Из истории ролевого движения

1

Привет вам всем!

Я долго решался взяться за эту работу. Видит Бог, писать "историю ролевого движения" в наше время - занятие крайне неблагодарное. Кто только не пытается... В результате тема не то чтобы скомпрометирована, но как бы растащена по кусочкам - на многие воспоминания, статьи, отчеты. Опять же, личность автора - меньше всего мне хотелось бы сводить счеты или поминать кому-то старые грехи. Но тут уж ничего не поделаешь - в подобном труде никак не обойтись без упоминания конкретных личностей. Менее всего, я думаю, читателям нужна сейчас хронология. Так что это будет именно взгляд на пройденное со своей колокольни. Извините, впрочем, если колокольня эта получилась слегка кривой - каков строитель...

Три источника, три составные части ролевого движения.

Для большинства из вас хроники ролевого движения ведут свой отсчет с ХИ90. Это, по-своему, очень правильно - ведь именно тогда, на реке Мана был дан официальный старт игрового движения в том смысле, как его принято воспринимать теперь - как совокупность клубов. Связанных единой (в очень широком смысле этого слова) темой - играми на местности. Но ведь откуда-то взялись эти полторы сотни человек, которые приехали тогда в Красноярск? И ведь не с пустыми руками приехали - уже тогда, несмотря на то, что большинство из нас встретилось вообще впервые, нашлось достаточно сил для таково вот толчка. Так откуда что взялось? Подражая одному широко известному автору, я попытался разделить истоки ролевой традиции три большие группы. Это: методика ролевых игр, тематика и творческая традиция. А три источника - коммунарское движение, движение КЛФ и КСП. Начнем же по порядку.

Коммунарское "ноу хау" или эпоха БРИГов.

Я полагаю, что многие из вас читали Владислава Крапивина. Несколько меньшее количество народа знает о том, что Крапивин не просто писатель - в свое время он создал и в течение 20 с лишним лет возглавлял разновозрастный отряд "Каравелла". Кто читал крапивинского "Мальчика со шпагой" тот имеет если не полное, то весьма верное представление о "Каравелле" - во всяком случае в том, что касается духа и рода занятий. Шпаги (спортивные), походы, яхты - и все это на фоне шестидесятнической романтики и неубиенной харизмы Владислава Петровича. Тем, кому посчастливилось побывать в гостях в "Каравелле" в не худшие ее времена, хотя бы, года до 85-го, помнит потрясающее ощущение сказки и правды, с которым он покинул клуб. В 85-м году несколько московских студентов (Алексей Нечаев, Александр Ампилов, Михаил Кажаринов и еще некоторые) под впечатлением посещения каравеллы и неистраченных еще тогда романтических и революционных иллюзий создали разновозрастный отряд "Рассвет". Антураж был тот же - шпаги (правда, на этот раз деревянные), яхты, походы. Несколько позже к этому прибавилась кое-какая коммунарская специфика, привнесенная бойцами педагогического отряда "Ветер" при МГПИ. Это были поисковые походы, интербригады и, конечно же, коммунарские лагеря и модная тогда неформальная педагогика.

К чему это я? А вот к чему. Примерно через год после образования "Рассвета", идеолог отряда Михаил Кажаринов, великий экспериментатор в области неформальной педагогики, разработал и опробовал в отряде новую методику - игры с погружением в тему. Тогда это был только лишь педагогический прием. Автор идеи совершенно логично рассуждал, что понять некие процессы - социальные, исторические, экономические - детям лучше всего в игре, причем в такой игре, о которой никто и никогда не слышал. Так появился первый БРИГ

Терминология: БРИГ - Большая Ролевая Игра. Имеется в виду игра с числом участников не менее 50 человек и с выездом на местность)

Неудивительно, что первые игры носили сугубо исторический характер. Испытывался метод погружения в историю - не по книгам и фильмам, а по личным переживаниям и впечатлениям, по собственной боли, обиде, удачи и радости. Итак, первый удачный БРИГ проходил на Волжских островах в районе устья Нерли и носил гордое название Феодального.

Cтатистика. В феодальном БРИГЕ участвовало около 80 человек, из них примерно 50 - школьники старших и средних классов. Игра продолжалась около трех суток и шла на территории изолированного острова примерно 1,5 на 1 км. Для игры возводились постройки - замок, город и 2 деревни. Строительство шло около недели силами стройотряда из 10 примерно человек.

Кстати именно тогда, за год до феодального БРИГа зародилось искусство игрового фехтования. Всего лишь - как служебное для того, чтобы придать будущим историческим ролевым играм возможно более полное ощущение реальности. Для тех кому интересна эта тема - именно тогда зародился "римский стиль", господствовавший в игровой боевке года до 94-го, да и сейчас не окончательно еще позабытого.

Посылки первого БРИГа были таковы - все как можно более реально. Чиповая экономика, ночные и водяные "перемирия", неприкосновенность оружия, продуктов и лагерного снаряжения - об этом тогда и не помышляли. Я боюсь впасть в грех многих авторов воспоминаний об играх - в пересказ собственных впечатлений, приправленных соусом из непоколебимой уверенности в том, что это обязательно всем интересно. И все же... Там, на легендарной феодалке были вещи непредставимые, дикие для последующих поколений игровиков. Они настолько не укладываются в наши нынешние традиции, что я и сам-то порой сомневаюсь - а было ли оно на самом деле? Да, тогда мы делали совершенно невозможные с теперешней моей колокольни вещи просто потому, что не догадывались. Что так поступать нельзя. Впрочем, судите сами. На игре начисто отсутствовала экономика в нынешнем понимании слова. Вместо этого была создана модель, преследующая две цели - дать игрокам почувствовать себя в шкуре средневекового крестьянина, ремесленника, слуги, и поддержать социально-историческую модель игры. Следует помнить, что автор как игры так и всей идеи БРИГов, Михаил Кажаринов человек, несомненно, талантливый и неординарный, но вот беда - даже сейчас он остается пламенным большевиком. А уж тогда: Так что и идеология и экономика игры были насквозь марксистские - а, следовательно, все напрямую плясало от собственности на средства производства. И ведь плясало же! Главная линия игры - противостояние средневекового ремесленно-буржуазного города и феодала - и все на фоне вполне по-советски (в смысле, по советской школьной истории) нищей деревне. Урожаи моделировались просто и эффективно - на расстеленные на "полях" полиэтиленовые полотнища игротехники высыпали смешанные в равной пропорции вермишель и какую-то крупу вроде гречки. Варить это было невозможно - задолго до того, как крупа доходила до кондиции, вермишелевый "наполнитель" превращался в гнусный клейстер. Так что труд крестьян был именно тупым и именно монотонным - они с утра до ночи перебирали эту смесь. Совсем как в "Золушке" - вермишелинки отдельно, крупа отдельно.

Каюсь, много позже, в 91-м году я рискнул ввести эту модель на ХИ. Тогда, на фоне полного и окончательного дефицита игроки не везли с собой продуктов - их обеспечивали мастера. Но Боже праведный, КАК же нас потом материли!

Все остальные продукты вводились в игру таким же непростым способом - помнится, крестьяне непрерывно собирали какие-то стожки из травы, а потом, раз в сезон игротехники эти стожки там же и запаливали - ну не заботились мы тогда об экологии! Не надо говорить о том, что своей пищи на игру никто не вез. При том, что в массе игроки представляли 3 или 4 неформальных педагогических отряда из разных городов (кажется, Москва, Коломна, Киев) обеспечить это было совсем не трудно. Несмотря на всю свою дикость, эта экономическая модель превосходно работала. На игре были все возможность как для того, чтобы реально голодать (мы здраво рассудили, что двухдневный пост, в крайнем случае, никому не повредит), жить разбоем (отчуждалось все, кроме личных вещей - даже посуда и спальники на игре были завезены "казной"), ведь на все награбленное неизменно находились покупатели - например, один из "мастерских" купцов активно скупал спальники и утварь, создавая, таким образом, предпосылки к разбою и дефициту. С другой стороны, как же была заметна разница в уровне жизни горожан, крестьян и свиты Герцога! Это одно само по себе могло служить, и служило двигателем в игре. С самого начала традиции БРИГов исключали то, что ныне принято повсеместно - и, по моему, правильно исключало. Я имею в виду "квадратногнездовой метод" постройки игры, когда некая группа монолитно представляет собой государство, в реальности, разделенное и территориально и имущественно, и социально. Почти что любая наша "Франция" или "Бургундия" или какой-нибудь "Рохан" на нынешних играх - это, с точки зрения социолога или экономиста родовая община, живущая на самообеспечении. И все попытки мастеров ввести какую-то внутреннюю игру либо обречены, либо удаются но на уровне легенды, интриги практически не подкрепленной реальными "материальными" стимулами. Оно и неудивительно как правило, команды приезжают на игры такой вот государственной ячейкой. Они, скорее, свита правителя, верхушка - ну а что еще ожидать от чисто развлекательных игр, где каждый сам себе и Конан и Галадриэль? А те БРИГи, как я уже отмечал, носили, прежде всего педагогическую и методическую окраску. Посему любые социально-экономические модели удавались почти всегда и работали превосходно - но только до той поры, пока они были основаны на РЕАЛЬНЫХ продуктах, а не талонах-чипах.

Что касается боевки то, не поверите, но она не доставляла организаторам никаких хлопот вообще. Оно и неудивительно - практически все участники обучались до этого в течение полугода у пары тренеров (М. Кажаринов и ваш покорный слуга), правила умещались в десяток фраз, зона поражения - майка. Оружие изготавливалось единовременно из фанеры-тройки и старых лыж. Его, помнится, даже не красили, а уж о том, чтобы привезти на игру свое вооружение тогда и не помышляли. О доспехах и хитовой системе тоже никто не слыхал - латы заменяли нашитые на безрукавку даже не жестянки, а просто кусочки оргалита. Как же это было уродливо! И, как нетрудно догадаться, это кажущееся уродство имело свои колоссальные преимущества. Во-первых, процентов 70 вооружения и "доспехов" привозили в виде материала (оргалит, тряпки и обломки лыж) мастера и вводили в игру экономическими методами. Оружие крайне быстро изготавливалось прямо в игре и столь же быстро выходило из строя. В результате этого кузнец-оружейник (не персонаж с сертификатом а тот, кто реально быстро и приемлемо по качеству мог перегонять эти "материалы" в суррогаты мечей и доспехов), был, в буквальном смысле, на вес золота - один из городских VIP. Только вот времени на политику у него практически не оставалось - работа! В результате нижайшее качество оружия работало на игру. Оружие воровали, отнимали, снимали с убитых. Его выбрасывали после поломки, теряли, разбивали в требуху. И еще один момент. Поскольку организаторы с самого начала выступали в роли педагогов, то есть несли за всех игроков моложе 16 лет совершенно реальную ответственность вплоть до статьи, безопасность в тогдашней боевке была превыше всего. С удовольствием должен констатировать, что это традиция прижилась в ролевом движении России - даже сейчас, в эпоху текстолитовых и алюминиевых клинков общий уровень безопасности несоизмеримо выше ого, что можно было бы ожидать от молодежи с такими вот предметами в руках (Кто не верит - пораспрошайте реконструкторов про польских игровиков, сами поймете, что такое НАСТОЯЩИЙ травматизм). Еще один жутковатый момент тогдашней боевки - осады. Надо сказать, что традиция БРИГов многие годы подразумевала строительство крепостей, а не штурмовых стен, и отсутствие каких бы то ни было ограничений при штурме. Лезли на башни, лили на головы если не кипяток, то разогретую (впрочем слегка) смесь крахмала и ила. Гордость игры - герцогский замок, постройку на 16 столбах, обшитую фанерой и оргалитом просто-напросто обложили соломой и спалили. Нет, никаких красных тряпочек - горящими стрелами факелами. Никогда не забуду, как четверо герцогских дружинников, задыхаясь от дыма, палили из единственного арбалета по нападающим, а внизу, среди пылающих охапок камыша четверо человек рубили топорами столбы, на которых стояла башня... Как же с безопасностью, спросите вы? Да как ни странно, все было нормально. Следует учитывать как высокую дисциплину коммунарских отрядов, из которых и были почти все игроки, так и то, что собственно, школьники старались держаться от этой катавасии подальше - в огне и дыму приключались "старики" отрядов и сами лидеры - в том числе и я сам. Но сколько впечатлений! ...А замок выгорел дотла. Еще один неплохой момент БРИГов - мы всегда старались по возможности приблизиться к моделируемой среде в смысле антуража. Нет, не костюмы я имею в виду, перед тогдашними туниками даже "дивные" плащи - верх исторической реконструкции. Впрочем, эти туники и рубахи (помнится, на римском БРИГе одежду для рабов сделали простейшим способом - из обычных джутовых мешков) были у всех - в камуфляже по игре тогда не бегали. Я о постройках. Дело было в халявных, по сравнению с нынешними, ценами на стройматериалы. Бревенчатых строений тогда не возводили - из бревен делали только каркас, а сверху крепость обшивали оргалитом и фанерой, которую часто еще и раскрашивали. А города и деревни строили способом, о которых и сейчас не худо было бы припомнить игрокам. Делался легкий каркас из жердей (часто на деревьях, но нередко и в голом поле). Каркас оплерался ацетатным шнуром а потом обивался либо картоном от коробок, либо полиэтиленом. Это не проблема и сейчас - коробки в бешеных количествах жгут на любой их оптовок. Крыша крылась полиэтиленом же, а потом на нее наваливали верки, траву, камыш - словом все, что было под рукой. В результате получалась хибара в которой жить. Во всяком случае, в игровых условиях, неизмеримо удобнее, чем в палатке. Да и от дождя защищала, и от ветра. Трудозатраты на такую хибару - час-два в одиночку, минут сорок вдвоем. К тому же учтите, что если ставить такие домики с общими стенами, имитируя улицы, то работы еще меньше. Помнится, пятеро студентов возвели за день городок с 2-мя улицами, площадью и 18-ю домами. Еще одно огромное преимущество такого способа игрового строительства - это то, что вместо лагеря получается город в котором вся бытовая жизнь протекает в домах. В палатках неудобно есть, делать что-то - там можно только спать В результате главным и, подчас единственным украшением любого лагеря становится кострище с "пентагоном". Впрочем, это всего лишь воспоминания. Читатель еще не удивился, сколько времени я уделяю одной игре? Ведь обещан был, кажется рассказ об истории игрового движения, а вместо этого - лепет в стиле "а вот мы были": Нет, все правильно. Ведь то, что я сейчас столь подробно описываю - это отличительные черты того самого " ноу хау", из которого и возникли потом российские ролевые игры.

Итак, особенности коммунарских ролевых игр:

· идейно-педагогическая и воспитательная, а часто откровенно идеологическая направленность:

· вытекающая из этого "натуральная" и крайне эффективная модель экономики;

· исключительно "индивидуальный" подход к комплектации игроков - как правило, исключался набор групп на групповые роли, каждый человек, даже школьник, играющий крестьянина, был включен в семью и социальную структуру;

· схематическое, но вместе с тем строго функциональное отношение к антуражу;

· жесточайший диктат мастеров;

· принципиальное отсутствие заявок. Роли распределялись заранее, как правило, исходя из педагогических соображений. Мнений будущих игроков не то чтобы не спрашивали, но не всегда принимали в расчет.

· тщательнейшая предварительная подготовка - в отрядах (к тому времени кроме "Рассвета" появилось еще несколько разновозрастных педотрядов, связанных в одну структуру и пользующихся общими методами работы) подготовка велась задолго - проводились циклы исторических учеб, боевая подготовка, причем драться учили всех без исключения. Как правило, крупная игра предварялась серией небольших игр, МИГов, готовящих игроков к данной тематике.

· Подробные, в коммунарском духе обсуждения после игры - причем не в виде "болтушки" и текстов, а в виде своего рода общего круга, который проводился непосредственно после игры и участие в нем принимали почти все игроки. Я пытался поддерживать эту традицию - помнится, последнее по-настоящему общее обсуждение состоялось после ХИ_94. Впрочем, не буду настаивать - такое случалось и впоследствии, особенно в сибирской и калужской школах мастерения. Это, последнее особенно важно. Коммунарская система ролевых игр не знала высказываний типа "Мастера-козлы". Мастера всегда были те, кто по жизни, воспитывал и был почти что окончательным авторитетом для большинства игроков. Отсюда и предельно тоталитарный стиль ведения игры, и отсюда же - практически полное отсутствие внеигровых споров. Чем это пахло, чувствуете? Соотносить тогдашнюю и нынешнюю среды ролевых игр можно - в деталях, вроде способов строительства. Но, как я теперь понимаю, мы тогда были лиши отражениями времени - и каждый мнил себя комиссаром. Собственно, мы так и назывались тогда. Пожалуй, я пишу эти строки еще и для тех, кому не посчастливилось столкнуться со мной на многих играх особенно последних лет. Закваска все же неистребима: если вы понимаете, о чем это я. Не буду погружаться в подробный анализ методик и приемов тогдашней школы, школы коммунарских отрядов и БРИГов. Желающих отсылаю на Хавскую к Кажаринову - он ведь до сих пор делает игры. Правда, укатали сивку крутые горка, но вот прошлое он всегда охотно вспоминал. Для меня важно лишь то, что полевые ролевые игры в своей законченной форме придуманы и введены в оборот именно коммунарскими и разновозрастными педагогическими отрядами. И произошло это в интервале от 86 до 90 гг. прошлого века.

Статистика. В интервале 86-90 гг. были проведены 4 БРИГа, около десятка менее масштабных игр, как правило, в помещении типа школ или ДК. Максимальное число участников - около 150 человек на БРИГе по древнему Риму. На нем же - максимальный масштаб построек, причем максимальный даже по нынешним понятиям (естественно, применительно к количеству участников). Судите сами - два города, примерно по 20 строений и цитадели, причем в одном из них цитадель была вынесена в реку на сваях. Кроме того, 4 деревеньки по 6-7 домиков и 2 замка-латифундии. Темы игр - либо исторические, либо фантастика по мотивам Крапивина и Стругацких. Скромный по нынешним понятиям график игр объясняется опять же традицией - в год проводили один большой летний БРИГ и, как правило, серию игр поменьше - на лагерях во время школьных каникул. Соотношение студентов и школьников на играх - примерно один к трем.

2

Лирическое отступление

Своеобразный, доложу я вам, это опыт – взяться за продолжение собственного текста почти тридцатилетней давности. При том, что тот текст был именно что статьёй, пересказом событий, причём – сделанным в определённом смысле свысока, с позиции собственной (и на тот момент никем не оспариваемой) компетентности. А вот то, что я буду писать сейчас – это уже воспоминания. Посему: прошу читателей, буде таковые случатся, отнестись с пониманием к возможным отклонениям от того, что помните вы. Может, я что-то забыл. Может – стал воспринимать по то, что было, иначе. А может и вовсе, убедил себя в том, что всё было так, как я помню.. думаю… думаю, что помню.

В общем, вы меня поняли. Немало воды утекло, и восстановить теперь точную, пошаговую истину непросто…

Поначалу я думал переписать первую часть – с учётом всего, что было за эти годы обдумано, осмыслено, узнано, забыто, наконец. А потом решил – нет, пусть уж остаётся, как было. Так что – продолжим…

КЛФ-овское ноу-хау или предтеча Хоббитских Игрищ.

Следует отметить один довольно существенный момент. Как и было сказано в предыдущей части статьи, методика ролевых играх (как большие, полевые БРИГи, так и малые, кулуарные игры, МИГи) возникла в недрах неформально-педагогического студенческого движения середины-конца 80-х годов в качестве своего рода педагогического приёма. И… в силу достаточной узости этого круга имели все шансы так и остаться внутри упомянутой среды, не выйдя толком наружу. Просто в силу относительной её замкнутости и, чего уж там, малочисленности.

Но - получилось иначе. Идея больших ролевых игр счастливо пересеклась с многочисленным, разветвлённым сообществом, готовым её воспринять и развить – в широких масштабах и с огромным энтузиазмом. Скажу лишь, что к тому моменту в СССР КЛФ-ы имелись практически во всех крупных городах, движение ширилось, обрастало потихоньку организационным активом, создало свой фольклор и даже проводило собственные слёты, фестивали, гордо именуемые «конвентами». Одним из самых известных (если не самым известным) из них была «Аэлита» - конвент, проводимый одноимённым КЛФ из города Свердловска (нынешний Екатеринбург, если кто забыл) и активно поддерживаемый знаменитым на тот момент журналом «Уральский следопыт». Запомните это название, скоро нам предстоит к нему вернуться…

А пока - сделаем шажок назад по временной шкале, в 1983-й год. Конечно, первые КЛФы появились раньше, но именно тогда автор этих строк впервые познакомился с этим движением. И – факт, в котором я лично вижу знак судьбы! – в том же 83-м году увидело свет детлитовское издание «Хранители», первая часть «Властелина Колец».

…это был даже не КЛФ, а просто дружеская компания, некоторые из членов которой познакомились ещё в свои школьные годы, когда состояли в астрономическом кружке дворца Пионеров на Ленинских горах. А позже – принимали участие в работе КЛФ «Три парсека» при МВТУ им Баумана, широко известного в узких кругах, как «Три поросёнка». В общем, ничего особенного в этой компании не было – увлечение фантастикой во всех видах, и в особенности, новомодным (для нас, во всяком случае) на тот момент жанром «фэнтези». Книги - как официально изданные, так и самиздатовские машинописные и ксерокопии. Разумеется, неизбежные попытки придумывать собственные фантастические миры – куда ж без них?. И, пожалуй, самое на тот момент важное: так называемые игры-«ситуационки» (другой вариант «словески») – по сути, самостоятельно придуманный принцип ДНД, только без спеллбуков, мануалов и прочей игровой макулатуры. Обходились замызганной тетрадкой с неразборчивыми записями да фантазией «ведущего» - термин «мастер игры» тогда ещё не вошёл в употребление. Да, на тот момент нам казалось, что это наше уникальное изобретение – мы ещё не знали, сколько похожих компаний в самых разных уголках страны сами, без подсказок, пришли к тому же самому…

Наверное, это и оставалось бы на уровне словесных игр – если бы автор сих строк примерно в то же время не встретился с ребятами из «Рассвета» и не ушёл с головой в их деятельность – в том числе и в заново открытые для себя полевые «ролёвки».

Опуская вряд ли интересные читателям детали - один из основателей той, прежней дружеской компании по прошествии времени тоже пришёл к педагогике – возглавил подростковый КЛФ при всё том же Дворце Пионеров». Клуб этот назывался «Кассиопея», а руководителем и создателем и руководителем его стал Дмитрий Нежданов. И – стоит ли удивляться, что однажды мы сложили два и два?

Сначала «кассиопейцы» поучаствовали в нескольких коммунарских бригах. И – поняли, что обрели достаточно новую, нетипичную область деятельности. Далее последовали собственные игры, как «кулуарные», проводимые прямо во Дворце, так и выездные. Тогда многие из нас только-только познакомились с таким явлением, как «звёздные войны», «Чужие» и прочие явления кинофантастики – и стоит ли удивляться, что именно по «Звёздным Войнам» мы с «кассиопейцами» (к тому моменту я уже стал одним из руководителей клуба) сделали одну из первых своих полевых игр?

Остроконечная молния вырвалась из ствола и улетела в сторону фигур в белых с чёрными стеклянными забралами шлемах, ясно видных на фоне кустов. Казаков тихо выругался и облизнул пересохшие губы. Промах.

Выстрел не остался незамеченным. Защитники Республики грамотно рассыпались в стороны и, укрывшись за деревьями, стали отвечать, но густо переплетённые ветки кустов, за которыми засела имперская разведгруппа, неплохо защищала от огня бластеров.

В ответ сыпались стрелки плазменных импульсов – с тем же примерно успехом. Бой переходил в позиционную стадию.

- Попробуем в обход! – прошипел Саня Казаков. Нагрудную планку его серой куртки украшали два красных и два синих кубика. Имперский лейтенант.

– Вы, двое… – он ткнул пальцем в Лёшку-Триффѝда и ещё одного бойца, - оттянитесь назад и зайдите им в тыл. Держитесь ельника - там овражек, как раз выведет, куда нужно.

- Пульки только не намочите. – добавила Машка. – Придётся ползти, а ветки низкие, в росе. Размокнут, в стволах будут застревать.

Казаков недовольно покосился на подчинённую взгляд. Что за манера – поправлять командира? Совсем разболтались, никакой дисциплины…

Но - промолчал. Машка была права: ночью прошёл дождь, и нижние ветви ёлочек в лесопосадке отзывались на любое прикосновение обильным душем. Заряды, длинные остроконечные «фунтики», скрученные из тетрадных листков, сразу придут от него в негодность.

Щёлк!

Пулька, выпущенная из бластера кого-то из повстанцев (пластиковой жёлтой трубки, в каких строители прокладывают провода, примотанной изолентой на деревянное ложе) клюнула ствол сосны возле казаковского носа. Лейтенант поспешно спрятался – не хватало ещё поймать шальной выстрел!

Ф-фух! Ф-фух!

- Тьфу, чтоб тебя…

Ну вот, Машка накаркала – теперь и у неё пулька застряла. Девочка – нет, сержант штурмового десанта Галактической Империи! – откатилась в глубокую ложбину между корнями сосны, вытащила из-под ствола палочку-шомпол и принялась прочищать оружие. Пульки-импульсы с тихим шорохом пролетали над головами и застревали в листве. Сыпались они гораздо гуще, чем минуту назад.

- Скорее! – прошипел Казаков. – К повстанцам подошло подкрепление. Если кинутся все разом – я один их не удержу!

Кусты впереди громко затрещали, разошлись, и на поляне показался Голубев. Его светло-серую накидку перетягивал пояс, увешанным коробочками-подсумками. В обеих руках перед собой он держал метровую палку, обклеенную прозрачной кислотно-зелёной синтетической плёнкой. Рукоять палки, замотанная, бельевой верёвкой, была прокрашена серебрянкой.

- Джедай, чтоб его…

Казаков сдержал ругательство, нецензурщина в «Кассиопее» не приветствовалась - и выстрелил. Пулька угодила Голубеву в грудь, но он лишь презрительно усмехнулся и сделал замысловатое движение своим дрыном.

- Не трать заряды! - Машка схватила его за рукав. – Джедай с лайтсабером отбивает все выстрелы. Лучше остальных держи, сейчас полезут…

И снова оказалась права! Голубев шагал через поляну, а по краям кустарника из ветвей, опасливо пригибаясь, выбирались повстанцы. Казаков вскинул бластер, повёл стволом. Пулька-импульс клюнула «ребела» в лоб – он схватился за поражённое место рукой, охнул и, картинно раскинув руки, упал в траву. И словно в ответ, сбоку полетели белые молнии – Лёха-Триффид с напарником вышли на позиции и открыли огонь. «Джедай» попятился. Правила игры, защищавшие джедая от фронтальных выстрелов, дозволяли поразить его сбоку или со спины, там, где он не плёл защитную пелену световым клинком.

- Огонь! – заорал Казаков. – Они отступают! Да здравствует Император Палпатин!

И вскинул к губам трубку.

Ф-фух!

Ф-фух!

Ф-фух!

Сражение войск Галактической Империи и повстанческих отрядов Республики за планету Эндор разгорелось с новой силой.

Это – эпизод из моей книги «КОМОНС», законченной в прошлом году. И да, он основан на той самой игре – даже некоторые имена сохранены. Кроме своих игр, «Кассиопея» активно участвовала в игровых программах «коммунаров», так что именно фантастические ролёвки стали в какой-то момент главным направлением деятельности КЛФ. Постепенно стал приходить опыт, как творческий, так и организационный, нарабатывались игровые методики (как самостоятельно, и в сотрудничестве с другими разновозрастными отрядами. А, главное - формировалась работоспособная команда, способная и желающая делать игры. И, как следствие – всё острее ощущалась необходимость этим опытом поделиться.

И вот, в 1988-м году мы с Димкой Неждановым отправились на ведущий на тот момент конвент КЛФов – свердловскую «Аэлиту». Причём мы ехали туда не просто как гости – нет, мы заранее подали заявку от нового КЛФ «Кассиопея», указав в качестве основного рода деятельности нашего клуба – проведение ролевых игр по фантастической тематике. Что это такое – никто из организаторов «Аэлиты» на тот момент понятия не имел, но заявку нашу приняли.

И вот тут-то эта история начинается всерьёз…

3

Не буду подробно распространяться о том, как прошла «Аэлита-88». Было всё, что и полагалось быть на подобном конвенте; для нас же главным стала возможность заявить о «Кассиопее» и о нашем, незнакомом на тот момент для присутствующих роде занятий. Был наш с Димкой визит в «Каравеллу». Были мэтры – Аркадий Стругацкий, Крапивин, Балабуха, сидящие в президиуме. Было наше выступление со сцены ДК автомобилистов, где, собственно и проходил конвент – в той части программы, когда представлялись недавно созданные КЛФы. Было тридцатилетие «Уральского Следопыта». Был вечерний карнавал и, конечно, были долгие беседы в кулуарах, где мы с Неждановым, до крайности уверенные в себе, наперебой рекламировали идею ролёвок применительно к деятельности КЛФ-ов.

И, как оказалось, были услышаны…

После нашего выступления к нам с Димкой подошли двое ребят из красноярского КЛФ и поделились идеей, с которой они приехали на эту «Аэлиту» - провести игру по Профессору. Мы переглянулись – и поняли, что нашли именно того, кого и хотели найти.

К тому моменту с момента выхода в свет первой части «Властелина Колец» на русском прошло уже лет пять; самиздат разразился парочкой переводов разной степени корявости и нечитабельности, так что творение Профессора было более-менее знакомо большинству присутствующих. Но – именно красноярские КЛФ-овцы первыми почувствовали (иначе не скажешь) какая гигантская перспектива содержится именно в ИГРЕ по этому материалу. Не забывайте – большинство из нас тогда понятия не имело не то, что о заокеанских «исторических анахронистах», но даже о банальном «ДнД». Так что – да, идея принадлежит именно им, и с этим не поспоришь. Во всяком случае – они первыми публично её озвучили и заявили, что готовы провести подобное мероприятие.

Это были обычные для подобного рода конвентов ночные посиделки в гостинице – вернее сказать, в общежитии, отведённом под размещение участников. Полночи мы сидели у нас в номере и рассказывали – про БРИГи, про понятные нам и совершенно незнакомые нашим собеседникам типовые правила проведения игр; про школу «игрового фехтования», специально созданную для игр. Конечно - про способы моделирования разных реалий, от «мертвятника» (этого термина тогда ещё не было, вместо него говорили, если мне память не изменяет, «Страна Мёртвых) до игровой экономики. Вспоминая ту беседу, скажу за себя – я тогда больше занимался самолюбованием, чем искренне старался помочь ребятам, и прямо-таки с наслаждением объяснял им, почему сделать именно так, как они задумали, не получится – а надо так-то и так-то…

И они слушали. Мы же… как это ни странно, вернувшись с «Аэлиты» мы практически забыли об этом эпизоде – до такой степени, что я потерял листочек с почтовыми адресами и телефонами, которыми мы обменялись с красноярцами перед расставанием.

Кроме них наше выступление тогда услышали представители ещё нескольких КЛФ. Вряд ли на тот момент они отнеслись к этим нахальным выскочкам всерьёз – но в памяти отложилось…

А мы, как и было сказано, вернулись к своей обычной жизни «Города Мастеров» - так стала называться «Кассиопея» после того, как мы перебрались из дворца в другое помещение.

Проводили игры, участвовали в играх, проводимых другими педагогическими отрядами – и не вспоминали до того самого момента, когда я, уже летом следующего 1990-го года, снял трубку телефона и услышал голов человека, представившегося Сергеем Яковлевым. Он сказал, что его попросили передать мне приглашение на мероприятие под названием «Хоббитские игрища», которые должны пройти в первых числах августа в Красноярске. Мы договорились о встрече, а когда я спросил, как узнаю его – он ответил, что он будет в цветах лесных эльфов, зелёном и коричневом.

Наверное, в этот самый момент я заподозрил: это «ж-ж-ж» неспроста…

Разумеется, я рассказал о полученном приглашении и Димке Нежданову и нашим ребятам из «Города Мастеров». К тому моменту планы на август у всех уже были составлены, а потому было решено, что я еду туда один – и по приезде представляю подробный отчёт о том, что там, собственно, имело место.

И это тема отдельного, следующего раздела.

4

Небольшое отступление от авторского текста.

Ниже приводится большой фрагмент статьи Елены Ивониной, Галадриэль-90. Написана она в 92-м году – практически, по горячим следам. А потому будет в данном тексте достаточно уместна, а заодно - избавит автора от необходимости восстанавливать в памяти массу подробностей, изрядно смазавшихся за прошедшие три (о, Господи, сам в это не верю…) десятка лет.

2–3 августа 1990 г. обитатели и работники гостиницы «Турист», что стоит в самом центре Красноярска, могли наблюдать весьма необычное зрелище. С разных сторон: от стоянки такси, с автобусной остановки, из трамваев и троллейбусов, к гостинице устремлялись небольшие группы людей, а то, и одиночки довольно странного вида. И дело было даже не в огромного размера рюкзаках – этим красноярцев не удивишь, да еще близ гостиницы с таким названием, – дело было в... мечах, торчавших из этих самых рюкзаков, а кое у кого и откровенно висевших на поясе. В вестибюле гостиницы прибывающие «меченосцы» постепенно образовали довольно плотную толпу, в которой звучали малопонятные слова, совершенно не русские имена и уже посверкивали вынимаемые из рюкзаков кольчуги. Так собирались в Красноярске участники первых в нашей стране «Хоббитских Игрищ».

А НАЧАЛОСЬ все с книги. Прочитав первую часть эпопеи Дж. Р. Р. Толкиена «Властелин Колец» (сокращенный перевод В. Муравьева и А. Кистяковского вышел в издательстве «Детская литература» в 1982 г. под названием «Хранители»), правдами и неправдами достав ходивший по рукам «самиздатовский» перевод второй и третьей частей, члены красноярского КЛФ «Вечные паруса» «заболели» Толкиеном всерьез и надолго. Идея, некоторое время носившаяся в воздухе, на «Аэлите–88», Всесоюзном фестивале любителей фантастики, оформилась в твердое решение: силами клуба провести ролевую игру по книге Толкиена, на которой и попытаться воссоздать Средиземье в «земных» условиях.

Базовый вариант, разосланный по друзьям из других КЛФ, извещал: «Ролевая игра «Хоббитские Игрища» ставит целью собрать любителей фантастики для проведения семинара, выставки графических работ, конкурсов и собственно ролевой игры по сказочной эпопее Дж. Р. Р. Толкиена «Властелин Колец». Прилагавшийся список ролей, перечень задач для команд, правила ведения поединков, обзор предполагаемого оружия и доспехов, разъяснение магических свойств и преимуществ некоторых волшебных вещей создавали основу для серьезной подготовки будущих участников. Газета «Палантир» – издание оргкомитета «ХИ–90» – знакомила читателей с «программами» кандидатов на основные роли, с новыми переводами из Дж. Р. Р. Толкиена и последними игровыми известиями. В программу «Игрищ» входил также сплав на плотах по р. Мана после окончания игры.

Собственно оргкомитет ХИ-90

Теперь уже ясно, что сообщение о проведении «ХИ» упало в хорошо подготовленную почву. Многочисленные почитатели Толкиена, разбросанные по стране и пребывавшие в горьком убеждении, что они – «единственные и неповторимые», воспряли духом и засыпали оргкомитет заявками. Так, неожиданно для хозяев игры «ХИ–90» превратились во Всесоюзный слет Толкиенистов. К началу игры съехались 130 человек: команды и отдельные участники из Уфы и Амурска, Ленинграда и Ростова, Казани, Иркутска, Горловки, Абакана, Москвы, Харькова, Владимира, Новосибирска, Кургана, Иванова, Чебоксар, Киева, Томска, с о. Сахалин. От нашего города в «Игрищах» участвовали 5 человек: три «эльфа», один «хоббит» и один «урук-хай».

И началось! Первые схватки на мечах были проведены на набережной Енисея и пригостиничной площади. В «штабном» номере почти непрерывно заседал Белый Совет, на котором Валары – организаторы «ХИ» – и прибывшие Владыки Средиземья (руководители команд) спешно решали оставшиеся и вновь возникающие вопросы проведения игры. Самые неугомонные уже лазили по Красноярским Столбам, вживаясь в местные условия. Десант добровольцев, заброшенный на место будущей игры – красивейшие берега реки Мана неподалеку от Красноярска, – возводил в тайге базовый палаточный лагерь «Валинор».

Наш Гэндальф - на месте будущего игрового лагеря

Рассказать обо всем, что связано с «Хоббитскими Игрищами», в пределах короткой газетной статьи очень трудно. Было слишком много интересного до Игры: конкурс стрелков из лука и конкурс метания боевых топоров, ежедневные тренировочные бои и «Венок Лучиэнь» – что-то типа передачи «А ну-ка, девушки!» – для представительниц прекрасной половины Средиземья, были разговоры и песни далеко за полночь у «командных» костров – в Гондоре, у гоблинов, в Лориэне... Еще интереснее было на самой Игре, сюжет которой – игра есть игра! – очень скоро принял совершенно неожиданный оборот, поставив участников «ХИ» перед необходимостью самим принимать решения, от которых зависела судьба Средиземья... И уж совсем невозможно рассказать, как после всего этого нам не хотелось расставаться, – нам, за неделю до «ХИ» и не подозревавшим о существовании друг друга! Праздником дружбы, света, встречи единомышленников, прикосновения к Сказке стали для их участников «Хоббитские Игрища–90», и за это – огромное спасибо их организаторам! Мы увезли с собой из Красноярска адреса новых друзей, песни, незабываемые впечатления и страстное желание встретиться снова…

Один из тех самых плотов. На ближнем к нам углу стоит, если меня не обманывает зрение, Серёжа Яковлев.

5

Должен признаться: в абзаце, предваряющем этот фрагмент статьи, я несколько покривил душой. Дело, конечно, не в забывчивости - при желании я могу без особого труда восстановить в памяти события тех нескольких дней, причём достаточно детально. Тогда в чём - спросите вы? Ответ прост.

Дело в том, что текст нашей замечательной Галадриэли так и сквозит стремлением поведать читателю об ожидании чуда, с которым она ехала на ХИ. Получилось это, или нет – вопрос другой, но вот ожидание было, и наверняка. И не только у неё – у каждого из ста тридцати с чем-то участников мероприятия. Они ехали, чтобы погрузиться в сказку – не зная ещё, как это будет, но веря, что обязательно получится.

Я сказал – "у каждого"? Это не совсем так. У одного из гостей такого чувства не было. И этот человек – автор этих строк

Дело в том, что, отправляясь в Красноярск, я ни на грош не верил, что организаторам в полной мере удастся задуманное. Попросту в силу того, что они, как я тогда думал, не представляют, за что взялись. Я же сам, по собственному непогрешимому (а как же?) мнению, собаку съел на организации и проведении ролёвок. И, конечно, сразу сумею распознать те грабли, на которые они, и организаторы, и участники, будут готовы наступить. И тут-то я - снисходительно, с высоты своего опыта - их и поправлю, наставлю на путь истинный, объясню, как Это надо делать…

Я нисколько не преувеличиваю, именно таким и было тогда моё настроение. И укрепляло меня в этом почти что трёхсуточное общение с попутчиками – совершенно восторженным от того самого ожидания чуда Серёгой Яковлевым, и не менее восторженными, но несколько более сдержанными харьковчанами, Игорем Солунским и Женей Дис, которые тоже ехали на ХИ, причём в одном с нами вагоне.

Чего в подобной позиции больше – самоутверждения, самолюбования, искреннего желания помочь? Не знаю, не знаю… но уж точно, не ожидания чуда, сказки.

Но то, что случилось потом, показало, что я ошибся – и на этот раз, в виде исключения, ошибка была приятной. Потому что сказка таки да, случилась. Причин тому оказалось несколько, и одна из них совершенно для меня неожиданная.

6

КСП-шное ноу-хау: «Как здорово, что все мы здесь…»

Если помните, в самом начале статьи я упомянул о «трёх началах, трёх составных частях» ролевого движения – по аналогии известно с чем, да простят меня правоверные марксисты. О двух «началах» уже поговорили – это коммунарское движение и КЛФ. Теперь пришёл черёд третьей.

В самом деле – ну что такого необычного в обычном выезде на природу, пусть с деревянными мечами и в костюмах? Да мало ли в СССР проводилось всяких там зарниц, костюмированных праздников любых уровней? Что сделало именно это начинание настолько уникальным и неповторимым, что дало толчок процессу, который развивается уже три десятка лет и, судя по всему, далёк от своего завершения.

Мир, созданный Толкиеном, и описанный в его книгах? Если верить Лене Ивониной, фрагмент чьей статьи я привёл выше - то да. И с этим достаточно сложно спорить, поскольку порождение Профессора, обрушившийся на нас со страниц сначала «детлитовского» издания, а потом и многочисленных самопальных и не очень переводов, действительно способно захватить целиком. Но -дело не только, точнее не столько в этом.

А в песнях. В традиции, возникшей у туристических костров ещё в 60-х и выкристаллизовавшейся на фестивалях Клуба Самодеятельной песни по всему СССР. КСП – кто не помнит эту аббревиатуру. Именно традиции песен в кругу, под гитару и наложились на всё, о чём я упоминал в предыдущих частях – и спаяла нас покрепче серебряного припоя. Это и было чистое серебро, про которое говорилось в одной из тех, ранних песен, что ко всеобщему удивлению привезли на ХИ-90 некоторые клубы – и в первую очередь, конечно, новосибирцы…

Серебром о серебро звенят подковы

Да в серебряную флейту - песня ветра.

За вечернюю зарей, ты видишь, снова

Отлетает наше северное лето.

Грустный август заливает желтизною

У дороги листья кленов запыленных.

Скоро ночь с ее огромною луною

И с покоем - и для пеших, и для конных.

Только нету мне покоя - что такое,

Что за странный сон послали мне, о, боги:

Будто мчится под серебряной луною

Белый всадник по серебряной дороге.

По краям ее таинственные тени

И в чарующе-тревожном лунном свете

Клены старые, корней переплетенье,

На ветвях своих укачивают ветер.

Объясните мне, божественные судьи,

Почему опять мечу не спится в ножнах?

Для чего мне защищать чужие судьбы?

Это больше оставаться так не может.

Отдохнуть у очага родного дома,

Отпустить коня усталого в ночное -

Почему мне эта радость не знакома?

Кто связал меня с серебряной луною?

Серебром о серебро звенят подковы

Да в серебряную флейту - песня ветра.

За вечернюю зарей, ты видишь, снова

Отлетает наше северное лето...

На пригорке, на коротеньком привале

Зазвенят гитары струны золотые.

Ну а если и гитару мы не взяли, Помолчим, дружок, нам это не впервые.

Слова - Елены Перцуленко, известной в наших кругах как Сэнта. Сам я услышал эту песню в исполнении Руста (представлять которого, как мне думается, тоже ни к чему)– и не уверен, что именно на тех, самых первых ХИ. Но именно она, как мне представляется, лучше всего иллюстрирует сказанное выше.

Конечно, были и другие песни, в том числе и напрямую на стихи из «Властелина Колец» - с дополнениями, а как же…

Помните:

Древнее золото редко блестит,

Древний клинок ярый.

Выйдет на битву король-следопыт,

Зрелый – не значит старый.

Позарастают беды быльем,

Вспыхнет клинок снова.

И короля назовут королем

В честь короля иного.

И снова жестоким боям греметь,

И снова с мощью сойдется мощь.

Тогда опускаем разящий меч,

Когда поступает вплотную ночь.

Мы битвам же потеряли счет.

И сколько же в них полегло бойцов?

Но, может быть, кто-нибудь

Хочет еще

Примерить древнее это кольцо?..

Помню, как был очарован и околдован, впервые услыхав эту песню от новосибирцев – и я думаю, не я один. А уж когда я привёз эти песни в Москву, в «Городе Мастеров»…

Потому что там было всё, что мы нашли в книге Профессора - романтика меча и посоха, ночной дороги под луной, великих свершений, тайн, роковых, зловещих, но и серебряно-волшебных к которым, кажется, протяни руки - и сумеешь прикоснуться на самом деле.

Кроме чисто «толкиеновских» песен и песен «на тему Властелина Колец» были, конечно, и другие – например, автор сих строк пустил в оборот песни «римского цикла», и так успешно они прижились, что «Орёл Шестого легиона» до сих пор состоит в числе самых популярных околоролевых песен. А песня «Косари» (автор – Андрей Козловский), привезённая Колобаевым из Ивановского клуба, вообще на долгие годы стала чуть ли не официальным гимном ролевого движения.

Так что – да, именно традиция, пришедшая от костров и с дощатых сцен КСП-шных слётов и оказалась тем, что слило тогда нас воедино – чтобы уже не распасться. А впоследствии превратилась в громадный культурный пласт, образовавшийся вокруг ролёвок – песни, поэзия, проза, драматургия, всего и не перечислить…

Наверное, кто-то скажет, что я чересчур романтизирую эту тему. Что имелись на первых ХИ и другие, весьма яркие творческие моменты. Например, было немало превосходных рисунков (Дима Левчук, наш самый первый Арагорн – помните?), а уж о переводах Толкиена я не говорю – гостями Игры стали две великолепные переводчицы, Наталья Григорьева и Валерия Маторина, чьи переводы Профессора радуют нас до сих пор. И что песенная традиция существовала и у коммунаров-педотрядовцев и в крапивинской «Каравелле» и тоже играла у них немалую роль.

Что ж, так оно и есть. Всё это было и осталось с нами. Но… всё же именно песни помогли нам тогда, на берегах сибирской реки Мана, осознать, что мы действительно сделали шаг, пока ещё маленький, неуверенный – но это был самый настоящий шаг в сказку.

7

ХИ-90 глазами одного гнома.

Но – довольно о песнях. Пришла пора вспомнить теперь собственно ХИ-90.

Для меня – как, впрочем, и для всех остальных – игра началась с заезда в гостиницу в Красноярске. Знакомства, первые упражнения с деревянными мечами на улице, официальное открытие в актовом зале гостиницы. Самое существенное состоялось уже под вечер – нас с Куковлевым пригласили в свой номер организаторы (среди них были и те, с кем мы полтора года назад беседовали на «Аэлите») и мы долго сидели, перекраивая, а по сути, заново составляя сценарий игры. Помнится, именно тогда родилась идея совместить сюжеты «Хоббита» и «Властелина Колец» - с самого начала в игре имелись и отряд Хранителей и отряд гномов с Бильбо – причём отряд этот был сформирован буквально на пустом месте, и автор сих строк получил в нём должность Торина.

Личный состав я набирал с бору по сосенке, прямо в коридорах гостиницы – и какие же это были люди! Двое харьковчан, четверо красноярцев, и… Слава Хабаров из Казани, известный, наверное, всем толкиенистам – именно тогда он и стал Балином.

Надо было найти для отряда какую-нибудь особенную фишку, что-то такое, что дало бы нам козырь в противостоянии с другими командами, приехавшими на игру в нынешнем своём составе. И козырь этот был найден – для начала, я отправил двоих красноярцев в ближайший спортивный магазин за дюралевыми выпуклыми «ледянками» для катания с гор. Они пошли на щиты - сейчас трудно в это поверить, но у остальных команд ни одного щита не было! Ещё один щит и две кольчуги, тоже единственные на игре, я привёз из Москвы – таким образом, оснащение и формирование грозного гномьего «хирда» (тогда это слово ещё не вошло в употребление) было завершено, за исключением копий, которые мы сделали уже на месте. Что так же оказалось сюрпризом для всех остальных – причём сюрпризом далеко не всегда приятным…

Впрочем, кажется, я начинаю хвастаться – а хвастаться-то, если подумать, особо нечем. Немудрено было выделиться «полководческими» и «фехтовальными» талантами и навыками - особенно, если вспомнить, что у всех остальных подобный опыт отсутствовал, как класс. В особенности, имея таки «сержантов», как Балин и Игорь Солунский…

И, раз уж разговор зашёл о «боёвке» - не могу не вспомнить об одном из самых спорных решений, буквально навязанном мною организаторам. Дело в том, что у эльфийских команд не было луков. Совсем. Несколько штук, правда, привезли с собой уфимцы, но их стрелы начисто были лишены гуманизаторов и, соответственно, для игры не годились вовсе. И тогда я предложил решение, вызвавшее потом немало саркастических комментариев – вооружить эльфов пластиковыми духовыми трубками-сарбаканами с бумажными стрелками-«колючками». Что и было в итоге сделано.

Но - вернёмся к делам действительно важным. Со скрипом, дискуссиями, несогласиями, но мой вариант сценария проложил себе дорогу в умах организаторов. На следующее утро окончательные ролевые и командные расклады были доведены до сведения руководителей делегаций и мы, погрузившись в автобусы, отправились на Ману.

Это была замечательное и на редкость конструктивное решение: совместить игру с коллективным водным походом, который в качестве услуги предлагала большим группам посетителей гостиница. Организаторы таким образом разом избавились от проблем заброски, питания на игре ( о том, что продукты на время игры надо везти с собой никто не подумал), и даже от нехватки палаток. Сам поход тоже никуда не девался – просто сроки были немного сдвинуты. Точнее – ровно на сутки, которые и продолжались первые ХИ.

Вдаваться в подробности самой игры я не буду, упомяну только о сильнейшем впечатлении, которое произвели на всех уфимцы. Это была самая многочисленная, самая оснащённая, самая мощная и обученная команда на полигоне – самый настоящий Гондор. Их линию на общем построении не забудет ни один из тех, кто был тогда на Мане.

А само место!

Фантастические пейзажи - речная долина между гор, быстрая, широкая река, через которую в районе, облюбованном для игры имелось не меньше двух бродов; фантастической красоты пейзажи, два острока, один из которых был облюбован под лориэн, скальные выходы, нависшие над водой и каменистые осыпи по берегам...

Не было больше ни одного полигона, НАСТОЛЬКО подходящего на роль Средиземья Ни обожаемый мной Шелангер. ни насквозь культовая Яхрома. Ни даже замечательный Михайловский завод. Именно эти пейзажи сразу, с первого взгляда убедили нас - да, мы уже ТАМ.

Сама игра продолжалась недолго, меньше суток. Вспоминать её детали не буду - и без меня немало на эту тему написано...

А потом случилось то, что, подобно закрепителю в фотолаборатории, зафиксировало состояние наших душ и наших умов. Сплав на плотах по Мане. Перекаты, порожки, две скалы по обеим сторонам реки, увидав которые мы восторженно завопили – «Стражи Гондора!»

И снова ночь, снова песни у костра, а потом самое главное - Большой Совет в индейском вигваме Лёши Аликаса, руководителя уфимской делегации. Именно тогда прозвучало всеобщее и единодушное желание сделать ХИ ежегодным мероприятием… после чего последовала пауза, и я почувствовал, что все присутствующие выжидающе смотрят на меня.

Все. До единого.

А что мне оставалось? Полномочий делать подобные заявления у меня не было – но я объявил, что московский клуб «Город Мастеров» попробует провести следующие ХИ своими силами, под Москвой – и все присутствующие заранее на них приглашены. Да, наглость это была несусветная, но я почему-то не сомневался, что по приезде домой встречу понимание… и поддержку.

Так оно, в итоге, и получилось.