Герои Крымской войны 1853-1856 гг.

Осовец первой обороны Севастополя

«Отступать нам некуда, сзади нас море. Всем начальникам частей я запрещаю бить отбой, барабанщики должны забыть этот бой!»

В.А. Корнилов

349 дней… Именно столько длилась первая героическая оборона Севастополя. Но один день особенно сильно запомнился каждому защитнику города – 5 октября 1855 года. В этот день англо-французские войска совершили первую и одну из самых сильных бомбардировок Севастополя. По городу, обстреливаемому как с моря, так и с суши, было выпущено свыше 50000 снарядов. Как нельзя лучше ужас того обстрела иллюстрирует эпизод из воспоминаний Славони, непосредственного участника сражения: «…треск и взрывы были повсеместны; всё это сливалось в страшный и дикий гул; нельзя было различить выстрелов, было слышно одно только дикое и ужасающее клокотание; земля, казалось, шаталась под тяжестью сражающихся…». Но победа тогда была полностью на стороне русских войск. В артиллерийской дуэли, несмотря на десятикратное превосходство врага в орудиях, наши бойцы сорвали штурм Севастополя. Мы считаем, что одним из главных героев-артиллеристов того дня стал Александр Николаевич Андреев, командир береговой батареи №10. Но как его расчёту удалось выжить в тот роковой день, да ещё и значительно подорвать артиллерийскую мощь противника?

Александр Николаевич воспитывался в знаменитом Морском кадетском корпусе – кузнице офицерских кадров Военно-морского флота России, откуда в 1838 году был выпущен гардемарином. В дальнейшем его служба проходила в практической школе адмирала Лазарева, вырастившей Нахимова П.С., Истомина В.И., Корнилова В.А., на судахЧерноморского флота, что повлияло на дальнейшую судьбу нашего героя: он стал одним из передовых морских офицеров своего времени, горячо переживающем за судьбу Отечества. Вскоре ему доверили командование небольшими военными судами. Но настоящая слава пришла к А.Н. Андрееву именно во время первой обороны Севастополя, когда он был назначен командиром береговой батареи №10, находящейся на Южной стороне города. Расположенная за Севастопольской бухтой эта батарея подверглась наиболее сильному обстрелу со стороны флота союзников в роковой день 5 октября 1854 года. Против неё действовали, по разным оценкам, до 8 линейных кораблей противника. На батарею разразился настоящий огненный вихрь. Сообщение с ней было нарушено и все считали, что она перестала существовать. Но всё шло по плану А.Н. Андреева. Так как союзники обладали подавляющим превосходством как в количестве орудий, так и в их мощности, необходимо было как можно ближе подпустить вражеские корабли к батарее. Поэтому расчёты Андреева перестали отвечать на бомбардировку противника, которая несла огромные потери нашим доблестным артиллеристам. Необходимо было обладать сильнейшей волей и выдержкой, чтобы выдержать такое! Союзники, решив, что с батареей покончено, приблизились к берегу. И тогда капитан-лейтенант Андреев приказал открыть ураганный огонь по врагу. В результате, несколько линейных кораблей были подожжены, многие получили пробоины, в том числе и подводные, лишились мачт, а некоторым даже пришлось отправиться в Константинополь для капитального ремонта. Мы считаем, что именно благодаря таким активным действиям батареи Андреева, союзный флот больше не предпринимал попыток атаковать Севастополь с моря, вследствие чего дальнейший обстрел города производился лишь с суши. В будущем, в истории ещё будет пример подобного «воскрешения и мёртвых». 6 августа 1915 года при штурме русской крепости Осовец немецкие войска применили химическое оружие – хлор. Посчитав, что весь гарнизон погиб, немецкие части двинулись в атаку, но их встретила неожиданная контратака оставшейся в живых части Землянского полка. «Атака мертвецов» произвела сильнейший эффект на немецкие войска и их штурм полностью провалился. Ну, а пока Россия заслужено чествовала своего героя – А.Н. Андреева. Николай 1 писал князю Меншикову: «…Чисто непонятно мне, как батарея №10 могла уцелеть. Думаю, что командир её заслужил Георгия 4…». Действительно, вскоре Александра Николаевича за его выдающийся подвиг наградили орденом св. Георгия 4-й степени. Он останется практически бессменным руководителем своей батареи до самого конца обороны Севастополя.

В заключение нашего эссе, мы хотим ещё раз вернуться к идее, что один из решающих вкладов в отражение первой бомбардировки Севастополя внесла именно батарея №10 под командованием А.Н. Андреева. Она не просто уцелела в адском обстреле, но и смогла достичь полного артиллерийского превосходства над кораблями союзников, как благодаря виртуозным действиям артиллеристов, так и грамотным распоряжениям их командира. Да и в настоящее время военная хитрость, применённая А.Н. Андреевым является актуальной, и её смело можно брать на вооружение. Так давайте же не забывать наших славных героев Крымской войны!

Воин Кавказа

«…в воздаяние блистательной победы, ознаменованной подвигами отличительно храброго и примерного мужества и распорядительности, оказанных в бою под Ахалцихом»

Из представления И.М. Андроникова к ордену св. Георгия 3 степени

Крымская (Восточная) война 1853-1856 гг. оставила неизгладимый след в памяти нашего народа. Глубокие шрамы горечи поражения при Альме, Инкермане, Чёрной речке проявляются и по сей день. Однако боевые действия на Кавказском театре военных действий проходили очень успешно для русской армии. Мы считаем, что во многом это заслуга Ивана Малхазовича Андроникова. Храбрый и грамотный офицер, он не раз приносил славные победы русскому оружию.

В доказательство нашей точки зрения приведём пример из биографии знаменитого полководца. Из древнего рода кахетинских князей, Иван Андроников обладал по-настоящему кавказским нравом. Он начал свою службу задолго до Крымской войны. В 1826 году во время войны с Персией, в сражении при Елизаветполе, И.М. Андроников своим дивизионом нижегородского драгунского полка атаковал обходную персидскую колонну, тем самым спас от разгрома правый фланг русских войск. По словам очевидцев, «…это была одна из самых стремительных, бурных атак, - и всё, что попало под этот несущийся ураган, было смято и стоптано…». Едва закончилась война с Персией, началась с Турцией – и И.М. Андроников во главе своего 1-го дивизиона Нижегородцев первый раз очутился под стенами Ахалциха. Он ещё не догадывался, что эта крепость в будущем сыграет для него судьбоносную роль. А тогда, 5 августа 1828 г., здесь разыгрался горячий кавалерийский бой, который окончился для русских победой только благодаря доблести Андроникова: турки бежали, оставив в руках Нижегородцев 2 знамени, что является позором для любой армии. За это дело И.М. Андроников был произведён в полковники, а 6 августа 1830 г., временно командуя Нижегородским драгунским полком, был награждён орденом св. Георгия 4-й степени – за отличие в сражении с турками под Бейбуртом 27 сентября 1829 года, где захватил турецкую батарею. Таким образом, к началу Крымской войны Иван Малхазович имел репутацию опытного, умелого, грамотного кавалерийского командира, хорошо зарекомендовавшего себя в боях на Кавказе. А его крупные знания традиций и особенностей кавказских народов стали подспорьем для будущей большой войны.

В истории можно найти не мало примеров того, как уступающие в численности русские войска одерживали победу над крупными силами неприятеля. Так это было 22 сентября 1789 года в сражении при Рымнике, когда А.В. Суворов на голову разгромил турецкие войска. Так и И.М. Андроников с началом Крымской войны в 1853 году, получив в командование Ахалцихский отряд, одержал 14 ноября одну из первых крупных побед над турками, нанеся под Ахалцихом со своим 8-тысячным отрядом полное поражение 18-тысячному корпусу Али-паши. За эту победу Андроников был награждён орденом св. Георгия 3-й степени. А в народе стала популярна солдатская песня: «…Тут Андроников с егерями, да с геройскими князьями вовремя поспел: приготовился он к бою, взял и виленцев с собою, да идти велел…». Это была первая, но не единственная победа Ивана Малхазовича в Крымской войне. В июне 1854 года Андроников на р. Чолок вторично нанёс туркам серьёзное поражение. В очередной раз, оказавшись в меньшинстве, он истребил с 10-тысячным отрядом 30-тысячный корпус Селима-паши, захватив всю артиллерию. За Чолок Андроников был награждён орденом св. Александра Невского. Мы считаем, что именно благодаря крупным победам И.М. Андроникова на Кавказе и разгромом турецкого флота у мыса Синоп Османская Империя оказалась на грани полного военного поражения.

В заключение нашего эссе, мы хотим ещё раз вернуться к идее, что И.М. Андроников – один из тех военачальников, которые спасли Россию от полного разгрома в Крымской войне. Продолжатель славных традиций русской армии, знаток Кавказа, он и сейчас является примером активных наступательных боевых действий в современной войне. Именно поэтому мы, как благодарные потомки, не должны забывать таких героев!

Семейное кредо

В истории есть не мало примеров, как члены одной семьи выбирали для себя достойное дело защиты Отечества. Они считали за долг пойти по стопам предков и с честью выполнить свой воинский долг. Их славные боевые, ставшие семейными, традиции передавались из поколения в поколение. Такими людьми, например, были братья Тучковы, изгнавшие Наполеона 1 в Отечественную войну 1812 года. Таким человеком был и Багговут Александр Фёдорович, племянник героя войны 1812 года генерал-лейтенанта К.Ф. Багговута. Он прошёл тернистый путь, но смог занять достойное место в пантеоне русских героев Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. Более того, мы считаем, что именно А.Ф. Багговут своими умелыми действиями смог вырвать победу у турецкой армии в сражениях при Башкадыкларе и Кюрюк-Дара.

В доказательство нашей точки зрения, для начала рассмотрим путь становления А.Ф. Багговута, как военачальника. Окончив 1-й кадетский корпус, он участвовал в осаде и взятии Сардар-Абада и Эривани в 1827 году, где за отличие и мужество получил, редкую в чине подпоручика, награду – орден св. Владимира 4-й степени с бантом. Из-за недостатка артиллерийских офицеров, Александр Фёдорович в январе 1831 года был назначен командиром дивизиона литовской артиллерийской бригады, с которой участвовал в кампании против польских мятежников. Здесь, под Гороховым, он получил тяжёлое ранение в голову, после которого ему пришлось носить повязку, которую мы с вами можем увидеть почти на каждом портрете офицера. Но здесь же он получил за отличие орден св. Анны 2-й степени и, по особому представлению главнокомандующего графа Дибича, был произведён в штабс-капитаны. Чуть позже А.Ф. Багговут становится и кавалерийским командиром. Во главе 2-й бригады 2-й лёгкой кавалерийской дивизии он участвует в подавлении восстания в Венгрии 1849 года, где был награждён орденом св. Станислава 1-й степени. Наконец, в 1852 году он получил назначение в отдельный корпус на Кавказ, самую опасную и беспокойную область Империи. И даже здесь он смог отличиться в операциях по усмирению горцев, и ему было пожаловано золотое оружие с алмазами с надписью «За храбрость». Итак, к началу Крымской войны А.Ф. Багговут стал одним из самых опытных и умелых полководцев русской армии: он успел побывать командиром почти всех родов войск того времени! По словам внучки нашего героя, Александр Фёдорович был настолько хорош, что когда император Николай 1 бывал доволен своими войсками, то говорил: «Парад был великолепен, как Багговут!». Но его самые большие подвиги были только впереди…

В 1853 году А.Ф, Багговут командовал уже всей кавалерией Отдельного Кавказского корпуса, принимая самое деятельное участие в начавшейся войне с Турцией. На наш взгляд, сражение при Башкадыкларе 19 ноября было выиграно благодаря действиям А.Ф. Багговута. Наступавшая пехота князя Бебутова, осыпаемая градом снарядов с турецкой батарею, уже готова была отказаться от своего намерения – выбить неприятеля с занятой им позиции, когда, руководимая Багговутом кавалерия, атаковала эту батарею. В бою были захвачены 19 турецких орудий, а Багговут был произведён в чин генерал-лейтенанта и получил орден св. Георгия 3 степени. Это был не последний подвиг генерала в Восточной войне. В сражении при Кюрюк-Дара, 24 июля 1854 года, войска А.Ф. Багговута, проявив беспримерную стойкость и мужество, не позволили отряду Измаила-паши, который имел огромное численное превосходство, обойти и окружить русскую армию с правого фланга и, тем самым, генерал Багговут создал благоприятные условия для контрнаступления войск Бебутова, окончательно решив исход сражения в нашу пользу.

В заключение нашего эссе, мы хотим ещё раз подчеркнуть, что вклад А.Ф. Багговута в успех операций русской армии на кавказском театре военных действий очень велик. И не знать его подвиги – значит не видеть всей картины Крымской войны. А его преданность семейным традициям и сегодня является примером для нашего поколения, вызывает чувство гордости. Вот почему мы обязаны чтить память об этом герое!

Сын Кавказа

«Князь Бебутов хочет удивить меня победой; удивлю же я его наградой»

-Николай 1

Многообразие народов, верований, традиций, обычаев породило долгую борьбу России на Кавказе. Да ещё и Турция с началом Крымской войны начала ещё больше разжигать и без того натянутые отношения постоянно разжигала повстанческие настроения среди горцев. Василий Осипович Бебутов родился в 1781 году в армянской семье в Тифлисе. Будущий генерал сначала обучался в первом кадетском корпусе, затем, окончив его с отличием, поступил на службу к прославленному герою Отечественной войны Ермолову А.П. Всю свою жизнь Василий Осипович провёл на Кавказе, воюя с турками и горцами Шамиля. Мы считаем, что Василий Осипович сыграл самую важную роль на Кавказе, громя противника в сражениях, которые казались безнадёжно проигранными. В доказательство нашей точки зрения, рассмотрим некоторые из них.

Осенью 1853 года превосходящие турецкие силы перешли в наступление на российские территории с целью соединиться с имамом Шамилем. 14 ноября 1853 года Бебутов В.О. совместно с генералом Андрониковым И.М. нанёс поражение туркам при Ахалцихе, имея 7000 человек против 18000, применив тактику неравномерного распределения войск. Эта победа позволила Бебутову В.О. взять инициативу на этом направлении в свои руки.

Следующей крупной победой Василия Осиповича стала битва при Башкадыкларе 19 ноября 1853 года, в которой у турок опять было превосходство. Османов было 36000 человек против 10000 русских. Эта победа стала одной из самых важных в войне. Генерал Бебутов был награждён орденом Святого Георгия 2-й степени. Затем 24 июля 1854 года он нанёс поражение 60-тысячному турецкому корпусу, имея 18 тысяч человек. За эту победу Василию Осиповичу вручили орден святого апостола Андрея Первозванного. После этих сражений турки оправиться не смогли и проигрывали сражение за сражением.

Подводя итоги, мы хотим сделать вывод, что князь Бебутов командовал Кавказским корпусом в сложный для России период. Пока русские войска покидали Молдавию и Валахию, пока Светлейший князь Меншиков А.С. искал виноватых в поражениях в Крыму, генерал Бебутов громил врага на Кавказе, давая всем знать, что русскую армию не сломить. В конце войны был подписан Парижский мир. Россия могла быть в роли униженной, потерпевшей поражение страны, но благодаря князю Бебутову и его победам на Кавказе Россия заключила договор, который не ударил по сферам жизни страны.

Заговорённый лейтенант

«Здесь был люнет Белкина» - краткая, но красноречивая фраза, высеченная на обелиске, установленном в Севастополе, на месте укрепления, которое ни разу не была взята противником во время Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. Имя её командира – храброго морского офицера, достойного сына своего Отечества, Михаила Фёдоровича Белкина, стало известно по всей России. О его стойкости ходили легенды. Как вспоминал знаменитый писатель и публицист А.Ф. Писемский: «… У него переменилось 3 прислуги, тысячи две человек было перебито около него, а его ни разу не задело, и он остался без царапины… Таких уцелело во всём черноморском флоте не больше десяти человек!...». Мы считаем, что именно благодаря таким героям, как М.Ф. Белкин, Севастополь дал достойный отпор захватчикам, а его упорная оборона навсегда осталась в памяти потомков!

Михаил Фёдорович Белкин родился в 1824 году в Калужской губернии. Род дворян Белкиных известен в России с начала 14 века. Многие Белкины отмечены ратными заслугами. Отец Михаила – Ф.М. Белкин со своим полком гнал французов в 1812 году с родной земли. И сам Михаил видел своё призвание в военной службе: в 1839 г. поступил в Морской кадетский корпус и после окончания обучения в 1844 г. получил звание мичмана и начал службу на Чёрном море в 33-м флотском экипаже. Уже тогда М.Ф. Белкин показал себя ответственным офицером, хорошо знающим своё дело. В 1850 г. за отличия в боевых операциях он был произведён в лейтенанты и награждён орденом св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость». Но настоящее признание к нему пришло, когда М.Ф. Белкин, будучи командиром верхней батареи 84-пушечного корабля «Чесма», во время Синопского сражения 18 ноября 1853 года, своими умелыми действиями подавил 2 береговые батареи противника и уничтожил турецкий фрегат «Навек-Бахри». После сражения М.Ф. Белкин был представлен к ордену св. Владимира 4-й степени с бантом «за отличную храбрость и распорядительность во время боя при метком и быстром действии дека».

Настоящий профессионал военного дела, Михаил Фёдорович смог применить свои качества и на суше. Осенью 1854 г., когда началась оборона Севастополя, лейтенанту Белкину было поручено командовать батареей из 5 орудий, которая позже получила название люнета Белкина. Стойкость и храбрость его защитников стала легендой. М.Ф. Белкин безотлучно находился в осаждённом Севастополе на протяжении всех 11 с половиной месяцев обороны. Он никогда не прятался за спины своих подчинённых, всегда находился на передовой. Яростные атаки и бомбардировки врага на батарею не прекращались. Но грамотная организация, умелые, решительные действия и нестандартные решения М.Ф. Белкина позволяли защитникам люнета раз за разом отбивать их. В истории можно найти немало примеров подобной упорной обороны русских войск. Так, в Великую Отечественную Войну гарнизон шлиссельбургской крепости Орешек почти 500 дней, с сентября 1941 года по январь 1943 года, отражал натиск немцев, не давая им прорваться на правый берег Невы, и тем самым, полностью замкнуть кольцо окружения Ленинграда. Как один из наиболее отличившихся, лейтенант Белкин был представлен к ордену св. Георгия 4-й степени и ордену св. Анны 2-й степени. 27 августа 1855 года, во время последнего, решающего штурма Севастополя, союзники лавиной двинулись на люнет. Наши храбрые воины отразили 3 атаки с большими потерями для наступающего противника. На четвёртую атаку лейтенант Белкин приказал взорвать заранее заложенный мощный фугас. Взрыв был настолько сильным и губительным для штурмующих, что французы оставили все попытки атаковать на этом участке оборонительной линии. За этот подвиг Михаил Фёдорович был отмечен орденом св. Станислава 2-й степени. Да, русские войска уходили из Севастополя, но солдаты М.Ф. Белкина так и остались непобеждёнными.

Завершая эссе, мы хотим ещё раз подчеркнуть огромный вклад в дело обороны Севастополя, который внёс будущий контр-адмирал М.Ф. Белкин. Он был не просто командиром укрепления, которое не сдалось врагу, а символом героической обороны: действия его лично и его подчинённых стали образцом, примером не только для остальных защитников города-крепости, но и для всего русского народа. Подвиги лейтенанта Белкина вдохновляли людей, давали надежду на победу и силы для дальнейшего сопротивления. И сегодня мы обязаны равняться на таких героев, не подводить своих предков, быть достойными продолжателями славных боевых традиций!

Офицер-кошка

В наше время мало кто помнит о Крымской войне. Между тем, эта война стала первой войной нового типа – теперь судьба сражения решалась не только грамотными действиями военачальника, но и личной инициативой и умениями солдат. После неё в Англии появилась награда для нижних чинов – Викторианский крест, а Знак отличия военного ордена Св. Георгия получил разделение по степеням. Но были герои и среди офицеров. А один из них, по нашему мнению, не уступает знаменитому П.М. Кошке. Итак, знакомьтесь: Николай Алексеевич Бирилёв.

Он родился в Тверской губернии. После окончания Морского кадетского корпуса служил на Черноморском флоте. К началу Крымской войны он уже имел боевой опыт – участвовал в перестрелках с горцами. Во время Синопского сражения состоял при штабе Панфилова и находился на фрегате «Кагул». Был награждён орденом св. Анны 3-й степени за то, что «…Находились при контр-адмирале Панфилове. С отличным присутствием духа и точностию исполняли его приказания…». После Синопского сражения лейтенант Бирилёв был назначен адъютантом 4-й флотской дивизии.

11 сентября 1854 года, на входе в Большую бухту Севастополя были затоплены семь старых кораблей. А 13 сентября в городе было объявлено осадное положение. Многим морякам пришлось сойти на сушу и оборонять Севастополь с другой стороны. В их числе был и лейтенант Бирилёв. Николай Алексеевич был назначен командиром аванпостов перед третьим бастионом. Нельзя сказать, что он оставался в Севастополе до конца: в марте его отправили в Санкт-Петербург с письмами Горчакова. В столице героя обласкали, ему присвоили чин капитан-лейтенанта, зачислили в Гвардейский флотский экипаж. Но Николай Алексеевич Бирилёв вернулся в истекающий кровью Севастополь. В следующий раз, капитан-лейтенант Бирилёв покинул Севастополь в связи с тяжёлым ранением. Лечился в Висбадене, был причислен к свите императора, некоторое время служил на Балтике. Потом перевёлся на Дальний Восток.

Однако давайте поподробнее остановимся на деятельности Николая Алексеевича Бирилёва в период обороны Севастополя. С самого начала лейтенант Бирилёв стал участником вылазок. 5 февраля, походная кавалерственная дума ордена св. Георгия подписала решение, в котором было описано его поведение: «Всегда командовал охотниками и всегда, будучи впереди, первый бросался в неприятельские траншеи; увлекал людей неустрашимостью и обращал неприятеля в бегство». Особо примечательна вылазка в ночь на 9 декабря 1854 года. Полторы сотни человек под командованием лейтенанта Бирилёва атаковали первую параллель, выбили оттуда французов и удерживали её до утра. При отходе, отряд отважных охотников взял с собой пленными 2 офицеров, 20 рядовых, много оружия и шанцевого инструмента. А в ночь на 20 декабря 100 человек, с Бирилёвым во главе, атаковали французскую батарею, и заняли её. На месте этой батареи были устроены русские контрапорши, в которых долгое время держались русские стрелки. Также и в Сталинграде русские разведчики взяли дом Павлова и в течение долгого времени держали в своих руках, оказывая жесточайшее сопротивление врагу. В каждой вылазке он выводил из строя батарею, захватывал пленных.

Оценка начальства не всегда объективна. Более объективна оценка командира своими подчинёнными. Но что характеризует эту оценку лучше, чем стремление спасти своего командира, пусть даже ценой своей жизни. А ведь именно лейтенанта Бирилёва закрыл собой Игнат Шевченко. Причём по воспоминаниям самого Николая Алексеевича это был не первый раз, когда Игнат Шевченко спасал своего командира. Да и знаменитый Пётр Кошка, который тоже участвовал в вылазках под командованием Бирилёва, всегда находился рядом с ним, чтобы в случае чего помочь своему командиру.

В заключение нашего эссе мы хотим ещё раз вернуться к идее, что Николай Алексеевич Бирилёв – один из главных защитников Севастополя. По нашему мнению, он по своей храбрости ничем не уступает П.М. Кошке, который, кстати говоря, ходил под его командованием в вылазки. Мы считаем, что действия охотников Бирилёва стали прообразом деятельности действий диверсионно-разведывательных групп в наши дни. Захваты батарей и выведение из строя орудий значительно ослабляли их огонь по Севастополю. Да и паника, которую сеяли постоянные вылазки, способствовала снижению боевого духа союзников. Среди многочисленных защитников Севастополя Николай Алексеевич Бирилёв занимает особое место. Его храбрость, которую он продемонстрировал в многочисленных вылазках, достойна уважения и нашей памяти!

Первый "новый" адмирал

Каждый морской офицер должен быть лучшим матросом и лучшим боцманом своего судна, чтобы иметь нравственное право требовать от своих подчинённых»

Г.И. Бутаков

В годы Крымской войны появилось множество различных новинок, которые помогали победить. Но все эти средства требовали новшеств в ведении войны. Старые методы ведения боевых действий были непригодны для новых условий. Это показали и сухопутные сражения, и действия на море. В этот период зарождается паровой броненосный флот. И попытки использования пароходов, как кораблей, ничем не отличающихся от парусников, приводили к печальным последствиям (как, например, на манёврах в Плимуте в августе 1853 года). Но при грамотном использовании всех достоинств пароходов, знании их недостатков и умении их обойти, паровые суда становились очень эффективны. Особенно, в период обороны Севастополя отличился пароходофрегат «Владимир» под командованием Григория Ивановича Бутакова. Чем же проявил себя этот командир? Какой вклад он внёс в тактику военно-морского флота?

Ещё до объявления войны, когда угроза витала в воздухе, эскадра П.С. Нахимова вышла в море для крейсерства у берегов Турции. В её состав входил и «Владимир». Вот уже объявлена война, прогремели первые выстрелы грядущей репетиции двух мировых войн у Журжи и Ольтеницы, а в штаб Черноморского флота поступают сведения о возможном десанте турок на Кавказ. Нельзя этого допустить, задача поручена П.С. Нахимову, который и приказывает «Владимиру» под командованием Г.И. Бутакова провести разведку и найти флот противника. Порты, посещённые «Владимиром», оказываются пусты. Поскольку уголь уже на исходе, пароход отправляется в Севастополь на бункеровку. В районе Пендераклии он встречает врага – турецко-египетский пароходофрегат «Перваз-Бахри». В.А. Корнилов, находящийся на борту приказывает атаковать. «Распоряжался, как на манёврах» - писал он позже о командире корабля – капитане III ранга Бутакове Г.И. «Владимир» не подставлялся под удары бортовой артиллерии, сам же расстреливал противника из пушек. После трёхчасового боя, «Перваз-Бахри» сдался, был отведён в Севастополь, отремонтирован и включён в состав Черноморского флота под именем «Корнилов». Этот бой показал важность маневрирования. Нам кажется, он был похож на дуэль двух мастеров фехтования. Уже здесь Григорий Иванович Бутаков показал себя как грамотный офицер, знающий свою технику и умеющий её применять.

11 сентября 1854 года на входе в Большую бухту были затоплены семь старых кораблей для недопущения союзной эскадры на рейд Севастополя. Казалось, что может быть хуже – уничтожить то, что создавалось много лет своими же руками. Многие считали, что затопление исключит всякую активность севастопольской эскадры. Но это не так. Известен факт, как ещё в начале обороны «Владимир» под командованием капитана II ранга Бутакова подавил 22-х орудийную английскую батарею. Самое интересное, что стрельба велась с закрытой позиции. Такое происходило впервые в истории. Именно наши артиллеристы под командованием Григория Ивановича Бутакова впервые применили стрельбу с закрытой позиции, которая сейчас является основной для большинства видов артиллерийских орудий. Позже, при стрельбе по более удалённой цели, орудия парохода не доставали, тогда Григорий Иванович приказал частично затопить одну сторону. Крен корабля добавил угол возвышения орудий и увеличил дальность стрельбы. Позднее, при обороне Петрограда от немецких войск, в 1917 году, во время битвы при Моонзунде, командир броненосца «Слава» применил опыт «Владимира» и, затопив свой один борт, увеличил дальность стрельбы артиллерии.

Упоминания, на наш взгляд, заслуживает также вылазка «Владимира» и «Херсонеса» 5 декабря 1854 года. Один из вражеских пароходов всегда находился у входа в Большую бухту, наблюдая за происходящим в Севастополе. 5 декабря 1854 года, пароходофрегаты «Владимир» и «Херсонес» прошли через заграждение, попутно обстреляв лагерь у Камышовой бухты. Пароход противника уклонился от боя. «Владимир» же и «Херсонес» под общим командованием капитана II ранга Бутакова обстреляли пароходы неприятеля в Стрелецкой бухте (одному из них повредили котёл) и без потерь ушли. Такие же дерзкие вылазки, через пятьдесят лет, в 1904 году совершали отряды миноносцев из блокированного Порт-Артура.

Григорий Иванович Бутаков после Крымской войны служил на Балтике, где командовал первой российской броненосной эскадрой. Внедрил множество нововведений, в том числе и «учебный ствол», разработал методику обучения артиллерийскому делу. При его эскадре была устроена первая в России лаборатория минных опытов, на основе которой были открыты Минный офицерский класс и Минная школа для нижних чинов. Во многом благодаря этой лаборатории, Россия стала ведущей страной в области разработки и применения минного оружия.

Подводя итоги, мы можем сказать, что Григорий Иванович Бутаков – первый российский адмирал нового типа, который видит успех дела не только в своей личной храбрости и храбрости матросов и офицеров, но и в технической оснащённости находящихся в подчинении судов, грамотности офицерского состава и нижних чинов. Многое из применённого Г.И. Бутаковым с тем же успехом применялось гораздо позже, а стрельба с закрытых позиций, впервые опробованная и отработанная экипажем «Владимира» остаётся основным видом работы современной артиллерии.

Хрулёв Севастополя

На сегодняшний день Крымская война не является такой популярной в обширных кругах современного общества, но она сыграла очень важную роль в развитии нашей страны и политических отношений со странами западной Европы. Как и в любой войне, здесь есть свои герои. Одним из них является Васильчиков Виктор Илларионович – генерал-лейтенант русской императорской армии, участник Кавказской и Крымской войн. Но в отличие от своих знаменитых современников, как П.С. Нахимов или В.А. Корнилов он остался в тени. И возникают резонные вопросы: чем он прославился и был ли он популярен в армии? Но на наш взгляд именно благодаря активным действиям и грамотным распоряжениям начальника штаба гарнизона Севастополя Васильчикова В.И. город дал достойный отпор врагу.

Как нельзя лучше, эту мысль подтверждает следующий исторический факт. С прибытием в Крым и его назначением на должность исполняющего штаба севастопольского гарнизона, Васильчиков принялся за улучшение обеспечения Севастопольского гарнизона. Он обращал внимание на состояние перевязочных пунктов, продовольствия, внутренней службы солдат и принял меры по сокращению напрасной траты снарядов и пороха. Тем самым, он заслужил большую популярность в войсках. Его деятельность казалось настолько необходимой, что однажды адмирал Нахимов сказал: « Не то вы говорите, убьют вас, это ничего, а вот если израсходуют князя Васильчикова – это беда; без него несдобровать Севастополю».

Особую же распорядительность проявил Васильчиков в организации перехода гарнизона в одну ночь на Северную сторону, приняв на себя всю ответственность за эту трудную и рискованную операцию, так как князь Горчаков М.Д. не пожелал подписать диспозицию для очищения Севастополя и предложил сделать это Васильчикову. Князь последним перешёл мост на северную сторону из горящего под огненным дождём города. За это он был награждён орденом Святого Георгия 3-й степени

В заключение нашего эссе мы хотим ещё раз вернуться к идее, что Васильчиков В.И. во время обороны Севастополя показал себя достойным командиром и талантливым организатором. Его действия при защите Севастополя сыграли одну из главных ролей для удержания города. Он заботился о своих подчинённых, и, тем самым, заслужил их доверие и любовь. Военный инженер Хлебников говорил: «..без князя Васильчикова оборона Севастополя не имела бы и половину успеха, какой был достигнут в действительности».

Герой на развалинах

«Я пошлю туда другого, Того князя Горчакова, К турку что ходил»

Л.Н. Толстой

Михаил Дмитриевич Горчаков – князь, генерал от артиллерии, командующий войсками в Крыму в конце войны. Михаил Дмитриевич был предпоследним человеком, кого император назначил на должность командующего Крымской армией в годы Восточной войны. Именно он должен был защитить Севастополь. Что ему помешало это сделать? Кто участвовал в становлении будущего генерала?

Горчаков в армии с 1807 года. В Отечественную войну 1812 года участвовал в сражении при Бородино, за отличие в котором был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени. Затем – заграничные походы русской армии: сражение при Люцене, Бауцене и Дрездене, грандиозная «битва народов» под Лейпцигом. Князь Михаил Дмитриевич Горчаков очень достойно показал себя в период наполеоновских войн, когда был молодым офицером. С 1829 на долгие 22 года Горчаков попадает под начало к фельдмаршалу Ивану Паскевичу, которого сам государь Николай 1 называл «отцом-командиром».

К началу Восточной войны, начальству Горчакова вверены были войска 3-го, 4-го, 5-го пехотных корпусов. Кампания на Дунае шла неудачно, и войска Горчакова уже в исходе августа 1854 года были выведены из Валахии и Молдавии. Известно, что, когда Михаил Дмитриевич узнал о затруднительном положении, в котором находилась малочисленная наша армия в Крыму после высадки неприятеля, он тотчас же, не ожидая ничьих приказаний, отправил часть своих войск из придунайских княжеств, несмотря на то, что сам мог быть атакован многочисленным неприятелем. «Севастополь, несомненно, вам обязан, - писал император Александр Николаевич князю Горчакову, - что доселе в состоянии держаться против всех усилий союзников. Если бы не ваше благородное самоотвержение, с которым вы жаловали Крымскую армию и войсками, и всеми военными потребностями, может быть, он был бы уже в руках неприятеля». Он много помогал Меншикову, у которого не получалось организовать оборону. Это показывает князя Горчакова самоотверженным человеком, который, рискуя собственными силами, помогал основной морской крепости России на юге.

В феврале 1855 года Горчаков назначается командующим Крымской армией. Получив, наконец, самостоятельную и ответственную должность, Михаил Дмитриевич надеялся, что сможет спасти положение в Крыму. Питая иллюзии насчёт всей организации крымской обороны, он по прибытии в Севастополь издал приказ, в котором говорил: «Самое трудное время для нас миновало: я в полном уповании, что вскоре с Божьей помощью конечный успех увенчает наши усилия». Однако новому главнокомандующему скоро пришлось убедиться в обратном. Армия ожидала от главнокомандующего решительных действий. Не выработав явного замысла действий, Горчаков под давлением лиц из императорской свиты принял решение осуществить активные действия со стороны Чёрной речки и начал наступление. 4 августа у реки состоялось сражение, в котором князь пытался подавить противника за счёт манёвренных действий. Он провёл несколько атак в поисках уязвимых мест неприятеля, но потерпел поражение. В этом сражении Горчаков бесстрашно находился под сильным огнём, не замечая опасности; рядом с ним был убит генерал-адъютант Вревский, главный инициатор наступления у реки Чёрной. Горчаков показал себя смелым генералом, готовым пожертвовать собой, но которому не хватило сил для победы.

Предвидя несчастливый исход обороны Севастополя, Михаил Дмитриевич заблаговременно позаботился о строительстве южного моста через Севастопольскую бухту для возможной эвакуации войск, защищавших город. Вечером 27 августа Горчаков отдал приказ оставить главный оплот обороны – Южную сторону, взорвав пороховые погреба, верфи и укрепления. Благодаря принятым заблаговременно мерам по обеспечению эвакуации , русские войска благополучно переправились через Севастопольскую бухту. Горчаков показал себя как предусмотрительного офицера, который предвидя провал, обеспечил уход армии.

Суммируя всё вышесказанное, мы хотим сделать вывод. Михаил Дмитриевич Горчаков был амбициозным и предусмотрительным генералом, которому не хватало самостоятельности. « Одарённый с избытком всеми прекрасными качествами, свойственными человеку, он не вполне удовлетворял тому высокому званию, в которое был облечён, - писал о нашем герое русский военный историк Н.Ф. Дубровин. – Военная искра, находчивость, смелость и быстрота соображения не составляли принадлежности князя Горчакова. Он был человек нерешительный. Окружённый многими советчиками, он ко всем относился с доверием и поэтому не всегда сосредотачивал в себе единство действия». Князь Михаил Дмитриевич Горчаков навсегда останется в нашей памяти героем, который был последним защитником Севастополя, а точнее развалин, которые от него остались.

Благороднейший офицер

Василий Степанович Завойко – российский адмирал, блестящий организатор и первопроходец. На наш взгляд, он один из тех, кто сделал и сохранил Дальний Восток русским. Как он это сделал? Какие действия этого уроженца Малороссии довели контр-адмирала Прайса до самоубийства? И что же такого произошло на Камчатке, что её называют «лучом света»?

Василий Степанович Завойко родился на Полтавщине в семье отставного флотского врача. Поступил в Николаевское штурманское училище, после выпуска служил на корабле «Александр Невский», на нём же участвовал в Наваринском сражении. За отличие и храбрость, проявленные в этом бою был награждён орденом святой Анны III степени с бантом. Позже принимал участие в кругосветном путешествии на транспорте «Америка». Именно это плавание коренным образом повлияло на дальнейшую службу тогда ещё лейтенанта Завойко: в 1840 году он поступает на службу в Русско-Американскую Торговую компанию, тогда же назначен начальником Охотского порта. Однако Охотск неудобен, и вскоре Василий Степанович Завойко находит более удобное место и переносит факторию РАК туда, новый порт получает название Аян. Генерал-губернатор Сибири Н.Н. Муравьёв был приятно удивлён хозяйством, которое ведётся в Аянском порту, и назначил капитана I ранга Завойко губернатором Камчатки. За несколько лет до Крымской войны население Петропавловска выросло в четыре раза, построено множество казённых зданий, частных домов и лавок, реконструирован порт, заработали лесопилка и кирпичный завод.

В марте 1854 года в Петропавловск было доставлено письмо от Гавайского короля, в котором сообщалось о начале войны. Петропавловский порт с очень удобной бухтой и трудным снабжением мог оказаться под ударом союзных войск. Необходимо было готовиться, и началось строительство батарей на местах, которые давно ещё выбрал Завойко. Но гарнизон мал, орудий почти нет.… В этой ситуации спасением становится приход в Петропавловск фрегата «Аврора» и транспорта «Двина». 17 августа на входе в порт появляется пароход под американским флагом. При требовании осмотреть судно, пароход ушёл. Стало ясно – враг близко. В этот же день к городу подошла союзная эскадра, открыла огонь, но скоро ушла. Что же случилось? Командующий союзной эскадрой адмирал Прайс понял, что Петропавловск гораздо сложнее взять, нежели это представлялось ранее и,… выстрелом в сердце покончил с собой. Через несколько дней союзники предприняли попытку высадки десанта, но были сброшены в море партиями охотников. «Борт только одного русского фрегата и нескольких батарей оказались непобедимы перед соединённой морской силой Англии и Франции, и две величайшие державы Земного Шара были осилены и разбиты небольшим русским поселением» - писал один британский журналист об этом событии. В Петербурге же, как писал Дмитрий Милютин: «Известие… было как бы мгновенным слабым проблеском на тогдашнем мрачном горизонте».

Враг был отбит, но была опасность его возвращения, и Василий Степанович Завойко решает перезимовать и уйти к Амуру. Поэтому весной 1855 года, русские корабли ушли из Авачинской бухты, взяв курс на юг. Сам Петропавловск был сожжён. Но 8 мая русская эскадра, состоявшая из фрегата «Аврора», корвета «Оливуца», трёх транспортов и бота №1 были заперты в заливе Де-Кастри флотом противника. После короткого боя, неприятель отошёл, не желая продолжать бой ночью. Утром, пользуясь туманом, русские корабли ушли на север, через Татарский пролив. Союзники, считавшие, что Сахалин – это полуостров, обстреляв пустые берега залива, покинули прибрежные воды. Точно так же в 1941 году советские войска, незамеченными оставили Одессу. А эскадра под командованием контр-адмирала Завойко поднялась по Амуру и стала на Николаевском посту. С того момента Николаевск стал городом (ныне – Николаевск-на-Амуре)

Завершая эссе, мы можем сделать вывод: Василий Степанович Завойко, русский адмирал, градооснователь, смог в труднейших условиях, «с нуля» организовать оборону, которая устояла против огня новейших орудий англо-французской эскадры, а отряды охотников нанесли поражение морской пехоте, которая участвовала уже во многих десантных операциях. Основываясь на открытиях своих соотечественников, Завойко увёл свои корабли от сильнейшей эскадры союзников. И поэтому, когда в конце ноября 1854 года, сообщение о победе дошло до столицы, то после поражений на Альме, при Инкермане, затопления кораблей в Севастопольском рейде, весть стала поводом для радости.

Бессменный часовой Малахова кургана

Оборона Севастополя потеряла в нём одного из своих главных деятелей воодушевлённого постоянно благородною энергию и геройскою решительностью»

Из письма П.С. Нахимова

Героическая оборона Севастополя во время Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. навсегда останется вписанной золотыми буквами в военной истории России. 349 дней наши храбрые воины сдерживали врага на всех направлениях, наносили ему колоссальные потери. Но наиболее опасный и важный рубеж обороны города, 4-ю дистанцию оборонительной линии, в которую входил и Малахов курган, возглавил Владимир Иванович Истомин. На наш взгляд, именно благодаря таланту и умелым организационным действиям этого выдающегося адмирала, Корниловский бастион стал страшным сном для войск англо-французской коалиции, их братской могилой. Как ему удалось превратить Малахов курган и всё 4-е отделение в непреступную крепость?

Владимир Иванович всегда проявлял выдающиеся способности в военно-морском деле. Об этом говорят и блестящие успехи будущего моряка в учёбе, на которое обращали внимание все его преподаватели Морского кадетского корпуса, и его грандиозные успехи на корабле «Азов» во время Наваринского сражения 8 октября 1827 года, в котором он был произведён в мичманы и награждён Знаком отличия ордена Св. Георгия, сражаясь бок о бок со знаменитым М.П. Лазаревым, обратившим особенное внимание на одарённого подчинённого. В дальнейшем, В.И. Истомин стал по-настоящему преданным учеником Михаила Петровича, оставаясь со своим учителем до самых его последних дней. Тяга к образованию и саморазвитию поставила В.И. Истомина в первые ряды моряков Черноморского флота. Корабли, которыми он командовал, неизменно становились лучшими во флоте. Так, пароход «Северная звезда», находившийся под его командованием, был выбран самим Николаем 1 для организации своего плавания по осмотру черноморской береговой линии. Наконец, в 1850 году капитан 1 ранга Истомин получил в командование новейший 120-пушечный линейный корабль «Париж», на котором он отличился в Синопском сражении. Как нельзя лучше этот факт иллюстрируют слова П.С. Нахимова: «Нельзя было довольно налюбоваться прекрасными и хладнокровными действиями корабля «Париж»…». За доблесть при Синопе В.И. Истомин был произведён в контр-адмиралы. Мы считаем, что именно успешная боевая деятельность Владимира Ивановича и всеобщее признание дали основание для назначения его командующим 4-м отделением обороны города Севастополя. Только такой талантливый адмирал, как В.И. Истомин мог возглавить наиболее опасный и важный участок обороны.

Всегда на передовой, без отдыха и сна, Владимир Иванович, как утверждали очевидцы, представлял собой образец бесстрашия, удивительного спокойствия. Даже в самые тяжёлые и критические моменты не терял бодрости духа и ясности мыслей. Во время защиты Малахова кургана В.И. Истомин был ранен, контужен, каждый день подвергался смертельной опасности, многие офицеры и матросы восхищались его мужеством. Контр-адмирал Истомин всегда лично руководил установкой орудий и оборудованием батарей. За успешное отражение первой бомбардировки Севастополя В.И. Истомин был награждён орденом Святого Георгия 3 степени. Героическая оборона Малахова кургана, организованная контр-адмиралом Истоминым, подобно обороне Шипкинского перевала в русско-турецкую войну 1877-1878 гг., поражала врагов своим упорством. К сожалению, 7 марта 1855 года, возвращаясь на Малахов курган после осмотра работ в строящемся Камчатском люнете, В.И. Истомин был убит прямым попаданием французского ядра в голову. Но система обороны, организованная им, ещё долго держалась и смогла выстоять даже перед общим штурмом 6 июня 1855 года и не одной бомбардировкой союзников. О ключевом значении Малахова кургана говорит тот факт, что лишь после его падения 27 августа 1855 года закончилась первая героическая оборона Севастополя.

Первый из трёх героев-адмиралов…

«Он заваливал работой приближённых, даже его адъютант,

трудолюбивый как пчела, говаривал, что выбивается под час из сил,

но не может жаловаться, поскольку Владимир Алексеевич трудится более чем он»

- писал один из сослуживцев Корнилова

Владимир Алексеевич Корнилов – один из величайших адмиралов в истории России, первый, кто продвигал идею паровых судов в российском флоте, инициатор реформ корабельного устава и первый из трёх героев- адмиралов, кто покинул этот мир с неувядаемой славой. Его любили все, от рядового матроса до офицера, от крестьянина до дворянина. В чём же его заслуга? Почему его называют героем? Каков вклад Владимира Алексеевича в оборону Севастополя и развитие флота России?

Будущий знаменитый российский флотоводец родился в 1806 году в Тверской губернии. В 1821 году поступил в Морской кадетский корпус. Весной 1827 года капитан 1-го ранга М.П. Лазарев включил молодого офицера В.А. Корнилова в команду 74-пушечного линейного корабля «Азов», направлявшегося в Средиземное море. На этом корабле они вместе приняли участие в Наваринском сражении, после которого Лазарев охарактеризовал Владимира Алексеевича как одного из самых деятельных, расторопных и исполнительных офицеров. Только за эту битву Корнилов получил 4 ордена. Так начался путь становления молодого Корнилова, который в будущем прославится на весь мир. Михаил Петрович Лазарев был учителем и наставником Владимира Алексеевича. Вместе они пройдут многое. Благодаря Лазареву М.П. Корнилов станет героем будущей Крымской войны и обороны Севастополя.

1 января 1838 года Корнилов был назначен командиром строящегося линейного корабля «Двенадцать Апостолов». По заведённому командующим Черноморским флотом Лазаревым порядку, командир корабля обязан был лично следить за его строительством. По инициативе Михаила Петровича и Владимира Алексеевича корабль «Двенадцать Апостолов» впервые в русском флоте был вооружён бомбическими орудиями. Корнилов разработал ряд приказов, распоряжений и инструкций, касающихся всех сторон организации службы на корабле. Этот порядок был признан Лазаревым образцовым и принят на всех кораблях Черноморского флота. Именно поэтому, на наш взгляд, Корнилов был одним из лучших офицеров Черноморского флота, ведь он делал всё, чтобы улучшить его, а также жизнь простых матросов и офицеров.

В 1850 году Корнилов утверждён в должности начальника штаба Черноморского флота. В начале Крымской войны командовал отрядом паровых кораблей. 5 ноября 1855 года вице-адмирал принял участие в первом бое пароходофрегата «Владимир» и парохода «Перваз-Бахри», по результатам которого им впервые были сделаны выводы о боевых возможностях кораблей нового типа. После Альминского сражения, в полной неразберихе и растерянности, именно В.А. Корнилов начал организовывать оборону Севастополя. Командуя гарнизоном в 7 тысяч человек, он показал пример умелой организации активной обороны. Корнилов по праву считается основоположником позиционных методов ведения войны, которые получили развитие в Первой Мировой войне, а именно при обороне Льежа, Ипра и Галлиполи. Они проявлялись в непрерывных вылазках, минной войне, огневом взаимодействии флота и пехоты. К сожалению, Владимир Алексеевич погиб на Малаховом кургане 5 октября 1854 года во время первой же бомбардировки Севастополя. Он не успел в полной мере поучаствовать в героической обороне города, но он сделал первые, самые важные и самые трудные шаги по организации защиты Севастополя.

В заключение нашего эссе, мы хотим ещё раз вернуться к идее, что Владимир Алексеевич Корнилов стал одним из тех, кто принял первый удар на себя, кто «взвалил» ношу командования и ответственности на свою спину. Он героически прошёл свой жизненный путь, оставив потомкам богатое наследство. После него его товарищи примутся командовать обороной города, но начало всему положил именно вице-адмирал Владимир Алексеевич Корнилов.

Под стать фамилии

У каждого человека, живущего в Севастополе, на слуху запоминающаяся фамилия матроса Кошки. Для любителей военной истории: эта личность – основа всех вылазок из осаждённого Севастополя в Крымской войне. Почему именно он является национальным героем первой обороны Севастополя в годы Крымской войны? В нашем эссе мы постараемся в этом разобраться.

Родом из села Ометинцы Подольской губернии, вырос в семье крепостных крестьян, затем был отдан на службу в 30-й флотский экипаж Черноморского флота на линейный корабль «Ягудиил» и уже на нём проявил себя сметливым и проворным матросом. В дни обороны Севастополя Пётр Маркович был направлен с остальными членами экипажа на бастионы города. Именно тут проявил себя этот, казалось, обычный матрос. На наш взгляд, П.М. Кошка – пример мужества и бесстрашия, так как он принимал участие в опасных вылазках в стан врага, а главное, делал это добровольно как в составе отряда, так и лично.

На его счету восемнадцать дневных и ночных вылазок, каждая из которых принесла успех. В доказательство нашей точки зрения о том, что П.М. Кошка действительно является главным героем этих вылазок, приведём следующие примеры. Вооружённый всего лишь одним-единственным ножом Пётр Маркович приводит в плен трёх французов – только по-настоящему храбрый до фанатизма человек способен на такой поступок! В другой раз он вынес из-под постоянного обстрела врага тело погибшего русского сапёра, кощунственно закопанное по пояс в качестве мишени для тренировки английских снайперов. За этот подвиг он получит знак отличия Военного ордена и станет знаменитым по всей России. Даже художник В. Тимм нарисовал его портрет. Также в одной из вылазок П.М. Кошка, под угрозой для своей жизни, увёл вражеского коня, продал его и на вырученные деньги поставил памятник другому герою вылазок – Игнату Шевченко, который своим телом закрыл командира – лейтенанта Бирилёва, тем самым увековечил добрую память своего товарища. Этот случай без лишних слов показывает глубину и доброту души простого матроса-разведчика Петра Марковича. Далеко не все подвиги Кошка совершал во время вылазок. Известный подвиг можно увидеть на памятнике адмиралу В.А. Корнилову, где находится и молодой матрос 30-го флотского экипажа с бомбой в руках, и это – Пётр Кошка, который мгновенно схватил горящую бомбу и бросил её в котёл с кашей, из-за чего и был потушен фитиль. Геройские подвиги П.М. Кошки послужили примером и воодушевили других защитников города на дальнейшее сопротивление захватчикам. Как нельзя лучше эту мысль иллюстрируют слова Н.И. Пирогова: «… теперь в госпитале на перевязочном пункте лежит матрос Кошка по прозванию; он сделался знаменитым человеком; его посещали и великие князья. Кошка этот участвовал во всех вылазках, да не только ночью, а и днём чудеса делал под выстрелами…»

Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод о том, что Пётр Кошка явился во время Крымской войны образцом мужества и бесстрашия, отваги и самопожертвования, его уважали, брали с него пример. Мы убеждены, что каждому уважающему себя человеку следует знать о его подвигах. Его подвиги актуальны и сейчас, ведь его деятельность стала прообразом диверсионно-разведывательных групп, оказывающих большое влияние на ход современных боевых действий.

Российский Боске

«Генералу Липранди можно поручить отдельный отряд,

и на него можно смело положиться, как на опытного генерала»

Николай I

За годы Крымской войны основную славу нашей стране принёс Кавказский ТВД со знаменитыми сражениями при Ахалцихе, Башкадыкларе, Кюрук-Дара и многими другими, оборона Петропавловска от громадной англо-французской эскадры, оставившая нам выход к Тихому океану, и, самое главное, героическая оборона Севастополя, организованная адмиралами Корниловым, Нахимовым и Истоминым. Неужели мы стали забывать об армейских генералах, прославивших российскую армию на Крымском ТВД? У Франции есть явный пример – дивизионный генерал Боске, который всегда спасал Англию и Францию в самые трудные моменты сражений. Мы считаем, что и у нас есть знаменитый военачальник, который мог бы бросить вызов гордости Франции: замечательный, способнейший генерал Липранди Павел Петрович. Рассмотрим в нашем эссе его вклад в немногие победы на самом тяжёлом, Крымском ТВД, этой кровопролитной войны.

Павел Петрович Липранди принадлежал к старинному испанскому роду, который для нашей страны был важен, ведь его представители обладали бескрайним мужеством и высокими организаторскими навыками. Так, например, в истории Советского Союза сыграли значительную роль мать и сын Ибаррури, которые обладали настоящим испанским горячим характером: сын получил героя Советского Союза за мужество, проявленное в бою, а мать была ярой противницей фашизма. С её лозунгом «No pasaran!», она могла повести за своей идеей всех окружающих. В Крымскую же войну отряд генерала Липранди первым пересёк реку Прут, положив начало кампании 1853 года, создав благоприятные условия для дальнейшего перехода к наступательным действиям. Получив в поручение Мало-Валахский отряд, Павел Петрович прекратил все вылазки турок из Калафата путём занятия с. Чепурпеи, за что получил орден Белого Орла с мечами. Опытный генерал, на которого можно было положиться, Павел Петрович полностью оправдал доверие, оказанное ему, выиграв это важное для хода кампании сражение с помощью проведения необходимой рекогносцировки местности и сосредоточения главного удара на важном направлении действия турецких войск. Нам известно, что Россия была вынуждена вывести войска из Дунайских княжеств под угрозой начала боевых действий со стороны обсервационного корпуса Австрии, но, благодаря, в том числе и генерал-лейтенанту Липранди, турки надолго запомнили, на что способна российская армия с её умелыми сухопутными генералами. В дальнейшем Павел Петрович, командующий 12-й пехотной дивизией, прибыл на Крымский ТВД, где мы и узнали об организаторских умениях и бескрайнем мужестве этого генерала…

Особую славу генералу Липранди принесло Балаклавское сражение 13 октября 1854 года, первое после Альмы наступление русской армии на суше при осаждённом Севастополе. В Балаклаве находилась английская база, снабжавшая войска, осаждавшие Севастополь, по рядом пролегающей дороге, охранявшейся четырьмя редутами, занятыми турецкими войсками. Кому же поручить столь ответственную задачу, как не человеку, который уже успешно начал кампанию на Дунае в 1853 году? Несмотря на то, что теперь действовать приходилось против английской армии, генерал-лейтенант Липранди благодаря своему опыту, смог единственно правильно проанализировать сложную обстановку и поставить задачу на взятие придорожных редутов. Задача была выполнена безукоризненно. Турки бежали, и все редуты оказались под нашим контролем. Это привело к тому, что резервы с Балаклавы поступать в Севастополь не могли, а лорд Раглан серьёзно подумывал перенести английскую базу. Также П.П. Липранди принял косвенное участие в сражение под Инкерманом 24 октября 1854 года. Оставшись на важном рубеже перед Балаклавой, он создал непосредственную угрозу для развития успеха наших войск, что заметно беспокоило командование союзников и им пришлось держать в этом районе свои резервы. Такие грамотные действия генерала Липранди привели к значительному перевесу русских войск в сражении. К сожалению, воспользоваться благоприятной обстановкой наша армия не смогла и сражение было проиграно.

Следующая значительная роль генерал-лейтенанта Липранди была в сражении на Чёрной речке 4 августа 1855 года, ведь именно там решалась судьба осаждённого Севастополя. Павел Петрович снова начинал сражение с невероятным успехом, как бы это странно не звучало для проигравшей стороны. Опытный генерал смог оценить обстановку и выявил необходимость захвата Телаграф-горы, что и было сделано с тяжёлыми боями. Далее П.П. Липранди планировал развить успех и наступать на Гасфаровы высоты. Но в это время генерал Реад, по приказу Горчакова М.Д., уже двинулся на Федюхины высоты. Это выдвижение «по-русски, напролом», не принесло никакого успеха. Можно предположить, что если бы генерал Липранди взял Гасфаровы высоты, у русской армии оказался бы значительный плацдарм на противоположном берегу реки, с которого можно было бы вести более успешное наступление. Но, как известно, история не терпит сослагательного наклонения.

Завершая эссе, мы бы хотели ещё раз сделать акцент на том, что генерал Липранди действительно оказался способнейшим генералом, прославившем наши войска не в одном сражении, хоть и проигранной, Крымской войны. Грамотная рекогносцировка местности, постановка задач, принятие единственно верных решений – это и в наше время актуально для современного боя. На наш взгляд, Павла Петровича можно смело ставить в один ряд с прославленными адмиралами Крымской войны!

Адмирал всех адмиралов, генерал всех генералов

«Он умел приспособить свой ум ко всему,

но он не мог сделать своего ума

из разрушающего созидающим»

Д. Давыдов

Сентябрь 1854. Севастополь. Отгремели выстрелы Альминского сражения, союзники подходят к слабо укреплённому городу. Да и нет войск, чтобы его оборонять. А где же армия, которая пусть и потерпела поражение у Альмы, но не была разгромлена? Где её командующий? «Князь исчез» - говорят. Говорят и о предательстве главнокомандующего крымской армией. Но может быть, это какой-то хитрый план? Или светлейший князь Александр Сергеевич Меншиков действительно предал Севастополь? Может быть, этот человек, сыгравший роковую роль в Крымской войне, не настолько «чёрен», каким его порой выставляют?

Александр Сергеевич Меншиков после обучения в Германии, поступил на службу в Коллегию иностранных дел, состоял при миссиях в Лондоне, Берлине, Вене. Только через четыре года, в 1809, он поступил на военную службу. Участвовал в Русско-Турецкой войне 1806-1812 гг., Отечественной войне 1812 г., Заграничном походе русской армии, был награждён многими орденами, в то числе и шведским орденом Меча. В 1820 ему предложили командовать Черноморским флотом, однако князь отказался, так как не имел никакого представления о морской службе. Предложено ему это было затем, чтобы удалить из Санкт-Петербурга, ведь в те годы он слыл вольнодумцем и даже подготовил проект освобождения крестьян от крепостной зависимости. Через несколько лет ушёл в отставку, во время которой изучает морское дело.

Но уже после воцарения Николая I, возвращается на службу и получает должность начальника Морского штаба. Морской штаб князь Меншиков реорганизовывает по примеру сухопутного. В подготовке же флота делаетосновной упор на внешнюю красоту и стройность. Постоянные парады и смотры не способствуют боеспособности флота. К тому же светлейший не имеет представления о тактике и назначении парового флота и тормозит его развитие. Но, по нашему мнению, Александра Сергеевича нельзя упрекнуть в глупости и неспособности анализировать ситуацию, ведь задолго до высадки, он определил её точное место, правда ошибся во времени, а собственное честолюбие помешало привлечь к её недопущению флот. Сражение при Альме было, конечно, проиграно, но русская армия не была разгромлена, а продвижение союзников к Севастополю замедлилось, что дало время, так нужное для укрепления сердца русского Черноморья. Причиной поражения в Альминском сражении была, в том числе, и пассивность русского командования во главе с Меншиковым, но нельзя забывать, что он не имел опыта в командовании такой большой массой войск, какой являлась крымская армия. Что же по поводу «Бахчисарайского манёвра», то он увёл русскую армию из-под удара и создал союзникам угрозу с тыла, чем принудил обходить Севастополь с юга. Так же, в 1812 году, при Тарутинском манёвре, русская армия исчезла из вида неприятеля и создала угрозу флангового удара. Спешка светлейшего дать сражение при Балаклаве привела к тому, что у русских войск не было резервов. А нескоординированность отрядов в Инкерманском сражении привела к поражению.

Нельзя не рассмотреть и, пожалуй, самое противоречивое событие Крымской войны – затопление судов на входе в Большую бухту Севастополя. На наш взгляд, на тот момент это было верное решение. Однако его можно было не принимать. Конвой союзников можно было разгромить во время перехода из Варны к острову Змеиный, или атаковать во время высадки. Сами союзники очень боялись атаки Черноморского флота во время перехода из Варны. Однако Меншиков, фактически, разрешил им высадку, ведь флот уже был героем – при Синопе. Меншикову самому хотелось славы. Можно возразить, что штабу Черноморского флота не было известно о передвижениях союзной эскадры. Почему же? А потому, что со входа в Чёрное море союзной эскадры, разведывательная, да и вообще любая активность Черноморского флота прекратилась, опять-таки по приказу Меншикова.

Подведём итоги: Александр Сергеевич Меншиков – одна из самых противоречивых фигур Крымской войны. Не имевший понятия о морской службе, он, фактически, стал морским главнокомандующим. По нашему мнению, он был человеком того времени. Напомним, что в тот период набирал силу пар, и дело не только в паровом флоте, но и в железных дорогах. У многих тогда возникали сомнения в пользе пароходов и железных дорог. Александр Сергеевич не был исключением: он не доверял ни пароходам, ни паровозам. Это сыграло позже злую шутку: во флоте недоставало паровых судов, а железная дорога до Крыма так и не была построена. Тщеславие свело на нет весь ум светлейшего, который, кстати, был очень хорошо образован, да и не глуп. Можем также сказать, что князь готовил законодательные акты об освобождении крестьянства. Мы считаем, что Александр Сергеевич Меншиков оказался не на своём месте. Возможно, будь он настоящим моряком, как, например, Нахимов, или даже Корнилов, своим острым умом разобрался бы в ситуации и принял бы необходимые меры по усовершенствованию флота. Но «Меншик – умный адмирал» не был моряком в всё его остроумие сводились к бесполезному острословию.

Покоритель Карса

Николай Николаевич Муравьёв-Карский – известный генерал, герой Крымской войны, взявший одну из самых неприступных крепостей Османской империи – Карс. Мы считаем его одним из главных персонажей Восточной войны, который сыграл важную роль в российских победах на Кавказе.

Николай Николаевич Муравьёв-Карский начал прохождение своей службы в корпусе великого князя Константина Павловича. Впервые принял участие в сражении под командованием генерала Толя в 1812 году на Бородинском поле. Затем участвовал в Заграничных погодах русской армии под командованием генерала Милорадовича. После того, как Николай Николаевич был произведён в штабс-капитаны поступил на службу к суровому генералу Ермолову, который был «грозой Кавказа». Вместе с ним принял участие в экспедиции в Хиву для создания нового торгового пути из России в Индию. Затем служил при генерал-фельдмаршалах Паскевиче и Дибиче. Муравьёв-Карский находился при самых известных военных того времени, из которых двое – полные кавалеры ордена Святого Георгия. Вместе с князем Варшавским он участвовал во взятии Карса и Ахалциха в Русско-турецкой войне 1827-1829 годов. Именно там начинал закаливаться характер Муравьёва, появлялся важный и дорогой опыт, который не найти более нигде. Каждый из вышеуказанных генералов внёс свой вклад в становление будущего покорителя Карса.

Славу Николай Николаевич получил осенью 1855 года. Летом 1855 года русские войска начали осаду Карса. Командиром отдельного Кавказского корпуса был генерал Муравьёв Н.Н. Гарнизон Карса состоял, по разным оценкам от 19 до 33 тысяч человек под командованием Вессифа-паши, там же была группа британских военных советников во главе с полковником Уильямсом. Муравьёв был решительно настроен взять Карс как можно раньше. Штурм был назначен на 17 сентября. Накануне выяснилось, что турки откуда-то узнали о русских планах и готовы отразить штурм. Штурмующих встретили сильнейшим огнём и Муравьёву пришлось командовать отступление. Ему было тяжело принять то, что стоит сменить тактику. Генерал Бакланов за несколько дней до штурма говорил, что взять крепость штурмом не получится, на что Карский ему отвечал: «Яйца курицу не учат». Муравьёв согласился с тем, что совершил ошибку. Он прислушался к Бакланову и начал брать крепость «измором». Генерал показал своё милосердие, разрешая женщинам и детям приходить в русский лагерь. Там их кормили и отправляли обратно в крепость. 16 ноября 1855 года гарнизон турецкой крепости Карс сдался русским войскам. 4 декабря 1855 года Муравьёва Н.Н. наградили орденом Святого Георгия 2-й степени за взятие Карса. Муравьёв показал себя решительным генералом, умеющим признавать свои ошибки.

Подводя итоги, мы хотим сделать вывод, что Николай Николаевич не зря был удостоен почётной приставки к фамилии – "Карский". Победа под Карсом дала России возможность диктовать свои условия при подписании Парижского мира. Он был подписан на условиях, которые слабо повлияли на дальнейшую жизнь России, а позже этот мир будет вообще разорван. Николай Николаевич смел, уверен в себе, что характеризует его как решительного русского генерала. В будущем крепость Карс будет взята ещё раз, будет ещё много осад, но самая важная останется с именем генерала Николая Николаевича Муравьёва-Карсского.

Принцесса скорби

"Эти русские девочки не меняются:

Жена декабриста, сестра милосердия

Любить и спасать, пока сердце в груди трепыхается"

Из песни «Эти русские» группы Zверобои

К 5 часам вечера уже замолчали выстрелы Альминского сражения, и рассеялся его дым. Поле осталось за союзниками. Но радость от победы быстро ушла. На земле лежали тысячи трупов. У многих недоставало частей тела. Ужасное зрелище… Но было и то, что внушало ещё больший ужас. Это были раненые. Искалеченные, страдающие, и от этого плачущие и кричащие от боли, они просили избавить от мучений. После этого зрелища у многих не выдерживали нервы. Сотни русских воинов остались на поле, кого-то даже бросали на дороге. Но такая картина наблюдался не только после Альминского сражения. В начале Крымской войны военно-полевая медицина только начала зарождаться. Пирогов Н.И. ещё не приехал в Севастополь, великая княжна Екатерина Павловна ещё не основала Крестовоздвиженскую общину сестёр милосердия, а по полю Альминского сражения уже передвигался первый передвижной перевязочный пункт – «карета горя», с по-настоящему храброй девушкой, Михайловой Дарьей Лаврентьевной. Она, на наш взгляд, является одной из первых сестёр милосердия в мире.

Солдаты не знали её фамилии, поэтому называли её Дашей Севастопольской. Матросская сирота, её отец погиб в Синопском сражении, что оказало на неё огромное влияние: она продала дом, оставшийся от родителей, на вырученные деньги купила фургон с лошадью, белую ткань, вина, уксуса. Да, она не имела медицинского образования, но в своём стремлении помогать оказывала неоценимую помощь раненным. Брошенным на произвол судьбы русским воинам Дарья делала перевязки, обрабатывала раны, отвозила в стационарные госпитали. Но куда больше была её морально-психологическая поддержка: при её появлении боевой дух солдат поднимался, в её лице они видели своих жён, сестёр, дочерей, ради которых они и сражались. Как нельзя лучше, эту мысль подтверждает эпизод из воспоминаний. Конечно же, на наш взгляд, она была не единственной сестрой милосердия, но стала одним из первых примеров, вдохновлявших патриоток по всей России на оказание помощи раненым, изувеченным войной. Выезжать на передовую и видеть страдания, но продолжать помогать людям несмотря ни на что – это без сомнения подвиг, который был высоко оценён самим императором Николаем I – Михайлова Дарья Лаврентьевна была награждена золотой медалью «За усердие» на Владимирской ленте. Да и общество тоже не забыло про несоизмеримый вклад Даши Севастопольской в развитие военно-полевой медицины. Она стала собирательным образом всех сестёр милосердия: её изображали на своих полотнах великие художники Крымской войны, её именем названа 3-я городская больница в Севастополе, был введён знак отличия «За милосердие имени Даши Севастопольской», бюст девушки стоит в одной из 13 ниш здания панорамы обороны Севастополя. Вдохновлённые примером Дарьи Лаврентьевны многие девушки-медсёстры нашей страны в Великую Отечественную Войну отправлялись добровольцами на передовую, где они выносили с поля боя раненых и оказывали им помощь, продолжая её миссию милосердия.

В заключение нашего эссе, мы хотим ещё раз вернуться к идее, что Дарья Лаврентьевна Михайлова стала одной из первых сестёр милосердия. Она не была единственной. Её «карета скорби», как называли её фургон солдаты, была первым передвижным перевязочным пунктом. Причём он действовал прямо на передовой. Это было настоящим подвигом, и он не был забыт: в 2013 году был введён знак отличия Совета министров АР Крым «За милосердие имени Даши Севастопольской».

П.С. Нахимов – флотоводец, прославивший Россию на суше

«Ура, Нахимов! М.П. Лазарев радуется своему ученику!»

В.А. Корнилов

Одним из величайших русских флотоводцев по праву считается Павел Степанович Нахимов, вписавший не одну яркую страницу в героическую летопись отечественного военно-морского флота. Ученик М.П. Лазарева, герой Наваринского сражения, кавалер орденов Святого Владимира и Святого Георгия, он пользовался заслуженным авторитетом среди солдат и матросов. Но наиболее широко его талант военачальника раскрылся в период Крымской войны 1853-1856 гг. Так на сколько значительна была роль П.С. Нахимова в этой войне? Как он добился авторитета среди защитников Севастополя? И как смог организовать оборону города, имея только опыт действий на море?

После окончания Морского кадетского корпуса, который был колыбелью множества других знаменитых флотоводцев и первооткрывателей (в том числе А.Ф. Можайского), служил на Балтике. Был одним из ближайших сподвижников другого прославленного флотоводца, М.П. Лазарева: участвовал в кругосветной экспедициии под его началом, служил на линейном корабле «Азов», на котором отличился в Наваринском сражении 8 октября 1827 года; впоследствии стал его главным соратником в деле укрепления Черноморского флота. Нахимов внёс огромный вклад в систему образования матросов: он обладал уникальным умением – находить общий язык с каждым. От экипажей кораблей Нахимов требовал высокого уровня боевой выучки, сплочённости и дисциплинированности, но эта требовательность сочеталась в постоянной заботой о подчинённых. Он входил в мельчайшие подробности их жизни, помогал словом и делом. Сам адмирал Лазарев так отзывался о своём ученике: «отличный и совершенно знающий своё дело морской капитан».

К началу Крымской войны он уже стал известным морским офицером. Командующий 5 флотской дивизией, вице-адмирал, закалённый многими походами и сражениями, но настоящим триумфом Нахимова стало Синопское сражение, произошедшее 18 ноября 1853 г., в котором вице-адмирал действовал решительно, тем самым застал турецкий флот врасплох. По замыслу Нахимова, русская эскадра был разделена на две кильватерные колонны: правой командовал сам Нахимов, а левой – контр-адмирал Ф.М. Новосильский. Несмотря на преимущество в численности турецких войск, благодаря согласованности совместных действий, высокой выучки и слаженности российских экипажей, турецкий флот был почти полностью уничтожен. Ещё один из факторов победы России в Синопском сражении – наличие на русских кораблях нового типа орудий – бомбических пушек, которые были установлены на корабли стараниями Нахимова. Мы считаем, что этим сражением Нахимов сорвал планы Османской империи по высадке десанта в Сухуми и Батуми, чем существенно облегчил положение русских войск на Кавказе, что в дальнейшем сыграло огромную роль для победы на Кавказском театре военных действий. Этот бой настолько сильно повлиял на развитие военного искусства, что день Синопского сражения стал днём Воинской славы России. После этой победы Нахимов стал национальным героем, но он понимал, что это только начало долгой и кровопролитной войны…

Павел Степанович известен не только как гениальный флотоводец, но и как талантливый организатор обороны на суше, ведь его имя неразрывно связано с героической 349-дневной обороной Севастополя. На наш взгляд, его роль в этом событии была огромной. Так, на Южной стороне этого города под руководством П.С. Нахимова, Э.И. Тотлебена и В.С. Корнилова была организована эшелонированная оборона. При участии Нахимова для защиты Севастопольского рейда 11 сентября 1854 года были затоплены корабли Черноморского флота, а их экипажи были переведены на бастионы и составляли основу обороны города на протяжении всей осады. Мы считаем, что результате этих активных действия Павла Степановича планы союзников по разгрому Черноморского флота в родной бухте и быстрому захвату Севастополя провалились. Под руководством Нахимова велись работы по укреплению оборонительных линий, строительству дополнительных береговых батарей и их защите, формировались боевые батальоны из моряков. Он знал всё, что происходило на бастионах: кому нужны снаряды, куда нужно послать подкрепления, всегда вовремя оказывал помощь. Нахимов был везде, своим примером воодушевляя защитников Севастополя. На наш взгляд, он пользовался огромным авторитетом и любовью среди обороняющихся. Как нельзя лучше, это подтверждают воспоминания простых матросов, которые говорили друг другу: «Ребята, вон наш батька, наш родной Павел Степанович идёт», когда его фигура появлялась на улицах города.

В завершение своего эссе, вернёмся к идее: Павел Степанович Нахимов сыграл ключевую роль в Крымской войне, благодаря своим умелым действиям как на море, в Синопском сражении, так и на суше – при организации обороны Севастополя. Он обладал неиссякаемой энергией, неутомимой настойчивостью и безудержной храбростью, чем воодушевлял своих подчинённых. Интерес к личности Нахимова не ослабевает и по сей день, во многих городах есть улицы, названные в его честь, поставлено множество памятников. Преемниками прославленных традиций являются воспитанники Нахимовских военно-морских училищ. В современной наградной системе орден Нахимова имеет особую ценность. Павел Степанович Нахимов по праву считается легендой Крымской войны и всего Русского флота.

Второй герой Синопа

Когда идёт речь об адмиралах первой героической обороны Севастополя на слух приходят сразу три фамилии: Нахимов, Корнилов, Истомин, но были ещё и другие известные защитники, среди которых и был Ф.М. Новосильский. Мы считаем, что этот человек тоже внёс значительный вклад в общее дело во время Крымской войны, его роль и будет рассмотрена в нашем эссе.

Подвиги Новосильского начались задолго до Крымской войны. Один из символов Севастополя – памятник Казарскому – командиру брига «Меркурий», который в 1829 году вступил в неравный бой с двумя турецкими линейными кораблями и вышел победителем. Одним из младших офицеров на корабле и был Ф.М. Новосильский, который именно за это сражение получил изображение пистолета на свой герб. С этого подвига до Крымской войны пройдёт много лет, но именно в этом сражении зародилась отвага будущего адмирала.

Синопский бой 18 ноября 1853 года Фёдор Михайлович встретил уже в звании контр-адмирала. Как нам известно, П.С. Нахимов командовал правой колонной, а Ф.М. Новосильскому, как одному из наиболее грамотных офицеров Черноморского флота, было поручено возглавить левую. Головным в ней шёл линейный корабль «Париж», командиром которого был капитан 1 ранга Истомин, под уже известным нам флагом Новосильского. Все матросы левой колонны верили в своих командиров и отчаянно бились за честь российского флота, о чём свидетельствует как большое число произведённых выстрелов, так и количество потопленных кораблей противника. Контр-адмирал Новосильский за умелое командование в Синопском бою был представлен к ордену святого Георгия 3-й степени и произведён в вице-адмиралы. На наш взгляд, именно этот эпизод из жизни Новосильского сыграет огромную роль при дальнейшей службе уже на бастионах Севастополя.

Прославленный вице-адмирал был вынужден покинуть море для защиты Севастополя: он был назначен начальником второго отделения обороны города. Талантливый организатор, Ф.М. Новосильский смог создать прочную оборону на своём рубеже, которая с уверенностью сдерживала напор наступающего противника. Бойцы под руководством нашего героя бились решительно и самоотверженно, и Фёдор Михайлович, в свою очередь, постоянно заботился о подчинённых, часто представляя их к наградам. После гибели Корнилова, Нахимова и Истомина, в июле-августе 1855 года Ф.М. Новосильский был назначен командиром Севастопольского порта и военным губернатором города Севастополь. Вице-адмирал Новосильский стал достойным продолжателем славной деятельности погибших товарищей по укреплению обороны города, и, благодаря его грамотному руководству, все воины сражались отчаянно, но, как известно, вскоре поступил приказ отойти на Северную сторону, оставив южные укрепления. На этом служба Новосильского не закончилась. В сентябре 1855 года он был назначен начальником гарнизона Николаева, а в октябре этого же года – главным командиром и военным губернатором Кронштадта, за инженерные работы в котором трижды удостаивался Монарших благоволений.

Подводя итог всему вышесказанному, можно сделать вывод о том, что Новосильского можно смело ставить в один ряд с прославленным адмиралами первой героической обороны Севастополя. Именно поэтому Ф.М. Новосильский и был похоронен во Владимирском (Адмиральском) соборе в Севастополе, а также ему посвящён один из 13 бюстов в нишах известного музея «Оборона Севастополя в 1854-1855 гг.». О таком человеке нужно помнить, ведь его вклад в первую героическую оборону Севастополя не может остаться в тени.

Панфилов – фамилия героя

Каждый знает командира 2-й гвардейской стрелковой дивизии, героя битвы за Москву в период Великой Отечественной Войны, генерал-майора Панфилова Ивана Васильевича. Но немногие знают его однофамильца, участника другой, Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. и первой обороны Севастополя, дослужившегося до полного адмирала, Панфилова Александра Ивановича. А ведь его по праву можно причислить к первым флагманам русского парового флота. Кроме того, деятельность Александра Ивановича не раз меняла весь ход боевых действий в нашу пользу. Именно он был достойным продолжателем идей П.С.Нахимова, который так отзывался о своём ученике во время обороны Севастополя: «Контр-адмирал Панфилов занимает важные обязанности на передовой линии укреплений и исполняет их с особой добросовестностью». Так, кто же он, этот малоизвестный герой Крымской войны? И какой вклад он внёс в общее дело защиты русской земли от врага?

Александр Иванович Панфилов родился в феврале 1808 года в семье потомственных моряков. Воспитывался в Морском кадетском корпусе, в 16 лет выпущен мичманом. Прослужив 4 года на балтийском флоте, в начале русско-турецкой войны 1828-1829 годов Александр Иванович получил назначение на русскую эскадру, находящуюся в Средиземном море, где поступил на корвет «Наварин» под команду П.С.Нахимова, с которым с того времени и проходил всю службу. Там молодой офицер зарекомендовал себя с наилучшей стороны. В 1835 году Александра Ивановича перевели на Черноморский флот и назначили командиром тендера «Луч». Главный командир Черноморского флота и портов адмирал М.П.Лазарев отмечал, что Панфилов командует вверенным ему судном с «особенным отличием». Становление А.И.Панфилова продолжилось, когда он принял деятельное участие в войне на Кавказе. Александр Иванович проявил себя с наилучшей стороны как при подготовке боевых операций, так и в стычках с горцами. Ярче всего о деятельности Панфилова в этот период говорит его продвижение по службе. Очередное воинское звание ему присваивали только за отличие. Именно поэтому в 1849 году капитана первого ранга Панфилова назначили командиром 120-пушечного корабля «Двенадцать Апостолов». Корабль числился лучшим на флоте по боевой подготовке, и на одном из смотров экипажу объявили благодарность «за меткую пальбу в цель ядрами и бомбами». Таким образом, на наш взгляд, уже к началу Крымской войны А.И.Панфилов числился грамотным морским офицером и пользовался большим доверием командования.

Восточную войну Александр Иванович встретил контр-адмиралом, начальником пароходного отряда. Он по достоинству оценил боевые возможности паровых судов, одним из первых в русском флоте стал развивать и применять новую тактику действий пароходов, способствовал дальнейшему их внедрению во флот. Командуя этим соединением, А.И.Панфилов неоднократно ходил на разведку к турецким берегам и вступал в бой с кораблями противника. А в памятный день 18 ноября 1853 года после Синопского сражения контр-адмирал Панфилов оказал неоценимую помощь своим пароходным отрядом, выведя повреждённые суда из Синопа в Севастополь. За эту операцию Панфилов А.И. был представлен к ордену Св. Станислава 1-й степени. Так же блестяще он на своих пароходах эвакуировал русские сторожевые посты по всей Черноморской береговой линии. В самом начале обороны Севастополя Александра Ивановича назначили начальником 3-го отделения оборонительной линии города. В течение 9 месяцев контр-адмирал Панфилов бессменно находился на возглавляемом им участке обороны, где несколько раз был ранен и контужен. Защищаемый его воинами «Большой редан», как назвал укрепление неприятель, вошёл в историю. После гибели Нахимова в июне 1855 года его приемником стал именно Панфилов А.И., хотя в Севастополе были адмиралы и старшего звания, и с большей выслугой. Блестящие организаторские способности проявил Александр Иванович и при отступлении защитников города по наплавному мосту на Северную сторону, за что удостоился Ордена Св. Анны 1-й степени и грамоты, в которой отмечалось, что он последним покинул Севастополь. Мы считаем, что если бы не приказ высшего командования, вице-адмирал Панфилов продолжал бы оборону Севастополя до последней капли крови, как и его однофамилец под Москвой в 1941 году. Возглавив сухопутные и морские силы, а также все укрепления, расположенные на Северной стороне, уже вице-адмирал Панфилов за короткий срок проделал большую работу по размещению войск, совершенствованию старых укреплений и развёртыванию дополнительных средств обороны. В результате противник совершенно отказался от боевых действий против русской армии, и вскоре было заключено перемирие.

Завершая эссе, мы бы хотели ещё раз сделать акцент на огромную роль, которую сыграл А.И.Панфилов как в обороне Севастополя, так и в ходе всей войны. Под стать своему будущему герою-однофамильцу, деятельность А.И. Панфилова всегда была направлена на укрепление мощи России, усиление её вооружённых сил, развитие новой тактики действий войск. Панфилов – фамилия героев, на которых и сегодня необходимо равняться каждому патриоту России!

Гений врачебного дела

Уже несколько месяцев «истекает кровью» Севастополь. Каждый день десятки и сотни раненых и контуженных. Без медицинской помощи они умирают. Врачей мало, а организация их работы неэффективна, что повышает количество безвозвратных потерь. Но появляется один человек. Он и сам работает на износ, и делает работу других эффективней. А человек этот – знаменитый хирург Николай Иванович Пирогов.

Когда Севастополь был взят в осаду, как истинный патриот своего Отечества, Николай Иванович Пирогов, профессор, хирург нескольких больниц в Санкт-Петербурге, автор анатомического атласа, стал писать прошения о поездке в Севастополь. Но «болото» бюрократии не отпускало его. Спасением для именитого врача стало создание Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия. Николай Иванович занялся их обучением, руководил их работой. Он же предложил и внедрил разделение сестёр милосердия. Появились сёстры-аптекарши, перевязочные, хозяйки и сёстры-сопровождающие. Такое было сделано впервые в мире.

Мы считаем, что Николай Иванович Пирогов во время обороны Севастополя показал себя не только как хирург с «золотыми руками», но и как блестящий организатор. Давайте посмотрим: многие из его административных решений применяются до сих пор. Об одном из его решений мы уже сказали. Другое его решение было о «сортировке» раненых. Также была усовершенствована система отправки раненых в тыл. Эти системы с незначительными изменениями существуют и функционируют до сих пор.

Он ввёл и новые методы лечения. Изобретённая Николаем Ивановичем Пироговым гипсовая повязка не только фиксировала перелом, но и предотвращала попадание инфекции. Впервые этим хирургом в полевых условиях массово был применён хлороформ. В Европе, те же англичане применяли хлороформ редко, при родах знатных дам. Тут же обезболивание применялось массово и для простых людей. При операциях значительно упала смертность, за счёт дезинфекции рук, инструментов и смены халатов. Всё это применяется до сих пор. Конечно же, прогресс не стоит на месте, изменились инструменты, изменился состав для обезболивания, но фундамент остался всё тем же, а заложил его не кто иной, как Николай Иванович Пирогов.

В осаждённом Севастополе Пирогова считали кудесником. Однажды произошёл анекдотичный случай: два солдата принесли тело своего товарища с оторванной головой. «Люди говорят, доктор всё может! Мы решили, отнесём к нему, вдруг пришьёт» - сказали они. О роли Николая Ивановича красноречиво говорят слова А. Некрасова в журнале «Современник»: «Каждый солдат и матрос под Севастополем благословляет г-на Пирогова в ежедневных молитвах…». Это ли не признание? Это ли не высочайшая оценка деятельности человека?

Подведём итоги нашего рассуждения. Николай Иванович Пирогов спасал жизни солдат и матросов, не только своими руками, но и руками других врачей, чью деятельность он сделал более рациональной, руками сестёр милосердия, которых он обучал. Нет ничего благороднее, чем спасать людей. Мы считаем, что он с честью выполнял эту задачу. По нашему мнению, само его присутствие ободряло защитников Севастополя, ведь они знали, что при ранении их не оставят умирать на земле, а окажут всю возможную помощь.

Тень Истомина

«Тотлебен и Ползиков, своей беспримерной деятельностью, построили столько защиты от вражеских гостинцев, что мартовская канонада дешевле октябрьской нам обходится»

Один из очевидцев Севастопольской обороны

«Пахнет дымом от павших знамён, мало проку от битвы жестокой – сдан Корниловский вчера бастион…». Русские войска уходили из Севастополя. Ночью, по наплавному мосту через Большую бухту, молча, с тяжёлым сердцем, шли защитники славного города. Ключевая позиция обороны – Малахов курган, был взят французами. Но российская армия не была сломлена – она отступила на Северную сторону и была готова встретить врага там. За то, что герои обороны смогли в полном порядке и без потерь сделать это, по нашему мнению, необходимо благодарить человека, который руководил строительством моста – Владимира Петровича Ползикова.

Родился Владимир Петрович в 1818 году, образование получил в Павловском кадетском корпусе. В 1840 году он был направлен на Кавказ, где участвовал в многочисленных стычках с горцами. За отличия, проявленные в них, он был награждён орденами св Анны 3-й и 4-й степеней. Мы считаем, что опыт, полученный этим офицером во время службы на Кавказе, пригодился позже, при обороне Севастополя, в который он прибыл в 1854 году вместе с вверенным ему 6-м сапёрным батальоном.

Как бы ни был талантлив и опытен Э.И. Тотлебен, охватить весь тот громадный фронт работ, который предстояло выполнить для того, чтобы защитить Севастополь с суши, в одиночку он не мог. Главным помощником для него стал Владимир Петрович Ползиков, который возглавляет строительство фортификационных сооружений Корабельной стороны. Тут он применяет довольно много нестандартных решений, в том числе и закруглённый передний фас. Инженер очень хорошо сработался с начальником 4-й дистанции обороны – контр-адмиралом Истоминым. Как писал один из очевидцев, «Говоря об Истомине, нельзя умолчать о деятельном сотруднике покойного, полковнике Ползикове, который в самые критические минуты, всегда с светлым лицом, одушевлял рабочих и, как тень Истомина, был с ним неразлучен». Вдвоём они создали такую оборону, которую только с огромнейшим напряжением сил смогли преодолеть сильнейшие страны тех лет.

За всё время обороны, Ползиков не покидал город. Севастополь ему пришлось покинуть только после взятия Малахова кургана. Уходили по понтонному мосту, который также был детищем Владимира Петровича. Ширина Большой бухты в месте, определённом для строительства моста – почти километр (900 м.). Такой масштаб работ сам по себе уже представляет немалые трудности. А если город непрерывно обстреливается? Тем не менее, Владимир Петрович Ползиков справился с поставленной задачей – он был награждён императорской короной к ордену святой Анны II степени. В истории есть немало примеров, иллюстрирующих важность подобных переправ. Так же и советские войска в сентябре-октябре 1943 года, наводили и сохраняли переправы через Днепр. Под постоянными ударами артиллерии и авиации, задача была выполнена. Вскоре, 6 ноября, благодаря этим переправам, была освобождена столица УССР – Киев.

Завершая эссе, мы можем с уверенностью сказать, что Владимир Петрович Ползиков, работая на самом ответственном участке обороны Севастополя – на Малаховом кургане, успешно выполнил все возложенные на него задачи. Укрепления, постройкой которых он руководил, все 349 дней героической обороны держали натиск врагов. Постройка наплавного моста через Большую бухту, значительно облегчила снабжение защитников, а позже, помогла переправиться на Северную сторону без потерь, что и сегодня является успешным примером решения одной из важнейших задач инженерного обеспечения.

Лев Николаевич Толстой – офицер русской армии

«…всё, что я нашёл тогда, навсегда останется моим убеждением»

Л.Н.Толстой

Кем является для нас Лев Николаевич Толстой? Всемирно известный писатель, автор таких шедевров как «Война и мир», «Анна Каренина» и, конечно, «Севастопольские рассказы». Признанный классик, существенно развивший русский литературный слог. Да, это действительно так. Но наш взгляд Л.Н.Толстой – это, в первую очередь, храбрый офицер-артиллерист, герой обороны Севастополя в период Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. Именно его участие в боевых действиях в очень непростое для страны время и привело к становлению мировоззрения будущего Толстого-писателя.

В доказательство нашей точки зрения приведём следующий пример. Л.Н.Толстой находился на военной службе с весны 1851 года, задолго до начала войны, и уже успел побывать во многих стычках с горцами в качестве артиллерийского офицера. Он показал себя мужественным, достойным офицером, беспощадным к врагу. Мы считаем, что именно служба на Кавказе помогла найти Л.Н.Толстому вдохновение для некоторых его произведений (таких как «Рубка леса» и др.) и, во многом, предопределила судьбу, как будущего писателя. Безусловно, бои с кавказскими народами дали ему ещё и бесценный опыт для участия в будущей большой войне. А она оказалась не за горами, и в октябре 1853 года началась Крымская война. Душа патриота тянула Льва Николаевича к активным действиям по защите своего Отечества и в конце 1853 года он добивается назначения в Дунайскую армию, которая в это время вела боевые действия против турецких войск Османа-Паши. Переведённый туда, Л.Н.Толстой служит в управлении начальника артиллерии армии. Подобно тому, как в Великую Отечественную Войну многие добровольцы уходили на фронт, несмотря на возможность оставаться в тылу, так и скучная штабная жизнь, а также чувство патриотизма Л.Н.Толстого, как позже он сам признавался, заставили его добиваться перевода в Крымскую армию. И молодой офицер попал туда в самый разгар обороны Севастополя…

В осаждённом Севастополе подпоручик Толстой командовал батареей на одном из самых опасных участков обороны – на Язоновском редуте четвёртого бастиона. Сослуживцы говорили, что Лев Николаевич – редкий товарищ и честнейшая душа. Он дежурил вместе с другими военными на земляном валу, по периметру которого были установлены артиллерийские орудия. Было тяжело, приходилось не спать по двое суток, находиться под обстрелом. За нахождение на редуте при бомбардировке Л.Н.Толстому вручили орден Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость». Происходившие вокруг него события произвели сильное впечатление на творческую натуру Л.Н.Толстого, помогли расцвести его таланту. Именно здесь он и напишет свои «Севастопольские рассказы», станет «великим хроникером эпохи», как сказал о нём ….. 4 августа 1855 года Л.Н.Толстой участвовал в самой кровавой в его жизни битве и, наверное, лишь чудом не погиб. В проигранном русскими войсками сражении при Чёрной речке он командовал батареей. Л.Н. Толстой, как человек, безмерно любивший свою Родину, тяжело переживал это поражение. Под впечатлением он написал сатирическую песню «Как четвёртого числа…», в которой были задеты некоторые генералы. Толстому пришлось держать ответ за это сочинение. 27 августа 1855 года наши войска оставили Севастополь. Лев Николаевич со своей батареей прикрывал отход русских сил через бухту на Северную сторону. В ноябре 1856 года Л.Н. Толстой в звании поручика оставил навсегда военную службу. Он выполнил свой долг офицера русской армии. Настала пора выполнить долг великого русского писателя.

В завершении своего рассказа мы хотим ещё раз вернуться к идее, что нам нельзя забывать о роли Толстого, как ветерана Крымской войны и его вкладе в защиту Севастополя. Сам великий автор на протяжении всей жизни говорил, что именно время, проведённое на войне, кардинальным образом изменило его образ мышления, повлияло на его творчество. И в наше время написанные на 4-м бастионе «Севастопольские рассказы» остаются актуальными, а патриотизм Льва Николаевича является примером для современного поколения.

Русский Вобан

«Без Тотлебена мы пропали бы»

П.С. Нахимов

Отгремели выстрелы Альминского сражения. Союзники надвигаются на Севастополь. Мощная морская крепость, он не представляет собой ничего как крепость сухопутная. Северное укрепление слабо и город ничего не стоит взять штурмом. Но вот вырастают разрозненные бастионы, они соединяются траншеями, куртинами, на которых выставляются батареи. «За неделю было сделано больше, чем за год» - писал организатор обороны Севастополя В.А. Корнилов. Но это было не всё. Впоследствии, Была вырыта система контрапоршей, успешно велась подземная война.… Всё это было бы невозможно без талантливого инженера, которым, безусловно, являлся Эдуард Иванович Тотлебен.

Эдуард Иванович Тотлебен известен, прежде всего, как гений обороны Севастополя, однако его деятельность гораздо шире этого без сомнения, грандиозного дела. Мы можем сказать, что ещё в юном возрасте будущий великий инженер стал проявлять свои способности: на даче, где семья проводила лето, мальчик строил редуты по всем правилам инженерного искусства. Отец заметил маниакальные наклонности любимого фынули сына и отдал его в 1838 году в Главное инженерное училище в Санкт-Петербурге. Однако закончить его Эдуарду Ивановичу не удалось – у него была выявлена болезнь сердца. Это послужило причиной для перевода в Рижскую инженерную команду. До 1845 года, он служил под началом известного инженер-генерала Карла Андреевича Шильдера. После Тотлебен служил на Кавказе, где принял боевое крещение во время осады Гергебиля. В 1850 году, он был назначен адъютантом Шильдера, но из-за сложных отношений, вскоре переведён с этой должности.

Когда К.А. Шильдер возглавил все инженерные работы по взятию Силистрии, то сразу же вызвал Тотлебена к себе, несмотря на прошлые конфликты. Эдуард Иванович, назначенный всего лишь траншей-майором, на самом деле был главным помощником, правой рукой Шильдера. Именно сапёрами под командованием траншей-майора Тотлебена была взорвана Араб-Табия, что создало благоприятные условия для последующего штурма. Однако штурма не последовало, осада была снята, но приобретённый опыт пригодился во время обороны Севастополя. Мы считаем, что успешный подрыв мины под Араб-Табией, помог выиграть подземную войну за IV бастион.

Когда подполковник Тотлебен прибыл в Севастополь, никто даже и не думал, что в скором времени этот талантливый инженер спасёт город. «В городе стоит сапёрный батальон. Передохните с дороги и отправляйтесь обратно на Дунай» - сказал ему А.С. Меншиков. Однако, когда русские войска отошли от окровавленной Альмы, началось спешное возведение укреплений. В первую очередь, на Северной стороне, но за такое время, наличными силами нельзя было создать что-то серьёзное. Тем не менее, союзники оценили созданные «декорации» как очень серьёзное укрепление. Этого не случалось, если бы не Эдуард Иванович Тотлебен, который руководил этими работами. После ликвидации угрозы с севера угроза нависла с юга. Те бастионы, которые были построены под руководством нашего героя за эти дни, на самом деле были слабы и являлись, по сути, полевыми укреплениями. Но, несмотря ни на что, генералы коалиции, приняли их за грозные стены твердыни и начали против них полноценную осаду с бомбардировками и проведением параллелей – по методу Вобана.

Можно много говорить о действиях Эдуарда Ивановича Тотлебена во время обороны Севастополя. Это и разработка системы контрапоршей, закладка Волынского и Селенгинского редутов, Камчатского люнета. Мы могли бы рассказать о действиях начальника инженерной службы Севастополя во время Инкерманского сражения или о минной войне. Но мы хотим написать о вкладе Тотлебена в военное искусство. После падения Севастополя, он был вызван в Николаев. Там им была составлена объяснительная записка, содержание которой резко отличается от существовавших тогда принципов. В этой записке указывается на необходимость иметь систему фортов, соединённых железными дорогами. Это был принципиально новый тип крепости – фортовой. Именно такими крепостями были Антверпен, Льеж, Верден, сыгравшие значительную роль в Первой Мировой войне. Позже, Когда Эдуард Иванович возглавил инженерное ведомство военного министерства, им были заложен ряд крепостей, строительство которых он контролировал лично. Также им была заложена крепость Осовец, об укрепления которой сломает зубы армия кайзеровской Германии, что вынудит немцев применить газ. Тогда в контратаку пойдёт 13-я рота Землянского полка – русские мертвецы. Так позже, укрепления генерала Карбышева станут камнем в шестерёнках отлаженной военной машины Вермахта.

Подведём итоги: Эдуард Иванович Тотлебен – русский инженер-генерал. Его принципы строительства крепостей использовались ещё долгое время. Его не зря называют русским Вобаном, ведь Вобан заложил новые принципы фортификации. Тотлебен создал новые принципы, соответствующие новому времени. Но ещё до этой революции в фортификации, он сделал немало всего. Своими действиями, он подготовил почву для штурма Силистрии, который, правда, был отменён из-за видения обстановки генерал-фельдмаршалом Паскевичем. Именно благодаря Тотлебену, Севастополь держался 349 дней против сильнейших стран того времени.

Можайский след в Крымской войне

Предшественник Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, Второй кадетский корпус, знает немало прославленных выпускников: Кутузов, Коновницын, Аракчеев, Засядко, Дорохов, Сеславин и многие другие. В их плеяду входит и незаслуженно забытый герой Крымской (Восточной) войны 1853-56 гг. – Хрулёв Степан Александрович, который, на наш взгляд, имеет прямое отношение к полному поражению союзников во время общего штурма Севастополя 6 июня 1855 года и успешной обороне города в целом.

В доказательство нашей точки зрения, приведём примеры из боевой деятельности Степана Александровича. Свою военную службу он начала во время Польского восстания 1830-31 гг., где зарекомендовал себя как очень храбрый и способный офицер. Уже в эту, первую для себя кампанию, он не раз имел случай показать изумительное хладнокровие, редкую распорядительность и полное пренебрежение ко всякой опасности, - качества, которые впоследствии сделали его героем Севастопольской обороны. Кроме того, С.А. Хрулёв обладал и незаурядными талантами военной хитрости: так, например, в 1848 году, во время подавления Венгерского восстания в Австрии, после боя под Вайценом, оказавшись в центре превосходящих сил противника, уже будучи полковником, он успешно тянул время до подхода основных сил. Выслав парламентёров в штаб противника, которые активно вели переговоры с венгерским главнокомандующим, согласовывая каждый пункт договора, С.А. Хрулёв уже с подтянувшимися войсками заставил венгерскую армию капитулировать. Итак, уже к началу Крымской войны выпускник второго кадетского корпуса оказался на достойном месте среди будущих отважных защитников Севастополя.

Крымскую войну Хрулёв С.А. встретил на Дунайской кампании, где проявил себя при осаде Силистрии и организации переправы через Дунай, когда и был замечен Меншиковым А.С., который после вывода войск из Молдавии и Валахии, доверил ему дальнейшую особо важную операцию - штурм Евпатории 5 февраля 1855 года. Ведь этот город являлся стратегически важным для переброски союзных войск в Крым. Он был окружён рвом с водой, ширина которого была больше длины осадных лестниц русских войск. Евпатория обстреливалась кораблями союзного флота с моря. Осознав, что операцию провести удачно невозможно, а потери с каждым пройденным метром вперёд всё увеличиваются, Степан Александрович отдал приказ отступить. Отступление было организовано примерно, потери сведены к минимуму. Конечно, сражение было проиграно, но армия осталась боеспособной. Мы считаем, что грамотно провести отступление – это тоже подвиг. В истории уже был пример подобного отвода войск: знаменитый марш-манёвр выпускника того же Второго кадетского корпуса М.И. Кутузова в 1805 году от Браунау к Ольмюцу.

Неудача под Евпаторией не сломила боевой характер Хрулёва. Нам известно, что оборона Севастополя прославилась своими дневными и ночными вылазками в стан врага. Наиболее известная из них была проведена именно под руководством генерала Хрулёва с 10 на 11 марта 1855 года. Степан Александрович повёл свой отряд с целью срыва произведённых работ во французских траншеях, тем самым, заставив врага отложить штурм Камчатского люнета. За эту вылазку С.А. Хрулёв был награждён орденом Св.Георгия 3-й степени самим императором Александром II, которому главнокомандующий докладывал: «свидетельствую о геройском мужестве генерал-лейтенанта Хрулёва». На стороне Степана Александровича была та моральная сила, которая воодушевляла солдат. За его заботу о подчинённых он получил прозвище «Старатель», был командиром, который достойно продолжал славные традиции «суворовской школы». Именно эти качества помогли генералу Хрулёву отбить первый общий штурм 6 июня 1855 года, когда французам удалось взять Малахов кургана и батарею Жерве, с которой беспорядочно отступали наши войска. Их нужно было остановить, ведь это была ключевая оборонительная позиция Севастополя. Тогда Степан Александрович вновь применяет военную хитрость Увидев, что рядом проходит 5-я мушкетёрская рота Севского полка, он крикнул отступающим войскам: «Благодетели мои! В штыки! Дивизия идёт на помощь!» и взял руководство войсками на себя. «Дивизия» была численностью примерно 138 человек… Блестящая атака этой горстки людей сразу изменило дело: французы были выбиты со всех пунктов, батарея взята обратно, а Хрулёв С.А. полностью очистил своё честное имя от поражения под Евпаторией. 27 августа было последним днём участия генерала Хрулёва в Севастопольской обороне. Союзники в тот день всеми силами произвели новый общий штурм города. Безотлучно находившийся на Малаховом кургане, во главе Севского полка, с образом в руке, наш герой бросился в атаку, но был ранен в левую руку. Не оставляя однако строя, он продолжал распоряжаться боем, пока не лишился сознания.

Завершая эссе, мы бы хотели ещё раз сделать акцент на том, что прославленный выпускник 2 кадетского корпуса не зря имел славу «солдатского» генерала и не зря назначался на самые опасные места, какими и были 1-е и 2-е отделения оборонительной линии Севастополя: Степан Александрович с честью выполнил офицерский долг и до последней возможности не пускал врага в город. Безусловно, наша академия гордится ещё одним своим славным сыном, чтит его память. Да и страна не позабыла героя. С.А. Хрулёва похоронили в Севастополе, который он так отважно защищал. На надгробном памятнике написано: «Хрулёву – Россия». В этой короткой фразе заключается вся жизнь генерала, посвященная своему Отечеству.