Апостол, Бестужев-Рюмин, Каховский).

Таким образом, выступление революционеров в Санкт-Петербурге провалилось, хотя его участники верили в успех мероприятия, ведь судьба предоставила им уникальную возможность покончить с самодержавием в период междуцарствия.

19 ноября 1825 в Таганроге скончался император Александр I. Поскольку он не имел детей, трон должен был перейти к его брату Константину. Однако тот еще за два года до упомянутых событий отказался от короны, после чего царь подписал манифест о передаче власти Николаю, правда, об этом стало известно только после смерти государя.

Правящие круги, включая генерал-губернатора столицы Милорадовича, до последнего надеялись на воцарение Константина, ибо недолюбливали младшего сына покойного Павла I, считая его деспотичным человеком. Поскольку их фаворит не изменил данному ранее слову, новым царем стал всё же Николай.

Присяга ему была назначена на 14 декабря. Декабристы даже вынашивали план начать восстание раньше этой даты, чтобы вывести солдат под лозунгом недопущения ухода с политической арены Константина, известного своими либеральными взглядами (например, в армии Царства Польского, которой он командовал, срок службы составлял 8, а не 25 лет, как на остальной территории страны).

В ходе мятежа на площади царило полное безначалие. Замену Трубецкому не нашли, и впоследствии Рылеев обвинял в провале именно князя. Действительно, в тот день руководитель восстания вёл себя странно. Дома его не оказалось: утром он вышел на службу в Генеральный штаб. К полудню выехал к кузине, которая жила в 20 минутах ходьбы от места, где собрались декабристы. Потом направился к Зимнему дворцу. Заглянул к Бибикову, флигель-адъютанту Николая. С ним Трубецкой встречался ещё накануне. Для чего? Может, хотел переманить на свою сторону? Или, напротив, намеревался предать товарищей?

Между тем Трубецкой стал во главе восстания 1825 года по чистой случайности. Он проходил службу в Киеве, где действовало Южное общество декабристов. Приехав в столицу по делам, Сергей Петрович сразу попал в поле зрения северян, которые объявили его диктатором, то есть поручили организовать и провести военную операция по устранению Николая. Трубецкой был выше всех по званию среди руководителей Северного общества, к тому же пользовался авторитетом в армии, поэтому лучшей кандидатуры на указанную должность найти им не удалось.

Князь разработал детальный план, по которому значительные силы восставших, расставленные в ключевых пунктах города, должны были взять Петербург под свой полный контроль. Далее учреждалось Временное правление, куда бы вошли наиболее влиятельные сановники-либералы, такие как адмирал Мордвинов, Михаил Сперанский. Они бы созвали некое подобие Земского собора (или Учредительного собрания), которое бы и решило судьбу России.

Однако всё сложилось иначе. Позже Трубецкой признался: если бы он пришёл на площадь, ему бы потребовалось действовать в рамках своего плана, что было уже невозможно. Многие армейские части так и не подошли из-за трусости своих командиров. Иными словами, дальше разговоров дело не дошло, хотя даже в этой ситуации, если бы декабристы действовали более решительно, они вполне могли убить Николая и добиться победы.

Восставшим помогало несколько тысяч разгневанных горожан, забрасывавших правительственные войска камнями и поленьями. Шли уличные бои, то есть каре отнюдь не простояло на одном месте в течение всего дня. Многие верили, что с наступлением темноты ситуация изменится в сторону декабристов, поскольку под покровом ночи на их сторону перейдут некоторые армейские части. Именно страх измены заставил нового императора отдать приказ расстрелять мятежников, что сразу деморализовало их ряды и обратило в бегство.

Задержания продолжались до самого утра. Трубецкой был арестован в доме австрийского посла. Его, как и других декабристов, доставили на допрос в Зимний дворец. Он выдал имена 80 бунтовщиков и покаялся в том, что не раскрыл заговор до его начала.

Значит, князь все же не предал декабристов. Он, очевидно, разочаровался в самой идее революции и отказался от участия в ней, даже не предупредив о своем решении товарищей, превратившись в стороннего наблюдателя. Однако это не спасло Трубецкого от каторги.

Как ни странно, другие ссыльные не относились к нему как к изменнику и не сыпали в его адрес обвинения в неудаче восстания. Через 13 лет князь был помилован, а в возрасте 69 лет вернулся в Москву.

Могло ли участие Трубецкого способствовать успеху декабристов? Видимо, нет, поскольку дело было не только в нём: лидеры восставших побоялись идти до конца, упустили драгоценное время, не сумели взять на себя ответственность за будущее страны и тем самым потерпели полный крах.

Потомкам давно следует сделать из этого правильные выводы, чтобы в случае, когда от граждан потребуется активное участие в отстаивании интересов народа и государства, не повторить их ошибок, предприняв всё для достижения поставленной цели.

Статья написана по материалам передачи "Искатели" (серия "Несостоявшийся диктатор").

Выступление Южного общества декабристов

Южное общество декабристов знало о неудаче, постигшей северян 14 декабря 1825 года. Помешать присяге Сената Николаю не удалось, так как процедуру провели ещё накануне ночью. Первые отряды восставших подошли к площади в 11 утра. Всего там собралось 3000 солдат при 30 строевых командирах. К пяти часам вечера, после артиллерийского обстрела, с мятежом было покончено.

Офицеры Черниговского полка во главе с Муравьёвым-Апостолом решили поднять мятеж несмотря ни на что, надеясь облегчить положение своих товарищей. По плану, разработанному князем Трубецким, оба восстания должны были начаться одновременно. В столице декабристы намеревались держать оборону до подхода воинских частей с юга, в частности 4-го корпуса, в который входили черниговцы. Однако письмо с инструкциями прибыло в город Васильков, где находился штаб полка, с опозданием. Получив известие о поражении Северного общества, здешние революционеры поклялись, что не выдадут властям ни одного участника заговора, оказав, если потребуется, вооружённое сопротивление.

Муравьев-Апостол стал готовиться к худшему заранее. Он объехал район, в котором квартировал полк, склоняя на свою сторону солдат. Полк должен был стать ядром восстания, привлекая к себе всё новые подразделения. Пестель высказался против организации бунта, поскольку прекрасно понимал, что такими ограниченными силами бороться с правительственной армией бессмысленно.

Но у Муравьёва-Апостола не было выбора. Когда в ночь с 28 на 29 декабря его арестовали жандармы, преданные офицеры пришли командиру на выручку. Они жестоко избили полковника прямо на глазах солдат, после чего объявили о начале восстания. Это оказалось серьёзной ошибкой: рядовые увидели, как их начальники грубо нарушили субординацию, так что перестали строго исполнять их приказы и действовали по своему усмотрению. Кроме того, идеологическим обоснованием вседозволенности послужила программа декабристов под названием «Православный катехизис», в котором царь провозглашался тираном и уже никому не нужной политической фигурой.

Так мятеж превратился в пугачёвщину. Солдаты принялись грабить местных жителей и совершать другие злодеяния. На призывы к сохранению дисциплины они не реагировали. Увидев, что полк неуправляем, Муравьёв-Апостол сознательно повёл его в лобовую атаку на артиллерию, то есть подставил его под пушки, ведь военная революция, подобно испанской, в России не удалась.

Далеко не все солдаты поддержали декабристов. За ними пошли только 4 роты, 2 колебались, а ещё 2 отказались идти против Николая. Всего на стороне мятежников было 600-700 человек, которые в течение пяти дней опустошали окрестности Киева и едва не спровоцировали выступление крестьян, уставших от их бесчинств.

Несмотря на совершенные злодеяния, восстание Черниговского полка окружено ореолом героизма, но только благодаря мужеству Муравьёва-Апостола, который остался верен своим идеалам и пошёл до конца, за что его уважал даже сам император Николай I.

До сих пор в описании тех событий бытуют разные мифы. Например, что декабристы заполучили полковую казну. Это не соответствует действительности, поскольку деньги были спрятаны верными царю офицерами. Также нет никаких оснований считать, что в декабре 1825 в России предпринималась попытка захвата власти «мировым правительством» масонов. Хотя многие члены тайных обществ являлись членами данного ордена, они действовали по собственной инициативе и в интересах всего государства. Герои Отечественной войны 1812 года, побывав в Европе, увидели, насколько наша страна отстаёт от передовых держав Запада. Между ними и Россией чувствовалась колоссальная разница. Русские дворяне являлись лишь винтиками государственной машины, работающей отнюдь не во благо страны, а крестьяне вообще находились на положении рабов. Просвещённая часть общества хотела участвовать в делах управления, определять судьбу Отечества, что без предоставления всем россиянам равных гражданских прав и свобод, а значит, либеральной конституции, было просто невозможно.

Пусть и второе выступление декабристов кончилось неудачей, но его зачинщик, Муравьёв-Апостол, одержал моральную победу. Он показал пример того, как нужно отстаивать свои убеждения и биться за лучшее будущее для своей Родины. Незнание подлинной истории тех трагических событий может быть использовано реакционерами в личных интересах, отталкивая людей от самой идеи борьбы с несправедливым политическим режимом. Нередко декабристов сравнивают с участниками «цветных революций» и приравнивают к «врагам народа», что прямо указывает на стремление превратить истинных патриотов, стремящихся принести благо России, к враждебным элементам, попавшим под «дурное иностранное влияние», чтобы оправдать то беззаконие, которая творит тирания, в какой бы исторический период она не находилась у власти.

Но думающих людей не обмануть, и когда-нибудь наша страна вновь встанет на путь либеральных преобразований и превратится в подлинно демократическое государство в полном соответствии с действующей конституцией. Именно за такой документ и боролись декабристы почти 200 лет назад. У нас он появился в 1993 году. Но что мы с ним сделали? Как к нему отнеслись и относимся поныне? И что бы на это сказал тот же Муравьёв-Апостол? А что скажут потомки?

Статья написана по итогам просмотра передачи "Час истины" (выпуск "Восставший полк").

К 200-летию восстания на Сенатской площади

1

Вернулись из похода офицеры,

Закончившие с Францией войну.

В монархию осталось мало веры,

Терпеть им было трудно старину.

Увидев европейские порядки,

Решились здесь добиться перемен.

Реформы либеральные навряд ли

Осуществить бы дали без проблем.

Обычно патриоты собирались

Негласно на квартире у друзей.

Там планы регулярно обсуждались,

И слышалось такое средь речей:

Свободы предоставлены дворянам,

Но пользоваться ими не дают.

Вольготно жить в России лишь тиранам –

Не действуют, увы, законы тут.

Сошлёшься на свои права, и сразу

Окажешься в Сибири, как бунтарь.

Накажут по доносу хоть за фразу

И в веке XIX, как встарь.

Закона нет о рабстве, но рабами

Являются крестьяне на Руси.

Помещик покарает их кнутами,

Коль скажут: «Нас на волю отпусти!»

Где правят Милорадовичи, правды

И здравого рассудка не найти.

Мы за свободу жизнь отдать все рады!

С царём у нас расходятся пути!

Цель мыслящих людей теперь – спасенье

Отечества от ига тёмных сил.

Великого народа пробужденье

Момент от долгой спячки наступил.

Решает только воля государя

Дальнейшую судьбу большой страны.

Её богатства тратятся бездарно –

Двору заботы граждан не важны.

Помочь от мер губительных монарха

Способна революция одна!

С оружием в руках добьёмся краха

Мы власти деспотичной навсегда!

2

И вот уже к восстанию готовы.

Обдумали свой замысел они.

Оставили пустые разговоры

Отчизны нашей лучшие сыны.

И на борьбу за новую Россию

В период междуцарствия пошли.

Не вырос их мятеж тогда в стихию:

Не все на площадь прибыли полки.

3

Постигла неудача декабристов

(Так позже нарекут героев сих).

Режим реакционный стал неистов,

Но ропот населения не стих.

Идея демократии в дальнейшем

Поддержку обрела широких масс.

Порою путь к свободе был успешным –

Пришёл либерализма звёздный час.

4

Но в наши дни реакция вернулась,

И новых декабристов ждёт страна.

Растеряна за двести лет что ль мудрость,

Иль просто диктатура дорога?

К 200-летию восстания Черниговского полка

Подавили в Петербурге

Выступленье северян.

Умывает Пестель руки –

Под вопросом бунт южан.

Муравьёв-Апостол против,

И Бестужев-Рюмин с ним.

Невозможно дело бросить:

Принял вызов их режим.

Полк Черниговский поднялся –

Васильков без боя взят.

Всколыхнулось государство –

Был народ восстанью рад.

Под Устимовкой разбили

Декабристов в январе:

Многочисленны те силы,

Что пекутся о царе.

Долю лучшую Отчизна

Не увидела тогда,

Но за предков нам не стыдно:

Шли к свободе до конца!

Переделка песни «Марш Сибирских стрелков» (1915).

История России с позиции движения декабристов

Как развивалась Россия в течение последних двух столетий после выступления декабристов в 1825 году? Чтобы дать ответ на этот вопрос, рассмотрим историю нашего государства, для удобства разбив её на четыре периода длительностью по 50 лет.

1875 год. Идеи декабристов были восприняты царским правительством, осознавшим, что без модернизации Россия обречена на отставание от передовых стран мира. Император Александр II отменил крепостное право и провёл либеральные реформы. Шла медленная перестройка государственной системы: готовился переход от самодержавия к конституционной монархии.

1925 год. Власть в России была захвачена большевиками, сумевшими победить в Гражданской войне. Все начатые Николаем Вторым и Временным правительством демократические преобразования оказались свёрнуты. Такая же картина наблюдалась и накануне 150-летия восстания. Достаточно перечислить основные злодеяния, совершённые коммунистическим режимом, чтобы понять, насколько далеки декабристы от последователей Ленина и Сталина. Действия большевиков напоминают политику захватчиков в покорённом государстве:

1. Борьба с многовековой культурой народа. Сюда можно отнести снос памятников политическим деятелям предыдущих эпох (хватит одного упоминания о замене двуглавого орла звездой на башне Кремля), изменение топонимов (Петроград – Ленинград, Тверь – Калинин, Нижний Новгород – Горький, Царицын – Сталинград и т. д.), уничтожение архитектуры (храмы, монастыри), установление новых правил орфографии (запретили ставить после слов, оканчивающихся на согласный, твёрдый знак).

2. Переписывание истории (тех же декабристов, являвшихся либералами, сделали предвестниками большевистского переворота).

3. Уничтожение целых населённых пунктов. Например, при создании Рыбинского водохранилища под воду ушли 700 деревень, 140 храмов и старинный город Молога.

4. Массовые репрессии в отношении отдельных групп населения («враждебных классов»). Известно, что с 1929 по 1941 гг. сталинский режим погубил 9 млн человек. До 800 тыс. убито в годы ежовщины (1937–1938). Для сравнения: при царе с 1870 по 1913 было казнено менее 5000 преступников. Если к 1917 в стране было 140 тыс. представителей духовенства и 67 тыс. храмов, то в 1939 в живых осталось 20 тыс. священников, действовало 200-300 религиозных учреждений.

5. Национализация экономики, т. е. фактическое ограбление буржуазии.

6. Коллективизация земли, т. е. ликвидация частной собственности в деревне и закабаление сельских жителей (не зря название партии Ленина – ВКП(б) – расшифровывали как «второе крепостное право большевиков»). С 1930 по 1933 гг. раскулачили 1 млн хозяйств. В результате искусственного голода погибло до 7 млн человек.

7. Навязывание одной идеологии и борьба с любым проявлением инакомыслия, что противоречит нормам международного права.

2025 год. Регресс страны, начавшийся после Октябрьского переворота 1917 года, продолжается. Дошло до того, что декабристов признали носителями иностранной идеологии... Если так будет продолжаться дальше, то 250-летний юбилей восстания вообще попадёт под запрет, а его участников открыто назовут врагами.

Иными словами, поступательное движение России к демократии, а именно этим курсом двигалась значительная часть народов мира, было насильственно прервано свыше ста лет назад. Только полная декоммунизация способна вернуть нашу страну на путь прогресса. Постарайтесь не опозориться перед потомками – поддержите российских либералов!